Абсолютные носители

***

Уже при подходе к Негра Вало было видно, что там идет нешуточный бой. Белые хлопья разрывов, яркие отблески лучей лазеров обозначали место лучше всякого привода.

Перейра зашел было на посадку, но вдруг радиопривод неистово заверещал, и автопилот увел флаер с курса. Сбоку, на малой высоте, пронеслись узкие черные тела боевых глайдеров. Вслед за ними по земле потянулись огненные полосы.

– Серьезно у них тут, эстро! – обернулся Ги к Василисе.

– Перейра, эта угроза кажется страшнее, чем представляют армейцы, – ощущение опасности захлестывало Василису, – эта война может перекинуться на всю Терру!

Перейра с удовольствием начал бы дискуссию, но автопилот снова запищал и развернул флаер на курс посадки. Перейра вынужден был взять управление и сажать машину.

Шериф в это время находился у полковника в штабной машине, что было очень на руку Василисе. Она выскочила из флаера и побежала к зеленому фургону, ощетинившемуся антеннами. Рядом стояли два танка. Между ними бегали солдаты сил самообороны, деловито таскавшие какие-то ящики. Василиса легко взбежала по металлическим ступенькам, приложила руку с вживленным чипом к датчику и, помахав рукой часовому, открыла тяжелую дверь.

Полковник Гай Клим, командовавший операцией, был предупрежден о прибытии Василисы, но не ожидал от нее никакой существенной помощи. Там, где за дело брались военные, штатским не место. А уж тем более женщинам.

– Явились? – вместо приветствия угрюмо пробормотал полковник, еле различимый в полутьме. Глаза Василисы после яркого света видели только мерцающие экраны. Василиса немного напряглась и четко разглядела полковника, сидевшего перед ним шерифа и нескольких операторов, сосредоточенно работающих перед экранами.

– Джес, эстро! Так точно! По распоряжению главного капитана Дона Брауна, с целью оказания максимально помощи. А так же выяснить, чем вы шерифа озадачили. Салютон, полковник!

– Эвакуацией озадачили шерифа. Капитан Долгополова, в связи с возникшей серьезной угрозой для гражданского населения городской и сельской страже необходимо срочно принять самые энергичные меры по обеспечению безопасности гражданских лиц.

– В этом состоит наш долг, – Василиса кивнула, – только позвольте поинтересоваться, с кем вы воюете и сколь велика опасность?

Полковник откашлялся и пригладил фирменные пушистые, седые, прокуренные усы. Силы самообороны хоть и назывались армией и соблюдали все армейские порядки, но в настоящих боевых действиях не участвовали уже много лет. Началось такое падение с того момента, как Империя взяла их под свой протекторат в качестве независимой колонии. По причине полной ненужности этого заурядного мира его даже не стали присоединять к Империи, а сделали свободной экономической территорией. Зато Империя пресекла звездные войны среди своих вассалов. Отобрав у Терры более-менее пристойное оружие, она взамен разместила на ней стандартную базу галактических войск, придав ей один боевой крейсер. База исправно потребляла продовольствие и энергоресурсы, но служащие никогда не покидали ее территории. Колонисты Терры даже не знали, как они выглядят. Командование базы лишь изредка отдавало приказы свободному правительству Терры по всяким мелочам, используя для этого коммуникатор.

Основным полем действий сил самообороны оставались южные границы с горной цепью Урана, за которую в свое время колонисты загнали местных ящеров довольно неприятного вида, огромных, хищных и злых. Ящеры иногда переваливали хребет, и их приходилось расстреливать с воздуха. Для особо серьезных случаев свободное правительство Терры держало даже танковый полк, который, будучи довольно посредственной защитой от космических вторжений, весьма эффективно рассеивал стада динозавров.

Офицер Гай Клим до тех пор, пока не стал полковником, тридцать лет просидел в болотах предгорий Урана. Попав туда лейтенантом, он лично отстреливал из мелкокалиберных пушек гигантских омерзительных тварей. Затем, постепенно продвигаясь по службе, командовал более серьезными операциями и даже водил полк за хребет, чтобы очистить от гнездовищ ближние рубежи. Правда, понесенные при этом потери превысили планируемые, и от подобных рейдов отказались ввиду ненужности земель за хребтом.

Жизнь среди болот, в постоянном ожидании нападения страшных, но безмозглых тварей сделала полковника страстным приверженцем устава и дисциплины, презирающим гражданских лиц. Он обожал строевые занятия, залповый огонь из всех калибров и линейную тактику. Он холил и лелеял свои усы, так хорошо подходившие к их красивой форме. Ему нравился перевод из болот Урана в обжитые районы для формирования резерва. Но он не жаловал гражданских. Он любил морщить лоб, собирать складочками губы и представлять себя спасителем Терры. И лишь в одном случае, при упоминании Имперской военной базы, он терял слух и начинал плохо видеть. Если же его напрямую спрашивали о базе или, что еще хуже, давали бумагу с упоминанием ее богопротивного существования, его память просто не удерживала подобного факта и быстро растворяла его в воде забвения.

И все же, несмотря на все свои недостатки, полковник был честным опытным служакой, не раз участвующим в опасных операциях по истреблению разнообразных чудовищ. Он расчищал колонию от местных хищников и воевал за Ураном. Он руководил экспедициями, изучавшими всю планету. Он знал весь континент Мондо, знал мир океанов и фауну других континентов. Никакое стадо хищников, никакие кошмарные подводные или летающие твари не привели бы его в замешательство. Не по наслышке знал он и о проблемах других планет. Эти проблемы не стоили пары волосков из его левого уса. Но здесь полковник был в замешательстве, поскольку существование теней рушило всю картину мира.

Полковник любил и умел воевать с теми, кто туп, силен и злобен. Он любил читать детективы и приключенческие романы с ясным концом. Он не любил тайн и не выносил неясных действий противника. То, чего не понимала его храбрая солдатская душа, он смело переваливал на других. Полковник еще раз сурово кашлянул, пошевелил усами и гневно посмотрел на эту гражданскую капитаншу, задающую столь неуместные вопросы.

– Мы воюем, – рычащим голосом начал он, – с противником, вторгшимся извне с пределы колонии Терра. Да, извне!

Полковник стукнул кулаком по столу.

– Извне! Поскольку по точнейшим данным предварительной, колониальной, биофизической и постоянно действующей армейской разведки подобные живые организмы на планете Терра не обитали до колонизации. А после колонизации их появление исключено.

– Существа извне… Что ж, это вполне похоже на истину. Уж больно необычно то, с чем я успела столкнуться. Но все же более всего существа эти похожи на проявления силы магии. Которая вам, полковник, неизвестна. – Василиса задумалась. – Но если это существа извне, тогда должен иметься некий корабль.

– Должен, – полковник кивнул, – должен иметься. И силы самообороны его разыскивают, а разыскав, уничтожат.

– Вторжение извне суть дело Империи, и наш долг повелевает вовлечь ее силы в войну, нежели губить собственных воинов в борьбе с неизвестным противником.

– И гражданское население, – сосредоточенно продолжил полковник, не обратив внимания на неуместное замечание Василисы, – могло бы оказать существенную помощь в информации о всяческих странных объектах, под видом которых может скрываться корабль.

– В случае внешнего конфликта Империя обязана нас защищать. Не знаю, как и чем, но это входит в условия договора. Угроза очень велика…

– И обязанности гражданских властей в случае угроз – оказывать всяческое содействие армии, не задавая лишних вопросов.

– Да, конечно, – кивнула Василиса и обратилась к шерифу

– Шериф, где сейчас находится ваш отряд добровольцев?

– Я отвел их на юг.

– Велю вам вывести всех жителей Негра Вало из селенья в Южные Пустоши. Затем подготовьте город к перемещению через него армейских частей на случай…

– Вы абсолютно правы! – перебил полковник. – Возможно прибытие подкрепления, и мы разместим его в Негра Вало.

– Вами вызвано подкрепление? – недоверчиво спросила Василиса.

– Вызвано? Гм-м… – полковник закашлялся. – Видите ли, мы вполне способны справиться своими силами. Но для уменьшения потерь необходимо взаимодействие с авиацией. Это тактика!

– Неужели, полковник, имеются потери?

– Имеются. Это, к вашему сведению, война, а не учения.

– Что вы знаете о противнике? – твердо повторила вопрос Василиса. –Капитан Браун вызвал меня именно потому, что я уже веду дело о таинственных существах. Скажите, что вам известно? Какие потери? Вообще, на что это похоже?

– Капитан Долгополова! – полковник Клим грозно перегнулся через стол. – Ваше дело – обеспечить эвакуацию.

– Разумеется, я ее обеспечу.

Василиса встала.

– Бросайте все дела, шериф. Уводите людей. Ведите добровольцев и ополченцев к городу Думу, пусть горожане уходят на хутора. Итак, полковник, вы ждете подмоги?

– Не ждем. Но подкрепления будут, – ответил Гай Клим.

– В таком случае, шериф, уводите в леса весь город Дум.

Небольшой городок Дум лежал в стороне от места сражения и, скорее всего, не попал бы на путь наступающей армии. Но ситуация могла и измениться.

– Дабы не мешать действиям армии. По моему распоряжению.

– Хорошо, – шериф кивнул, – сделаю.

– Лайс, – Василиса заглянула шерифу в глаза, – это очень серьезно, и вся надежда на вас. Там стоит флаер, в нем Бертран Ли и Ги Перейра. Берите флаер, берите их в помощь и действуйте незамедлительно.

– Джес, эстро, – кивнул шериф и вышел.

Проводив шерифа, Василиса вернулась в командный фургон, подошла к полковнику и, ласково взяв его под локоток, заговорщицки зашептала ему в ухо:

– Подумайте, полковник! Мы же с вами старые друзья, делаем одно дело. Почему бы нам не жить в мире и согласии? Почему бы вам не исполнить невинную просьбу красивой женщины?

Голос Василисы приобрел нежные, рокочущие, кошачьи оттенки. Аромат духов и пушистых волос окутал изначально нестойкого в моральной области полковника. Тот попытался отодвинуться, но Василиса прижала его плечо изящной ручкой с холеными ноготками.

– Дорогой Клим, – продолжала мурлыкать Василиса, – неужели мы, два умных, красивых человека, не сумеем договориться?

– Сумеем. – Полковник приподнял усы.

– И я так думаю. Вы мне дадите интересную информацию, а я вам, я вам…

– А вы мне? – Усы полковника еще приподнялись.

– А я вам – еще более интересную информацию.

– Ведьма, – констатировал полковник. – Василиса, вам невозможно противиться. Что вы от меня хотите?

– Мне совершенно необходимы сводки потерь. Желательно с информацией по каждому убитому и раненому отдельно.

– Да, – полковник вздохнул, – любопытство штатских не знает границ. Вот вам!

Он одним щелчком подключил интерком Василисы к компьютеру штаба. Та углубилась в чтение.

«Сегодня в 8:00 пост армейского патруля в Негра Вала не вышел на связь. Камеры автоматического слежения не работали. По тревоге было вызвано разведывательное подразделение, которое обнаружило в лагере поваленные палатки, выведенную из строя аппаратуру, кучи стреляных гильз и разряженных аккумуляторов от бластеров. Возникло впечатление, что пост краткое время, две-три минуты, вел бой с превосходящим противником. Однако ни членов патруля, ни раненых, ни трупов, ни каких-либо следов нападавших не имелось. Разведгруппа передала донесение, а через десять минут связь с ней прекратилась.

Командование сил самообороны двинуло в район происшествия две десантные группы на вертолетах, связь с которыми прекратилась сразу после высадки. В записи слышны отрывистые крики «Мама», «О боже», «Вот они» и «Стреляйте в них». В поддержку десантников направили две дивизии и крейсерский танковый полк.

Наблюдатели второго эшелона видели, как на передовые отряды налетели непонятные черные сущности, формы и внешнего вида которых разобрать даже в записи не удалось. Воздействие огневых средств поражения эффекта не дало. При попадании артиллерийского снаряда в противника снаряд не взрывается, пролетая сквозь него. При попадании снаряда в землю возле противника он бесследно исчезает, не оставляя следов. Данных за поражение неприятеля нет, поскольку число нападающих не уменьшилось. При ответном поражении человек рассеивается туманом, так же не оставляя следов.

Общие потери с нашей стороны – до двух рот».

– Полковник, – Василиса дочитала до конца, – не кажется ли вам, что это не простые, а нематериальные магические сущности?

– Хватит глупостей! – полковник стукнул кулаком по столу. – Перед нами противник, который пока что сильнее. Но мы справимся. Помощь стражи не нужна.

– Покорнейше благодарю и желаю успехов. – Василиса хотела было удалиться, но полковник остановил ее.

– Стойте, хитрая женщина. Где же ваш честный обмен? Вы мою информацию видели, а я вашу нет.

– Запамятовала. Вот, смотрите.

Она послала полковнику файл с записью своих приключений в Зеленом Доле.

В этот момент пискнул интерком Василисы.

– Василиса Долгополова, – главный компьютер городской стражи вызывал ее на связь, – вы просили проанализировать все записи архива на предмет их связи с нападением на мальчика в Зеленом Доле.

– Да, – подтвердила Василиса, – это дело теперь будет иметь кодовое название…

Василиса задумалась.

– Будет иметь кодовое название «Тень всадника».

– Передаю записи, проходящие по делу «Тень всадника», – равнодушно откомментировал компьютер.

Чтобы не тратить много энергии на поиск, Василиса решила воспользоваться старыми дедовскими методами. Она вывела на распечатку названия всех полученных записей, выдернула булавку из ворота формы и быстро потерла булавкой по карте военных действий, стараясь перекачать в иглу как можно больше представлений о всадниках. Немного двинув вперед сознание, Василиса добилась того, что острие булавки засветилось синим светом. Она ловко зацепила энергетической линией, выходящей из пальца, стальную иглу и поволокла ее по бумаге со списком. Игла тормозила свое движение то сильнее, то слабее, и вдруг зацепилась за одну запись. Василиса медленно, стараясь не дышать, вернула сознание на место и ввела номер записи в интерком.

– Полковник, извините, – позвала она, – не хотите посмотреть? Тут свежие материалы прибыли.

– Да, – полковник посмотрел на нее рассеянным взглядом, – конечно. Только не очень у вас качественный материал.

– Почему? – удивилась Василиса.

– Свидетели бестолковые. Не приучены к дисциплине.

– Других нет.

– А у меня есть. Тут у меня солдат один в пяти метрах от себя тень эту видел. Действительно, на всадника похожа. Огромный, черный. И жив солдат остался.

– В таком случае надлежит иметь запись его показаний и дать мне поговорить с ним.

– Если захотите, то и поговорите, – милостиво разрешил полковник.

– Полковник! – окликнул его один из операторов. – Движение в восьмом квадрате.

Полковник мгновенно переключил экран. На нем возникла карта местности с отметками.

– Третий, что у вас там?

– Замечены эти самые, черные.

– «Тени всадников», – подсказала Василиса.

– Да, тени. Ведем огонь.

– Результаты? – спросил полковник.

– Вроде отгоняем. Положим снаряд под ноги, он и исчезнет. Не подпускаем к себе.

– Так держать! Держаться и ждать подкрепления. Перестраиваем оборону.

– Полковник… – начала Василиса.

– Долгополова, вы еще здесь? Идите в лазарет.

– Полковник, вы обещали…

– Ваш солдат там. Не мешайте. Джис ля ревидо, – пробурчал полковник на всеземном и снова уткнулся в монитор.

– Джис ля! – Василиса встала и вышла из фургона.

***

Белая госпитальная палатка стояла чуть поодаль, в лесочке. Возле нее сидел мрачный санитар огромного роста и курил маленькую трубочку, выпуская густые клубы ароматного дыма.

– Здравствуйте! Салютон!

Санитар вскочил было, на ходу пряча трубочку, но, разглядев форму гражданской стражи, сел обратно.

– Салютон, эстро, – произнес он и снова затянулся.

– Здесь у вас должен находиться солдат, раненый в утреннем столкновении.

– Кто? – не понял санитар.

– Раненый в столкновении с тенями солдат.

– В столкновении с тенями, – санитар назидательно поднял палец, – раненых не бывает. Есть лишь поврежденные умом. Прошу за мной.

Он встал, отдернул полог и ввел Василису внутрь. Первое, что ей бросилось в глаза – это военный медик в зеленом комбинезоне, который делал странные пассы перед лицом пациента в армейской форме, крепко привязанного к прочному деревянному креслу. В ответ на каждое движение медика пациент дергался и выл. Василиса критически оценила действия медика и поняла, что его шансы на успех минимальны.

– Ну, доктор, как дела? Это и есть тот самый солдат, уцелевший в столкновении с тенями?

– Так точно, стрелок Аллен Ю.

Врач обернулся к Василисе. Больной, воспользовавшись потерей бдительности, дернулся вперед и попытался укусить доктора за палец, но врач оказался проворнее и успел отдернуть руку.

– Замечательно! Вы пробовали его расспрашивать?

– Абсолютно неконтактен, – врач-психиатр развел руками. – Дал ему успокоительное – не действует. Хотел гипнозом попробовать – снова не действует.

– Солдат! – властно окликнула Василиса. – Назовите себя.

– Бесполезно! – усмехнулся психиатр.

Василиса собрала силу и влила немного собственной энергии в солдата. Она начала ощущать, как испугано сознание солдата, как оно пытается отгородиться от внешнего мира, чтобы не вспоминать этот ужас, свою слабость и свою трусость.

– Солдат! – Василиса остановила его метания и собственной силой повела волю солдата. – Посмотри на меня!

Солдат перестал дергаться, поднял голову и посмотрел ей в глаза. Взгляд его, до того блуждающий, стал осмысленным.

– Что, страшно? – Василиса подцепила ниточку животного страха и потянула на себя, не давая этой ниточке снова утопить сознание.

– Страшно и стыдно? Тебя поймут и простят, если ты назовешь себя. Имя!

– Рядовой сил самообороны Аллен Ю! – внятно, хотя и не очень четко отрапортовал солдат.

Психиатр удивленно поднял брови, но промолчал. Все же он был профессионалом и мог оценить чужой профессионализм. Он указал санитару на выход, а сам отошел немного в сторону, чтобы не мешать.

– Излагайте по порядку, рядовой Аллен, рассказывайте.

– Он черный. Большой и холодный. Он, он… – Аллен замялся.

– С начала, – подтолкнула его Василиса, – с самого начала.

– Ну, привезли нас утром, – рядовой Аллен выпрямился, задышал ровнее, взгляд его стал совершенно нормальным. – Привезли нас утром. Высадили из машин. Сказали, что мы должны держать здесь оборону. Сказали, что вперед пошла разведка охотников, и что в случае чего отход ее прикрыть надо. Это если они там наткнутся на кого, то отступят, а мы их прикроем. Так оно и было. Мы должны их прикрыть, если они на кого там наткнутся.

Рядовой Аллен замолчал, и Василисе пришлось снова подбодрить его вопросом:

– Разведка ушла вперед, а что же вы? Остались?

– Да, согласно приказу.

– И что было дальше?

– Дальше? А дальше они там на кого-то наткнулись. Был лишь сигнал по рации, потом выстрелов несколько. И никого. Мы думали, они сейчас будут отстреливаться и отступать. А там никого, никого совсем.

– А потом?

– А потом крики были. Видим, выбегает парень один, из разведчиков. Один, совсем один, а их там много было. Бежит, руками размахивает, потом оборачивается, стреляет. А за ним этот самый черный выскочил.

Аллен остановился, будто вспоминая, и начал лихорадочно шевелить пальцами привязанных рук.

– Дальше! – приказала Василиса, чувствуя, что сознание Аллена готово вот-вот снова спрятаться за маской бреда. Аллен вздрогнул при звуке ее голоса и продолжил:

– Огромный всадник. Высокий такой. Скачет красиво, галопом. Казалось бы, тяжелый, так нет. Как из зарослей выскочил, ветка не шелохнулась. Трава под ним не гнется, пыли нет. И топота нет. Скачет, плащ черный развевается. Как в кино. Страшный-престрашный. Фильм ужасов из средневековья. Даже копье наставил. Древний. А лица совсем нет. Капюшон есть, лица нет. Глянул он на меня…

Аллен снова замолк, сглотнул.

– Значит, они стали плотнее. Стали черными. Прибавили силы. Начали убивать, оставаясь неуязвимыми. Это весьма дурно для нас, – Василиса, не отводя от него взгляд, протянула руку назад, нащупала пластиковую флягу, отвинтила крышку и сунула в рот Аллену. Тот жадно отхлебнул, перевел дыхание и продолжил:

– Я понимаю, что лица нет и глаз нет, и смотреть он не может. А капюшон свой повернул, и чувствую, что смотрит. И от взгляда этого будто парализовало меня. Мороз по коже. Ни рукой двинуть, ни ногой. А этот черный копье поднял и кинул его. И разведчик наш пшик – и нет его. Только брызги красные, мелкие такие, и туман в воздухе. Ничего от человека не осталось, только туман.

– А вы? – не выдержала Василиса.

– А мы? – Аллен поморщился. – Стрелять в него начали. Сначала из бластеров пальнули. Так, для острастки. Ничего ему не сделалось. Тогда уже серьезно за него взялись. Два взвода в одну мишень садят. И еще из бластеров сверху кроют.

Этот черный остановился, стоит, как статуй какой, и капюшоном своим из стороны в сторону вертит. А весь взвод на него боеприпасы тратит. А потом сзади и гранатомет ударил. Видно, трассы прямо в плащ упираются, лучи по лошади полосуют. Граната в капюшон влетела. А он все стоит.

Рядовой Аллен заметно оживился. Щеки его порозовели, и Василиса чувствовала, что его воля уже сама контролирует сознание, не давая ему удрать в темноту. Василиса ослабила нажим и продолжила слушать.

– Стоит. А пули через него пролетают. И лучи тоже. И тут граната прямо под копыта коня как шарахнет! Видать, проняло его этим. Конь на дыбы встал. Черный в коня вцепился, покачнулся, но удержался. В сторону отъехал. Тут поднял он свое копье и кинул. И пшик! Нет человека. Вспышка, пыль – и все. Еще от одного только туман.

– Копье улетело? – уточнила Василиса.

– Исчезло из руки. А человек взорвался. Без следа. И копье снова в руке. И снова кидает. И ни одного промаха. Только раз гранатомет еще ему под ноги ударил, и он копье выронил. И все. А потом и гранатомета не стало. Рядом со мной Тацит с колена стрелял. И вдруг бах! Хлоп! Нет его. Только туман. Упал я. Закрыл глаза. А стрельба редкая стала.

Аллен снова сглотнул. Василиса дала ему еще отхлебнуть.

– И тут вижу я тень. Черный этот одним шагом среди нас оказался. То есть среди тех, кто остался. Метрах в пяти от меня прошел. Холодом от него тянуло, аж морозом. Не оглянулся на меня. Мимо проехал. И все тут. Все. Не помню. Ничего не помню.

Аллен виновато улыбнулся. Василиса вернула ему контроль над волей, но взгляд Аллена оставался осмысленным. Василиса отвернулась от него, налила себе в стакан из той же фляги и выпила.

– Браво, коллега! – стоявший в стороне врач шагнул к ним. – Как же вы его сумели так быстро привести в сознание?

– Сие недолгое прояснение. Ему страшно и стыдно, и вскоре сознание вновь спрячется.

– А? Что? Какая-то у вас странная школа психиатрии.

– Это не школа, а всего лишь личная сила. – Василиса выпила еще. – Но в этом деле есть одна странность. Как же он попал к вам, если, судя по его словам, погиб весь взвод?

– Да, взвод погиб. Их видел один сержант из разведчиков. Он и привел его.

– Однако же там был всадник! – удивилась Василиса.

– Он отогнал его. И подошел.

– То есть у вас есть человек, сумевший отогнать всадника? Что же вы молчите о столь важном обстоятельстве. Я хочу лицезреть оного сержанта. Где его найти?

– Он еще здесь. Сержант Тезиков! – громко крикнул врач.

– Да, доктор!

В палатку вошел молодой подтянутый человек.

– Сержант Айрат Тезиков, эстро! – представился он.

– Капитан городской стражи Василиса Долгополова. Сержант, я хотела бы с вами поговорить.

– Да я бы рад, но мне надо возвращаться на батарею.

– Я иду с вами, – коротко ответила Василиса.

– Конечно, тэп!

– Но, капитан Долгополова, полковник приказал… – начал было доктор, и вдруг дико взвыл. Стрелок Аллен Ю сумел-таки дотянуться зубами до его пальца.

Василиса окинула его взглядом и повернулась к сержанту.

– Идемте, сержант Тезиков. Следует спешить.