Роман с АВТО

Посвящается моей маме.

Только теперь я начинаю её понимать.

История 1. Которая для меня могла стать последней

– Тормози-и-и!!!

Реакция мужа была мгновенной. Это спасло нас, иначе микроавтобус влетел бы прямо в ту дверь, где сидела я. Благодаря секундной задержке, удар пришёлся на двигатель. Развернув Туарег на девяносто градусов, микроавтобус пролетел по проспекту ещё метров сто. В этот момент в меж дверную стойку со стороны водителя на полной скорости влетела иномарка, шедшая слева от нас. Поток машин встал, почти полностью перекрыв пересечение Ленинского и Университетского проспектов. Честно говоря, я не успела даже толком испугаться. Выйдя из машины, мы молча воззрились на развороченный капот. Накануне муж сетовал, что перегорела лампочка в какой-то фаре и не мешало бы её заменить.

– Ну вот, и лампочку менять не нужно, – философски заметила я, глядя на груду искорёженного железа.

Из будки ДПС показался инспектор, пост которого много лет располагался на пересечении этих проспектов, буквально, в ста метрах от места аварии. Уверенный, что именно мы являемся виновниками, он твёрдой походкой направился к нашей машине. Какого же было его удивление, когда подошедшие водители дружно указали на белый микроавтобус, стоявший довольно далеко от места происшествия.

В легковушке, которая ударилась в нашу, сидела пассажирка. Её лицо было залито кровью. Видимо, при резком торможении она ударилась о лобовое стекло, напоминавшее теперь паутину… Около неё уже хлопотал мужчина. Я перешла на противоположную сторону Ленинского проспекта, уселась на горку сложенного на газоне бортового камня и приготовилась ждать. Ожидание могло затянуться на часы.

* * *

Я страстно люблю машины!!! Профессионал-водитель – да что профессионал, любой мужчина обхохочется от столь наглого признания женщины в любви к “железяке”, в лучшем случае, презрительно усмехнётся. Ну и пусть, но это именно так! Я не просто люблю сидеть за рулём, а преданно люблю своё Авто. Она же живая! Люблю совсем не так, как это сейчас принято у молодых дам: за цвет, за модель, за статус – всё это перья в хвосте павлина. Особенно смешны дамские машинки с кучей мягких игрушек на пыльной торпеде. Даже у молодых ловеласов вызывает пренебрежительно-снисходительную улыбку, когда из открытого окна такого Авто появляется ухоженная девичья рука, вяло сбрасывающая пепел с длиной тонкой сигаретки.

Я же люблю автомобиль душой. Я чувствую его, слышу биение его сердца-мотора, скрип суставов-колёс, хрипы его лёгких. Однажды, сидя в такси, когда у меня ещё не было своей машины, я уловила снаружи едва различимый стук. На моё замечание водитель только отмахнулся.

– Опять что-то к днищу прицепилось.

– Нет, – настаивала я, – это где-то у переднего колеса.

– Ладно, дамочка. Из уважения к вам, – водитель нехотя притормозил у бордюра. Выйдя из машины, он медленно обошёл её, постукивая ногой по колёсам. Неожиданно движения его стали быстрыми и резкими. Открыв багажник, достал какие-то приспособы и направился к правому переднему колесу. Поколдовав минут пятнадцать, отчего вся машина сотрясалась и подпрыгивала, закинул инструмент обратно в багажник, сел за руль и коротко бросил: – все гайки ослабли. Считай, на одной ехали.

«Хоть бы спасибо сказал».

Кстати, мой любимый анекдот про кавказских таксистов: «Едет пассажир в такси. На большом перекрёстке перед красным светофором машина, вместо того чтобы затормозить, вдруг набирает скорость и летит на красный свет. Пассажир в ужасе кричит:

– Что ты делаешь? Там же красный горит!

– Не волнуйся, дорогой, – гордо отвечает водитель, – джигит за рулём!

Едут дальше. Впереди опять перекрёсток. На этот раз горит зелёный. Таксист начинает резко тормозить и останавливается. Пассажир в недоумении спрашивает:

– Друг, а почему ты сейчас остановился, ведь горит зелёный?

– Э-э-э, – отвечает тот, – сейчас с той стороны другой джигит поедет».

С грустью должна отметить, что теперь нет хороших умных анекдотов. Есть только шутки, и чаще всего, примитивные и плоские. Но речь не об этом. Каждый раз садясь в Авто ощущаю радость от встречи с моей любимой спутницей, без которой уже невозможно обойтись. За рулём мы становимся с ней одним целым. Впервые я поняла, что значит – полное слияние, когда увидела, как управлял машиной мой инструктор по вождению. Было ощущение, что живой человек был продолжением железного механизма. Малейший поворот руля, лёгкий наклон корпуса будто водитель помогал автомобилю сделать вираж, и он моментально поворачивался вокруг своей оси. Это ощущение слияния мною было познано не сразу и, конечно, не столь виртуозно, как у моего бывшего инструктора.

История 2. О семье – как ячейке социалистического общества

А пока, в нашей семье неожиданно появился милый синий «ушастый» Запорожец. Прожил он у нас недолго. Помню лишь грустную синюшную физиономию с круглыми выпученными глазами-фарами. Кроме жалости это создание украинского автопрома у меня ничего не вызывало. Я даже не помню, чтобы хоть раз сидела в этом техническом чуде. Но моего мнения тогда никто не спрашивал.

Муж на генетическом уровне с детства был болен машинами. Его отец большую часть своей сознательной жизни проработал шофёром. Отрочество моего свёкра пришлась на коллективизацию, в результате которой шестнадцатилетним мальчишкой он бежал в Москву. Его дядька в то время служил писарем в сельсовете и предупредил всю родню о возможности выселения. В Москве родственники пристроили подростка конюхом в городские конюшни. Видать, парнишкой он был сообразительным, поэтому, овладев мастерством городского возницы, был определён ближе к Кремлю.

Позже, в результате активной автоматизации Страны Советов и общего мирового технического прогресса, ему доверили «железного коня». Необходимо отметить одну особенность моего свёкра: в отличии от устоявшегося мнения, что все шофёры пьяницы, он никогда не пил. Вероятно, это была выучка и дисциплина маленького человека, невольно знавшего некоторые секреты той власти. После войны свёкр много лет проработал водителем при Управлении некоего министерства. Выйдя на пенсию, пересел опять на грузовую машину, подобную той, на которой прошёл всю войну. Таким образом, мой муж, можно сказать, вырос в кабине автомобиля, и отец, иногда, даже давал сыну «порулить».

– Понимаешь, мне во сне снится, что я сижу за рулём своей машины, – почти с придыханием говорил муж в редкие минуты душевного откровения. Но тогда я его просто не понимала. Не понимала и позже, когда в своём профкоме в результате суровой борьбы, он вырвал право на покупку новой модели Запорожца более высоко класса, прозванного в народе «мыльницей». Новенький жёлтый Запорожец был действительно похож на дорожную мыльницу, которую муж, обычно, брал с собой в командировки.

Приключения с ней начались, практически, сразу же после её покупки. Отпуск всей семьёй мы решили провести в Крыму на базе отдыха Министерства среднего машиностроения, где в то время работал муж. Он обожал все свои машины, какой бы модели они ни были. ТО, диагностика, подтягивание гаек, проверка рулевой тяги – это святое. Львиная доля свободного времени, когда муж бывал дома, а не в командировке, отводилась именно этим процедурам. Накануне отъезда в отпуск он потратил целый день на техническую подготовку машины. Оставив её у ворот своего предприятия и прихватив торт и закуски, он побежал в свой отдел “проставляться” перед отпуском. Я думала, что этот обычай существует только у нас, оказывается, нечто подобное существует почти во всех странах. Это наводит на мысль о том, что мир един. Но это так – философские размышления. Вернёмся к действительности.

Напротив, через дорогу находилась местная автобаза, куда без конца заезжали грузовики. Когда спустя час муж вышел на улицу, то увидел, что наша обожаемая жёлтая «мыльница» стоит на боку и подпирает её огромный грузовик. В настежь раскрытой кабине на сиденье валялась пустая бутылка из-под водки, стаканы и остатки какой-то закуски – классический натюрморт в стиле «андеграунд». Супруг, в недоумении, заметался по абсолютно пустой улице. Наконец, сообразив вызвать ГАИ, он, в ожидании инспектора, обречённо уселся на бордюр. Стало понятно, что друзья, с которыми мы должны были вместе ехать в отпуск, уедут без нас.

Дальше события развивались по спирали: справка ГАИ, решение страховой компании: кузов под замену, вероятное ожидание от двух до шести месяцев!!! Но это же невозможно! У нас же запланированный отпуск! Единственное светлое пятно в этой ситуации – машина осталась на ходу. Из страховой компании мы возвращались в печали. Как назло, именно вчера перед самым въездом во двор дорожники высыпали кучу щебня.

– Левой стороной не пройдём. Давай вокруг дома объедем, – предложила я.

– Ничего, она с этой стороны узкая стала, – грустно пошутил муж.

Наивные, мы решили, что кто сломал, тот и должен починить. Грузовик, наехавший на Запорожец, был с этой самой автобазы, напротив которой произошла авария. Здесь же были её авторемонтные мастерские. Только не нужно думать, что это был «автосервис» в нынешнем понимании этого слова, где на «ресепшен» тебя уже ждёт напомаженная девица, а вежливый автослесарь в фирменном комбинезоне предлагает вам выпить чашечку кофе, пока он осмотрит вашу машину. Нет, это было не так. Мастера работали в помещениях, пропахших металлом и техническим маслом. Окна бывали настолько мутными, что почти не пропускали дневной свет. В грязных, промасленных куртках и штанах, которые, если поставить их в угол, остались бы стоять на месте, работали подмастерья. И везде были очереди. Правда, многие мастера были, что называется, «от Бога». Без нормальных инструментов, почти без специальных технических приспособлений, с помощью древних киянок и волшебных слов русского лексикона, они творили чудеса. Необходимо отметить, что в то время битых машин на дорогах практически не было. А если и встречалась какая-то одна, то это наверняка означало, что она ехала в ремонт.

Обращение мужа за помощью было встречено с большим энтузиазмом.

– О-о-о, это непросто! – развёл руками умудрённый опытом бригадир. – Ей же бока тянуть и править надо. Дверь-то под замену! Это ж на неделю работы. А разобрать? А собрать! Запчасти найти нужно! А ещё грунтовка. А краску подобрать!

Разговор о ремонте развеял все радужные представления о человеческой взаимопомощи. Предложенная цена оказалась почти равной цене нового Запорожца. Расстроенный супруг грустно покинул неприветливый “автосервис”. Неожиданно, луч надежды показался в лице того же бригадира, догнавшего страдальца за воротами автобазы.

– Мужик, тебе срочно надо?

– У меня отпуск с семьёй сорвался.

– Да, ладно! Прости, мужик, но даром не можем.

– А я и не прошу “даром”.

– Тогда так, вон видишь гараж рядом с автобазой?

– Ну?

– Что “ну”! Ребята посмотрят, что можно сделать.

Осмотр в гараже настроения не улучшил. Цена упала, но не вдохновила, и муж решил сам попробовать совершить “подвиг”. Расположившись под окнами нашей многоэтажки, он начал править кузов машины. Не будем вдаваться в технические подробности и принимать во внимание мнение жильцов нашего дома, ведь главное результат. После второго осмотра “доктором”-жестянщиком цена упала значительно. Результат вдохновил. Муж решил продолжить запланированный “подвиг”, и сам удивился своим способностям.

– Во-о-о! Гляди-ка, теперь пойд-ё-ё-т, – протянул бригадир, задумчиво глядя на почти ровный бок “мыльницы”. – Слушай, а давай к нам. Хорошие жестянщики всегда нужны, а у тебя, видать, талант. Машину отобьёшь за несколько месяцев, потом ещё и новую купишь.

Эксперимент удался, цена стала настолько приемлемой, что через несколько дней свежевыкрашенный жёлтый Запорожец стоял перед подъездом, готовый к длительному путешествию.

История 3. О мелких приключениях и больших страхах

Как выяснилось, небольшая машинка не значит – неудобная. Для путешествия с маленькими детьми она оказалась вполне подходящей. Пространство между задним сиденьем и передними спинками мы забили спальниками и палаткой. Получилось одно просторное место, где дети всю дорогу спали валетом. На багажник я сшила двойной коленкоровый чехол, в который укладывались мягкие вещи. Кастрюли, сковородки и дорожный примус прекрасно уместились в багажнике. Всё получилось красиво и компактно. И всё было бы просто отлично, если буквально через три часа после отъезда из Москвы не начался ливень. Нет-нет, чехол не подвёл. Он и сейчас валяется где-то в гараже. А вдруг понадобится ещё!

От неожиданно раздавшегося сзади пронзительного крика, мы с мужем оцепенели. При резком торможении я стукнулась лбом о стекло. Визжала старшая. Она опустила ноги вниз и оказалась по щиколотку в воде. Разобраться на ходу, откуда в машине вода, было невозможно. Пришлось встать на обочину. Дождь утих, мы раскрыли двери и начали вычерпывать кружками воду. Эта процедура больше походила на спасение утопающих в открытом море. Убрав остатки воды и придя в себя, мы двинулись дальше. Хорошо, что спальники были упакованы в полиэтилен. Дождь окончательно прекратился, день начал быстро разогреваться, в машине стало жарко и пришлось открыть окна. После неожиданного дорожного происшествия девочки спали.

Однако, недолгое спокойствие было нарушено, неизвестно откуда появившимся, резким запахом гари. Я тревожно принюхивалась не понимая, откуда он появился. Решив, что горит что-то на улице, на ходу высунулась в окно. Но промытый, только что прошедшим ливнем, воздух был чист и прозрачен. Пахло именно в машине. Обернувшись назад, я увидела, как из-под крышки капота … Кстати, а где у Запорожца капот, если двигатель расположен сзади, а багажник спереди? Короче, из-под крышки, где располагался двигатель, поднимается столб чёрного дыма.

– Гори-и-т, – орала теперь младшая. Перепуганный муж вновь резко затормозил, и мы чуть не оказались в кювете. Вытащив из машины детей, отошли подальше и стали ожидать развития событий. Но ничего не происходило. Машина с выключенным двигателем стояла и мерзко воняла. Наконец, муж решил узнать, в чём дело. Подняв крышку, он увидел залитые маслом детали, от которых шёл едкий дым. Картина начала проясняться. Видимо, при техническом обслуживании машины перед поездкой горе-мастера при замене масла совершенно случайно (не подумайте, что с пьяна) залили двигатель. В результате продолжительной езды по жаре двигатель разогрелся настолько, что масло начало выгорать. Выждав некоторое время, пока процесс завершится окончательно, мы проветрили салон и двинулись дальше

Следующая остановка была опять незапланированной. Опять визжала младшая. На этот раз её укусила оса. Во сне она придавила ногой насекомое, присевшее отдохнуть на её соблазнительную детскую ляжку. Вообще, у ребёнка почти с рождения не задались отношения с осами. Будучи ещё в младенческом возрасте, она села попой прямо на одну из них. Пока бабушка стояла в очереди в кассу, внучка беспокойно елозила по подоконнику и потревожила насекомое, занятое трапезой. От злости оса так вцепилась прямо в её ягодицу, что раздавшийся вопль перепугал посетителей гастронома. Бабушка от страха чуть не потеряла сознание. Разобравшись в ситуации, на помощь потерпевшей пришли работники магазина. Одна из продавщиц принесла упаковку сахарного песка и, высыпав сахар прямо на подоконник, усадила на него орущее создание. Народная медицина в действии. Оказывается, сахарный песок «оттягивает» боль при укусах ос и пчёл.

В данной ситуации лишнего сахарного песка у нас не было, поэтому потребовалась экстренная медицинская помощь в виде спиртовых примочек. Так, не спеша, мы и двигались в нужном направлении.

Первую ночь решили провести в кемпинге и чуть не спалили всех отдыхающих. При зарядке примуса опрокинулась полная канистра бензина. Струйка потекла и загорелась. Зрители, оказавшиеся рядом, замерли как в известной детской игре: море волнуется – раз, море волнуется – два, и так далее, когда по команде: “замри!” – играющие застывали в самых нелепых позах. Кто первый покачнётся или засмеётся – тот и проиграл.

Дети с восторгом смотрели на весёлую змейку пламени, бегущую прямо по траве. Среди зевак нашёлся лишь один, кто схватил телогрейку и накрыл ею канистру. И взрослые зрители, как будто ничего не произошло, деловито похватали своих детишек и разбежались по палаткам. К счастью, это было последнее приключение по дороге в Крым.

Нет, пожалуй, необходимо еще рассказать о системе заправки бензином по дороге туда и обратно. Заправка-то была одна на каждые пятьсот вёрст, поэтому ехали мы “на спирте”, точнее, на его запасах. Дело в том, что работа мужа была связана с наладкой высокотехнологичного оборудования, при которой использовался в больших количествах спирт и, исключительно, в технических целях – для «протирки оптических осей». Вот на запасах этого спирта мы и ехали. Бутылка спирта – канистра бензина. А в сезон уборки, когда на полях царил «сухой закон», один, из особенно измученных жаждой механизаторов, воодушевлённо заорал:

– Родной, да за пару бутылок зальём прям в салон по самые окна.

Постойте, как же я забыла о невероятном спуске к базе отдыха “у самого Чёрного моря”! До базы оставалось каких-то триста метров, и мы просто мечтали, наконец, искупаться и поесть по-человечески, хотя бы супа. Эти последние метры оказались самыми страшными за всю нашу двухдневную поездку на Запорожце. Где-то внизу, совсем близко, солнечные зайчики играли на волнах в догонялки. Мы стояли на гребне спуска, а перед нами, резко уходя вниз, извивалась песчаная грунтовка. Сверху казалось, что дорога упирается в обрыв, за которым было море. Муж растерянно осмотрел окрестности – другой дороги не было.

– Может, ты съедешь один, а мы спустимся пешком?

– Нет. Поедем вместе. С вами у меня будет стимул – не ошибиться, – ответил он после некоторого раздумья. – Только все пристегнитесь.

Спуск, на почти выжатом в пол сцеплении, прошёл благополучно. Уже на стоянке, отерев руками мокрое от пота лицо, он выдохнул.

– У-у-х! – и только позже признался, что тогда от страха у него «совсем сжалось очко».

Потом мы почти каждый день ездили по этой дороге и больше ни разу не испытывали ни только ужаса, но даже малейшего страха, как это было в первый раз. Наша верная “жёлтая мыльница” прошла проверку боем.

История 4. О жертвах ради любви

Следующей семейной машиной стала пятая модель Жигулей цвета «липа зелёная». Легкомысленная вертлявая «пятёрка» – именно она стала «любовницей» моего мужа. И если предыдущим машинам, как говорится, лишь уделялось некоторое внимание, то с этой муж просто не расставался.

– Умница, красавица, – говорил он, нежно поглаживая пыльную торпеду. “Любовные ласки” происходили непосредственно под окнами нашей квартиры.

– Ты идёшь обедать? – взывала я с девятого этажа.

– Сейчас, только соберу всё, – проходило ещё полчаса.

– Уже всё остыло!

– Ты же видишь, я не могу оставить инструмент на улице, – в голосе начинало чувствоваться раздражение.

– Хорошо, мы с девочками садимся обедать, – и в ответ – тишина.

Зато, надо отдать «любимой» должное: за время их близких отношений семью она ни разу не подвела – видимо чувствовала его любовь. Для неё – любимой – муж лично сам сшил чехлы на сиденья. Сначала он долго уговаривал свою маму отдать ему крепкие бархатные занавески, висевшие в проёме двери. Главное, что они были точно такого же цвета, как машина – светло-зелёные с переливом. Свекровь долго сопротивлялась, пока сын не привёл главный аргумент:

– Вот тёща отдала почти новую портьеру для чехлов на Запорожец, а тебе жалко старую – на Жигули.

И свекровь сдалась. Потом начались разговоры о том, что их нужно сшить. Я, сколько могла, отлынивала от этой неквалифицированной работы ссылаясь на отсутствие хорошей выкройки, а без неё портнихе никак нельзя. Супруг бегал с миллиметровкой, приносил какие-то кривые рисунки. Я же, занятая своими личными делами, всё оттягивала и оттягивала это нудное нетворческое занятие. Наконец, у него лопнуло терпение, и в одно прекрасное воскресенье он притащил сиденья машины прямо в квартиру. Скептически оглядев принесённые предметы мне стало понятно, сколько времени займёт эта ерунда. Увидев мою кислую физиономию, муж бесцеремонно отодвинул меня в сторону.

– Всё! Спасибо. Я сам сошью. Покажи, как заправлять нитку и куда давить ногой.

За пять минут преподав экспресс-урок шитья, я радостно поскакала на кухню печь пирожки с яблоками. К вечеру два чехла на сиденья были готовы. Муж не стал морочить себе голову, а просто накинул кусок портьеры на сиденье, обвёл мелом и, оставив запас на подшивку, вырезал. И надо вам сказать, здорово получилось! Чехлы на спинки были дошиты в следующий выходной. Оставалось только пришить завязки и вдёрнуть резинку.

– Ну, завязки-то как-нибудь осилишь? – ехидно спросил муж, отрезая последнюю нитку.

– Только сделай разметку, – сдалась я, понимая, что уж от этой работы отвертеться у меня не получится.

Честно говоря, об истории покупки Жигулей вспоминать не хочется. Вернее, о предыстории покупки. Эта машина должна была быть нашей ещё три года назад. Но, неожиданно, в очередь встрял один из членов профкома, и нам достался только Запорожец модели “мыльница” жёлтая. О приключениях с Запорожцем уже известно. А вот за нежную любовь мужа к Жигулям, те платили ему тем же. Поэтому, ни только никаких хлопот, кроме приятных взаимных обязанностей и тёплого взаимопонимания в виде ТО (техосмотра), ТО (техобслуживания) и безаварийной езды, взаимных претензий между ними не наблюдалось.

Покупка Жигулей цвета «липа зелёная» явилось удачным началом дальнейшего приобретения частной собственности в виде недостроенного дачного домика на шести сотках садового товарищества. Жить в этом архитектурном шедевре без туалета и водопровода было невозможно, но по выходным в летний тёплый период существовать – вполне. Особенно полюбила этот невзрачный домишко мама. Ей, коренной горожанке, выросшей в частном доме с фруктовым садом, вблизи главной соборной площади старинного русского города, где за водой «на колонку» ходили на соседнюю улицу, а во время войны, пережившей эвакуацию на Урал, к отсутствию удобств было не привыкать.

Мама мечтала о клочке земли где-нибудь в Подмосковье. И так случилось, что счастье всё же улыбнулось. А если учесть, что она была заядлой грибницей, то этот участок был просто царским подарком, потому что вокруг был лес. И не просто лес, а как в сказке – дремучий. И даже не очень далеко от города. Теперь почти всё свободное время она с внучками проводила там.

Даже бесконечные отключения электричества, измучившие всех садоводов, не пугали маму. Однажды осенью, она целую неделю жила одна без света, а значит, и без тепла. Когда через неделю я приехала её забирать, мама сидела за столом в комнате с настежь раскрытой на улицу дверью и что-то писала. На плечи, поверх надетой телогрейки, было накинуто ватное одеяло, а ноги, обутые в шерстяные носки, грелись о стоящий на полу горячий чайник. В открытую дверь ветер задувал первые снежинки.

– Почему открыта дверь, ведь на улице холодно?

– Зато воздух свежий! – был короткий ответ.

Далеко за городом воздух, действительно, прекрасный. Порой кажется он настолько плотный, что его можно резать кусками, а при вдохе начинает кружиться голова. Благодаря машине, наши частые поездки за грибами стали традицией. Мы забирались в самые глухие грибные места Подмосковья. Однажды, в такой поездке едва не потеряли старшенькую.

Березняк был сухой и такой чистый, что казался прозрачным. Потеряться было невозможно. Оставив её на небольшой опушке у пенька с шапкой опят в надежде, что пока не соберёт никуда не денется, мы отошли пошарить в ближайших кустах. Переходя от дерева к дереву, потеряли опушку из вида. Стали кричать – тишина. Занервничали и, окликая друг друга, бросились искать. Прошло минут пятнадцать. Младшая устала, начала хныкать и требовать пить и писать. Оказалось, что мы всё время ходили вокруг той полянки, где оставили старшую. Она, по-прежнему, сидела перед тем же пеньком, в той же позе, и травинкой гоняла по пеньку огромную чёрную блестящую улитку-слизня.

– Что ты делаешь? Почему молчишь? Мы чуть с ума не сошли!

– Посмотрите, какой селезень, – не прерывая занятия спокойно ответила дочь.

– Селезень – птица. Он – муж утки, он летает. А это слизень. Он только ползает, – с улыбкой уточнил отец.

Хорошо, что мы тогда не потеряли чувство юмора, иначе можно было лишиться рассудка. Мы просто расхохотались.

История 5. О бабах за рулём