- -
- 100%
- +
Глава 1
— Анька, я сегодня с таким парнем познакомилась, — Милка бесцеремонно прыгает на мою кровать, отчего пружины панцирной кровати жалобно скрипят.
От подруги пахнет немного алкоголем и сигаретами. Милка только что вернулась из клуба и завалилась рядом со мной, мечтательно уставившись в потолок. Места на кровати и так мало, и мы лежим, тесно прижавшись друг к другу. В комнате холодно, старые деревянные окна в общежитии пропускают ледяной воздух разыгравшейся на улице метели. Никакие наши ухищрения типа старых газет и ваты, смоченной в мыльном растворе, не помогают от гуляющих по комнате сквозняков.
Сонно отодвигаюсь хоть немного от подруги морщась от запаха табака. Милка не курит, но в клубе, где она была, курят везде и не удивительно, что подруга вся провоняла неприятным запахом.
— Он такой... Такой, — с восторгом начинает Милка.
— Давай, ты мне утром все расскажешь, — сонно зеваю, — Я только легла.
— Опять сидела над своими конспектами, — недовольно ворчит Милка, — Ничего бы не случилось, если пошла со мной. Все время сидишь со своими тетрадками, так и вся молодость пройдет.
— У меня зачет сегодня, — подпираю рукой подушку, отвоевывая у подруги еще немного мягкой поверхности.
— Скучная ты, Анька, — выносит приговор Милка, перебираясь по кровати, чтобы слезть на пол. Но недолго думая, ныряет под мое теплое одеяло, — С тобой буду спать, моя постель сейчас похожа на айсберг, а у тебя тут тепло.
— Ну уж нет, иди к себе, — недовольно пихаю подругу ближе к краю, — Вдвоем мы точно не выспимся.
— Не пойду на первую пару, — делает свои выводы Милка, наконец, зевая сползая с кровати, — Понимаю, почему у тебя нет парня. Ты кроме своих учебников ничего не видишь, — недовольно забирается под одеяло на своем месте, — Брр, дубак какой.
— И тебе бы немного посидеть, два хвоста еще не закрыла, — ворчу, кутаясь в одеяло. Оно не очень толстое, все в ватных комках, но хоть немного греет. Нос холодный и я прикрываю его, чтобы согреть.
— Он самый лучший, — выдает Милка.
— Угу, — сонно отвечаю ей и засыпаю, пока она что-то бубнит там, рассказывая о своем новом знакомом.
Утром подругу не добудиться. Дрыхнет, с головой зарывшись в одеяло. В комнате так холодно, что я прямо в постели подтягиваю к себе джинсы и сразу ныряю в толстый вязаный мной лично джемпер. Зубы стучат, выбивая дрожь, а я хватаю чайник и несусь на кухню, где возможно чуть теплее. Но там никого нет, все еще спят, так как в субботу только я одна спешу к первой паре. И ладно бы я была прогульщицей или каким неучем, но нет. Я иду на красный диплом и этот последний курс самый решающий для меня. Впрочем, как и для Милки. Но подруга полностью отдалилась от учебы, списывая на то, что диплом с тройками ей больше подходит. Незачем надрывать задницу сидя днями и ночами.
На улице мне кажется, даже теплее, чем в общежитии. Вчерашняя метель оставила после себя снежные заносы, и я сражаюсь с ними, чтобы успеть вовремя. Падает мягкий пушистый снег, щедро сыпет своими лучами солнце. Конец февраля, почти весна. Ее уже чувствуешь в такие дни, когда наступает оттепель и даже птицы начинают петь свои песни, словно призывая теплые деньки.
Нет, я не против зимы, мне она нравится, особенно такая. Когда с крыш капает подтаявший снег, а в шапке становится жарко. На мне короткая дутая куртка из Смешных цен и даже в ней я сегодня не мерзну, как обычно.
Залетаю в аудиторию, на ходу поправляя сбившиеся у лица волосы, что прилипли к потному лбу. Лекция еще не началась, и я ныряю за парту к нашему общему знакомому. Стас сидит, что-то рисует в своей тетради. Высокий, симпатичный парень в очках. Его родители тоже из династии хирургов и сын пошел по их стопам. Хотя у него и не было выбора, он и сам хотел этого.
— Ты что сегодня здесь? — оглядывается на меня парень, прикрывая тетрадь, — У вас разве не гинекология первой парой?
— Я там уже сдала все, вчера, — кидаю сумку на скамью и стягиваю с себя куртку, — Договорилась зачет по основам Здравоохранения сдать сегодня.
— Так еще неделя впереди, а хотя, тебе все можно, — лыбится однокурсник, а я завожу глаза. Вот всегда они так, подкалывают меня «ученостью». А может мне просто, нравится учиться?
— Я же уезжаю на следующей неделе, забыл? Поэтому и решила все сдать.
— А ну да, практика на Севере, это предел мечтаний, — морщится Стас.
— Ну не у всех родители местные знаменитости, — огрызаюсь я.
— Ты думаешь, в вечной мерзлоте рожают детей? — корчит рожи Стас, а я фыркаю.
— По крайней мере женщины там точно есть, и там не вечная мерзлота, — отмахиваюсь от него и вовремя, так как в аудиторию входит преподаватель, — Я хотя бы делом занимаюсь, — шепотом приструниваю Стаса, на что он крутит у своего виска пальцем.
— Больная, — выдает друг и мы замолкаем, строчим в свои тетради. Грызем гранит науки.
Зачет я сдаю сразу после лекции, как всегда, легко и радостно выбегаю в коридор, чтобы успеть в кафе. Там, возможно, еще остались вчерашние булочки, да и кофе три в одном не помешало бы выпить.
— Варевцева, стоять, — тормозит меня староста нашей группы, Вадим.
— Что тебе? — роюсь в сумке, набирая мелочь, — Я тороплюсь.
— Где опять твоя подруга? У нее уже пятый пропуск за неделю.
— Ээ, заболела, — тут же выдумываю я, понимая, что теперь Вадим не отстанет.
— Знаешь, что, Варевцева, «ее заболела» я слушаю уже третий месяц подряд, а справки так и не было. Причем слышу это от тебя.
— Ну, Вадимчик, пожалуйста, — молитвенно складываю руки, — Милка придет ко второй паре, обещаю.
— Поверь мне, если так будет продолжаться, ты и себя подставишь... Аня, — Вадим сердито смотрит на меня, затем разворачивается и уходит, а я горестно вздыхаю.
Вот так всегда, Милка чудит, а я расхлебывай. Кто же знал, насколько это все станет проблемой для нас с ней, большой проблемой.
Глава 2
Север, Якутия, Тундра.Не сказать, чтобы я всегда мечтала сюда попасть, но наш ректор меня уговорил:
— Аня, это такой шанс, подумаешь пару месяцев, но с такой практикой ты будешь почти специалистом.
— С вахтовиками? — фыркаю я, но Николай Васильевич лишь грозно сдвигает темные брови.
Надо сказать, что эти брови очень эффектно смотрятся на его лице. Голова белоснежная, седая, а брови, как отдельно существующий элемент. Темные, почти черные и густые. Из-за этого ректора так и прозвали Бровастый. Он, конечно, знал о своем прозвище, но в глаза ему никто так не говорил. А вообще, ректор был замечательный человек и взял шефство надо мной. Обычной детдомовской девчонкой, правда отличницей.
— Там медицинский кабинет, не только вахтовики, но и местное население. Тем более, я отправляю тебя к своему другу, можно сказать светило медицины.
— Что в такой глуши делает такая звезда? — вырывается из меня и тут же прикусываю губу. Не стоило мне так говорить, ой не стоило.
— Слава оказался там по своему желанию. Возможно, он сам тебе расскажет свою историю. Для тебя поработать с ним будет большим плюсом. Тем более, гинеколога там давно ждут, сама понимаешь. Пока найдем постоянного, кто-то должен помогать. Уже три месяца без помощника. Слава мне грозится приехать и глотку перегрызть.
— Но этими вопросами занимается Здра...
— Аня, я все сказал! — сердится Николай Васильевич, — Ты едешь или нет?
— Да еду я, еду, — ворчу, а сама так и пытаюсь сдержать улыбку.
Мне приятно, что меня, зеленого специалиста отправляют на Север, доверяют. А я готова да, давно готова. Докажу, что из меня выйдет настоящий врач и пусть моими клиентами будут одни бородатые вахтовики и злые медведи. Тихо смеюсь, пока самолет заходит на посадку в Сургуте. Ну какие мужики, Аня, там же и женщины есть. Мужчинам, гинеколог как бы без надобности.
Я никогда не думала, что поеду туда, тем более сейчас, на последнем курсе. Но Николай Васильевич прав, мне это интересно. Побывать на краю земли, увидеть, как живут люди и по возможности помочь. Ведь женщины везде женщины и нуждаются в различной помощи. Надеюсь, что мои способности не подведут меня в последний момент. Я уже подрабатывала в больнице, не особо ради денег, так как платили копейки, но скорее из-за голого энтузиазма. Моя профессия была мне интересна и соответственно, все, что было связано с ней. Больше практики, больше знаний. Я чувствовала себя уверенно, но действительность оказалась намного суровее, чем предполагала.
Быстро получила свой чемодан и встала напротив табло с рейсами. Так, мой следующий рейс на Талакан задерживают на три часа, просто отлично. Хорошо, что сейчас в Талакане свой аэропорт. Раньше нужно было лететь из Сургута еще три часа, а затем на вертолете. Теперь красота, как объяснил мне Николай Васильевич. Только меня это мало успокаивало и небольшой мандраж все же присутствовал. Куда я еду? Там же... Что? Полярное сияние? Морозы до 70 градусов, болота? Что еще?
Оглянулась вокруг в поисках кафе. Сам аэропорт был не очень большим и с кафе, прямо скажем, плохо. Но я пристроилась где-то в углу, обхватив чашку травяного чая руками. Мне уже было холодно, сидя здесь в теплом помещении, что говорить про поселок? В чемодане лежало купленное почти на последние деньги термобелье, но я же не могу в нем все время ходить.
Куртку мне дала Милка, с виду дутый теплый пуховик, прикрывающий пятую точку, а на деле просто красивая шмотка. Ни фига не греет. Глаза закрывались сами собой, и я видимо все-таки задремала, прислонившись к обшитой деревянными панелями стене. Сквозь сон слышу, как объявили регистрацию на рейс и вскочила со стула, чуть не опрокинув столик. Ну что, отступать мне некуда, вернуться я всегда могу, а вот такое приключение мне вряд ли, когда еще в жизни выпадет. Лучше бы я так не думала.
Самолет, настоящий кукурузник, мотался в небе, как воздушный змей. Я сидела, вцепившись в металлические поручни кресла с закрытыми глазами и молилась. Правда, вместо молитвы больше ругала себя, причем такими словами, что приличные девочки так в обществе не разговаривают. И зачем я согласилась ехать сюда? Вот сейчас все, самолет ухнул в какую-то яму, и я невольно взвизгнула еле слышно. Сидящий со мной рядом вахтовик с густой черной бородой что-то хмыкнул себе там в усы.
— Первый раз? — спросил он, бросая на меня веселый взгляд.
— Угу, — выдавила я, чувствуя, как останавливается сердце, готовое выпрыгнуть из груди от очередного виража самолета.
— А что оделась как? — оглядел мою куртку и шапку вахтовик, — Ох, померзнешь.
— Да я знала, но не знала, — оправдалась я.
— Не знала она, прилетишь, там есть магазин, спроси у местных. Купи себе нормальную одежду, а не это вот... — что именно вахтовик не договорил, так как начали объявлять посадку.
Я прилипла лицом к иллюминатору рассматривая бело-зеленое море подо мной. Тундра... Мамочка! Здесь только лес и извилистые ленты воды. Снег, кругом снег и никого вокруг на сотни километров. Самолет падал практически на деревья, и я зажмурилась со всей силой, ощущая тот момент, когда шасси коснуться земли. Уфф, пронесло, чуть не плача выдохнула я, когда включился реверс обратной тяги торможения. Господи, никогда больше не полечу сюда, обещаю!
Вышла из самолета ступив на трап и задохнулась, хватанув ледяного воздуха. Это вам не 30 градусов, это... Кошмар, короче. Я думала, что не смогу вздохнуть. Первая мысль вернуться в самолет и залезть в кресло. Пристегнуться и везите меня обратно, я согласна! Но смело сделала шаг по скрипучему трапу, спускаясь на бетонное покрытие. Никакого вам автобуса, короткими перебежками до аэропорта.
— Удачи! — махнул мохнатой рукавицей мой бывший попутчик, скрываясь где-то в снежном тумане, а я поторопилась за ним и остальными. На ледяном ветру просто невозможно было стоять. Ветер сбивал с ног, забирался морозными осколками под пуховик, заставляя двигаться, кутаться в шарф, который я уже намотала поверх толстой вязаной шапки. Лицо горело от мороза, а ресницы тут же покрылись инеем. Вот это я приехала, ну девочка, тебе конец.
Глава 3
Слава Богу! У выхода с зоны прилета меня ждал высокий мужчина и сразу окликнул:
— Аня? — я повернулась на голос и счастливо улыбнулась.
Все-таки лучше прилететь туда, где хоть кто-то есть знакомый, чем в полную неизвестность.
— Я, Вячеслав, можно просто Слава, — мужчина подхватил мой чемодан и сумку, направляясь к выходу, — У тебя тут есть теплая одежда и сапоги? — посмотрел с сомнением на мои зимние короткие ботинки и куртку Слава.
— Термобелье, — призналась я, краснея.
— Не пойдет, сейчас зайдем, тут недалеко.
Мы вышли на улицу и потопали в сторону, где стояла горстка одиноких машин и огромный танк, только без дула. Слава решительно подошел к нему и открыл заднюю дверь, точнее люк, поднимая дверь вверх.
— Мы на этом поедем? — испугалась я, представляя, как буду залезать на такую высоту.
— А ты думала, я лимузин подгоню? — засмеялся новый знакомый, — Пойдем, туда только на вездеходе проедешь.
И захлопнув дверь, повернул в сторону от аэропорта.
— Магазин появился недавно, а то многие приезжали, как ты в крутке на гусином меху. Здесь север, и никакое термобелье тебе не поможет, — говорит по дороге Слава, пока я прыгала по обледеневшим кочкам, мало похожим на дорогу.
Губы, кажется, смерзлись, а глаза почти ничего не видели из-под налипшего на ресницы инея. Деревянная постройка, мало похожая на магазин, была наполовину завалена снегом. Мне казалось, что тут никто и не собирался работать, однако Слава решительно толкнул обтянутую дерматином деревянную дверь. Я шагнула в тепло, которое здесь дарила огромная круглая печь и с облегчением размотала шарф на голове.
Слава тоже снял свою меховую шапку и только сейчас я рассмотрела, что мужчина по возрасту уже далеко за пятьдесят. Стало интересно, что здесь делает этот пожилой человек, вдали от дома, жены и детей.
— Так, Лариса, девочку мне наряди, — улыбнулся Слава женщине в толстом свитере и джинсах.
— Откуда такая? — по-доброму улыбнулась продавец этой лавки. Магазином назвать не поворачивается язык.
— Из Москвы, ученица моя. Гинеколог, — выдал сразу все тайны Слава, а Лариса заулыбалась еще теплее.
— Вот это нужно, а то, как Михайловна уехала на свой юг, мы тут словно брошенные, — и продавец засмеялась, сверкая влюбленными глазами на Славу. Все понятно, тут своя любовь-морковь.
На столе появился тряпичный тюк, из которого Лариса вытянула теплый комбинезон, куртку.
— Примерь, вроде твой размер, — я машинально развернула предлагаемую одежду, удивляясь, какое все тяжелое.
— Мне в этом на работу ходить? — забеспокоилась, утонув в теплом комбинезоне, который был мне длинноват сантиметров на тридцать.
— Спасибо, скажешь потом, — засмеялся мужчина, а я вдруг поняла, что улыбаюсь ему в ответ. Кажется, мы сработаемся.
Слава заставил меня сразу все это надеть, усевшись рядом на корточки и подвернув длинные брючины.
— Годится, — удовлетворенно ответил мужчина, поднимаясь, — А теперь поехали, нам еще час пилить.
Я подхватила пакет с ненужной теперь курткой и достала из сумочки деньги.
— Оставь, мой подарок, — отмахнулся от денег Слава, — Лара, запиши на меня.
Женщина с готовностью кивнула, достала из-под прилавка толстую тетрадь.
— Ну что вы, зачем, — забеспокоилась я, — Не нужно на меня тратиться.
— Отработаешь, — засмеялся Слава, — Тут тебя весь поселок ждет, так что работы навалом.
— Ой, — испугалась я, но потопала за ним, прижимая к себе пакет с ботинками и курткой.
В новой одежде было действительно тепло и даже жизнь заиграла новыми красками. Хотя, я все равно ничего не видела по сторонам из-за завихрений колючего снега, мне неожиданно стало хорошо. Почему, я не могу объяснить, но люди которых я здесь пока встретила, заряжали позитивом и какой-то жизнерадостностью.
Слава помог мне забраться в обледеневшее нутро вездехода, и я с восхищением рассматривала все эти кнопки и рычаги.
— Нравится? — улыбнулся мужчина, усаживаясь за руль и заводя движок.
— Грозная машина, — кивнула я, всматриваясь в снежный буран сквозь толстые стекла. В свете фар казалось, ничего не видно. Как мы поедем?
Сама не заметила, что произнесла эти слова вслух.
— Да я дорогу как свои пять пальцев знаю, поехали.
Вездеход с громким рычанием тронулся с места, и я схватилась за железную ручку. Ехать было то еще удовольствие. Это не машина с амортизаторами, да и дорога оставляла желать лучшего.
— Сегодня отдыхай, а завтра у тебя прием с самого утра, — рассказывал по пути Слава, — Я живу в доме, где оборудованы два кабинета. Твой вагончик рядом, не переживай там все есть. Познакомишься со Светой, это моя медсестра, а твоя соседка будет через неделю.
— Я буду жить с другой женщиной?
— Да, Люда, повариха. Уехала на месяц домой.
— Хорошо, — кивнула в ответ, всматриваясь в ледяные кочки, что здесь назывались дорогой.
— Поселок большой по здешним меркам, наш кабинет на самом краю, чтобы недалеко от вахтовиков. Так что ты увидишь и тех, и тех. Местных жителей там много, я тебя познакомлю с некоторыми. Да ты и сама не смущайся. Народ здесь суровый, но дружелюбный. Нового человека принимают не сразу, а доверие заработать то же время нужно. А без доверия тут никуда.
— Местные, это якуты?
— И они тоже, по выходным оленеводы подтягиваются. В общем, сама все узнаешь со временем. Главное одна в Тундру ни ногой, поняла? — строго зыркнул на меня Слава.
— Не пойду, — согласилась я. Какая Тундра, мне бы тут привыкнуть, к местному колориту, так сказать, — А медведи тут есть? — неожиданно спросила я.
— Есть, — кивнул Слава, — Увидишь.
Ну что сказать, успокоил, так успокоил.
Глава 4
Наконец, я вижу огни, и мы проезжаем какое-то странное поселение. Здесь одни вагончики и всего пара срубов деревянных домов.
— Это вахтовики, здесь мы с тобой будем проводить плановый осмотр. Раз в неделю приезжаем сюда и принимаем, осматриваем, лечим.
— Они здесь живут круглый год? — рассматриваю вагончики, во многих горит свет.
— Не обязательно. У них вахтовый метод. Кто-то месяц, кто-то два. Многие по полгода остаются, затем уезжают домой на пару месяцев. Люди постоянно меняются, уезжают, приезжают. Сюда лучше одной не соваться.
— Почему?
— Ну как ты думаешь? Почти две сотни мужиков, которые сидят тут практически без женщин.
— Они что, опасны?
— Нет, но всякое может быть. Тем более здесь поселок рядом, там можно найти все, что пожелаешь, — сообщил Слава, поворачивая вдоль поселения вахтовиков и въезжая в другой поселок.
Здесь, я уже видела довольно много обычных сельских домов, чаще деревянные срубы, из труб которых валил дым. На улицах, если их можно так назвать, было немноголюдно. Оно и понятно, в такой-то мороз. Хотя люди, тут привыкшие к такой погоде.
— Здесь у нас школа, — указал на огромный деревянный дом Слава, — Далее магазин и даже клуб. Как видишь, все довольно цивилизованно.
— Слава Богу, — произнесла я, чем вызвала смех своего непосредственного начальника.
— А ты думала тут одни медведи? — усмехнулся мужчина.
— Не совсем, но про медведей да, думала, — призналась я.
— А вот и наша мини больница, — указал мужчина на одноэтажный дом, — А это, твой дом, — он лихо подрулил к небольшому вагончику, рядом с которым стояли еще штук пять или шесть, — С приездом!
— Спасибо, — буркнула я, вылезая из теплого вездехода, словно нырнула в ледяную прорубь. Может, когда-то я и привыкну к такому холоду, в чем сильно сомневаюсь.
Слава достал мои вещи, а я, подхватив свой пакет с ботинками и курткой поползла за ним, слушая как скрипит снег под ногами. Вагончик был небольшой, по сравнению со стоявшими рядом и я, честно говоря, порадовалась, маленький значит теплый и в чем-то была права.
Слава открыл железным ключом дверь и щелкнул выключателем, впуская меня. Я никогда не была в таких вагонах. Этот мне напомнил купе в вагоне СВ и то, я видела такой только на картинках. Две кровати по бокам, между ними тумба с небольшим телевизором. Предбанник, куда мы вошли, оборудован небольшой кухней, стол, плитка на две конфорки, небольшой холодильник. Умывальник с накопителем для воды и рядом большая бочка с этой самой водой.
Изо рта шел пар и внутри помещения было довольно холодно. Слава нагнулся, нащупывая под столом реле электрического обогревателя.
— Я прибавлю, когда Люба уехала, оставила на минимум. Ты пока не раздевайся, нагреется быстро. В комнате еще два обогревателя, не замерзнешь.
— В семидесятиградусный мороз два обогревателя? — пискнула я, — А если свет отключат?
— Так буржуйка есть, вот, смотри, — мужчина отодвинул небольшую штору, показывая на круглую железную печь с дверцей. Здесь же стоял таз и ведро, видимо для умывания, — Обычно топим, когда совсем холодина, — пояснил Слава.
— А сейчас значит, жара?
— Ну типа того, — усмехнулся он, — Так, ты устраивайся и приходи ко мне. Запомнила, где наш кабинет? Придумаю что-нибудь на ужин. Ты тут располагайся у Любы должен быть чай, варенье, поищи на полках. Она против не будет и через час приходи, покажу тебе твой кабинет.
— Угу, — тоскливо протянула я и получила внушительный дружеский шлепок по плечу.
— Не пугайся, освоишься, да и что какие-то два месяца, подумаешь, — с этими словами Слава вышел, плотно прикрыв дверь, а я осталась стоять, разглядывая свой новый дом на пару месяцев.
Невыносимо захотелось выбежать за дверь, с криками «отвези меня обратно!», но я подавила в себе это трусливое желание. Нужно доказать себе, что я могу выжить в таких условиях, что я хуже других? В Детском доме у меня и того не было. Комната на десять девчонок и удобства на другом этаже. Ужасный холод зимой, тонкие одеяла и фланелевые, почти прозрачные халаты, одинаковые для всех. Выживу, не сахарная.
Решительно начала стягивать с себя теплый комбинезон и куртку. Оставшись в одном джемпере и джинсах, прошла в так называемую комнату, разглядывая не застеленную кровать со свернутым матрасом. Белье мне никто не дал, но ничего, завтра куплю. Сегодня посплю в одежде. Да и все равно слишком холодно, чтобы раздеваться.
Очень захотелось чай, ведь я в дороге уже практически сутки. Поэтому налила из бочки железным ковшом воды в чайник и включила. На полке в шкафчике нашла заварку и комковой сахар в вазочке. В самом домике было на удивление чисто, и я подтерла тряпкой следы от снега, что оставили мы со Славой. Хорошо, когда будущая соседка аккуратная женщина. Интересно, сколько ей лет? Мне бы хотелось, чтобы она была ненамного старше меня, все-таки я привыкла, что под боком всегда есть Милка. Одной было не совсем уютно.
Чай оказался вкусным, и я забралась с ногами на кровать, делая маленькие глотки, согревая кружкой руки. Нужно позвонить подруге, а то я за это время о ней даже не вспомнила. Милка, конечно, будет волноваться, если вообще еще помнит обо мне, из-за своего нового жениха. Всю неделю до моего отъезда бегала к нему на свидания, совсем учебу забросила.
Неприятный сюрприз ожидал меня, когда включила телефон. Сети нет, от слова совсем. Вот тебе раз. Придется, видимо, покупать новую сим-карту. Надеюсь, здесь в магазине все это есть. Завтра куплю, обязательно. От чая и тепла меня начало клонить в сон, и я растянулась на койке, укрываясь теплой курткой. Немного посплю, а потом на ужин. В желудке неприятно тянуло, я не ела уже давно, но даже это не помешало мне уснуть. Да так крепко, что даже не слышала, как зашел Слава, покачал головой и ушел, выключив свет.
Глава 5
Он сидел на так называемой кухне и откинув голову на стену, спал. Вот так просто, зашел в чужой вагончик, прислонился к стене и уснул. Так бывает здесь или мне в очередной раз повезло?