Судьбы проклятых

Глава 1

17 мая 1823 года. За 2 дня до суда

Техас, город Высперкросс

За решёткой светила полная луна. Её тонкие лучи падали на деревянный пол и едва касались сапог Беннетта. Мужчина сидел, прислонившись к холодной стене, в который раз прогоняя в памяти события последних дней.

Да, именно последних, – подумал он с горькой усмешкой на потрескавшихся губах. – И вой койота – самое то в столь недобрый час.

Глядя пустым взором на каменную кладку, Беннет всё больше сомневался. Правильно ли он поступил? Насколько далеко всё зашло? Что будет с Грегори? Хотя последнее волновало его меньше всего. И всё же… всё же…

Неподалёку скрипнула дверь, и следом за этим послышались тяжёлые шаги.

– Беннетт?! – в Высперкроссе шерифу было достаточно лишь метнуть суровый взгляд, чтобы любой из жителей дрожал от страха. Почти любой. Беннетт всегда держался, хотя и догадывался, на какие подлости способен Бойд. – Встать!

Вот и сейчас заключённый лишь повернул голову и ухмыльнулся в ответ.

– Доброй ночи, шериф, – прохрипел он, глядя вошедшему прямо в глаза. – Вижу, важные дела вновь не дают вам спать?

– Издеваешься?! – усатый мужлан схватился за прутья решётки и дёрнул их на себя, будто силился вырвать их корнем и забить до смерти глумящегося над ним пленника. – Чёртов ублюдок! Да как ты вообще смеешь смотреть мне в лицо, после того, что совершил?!

– Так же, как и остальные, – с этими словами Беннетт перевёл взгляд на высокого парня, что сидел неподалёку за столом, и обратно на шерифа. – Мистер Бойд, давайте будем уважать друг друга и не…

– Уважать?! – шериф ругался, брызжа слюной. Его глаза покраснели от гнева, а решётка тихонько заскрипела. – Да чтоб твою печень выклевали грифы, а ты смотрел на это и не мог пошевелиться! Тварь! Да я лично…

– Сэр? – подал голос парень, прервав своего начальника. – Прошу вас, успокойтесь. Мы будем судить мистера Роджерса по закону. Вы же сами того хотели.

Шериф даже не посмотрел на своего помощника. Однако же замолчал и оттолкнулся от решётки, отступив на несколько шагов.

– Да, – наконец выдохнул он. – Будем. Каждая тварь – создание Божье и заслуживает снисхождения.

– Снисхождения? – Беннетт вновь усмехнулся. – Слишком много вы о себе думаете, мистер Бойд. Вот уж кому оно точно необходимо, так это вашей банде.

– Банде? – удивлённый шериф снова посмотрел на помощника, но тот лишь недоумённо пожал плечами. – Беннетт, боюсь, что ты переступил черту. Я понимаю, после того, что случилось…

– Нет! – внезапно пленник вскочил на ноги и проворно бросился к решётке. – Ни черта ты не понимаешь! Никто из вас этого не поймёт! Кроме одного человека! Того, кто во всём виноват! А вы…

– Довольно! – грубо прервал его шериф, поправив пояс. – Ваше семейное проклятье добралось и до тебя. Всё могло закончиться совершенно иначе, будь ты чуточку умнее. Сперва Барнабас, потом Роберт…

– Нет никакого проклятья! – зло прошипел Беннетт, глядя на собеседника. – И никогда не было! Вы только и говорите о нём, а между тем невинные жизни покидают этот мир! И никто не в силах изменить прошлое!

– Именно так, – согласился с ним шериф. – Да, Беннетт, ты прав. Если б твой дед не совершил в ту ночь роковую ошибку, всё могло бы сложиться по-другому. Но теперь мы имеем лишь то, что ты, словно одинокий и побитый волк, считаешь свои последние дни в заключении. И если бы ты решился нам помочь…

– Нет, – Беннетт отошёл от решётки и покачал головой. – Вы знаете, чего я хочу. Приведите Грегори, и пусть он во всём сознается. Тогда-то мы и решим нашу проблему. А мне терять уже нечего.

– Идиот, – шериф не сдержался и сплюнул на пол. – Ты просто монстр, Беннетт! И гореть тебе в аду! – с этими словами он развернулся и направился к выходу, и уже оттуда крикнул помощнику: – Томи, не корми и не пои эту тварь до суда! – повернулся к Беннетту с омерзением в глазах. – Пускай издохнет прямо здесь, словно плешивая псина!

Дверь захлопнулась, и в камере воцарилась тишина. Беннетт присел обратно на пол и вновь упёрся взглядом в стену, желая хоть немного привести в порядок разворошённое сознание.

– Мистер Роджерс? – послышался голос помощника шерифа. – Беннетт?

– Да, мистер Фэлтон? – безэмоционально ответил Беннетт, даже не посмотрев в его сторону.

– Ты же понимаешь, что творишь? – поинтересовался тот. – Помоги нам. Всё зашло слишком далеко. На твоей душе огромный грех, который ничем не отмыть. Но может…

– Нет, мистер Фэлтон, – всё тем же голосом отозвался Беннетт. – Не может…

13 мая 1823 года. За 6 дней до суда

Техас, город Высперкросс

Солнце клонилось к горизонту, когда Беннетт, наконец, прискакал на ферму Хартсонг. Оставив лошадь в стойле, направился к дому, где на крыльцо уже выскочил малыш Эйвори.

– Папа! – радостно воскликнул шестилетний мальчишка и побежал к отцу, раскинув руки.

– Эйвори! – Беннетт присел на колено, чтобы поймать мелкого сорванца. Ласково потрепав того по макушке, посмотрел вперёд. У двери в дом стояла самая красивая женщина, которую он только встречал в своей жизни. – Сара?

– Мистер Роджерс, – улыбаясь, отозвалась она, неспешно спускаясь по ступеням. – Вижу, вы сегодня принесли добычу к нашему столу.

За столь приятной встречей Беннетт и позабыл, что держал в руке пару тушек зайцев. Мужчина встрепенулся и поднялся на ноги.

– Боже, я до сих пор перед тобой робею, – со смущённой улыбкой произнёс он, когда супруга подошла ближе.

– Брось, Беннетт, – её щёки залились румянцем. – Столько лет прошло. Ты слишком много мне льстишь.

– Если бы, – хмыкнул он и, отдав зайцев сыну, приобнял жену за талию, чтобы притянуть и впиться в пылкие губы. – Лесть – это ложь. Я никогда не смогу тебе солгать.

– Неужели? – казалось, что её голос дрогнул, но она быстро отвела взгляд назад и забрала «трофеи» у сына. – Опять ты испачкался, – Сара покачала головой. – Вечно ты так…

– Не сто́ит ругать сына, – улыбался Беннетт, идя вместе с ними в дом. – Он должен научиться постоять за себя, – вновь потрепал его по голове. – В нашем мире никак иначе.

– Да, – печально вздохнула женщина. – Наверное, ты прав.

Ужин прошёл в непринуждённой атмосфере. Впрочем, как и всегда в последнее время. Прошлое постепенно забывалось, но иногда, глядя на жену, Беннетт понимал, что полностью залечить её разбитое сердце не сможет никто и никогда. И, к сожалению, он прекрасно её понимал. Роберт… он был…

– А сколько ты сегодня видел индейцев? – азартно спросил Эйвори, вырвав главу семейства из собственных мыслей.

– Индейцев? – удивлённо переспросил тот. – Ни одного, Эйвори. Ты же знаешь, что поблизости нет ни единого племени. Можешь быть спокоен.

– Жаль, – опечалился сын. – А хотелось бы, – и снова возбуждение в голосе и блеск в глазах. – Вот если б они напали на нашу ферму, то ты бы всех застрелил и стал настоящим героем!

– Эйвори! – укоризненно произнесла Сара. – Нельзя же так. Любое убийство, абсолютно любое, это тяжёлый грех перед Господом нашим. Так что не заставляй отца грешить перед Богом.

Беннетт с благодарностью посмотрел на неё. Если бы он только знал, насколько пророчески окажутся её слова… но в тот день всё было иначе. Они наслаждались единением и любовью. Пускай лишь втроём, но это была их семья, ради которой Беннетт готов был заложить собственную душу.

Оставшийся вечер семейство Роджерсов провело за праздной болтовнёй. Беннетт рассказывал об охоте, а Эйвори всё это время слушал, приоткрыв от удивления рот. Сара довольно улыбалась, видя эту картину. Потом наступил и её черёд, тогда-то женщина похвасталась, что их сын потихоньку учит алфавит. Беннетт был счастлив, услышав это, и похвалил отпрыска, отчего тот залился густой краской.

А когда небо над Высперкроссом потемнело, и растущая луна выглянула из-за высоких холмов, Беннетт остался один в гостиной. Сидя в кресле с бокалом виски, он смотрел на огненный танец в камине. Языки пламени взметались ввысь, чтобы тут же исчезнуть и дать жизнь новым. Беннетт не понимал, зачем им это, да и вообще… как его мысли привели к столь глупой, хотя и интересной, аналогии.

Сара увела Эйвори в его комнату, где пыталась уложить неугомонного мальчугана. Да, так было каждый раз, когда Беннетт приезжал с охоты и рассказывал истории, большинство из которых никогда и не было. Но разве шестилетнему мальчишке стоит об этом знать? Он жаждал приключений, как и любой нормальный юнец в его возрасте. Жаль… что слово «нормальный» с их семьёй имело мало общего.

Погрузившись в себя, Беннетт слышал лишь треск горящих дров. Поэтому, когда его оплели нежные руки, он вздрогнул от неожиданности.

– Ого, наш великий герой не заметил опасного хищника, что к нему подобрался? – игриво спросила Сара, прижавшись к мужу лицом. – Как же ты теперь выкрутишься?

– Разве мне это необходимо? – в тон ей переспросил Беннетт и, отставив бокал, повернулся к любимой, чтобы поцеловать. – Может, мне нравится быть в плену у столь очаровательной особы?

– Так я тебе и поверила, – Сара потянула его за собой, заставив встать из кресла. – Ты же обещал сыну быть сильным и смелым.

– Я всегда держу своё слово, – улыбнулся он и обнял супругу. Оказавшись с ней лицом к лицу, вдохнул аромат её волос и на мгновение зажмурился, силясь запомнить этот момент. А после страстно прошептал: – И сегодня я обещаю подарить тебе незабываемую ночь.

– Какой роскошный подарок, мистер Роджерс, – Сара уже расстёгивала пуговицы на его рубашке. – Даже не знаю, достойна ли я подобного.

– Весь мир к твоим ногам, дорогая, – произнёс он и впился в её губы.

Она ответила на поцелуй, но почему-то неуверенно, будто что-то тормозило женщину. Беннетт слегка расслабился и вновь посмотрел в её огромные зелёные глаза.

– Сара, что-то случилось?

– Прости, – она виновато отвела взгляд. – Я… не знаю, Беннетт. Мне сегодня вновь приснился Роберт… ты же понимаешь…

По её щеке скатилась одинокая слезинка. Беннетт разделял её чувства, поэтому покрепче прижал жену к своей груди, и тогда она разрыдалась. Как и всегда, уже который год подряд. Боль не утихала, да никто и не собирался её глушить. Забыться лишь на время, чтобы уже через неделю жуткие воспоминания вновь встали перед глазами, заставляя сердце сжиматься от душевных мук.

– Прости, прости… – через несколько секунд Сара вытерла слёзы, хотя всё ещё стыдилась поднять взгляд. – Я не должна была…

– Нет, это правильно, – Беннетт повернул её лицо к себе. – Роберт был и моим сыном, и я разделяю твою боль, дорогая.

– Да… – прошептала она. – И всё же… ты слишком добрый человек, Беннетт. Ты не знаешь всего.

– Чего именно? – он слегка напрягся.

На мгновение Сара замолчала, силясь подобрать слова, но так и не нашла что сказать.

– А что, если я недостойна той любви? – тихо спросила женщина.

Беннетт почувствовал её лёгкую дрожь, отчего вновь прижал к себе.

– Не говори глупостей, родная. Я всегда буду тебя любить, что бы ни случилось.

16.07.2023

Глава 2

Аромат её волос и кожи дурманил разум даже во сне. Эта бурная ночь, в которой каждый отдавался партнёру без остатка, должна остаться в памяти на долгие годы. Впрочем… в последнее время они любили друг друга сильнее, чем когда-либо. Вот только не желали признаваться почему именно. Ни друг другу, ни себе самим.

– Беннетт? – лёгкое прикосновение к плечу заставило мужчину вырваться из царства снов и открыть глаза. Повернувшись набок, он сперва обрадовался голосу супруги, но, увидев её испуганное лицо, сразу же напрягся и приподнялся на кровати.

– В чём дело? – спросил он, боясь предположить худшее.

– Эйвори… – женщина запнулась и виновато отвела взгляд.

Это начинало раздражать. Вчера вечером было то же самое, а до этого пару дней назад, и вот снова.

– Что с ним? – Беннетт вскочил с постели и схватился за одежду, готовясь бежать на помощь сыну.

– Сейчас всё хорошо, – наконец чётко ответила Сара. – Но сегодня у него вновь был приступ. Мне пришлось дать двойную порцию лекарства.

– Двойную? – опешил мужчина. – Но ему же может стать хуже.

– Ему и так плохо, Беннетт, – она приподнялась с кровати, сжав в руках подол платья. – Сейчас он спит. Но нам… придётся купить ещё лекарств у доктора Мейнса.

Беннетт застыл на месте, буравя жену строгим взглядом. Но на этот раз она не отвела глаза, а смотрела прямо, слегка вскинув голову, будто говорила: «Я не виновата, Беннетт, он и твой сын тоже. Помоги своей семье». И он сдался. Впервые за долгое время сдался под немым напором жены.

– И как часто?.. – Беннетт замялся, но Сара поняла его и так.

– Каждые несколько дней, – голос женщины дрогнул. После чего она шагнула к мужу и крепко его обняла. – Прости, Беннетт, я не хотела скрывать, но волновалась, что ты и так всё тянешь на себе. А мы…

– Не говори глупостей, – мягко перебил он, перебирая её золотистые кудри. – Конечно же, я поеду к Мейнсу. Но мне казалось, что у нас ещё достаточно лекарства.

– Было, – она всхлипнула и отстранилась от него. – Проблема в том… что я заняла у доктора Мейнса несколько ампул.

И вновь Беннетт скрипнул зубами. Но теперь уже ничего не ответил.

– Я…

– У нас сейчас что-нибудь осталось?

– Да, – кротко кивнула Сара. – Но, боюсь, этого хватит всего на неделю. А если приступы усилятся, то…

– Я знаю, – мужчина сжал кулаки.

Вот уже несколько лет они безуспешно боролись с неизвестной болезнью младшего сына. За это время успели объездить несколько городов, даже в неприметный Рокслин, где, по слухам, отдыхал один из лучших лекарей Америки. Однако все лишь разводили руками. А те, кто знал о слухах Высперкросс, напоминали Роджресу о его родовом проклятье. При этом приплетали ещё и смерть Роберта, что дико раздражало главу семейства. Но он держался, держался до последнего. Ведь если не он, то кто?

Сделав глубокий вдох, Беннетт прикрыл глаза, собираясь с мыслями.

А что здесь думать? Разве я могу поступить иначе?

– Позволь мне сперва позавтракать, – он с улыбкой посмотрел на супругу. – После этого я сразу же отправлюсь в городок. Заодно решу кое-какие дела.

– Спасибо… – одними губами произнесла Сара и тут же страстно его поцеловала.

Мерный стук копыт по протоптанной дороге, тяжёлое дыхание лошади, да птичьи крики где-то в лесу. Вот и всё что слышал Роджерс, направляясь в городок. Солнце ещё не успело подняться к зениту, но уже неплохо припекало, отчего фермеру приходилось смахивать рукавом пот с лица.

Высперкросс и ферму Хартсонг разделала неглубокая пропасть, но с отвесными краями. Всего лишь семнадцать с половиной футов, однако же, дно было усеяно острыми камнями. Конечно, если человек везучий, то, рухнув туда, может выжить. Но при этом, он, словно кот, потеряет сразу восемь жизней и останется всего лишь одна. И то, скорее всего, проведёт он её хромая и с вечной болью в костях. И это в лучшем случае. Но Беннетт не слышал о везунчиках. Уже шестеро бедняг оставили на дне свои жизни со сломанными шеями и позвонками.

И каждый раз, переходя по дощатому мосту, Беннетт невольно смотрел вниз, туда, откуда на проезжающих веяло ледяное дыхание смерти.

Сегодняшний день не стал исключением. Мужчина опустил взгляд и присвистнул. На плоском камне он приметил дёргающуюся змею. Глупая рептилия зачем-то выбралась из укрытия. Возможно, планировала поохотиться, но не рассчитала то, что каменная поверхность успела прогреться, за что теперь пришлось расплачиваться. Беннет сильнее сжал поводья. Послышался тихий хруст пальцев. Ездока переполняла злость, ведь когда-то один из этих ползучих гадов полностью перевернул его жизнь. Забрал самое дорогое – родного сына. Поэтому Беннетт надеялся, что тварь сгорит прямо здесь, под его ногами, корчась в муках. Но…

– Мерзость, – от досады Беннетт сплюнул в пропасть и направил лошадь дальше.

А змея, тем временем, юркнула под камень и скрылась в его тени.

– О, мистер Роджерс! – из дома вышел невысокий худощавый мужчина в светлом костюме. Из-под шляпы пробивались седые волосы, но это никак не влияло на его настроение. – Рад вас видеть!

Сколько себя помнил Беннет, их доктор всегда был весел и жизнерадостен. Наверное, это из-за того, что ему приходилось бороться за жизнь людей, но для такой работы нет места грусти. Она способна сожрать изнутри, разорвать тебя заживо.

– Мистер Мейнс, – Беннет успел отправить лошадь в стойло, и теперь мог спокойно прогуливаться по городку. Хотя свободного времени у него на жизнь было маловато. – Взаимно.

Он снял шляпу и слегка поклонился доктору.

– Чем обязан столь неожиданному визиту? – седовласый медик вопросительно вскинул брови. – Мне казалось, что микстуры вам должно хватить на месяц вперёд.

– Да, видите ли, в чём проблема… – Беннетт прикусил губу от одной лишь мысли о том, что Костлявая протянула руки и к младшему сыну. – Припадки Эйвори участились, и мы с Сарой опасаемся, что лекарства может не хватить.

– Вот как? – доктор сразу поник и насторожился. – Это печальное известие. Я надеялся встретить новый день более радостно.

– Прошу прощения, мистер Мейнс, – Беннет пожал плечами. – Уверяю вас, что это желание обуревает меня во много сотен раз сильнее. Но реальность слишком сурова.

– Да, да, да, – задумчиво пробормотал доктор и поманил гостя за собой в дом. – Знаете, мистер Роджерс, данной микстуры осталось совсем мало. Мне придётся заказать её из Рокслина, но доставят её не раньше чем через неделю.

– Думаю, что нам вполне этого хватить, – кивнул Роджерс, вздохнув с облегчением.

Во-первых, новость о том, что микстура всё ещё есть в их городке, радовала. Ну а во-вторых, внутри дома было прохладно. Жар улицы уже успел прогреть даже кости Беннета. Он с детства терпеть не мог эти места. Но уехать так и не получилось. К тому же он повстречал Сару и…

– Буду искренне этому рад, – голос доктора вернул его на землю.

Они подошли к деревянному прилавку. Док открыл небольшой шкаф и достал оттуда несколько пузырьков с прозрачной жидкостью.

– Вот, мистер Роджерс, как вы и просили, – расплылся тот в улыбке, поставив пузырьки на прилавок.

– Да, – выдохнул Беннетт, чувствуя, как сердце учащённо забилось. Конечно, он не жалел денег на здоровье сына. Вот только и деньги не всегда водились в их семье. – Вот, прошу.

Достав из кармана несколько смятых купюр, бережно выпрямил и отдал доктору.

– Кстати, – Беннет посмотрел ему в глаза. – Сколько я должен за долг Сары?

– Долг? – на мгновение доктор опешил, но тут же спохватился. – А, не волнуйтесь, отдадите, как получится. Уверен, вы знаете, что делать, – он снова улыбнулся. – Всё же помогать людям – моё призвание.

– Благодарю, мистер Мейнс, – Беннет вновь поклонился ему и забрал лекарство, сложив пузырьки в небольшой мешочек и привязав его к поясу. – Всего вам доброго.

– И вам не хворать, мистер Роджерс, – кивнул тот, а потом поинтересовался: – Вы сразу домой?

– Нет, – Беннет остановился в дверях. – Надо кое-что уладить здесь. Сара сказала, что пока что микстура у нас имеется, так что я могу побыть в городе. А вы что-то хотели?

– О нет, – доктор вскинул руки. – Простое любопытство.

– Хорошо, – хмыкнул гость. – Тогда ещё раз, всего доброго.

С этими словами Беннетт вышел на улицу, где в лицо сразу же дохнула сухим жаром. Мелкие песчинки неприятно царапнули кожу. Пора было бы к этому привыкнуть, но Беннетт частенько обращал на это внимание, особенно если его раздирали дурные мысли. В такие минуты любая мелочь могла показаться до жути раздражающей.

Вот и сейчас, выйдя от дока, он не мог избавиться от гнетущего чувства недосказанности. Что-то от него скрывали. Странное поведение Сары, внезапный альтруизм дока, да ещё приступы Эйвори.

– Чёрт, – процедил он, направившись к загону. – Как же это бесит…

Взяв пару лишних поручений у местных (приходится крутиться, раз всё настолько далеко зашло), Беннет выдохнул и впервые за несколько часов искренне улыбнулся. Впереди маячило здание салуна «Пуля милосердия», туда-то и несла его дорога.

Мягкий звонок возвестил о том, что внутрь вошёл новенький. В такое время посетителей было маловато, но всё же пара столиков уже заняли местные выпивохи.

И откуда только деньги берут? – этот вопрос довольно часто посещал Беннетта, так как он попросту не понимал, как можно настолько низко скатиться, но при этом умудряться где-то добывать гроши, чтобы утром вновь залить «израненную душу».

– Мистер Роджерс? – раздался приятный баритон из-за барной стойки. – Неожиданно в такой час.

– Увы, – Беннет подошёл ближе и взобрался на высокий стул. – Был вынужден сегодня приехать.

Барменом, а по совместительству и хозяином заведения, являлся некий Стэнли Смит. Судьба занесла его в Высперкросс совершенно случайно. Он скитался по миру, объехав почти полностью их необъятную страну. Но вот добрался до этого маленького и уютного городишки, решил остаться и сделать что-то доброе для людей. По крайней мере, он так говорил. Но многие бывалые посетители видели в нём что-то, что явно не клеилось с историей. Хотя бы то, что он в первый же день выкупил салун за наличку.

Высокий, с блестящей лысиной и пышными усами. Небольшие очки постоянно сползали на кончик носа, отчего у бармена был довольно комичный вид. Да и характером он выделялся покладистым. Правда, все знали, что лучше не связываться со Смитом, ведь это грозило серьёзными неприятностями.

– Что ж, раз вы здесь, – с улыбкой продолжил бармен, – то вот небольшая затравочка, – он плеснул в рюмку порцию виски. – За наш счёт.

– Ого, – Беннет удивлённо на него посмотрел. – С каких это пор…

– Тш-ш-ш, мистер Роджерс, – шикнул на него Смит и кивнул в сторону выпивох. – Не при них. А это, – посмотрел на рюмку. – Ну, скажем так, за нашу дружбу. Всё же вы наш постоянный клиент, – и тут же нахмурил брови, вновь покосившись на остальных посетителей. – Не то что некоторые.

– Вы весьма любезны, мистер Смит, – благодарно улыбнулся Беннет и мигом опрокинул в себя предложенный алкоголь. – День определённо налаживается.

– Уверен, мой дорогой? – сзади послышался ласковый женский голос, и Беннета оплели загорелые руки в шёлковых перчатках. – Может, обсудим это наедине?

21.08.2023

Глава 3

– Может, как-нибудь в другой раз, моя дорогая Элизибет, – улыбнулся Беннетт, осторожно убрав с плеч чужие ладони.

Слева от него опустилась невысокая, стройная женщина с густыми русыми волосами. Короткая причёска лишний раз напоминала о том, кем работает данная красотка. Ведь Лизи специально так стриглась вот уже пять лет. Во-первых, она считала это практичным, чтобы никто из клиентов, пристроившихся сзади не мог накрутить на кулак её пряди, на что порой жаловались другие представительницы древней профессии. Во-вторых, по словам самой Элизибет, это была дань уважения несбывшимся мечтам. Строгий срез волос напоминал ей о том, как внезапно оборвалась её старая жизнь, и судьба заставила встать на скользкий путь. Правда, женщина всегда казалась жизнерадостной, что вызывало уважение не только у Беннетта, но и у других мужчин. Более того, изредка находились те, кто предлагал ей уехать вместе. Зачастую приезжие, которые мало знали о её прошлом. Но Элизибет всегда выбирала знакомый Высперкросс, вместо призрачного счастья с «любимым».

– Что-то мне подсказывает, что следующего раза может и не быть, – она лукаво улыбнулась. – Ты единственный, кто смог устоять перед моим очарованием.

И это было правдой. Бездонные карие глаза Лизы затягивали любого, кого она пожелала заполучить. Но что больше всего интересно – это не мешало ей быть проституткой. Пускай и самой дорогой в городе, но всё же…

– Я тоже рад вас видеть, миссис Браун, – хмыкнул Беннетт и осушил очередную рюмку.

– Да, так я и поверила, – продолжала улыбаться Лизи, при этом провела пальчиком по плечу мужчины.

– Лизи, дорогая, – вмешался в разговор бармен. – Ты ведь помнишь наш уговор? Не мешай моим гостям расслабляться в обнимку с бутылкой.

– О, Стэнли, мой блестящий очаровашка, – хихикнула женщина, глядя на его лысину. – Я и не думала уводить у тебя такое сокровище, – вновь перевела взгляд на Беннетта. – Даже при всём моём желании он всегда будет верен лишь одной. И, признаться, я жутко завидую милашке Саре.

– Благодарю, – кивнул ей Роджерс. – Я передам ей твою похвалу.

– Серьёзно? – удивилась Лизи. – Ты ей о нас рассказываешь?