Химера. Книга 1: Пробужденные

Она открывает глаза не сразу. Веки кажутся неподъёмными. Где-то на самом краю мыслей царапается странное ощущение: не хватает чего-то очень важного, но сознание пока не может ухватить это полностью, только тревогу и пустоту на месте чего-то знакомого.

Алисия пытается пошевелить рукой — тело не отвечает. Паника приходит мгновенно. Она снова пытается двинуться — сильнее, уже почти через усилие. Ничего. Правая сторона тела ощущается чужой, словно сигнал до неё просто не доходит. Сердце дёргается быстрее. «Нет». И только потом приходит главное: тишина, абсолютная. Она не чувствует Юлиана. Он исчез из ее внутреннего диапазона. Ни эмоций. Ни фона. Она пытается потянуться к нему — ничего. И именно это ломает её окончательно. Слёзы тёплыми дорожками медленно скользят по вискам теряясь в волосах. Алисия не кричит. Просто лежит неподвижно, глядя в серый потолок погреба. Где-то под ним тускло мерцают старые потолочные светильники — слишком слабые, чтобы нормально разогнать темноту. Она тихо плачет — так плачут люди, чьё сознание больше не справляется держать всё внутри. От этого становится по-настоящему страшно.

Алисия медленно сглатывает пересохшим горлом.

— Юлиан… — голос срывается хрипло, почти неслышно.

Тишина. И гул крови в висках. Она зажмуривается, пытаясь остановить дрожь. Дышать. Думать рационально. Отбросить панику. Она снова пытается пошевелиться. Правая сторона тела всё ещё остаётся тяжёлой. Только не так. Тёплая струйка с новой силой катится по виску.

Она не знает, сколько прошло времени. Сознание то проваливается обратно в вязкую темноту, то снова всплывает. И тогда Алисия вдруг понимает: мир существует будто очень далеко от неё. Сбоку от неё она вдруг слышит тихое шевеление. Тяжёлый, рваный вдох. Её сердце бьется быстрее.

— Юлиан… — голос выходит слабым, хриплым.

Несколько секунд ничего не происходит. Потом она слышит ещё один вдох. И хриплый голос.

— Алисия?

Она дёргается от его голоса.

— Ты тут… — выдыхает она срывающимся шёпотом.

— Что с тобой? — быстро спрашивает он.

Алисия пытается вдохнуть ровнее. Не получается.

— Я… — голос дрожит.

Она замолкает.

— Алисия, говори. — Резко бросает он. Слишком жёстко. Но страх уже начинает пробиваться в голос.

Алисия зажмуривается на секунду, будто сама боится произносить это вслух.

— Я тебя не слышу…

Она застывает, глядя в потолок. Её грудь вздрагивает, в попытке удержать контроль, у которого больше нет опоры. Алисия чувствует его руку у себя на плече, и хватается за это ощущение, как за ментальный якорь.

— Лис, — уже тише, её пауза бьёт по нему электрическим разрядом. — Говори.

Его голос выталкивает её обратно в реальность. И только тогда, будто собирая себя обратно по кускам, Алисия шепчет:

— Тело… — выдыхает она наконец. — Я его не чувствую.

Алисия пыталась не рассыпаться, но, увидев голубые глаза, полные тревоги, не может себя удержать.

— И себя тоже.

Она видит, как он застывает, а в глазах словно гаснет свет.

— Себя как? — Спрашивает Юлиан, и голос его звучит так, словно в нём садится батарейка.

Вопрос выходит слишком медленным. Слишком поздним. Алисия смотрит на него долго.

— Способности… Их нет. Я будто отключена совсем.

Слёзы срываются из её глаз сразу, без задержки.

— Юлиан… — голос дрожит окончательно. — Мне страшно.

Юлиан медленно выдыхает, на секунду задерживает взгляд на её лице. Алисия чувствует, как его рука, лежащая на её плече, чуть сильнее сжимается. Словно Юлиан хочет удержать себя. Его пальцы осторожно касаются её щёк, вытирая её слезы.

— Похожа на мокрую выдру.

Она всхлипывает сквозь усталость и тут же морщится.

— Не смешно.

— Немного смешно.

Это была плохая шутка. Очень плохая. Но напряжение на мгновение сходит. И именно в этот момент Юлиан понимает: это сделал с ней он.

Примечания