По ту сторону от счастья

Глава 6

— Переезжай ко мне, — тут же предлагает подруга, когда я рассказываю ей всё про измену мужа. — Места не так много, но дети пока маленькие. Я могу спать с Вовкой, а вы с Максом на диване. Сколько нужно, столько и живи, будем складываться на продукты и коммуналку. Мне легче, и тебе не так накладно.

— Ого, я даже не думала об этом, — честно признаюсь Люде. — Неожиданно.

— А что такого? Мы с тобой обе матери-одиночки, нам только друг за друга и держаться, — усмехается Люда. — Ну сама посуди, сейчас я скажу тебе примерные расценки и покажу, в каком состоянии комнаты, что сдают за эту стоимость.

Люда выходит с кухни и возвращается с планшетом, открывает передо мной одну из комнат.

— Вот, у черта на куличках, метро ехать без пробок десять минут, а вечером все сорок. Рядом ни школы, ни садика, новострой. Там трехкомнатная квартира в черновой отделке. На кухне плита и раковина, в ванной плитка только на полу. Знаешь, сколько просят за комнату?

Люда называет цифру, а я присвистываю.

— Прибавь сюда страховые за пару месяцев, ну, может, договоримся с хозяином за один месяц, плюс комиссия агента. Я свою часть не возьму, сама понимаешь, а вот долю агентству должны отдать. Итого получается вот такая сумма.

Ольга показывает мне цифру, что написала на салфетке, а я хватаюсь за голову.

— Но это три моих зарплаты! Ну пусть две с половиной. Мне придется копить месяца три и не есть при этом и сына не кормить.

— Вот и я тебе про это. Так что переезжай ко мне, накопишь — уедешь. Но я не против, если ты останешься, ты же знаешь, я мотаюсь по городу как белка в колесе, а Вовку в садик отведи, потом забери. Иногда не успеваю, соседка забирает. Повезло мне с этой бабушкой. Остальные соседи все почти снимают, им плевать, кто рядом живет. В основном молодежь без детей, только карьера на уме. А у тебя график удобный, могла бы в выходной с детьми побыть. Я скорее для себя это делаю, чем для тебя.

Люда улыбается, а я сижу задумалась. А почему бы и нет? Хороший же вариант.

— Плюс ты можешь здесь свою кондитерку продавать. Дай в интернете объявление, что берешь заказы, и делай свои шедевры в нерабочий день, никто не запрещает.

— Придется Макса сюда в школу переводить, — произношу задумчиво, выглядывая в окно на кухне.

Из него видна новая школа, которую год как открыли в этом районе.

— Сама понимаешь, возить его в прежнюю просто нереально, слишком далеко, много времени уйдет. Нам вставать придется в пять утра. Маршрутки переполнены, в метро не протолкнуться.

— Ну так переводи, в чем проблема?

— Страшно, — честно признаюсь подруге.

— Страшно было мне, когда меня отец Вовки бросил беременную и в общаге. Вот где страшно. Ни работы, ни родственников в Москве, и уехать некуда. Мать квартиру в Пензе продала и уехала к очередному мужику на Урал. С тех пор ни слуха ни духа. Ничего, выжила и ребенка родила. Даже мысли не было от Вовки избавиться.

— Да, я помню, когда ты первый тортик у меня заказала, Вовке на годик. Я тогда с тебя честно копейки взяла. Сама половину продуктов на свои купила.

— Я поняла это уже потом, и так неудобно мне было, — усмехается Люда. — Потом, когда мы уже дружить стали, хотела тебе высказать, да язык не повернулся. Спасибо тебе.

— Вот еще, брось! — притворно сержусь в ответ. — Хорошо, я подумаю, но, скорее всего, соглашусь. У меня других вариантов нет. Надо будет узнать насчет школы, а на работу я и отсюда смогу ездить. Ничего, встану раньше, не сахарная, не растаю. Но, Люда, давай договоримся. У тебя ипотека за эту квартиру, а тут еще мы. Пусть продукты полностью на мне, хорошо?

— Ну смотри, сама взвоешь, — смеется Людмила. — Вовчик любит покушать, метет всё, что не дашь. Непривередлив, и то хорошо. Утром каша, после садика суп или второе, вечером молоко или кефир с печеньем или фрукт. Ничего, прорвемся, мы тоже к изыскам не привыкшие.

— Договорились! Надо только как-то это с мужем уладить. Он может и не отпустить Макса со мной. Да и Максим у меня не особо сговорчивый, бабушка и отец его избаловали. Да и я виновата, что тут говорить. Целыми днями на работе, упустила сына.

— Это беда всех матерей, Тань. Мне в этом вопросе проще. Я Вовку не баловала, потому что возможности не было. У нас ни бабушек, ни дедушек, так что все сами.

Выхожу из дома подруги окрыленная и другими глазами смотрю на окрестности. Да, тут еще рядом везде стройка, асфальт проложили вдоль дома и до остановки. Но рядом школа, никуда ехать не нужно. За углом маленький частный магазин, а у метро большой круглосуточный торговый центр. Могу заходить с работы. А, возможно, и поблизости работу найду, что я в то кафе вцепилась? Меня там ничего не держит. Зарплата не особо высокая, я как кондитер могу получать больше. Однако у меня нет высокого профессионального образования, поэтому на большую зарплату я рассчитывать не могу.

Никому же не докажешь, что я сама всему учусь и все новости в кулинарии изучаю по интернету. Моя выпечка очень вкусная, я стараюсь. Всяким украшениям тоже сама учусь, методом проб и ошибок. Так что не нужно принижать себя. Это у меня от свекрови, та всегда говорила, что без образования, без института я никто и звать меня никак. А какие-то кулинарные курсы ее не «вштыривали», как говорит Максимка. Смешное слово-то какое.

Вдохновленная своими мечтами и мыслями тороплюсь домой, чтобы быстрее поговорить с сыном и объявить свекрови с мужем, что мы уходим с Максом. Пусть только попробуют нас удержать, кто они такие, чтобы отнимать ребенка у матери? Пусть у меня жилья нет, но подруга подтвердит, что предоставляет свое. У меня зато работа есть, в отличие от моего мужа. А это тоже козырь. Но главное, я мама, и ребенок должен жить со мной, чего бы мне это ни стоило.

Глава 7

Дома свекровь у себя в комнате смотрит сериал, а Макс играет в своем телефоне. Прохожу в спальню, где муж валяется на кровати с какой-то книжкой. Молча подхожу к шкафу и достаю большую спортивную сумку. Начинаю складывать свои вещи.

— Куда-то собралась, — интересуется Дима. — На ночь глядя?

— На собеседование, — сердито отвечаю ему. — Тебе можно, а мне нельзя?

— Тань, давай поговорим, — муж садится на нашей кровати, смотрит на меня серьезно. — Ну сглупил, бывает, что ты сразу вещи собирать?

— А как? — на секунду прерываю свое занятие. — Или так и будем жить? Ты с любовницей, а я на кухне?

— Ну хочешь, я тебе помогать буду? Сумки там из магазина помогу принести, с работы встречу?

— Спасибо, я уже сама привыкла. Да и это уже не поможет, — достаю с вешалки свой зимний пуховик, в котором хожу уже пять лет, и, немного подумав, сворачиваю, пихаю в сумку. Хотела купить новый, но сейчас не до расходов.

На нижней полке стоят мои осенние ботинки и зимние сапоги. Их тоже уже нужно заменить, на ботинках подошва треснула. Сапоги купила в том году, может, еще сезон отходят. Беру сапоги и тоже сую в сумку.

— Ладно, я решу вопрос с Анной, только дай мне время, — встает муж с кровати и подходит ко мне, обнимает за плечи. — Ну сама пойми, я не могу бросить своего ребенка, да и Аня не виновата, что так получилось.

— Она знала, что ты женат, и ей нечего было рассчитывать на то, что ты от меня уйдешь. Или ты ей и это обещал?

— Ничего я ей не обещал! — сердится муж. — Но ты сама пойми, у нас семья, Максим. Куда ты потащишь сына?

— Не твое дело, у тебя скоро другой ребенок будет. Найдешь работу, снова женишься, теща по соседству, красота-то какая, — усмехаюсь я, выворачиваясь из объятий мужа. — Ничего не получится, Дима. Я устала жить ради тебя, нашей семьи, которой давно уже нет. Работать за всех, готовить, убирать. Давно пора жить для себя, а не для кого-то.

— По мужикам пойдешь?!

— А это уже не твое дело.

— Мое, сын не должен расти и видеть свою шлюху-мать с другим мужиком!

— Какую мать, прости?! — разворачиваюсь к нему и размахиваюсь, бью по щеке. — Мне кажется, что это слово больше подходит к тебе, чем ко мне!

— Ты должна остаться здесь, твое место рядом с мужем! — звереет Дима, и мне становится страшно. Где тот тихий мужчина, за которого я вышла замуж? Неужели он меня ударит?!

— Что тут у вас происходит?! — открывает дверь в спальню свекровь. — Кричите на весь дом!

— Мама, Татьяна только что меня ударила! — жалуется муж, потирая щеку. — А еще она сумку собирает, хочет уйти.

— Как уйти?! Совсем с ума сошла? Ой, что-то мне плохо! — свекровь хватается за сердце и оседает, сползая по стене. — Таня, скорую.

Смотрю на эту женщину, которая мигом побледнела, стала какая-то серо-синяя. Хватает ртом воздух, глаза безумные.

— Вот до чего ты довела мою мать! — кричит Дима, доставая из кармана домашних брюк свой телефон. — Если бы не ты, она была жива!

— Я еще жива, — стонет на полу Мария Николаевна. — Но сейчас точно умру.

И я пугаюсь, действительно страшно, когда на твоих глазах умирает человек и ты этому виной. Сейчас я не думаю о том, кто начал эту ссору и почему свекрови стало плохо. Я должна ей помочь, а как иначе? Десять лет я жила рядом с этой женщиной и в принципе ничего плохого от нее не видела. Наоборот, она даже помогала нам деньгами, когда моих не хватало. В том году подарила Максиму телефон, когда у него был самый старый, доставшийся от Димы. Максим так радовался. Потом добавила мне на куртку и ботинки для Димы.

— Сейчас, Мария Николаевна, потерпите, — бегу в прихожую, ищу в сумке свой телефон и набираю скорую.

Нам повезло, что они приехали быстро. Приступ удалось снять, но свекровь забрали в больницу. Мы вышли провожать к подъезду, когда Марию Николаевну выносили из дома.

— Береги Димочку, Таня, — схватила меня за руку свекровь. — Если уйдешь, с того света достану.

— Мария Николаевна, думайте о своем здоровье, а мы сами разберемся, — уклоняюсь от всяческих обещаний.

— Разберётесь вы. Уйдешь от Димы, он совсем зачахнет. Ты бы своего сына бросила?

Облегченно вздыхаю, когда двери скорой скрывают от меня свекровь.

— Кто-нибудь едет с ней? — спрашивает врач, смотрит на Диму.

— Так вы же с мамой едете? — удивляется тот в свою очередь.

— Я поеду, — и дернул черт меня открыть рот. — Дима, уведи Максима домой, я скоро вернусь, как Марии Николаевне станет лучше. Покорми его.

— Чем?! — в свою очередь возмущается муж, но я уже его не слушаю, сажусь в машину скорой, и отъезжаем от дома, завывая сиреной.

В больнице пришлось долго ждать, пока ко мне выйдет врач. Я сидела в коридоре и думала обо всем, что произошло. Как теперь уйти и оставить мужа одного? Впрочем, пусть привыкает справляться один, я ему не нянька. Жаль, конечно, свекровь, но что я могу сделать?

— Вы близкий родственник Ленской Марии Николаевны? — врач появляется часа через три, как привезли свекровь в больницу.

— Невестка, — подсказываю ему.

— Ну что же вы так за своей матерью не следите, довели бедную женщину до сердечного приступа, — стыдит меня пожилой врач. — Сейчас все хорошо, она спит, можете идти домой. Ночь понаблюдаем в реанимации, а завтра переведем в кардиологию. Недели две придется прокапать ей поддерживающие и витамины. И никакого стресса, только покой.

— Но как же… — начинаю я, но обрываю себя на полуслове. — Поняла, покой.

— Да, прошу вас не волновать больную, а сейчас идите домой. Завтра после обеда можете навестить, если ночь пройдет спокойно. Впрочем, я думаю, все будет хорошо.

— Спасибо.

Врач уходит, а я подхватываю свою сумочку и иду на выход, чувствуя просто неимоверную усталость. Что теперь делать? Как уйти из этого дома? Все мои планы рушатся, и выхода я не вижу. Уйти и оставить Диму, зная, что это может добить свекровь, или все же рискнуть, начать жить для себя. Что это, эгоизм или свобода? Ничего не понимаю, я так устала от всего этого. Как жить дальше?!

Глава 8

Дома тишина, Макс уже спит, а вот мужа нет. Явно воспользовался случаем и свалил к своей любовнице. Нет, я, конечно, всё могу понять, но это переходит все границы. Нельзя же быть таким наглым и черствым?! Жена узнала, значит, всё можно? И наплевать на приличия и что мать в больнице. Просто не узнаю своего мужа. Мне всегда казалось, что Дима другой, но ошиблась. Впрочем, как и миллионы женщин до меня. Как теперь верить мужчинам? И это после десяти лет брака?!

Быстро принимаю душ и ставлю на огонь чайник. Глаза буквально слипаются, спать мне осталось всего несколько часов, а еще нужно накормить сына завтраком, отвести в школу. Да и самой на работу собраться.

Пока чайник закипает, заглядываю в холодильник, где ничего нет. В морозилке тоже пусто. Получается, всем плевать, и никто не собирался даже продукты покупать. Интересно, а ужин у них был или нет? Неужели сын лёг голодным? Обвиняю себя в этом, ушла к подруге, но ведь дома оставалась свекровь и муж.

У меня сейчас словно розовые очки разбились, и я внезапно смотрю на свою жизнь будто со стороны. Даже не замечала, как в свои выходные ходила за продуктами, потом готовила на следующие рабочие дни. А если бы у меня график был не два через два, а, например, пять раз в неделю каждый день, что было бы? Одно спасибо свекрови, она сама отводила Макса в школу по утрам, а приходил он чаще сам, благо школа тут не очень далеко. А вот зимой мы сына пока встречали, когда я работаю, свекровь, а когда дома, то сама ходила.

Мне вот интересно, а где в этой связующей цепочке присутствует мой муж? Точнее, в чем именно была его помощь? Перебираю мысленно все года, что мы прожили вместе, и понимаю, что и не было никогда Димы в нашем браке. Он лишь присутствовал, больше на бумаге. Нет, он поступил благородно, когда я ему сказала о своей беременности, сказал, что женится. Повел познакомиться с родителями, тогда еще был жив его отец-профессор.

Свекровь была категорически против.

— Нам не нужна невестка из провинции. Москва не резиновая, что вы все сюда лезете? Неужели у тебя там женихов подходящих нет? — возмущалась она.

— Есть, но ваш сын… — что-то лепетала я.

— Конечно, мой сын завидный жених, — кричала мама Димы. — Квартира почти в центре, отец-профессор, сын будущий академик, с хорошим образованием, кандидатскую защищает, а ты кто? Правильно, никто. Избавляйся от ребёнка, никакой свадьбы не будет!

— Маша, я не дам убить нашего внука! — рявкает интеллигентный профессор, громыхнув по столу кулаком, да так, что мы все подпрыгнули, включая Диму. — Будут жить у нас, в комнате сына, а внука воспитаем.

Так и вышло, но недолго. Пока я ходила беременная, Дима еще как-то слушался отца. Мы вместе посещали больницу, врачей. Вместе делали ремонт в нашей с Димой комнате. В основном на мои деньги, я уже тогда принимала заказы на торты и пирожные. Отец мужа тоже нам помогал, чаще давал деньги мне, чтобы никто не знал.

— Купишь себе витамины, фрукты обязательно, — строго выговаривал он, протягивая мне купюры. — И гранаты купи, тебе сказали, что нужно гранат есть. Вот и ешь.

А я дура была, тратила всё на нас с Димочкой. То рубашку ему новую, то ботинки взамен старых, сама ходила в чем приехала в этот дом. Откуда во мне такая жертвенность? Или я так дома привыкла, где у нас был культ отца? Мама так же всё делала для папы, пылинки с него сдувала, а он взял да ушел к молодой, детей еще нарожал с ней. После его ухода я своего отца больше не видела. А уж как мама его чихвостила направо да налево! Да, дурной пример терпения матери перед глазами сказался и на мне. Это она почти все замужество оправдывала перед всеми гулянки отца, а я выросла такая же. Вот откуда ветер дует.

Все изменилось, когда внезапно умер отец Димы. Оторвался тромб, и не успели спасти. Вот тогда мне пришлось несладко. Максу был почти год, Дима протирал штаны в каком-то умирающем НИИ, приносил копейки раз в два месяца и готовился к защите кандидатской. Свекровь тогда еще работала в школе учителем русского языка и литературы. Пропадала на работе целыми днями. С уходом отца Димы в доме резко стало не хватать денег. Пришлось мне днем заниматься ребенком, а по ночам печь свои заказы. Но ничего, выжила, Максима вырастила. А что теперь? Опять всех себе на шею посадить? Впрочем, они оттуда и не слазили, особенно когда свекровь на пенсию ушла.

За этими мыслями сама не заметила, как допила остывший чай и пошла спать, предварительно поменяв белье на супружеской постели. Дима явно остался у соседки, и плевать ему, что ребенок лег голодный.

Утром мужа еще не было, и я сварила сыну кашу, долив остатки молока. Сама тоже поела, запивая все какао. Макс правда ныл, что хочет бутерброд с колбасой, но я его едва слушала, больше была занята своими мыслями.

И когда хлопнула входная дверь, вышла к мужу, что, не стесняясь, прошел сразу в душ.

— Подожди, нам нужно поговорить, — остановила его уже у дверей в ванную комнату.

— Давай потом, я устал, — сморщился Дима.

— Интересно отчего?

— За мать волновался, всю ночь не спал.

— Да что ты говоришь? — издевательски отвечаю ему. — Так вот, с твоей мамой всё нормально. Сегодня переведут в кардиологию, а мы с Максимом уезжаем из этого дома.

— И куда это? Тебе не стыдно тащить ребенка к чужим людям?

— А тебе? Не стыдно вот так вот не ночевать дома, когда мать в больнице?

— От того, что я буду ночевать дома, что-то изменится? — огрызается Дима.

— Ясно, я тебя поняла. Отведи Максима в школу, мне нужно собираться на работу, — иду в нашу спальню, чтобы переодеться.

— В смысле я отведи?! — возмущается муж, следуя за мной. — Я вообще-то к матери в больницу поеду.

— Вот и поезжай, а до этого проводи сына.

— Сам дойдет, уже не маленький, — тут же отмахивается муж.

— Как же ты хотел себе сына оставить? — встаю на пороге спальни и поворачиваюсь к нему. — Ни ужином не покормил, ни завтраком. Даже в школу проводить не можешь?

— Макс печенье ел, Аня угостила.

— Ты идиот, Дима?!

— Слушай, ну хватит! Хочешь куда-то там уходить, иди, а Макс со мной останется!

— Никогда!

— А я и спрашивать не буду! — кричит муж. — Уведешь его, в опеку заявлю и в полицию. Разбирайся сама потом, кто прав, а кто виноват. Да и не пойдет с тобой Макс. Ему школу менять, дом, к которому привык. Да, сынок?!

Поворачиваюсь и вижу, как в дверях кухни стоит сын, смотрит испуганно на нас.

— Ты с мамой пойдешь жить к чужим людям или останешься со мной? Скоро бабушка вернется. А, Максим? — ласково спрашивает его отец.

— Я никуда не пойду! — тут же бычится Макс. — И ты, мам, здесь оставайся. Скоро баба Маша вернется, и будет всё как прежде.

— Отлично! — рычу я. — Вот и живите, как хотите!

Ухожу в спальню, хлопнув напоследок дверью, и падаю на кровать рядом с наполовину собранной сумкой. Да как так-то?! Сын отказался со мной уходить! И что теперь?!

Глава 9

Взгляд цепляется за ключи, которые лежат на комоде. Их мне дала Люда, сказала приезжать в любое время с вещами. Подруга верила в меня, сама прошла через столько неприятностей, а я из-за каких-то мелочей никак не решусь. Может, хватит уже

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.