Милла и мини-мамонтёнок. Путешествие со звёздным вихрем

Copyright © 2022 Magellan GmbH & Co. KG, Bamberg, Germany

© ООО «Клевер‑Медиа‑Групп», 2023

Таинственная оранжерея

– Пинки, ты молодец. – Милла осторожно перевязала переднюю лапу своего плюшевого единорога.

Она играла в ветеринара почти каждый день. Сегодня она вела приём в саду под большой яблоней. Был тёплый весенний день, Милле даже разрешили надеть футболку.

– Скоро ты снова сможешь скакать по облакам.

Поцеловав единорога, Милла укрыла его одеялом. Она мечтала когда‐нибудь стать настоящим ветеринаром, чтобы к ней обращались собаки, кошки и даже дождевые черви.

– А ты уже дала Молокоусу лекарство? – услышала Милла маму, выглянувшую с террасы.

Молокоусом звали роскошного чёрного кота, который возник из ниоткуда несколько недель назад. Забрался в их дом, запрыгнул на кухонный стол и спокойно стал лакать Миллино молоко.

– Ещё нет! – ответила Милла, вскочив. – Я сейчас! – И бросилась в дом.

В прихожей она остановилась перед зеркалом и оглядела беспорядок на своей голове. Быстро собрав чёрные волосы в хвостик, Милла взяла бутылочку с лекарством. Нет, Молокоус не болел, но ему приходилось давать витаминную добавку, потому что он наотрез отказывался есть кошачий корм.

Милла накапала на ложку десять капель.

«Работа для настоящего ветеринара! Вот здорово!» – подумала Милла. Молокоус же совсем не разделял её восторга.

– Молокоус! – Милла заглянула под кухонный стол: кот любил подбирать там крошки. Особенно во время завтрака или когда ели пирог. – Молокоус! – Где же этот наглый бродяга?

«Мяу!» – донеслось из сада. Ага, вот где он прячется! Милла снова выбежала из дома.

– Пора пить лекарство, – пропела она, услышав в ответ грозное шипение: Молокоус ненавидел витамины так же сильно, как и дождливую погоду. – Ну ладно тебе, не трусь.

Когда дело касалось здоровья, Милла была очень строгой. Кто бы что ни говорил, Молокоус должен быть в хорошей форме. Милла любила этого кота. У него была самая мягкая шерсть на свете. А когда он смотрел на неё своими серыми глазами, Милле казалось, что он понимает каждое её слово.

– Где ты? – Она опустилась на корточки. Неужели Молокоус спрятался под кустом бузины?

Громкий грохот заставил Миллу обернуться. Похоже, он донёсся из оранжереи, стоявшей в глубине сада. Оранжерея была очень старой и местами покрылась мхом. Мама давно хотела её почистить и засадить помидорами, но так и не нашла на это время. Поэтому теплица зарастала в забвении.

«Там живёт огуречный призрак», – постоянно пугал Миллу жутким голосом старший брат. Просто чтобы позлить её.

Конечно, Милла в это не верила, ведь ей было уже девять. Тем не менее она никогда не ходила в оранжерею. Поздними вечерами ей часто мерещилось, будто за покрытыми мхом стёклами мелькают тени. И Милла могла бы поклясться: изнутри нередко доносились странные звуки. Как сейчас, например. Звуки борьбы и кошачий визг. Что там происходит? Молокоус в опасности?

Милла со всех ног бросилась к оранжерее. Дверь была чуть приоткрыта. Затаив дыхание Милла толкнула её.

– Молокоус?

В густом бурьяне девочка не смогла разглядеть кота и несмело вошла внутрь. Некоторые растения доходили ей до талии. Пахло влажной землёй и, как ни странно, лимонадом. Милла буквально продиралась сквозь заросли. Неужто Молокоус запутался в зарослях вьюнка? Лишь бы он только не поранился.

В углу стояла ржавая лейка. Милле показалось, будто из неё донеслось мяуканье. Неужели Молокоус внутри? Это ведь невозможно, так? Милла подняла лейку – та оказалась совсем лёгкой.

– Эй, кто тут есть? – спросила Милла, нагнувшись к лейке, но в ответ раздалось лишь глухое эхо.

Тогда она заглянула в лейку одним глазом. Это что – кошачий хвост? Милла решительно опустила в ржавый сосуд руку, и что‐то непонятное коснулось тыльной стороны её ладони. Жуть! Сердце мигом подскочило к самому горлу.

Вдруг из лейки стали вылетать звёзды. Разноцветные, закружились они вокруг Миллы. Сначала медленно, потом быстрее, ещё быстрее.

Сумасшедший звёздный вихрь становился всё больше. Милла даже прищурилась, ослеплённая блеском.

– Мяу.

– Молокоус!

Вот где был этот непоседа – в звёздном вихре! Совсем рядом! Звёзды, всё больше увеличивая скорость, расплылись в разноцветные полосы, а воздух наполнился жужжанием.

– Не бойся! Я спасу тебя, Молокоус! – крикнула Милла, но не успела она уцепиться за кончик его хвоста, как звёздный вихрь подхватил её и унёс за собой.

Милла закружилась вокруг собственной оси, как в карусели. Все цвета радуги проносились мимо. Её подкидывало вверх, бросало вниз, вертело то вправо, то влево. А сейчас и вовсе понесло в мёртвую петлю. В животе у Миллы покалывало, как от газировки, а в нос снова ударил запах лимонада. Вскоре вихрь выплюнул её, и она – плюх! – неуклюже приземлилась на мягкую траву недалеко от теплицы.

– Уф, – застонала Милла.

Мир вокруг, казалось, до сих пор вертится. Что за американские горки? Такие разноцветные, мерцающие… Значит, оранжерея всё‐таки была заколдована! В ней не обитали огуречные призраки, зато был лимонадно-звёздный вихрь! Нужно как можно скорее рассказать об этом брату.

Милла поднялась и посмотрела на оранжерею. Та выглядела так же, как всегда, – грязной и заброшенной. Никаких звёзд, ничего магического. Неужели ей всё приснилось?

– Ду-ду, – вдруг прозвучало где‐то рядом.

– Кто это дудит?

Милла обернулась на звук и… чуть не упала! На одной из крепких ветвей яблони на канатах висел диван, а в нём, раскачиваясь из стороны в сторону, сидел маленький мамонтёнок. У него были длинные бивни, коричневая шерсть и чёрные глазки-пуговицы.

– Мини-мамонт! – воскликнула Милла.

Такой милый! Она замерла, боясь двинуться с места, чтобы не спугнуть его. Малыш тоже заметил Миллу, но убегать не стал. Напротив, он спрыгнул с дивана и подошёл к ней.

– Ду-ди-ду, – сказал мамонтёнок, обнюхивая девочку.

– Ой, щекотно! – захихикала она и осторожно погладила диковинного зверя по голове. Шерсть была мягкой и очень приятной. – Привет, меня зовут Милла.

– Ду-ди-ди-ду. – Мамонтёнок обхватил хоботом руку Миллы и потащил её к качелям, затем ловко вскочил на них, а Милла села рядом.

Вместе они взлетали всё выше и выше, пока маленький мамонт не захохотал.

– Кру‐то-тень! – воскликнула Милла.

Если это и был сон, то лучший из всех, что ей когда‐либо снились. Лишь бы не проснуться раньше времени.

– Пойдём поиграем в прятки, – предложила Милла, когда ей надоело качаться.

– Ду-ду, – одобрительно продудел мамонтёнок и умчался прочь.

– Раз, два, три, четыре, пять, – сосчитала Милла. – Я иду искать!

Сверкающая на солнце бабочка порхнула мимо неё. С каждым взмахом её крыльев раздавался звон маленького колокольчика.

– Привет, звоночек, – улыбнулась Милла и побежала за ней. Сначала вокруг яблони, потом через луг.

Всё было как обычно и всё же по‐другому. Дом Миллы выглядел как небольшой замок с башенками и арочными окнами. Вокруг него росли кусты роз всевозможных оттенков, а плющ извивался по каменным стенам в форме то сердца, то звезды. Один садовый гном рыхлил клумбу, другой делал балетные па.

– Привет, – поздоровалась с ними Милла.

Гномы радостно помахали в ответ.

Вдруг она чуть не споткнулась о ярко-жёлтого гигантского червя, который рыл яму в земле. Тот поднял голову, улыбнулся ей, обнажив щербатые зубы, и прошепелявил:

– Фыкарный день фегодня, правда фе?

– Да, совершенно потрясающий, – радостно согласилась Милла и продолжила поиски. – Давай, подуди ещё!

Еловая изгородь задрожала. Милла не раздумывая пролезла сквозь неё – иглы оказались мягкими, как бархат. За стволом она заметила мохнатый хоботок и схватила его:

– Попался!

– Ду-ди-ду! – Мини-мамонт выпрыгнул из укрытия, бросился к Милле и повалил её с ног.

Смеясь, они пробрались сквозь изгородь и вышли на луг. Мамонтёнок поцеловал Миллу в щёку хоботом, а она в свою очередь прильнула к нему и огляделась. Всё было как в сказке: светло-голубое небо, порхавшие повсюду сверкающие бабочки, звеневшие на все лады, пушистые зонтики одуванчиков, увлекаемые тёплым весенним ветром. Если бы мимо пролетели шоколадные кексы и пирожные с кремом, Милла нисколько бы не удивилась.

– Волшебно, – прошептала она.

– Кошмар! – вскрикнул кто‐то совсем рядом.

Это прозвучало комично, как шипение тигрёнка.

Добро пожаловать в Сверкающий мир!

Милла огляделась. С яблони спрыгнул чёрный кот, мягко приземлившись на траву.

– Молокоус? Это ты?

Кот подошёл ближе. Действительно, это был он!

– Что ты тут делаешь? – мяукнул он.

Милла моргнула. Это её кот только что сказал? Молокоус вопросительно склонил голову набок.

– Ну? – фыркнул он.

– Ну, – механически повторила Милла бесцветным голосом.

Сон становился всё безумнее. Хотя девочка, как ни странно, чувствовала удивительную бодрость. Милла ущипнула себя за щеку и вскрикнула:

– Ой!

– Зачем ты это сделала? – спросил Молокоус.

– Чтобы говорящий кот исчез из моего воображения.

– К сожалению, не могу оказать тебе такой услуги, – обиженно ответил Молокоус.

– Вот незадача, – прошептала Милла.

Ей стало дурно. Неужели оранжерея всё‐таки была заколдована? Милла не могла в это поверить. Быть может, она ударилась головой, поэтому ей и мерещатся все эти мини-мамонты и говорящие коты? Милла тщательно ощупала голову, но шишки не нашла. Значит, это просто сон. И какой интересный! Хорошо бы поспать ещё немного, а лучше до самого вечера. Только ей нельзя!

– Мне нужно срочно проснуться. Иначе я просплю урок игры на трубе. – Милла вскочила и запрыгала на месте.

Молокоус прокашлялся:

– Ты, как бы это сказать… не спишь.

Милла резко остановилась.

– Глупости, – сказала она. – Гигантских шепелявых червей и танцующих садовых гномов не существует.

– А здесь существуют. Ты сейчас в другом мире. В моём, Сверкающем мире, – объяснил Молокоус.

– Сверкающий мир? Впервые слышу!

– Он где‐то впереди, позади, над, под и рядом с твоим миром. Точнее не сказать. Этот мир очень похож на твой и в то же время совсем другой. Здесь хорошо, тебе понравится. – Молокоус весело подмигнул.

Сердце Миллы подпрыгнуло.

– Оранжерея… Она ведь заколдована, да?

– Можно сказать и так, – кивнул Молокоус. – Я построил в старой лейке карусель миров. С лимонным вкусом. Довольно круто получилось, если тебе интересно.

Милла потёрла лоб и делала это до тех пор, пока он не покраснел. Сверкающий мир, карусель миров… Такое бывает только в книгах! Это не может быть правдой!

Милла надолго замолчала, так что Молокоус не выдержал:

– Ку-ку! Всё в порядке?

– Э-э… ну, я не знаю, – заикаясь, ответила Милла.

Она посмотрела по сторонам. Разноцветные кусты роз вдруг стали выглядеть угрожающе. Всё показалось ей чужим. Неприятное чувство окатило её волной.

– Ду-ду. – Мини-мамонт подул на руку Миллы тёплым воздухом из хобота, и она немного расслабилась.

– С Пиппой, я гляжу, ты уже познакомилась, – промяукал Молокоус. – Она у меня с прошлого лета. Забралась на яблоню, чтобы полакомиться, а вот спуститься не могла.

– Ду-ди-ду. – Пиппа испуганно раскрыла глаза.

– Да, было довольно сложно спускать тебя вниз, – подтвердил Молокоус. – Ведь, как назло, мы съели тогда огромный яблочный пирог. Пиппе он показался таким вкусным, что она решила остаться. Наша маленькая дуделка обожает сладкое.

– Ду-ду, – кивнул мамонтёнок.

Значит, её звали Пиппа. И, судя по всему, она была лакомкой.

Милла присела на корточки:

– Ты такая милашка!

Пиппа обхватила хоботом шею Миллы. Это мягкое объятие было таким приятным, что Милла влюбилась в мамонтёнка. Ладно, пожалуй, она останется здесь ещё на какое‐то время, чтобы вместе с Молокоусом и Пиппой исследовать Сверкающий мир.

– Йо-ла-ла-ри-ри, – раздалось где‐то рядом, и что‐то блестящее прошмыгнуло мимо.

– Что… что это было?

– Хип-хоп-прыг, – ответил Молокоус.

Милла уставилась на то место, где сверкающий попрыгун исчез в траве.

– Йодль-ди-ду, – раздалось снова.

И Хип-хоп-прыг помчался через луг.

Пиппа радостно побежала следом, вытянув хобот. Это выглядело так забавно, что Милла улыбнулась.

– Пойдём. Покажу тебе, где я живу. – Молокоус кивнул в сторону луга, за которым возвышался замок.

– В замке? – всплеснула руками Милла.

– Мал, да хорош. С башней Рапунцель. Правда, без Рапунцель. – Молокоус хихикнул над собственной шуткой.

На вершине башни сидел петух с разноцветным оперением и в кухонном фартуке. Вдруг он взлетел и спикировал в открытое окно внутрь замка.

– Это наш флюгер Ганс, – сообщил Молокоус. – Он гениальный пекарь.

Петух-флюгер, который печёт пироги. Забавно. И совершенно невероятно! Милла снова тайком ущипнула себя на всякий случай – может, она всё же проснётся. Больно было как и раньше, но ничего не произошло.

Милла вздохнула: значит, она всё‐таки в другом мире.

– Что теперь?

– Для начала, – Молокоус вытянулся, – мы съедим что‐нибудь вкусное.

Живот Миллы сразу заурчал: приближалось время обеда. Сегодня мама собиралась печь блины. Внутри Миллы всё тут же сжалось: наверняка мама потеряла её.

– Мне нужно домой! – Ей, конечно, хотелось бы ещё немного побыть в Сверкающем мире, но… – Мама, наверное, волнуется. А в два у меня урок игры на трубе.

– Не переживай, милая. В карусели миров есть маховик времени. С его помощью можно точно указать, какой день и какое время должны быть в мире назначения.

– Значит, я смогу вернуться сразу после урока игры на трубе? – с надеждой спросила Милла. Это было бы кстати, ведь она совсем не практиковалась.

– Хочешь его прогулять? А ведь ты так здорово играешь. – Молокоус страдальчески закрыл уши.

Милла толкнула его в бок.

– Ну уж нет, – усмехнулся Молокоус. – Я верну тебя точно к уроку. Но поговорим об этом позже. Сейчас пора есть сладкие пироги!

Бодо, проходимец

– Я жутко голоден, – мяукнул Молокоус, пока они шли к замку. – Сегодня у меня совершенно не было времени на то, чтобы доесть остатки твоих мюсли.

Милла вспомнила шум в оранжерее, визг и грохот.

– Кстати, что случилось в саду?

– Бодо, – рявкнул Молокоус.

– Бодо? – пискнул один из садовых гномов и бросился в еловую изгородь.

– О нет, пофалуфта, только не он, только не фнова, – прошепелявил гигантский червь и исчез под землёй.

– Кто же это? – спросила Милла. Все явно боялись этого Бодо.

– Мой брат, – объяснил Молокоус. – От него вечно одни неприятности.

– Понимаю. – Милла вздохнула: со старшим братом они ссорились каждый день. – Том тоже может быть настоящей головной болью.

– В сравнении с Бодо Том безобиден, как муха, – отмахнулся Молокоус.

Он хорошо знал брата Миллы – они часто играли вместе в футбол.

– Серьёзно? Что же такого вытворяет Бодо?

– Он ловит наших особенных животных и крадёт ценные вещи из Сверкающего мира.

– Какой кошмар!

– Хуже того, с помощью лейки он переносит всё краденое в твой мир и там продаёт за большие деньги. – Молокоус сердито фыркнул. – В прошлый раз, например, он занимался контрабандой единорогов.

Милла замерла:

– Единорогов?

– Девчонки из твоего мира их обожают, да? На единорогах можно заработать много денег. Только это ведь не плюшевые игрушки!

– Настоящие единороги… – прошептала Милла с благоговением. Она обожала единорогов. И пришла в восторг оттого, что они действительно существуют. А Бодо собирался запереть этих прекрасных волшебных существ и продать? – Хм, подожди, как вообще маленький кот может поймать этих крупных животных?

– Бодо вовсе не кот. Он человек.

– Что? А как он может быть твоим братом?

– Ну, когда‐то и я был человеком, – объяснил Молокоус. – Представлюсь: доктор Мичи Лапуш, исследователь и ветеринар.

Лицо Миллы вытянулось от удивления. Мало того что её кот умел говорить, он ещё и был врачом! Доктор Лапуш! С ума сойти!

Молокоус тем временем продолжил:

– Не стоило выпивать моё свежеприготовленное зелье для превращений одним глотком. Но я не мог устоять перед душистым вкусом подмаренника!

– Так ты теперь навсегда останешься котом?

– Я мог бы, конечно, попробовать сварить зелье для обратного превращения, – промурлыкал Молокоус. – Но не хочу. Кошачья жизнь прекрасна: слоняешься себе весь день напролёт, спишь, позволяешь себя ласкать… Не жизнь, а мечта! Только кошачий корм – фу, гадость! Его нужно запретить!

Милла из вежливости хихикнула, хотя ей было не до смеха: глупый Бодо никак не выходил у неё из головы.

– Почему же полиция не арестует Бодо? – подумала она, но, как оказалось, вслух.

– Ролле и Ольф? – Молокоус с досадой покачал головой. – Эти двое – милейшие ребята. Но в нашей деревне особо делать нечего, так что они весь день пьют чай да вяжут носки.

– Носки? – удивилась Милла.

– Прекрасные носки, тёплые и мягкие, – кивнул Молокоус. – А вот с Бодо они справиться не могут. Он гениальный вор с кучей трюков в рукаве.

– Но ты же умнее его, да? – Милла с надеждой посмотрела на кота.

– О, однажды я его почти поймал. – Усы Молокоуса гневно дрогнули. – Увы, Бодо сбежал. Но мне удалось спасти единорогов. – Он перепрыгнул через улитку размером с футбольный мяч. Та испугалась и спряталась в домике. – Бодо после того случая долго не показывался. Я даже понадеялся, что мы от него избавились. Но несколько недель назад пропала моя подруга Роза. Она бы тебе понравилась: красивая благородная кошка с розовым мехом и голубыми глазами. Она любит кексы и комедии, прямо как я. – Явно влюблённый, Молокоус тяжело вздохнул. – Комната Розы оказалась разгромлена. Прибираясь, я обнаружил фантик от шоколадных ирисок. Роза их ненавидит, потому что они застревают в зубах. Но я знаю кое‐кого, кто обожает эти ириски. Бодо! Мой брат снова взялся за дело! Так что я тут же рванул в твой мир, чтобы спасти Розу.

Ах вот почему Молокоус внезапно появился у них дома!

– Я искал везде, – продолжал кот. – Я зорко смотрел и принюхивался – никаких следов Розы или Бодо. А недавно в оранжерее мелькнула тень. Брат! Я застал его как раз в тот момент, когда он активировал карусель миров, и, конечно же, сразу на него набросился. – Молокоус побоксировал лапами в воздухе, чуть не задев бабочку-колокольчик. Возмущённо звякнув, та упорхнула прочь.

– И что же дальше?

– Бодо сбежал в Сверкающий мир. А остальное ты уже знаешь.

– Но где же он сейчас? – Милла огляделась: Бодо всё ещё здесь? Ей стало тревожно.

– Не имею представления. Где угодно, только не здесь. Я всё проверил.

– А лейка? Может, нам куда‐нибудь её спрятать? Чтобы Бодо не забрал её!

– Лейка может работать только в оранжерее. А оранжерея закрыта на четыре замка. И на предохранительную защёлку.

Повисло молчание. Милла подумала о бедной Розе, единорогах и других животных, которым мог навредить Бодо.

– Как думаешь, Бодо продолжит? Я имею в виду, продолжит отлавливать животных?

Молокоус печально кивнул:

– Да. Он хочет купить роскошную яхту с кинотеатром и бассейном. А такая стоит немало денег.

– Вот глупость! – Милла сжала кулаки. – Сажать животных в клетку ради жалкой яхты!

– Согласен, – прорычал Молокоус, и следом зарычало у него в животе. – Э-э… давай продолжим разговор на кухне.

Новые друзья

Замок Молокоуса был не только волшебным, но и сказочно красивым. Вход был украшен орнаментами и цветочными узорами. Золотая дверная ручка в виде львиной головы издавала гостеприимное «Приветик!», стоило её повернуть.

– Привет, – восторженно ответила Милла. И тут же повернула ручку ещё раз. И ещё. А потом ещё. Пока Молокоус нетерпеливо не затащил Миллу внутрь.

Внутри стоял аппетитный запах.

– Пирог, – промурлыкал Молокоус. – Наверно, Ганс уже испёк.

Они прошли через вестибюль размером с бальный зал. На потолке висела люстра, а на ней качалась обезьянка с белокурыми завитками и двумя забавными косичками, торчавшими подобно антеннам. Она широко улыбнулась, а затем спрыгнула. Сделав рискованное сальто, она приземлилась Милле на голову и взъерошила её волосы. Милла ахнула, обезьянка запищала, Молокоус проворчал:

– Сэм, прекрати!

Но Сэм уже схватил волосы Миллы, наскоро заплёл две косички-антенны и захохотал безумным обезьяньим смехом. Это прозвучало так забавно, что Милла перестала сердиться.

– Кажется, у тебя появился поклонник, – заметил Молокоус, взглянув на дикую причёску Миллы.

Обезьянка показала им язык, прыгнула к открытому окну и исчезла в нём.

– Вот же оболтус. – Молокоус вздохнул. – Сэм – постоянный гость в моей клинике: то палец прищемит, то у него шишки, то ссадины. Неудивительно, учитывая, какими глупостями он занимается. Бьюсь об заклад, скоро придётся снова его лечить.

– Кстати, а где находится твоя ветеринарная клиника?

– На втором этаже. Я покажу её попозже.

Как раз познакомишься с Фиби и Орелией. Они твои ровесники и помогают мне в клинике. Как же здорово! Работа в ветеринарной клинике! Милла тоже мечтала об этом.

– Разве детям здесь не нужно ходить в школу?

– Безусловно, нужно, но днём они могут делать что хотят. Танцевать или помогать пекарю. Играть в футбол или тушить пожар.

– Правда? – Милла с трудом могла в это поверить.

– Конечно, это же интересно. К тому же они многому учатся. Фиби и Орелия, например, уже очень хороши.

Молокоус толкнул дверь на кухню. Повсюду были раскиданы тарелки и чашки. Пол усыпан крошками. На стене болтались кастрюли и сковородки. А на плите сидел петух. Ганс, петух-флюгер, Милла его узнала. Перья были взъерошены, а на фартук налипло тесто. Молокоус запрыгнул на кухонный стол. Но никакого пирога там не было, вокруг только валялись зелёный лук и листья петрушки.

– Одна лишь дурацкая зелень! – воскликнул кот.

Из-за явного разочарования или из желания её уничтожить Молокоус стал жевать траву. Глядя на эту картину, Милла громко расхохоталась.

– Ду-ди-ду.

Скатерть, свисавшая до пола, колыхнулась.

– Пиппа! Вот ты где! – обрадовалась Милла.

– Только не это! – взвыл Молокоус. С уголка его рта свисало пёрышко лука. – Пиппа, ты снова съела весь пирог?

– Ду-ди-ду, – тихо и виновато прозвучало в ответ.

– Не хочешь выйти? – ласково спросила Милла.

Мохнатый хобот показался из‐под скатерти и принюхался.

– Я скучала по тебе, – сказала Милла, присев.

– Ду-ди-ду-ду. – Пиппа выскочила из‐под стола, промчалась вокруг неё и запрыгнула к ней на колени. – Ду-ди-ди-ди-ду! – засмеялся мини-мамонт и провёл хоботом по лицу Миллы.

– Щекотно, – хихикнула та.

– Я тоже хочу смеяться! – В кухню вошла девочка с веснушками и диким пучком оранжевых и зелёных прядей.

Она скинула туфли и сбросила с плеч рюкзак. Стоя перед всеми в коротком комбинезоне и толстых шерстяных носках, девочка широко улыбалась.

– Привет, Фиби. – Молокоус растянул губы в прекрасной луковой улыбке.

– Приветик, – ответила девочка, сделав реверанс.

Пиппа громко задудела. Милла, смутившись, ответила:

– Привет.

– Фиби, это Милла, – сказал Молокоус. – Она оттуда. – Он неопределённо взмахнул лапой. – Случайно попала в карусель миров, потому что… Ох, объясню попозже…

– Фантастика! – Глаза Фиби стали круглыми, как блюдца. – Никогда никого не встречала оттуда. Ты надолго? На несколько недель? Это было бы круто! У тебя есть во что переодеться? Если нет, я дам. А зверей ты любишь? Мы могли бы вместе работать в клинике! Я тебе всё покажу. Эх, я бы тоже хотела когда‐нибудь побывать в твоём мире. Только доктор Лапуш не разрешает.