- -
- 100%
- +
Пролог
В 2245 году в результате неизвестного катаклизма поверхность земли оказалась полностью покрыта водой, старый мир навсегда исчез, а немногие выжившие разделились на воюющие между собой фракции. Те, кто богаче живут в космосе, остальные вынуждены выживать на дирижаблях, охотясь за скудными ресурсами и друг за другом. Жителям Мидгарда, как они прозвали свой летающий мир, поверхность воды не видна из-за густой облачности от испарений и парникового эффекта. Непрекращающиеся десятилетиями шторма и новые формы жизни, возникшие из-за радиации в глубинах океана, сделали водную поверхность недоступной на долгие годы. А бесчисленные войны привели к тому, что спустя 30 лет власть полностью перешла в руки корпоратов.
Глава 1. Тяжелый день
Когда Ронни ухватился за стальную мачту антенны, она накренилась в сторону и со скрипом начала смещаться, унося его тело за пределы летающей платформы. Сильнейший боковой ветер бросил ему в лицо добрую пригоршню дождевых капель, а заодно растрепал русые волосы на давно не стриженой голове, отчего незадачливому вору пришлось громко фыркнуть, сдувая упавшую на глаза прядь. Пальцы заскользили по влажной от тумана круглой поверхности и Ронни принялся лихорадочно перебирать ногами в воздухе, словно пытаясь таким образом нащупать точку опоры и изменить траекторию движения проклятой железяки, норовящей сбросить его в бездну.
Сумка, висящая на плече, была очень тяжелой и это следовало учесть до того как прыгать через ограждение складов военной базы корпоратов, но если быть честным, Рон был не из тех, кто всё хорошо продумывает заранее. Его изначальный план был довольно простым и изящным – во всяком случае таким он выглядел полчаса назад, когда разгрузив очередную партию товара из Мидгарда, Ронни обратил внимание, что у охранников началась пересменка, а это давало ему отличный шанс остаться на платформе корпоратов после отчаливания франтеры – небольшого транспортного дирижабля, доставившего продовольствие на одну из баз Железного диктатора.
Укрывшись за стопкой ящиков, Ронни из под куска брезентовой ткани наблюдал за тем как обшитая стальными листами франтера мягко отделилась от стыковочного механизма и начала расправлять свои ярко–оранжевые маневренные паруса. Словно огромные рыбьи плавники, телескопические мачты медленно вытягивались во все стороны, ощериваясь острыми ребрами титановых перекладин, между которыми были натянуты крисонитовые полотнища. Передние закрылки приняли положение «на взлет», позади кормовой рубки послышался нарастающий гул силовых установок и франтера на мгновение застыла в воздухе, словно решая куда ей направиться. Вскоре в боковых дюзах на миг промелькнули сиренево–голубые вспышки трипл–двигателей и двухсотметровое судно, поймав попутный ветер, плавно заскользило в сторону серых дождевых облаков.
Вот из–за этих–то трипл–двигателей всё и случилось. Многотонные корабли и платформы корпоратов висели на заданной высоте в воздухе только благодаря гениальному изобретению, сделанному еще в самом начале Потопа. Удерживая огромные суда на достаточном расстоянии от опасной водной поверхности, они позволяли кораблям парить в воздухе или дрейфовать, используя силу штормовых ветров. Если бы не они, то первым выжившим до сих пор приходилось бы применять паровые аэростаты и кто знает, что случилось бы с Мидгардом за эти годы если бы он до сих пор использовал исключительно силу пара. Можно было с уверенностью сказать, что появление трипл–двигателей спасло человечество и прекратило, или как минимум на время ослабило Дикие войны, избавив людей от необходимости жестоко сражаться за немногочисленные доступные ресурсы. Иметь на корабле трипл–двигатель было роскошью и одновременно жизненной необходимостью. Можно сказать, они и были синонимом слова «жизнь» на Мидгарде.
Одна беда – трипл–двигателям для работы были нужны энергетические ячейки, прозванные в народе «гиперкубами» за их форму, а гиперкубы были только у корпоратов.
Впрочем в сумке у Рона сейчас тоже покоились два гиперкуба, которые он украл с военного склада. И именно они своей непомерной тяжестью теперь тянули его к гибели. Мачта антенны, за которую он держался обеими руками угрожающе изогнулась, словно рыболовное удилище, и ухо Ронни различило неприятный потрескивающий звук внутри полой трубки. Если он немедленно не выбросит светящиеся кубы, то рискует сорваться в пропасть и навеки исчезнуть из этого мира. Но когда его это останавливало? Лучше умереть богатым, чем вечно жить бедным.
Когда металл с хрустом перегнулся пополам и надломился, Рон со свистом полетел вниз. Пролетев полтора десятка метров, он вдруг зацепился воротником своего кожаного жилета за какой–то крюк и от резкого толчка его тело дернулось, а один из кубов выскользнул из сумки и переливаясь искрящимися желто–розовыми гранями, кувыркаясь полетел в бурлящую темноту под ногами. Чертыхнувшись и проклиная всё на свете, Ронни быстро вскарабкался на парапет и поспешно заглянул в сумку – второй энергокуб всё еще покоился на дне и его он точно не собирался терять. Наверху проревела сирена и почти тут же по всему периметру многоярусной военной платформы зажглись красные огоньки тревоги.
– Вот же черт! Как они узнали?!
Рон был искренне удивлен тому, что кто–то столь быстро заметил исчезновение топливных ячеек. Но голосу прозвучавшему у него за спиной он был удивлен еще больше.
– Каждый гиперкуб снабжен меткой радиомаяка, это наш способ отслеживать перемещение кораблей в пространстве Мидгарда.
Голос принадлежал молодому солдату корпорации, который вскинув короткую винтовку, держал Рона на прицеле. Темные коротко стриженные волосы, острый взгляд карих глаз, гладко выбритое лицо и стройная фигура, облаченная в серую униформу. Судя по эмблеме на нарукавной нашивке парень был пилотом и только сейчас Ронни обратил внимание, что упал на взлетную площадку рядом с ангаром. Со всех сторон его окружали ряды остроконечных стриммерсов – небольших штурмовых кораблей, на которых корпораты патрулировали доступную им часть Мидгарда. Мда, иногда везение Рона обладало странным чувством юмора – он не упал в бездну, зато свалился прямо на голову вооруженному часовому.
Послышался отчетливый щелчок сброшенного предохранителя и Ронни, изобразив широкую улыбку, принялся медленно поднимать руки вверх. Что–то надо было определенно придумывать, но это возможно только пока плазменный излучатель не прожег в нем огромную дыру.
– А я и не знал, что в них есть маячки.., – глупо улыбаясь, произнес дикарь, аккуратно пятясь назад вдоль невысокого борта платформы.
– Никто этого не знает… В этом весь смысл..
Солдат был примерно одного с ним возраста, лет 28–30. Он был спокоен и аккуратно переступал ногами по бронеполу, сохраняя заученную боевую стойку и не сводя прицела с груди Рона.
– Медленно положи сумку на пол.., – приказал он.
– Сумку?.. ах, ты про это…, – глаза Ронни хаотично бегали по платформе, пытаясь зацепиться хоть за что–нибудь, что могло сейчас спасти незадачливого вора корпоративной собственности.
В нагрудной рации пилота послышался треск помех и чей–то искаженный статикой голос грубо произнес:
– Капрал Бойко, доложите обстановку.
– Я взял его, сэр. Держу на прицеле. Седьмой уровень, ангар «Сигма».
– Принято. Высылаю подкрепление… Группа захвата будет через 2 минуты…, – рация на мгновение смолкла и тут же другой голос вклинился в радиоканал. – Будьте внимательны, капрал. Вероятно, это член «Ядра» – он может быть вооружен и опасен. Стрелять на поражение.
– Да, сэр. Есть стрелять на поражение.
Лицо капрала стало еще более сосредоточенным и он мягко переступил своими подкованными штурмовыми ботинками по металлическому полу. Ронни буквально сиял в ослепительной улыбке, всячески стараясь своим видом показать что имеет место какое–то страшное недоразумение.
– Какое «ядро», друг? Я не вооружен и вообще.. я просто искал уборную, а когда вышел, то наша франтера уже отчалила и я собирался идти к коменданту… А тут вся эта тревога.. Знаешь, кто угодно перепугается и наделает глупостей, когда у него под ухом проревет боевая сирена…
Рон продолжал медленно пятиться в сторону, намереваясь скрыться за штабелями ящиков с каким–то инвентарем и боеприпасами.
– Сумка! – требовательно произнес капрал, не обращая внимания на пустую болтовню Рона.
– А что сумка?.. Ах, сумка…, – Ронни слегка приподнял лямку с правого плеча, словно давая понять, что готов неукоснительно повиноваться приказам. – Куда мне ее лучше поставить, друг?
– Туда, – солдат махнул стволом чуть в сторону, указывая место на палубе и этой секунды Ронни было вполне достаточно.
Дикарь резко бросился на капрала, сбив корпората с ног. Грянул мощный выстрел и сгусток раскаленной плазмы с шипением врезался в потолок взлетной палубы, рассыпая вокруг оранжевые искры расплавленного металла и оставляя на обшивке широкое черное пятно гари. От громкого звука у Рона заложило правое ухо и он с силой ударил рукой по винтовке. Оружие отлетело на несколько метров в сторону, проскользив по полу и уткнувшись дулом в посадочную опору ближайшего стриммерса. Видимо от удара в винтовке заклинило переключатель автоматического огня, загрохотали выстрелы и во все стороны веером полетели яркие лучи раскаленной плазмы. Они со свистом прошивали воздух, впечатывались в обшивку боевых кораблей и разносили в клочья стопки ящиков, прежде аккуратными прямоугольниками расставленные по палубе.
Заскочив за опору истребителя, бывшие враги тут же вынужденно прижались друг к другу, укрываясь от смертоносных залпов и продолжая одновременно наносить друг другу тумаки.
– Ты что наделал, дурак?! – проорал капрал, пригибаясь и уворачиваясь от очередного выстрела.
– При чем тут я?! Это твоё оружие!
Внезапно выстрелы смолкли и молодые парни переглянулись. Рон оттолкнул от себя капрала и вскочив на ноги, стремглав бросился к противоположному краю платформы. Под ногами ощутимо пробежала дрожь, и дикарь понял что корабль корпоратов пришел в движение. Под звуки сирен многотонная махина стремительно взмыла вверх и Ронни уже добежавший до лееров ограждения вдруг замер, ухватившись за поручень. Облака расступились и он впервые в своей жизни увидел солнце. Оно было… невероятным! Проведя всю свою жизнь в Мидгарде, в нижних слоях атмосферы, где небо всегда скрыто плотной завесой тумана и облаков, молодой дикарь был поражен открывшейся его взору картине маслянисто–оранжевого закатного диска, который своими лучами окрасил окружающее пространство в цвета, для описания которых у Рона просто не было слов. Взглянув на свои руки, окрашенные в розоватый багрянец, он слегка пошевелил пальцами, наблюдая как солнечный свет играет на них своими оттенками.
– Никогда не видел солнца, чумазый? – сзади послышался уже знакомый голос молодого капрала. – Ты упустил свой шанс, хватит бегать. Повернись лицом и положи руки на затылок.
Ронни медленно обернулся, нехотя отрывая взгляд от прекрасного зрелища облаков, кромки которых были окрашены позолоченной каймой солнца. На его лице всё еще блуждала улыбка. Дуло пистолета смотрело прямо ему в голову.
– Отойди от края, дурень.
– А то что? – с вызовом произнес дикарь и вдруг неожиданно перемахнул через край ограждения.
***
Угнанная у корпоратов двухместная машина шла невероятно мягко и плавно, и Арун невольно поразился тому, насколько сильно поведение стриммерса отличалось от более привычных ему плаваний на неповоротливых грузовых франтерах. Загнав судно в небольшой док у девятого причала «Синей птицы», Ронни накинул на него большой кусок пыльной ветоши и привалил сбоку несколько старых досок вперемешку с ржавыми листами железа. Выйдя на палубу, он поправил на плече свою сумку, и вгляделся в темноту за бортом. В его памяти всё еще сияло яркое закатное солнце и Рон поклялся себе, что приложит все усилия, чтобы увидеть его еще хотя бы раз.
Вдохнув полной грудью соленого морского воздуха, который всегда особенно сильно ощущался на «Синей птице», он ухватился рукой за перила и взбежал по металлическим ступенькам на уровень выше.
«Синяя птица» в каком–то смысле была для него домом. После того как он покинул Храм, ему пришлось долгое время скитаться по разным платформам Мидгарда в поисках работы и достойного применения своим силам. В новом мире молодой, амбициозный и склонный к авантюрам «дикарь» никому не был нужен и только на этой платформе он обрел то, что наверное можно было считать спокойствием. Его кубрик располагался на шестом уровне нижней палубы, прямо позади машинного отделения. Мерный гул двигателей и силовых установок не смолкал ни днем ни ночью, наполняя крохотную каморку с подвесной кроватью шумом и заставляя вибрировать небольшой столик и единственную полку с книгами. Зато и очереди из желающих поселиться в таком месте не наблюдалось и Рон с удовольствием наслаждался своим одиночеством. Несмотря на веселый характер, он любил уединение и ему нравилось часами лежать в гамаке, по сотому разу перечитывая наизусть известные ему книги.
Читать его обучили в Храме и с тех пор страсть к старым книгам была для Аруна одним из главных удовольствий в жизни. При воспоминании о Храме по лицу пробежала серая тень беспокойства и тревоги, а на душе заворочалось неприятное чувство надвигающейся беды и сожаления. Надо было поторапливаться.
Свернув за угольным складом налево, Рон натянул на голову капюшон, чтобы укрыться от возможных взоров случайных прохожих. Его светлая копна длинных прямых волос слишком сильно выделялась на фоне ночного неба, и несмотря на отсутствие освещения в этой части «Синей птицы», кто–то вполне мог узнать его. Перейдя по перекидному мостику на соседнее судно, Рон двинулся на северо–запад. «Синяя птица», как и большинство платформ Мидгарда, представляла собой огромный конгломерат судов, пришвартованных друг к другу. Они парили в воздухе, слегка покачиваясь под порывами ветра и мерно поскрипывали своими веревками, цепями и тросами. Когда–то давно, во времена Диких войн, каждое из этих судов самостоятельно сражалось за свою свободу и независимость. Коварные набеги на соседей, пиратские рейды, мимолетные союзы и предательства – всё это было страшным последствием оголтелых семилетних войн за ресурсы, еду и возможность выжить после потопа.
В Храме монахи часто рассказывали, что когда–то у людей был другой дом, который назывался Земля. Что это такое Рон представить себе никак не мог. Да и как можно себе представить, что где–то среди бескрайнего и бесконечного океана может быть «суша». Суша! Слово–то какое смешное. Мир, в котором люди жили на земле и ходили по ней ногами, был забавной сказкой, которой взрослые потчевали детей перед сном.
Перебираясь с одного корабля на другой, Ронни скользил бесшумной тенью между множеством трапов, платформ и бесчисленных лесенок. Несмотря на усталость и желание выспаться, с каждым шагом он уходил всё дальше от своего кубрика. Там, в западной части «Синей птицы» находился Красный город – неблагоприятный район со множеством различных притонов, и именно там Рон надеялся встретить старого пройдоху Освальда, который мог достать что угодно или оказать ему пару сомнительных услуг.
Миновав ворота западной границы, Рон вошел на территорию Красного города. Здесь процветали многочисленные игорные заведения, кабаки и лавки, торгующие не самыми легальными товарами. Несмотря на частые рейды корпоратов, Красный город продолжал притягивать к себе сомнительную публику со всего Мидгарда. В последние годы жизнь на плавучих платформах стала многократно тяжелее и Рон видел, что люди потерявшие надежду на будущее в сумрачном мире, стали всё чаще отрешаться от реальности, уходя с головой в похмельное забытьё.
Бар «Кузина Брунгильда» располагался в самом конце торговой улицы, и толкнув его створки, Арун сразу же оказался в царстве кутежа и веселья. Плотная завеса сизого дыма покрывала своей пеленой всю верхнюю часть невысокого помещения и Ронни пришлось нагнуться, чтобы рассмотреть сквозь клубы курительной смеси присутствующих в таверне людей. За ближайшим столом десяток дикарей из шайки Фарадея резались в «морской полтинник» и оттуда то и дело разносились гневные проклятья одних игроков и радостные выкрики других. За следующим столом пара незнакомых бородатых мужиков в перепачканных сажей зеленых робах кочегаров тихо перешептывалась о чем–то своем. Судя по месту, которое они выбрали для беседы речь могла идти о чем–то нехорошем и криминальном. При приближении Рона они смолкли и тот что был старше бросил хмурый взгляд на парня. Рон поспешил отойти в сторону и быстро отвел взор – получить под ребро пару ударов заточкой было сомнительным удовольствием.
Освальда он нашел в самом конце зала. Старый бродяга сидел за своим излюбленным угловым столиком и молчаливо пил брагу из толстой оловянной кружки. Заметив Рона, седовласый мужик с раскрасневшимся широким лицом и фиолетовыми прожилками на щеках, радостно улыбнулся. Отерев жирные пальцы–сардельки о грязную стёганую безрукавку, он слегка приподнялся и тут же сграбастал гостя в свои крепкие объятия:
– Арун, дружище, как же я рад тебя видеть! Где ж ты пропадал всё это время?!
– Привет, дядя Освальд. Вот, как видишь, зашел проведать старого лиса. – Ронни с трудом выбрался из цепких объятий коренастого мужика и коротко оглянувшись по сторонам, присел на лавку.
– Так куда ж ты всё–таки запропастился, а? Многие разыскивали тебя по всей «Синей птице», ходили слухи что ты на «Саравак» перебрался, а некоторые говорили что вроде бы видели тебя на «Фениксе».
– Было дело… Пришлось немного побегать…
– Корпораты? – глаза Освальда тут же сощурились и он быстро метнул взгляд в сторону входа в кабак.
– Не совсем, – уклончиво ответил Ронни тихим голосом, жестом призывая Освальда последовать его примеру. Затем он и вовсе перешел на шепот, предпочтя сменить скользкую тему: – Слушай, а помнишь я просил тебя достать мне бризер?
– Да, но ты мне так и не сказал в чем дело… И потом ты же можешь… Да, к чёрту всё! О чем я с тобой говорю?! Это строжайше запрещено корпорацией!
– Тише.. Умоляю тебя, дядя Освальд, говори потише! Так ты можешь мне его дать или нет?
– Что ты задумал, Арун? – толстяк вопросительно кивнул и глазки Освальда превратились в узкие щелки. – Ронни, ты ведь знаешь, ты мне почти как сын – расскажи в чем дело?
– Не могу… пока не могу! Но обещаю – когда всё закончится, ты узнаешь об этом в числе первых.
Освальд недовольно посмотрел на собеседника и слегка надулся, обиженный его недоверием. Затем отхлебнул большую порцию браги, крякнул и положил обе ладошки на стол. Его терзали сомнения. Побарабанив пальцами, после небольшой паузы он всё же утвердительно кивнул головой:
– Дьявол с тобой, сиди тут тихо и не высовывайся. Поешь пока. Мне нужно сходить в каптерку. – затем он повернулся к стойке и громко прокричал прямо в облако сизого дыма: – Бруни, чтоб тебя так! Принеси–ка мне еще кружку своего пойла!
Когда скрипучая дверь закрылась за коренастым барыгой, Рон моментально подхватил пальцами пару жареных хлебных корок и с наслаждением засунул их себе за щеку. О, синее небо, как же давно он не ел нормальной пищи! Прихлебывая брагу из принесенной Брунгильдой кружки, Арун с вожделением отправлял в рот кольца жареного лука и благодарил семь ветров за такое райское угощение. Где–то за спиной грянул очередной залп хохота, который впрочем тут же резко стих, однако урчащий желудок Ронни уже перехватил управление над его поступками и мыслями. Приготовившись отправить в рот очередную корку, Рон внезапно ощутил чью–то ладонь на правом плече, которая крепко стиснула его своими пальцами.
– Ронни Райт собственной персоной! – голос был с явным акцентом и Арун слишком хорошо знал кому он принадлежал. Хлебный мякиш застрял у него в горле, а тишина в зале «Кузины Брунгильды» стала настолько мертвой, что ощутимо давила на уши.
Медленно развернувшись, Рон увидел довольное лицо Кадзу Мисору. Подле него расположились наемники якудза, а дядя Освальд с трясущимися от волнения руками, стоял невдалеке от барной стойки.
– Прости, Ронни, за твою голову была назначена большая награда..
– Дядя?!
– Брось удивляться, парень. – лицо Мисору источало искреннюю улыбку, – это правда жизни. Предать могут только самые близкие люди. Хотя лично я не люблю предателей вне зависимости от того на кого они работают. Сегодня Освальд предал тебя, а завтра может предать кого–то из моих людей.
– Я.. я не.. Господин Мисору, я бы никогда!
Договорить Освальд не успел. Остро отточенный клинок одного из якудза моментально вошел ему в горло, пропоров голову снизу вверх от гортани до самой макушки. Дядя замер с открытыми от изумления глазами, и казалось вот–вот что–то скажет. Однако стоило человеку в черном выдернуть свою короткую катану с квадратной гардой, как тело здоровяка замертво рухнуло на пол без единого звука.
– Конечно, он никогда больше никого не предаст, – мягко сказал Мисору. – Мертвецам это не свойственно. А теперь, мистер Райт, пришла ваша очередь рассказать мне где вы изволили пропадать столько времени. Однако очень прошу вас – следите за своим языком. Вы ведь понимаете о чем я?
Кадзу Мисору аккуратно присел на лавку напротив Рона, и сдвинул со стола так и недопитую кружку Освальда. Его прямая осанка и пронзительный взгляд черных глаз выдавали в нем истинного бурёндо.
– Я готов выплатить долг, – вместо объяснений тихо произнес Арун, перед мысленным взором, которого еще стояло изумленное лицо дяди.
– Вот как.. И чем жы ты хочешь расплатиться?
Якудза со свистом извлекли свои короткие мечи, когда Рон сунул руку под стол, чтобы достать оттуда сумку. Ледяной металл одного из клинков недвусмысленно коснулся его шеи.
– Вот этим, – сумка с громким стуком легла на деревянную столешницу и Кадзу слегка скосил взгляд в сторону, однако не притронувшись к ней. Один из его головорезов тут же резким движением сдернул материю в сторону, и обнаженный энергоблок засиял в темноте притона, освещая пространство вокруг мягким желтым светом.
– Гиперкуб, – утвердительно произнес Мисору, слегка кивнув головой в знак одобрения. – Ты сумел обокрасть корпоратов? Это впечатляет…
Предводитель якудза лично завязал ткань сумки крепким узлом и передал ее одному из своих людей.
– Я не буду спрашивать где ты достал это. Скажу так – ты выиграл себе еще немного времени.
– Немного времени?! Но это же стоит целое состояние! – Арун вскочил со своего места и Мисору резко поднялся вслед за ним. Острая грань катаны слегка чиркнула по шее дикаря и алая струйка теплой крови скатилась ему на грудь, словно предупреждая о том, что в следующий раз порез будет гораздо глубже.
– Видите ли, мистер Райт, за то время что мы искали вас набежали проценты. И потом, жизнь старого Ли стоит немного больше, разве вы не согласны?
– Я.. мне больше нечем вам заплатить! – голос Аруна срывался от волнения и гнева.
– Не стоит недооценивать себя, мой друг. Начало положено неплохое. Три дня.., – Кадзу утвердительно кивнул, не спуская пронзительного взгляда с собеседника. – Я даю вам ровно три дня. И на этот раз я не собираюсь разыскивать вас по всем платформам.
Когда якудза Мисору покинули притон, Рон тяжело выдохнул и провел ладонью по мокрой шее. Взглянув на перепачканные кровью пальцы, он выругался. Всё было напрасно! Он впустую рисковал сегодня своей жизнью и проклятые бандиты снова оставили его в дураках! Какого черта?! Он отдал им то, что стоило больше, чем целая франтера, а взамен выиграл для бедняги Ли всего лишь три дополнительных дня. Что можно сделать за этот срок? Где он достанет средства, чтобы погасить проценты по долгу?!
Взгляд Ронни переместился вниз, где в расползающейся луже темной крови лежало тело предавшего его Освальда. В левой руке мертвеца всё еще был зажат принесенный им бризер.
***
Когда Арун вернулся в ангар нижнего уровня, то сразу заметил что около его стриммерса уже успел кто–то побывать. Ткань была сброшена в сторону, а возле одного из носовых стабилизаторов на полу валялись оставленные кем–то огромный молот и гидравлическая отвертка. Бросив беглый взгляд на наполовину открученный прибор. который теперь косо висел, удерживаемый лишь пучком силовых кабелей, Рон понял что времени на раздумья больше нет. Если он задержится на «Синей птице» еще хотя бы на полчаса, то скорее всего от корабля мало что останется, а он сам запросто может пойти на корм рыбам. Повезло еще, что он вернулся в тот момент, когда дикари ушли за инструментами. Нравы обитателей нижних ярусов были довольно враждебными и Рон здесь в авторитеты не входил. Да, что уж там! Многие мечтали раскроить его голову или перерезать ему горло – и надо признаться, у них были веские основания для подобных чувств.