Метод Сократа: Искусство задавать вопросы о мире и о себе

Переводчик Анна Попова

Научный редактор Станислав Наранович

Редактор Андрей Захаров, канд. филос. наук

Издатель П. Подкосов

Руководитель проекта А. Шувалова

Ассистент редакции М. Короченская

Корректоры Е. Сметанникова, Л. Татнинова

Компьютерная верстка А. Фоминов

Арт-директор Ю. Буга

Дизайн обложки Olivia Knapp

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Ward Farnsworth, 2021

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2023

Предисловие

Метод Сократа – это стиль мышления. Это стимулятор для интеллекта и противоядие от тупости. Нужно сказать об этом с самого начала, поскольку многие люди считают сократический метод не более чем техникой обучения – если, конечно, им вообще доводилось о нем слышать. В принципе, так оно и есть; но причина, из-за которой метод Сократа полезен в университетской аудитории или школьном классе, заключается в том, что присущий ему стиль мышления лучше того, который по привычке применяется нами для осмысления чего-то важного. Сократ задавал людям вопросы не для того, чтобы призвать нас делать то же самое, а для того, чтобы научить нас думать. Именно это делает его метод интересным для всех в любых положениях, а не только для специалистов в особых случаях. Я предлагаю читателю практическое руководство, и первый урок, который следует из него извлечь, состоит в том, что практиком сократического метода может быть кто угодно, причем в любой ситуации.

В книге объясняется, что такое сократический метод и как применять его в первозданном виде, то есть в той манере, в какой это делал сам Сократ в диалогах Платона. Это книга о том, как работает наш разум. Кроме того, в более широком смысле это и практическое введение в философию прославленного мудреца. Сократическая философия неизменно поражает: она не дает окончательных ответов на сложные вопросы, но зато содержит в себе навык задавания сложных вопросов и поиска ответов на них. Сократический образ мысли – путь к мудрости, но не сама мудрость в готовом виде; он в принципе отрицает возможность того, что мудрость может быть окончательной и завершенной. Предложенный Сократом метод полезен в размышлениях о любой проблеме, какой бы насущной или, наоборот, тривиальной она ни была, – и о том, как правильно жить, и о том, кому выгуливать собаку.

Кроме того, в книге рассказывается история происхождения стоицизма – того комплекса античных идей, который до сих пор привлекает многих. Доктрины стоиков, сохраняющие притягательность и сейчас, происходят из поучений Сократа, поэтому всем, кто интересуется стоической мудростью, полезно понимать, как она соотносится с тем, что говорил Сократ. В свою очередь, люди, интересующиеся Сократом, с легкостью найдут у стоиков примеры приложения сократического способа мышления к повседневной жизни.

Учение Сократа способно также усовершенствовать обсуждение всякого рода сложных тем. Помимо всего прочего, пользоваться сократическим методом – это значит задавать и принимать вопросы с бесстрашием; говорить то, что думаешь, и не горячиться, когда другие поступают так же; любить истину и не терять скромности, даже если овладел ею. Другими словами, в этом методе – множество хороших обыкновений, которые в последнее время исчезают из нашего культурного дискурса.

Таковы цели настоящей книги, представленные вкратце. А вот их более полное изложение.

Метод Сократа часто называют одним из выдающихся свершений античной мысли. Грегори Властос, самый яркий исследователь нашего предмета в XX в., назвал его «одним из величайших достижений человечества», потому что

с его помощью моральное исследование делается общечеловеческим делом, доступным каждому. Чтобы практиковать этот метод, не обязательно придерживаться той или иной философской системы, осваивать специальные техники или применять формальную терминологию. Нужен лишь здравый смысл и разделяемый собеседниками язык[1].

Сократический метод имеет ценность в праве, политике и других предметах, требующих обоснованных суждений. Джон Стюарт Милль считал, что метод Сократа оказал глубочайшее воздействие на его мышление, став подлинным открытием. В своем эссе о Платоне он рассуждал о том, что человечество в долгу перед ним «за этот величайший и несравненный дар»[2].

Таким образом, метод – ценнейшее наследие Сократа, а сам Сократ, вероятно, наиболее величественная фигура в истории западной мысли. Исходя из сказанного, можно было бы ожидать, что с основными особенностями сократического метода знакомы все. Однако на деле большинству людей они неизвестны; более того, даже видные интеллектуалы порой не видят в наставлениях Сократа практической пользы, по крайней мере, прямой и непосредственной. Почему же образовалась такая пропасть между признанием, во всяком случае на словах, той ценности, которой обладает сократический метод, и реальной осведомленностью о нем?

По моему мнению, на то есть три причины. Во-первых, в диалогах Платона сам метод толком не объясняется. Он просто фоновым образом используется в дискуссиях на разные темы. Метод приходится самостоятельно извлекать из того, как Сократ говорит и действует, а также из того, как он аргументирует свои слова и поступки; тот читатель, который попытается найти в сократическом диалоге прямые инструкции по использованию метода, ничего подобного не обнаружит.

Во-вторых, обсуждения, описываемые в диалогах, да и сама фигура Сократа, нередко обескураживают. Персонажи часто спорят о вопросах, едва ли способных заинтересовать читателя. Они завершают дискуссию ничем, за исключением констатации того, что на поставленный вопрос нет должного ответа, а выдвигаемые ими аргументы иногда кажутся притянутыми за уши или формалистичными. Разобраться в этих аргументах до такой степени, чтобы насладиться сократическим методом и извлечь из него уроки, – своего рода работа, которая для большинства читателей, мягко говоря, остается навыком, приобретаемым тяжело и не сразу.

В-третьих, метод Сократа вряд ли когда-нибудь станет популярным, поскольку он не дает того, чего, как представляется большинству людей, они сами желают. Поучения Сократа не сулят ни богатства, ни известности. Не обещают они и награды после смерти. Они не содержат ответов на мучающие нас вопросы и не подтверждают нашей правоты в том, что мы уже и так считаем верным. А вот что наставления Сократа действительно дают, так это мудрость; но это благо всегда дается нам ценой определенных неудобств. Человеческая тяга к мудрости и готовность мириться с дискомфортом, с нею связанным, никогда не были сильными людскими качествами – ни в Античности, ни в наши дни.

Все эти наблюдения помогают понять, почему метод Сократа большинству людей неизвестен и в школах не преподается – хотя, как представляется, напрасно. Элементы сократического метода просты и действенны, их легко понимать и интересно применять. Метод может оказаться результативным даже для тех, кто больше ничего о философии не знает. Он полезен в размышлениях и спорах, касающихся вещей, которые важны для любого человека наших дней, а не только для современников Платона. А еще, что немаловажно, сократический метод действительно ведет к счастью (в античном смысле этого слова) – к лучшей жизни, не говоря уже о хорошем настроении.

Поскольку в диалогах доступное изложение самого метода отсутствует, моя книга призвана восполнить этот пробел. В ней я попытаюсь облегчить постижение как идей Сократа, так и его метода в особенности.

На практике сказанное означает, что подробному текстологическому анализу каждого затрагиваемого вопроса в моей книге будет уделяться меньше внимания, чем в других подобных работах. Платон дает безбрежную пищу для споров. Вам потребуется немало времени и слов, чтобы защитить любое свое суждение о Платоне от ваших оппонентов и критиков. Мне, однако, хотелось бы, чтобы книга сохранила умеренный объем, а этого невозможно добиться, если последовательно рассматривать каждый аргумент, попадающий в наше поле зрения. Поэтому множество сложных вопросов рассматриваются мной лишь поверхностно, по касательной, а сноски подскажут, где при желании можно узнать о них побольше. Перед читателем, которому требуется более полная интерпретация, открывается выбор из сотен работ. Многие из них перечислены в списке литературы, однако это далеко не полный алфавитный указатель работ, посвященных нашей теме, – в основном в него включены те источники, которые цитируются в тексте. Тем не менее и его вполне достаточно, чтобы представить заинтересовавшемуся «точки входа» в профильную литературу.

То же самое можно сказать и о скептицизме – еще одной философской традиции, имеющей множество современных приверженцев, которые обращаются к этой системе целенаправленно или неосознанно. Античные скептики были учениками Сократа и соперниками стоиков. Их взгляды мы тоже не оставим без внимания.

Сократический метод помогает исправить ситуацию. Прежде чем рассматривать его как технику, взгляните на него как на этику терпения, исследования, скромности и сомнения – другими словами, то самое здравое отношение к проблеме, которое не поощряется в социальных сетях и все заметнее исчезает из политической и культурной жизни. Пользующийся этим методом ставит трудные вопросы с бесстрашием и принимает их без обиды; в его глазах брошенный вызов и опровержение предстают актами дружбы. Сократ, как мы увидим, порой любит определять ускользающее понятие через его противоположность. Мы также воспользуемся этим подходом. Если бы мне пришлось в одном слове выразить антитезу метода Сократа, то я использовал бы слово «Твиттер».

Угроза подобных технологий для качества нашего дискурса, а также ущерб, уже нанесенный ими, очевидны для всех. Однако пока мы сражаемся с силами, еще не получившими четкого определения, хоть оно и было бы полезно. Фанатичная пристрастность, склонность выдавать желаемое за действительное вместо того, чтобы докапываться до истины, шельмование инакомыслящих, цензура или самоцензура мнений, не снискавших одобрения, неспособность несогласных к общению, не говоря уже о сотрудничестве, – все перечисленные явления находятся на подъеме, распространяясь все шире. Большинство думающих людей воспринимает их со страхом и отвращением, ужасаясь тому, что еще может ждать нас впереди. Упомянутые тенденции пока не слились в единый поток, за исключением, вероятно, тех контекстов, в которых сторонники одного политического лагеря пытаются приписывать все подобные пороки (или самые ужасные из них) исключительно своим оппонентам. Альтернатива же всему этому массиву неразумия, взятому в совокупности, еще не формулировалась в виде целостной программы. Происходящее не нравится никому, но у сопротивления пока нет ни формы, ни плана, ни героя.

В этой книге долгожданным героем предстает Сократ, а планом сопротивления – его метод, который естественным порядком одолевает все скопище вышеперечисленных пороков. Вы можете различать пороки и распределять их между политическими крайностями как вам угодно; сократическое состояние ума в любом случае будет лучшим средством против них. Сократический метод концентрирует в себе несколько важных вещей сразу: это мыслительный аппарат, имеющий мощное логическое обоснование, набор эффективных инструментов и хорошая родословная. Те, кто намерен противостоять коррозии мышления и дискурса, причем по всем фронтам, могут – перед присоединением к той или иной группировке – объявить себя сократиками: тем самым, прежде чем взяться за оружие, они примут на себя обязательство следовать тем правилам ведения дискуссии, которые завещал нам Сократ. В книге объясняется, что подобное обязательство означает.

Как человеку из университетской среды мне особенно хочется, чтобы эта книга предложила этику, следуя которой академические учреждения сделаются еще более эффективными. Их благополучие явно нуждается в сократической рецептуре: им стоило бы привыкнуть неустанно рассуждать, бесстрашно опровергать и не бояться сложных вопросов, когда таковые возникают. Университет должен превратиться в подобие сократического гимнасия.

В главах 1 и 2 содержится необходимая исходная информация. В главе 1 разговор пойдет о том, кем был (или мог быть) Сократ, а также о том, как исторический Сократ соотносится с литературным Сократом. В главе 2 обозначается различие между идеями Платона и методами Сократа, представленными в платоновских диалогах.

Главы с 3 по 12 показывают, как работает сократический метод. В главе 3 его элементы представляются целостно, а затем растолковываются детально. В главе 4 обсуждается использование сократического метода не столько в разговорах с другими, сколько в индивидуальном мыслительном процессе. В главе 5 обсуждается исследовательский подход, основанный на вопросах и ответах. Главы 6 и 7 объясняют, что такое «эленхос» – любимый тип аргументации, используемый Сократом, и подчеркивают важность непротиворечивости в сократическом размышлении. Глава 8 посвящена тому, как Сократ обозначает и преодолевает различия, а в главе 9 представляется использование метода аналогий. В главе 10 рассматриваются некоторые базовые правила сократического диалога. Глава 11 посвящена невежеству, и в частности двойному невежеству, то есть неосведомленности о собственном незнании – проблеме, выступающей средоточием всего сократического проекта. Глава 12 имеет дело с апорией – тупиком, в который порой заводит сократический диалог, – и состоянием разума, возникающим в результате этого.

В главе 13 излагаются преимущества, которые дает метод Сократа. В главах с 14 по 16 показаны примеры того, к чему сократический метод может привести. В главе 14 кратко суммируются выводы Сократа относительно того, что значит счастье, и пути его обретения. В главе 15 рассказывается, как методологией Сократа пользовались стоики, продолжавшие размышлять над его выводами. В главе 16 аналогичному анализу подвергаются скептики.

В главах 17 и 18 читатель найдет несколько простых советов, касающихся того, как задавать собственные сократические вопросы. Наконец, в эпилоге метод Сократа и лежащая в его основе этика преобразуются в правила ведения дискуссий, протекающих в различных формах. В нем также говорится о важности сократической этики в жизни учебного заведения.

Примечания относительно переводов приводятся в конце книги. Ссылки на тексты Платона следуют Стефановской нумерации. По ее цифрам легко найти нужный отрывок в любом издании платоновских диалогов. Они обозначают страницы превосходного издания трудов Платона, которое в XVI в. опубликовал Анри Этьенн, французский книгопечатник (Стефан – латинизированная версия его имени). В опубликованном им трехтомнике страницы пронумерованы от 1 до трехзначных чисел; кроме того, каждая страница делилась на части, обозначенные латинскими буквами от a до e. Этой пагинацией пользуются до сих пор для отсылки к нужным местам из Платона. (Аналогичная нумерация используется и для цитирования работ Плутарха, как мы увидим ниже.)

Получается очень удобно. Предположим, вы видите цитату из рассуждений Сократа, маркированную: Пир, 221d. Взяв в руки «Пир» Платона в любом издании и переводе, на полях легко обнаружить знак 221d, отмечающий нужный пассаж. Технически такая метка означает, что цитата находится в разделе d на странице 221 того тома, в котором Стефан в свое время расположил этот диалог (в его собрании это третий том). Практически же все просто: по этому номеру легко найти цитату из Платона в любом издании его текстов.

Благодарности. За замечания и комментарии к черновикам этой книги я благодарю Генри Абелова, Филипа Боббитта, Роберта Чесни, Джона Дея, Александру Дельп, Виктора Ферререса Комеллу, Стэнли Фиша, Майкла Гагарина, Ребекку Гольдштейн, Дэвида Гринвальда, Марка Хелприна, Энтони Кеннеди, Эндрю Кулла, Сола Левмора, Энтони Лонга, Сьюзан Морс, Брайана Переса-Дейпла, Рейда Пауэрса, Уильяма Пауэрса, Дэвида Раббана, Кристофера Робертса, Фреда Шауэра, Николаса Смита, Джеффри Стоуна, Юджина Волоха и Пола Вудраффа. Кроме того, выражаю признательность сотрудникам Юридической библиотеки Тарлтона в Техасском университете за оказанную мне великодушную профессиональную помощь.

1

Проблема Сократа

Кого мы имеем в виду, когда рассуждаем о методе и мыслях Сократа, – историческую личность или литературного персонажа? Если говорить кратко, то ответа на этот вопрос не знает никто. В сущности, это и не особенно важно, однако время от времени упомянутая проблема задает наше отношение к темам, затрагиваемым в диалогах. Тем не менее дискуссии, посвященные проблеме Сократа, сами по себе довольно интересны, и поэтому в настоящей главе мы остановимся на них подробнее, хотя и затронем лишь малую толику тематической литературы, которой нет конца и края. Читателям же, которым этот сюжет неинтересен или уже известен или которые хотят поскорее обратиться к практическим упражнениям с методом, не вдаваясь в исторические подробности, можно посоветовать безболезненно пропустить эту главу.

Позвольте предположить, что именно вам ничего по данной теме неизвестно, и кратко познакомить вас с Сократом, а также с теми, кто рассказывал людям о нем.

Сократ. Сократ жил примерно в 470–399 гг. до н. э. О его жизни нам известно относительно мало. Биографы античности утверждают, что отец его был каменщиком и что в юности Сократ, вероятно, осваивал то же ремесло. Во время Пелопоннесской войны, в которой Афины сражались со Спартой, Сократ служил в афинском войске. Тогда ему было уже за сорок. Он состоял в браке с женщиной по имени Ксантиппа. Согласно легенде, та была сварливой особой и как-то раз в ссоре даже вылила на мужа содержимое ночного горшка[3]. Еще у Сократа было три сына. Наш герой обладал, по-видимому, примечательной внешностью, которую часто описывают как уродливую. Говорили, что он пузат, что у него странный нос (вероятно, вздернутый) и что глаза у него навыкате[4]. Сохранились шутки о том, как он смотрит этими глазами в разные стороны, словно краб[5].