- -
- 100%
- +
– Милена, не бывает идеально! Жизнь состоит из недостатков! Мы стареем, такова наша сущность! – в сердцах ответила Кристина.
– Говоришь, как двухсотлетняя старуха! Ой! Что это с тебя сыплется? Неужели труха просыпалась? – Милена подозрительно сощурила глаза. – Может быть, ты поделишься своей многовековой мудростью, сестренка?
– Хорошо, но надеюсь, что твой розово-шоколадно-блесточный мир из страз не рухнет из-за меня! Есть люди, которые проживают жизнь без потерь и потому видят ее все теми же глазами ребенка, и неважно, сколько книг они прочли, главное – не пережили, а потому наивны по-детски, как ты. И очень грустно, когда видишь ребенка, к примеру, на глазах у которого погибли родители. И пусть ему немного лет, в его глазах ты не увидишь детской беззаботности. В них будет боль потери, и да, он будет мудрее многих взрослых. А возвращаясь к жизненным недостаткам – мы стареем, умираем, и солнце тут ни при чем.
– Сестренка, если бы наша жизнь была фильмом ужасов, тогда ты в нем непременно была бы в роли героини, восклицающей: «Мы все умрем! Никто не выживет!». Крис, ты такая пессимистка, нужно отвлечься от грустных мыслей! – воскликнула Милена. Прошло уже столько времени, а сестра вновь и вновь продолжала страдать, не отпуская прошлое.
– И рада бы, но не могу, – призналась девушка, всматриваясь в безоблачное небо. – Хотя, ты права, я все время ною.
Кристине не понравился этот вывод, а ведь так считали абсолютно все вокруг. Девушка приняла на себя роль жертвы и все никак не может отступить от нее. Не может, не желает, или ей не дают это сделать?
– Будет дождь, – категорично объявила Милена.
– С чего ты решила? На небе ни облачка! – удивилась Кристина.
– Сама увидишь, – ответила Милена тоном, не принимающим возражений. – Так вот, о чем это я? Ах да! У тебя поднимется настроение, если найдется парень, в которого ты влюбишься! – уверенно воскликнула девушка, от чего Кристина и Аня, переглянувшись, весело рассмеялись. – Любовь спасет Кристину!
– Я не ослышалась, найдется? Какая ты все-таки сообразительная! Может быть, подскажешь, где его поискать? – Кристина улыбнулась шире, заметив злобный взгляд сестры. – Возможно, где-нибудь под широкими листьями папоротника в парке, или нет, знаю, в магазине! Там и выбор больше и можно со скидкой подобрать. Мне все-таки посмотреть под листьями?
– Нет, ну ты точно ведьма! – выпалила Милена.
– Да брось, не обижайся! Зато ты подняла мне настроение и грусти как не бывало! Вот только если будешь дуться, оно, очень вероятно, снова испортится.
– Ладно, за ведьму извини, но ты определенно вредина!
– Я просто остроумная, – подытожила девушка.
– Остроумней не встречала.
– Ну вы уморы! Нам пора! – напомнила Аня, поднимаясь со скамьи. За что ее Кристина безмерно любила и уважала, так это за то, что она никогда не встревала в их словесную перепалку, не отдавая никому своего голоса. Потому что девушка прекрасно знала, что после каждой шуточной ссоры незамедлительно последует примирение.
Дружно встав, они направились в сторону концертного зала, где проходили репетиции. По словам Милены, репетиции на сцене помогали справиться со страхом. Сестра переживала, что во время выступления голос дрогнет или она возьмет не ту ноту и опозорится перед всеми. Кристина была спокойна за сестру, зная, что пока она не добьется идеала, не выступит. Разносторонне развитая и одаренная Милена могла бы добиться многого, но мечтала спасать жизни. Что Кристине точно было не дано. Слишком большая ответственность для ее плеч, она не смогла помочь одной жизни, что говорить о других. К тому же сопутствующие этой профессии предметы никогда ей не давались. А вот гуманитарные науки, наоборот, были девушке по душе.
Кристина заняла место рядом со сценой, чтобы лучше видеть Милену, которая старательно распевалась. Их небольшая группа состояла из пяти человек – Милена солировала и писала тексты, Марина играла на клавишах, Антон был на ударниках и, да, Матвей – бас-гитара, которая стоила целое состояние, щедрый подарок отца, и, наконец, Аня – изюминка в группе, играющая на скрипке. Из-за Матвея Кристина нечасто посещала репетиции, несмотря на уговоры Милены. Зазвучали первые аккорды, и Кристина поняла, что за время ее отсутствия ребята наконец-то сыгрались и зазвучали как группа.
Сцена была освещена, но зрительный зал поглощен мраком. Кристине, учитывая страх перед темнотой, было некомфортно, но она попыталась сосредоточиться на гладкой игре. Девушка огляделась по сторонам, убедившись в глупости этого движения, ведь видимость нулевая. Нежный голос сестры полностью завладел ее вниманием. Милена пела о неразделенной любви, это была песня ее сочинения. Кристина удивилась искренности и точности текста, словно ей были знакомы эти чувства. О том, что сестра пыталась писать стихи, девушка знала, но эта песня была переполнена эмоциями. Отличный медленный танец для выпускного бала, когда чувства, подогретые искристым шампанским, льются через край. Парни набираются смелости, чтобы подойти и сказать: «Привет! Классно выглядишь, давай потанцуем?». Песня перенесла Кристину в атмосферу будущего праздника. Девушка легко могла представить их, играющих прямо сейчас на концерте для широкой публики. Ребята смотрелись очень круто, они не играли, а жили, выражая себя и сливаясь с ритмом. Вот Матвей Волков сыграл соло, выдавая сложнейшие аккорды, немало удивив этим Кристину, ведь для нее он был только лишь избалованным мальчишкой, но чтобы так сыграть, нужно переломить многое в себе, упорно упражняясь в игре. Девушка иногда брала мамину гитару в руки, она знала всего несколько композиций, которым ее научила Надежда.
Два часа репетиции пролетели, как один миг, Кристина наблюдала за ними, словно по ту сторону экрана. Только вот Матвей постоянно смотрел на нее, как гипнотизер на кобру. Кристину начали утомлять откровенные взгляды парня, и она решила незаметно ускользнуть и подождать Милену в машине. Девушка, словно мышь, прокралась к выходу, воспользовавшись моментом, когда ребята повернулись к Антону, слушая его партию.
Уже стемнело, самое нелюбимое время суток, Кристина мечтала быстрее добраться домой, но нужно было дождаться сестру. Девушка, сев в машину, заблокировала двери, ее предусмотрительности не было предела. Вот только кого она так опасалась, сама не знала. Страх перед сном прокрался в реальный мир. Кристина посмотрела сквозь прозрачные стекла, чувствуя себя, словно рыба в аквариуме, в очередной раз убедившись в том, что нужно сделать тонировку. Вновь девушка ощутила на себе чей-то пристальный взгляд, уже устав от всех своих фобий и опасений. Порой ей просто хотелось выбежать на улицу ночью и отдать себя на растерзание выдуманных врагов, лишь бы только не бояться каждого шороха. Первые капли дождя забарабанили в стекла, обрушившись через мгновение проливным дождем. Кристина, улыбнувшись, вспомнила предсказание сестры, может, и в остальном она права, и ей нужно влюбиться? Лучше не думать об этом.
Стук в стекло вернул ее к реальности. Милена, виновато улыбаясь, смотрела на хмурую сестру. Девушка стояла под зонтом в ожидании, пока Кристина разблокирует дверь.
– Извини, Матвей сегодня был просто в ударе! А сразу после того как ты ушла, выставляться стало не перед кем, и бедняжка засобирался домой, ссылаясь на головную боль и домашнее задание! Как будто он его делает! Странно, я думала, Матвей непременно будет сидеть с тобой в машине, и расспрашивать по поводу своей виртуозной игры на гитаре!
– Матвей не подходил, к счастью. Играли вы действительно виртуозно! Мне очень понравилось! Молодцы, а у тебя такая душераздирающая и трогательная песня, если честно, даже не верится, что моя сестренка такая поэтесса современного слога! А утром еще жаловалась на отсутствие таланта! У тебя их огромное количество! И твой поэтический шедевр не хуже живописного!
– Как приятно услышать похвалу именно от тебя! Да еще такой град из комплиментов! – зарделась Милена. – Зря ты ушла из группы.
– Нет, не зря, это не мое. К тому же, тогда было не до музыки. Приходилось учиться жить заново, но это уже в прошлом, – искренне ответила девушка, разглядывая шрамы на ладонях. – Поверь, я совершенно не жалею, что ушла. Музыка лишь теребила мне сердце, когда я пыталась играть после гибели мамы.
– Хорошо, но знай, если захочешь вернуться, я и ребята будем только рады.
– Спасибо, сестренка, – улыбнулась Кристина. – Только с кисточкой в руке и в полном одиночестве мне гораздо больше нравится, чем быть у всех на виду.
– Я поняла, популярность – это не твое, – рассмеялась Милена.
– Все верно, не мое – согласилась девушка.
Кристина отвезла сестру домой, она выбрала обратную дорогу, проходящую мимо своего родного сгоревшего дома. В темноте он казался обычным двухэтажным коттеджем, но внутри практически все уничтожило пламя, меньше всего пострадал первый этаж. Она стала подобием этого дома, огонь выжег всю ее душу дотла. Кристину магнитом тянуло в эти стены, но с такой же силой что-то отталкивало прочь. Подсознание умоляло бежать, но она уже давно перестала доверять своим предчувствиям. В этот раз ее остановила ночь, Кристина с трудом набиралась смелости приходить сюда днем, но только не в темное время суток. Она в последний раз всмотрелась в темные потрескавшиеся стекла. Лишь на мгновение взгляд уловил полыхающий силуэт в окне ее спальни. Девушка едва не задохнулась от захлестнувшего чувства страха, кошмары начали преследовать ее в реальной жизни? Или она сходит с ума, или в окне действительно появился демон!
Кристина выжала педаль газа, и ford с визгом тронулся вперед. Она позволяла себе видеть сейчас только дорогу, ведущую к бабушкиному дому. Девушка не смотрела даже в зеркало заднего вида, боясь увидеть полыхающую тварь. Каждый раз, видя это существо в своем сне, она просыпалась с очередной отметиной. Чего же тогда ждать сейчас? Дождь перешел в сильный ливень, и девушке пришлось сбавить скорость. Жаль, что с такой же легкостью нельзя угомонить свое сердце. Дворники не справлялись с напором воды, Кристина видела только водяные разводы. Радовало лишь, что она уже успела повернуть в переулок, ведущий к дому, но приходилось ехать практически на ощупь. Помогало, что девушка отлично знала дорогу. Подъехав к дому, Кристина неудачно припарковала машину, наехав на бордюр.
– Прости, моя дорогая машинка, – прошептала она.
Дождь продолжал барабанить по кузову. Кристина обернулась на заднее сиденье в надежде увидеть зонтик, которого конечно там не оказалось. Девушка обреченно вздохнула, ей совершенно не хотелось попасть под дождь, но другого выхода не было. Накинув кожаную куртку, она быстро направилась к дому. За несколько секунд Кристина промокла насквозь.
– Я дома! Сейчас переоденусь в сухое и спущусь! – Крикнула она бабушке, зайдя в дом.
Быстро сняв всю мокрую одежду, девушка принялась вытирать полотенцем мокрые волосы. Переодевшись в спортивные штаны и футболку, она спустилась вниз к Лидии Георгиевне.
Бабушка ждала на кухне, уже привыкнув к постоянным задержкам. Лидия Георгиевна перестала удивляться и задавать ненужные вопросы. Ее внучке уже исполнилось восемнадцать, и она могла в любой момент упорхнуть из дома в поисках своего счастья. Именно этого пожилая женщина для нее и хотела. Увидеть, наконец, в глазах Кристины прежний блеск и лучезарную улыбку на губах. Она так напоминала ее Наденьку, но характером была вся в отца. Виталий готов был бороться со всем миром, отстаивая свою правоту, но, к сожалению, однажды не смог справиться с автомобилем. Для Нади это было не просто ударом, ей тогда не хотелось жить. Бедная девочка винила во всем только себя. Теперь Кристина истязала себя точно так же. Она никогда не говорила о случившемся с Лидией Георгиевной, но этого и не требовалось. Ее самобичевание было настолько очевидным для всех, что у женщины появился страх за внучку. Больше всего она боялась, что Кристина винит себя настолько, что даже способна лишить себя жизни. Проходило время, внучка все дальше отстранялась и загораживалась неприступной стеной. Время пока не залечило душевные раны, но Кристина была сильна духом. Сейчас она вновь занялась живописью и могла пропадать целыми днями в горах. Лидия Георгиевна предпочитала больше нынешнее состояние, чем прежнее, радуясь даже этим небольшим изменениям к лучшему.
– Бабуля! Ну сколько раз повторять, ужинай без меня! – шутливо проворчала девушка, целуя женщину в нежную щеку.
– Здравствуй, дорогая! Я не слышала, как ты вошла, наверное, в старости люди уходят в себя настолько, что перестают слышать весь остальной мир! – Лидия Георгиевна придвинула ей тарелку с жареной картошкой. – Если не проконтролирую твой ужин, боюсь, что ты будешь голодать днями. Признавайся, ты ведь не обедала и не завтракала? – Это прозвучало скорее как утверждение, чем вопрос.
– Я не маленькая! – возмутилась Кристина, но под пристальным взглядом бабушки сдалась. – Хорошо, признаюсь, мой завтрак задержался до обеда, потому что я проспала! Лучше расскажи, как прошел твой день? – Девушка каждый раз старалась изменить тему, когда разговор касался ее персоны.
– Да ничего особенного, разбирала хлам в кладовой. Ты ешь, не отвлекайся! – бабушка положила внучке салат в тарелку.
– Спасибо. Только ты какая-то невеселая, что-то случилось? – Кристина заметила, что бабушка нервничает.
– Ничего особенного, просто хочу обсудить одно дело. Только не перебивая выслушай меня, пожалуйста! – попросила она, зная, что Кристина не захочет дослушать ее до конца. – В последнее время ты выглядишь довольной. Конечно, не счастливой, но у тебя появились интересы. Я так рада, что моя внучка начала выходить с друзьями на прогулки. Ты молода и должна быть беззаботной, это нормально! Милая, нужно отпустить прошлое, забыть не получится, но пересмотри свое отношение ко всему. Маму не вернуть, ты ходишь в этот ужасный дом! А после становишься такой же, как после выписки из больницы, разбитой, раздраженной и несчастной. После смерти Нади я не смогла переступить даже порога. Жить в этом доме ты не сможешь. Сегодня мне позвонили с выгодным предложением. Молодой бизнесмен предлагает хорошую сумму, очень высокую для сгоревшего дома. Место там престижное, прекрасное расположение. Конечно, ты хозяйка и только тебе решать. Что касается меня, то умоляю, продай его!
В ее взгляде и голосе было столько боли, что Кристина неловко отвела глаза.
– Мы миллион раз уже это обсуждали! – устало ответила девушка.
– Тогда прошло слишком мало времени, и ты не желала ничего слушать! – не сдавалась женщина.
– Да и сейчас тоже не желаю! Дом я не продам! Ты называешь его ужасным, но там прошло мое детство! Вся моя счастливая прошлая жизнь! Ответь, как я могу продать то, что помогает мне помнить о маме?
– Тогда ответь, когда приходишь туда, вспоминаешь хорошее? Только говори правду! – потребовала Лидия Георгиевна.
Кристина смутилась, ведь ее мысли были только о пожаре, снова и снова больное воображение рисовало картину происходящего.
– Нет, но это абсолютно ничего не меняет! Прошу, давай не будем поднимать этот вопрос! Может быть, когда-нибудь я смогу продать дом, но не сейчас! – Кристина поднялась со стула. – Прости, я очень устала, пойду спать, ладно?
– Да, конечно, – тихо ответила Лидия Георгиевна, скорее самой себе, чем внучке. – Подумай как следует. Мама бы одобрила это решение.
– Обещаю, – Девушка ласково обняла ее за плечи и медленно побрела в свою спальню. В последней фразе бабушки она сильно сомневалась.
Кристина открыла окно, позволив ночному ветру ворваться в комнату. Наброски, лежавшие на столе, словно листья с дерева, закружились по комнате. Девушка поймала несколько листов и положила их в ящик письменного стола. Довольно напряженный выдался понедельник. Кристина вышла на балкон, всматриваясь в ночное звездное небо, на него можно было смотреть бесконечно! Как все-таки в чем-то прекрасен этот мир, жаль, что они в нем всего лишь гости, бесправные и неблагодарные.
Кристина понимала волнение бабушки за нее. В который раз девушка убедилась, что Лидия Георгиевна отпустила дочь. Так почему же она сделать этого не может? Ей все еще казалось, что, возможно, мама жива и все это страшная ошибка, как в затянувшемся сериале. Может быть, все дело в том, что девушка не присутствовала на похоронах, так как была в больнице. Бабушка рассказала после погребения. Кристине тогда казалось, что ее обманули и даже не дали попрощаться с любимым человеком. Чувство предательства и разочарования возникло и по другой причине. Она не помнила, как спаслась, Лидия Георгиевна с готовностью заполнила недостающий фрагмент в памяти. Ее спас Марк, парень, живший по соседству, видя которого она едва ли не лишалась чувств от волнения. Он рисковал жизнью, вызволяя Кристину из горящего дома, возможно, сам получил ожоги. Девушка ждала, когда же он придет навестить ее, но Марк так и не появился. Приготовленная и отрепетированная благодарственная речь не понадобилась, а сама Кристина чувствовала себя брошенной всеми.
Девушке больше всего на свете хотелось забыть о его существовании, но предательская память сохранила каждую черточку его лица. Стоило ей постараться, и воображение с точностью воссоздавало даже его голос. Она помнила, как ребенком приходила играть в их дом к Софи, младшей сестре Марка. Кристина с замиранием сердца украдкой наблюдала за ним при малейшей возможности. Высокий, крепко сложенный брюнет сразу вскружил ей голову. На него было невозможно не смотреть: яркие, как свет луны, синие глаза словно вводили в гипноз, а красивый голос лишал разума. Кристина считала его неземным существом, кем-то большим, чем просто человек! А он лишь понимающе улыбался, ловя взгляды обожания.
Незадолго до случившегося Марк стал раздраженным, о чем ей по секрету рассказала Софи. И действительно, в их последнюю встречу он не улыбнулся, как обычно, а просто прошел мимо Кристины, словно не заметив ее. Девушка, беззащитно поежившись, почувствовала себя ничтожной невидимой молекулой. Неразделенная любовь терзала ее и сейчас. Вот только смотреть больше не на кого. Марк уехал на следующий день после пожара, а Кристина послушно приняла очередную пощечину судьбы. Ее жизнь превратилась в серые будни и выходные, полные одиночества и отчаяния. Жизнь, в которой не было человека, способного понять и успокоить душевную боль.
Кристина подумала об Инне, ее беспокоило отсутствие подруги в школе. Девушка набрала ее номер, но в ответ последовали короткие гудки. К сожалению, когда Инна впадала в очередную выдуманную депрессию, блокировала все входящие звонки. Кристина не была исключением. Видимо, ее тоже слышать не желали. Девушка обреченно выдохнула, по крайней мере, она пыталась помочь. Сложно кому-то протянуть руку помощи, когда человек слеп и не видит, что попал в беду. Кристина решила оставить попытки дозвониться и возобновить их утром. Зевнув, она легла на мягкую постель, благоухающую цветами.
Кристину разбудил далматинец, который послушно сидел около кровати, тихо ожидая пробуждения хозяйки. Все бы ничего, если бы не его хвост, барабанящий по металлическому каркасу постели.
– Хантер, уйди прочь. Гулять! – пробурчала девушка, отвернувшись.
Только пес и не думал выполнять команду, оставшись сидеть на том же месте. Кристина обреченно вздохнула, ей не снились сны, и она могла бы выспаться, что случалось нечасто.
– Ох, ладно, уже встаю. Какой же ты все-таки прилипала, у тебя что, других дел нет? – Кристина усмехнулась, вспомнив, как он будил ее еще пару месяцев назад. Хантер, запрыгивая на кровать, облизывал лицо девушки скользким языком. Она была счастлива, что после долгих и упорных объяснений он все-таки понял правила и начал их соблюдать.
– Дружище, ты разбудил меня к завтраку, – благодарно заметила девушка, почувствовав запах свежей выпечки. Лидия Георгиевна как обычно поднялась ни свет ни заря, чтобы накормить ее. Кристина улыбнулась, бабушка у нее была самая лучшая, как и мама.
– Бабуля! Что за дивный аромат! – Кристина поцеловала довольную пожилую женщину.
– Доброе утро, дорогая! Спасибо за комплимент, но ты сначала попробуй, вдруг аромат будет лучше, чем само блюдо! – Женщина отрезала кусочек пирога.
– Сабурани! Во сколько же ты поднялась? Ты из-за меня не высыпаешься, – озабоченно заметила девушка. – Я бы сама приготовила завтрак, ведь тебе нельзя перетруждаться, – напомнила она, разливая зеленый чай по чашкам.
– Ну что ты! Люди в моем возрасте не спят до обеда. Я рано просыпаюсь и не могу без дела лежать в постели. К тому же я наделала полуфабрикатов, так что из морозилки пирог сразу отправился в духовку!
– Очень вкусно, ты у нас самый лучший кулинар! – Кристина отправила в рот очередной кусочек тающего пирога.
– Хорошо, ты завтракай и в школу, а я пока пойду, поработаю в саду. – Лидия Георгиевна поцеловала внучку в макушку. – Удачного дня, дорогая!
– Пока, бабуль! Мы сегодня после уроков с ребятами договорились немного погулять, – предупредила девушка.
– Хорошо, только позвони, ладно?
– Конечно.
Когда бабушка вышла, у Кристины словно свалился груз с плеч. К ее счастью, Лидия Георгиевна не вспоминала о вчерашнем разговоре, по крайней мере, вслух. Ей бы не хотелось снова нервничать и объясняться с бабушкой.
На улице было свежо, но день обещал быть солнечным. Девушка, нахмурившись, осмотрела улицу, залитую вчерашним дождем. Лужи переливались на солнце, и Кристина даже могла бы залюбоваться чудаковатыми узорами, которые они образовывали, если бы не предстояло пробираться по ним к машине. Обреченно выдохнув, девушка рискнула сделать первый шаг и тут же увязла в луже по щиколотку. Брезгливо поморщившись, она быстро зашагала к машине. Сиявшие еще минуту назад ботинки приняли на себя грязевой удар непогоды.
– Доброе утро! Надо было резиновые сапоги надевать! – крикнул пожилой сосед, провожая девушку сочувствующим взглядом.
– Доброе утро, Иван Петрович! В следующий раз так и сделаю! – приветливо улыбнулась Кристина, открывая дверцу автомобиля. – А вы заходите к бабуле на завтрак, у нас сабурани!
– О! С удовольствием так и сделаю!
Иван Петрович был таким же вдовцом, как Лидия Георгиевна. Он дарил женщине цветы, заглядывал иногда на ужин, нахваливая ее еду. Только бабушка Кристины как будто не замечала знаков внимания соседа. Ее устраивала привычная спокойная размеренная жизнь. Кристине же их отношения казались очень забавными. Каждый раз, когда девушка пыталась заговорить об этом, бабушка заливалась румянцем и спешно меняла тему разговора.
Уроки пролетели незаметно, ребята весело шутили и смеялись, рассказывая, как дождь вчера застал их врасплох. Кристина полностью погрузилась в незатейливый разговор, иногда она забывала о своих проблемах и о том, что чужая среди них. Пока кто-нибудь не пошутит на счет серьезных вещей или не назовет родителей предками или что-нибудь в этом духе. Тогда Кристина словно просыпалась, понимая, что между ними пропасть. Коллективным решением все отправились в пиццерию на берегу моря. Кристина любила там бывать. Кафе было оформлено в морском стиле, они словно находились на затонувшем пиратском корабле, который ушел на дно вместе с награбленными сокровищами. Девушке нравилось, что здесь присутствовал дух приключений. А когда наступал курортный сезон, официанты были в пиратских костюмах и даже принимали заказы с попугаем, сидевшим на плече. В особенный восторг приходили дети.
Дружеская компания состояла из участников группы сестры и одноклассника Сергея. Кристину не радовало, что Матвей был с ними, еще больше ее разозлило то, что он, потеснив Сергея, сел рядом. А ведь она так надеялась провести спокойный вечер, уплетая вкуснейшую в городе пиццу! Девушка пыталась делать вид, что не замечает его пристального выжидающего взгляда. Ей казалось, что еще немного, и щека запылает огнем. Изобразив приветливую улыбку, Кристина отвлеклась от прочтения меню и повернулась к нему. Все за столом усердно делали вид, что не замечают возникшего напряжения.
– Кристина, ты что-нибудь выбрала? – учтиво осведомился парень, улыбаясь.
– Да, я, пожалуй, выберу пиццу с морепродуктами, кто-нибудь присоединится ко мне? – обратилась к друзьям девушка.
– Да я ее тоже люблю, – отозвалась Милена.
– Может быть, девушки позволят угостить себя? – спросил Матвей.
– Мы что, в первобытные времена живем? – прыснула Милена, решив на всякий случай не давать сестре высказаться по этому поводу.
Матвей, словно не слыша ее слов, выжидающе смотрел на Кристину.
– Спасибо, но мы сами себя угостим, – спокойно ответила девушка, вернувшись к изучению меню.
Антон сразу начал рассказывать какую-то забавную историю, которая произошла с ним накануне. А все остальные шумно – поддерживать его. Дальше вечер проходил спокойно без инцидентов. Хмурый Матвей практически постоянно молчал, а Кристина зачарованно наблюдала за разыгравшимся морем.