Пламенные строки холодного графа

ПРОЛОГ

У нас, вампиров рода Кейзерлинг, есть поверье. Если наследник клана проведет первую ночь совершеннолетия с девушкой голубых кровей, то от близости с ней он наделяется еще большей силой. Ведь сила любви – это все. Любовь способна сделать правление куда более плодотворным и удачным…

Но, увы, в моем случае – мимо. Избранница была уже замужем. Правда, в некоторых случаях это абсолютно не мешает. Все происходит по договоренности: либо с женщиной, либо – просить ночи с ней у ее супруга.

Моего друга не надо было уговаривать, он сам мне выдвинул кандидатуру Лэр-Рэзамель. Асмодей немного иного угла зрения нежели те, кто считал это “таинство” абсолютным абсурдом. На первом месте у него стояли власть и влияние, а уже потом женщины.

Он говорил, что крепкое партнерство демонов и вампиров только на пользу. И, как оказалось, чувства супруги его совсем не интересовали. демон сумел заверить меня, что у них это обоюдно.

Следуя нашему плану, Асмодей пригласил меня на коронацию своей невесты, чтобы в дальнейшем я скрепил с ней магические узы. А дальше дело техники – то есть, моего обольщения.

Как же мы были наивны…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ТЫ И Я

ГЛАВА 1. Как все началось

{“Все скрыто под улыбкой искусительницы,

самой сладкой шлюхи дьявола.

Ты кормишь огонь внутри меня,

Ты заставляешь чувствовать себя таким живым.

Это начало страданий.

А я тону в собственной лжи…”}

Тогда я увидел ее впервые. Она предстала в облегающем – как вторая кожа – красном платье. Пышные и длинные волосы туго затянуты в хвост на затылке. Прическу завершали несколько ниспадающих прядей. От ее черноты глаз, обещавших вечность, и томных пухлых губ – я потерял голову.

Зачем вообще инкубу земная девушка? То есть, она была ею. Сейчас обращена в демоницу. Ладно бы была просто раба, как и все. Но, нет, он хочет сделать ее супругой.

Что же в ней особенного? Об этом и спрошу ее при удобном случае.

Теряясь в догадках и затаив дыхание, я продолжил наблюдать за чудной дивой. Сейчас состоится ритуал коронации.

Асмодей грубовато взял её за локоть и потащил на пьедестал к трону. Лэр-Рэзамель выглядела недовольной и дула свои прелестные губки. При виде хозяина и будущей хозяйки Вертерона гости тут же стихли.

Когда демон взошел на трон, приказал невесте опуститься на колени. Прозвучало это у неё в голове, мягко, так что она с покорностью выполнила приказ: демоница послушно встала на одно колено и склонила голову в вежливом поклоне. Из-за спины будущего мужа вышел Абигор. В руках провидец держал красную подушку, на которой красовалась красивейшая золотая диадема. По толпе сию же секунду прошелся гулкий шепоток, послышались восторженные вздохи.

Не понимая, в чем дело, Лэр-Рэзамэль снова подняла на жениха глаза. Тот усмехнулся ей краешком губ и торжественно произнес, что теперь она – полноправная правительница Вертерона, и он титулует ее Темной Герцогиней.

После, вдел диадему ей в волосы. Как только он это сделал, от украшения к ее волосам и плечам заскользили зеленые всполохи пламени. В месте ключицы золотой нитью прочертился символ самого инкуба. Наверное, это было больно

– Это моя метка, – полушепотом произнес Асмодей. – Теперь ты принадлежишь мне.

На этом церемония посвящения не заканчивалась. Впереди у них должна была состояться брачная ночь. Но это лишь формальность. Ее не будет. Так как мы оба рассчитывали на то, что Лэр-Рэзамэль согласится скрепить со мной магические узы.

Асмодей помог ей встать и повернул ее лицом к гостям, чтобы те могли увидеть, как метка на ней прогорает голубым пламенем, оставляя замысловатый рисунок. Приглашенные гости восторженно загалдели и подняли свои бокалы.

– Продемонстрируешь перед гостями свой талант? – предложил Асмодей, обхватив ее плечи ладонями.

В довершение его слов зал в тот же миг поглотил мрак, оставив освещенной лишь небольшую сцену поблизости. Зазвучали султанские мотивы вперемешку с динамичной дарк-музыкой.

Плавной походкой, с гордо поднятой головой, герцогиня прошествовала туда и остановилась у микрофона. Начав двигаться в такт мелодии, она непринужденно исполнила красивую песню. Голос демоницы был сладок и мелодичен – им заполнилось все пространство вокруг, проникнув глубоко в мое замершее сердце.

От того же Асмодея слышал: она была знаменитой музыкантшей до того, как оказалась его пленницей.

Из официальной обстановка сделалась расслабленной. Лэр-Рэзамэль расположила гостей своим чарующим голосом, заставила женскую часть гостей двигаться в том же ритме. Когда она закончила выступление, спустилась со сцены навстречу ожидавшему ее советнику, который повел ее вглубь толпы.

Тогда я не заставил себя ждать и переместившись за доли секунды, оказался напротив. Вероятно, обомлев от моего эффектного появления, та прижала руку к сердцу.

– Мое почтение, Герцогиня. Вы так очаровательны, что я не в силах оторвать от вас глаз. – я провалился в омут темного взгляда, взял хрупкую руку в свою и, не опуская глаз, оставил свой пламенный, возможно, немного холодный, поцелуй. – Я – граф Дар Люций, наследник главы клана Кейзерлинг, внук Гляйхмута фон Кейзерлинга и сын Грэма фон Кейзерлинга, текущего главы клана. Принадлежу одному из самых древних вампирских родов. Асмодей очень ценит нашу связь, потому пригласил на вашу коронацию. Мои ожидания оправдались, и теперь я очень рад, что повстречал такую леди.

После столь увлекательного представления себя, я поспешил улыбнуться. Демоница опустила взгляд, явно уставившись на торчащие из под верхней губы, кончики моих клыков.

– Приятно познакомиться. Я предпочитаю, чтобы меня звали просто Лэр. Или же, Илэриас, – выпустив свою руку, герцогиня просканировала меня с ног до головы.

Надеюсь, я ей хоть немного понравился. Конечно, как инкуб, не был высок. Но вместе с тем многие считают меня гораздо привлекательнее демона-друга. Да я сам тащусь от своей внешности, всякий раз, как смотрюсь в вампирское зеркало! И, спешу заверить, что, пожалуй, самые красивые (в классическом понимании) мужчины – рождаются именно моем клане.

Мужчины рода фон Кейзерлинг прославлены плавными мягкими чертами лица и полными, четко очерченными, губами. Черные волосы острижены по последней современной моде и вполне гармонировали с бордовым удлиненным пиджаком, полы которого выделялись позолоченной отделкой.

На человеческий возраст мы выглядим не старше тридцати.

Выждав, пока она удовлетвориться моей прекрасной внешностью и сделает определенные выводы, я таки озвучил свои сомнения:

– Признаться, было трудно поверить в разумность Асмодея. Но вам удалось не только произвести фурор на всех присутствующих, но и украсть часть моего сердца.

Услышав сие, Лэр хихикнула:

– Аха-х, граф, насмешили… Позвольте узнать, кому же принадлежит другая часть вашего сердца?

Поняв, что сморозил вопиющую глупость, я ощутил неловкость. Заведя руки за спину и наклонившись к прелестнице, заговорщически произнес:

– Я готов отдать вам все свое сердце, лишь бы вы разрешили досаждать вам своим частым присутствием.

Демоница снова рассмеялась и, как мне показалось, даже вспыхнула румянцем.

Но кровь быстро отлегла от ее лица и вместо беззаботности в ее глазах появилась холодная злоба. Я проследил за взглядом, обернулся. Он был направлен на Асмодея, который в данный момент окружен своими наложницами. Те беспрестанно оглаживали его плечи, спину и торс, кормили фруктами с рук и подносили чашу с вином. В тот миг Асмодей тоже взглянул на нее. Его губы тронула ухмылка.

Чтобы сгладить возникшую внутри герцогини бурю страстей, я поспешил заметить:

– Кстати, инкуб сегодня сам на себя не похож.

– А какой он обычно? – насторожилась демоница.

Из интереса ее темные глаза обрели манящий синий блеск, и я уступчиво продолжил:

– Смотря для кого. Но рядом с Вами он ведет себя очень волнительно. Даже сейчас не сводит с вас глаз, – наклонившись, прошептал ей в самое ухо, и не удержавшись, коснулся его губами. А когда отстранился, увидел как прежний румянец вернулся на щеки искусительницы.

– То есть, раньше вы за ним такого не замечали? – уточнила Илэриас.

– Нет. По-моему, это вы должны всем гостям ответить на этот вопрос. Что в вас такого особенного? По мне, вы – обычная, – как есть сообщил я.

Ох, зря!

Советник давно оставил ее и теперь она, словно ощутив беспомощность, снова обвела взглядом зал, на сей раз избегая места, где сидел Асмодей. Пользуясь моментом, я нагло и бесцеремонно прочел ее мысли. Ей тоже было интересно, почему именно она из бесчисленного множества девушек, побывавших во власти этого могущественного инкуба, вдруг стала Темной Герцогиней.

Еще ей хотелось куда-нибудь убежать. От супруга, от гостей, от меня в том числе.

Внезапно появился тот самый советник:

– Моя дражайшая Герцогиня, нам нужно на нижний ярус. Хочу кое-что показать, – он уже обвил ее плечи и, будто только сейчас замечая меня, извинился: – Прошу простить меня, я должен ее украсть на неопределенное время.

– Всего наилучшего, Дар-Люций, – герцогиня взмахнула ручкой.

– Просто Дар. Зовите, Дар, – оскалился я в фальшивой улыбке.

Советник увел Илэриас. А я, уверенный, что этим вечером ее больше не увижу, отправился домой.

Это была наша первая встреча, которая оставила пищу для размышлений.

ГЛАВА 2. Обратный отсчет

[Дар] | Письмо на первые сумеречные сутки

{Никогда не забуду тот момент на пляже. Помнишь? После стантрайдинга^трюковая езда на спортивном мотоцикле^ вблизи Климб Скай?^обитель вампира (так зовется центр в Демонии, в честь него назван клуб, принадлежащий клану Кейзерлинг)^ Илэриас, прости родная, я был не прав. Я позволил себе слишком много. Та твоя страсть на пляже – следствие проклятия Вертерона^проклятие (как внутри, так и вне) обители Асмодея. Время от времени Илэриас вынуждена ощущать желание к тому мужчине, который находится рядом.^ Тебе стало неловко, и ты сбежала домой.}

…

После коронации, той же ночью, я написал Илэриас красивое признание, чтобы иметь возможность встретиться с ней, только она проснется после демонской вечеринки.

Как говорится, путь к мужчине лежит через желудок, но ведь я не собирался пробовать демоницу. Так что предпочел узнать у Асмодея, чем любит лакомится его супруга. И он сказал, что она страсть, как любит все мучное. Долго размышлять не пришлось, и я остановил свой выбор на двух ароматных булочках с корицей и шоколадной стружкой.

[Письмо

{От Дара фон Кейзерлинга, навеки твоего верного фаворита.

"Доброе утро, моя дорогая Герцогиня. Признаться, я вчера сделался очарованным Вами. И по возвращении домой я не мог перестать думать о Вас. Моя Герцогиня, кажется, я потерял голову и сделался Вами плененным. Прошу, нет, умоляю о встрече, приходите сегодня в райский сад Асмодея. Асмодей дозволил нам встретиться.

Если Вы читаете это письмо, значит уже проснулись и сейчас завтракаете. Приятного аппетита. Эта прекрасная черная роза – цветок из моего сада для Вас.

Илэриас, я уже с нетерпением жду. Я в саду Асмодея".}]

Я был готов прийти к ней в любое время.

Предчувствую ваш вопрос: Дар, а разве солнце тебе не причиняет боль, как многим вампирам? Нет, мне не нужно бояться солнечных лучей – я всегда защищен собственной тьмой, которая окутывает меня и защищает даже от непогоды.

Ко второй нашей встрече я подготовился как следует – приоделся по-современному брутально.

Удобные кроссовки, зауженные к щиколоткам черные брюки со стрелками спереди, футболка с V-образным вырезом и накинутая на плечи кожаная куртка с шипами на плечах. На обеих руках красовались кожаные браслеты с заклепками и вполне обычными декоративными безделушками. Правое запястье дополнили часы от Льюис Вутон.

[Илэриас. Раский сад]

Дожевывая вторую булочку, я дошла до конца письма. Очень удивилась, ведь даже при жизни человеком мне еще никто не делал таких скоропалительных признаний. "Он ведь уже ждет!" – внезапно спохватилась я, наскоро осушив стакан сочного апельсинового сока, соскочила с кровати.

Строение Вертерона было круговое. И внутри него действительно располагался чудесный Асмодеев сад. Меня окружило большое многообразие цветов, все они мерцали и благоухали, источая сладкие ароматы. В несколько рядов, чередуясь с деревьями тропических плодов, тянулись кусты с особыми диковинными плодами. В центре красовался большой фонтан с прозрачной, почти голубой, родниковой водой.

Над всем этим в воздухе витало много странных разноцветных огоньков – они словно живые разумные существа то и дело хаотично мелькали в стороны, не задерживаясь ни на миг, будто сделались напуганными. "Кто это? Быть может, крошечные создания?"

От попытки разгадать неизведанных существ меня отвлек Дар, появившийся словно из ниоткуда. Он возник напротив и из-за его присутствия сад разделился на день и ночь: тьма, преследовавшая вампира, окутывала его словно кокон. Я обомлела.

Дар тепло улыбнулся и протянул руку. И когда я взялась за нее, то оказалась на его сумеречной стороне. Позабыв о маленьких живых огоньках, я смотрела на него во все глаза. Он выглядел не таким, как вчера. "Может от того, что светские приемы диктуют свою моду?" Сейчас на нем была вполне современная одежда, в которой смешались два стиля – брутальность и классический гламур.

– Здравствуй, моя Герцогиня, – приветствовал вампир, как оказалось следивший за модой.

– Привет, – я кивнула и несколько растерянно улыбнулась.

– Ты не против перейти на "ты"?

– Ну, конечно.

Моя ладонь продолжала находиться в руке Дара, он перебирал мои пальцы своими и, как мне показалось, с упоением разглядывал меня.

– Тебе, наверное, много раз доводилось слышать, что ты очень милая, – Дар улыбнулся вновь, в этот раз растянув только краешек четко-очерченных полных губ.

“Нет, что ты. Ты первый, кто мне это говорит”, – хотелось съязвить ему. Ну, что за дурацкие вопросы? Вроде красивый, а такой глупый!

Но, кажется, я сказала это вслух, так как вампир тут же чему-то кивнул, будто соглашаясь. От стыда у меня покраснели щеки. Замечая это, Дар накрыл их своими ладонями, и мне вмиг полегчало. Я с благодарностью устремила на него взгляд.

Его выразительные темно-карие глаза завораживающе блестели в полумраке и контрастировали с восковой гладкой кожей, будто высеченной умелым скульптором – это придавало ему неповторимый классический образ обольстителя. В особенности привлекал красный (в своей естественности) влажный рот.

Не замечая за собой, я протянула руку к его лицу и указательным пальцем повторила контур четкой линии подбородка. Дар – утонченный и изящный юноша. Мудрость прожитой доли вечности выдавали те же глаза, до сих смотревшие на меня с нежностью.

И еще мне нравились его черные волосы: были не слишком длинными, но вампир вполне мог заделать их кончики за ухо; зачесаны на одну сторону и выглядели густыми.

Разглядывая его, я почувствовала, как сердце бешено заколотилось и от его ударов меня стало раскачивать как маятник.

– Что с тобой, тебе плохо? – Дар изменился в лице и передвинул пальцы своей руки, ухватив меня за запястье. – У тебя пульс участился, ты в порядке?

Я продолжила, замерши молчать, а он обвил за талию и крепко прижав к себе, нырнул другой рукой мне под колени – поднял.

Сложилось ощущение, будто вампир не знал, что со мной делать. У нас слишком разная химия внутренних процессов.

Тут я вспомнила свой разговор с дворецким. Который рассказал мне, что у Дара фон Кейзерлинга никогда не было контактов с девушками.

За завтраком я рассказала о знакомстве с ним и затем узнала, что до меня так тесно вампир не общался ни с одной девушкой. Бесконечные занятия фехтованием, искусство владения мечом, разные техники рукопашного боя, боя дальнего – на суше и на море, изучение стратегий войны, история рода клана Кейзерлингов, дипломатия и политика, всевозможные высшие математические расчеты… И многое другое то, чем был обычно занят каждый мужчина рода Кейзерлинг с рождения.

И потому времени думать о девушках у него даже не представлялось возможным. Исключение – редкие светские приемы. Наш с Асмодеем – оказался для него четвертым.

– Я в порядке! – предприняла попытку убедить Дара и смотрела с изумлением. Из страха упасть, пришлось обвить его вокруг шеи.

Вопреки моим словам он понес меня на руках до ближайшей скамьи, там аккуратно опустил.

– Извини за такую вольность, мне просто очень хотелось это сделать, – Дар выдавил улыбку.

Внезапно в его руках материализовалась гитара, и я очень удивилась, тут же переключившись на нее. Голос Дара – мелодичен и временам понижался до хрипа. Пел вампир очень красиво и проникновенно. Он исполнил пару красивых песен, и обе были о несчастных влюбленных. Этих песен я никогда не слышала.

Когда Дар закончил петь, мы встретились взглядами.

– Хочешь, прокатимся?

Вопрос был столь неожиданным, что на мгновение я растерялась.

– А это возможно?

– Ну, конечно, – закинув гитару на плечо, Дар, встал, протянул мне руку: – Пойдем, ты не пожалеешь.

Будучи заинтригованной, я с радостью откликнулась и теперь гадала о возможном маленьком приключении.

Когда мы вышли из сада, за высокими воротами я увидела мега-навороченный мото-байк вампира. Значит, мы сейчас куда-то поедем. Хорошо, что на мне кожаные лосины. Иначе, как-бы я села?

Увидела, как, гитара на спине Дара вдруг сделалась дымчатой и рассеялась. Чудеса! В ту же минуту по щелчку его пальцев впереди нас открылся пылающий портал с расплавленными краями. Оттуда переливаясь огнями и мерцал неизвестный ночной город.

– Там, где я живу, всегда ночь, – пояснил он. Усаживаясь на байк, потянул за собой. Продолжив удерживать за руку, дождался, когда я усядусь позади, затем бросил через плечо:

– У меня к тебе просьба.

– А? – подавшись к нему, я опустила руку на предплечье и скользнула ею вниз, не замечая за собой, что это выглядит как ласка. Поняла об этом, когда прочла мысли вампира. Ему понравился мой жест.

Да что там, Дар испытал настоящее смущение. И несмотря на это тут же накрыл мою руку своей – предупреждающе продолжил:

– Советую обнять меня как можно крепче.

– Хорошо, – согласилась я и сделала, как мне велели.

Обнимая его, я нащупала под тонкой тканью свободной футболки его тугой торс, который вдруг захотелось исследовать тщательнее. От прикосновений к Дару я будто забылась, а сам он чего-то замер. Тогда перенесла руки ему на грудь: от ощущения ее рельефов под пальцами я судорожно вздохнула и выдохнула.

Ангелы побери, что со мной?!

– Ну, ты готова? – осторожно поинтересовался он, будто боялся отвлечь меня.

– Да.

Как только я устремила взгляд вперед, раздался гул мотора, подобный рыку льва: Дар вдавил педаль газа до упора и после, мы пулей оказались по ту сторону портала. Какое-то время мчались по прямому ровному шоссе. А когда въехали в город, наполненный высотными зданиями, вампир взял курс выше – перешел на стены самих небоскребов.

Мне сделалось страшно, но уже в следующее мгновение я почувствовала себя в безопасности. Дар уверенно вел свой страшный байк, он владел им, как серферы доской в океане.

Я честно пыталась выхватить взглядом хоть что-нибудь, но попросту не успевала – все вокруг смешалось в единый мерцающий вихрь. Тогда, довольно-таки крепко стиснув вампира в объятии, прижалась щекой к его спине и решила не заморачиваться разглядыванием города, а попросту наслаждаться самим ощущением стремительного полета.

Наконец, Дар значительно сбавил скорость, и тогда я с облегчением вздохнула. Ветер донес запах моря. Мы у причала? Я боязливо открыла глаза и обернувшись, обнаружила, что город оказался далеко позади, а впереди действительно бушевало море.

Спустя еще некоторое время, мы заехали на песочный пляж. И как только вампир остановился, я сползла с сидения – повалилась на песок. Голова кружилась. Прохладное море тут же лизнуло подошву сапог. Дар повалился рядом. Мы встретились взглядами, и потом он мечтательно устремил свой на звездное небо.

– Что думаешь? – он вновь взглянул на меня, в этот раз испытующе.

– Это было потрясно, – прошептала в ответ, улыбнулась: – До сих пор голова кругом.

Счастливо глядя на меня, вампир придвинулся – тогда мы оказались непозволительно близко друг к другу. Собственное сердце заколотилось с такой силой, будто готовилось сломать грудную клетку и выскочить. Испытывая смущение, я только на мгновение закрыла глаза, как сразу же почувствовала, что Дар прижался к моим губам своими.

Вампир привлек к себе за талию и я, повинуясь возникшему из ниоткуда наваждению, стремительно переметнулась, нависая сверху – пьяно взглянула в глаза. Тогда он вновь притянул к себе, обвив за шею, и поцеловал. На сей раз успев раздвинуть губы языком.

Поцелуй был робким и наивным. Но потом, когда Дар осмелел, сильнее впился в губы. У меня закружилась голова. И чтобы не свалиться на вампира, я прижалась к его груди своей. Дар простонал. Наверное я его сильно сдавила. Только попыталась отстраниться, как он сцепил руки на моей спине – не позволяя сделать это. Прижался к моим бедрам своими, снова простонал, сквозь поцелуй, в свою очередь сделавшийся голодным и ненасытным.

Если он сейчас не отпустит меня, я задохнусь! Только подумала об этом, вампир ослабил хватку и перестал терзать мой рот. Взглянул, словно загипнотизированный, переместив взгляд туда, где из под корсета вздымается и опускается моя грудь.

Фух! Реально чуть не задохнулась.

– Прости, – вдруг с сожалением произнес он.

Я поднялась с колен и не глядя более на Дара, настойчиво потребовала:

Отвези домой! Я хочу домой.

Мне стало очень стыдно за свое поведение и такую раскрепощенность.

Решившись взглянуть на вампира, я обожглась его вмиг похолодевшим взглядом. Его губы теперь были плотно сжаты от досады.

– Зачем ты так со мной? – слова прозвучали с такой обидой, что я почувствовала себя еще более неловко.

– Прости, Дар. Дело не в тебе. Ты очень классный для такой, как я… – только порывалась признаться ему в том, что те чувства, которые мне уже довелось испытать раннее, вовсе не искренние, а кем-то или чем-то навеянные, как вампир грубо прервал:

– Только лицемерить не надо…

– Я не лицемерю! – тогда жестко отрезала я и уже начинала злиться на то, какой же все-таки Дар еще ребенок.

Сейчас он был так сердит, что не замечает моих чувств!

Вдруг смягчившись во взгляде и деловито приблизившись, он опустил ладонь на мою щеку – произнес:

– Ты должна верить мне, Лэр. Я точно знаю, чего хочу.

– И чего же ты хочешь? – собственный голос задрожал.

Дар порывисто прижал к себе, обвив талию обеими руками, опустил голову на мое плечо:

– Я хочу быть с тобой, – произнес он, но тут же усмехнулся и добавил: – но я не настолько наглый, чтобы чувства не были взаимными.

Тяжело вздохнув, я отстранилась, подняла на него глаза:

– Как бы там ни было, ты благороднее, чем Асмодей. И я бы предпочла оказаться в твоем плену, нежели его, – это было искреннее признание с моей стороны.

– Тогда, мне следует отвоевать тебя? – подавшись вперед, спросил Дар вкрадчиво.

Его взгляд и улыбка вселяли надежду на спасение и освобождение от оков Асмодея, потому в следующее мгновение я без обиняков согласилась:

– А знаешь… Не возражаю. Надеюсь, тебе это удастся.

– В таком случае я сделаю все, чтобы вырвать тебя из его цепких лап. Мое джентльменское слово, – пообещал Дар.

Тогда я обхватила его лицо ладонями и притянув к себе, с трепетом поцеловала. Поцелуй длился недолго, и я отстранилась, напомнила:

– Мне нужно вернуться.

– Хорошо, – согласился вампир и взмахнув ребром руки, прорезал портал сразу в Асмодеев сад.

Только я оказалась по ту сторону, Дар окликнул меня. Обернувшись, я счастливо улыбнулась, а он заявил: – Мы скоро снова увидимся.

Края портала вновь срослись, будто его вообще не бывало.

ГЛАВА 3. Будь моей Темной Леди

[Дар] | Письмо на вторые сумеречные сутки

{Мне очень стыдно! Правда, Илэриас! После фаербола я повел себя как истинный мудак! Слишком много возомнил о себе. Это было невежественно с моей стороны.

Никогда не забуду страх в твоих глазах на тот роковой момент. Становится так горько, что щемит в груди. Я не должен был слушать Асмодея.Я слишком поздно понял это. И потерял твое доверие.}

…

После первого свидания, той же ночью, я написал Илэриас. Мне хотелось показать ей, как великие Вселенной Асмодеум вершат свои споры и заключают сделки при помощи фаербола^достаточно зрелищная международная игра огненным мячом по тем же правилам, что и футбол.^ А после, я собирался позвать ее на вечеринку в честь своего совершеннолетия в клуб Климб Скай. Мне очень хотелось, чтобы она провела ночь в моих объятиях.