- -
- 100%
- +
Глава 9
Все субботы для Ксении начинались с телефонного звонка Виктору Ивановичу. Был ли рассвет, темнота звездной ночи, осень, весна и ее местонахождения в районе восьми часов она набирала знакомый номер. Поговорив, передавала трубку Владу, если он был рядом. Вот и сегодняшняя суббота не была исключением. Ей было, что сообщить ему. Вчера она узнала пол ребенка. Наследник родиться в марте. Они с Владом шли с понедельника в отпуск и решили провести его в Москве и Питере, а добираться собрались своим ходом. Дату поездки еще не определили. Они ехали в гости к родителям, а не в их пустую квартиру, где те проживают. Следовало поинтересоваться их планами, занятостью, а уж потом сообщать о приезде. Виктории Ксения звонила реже, доверив это дело мужу. Отношения со свекровью были ровными, но особой привязанности не было. Виктору Ивановичу Ксения доверяла, советовала, советовалась. Она видела в нем отца, он это чувствовал и с радостью принимал.
– Какие новости, Сеня? – спросил он в трубку.
– А уговор? Кто звонит, тот первый и слушает. Докладывайте!
– Все прекрасно. Погода осенняя, но без дождя. На работе временное затишье. Думаю недельки на две взять отпуск и вас навестить.
– А если мы к Вам приедем, примете?
– Что-то случилось? – спросил он взволновано.
– Нас нашли и даже сообщили об этом. Кроме того, мне стало известно, что моя сестра вышла замуж за Краснова. Она, зная обо всем, убедила меня не бояться его. Говорит, отец его уже не всесильный и муж сбавил обороты. Может я зря паниковала?
– В тот момент мы с тобой все сделали правильно. Информация о них была, а чего ждать от сумасшедших никто не знал. Когда вас ждать и какие планы?
– О наших планах Слава вам сам расскажет. Передаю трубку. Целую.
Влад разговаривал с отцом минут пять, и Ксения слышала из кухни обрывки фраз, но поняла, что отец соглашается ехать с ними. Сообщение о беременности Ксении Влад оставил на конец разговора.
– Батя, ты горячую новость хочешь услышать? Ты в марте дедом станешь. Мы тебе наследника подарим! Отец, ты меня слышишь, алло!
– Чего ты так кричишь? Слышу я все, Славка, слышу. Новость долгожданная и радостная. Чего, черти, молчали? Я рад за вас ребята. Ты матери позвони, обрадуй. Дайка Сене трубку.
– Ты что же партизанка, отцу раньше не сообщила? Будущему папаше доверила, а не сама сказала? Ты береги себя. Больше гуляй и питайся хорошо. Обнимаю тебя, дочка. Позвоните, буду встречать караваем.
После разговора с отцом, Влад позвонил матери, которая обрадовалась и беременности Ксении и скорой встрече. Но, она не была бы мамой, если не стала давать советы. Советы были стары как мир, но Влад их терпеливо выслушивал, обещая позвонить, но не раньше чем через две недели, которые они проведут в Москве.
После телефонных переговоров, супруги лежали поперек дивана и обсуждали план поездки. Дело в том, что Ксения была в Москве всего один раз, лет в 12. Владислав же посещал Москву ежегодно с 2001 года, пока не женился. Он соглашался с тем, что покажет Ксении в Москве все, что она захочет. Прошел час, когда Ксения поставила точку в дебатах.
– Ты, дорогой занимаешься машиной, я вещами. На тебе перевоз, на мне перекус в дорогу. За 12 часов до выезда, даете начало отсчета до старта. Теперь я на кухню. Сеня хочет есть.
– Как ты сказала? Сеня? Арсений! Нашего сына мы назовем Арсений.
– Я имела в виду себя, это я хочу есть. Но имя мне нравится. Если не передумаешь, пусть будет Арсений. Сейчас два Сени перекусят, и будут вдвоем готовить обед для мужа и отца.
В Москву они выехали 26 сентября, а на следующий день, в пятницу, их встречал Виктор Иванович, но не караваем, а пирогом, который испекла Глафира. Квартира у Холодова была из двух комнат с большой кухней и застекленной лоджией. Интерьер полностью соответствовал хозяину. Минимум обстановки, максимум свободного пространства. Ни ковров, ни гардин, ни штор. На окнах были жалюзи и легкий тюль. Диван, два кресла, телевизор и журнальный столик в одной комнате. Кровать, большой шкаф для одежды, в углу стол с ноутбуком и кресло. А вот кухня была КУХНЕЙ. Здесь была вся бытовая техника и кухонный гарнитур. Раздельный санузел и большая прихожая с встроенными шкафами. Лоджия напоминала комнату отдыха. Обходя квартиру, Ксения заметила на стене картину в рамке, раньше висевшую в бабушкином доме.
– Виктор Иванович, Вы меня обманули. Картина-то не продана.
– Не обманул, Сеня. Я ее купил сам у себя. Картина стоит тех денег, которые я тебе переслал. Возьми, полюбуйся, – сказал он, протягивая ей бумагу, которую достал из ящика стола. – Это не оригиналы, а копии, но качественные и выполнены в 19 веке. Там все написано. Буду составлять завещание, включу и ее. Осмотрелись? Мойте руки и к столу.
Неделю Влад водил и возил Ксению по Москве и показывал то, что ее интересовало. Между экскурсиями, она умудрилась купить красивый детский конверт на выписку. Он был голубого цвета, теплый, мягкий, легкий и включал в себя шапочки, пеленки и комбинезон. Вторую неделю они втроем провели на базе отдыха в Подмосковье. Вернувшись в Москву, уже через два дня они поехали в город на Неве. Остановились все приезжие у Виктории. Возражений она не принимала. Она же и предложила Ксении пригласить Даниловых на обед или ужин, чтобы избежать нежелательных встреч. Ксения с Владом отказались. В понедельник, купив цветы, они навестили Морозовых. Прошло больше трех лет, а могилы были ухожены. И невысокая оградка была новой, другой. « Павел Владимирович убедил маму. Сама бы она не пришла», – подумала Ксения, положив цветы и присаживаясь на скамейку. Минут десять она тихонько рассказывала безмолвным плитам обо всем, что произошло. « Я буду навещать вас. Мы будем вас навещать», – сказала она. Влад не спрашивал у жены дальнейший маршрут и повез ее по знакомой улице по своей инициативе. Дом стоял на прежнем месте, а на территории огорода возвышался двухэтажный особняк. Влад напомнил ей места их юности. Свозил на пруд и в рощу. Ксения была благодарна мужу. Он ничего не забыл, и она вспомнила все. Они лежали на опавшей листве, покрытой пледом, а над головою шумели березы, роняя свой желтый наряд. Солнце, то прячась за тучи, то показываясь вновь, словно подмигивало ей с осеннего небосвода. Нежные поцелуи Влада и его тихие три слова: « я тебя люблю», сводили ее с ума.
Ксения три дня не решалась позвонить Нике, не зная, что принесет этот разговор, а когда позвонила, вздохнула с облегчением. Ника с мужем и дочерью отдыхали на Кипре. О своем приезде Ксения не успела даже ей сообщить. Та с восторгом рассказывала об отдыхе и сама прервала разговор. « Вот и славно», – подумала Ксения, набирая телефон матери.
– Добрый день, мама.
– Здравствуй Сеня. Как ты себя чувствуешь? Какие новости?
– У нас все нормально. Ты не хочешь со мной встретиться? Мы в городе пробудем еще неделю.
– Вы остановились у Виктории? Приезжайте на ужин, скажем завтра или послезавтра, – предложила мать.
– Я не думаю, что это хорошая идея, но я передам твое приглашение. Откажутся, мы приедем с Владом вдвоем. Я позвоню еще. Целую.
За ужином Ксения озвучила приглашение матери, отсутствие в городе Красновых и ждала реакции Холодовых.
– Я поеду с условием, что ты позволишь мне поговорить с Даниловым. Он должен знать обо всем, ты ему не чужая, – сказал Виктор Иванович.
– А я поеду чисто из женского любопытства, – отозвалась Виктория.
– Вопрос решен! – подвел итог Влад. – Моя миссия будет заключаться в обеспечении тыла и охране объекта под именем Ксения Александровна.
– Сам ты объект, а точнее субъект, – шутила Ксения.
Проведя в городе половину дня, Холодовы за обедом обсуждали, куда еще сходить, как провести время. Погода портилась. В городе начиналась настоящая осень. В гости поехали на такси, оставив машины на стоянке у дома Виктории. За ужином говорили о жизни в гарнизоне, о работе, службе, наследнике. Через час за столом царила приятельская атмосфера. Виктор Иванович пригласил хозяина прогуляться. Виктория помогала на кухне Людмиле, отправив с кухни прислугу, решила поговорить с бывшей подругой о ее дочери. Влад и Ксения вышли в сад, не желая присутствовать при баталии родителей. Она могла закончиться миром, капитуляцией одной из сторон, или продолжится. Целый час они сидели, обнявшись на скамейке в саду, мысленно оставаясь в доме. Павел Владимирович вышел в накинутой на плечи куртке, неся в руках клетчатый плед. Он накинул плед на дочь и зятя, сел в легкое плетеное кресло напротив.
– Ксюша, прости, это я тебя нашел и поделился с Никой. Я не мог поступить иначе, чувствовал вину в том, что ты уехала тайком. Почему ты мне не рассказала всего, что доверила Виктору? Ты не пользовалась карточкой, сменила телефон, и это осложнило поиски. Твои подруги ничего о тебе не знали. Людмила, только через год, вспомнила о твоей встрече с Виктором на кладбище. Она предположила, что он мог увезти тебя с собой. Начался второй этап поисков, но и он не дал результатов. Найти Влада оказалось очень не просто, и я начал искать Ксению Холодову. Мне просто нужно было знать, что ты жива и здорова. Все остальное самодеятельность Руслана. Он действительно мог многое в паре с отцом. Сейчас все изменилось и отец ему не помощник и заступник. Я поговорю и с Русланом и с Никой, расставлю все по своим местам, а вы живите спокойно и ни о чем плохом не вспоминайте. Тест ДНК так и остался бы тайной, не прояви Люся инициативы. Ты знаешь характер своей матери лучше меня. Я не претендую, дочка на роль отца, но я могу быть хорошим другом, приятелем.
Он говорил, а Ксения чувствовала в его словах теплоту и заботу. Она всегда относилась к Павлу Владимировичу ни как к мужу матери, а как к отцу подруги, которой очень с ним повезло. Она поднялась со скамейки, присела перед ним и взяла его руки в свои.
– Пап, ты даже не представляешь, в каком платье я была на собственной свадьбе, – говорила она, глядя ему в глаза. – В том самом, цвета кофе с молоком.
– Платье, которое ты не хотела покупать, но согласилась примерить? – спросил он, смахивая непрошеную слезу.
– Оно самое! Я всегда о вас помнила. Сделала глупость, ошиблась, простите, что заставила волноваться. Но у меня есть оправдание. Я нашла свое счастье, – сказала она, показывая на Влада. – Пойдемте в дом, дождь начинается. Вернемся домой, я пришлю тебе свадебные фотографии, и еще многие другие. Они лучше расскажут тебе, как я жила все это время, – говорила она, все еще держа отца за руку.
При виде зашедшей с улицы троицы, которая улыбалась, сидящие за столом вздохнули с облегчением. После десерта, Холодовы засобирались домой. Павел Владимирович предложил Владу с Ксенией остаться. Они согласились.
– Твоя комната так и стоит. В ней все как раньше.
Уже перед сном, хозяин дома постучал в комнату Ксении.
– Влад, Ксюша возьмите это в качестве свадебного подарка от нас с Люсей, – сказал он, протягивая конверт. – Пусть поздновато говорю, но я очень хочу, чтобы вы были счастливы. Карточку проверь и пользуйся, тебе скоро многое понадобится. Я уезжаю на работу рано, поэтому говорю вам до свидания сейчас. Не пропадайте надолго и звоните. Договорились? – Он пожал Владу руку и обнял дочь. – Береги ее, парень, – сказал он уходя.
Ксения проснулась рано и спустилась на кухню, где уже орудовала Мария Петровна.
– Как спалось Ксюша? Тебе что на завтрак приготовить?
– А что есть из готового? Я перекушу, а завтракать буду с мужем.
– Открывай холодильник и выбирай сама. Ответь мне всего на один вопрос. Родители твоего мужа знали Людмилу раньше?
– Мария Петровна, голубушка, они не только знали ее, они дружили семьями 18 лет, – сказала Ксения, наливая кефир и делая бутерброд. – Мой отец и Холодов дружили с училища и женились на подругах в один год. Вы лучше скажите, как они живут.
– Сейчас хорошо, дружно, а вот как ты пропала, отец с матерью не разговаривал с месяц. Очень переживал, упрекал ее, да много чего говорил, а она все молчала. Потом Нику замуж отдавали, Лизонька родилась, так он потихоньку и оттаял. Как тебя нашел, явился радостный, но звонить разрешил только Нике, – говорила она, снимая очередной блин. – Людмила теперь и к Морозовым ходит, но, ни одна, меня с собой берет. Ни то стыдится, ни то боится.
Ксения поднялась в свою комнату. Влад делал вид, что спит. Жуя бутерброд, припивая его кефиром, она стояла у окна и думала о маме: – « Она никогда не была со мною ласковой. Чему сейчас удивляться? Эта ее сдержанность в отношениях были всегда».
Влад и Ксения спустились к завтраку, когда Данилов выходил из кабинета, собираясь уехать на работу. Ксения вышла его проводить.
– Пап, мы сегодня вернемся к Виктории, а завтра поедем домой. Ты береги себя, пожалуйста. Все Холодовы хорошие люди, они моя семья, но и ты моя семья, не забывай об этом. Я теперь не скоро смогу приехать, но ты-то у нас не беременный. Будешь скучать, приезжай. Нас разделяют всего 300 километров, – сказала она, обнимая и целуя отца.
« Папа бы одобрил мое решение принять Данилова. Он, как и я не знал о родстве, а узнав, не набивался в «родственники». Он всегда относился и относится ко мне по-отцовски. Теперь у меня одних отцов трое», – подумала она, возвращаясь в дом.
На завтрак подавали блины простые и фаршированные. Мария Петровна постаралась на славу. Наевшись «от пуза », Холодовы засобирались домой. Ксения поднялась попрощаться с матерью уже на взводе. « Как так можно? Мы не виделись больше трех лет. Ни тебе здравствуйте, ни тебе прощайте. Как будто нас вообще нет в доме», – думала она, стуча в комнату матери.
– Мама, мы уезжаем, – сказала она, подойдя к матери. Людмила сидела в небольшом кресле, глядя перед собой, но повернула голову в сторону вошедшей дочери.
– Удачной дороги, – ответила она, не вставая с кресла. – Ты прости меня Сеня, за все прости. Я плохая мать, недовольная всем и всегда, не способная любить своего ребенка. Это ни моя вина, это моя беда. У тебя есть наглядный пример, какой не должна быть мать. Думаешь, я не понимаю, что происходит? Я все осознаю, но не могу я быть другой, не дано мне этого.
– Я так привыкла к твоему обращению, что не удивлена. Мало того, не представляю тебя другой. Любовь должна идти от сердца. Живите дружно. Береги отца. До свидания, – сказала дочь, целуя мать в щеку.
Ни обиды, ни разочарования Ксения не испытывала спускаясь по лестнице. Простившись с Марией Петровной, Холодовы покинули дом.
– Давай прогуляемся, – предложила Ксения мужу. – Дома нас так рано не ждут. Дождя нет, а у меня есть кое какие дела и мне нужен банкомат.
– Сень, у нас денег много, правда, в валюте десять тысяч долларов. Дома у матери есть в рублях, те, что мы брали с собой. Там достаточно. Ты что хотела?
– Я только хотела проверить остатки на счетах. Я же три года карточками не пользовалась, срок действия у них не истек. На одну мне перечисляли деньги за аренду квартиры, а вторую пополнял отец. Он не просто так напомнил о ней. А тебя не шокирует то, что я стала называть Данилова отцом?
– Правильно сделала. Стоило один раз пересилить себя, а дальше само пошло. Во всей этой истории он сторона потерпевшая. Он любит тебя, заботится, в тебе течет его кровь. Почему бы и нет?
Получив чеки из банкомата, она передала их Владу, а сама позвонила квартиросъемщикам.
– Доброе утро! Ксения беспокоит. Как у вас дела? Какие планы?
– После твоего отъезда тебя искали. Съезжать мы не собираемся, деньги переводим во время. Ты хочешь повысить оплату?
– Я рада, что вас все устраивает. Плата остается та же. Сохраните мой новый номер телефона, вдруг пригодиться. До свидания.
– Сень, ты у нас миллионер! – смеясь, констатировал муж.
– Чему ты удивляешься? Аренда квартиры за три с лишним года, а вторая половина отцовская. Уезжая из Питера, я оставляла на счетах по тысячи рублей. Деньги за дом в долларах лежат на счете, курс растет. Документы, об их происхождении, у меня теперь есть, – говорила Ксения на ходу, держа мужа под руку. – Хочешь сувенир питерский?
– Не хочу! Скажи, ты хотела бы жить в таком доме, как у твоего отца?
– Нет! Мне больше нравится квартира твоего отца. Дом требует больших затрат и физических и финансовых, а прислугу в доме я не хочу. Если заглядывать в будущее, нас вполне устроит трехкомнатная квартира.
– Сень, мне отец предложил попробовать поступить в академию. Как ты к этому относишься?
– Положительно, но прими во внимание рождение малыша.
– Весной подаю рапорт по команде, если получиться, вернусь домой один. Закончу все дела и приеду к вам.
– Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее.
– Прости, с этого надо было начинать. Ты должна рожать в Москве. Будет это со мной или без меня, но рядом будет отец. Я хочу быть уверен в том, что ты будешь ни одна. С моей службой, гарантировать свое постоянное присутствие я не могу.
– Не драматизируй. Начнутся схватки, вызову скорую помощь, если ты будешь отсутствовать. Кругом люди, ни в лесу живем. А вот если станешь слушателем академии, мы соберем вещи и отправимся на два года к дедушке на постой. И не надо со мной спорить. Я остаюсь дома.
– Отец был прав. Тебе легче уступить, чем спорить.
– Я такая! – усмехнулась она, прижавшись к мужу. – Я не хочу оставаться без тебя. Одно дело, когда ты в отъезде, и совсем другое, когда в отъезде буду я.
Вернувшись в квартиру Виктории, они не застали на месте Виктора Ивановича. Рассказав последние новости матери, Влад сообщил ей об отъезде.
– Поедем завтра с утра, к вечеру будем дома.
– Чего в гостях не сидится? – спросил, вошедший отец. – Держи, дочка, инструмент! – протянул он Ксении небольшой чемоданчик. – Подарок от нас с матерью.
– Это то, что я думаю? – спросила Ксения, смущенно.
– А ты думала, я не заметил, как ты рассматривала мой ноутбук? Я знаю, что ты скажешь, можешь даже не начинать.
– Спасибо!
Ксения по очереди обняла Викторию и Виктора Ивановича.
– Пап, ты был прав, она не собирается в Москву. Более того, прочитала мне целую лекцию.
– Люби такую жену, какая есть. Она тебе и так три года с лишним не возражала, – засмеялся отец. – Сеня, в пакете презент для Медведя. Заберете и подарите к Новому году, чтобы у вас голова не болела.
– Сеня, я так понимаю, что вещи для внука ты не покупала, а вот себе купи. Комбинезон хорош, но скоро ты не войдешь в верхнюю одежду, да и обувь надо подобрать поудобнее. Может у нас посмотрите? Выбор здесь больше.
– Мам, ты хочешь, чтобы мы задержались?
– Я хочу, чтобы Сене было удобно. Когда ей ходить по магазинам, если не в отпуске? И потом, я не настаиваю, я предлагаю.
– Вещи надо купить заранее, Виктория права. Но покупать их в магазине неразумно. Этот период временный. Я могу поправиться, похудеть, вырасти и куда, потом дорогие вещи девать, – сказала Ксения. – Не все вещи на рынке не качественные. Есть приличные, есть даже «контрабанда», что скрывать. Если Слава повезет меня на местный рынок, я готова одеться и обуться.
– А поехали прямо сейчас, до обеда вернемся.
Приехав на огромную территорию рынка, Ксения посмотрела на мужа.
– Слав, пройдись по рядам, не дыши мне в спину и я управлюсь за два часа. Встретимся здесь, нет, лучше у кафе «Огонек», так проще. Я пошла.
Они разошлись, так показалось Ксении, но Влад не выпускал ее из виду, но и не приближался слишком близко. Она прошлась по рядам шуб, даже не останавливаясь у натуральных мехов. Короткий полушубок в виде трапеции, с круглым воротом, напоминал зебру. Искусственный мех был мягкий, а подстежка была из двух слоев синтепона. Полупальто такого же кроя, но с капюшоном, было из драпа. Крупная светло коричневая клетка на темном фоне. К пальто прилагались трикотажная шапка, длинный шарф и перчатки в цвет клетки. Особо не напрягаясь, Ксения купила высокие зимние теплые кроссовки белого цвета и замшевые коричневые ботинки с замком и шнурками. Влад, наблюдавший за женой, решил помочь, забрав пакеты с покупками.
– Женщина, к вашей шубе нужна шапка, там есть не плохой выбор.
– Судя по вашему тону, мужчина, вы хотите мне предложить шапку-ушанку из кролика?
– Тебе подойдет шапка из песца, но выбор за тобой.
– Я куплю обычную вязаную белую шапку и варежки. Идем! Мне очень понравилась вот эта куртка. Посмотришь?
Куртка красно синего цвета была легкая, теплая и привезенная из Финляндии. К ней были куплены новые кроссовки, джинсы и пуловер. Покупая шапку и варежки Ксении, купили шапку и перчатки Владу. Погрузив покупки в багажник машины, вернулись в квартиру. Виктория очень удивилась местом покупки и ценой, приобретенного товара.
– Я даже представить себе не могла, что такие вещи можно купить на рынке. Они выглядят так, словно куплены в фирменном магазине.
– Жена у меня хозяйственная, с хорошим вкусом, экономная, а главное экономит только на себе, – говорил Влад, укладывая покупки в сумку. – Спасибо маме за подсказку. Теперь ей не зачем ехать в город без меня, – он обнял и поцеловал мать.
– Сеня, ты не волнуйся, я все приготовлю для малыша и приеду, как только ты родишь. Вместе с Владом подготовимся к выписке.
– На выписку я вещи купила в Москве. А вы не забывайте, что грудные дети быстро растут. Берите все понемногу. Чего не будет хватать, лучше докупить, чем не знать, куда потом пристроить. У Вас больше четырех месяцев впереди.
Утром после завтрака, они взяли курс домой, оставив Виктора Ивановича еще в гостях. Сделав всего одну остановку, через четыре часа они открывали дверь своей квартиры.
– Как в гостях не хорошо, а дома лучше, сказала Ксения, укладываясь на диван. – Слава, ты проверь холодильник. Он нас не подвел? Давай перекусим, сделаем уборку, а обеды начнутся с завтрашнего дня. Ой!
– Сень, ты чего? Где болит? Что беспокоит?
– Сенька дерется! Вчера я подумала желудок или кишечник, а сегодня точно знаю. Знак матери подает, что есть пора. Хочешь послушать?
Ксения сняла кофту и расстегнула комбинезон, освободив округлившийся животик. На лице мужа, приложившего ухо к животу жены, сияла растерянная улыбка.
– Тебе не больно? Смотри, какой буйный!
– Мне приятно. Это он так со мной общается. Тебе тоже не мешало бы со мной пообщаться.
Время шло быстро. Отпуска закончились. Ксения вышла на работу, Влад на службу. Ксения, нашла через «Одноклассников» своих университетских подруг и теперь переписывалась с ними или общалась по видеосвязи. Чем меньше оставалось времени до Нового 2014 года, тем труднее давались Ксении поездки на работу. Она стала выезжать на полчаса раньше, чтобы избежать давки в транспорте. При хорошей погоде, после работы, пешком шла на конечную остановку, чтобы сесть в пустой транспорт, а за одним и прогуляться. За неделю до Нового года, к ней заглянула Настя.
– Как Вы себя чувствуете, Ксения Александровна?
– Спасибо, Настя, хорошо. Как вы поживаете?
– Живем дружно. Пенсию я оформила. Бабушка хотела переехать в папину квартиру, но я была против этого. Здесь у нее подруга, им вдвоем веселее. Буду работать, она будет ни одна. Я Вам гостинцы к празднику принесла, бабушка сама собирала, – сказала Настя, протягивая пакет.
– Спасибо. Передавай привет Надежде Ивановне и Аннушке. Поздравь с наступающим Новым годом. Извинись, куда я такая пойду? А вот пойду в декрет с 4 января, попрошу мужа, чтобы подвез.
Гостей к Новому году не ждали, но Виктория и Виктор Иванович приехали неожиданно на два дня и привезли подарки. По этому случаю, Виктор Иванович купил надувной матрас, который использовали в качестве мужских спальных мест, а женщин устраивали на диване.
Ксения с вечера шестого марта чувствовала себя неважно. Поняв, что пришла пора, она собрала свои вещи, обувь и одежду.
– Слава, просыпайся, пора ехать. Ты не забыл то, о чем я тебя просила? Оба списка лежат в вазе на столе. Забудешь– позвонишь. Ты в порядке?
– Сень, я соображаю. Ты сама как? Не родишь в дороге?
– Я постараюсь. Отвезешь и возвращайся домой. Утром позвонишь в больницу. Соберись и не волнуйся так. Все будет хорошо. Я люблю тебя, – сказала она, прижавшись к мужу и целуя его.
Владислав отвез жену в роддом 7 марта в 01:30. Во всем доме было темно, но, несмотря на поздний час, в одном окне все еще горел свет. Весь гарнизон уже давно спал, и ему не было дела до беспокойного огонька на третьем этаже. Мало ли отчего хозяину не спиться в столь поздний час. Ксения родила сына в 05:45. Вес 3800 г., рост 53см. Влад позвонил отцу, матери и Даниловым сразу, как только узнал сам. К выписке из роддома 12 марта, в квартире было все готово к приезду малыша. Ксению встречали все Холодовы и отец Ксении. Влад подарил жене кольцо с мелкими бриллиантами, в честь рождения сына.
– Ты, сын, проще ничего не мог выбрать? – с укором спросила мать в отсутствии Ксении.
– Мама, пора бы привыкнуть, что Сеня не любит больших камней. Я купил, чтобы она его носила, а не хранила в коробке.