Vизарды. Бойфренд на тайме
- -
- 100%
- +
Мне нравятся все трое. Но если Аксим ведет себя в отношении меня особо активно, значит, это неспроста.
– Съешь и мой кусочек, – будто воодушевленный этим зрелищем, Иней отрезал свою барбекю-котлету, предложил мне, и я снова открыла рот.
– Эй, а у меня всех вкуснее. Попробуй эту пряную курочку, – теперь в игру подключился Ексан.
– Вы так мило ухаживаете за ней. У вас квартет? – прыснула Анжелика.
– Да, я же говорила тебе, у них к ней особые симпатии, – Саманта дразняще высунула язык.
– Повезло ей.
– Ага.
– Девчата, вы все усугубляете. Итак понятно, что они бабники и просто по-особенному ухаживают, – рядом нарисовался низкорослый, но здоровенный в плечах парень по прозвищу Кисель.
Это был ухажер Анжелики. Как-то мне довелось слышать, что у него между ног большое орудие. Хотя внешне сам он обычный.
– Эй, устроила тут, я сейчас буду ревновать, – с Киселем поравнялся Вова Шут.
Он был поклонником “Короля и шута”, потому такой ник. А еще он бывший Саманты. Бывший – потому что Саманта его бросила. Она была шлюхой группы и за два с половиной года обучения переспала почти с половиной однокурсников. На троих новеньких вон тоже позарилась.
– Ребят, вы присаживайтесь, а мы туда… – вставая, Иней кивнул на меня с Аксимом и подмигнул подвинувшемуся в сторону кавалеру Саманты.
– Я вот за “бабников” зубы бы пересчитал, братишка, – Ексан взглянул на Киселя сверху вниз. – Да, дружбы между между мужчиной и женщиной не существует. Держу в курсе, у нас четверых просто легкий флирт. Но Астра – настоящая паинька. И если бы она…
– Хватит! – брякнув вилкой, прервала я. – Остановись, – позвала уже мягче, когда мы встретились взглядом.
– Может, уйдем? – шепнул мне на ухо Аксим.
– Давайте, я не против, – глядя на нас, согласно кивнул Иней.
Аксим вернул взгляд чему-то захихикавшему с Вовой Киселю, а после, с силой толкнул его в грудь.
– Эй, да ладно вам!
– Не обращайте внимание на этих придурков.
Анжелика и Саманта хотели нас вернуть, но ребята рядом со мной никак не отреагировали. Я хотела было развернуться, чтобы взглянуть на них и извиниться хотя бы взглядом. Но почему-то не смогла повернуть голову. Оцепенение спало тогда, когда мы спустились в концертный зал.
А там. Там…
“Не важно, что они скажут, ведь им не докажешь
Что можно быть совсем другим.
И мы такие навеки, как взрослые дети
Просто играем в эту жизнь.
Серьезные лица, суровые взгляды
Душа и сердце изо льда.
Всегда и во всём им нужен порядок
Но у самих кругом бардак.
Милосердие пули, эмпатия камня
Ты по делам узнаешь их.
Но они не задушат, они не сломают
Нашу молодость внутри.
Молодость внутри…”,
– на сцене никого. Это была музыкальная пауза. Играл сингл “Молодость внутри” у группы Таймсквер. Текст песни, что написал Кирилл Бабиев, глубок и пронзителен. Эти строчки надолго отзовутся внутри меня и внесут определенный смысл.
Мы прогулялись до моста Вечных. Было такое романтическое место в Тамени. По пути мы зашли в “Пятерочку”, где взяли моих любимых шоколадно-мятных конфет “Тебе и мне” и три бутылки шампанского “Санто Стефано” с оранжевой этикеткой, плюс набор пластиковых стаканчиков, чтобы было удобно пить каждому. Ведь мы собирались провести время не в заведении, а на улице. Я ощутила себя принцессой с тремя особо приближенными телохранителями.
Но ситуация обстояла иначе, когда пришло время новеньким из моего потока во всем сознаться.
– Астра. Мы не из твоего мира, – вдруг произнес Аксим.
Подействовал ли на него алкоголь? Стоило только догадываться…
Я встретилась взглядом с Ексаном, но лишь на мгновение: вспомнила все, о чем он говорил вчера, но прикинулась, словно ничего не знала.
– То есть? – вернула взгляд Аксиму.
Он стоял ко мне ближе всех. Сейчас смело обвил талию рукой и взглянул с обожанием, на губах заиграла затаенная улыбка.
– Мы, то есть, я, Иней и Ексан, действительно испытываем к тебе исключительно нежные чувства. Именно по этой причине, хотим признаться. И лучше будет, если сделаем это сейчас. Твое право, право – помочь нам сдать этот экзамен, продолжив общение и зная правду. Или же, мы просто стираем тебе память. Что выбираешь?
От этого предложения моя внутренняя девочка взбунтовалась. Все бы можно было списать на своеобразную игру, но ребята не под кайфом. Иначе, я бы заметила, просто маскарадные линзы все трое сняли.
– Мы – чародеи-иллюзионисты. И ты – наш экзамен, – Ексан тоже встал вплотную ко мне. А еще обвил за плечи и прижал к себе. Даже несмотря на то, что я уже находилась в полуобъятии у Аксима.
По другую сторону от него встал Иней:
– Мы предлагаем тебе принять участие в наших проекциях на будущее. У каждого она будет своя.
– Когда ты проживешь все три, тебе останется только выбрать понравившуюся, наиболее, перспективную для себя. Кто-то из нас станет твоим избранником, – лицо Ексана выражало…боль? Но почему?
– Мы решили сказать тебе об этом сейчас и по второй причине, – произнес Июнь.
– Какой же? – я затаила дыхание.
– Пока у тебя еще не возникло крепкой привязанности ни к кому из нас. Но… но мы тебя выбрали давно. И знаем о тебе все, – закончил за него Аксим.
Я сделала шаг назад и часто задышала. Почем? Почему? Что за бред? Я только начала радоваться тому, что дружу с самыми крутыми парнями, каких еще не встречала. А тут… все было больше похоже на пранк.
Я разозлилась.
– Ну и отлично. Значит, первым будешь ты, – приговорила Аксима, сурово заглянув ему в глаза.
– Хорошо, – кивнул он, чуть потянув краешек губ. – Чтобы все началось прямо сейчас, тебе нужно согласится на поцелуй со мной. Моя слюнная железа активирует…
– Согласна, давай быстрее! – грубо одернула я, потому что разозлилась по-настоящему.
Ничего не произойдет после нашего поцелуя. Все это бред! Иноземных цивилизаций не существует, и их история – байка, полная чушь!
Аксим прищурился. Кажется, он обиделся, но не было уже пофиг.
Однокурсник продолжал удерживать меня в объятии. Он склонил голову к моему лицу, прижался ко рту. Первое мгновение ничего не происходило, пока его язык не ворвался внутрь моего рта, а после, собственная голова мгновенно закружилась.
Часть вторая. Проекция с непредвиденными сложностями
Глава 6
Я проснулась со слезами на глазах. Почему ревела? Поняла, когда повернула голову влево и увидев полуобнаженного Аксима Зарево, вспомнила свой “сон”.
– Малыш, ты проснулась? – хрипло произнес он, протянул в мою сторону руку, чтобы тут же увлечь к себе.
Почему я послушно нависла сверху?
Аксим все тот же: его необыкновенные зелено-ореховые глаза, контрастирующие с пудрово-фиолетовым цветом волос – полны обожания; взгляд пронзителен и гипнотизирует так, что невозможно вынырнуть.
– Солнышко… – позвал он.
– М-м?
– Хочешь есть? Я приготовлю гавайскую пиццу. Неужели ты настолько обожаешь ее, что она тебе снится? – произнеся это, он не сдержал усмешки и заботливо заправил мне спадающие волосы за ухо.
– Что? Гавайская пицца? – сомневаясь, я наморщила носик.
– Да. Ты снова бормотала о ней в полудреме. И не надоело каждый раз есть ее на завтрак?
Я задумалась, после утвердительно ответила:
– Нет, – и в довершение добавила: – Ты так вкусно умеешь ее делать, сложно отказать себе в удовольствии.
Пока он говорил, мое внимание привлек его рот: одинаковой средней величины (по длине и объему, что верхняя, что нижняя) – четко очерченные губы с слегка фиолетовым естественным подтоном, немного сухие, будто присыпанные сахарной пудрой.
Сейчас эти губы прижались к моим, а проворный язык ворвался внутрь, увлекая в головокружащий поцелуй.
– Но прежде… – с трудом оторвавшись, и прерывисто дыша, произнес Сим (…почему Сим, разгадала уже позднее, когда поняла, что сама начала так его называть). – Прежде, традиционно наградишь меня порцией любви.
Он резво опрокинул меня на спину: теперь нависнув сверху, прижался своими бедрами, так что я могла ощутить пробудившегося приятеля снизу. Представленные очертания показались притягательно пугающими. И от одной мысли, что Сим окажется внутри меня, внизу живота будоражаще заныло.
Через силу прекратив поцелуи, он отстранился, чтобы произнести:
– Безумно хочу, тебя, детка.
Сопротивляться – не было ни возможности, ни желания. Сим был очень настойчив – практически сразу принялся оставлять разгоряченные влажные следы по телу своими поцелуями, и я нестерпимо завелась, мне нужна была отдача. Этой отдачей должен последовать хороший трах.
Уже через мгновение – одной рукой обвив его плечи, другой вцепившись ему в волосы, я стонала, как шальная, таяла рассудком под крепким телом и интенсивными, наполняющими движениями.
Требуя мольбы, произносила его имя, словно в бреду – “Аксим. Аксим…”
Когда он повернул меня к себе спиной и вошел сзади, я испытала колоссальное наслаждение и кончила тут же. Мы сделали это вместе.
Мы всегда кончали именно в этом положении.
“Слышишь эхо моих барабанов?
Двери в сердце скорей открой
Я пришёл к тебе без обмана
Прометеев принёс огонь
Будем красить твой белый в красный
И вставать по команде в строй
Время делать единый паспорт
Новой эры!..”
– эти строчки у любимой группы “Таймсквер” были особенно эпичными, и я любила их слушать по пробуждению после близости с Аксимом.
Свою страстную близость мы скрепили нежными, томными поцелуями. После, я лениво сползла с постели, голышом направилась к окну. Когда осторожно заглянула за штору, изумилась: что за потрясающий непривычный город, манящий неоновыми вывесками? Не похоже, что Тамен. И почему все вокруг такое нереальное? Даже звезды в небе светят особенно ярко. Складывается ощущение, будто я под кайфом.
– Почему сейчас ночь? – раздираемая любопытством, обернулась на Аксима.
– Это проекция моего мира. Ночная насыщенная жизнь, – приблизившись, он становился позади, обнял обеими руками, крепко-крепко.
– Почему так?
– Моя система полуночников. Я подумал, представить себя творцом особой атмосферы для тех, кто предпочитает ночную жизнь. Скажи, ведь, у тебя, бывало, такое? Снится что-то яркое, обязательно к трем часам ночи. А потом ты открываешь глаза, и нет больше сна.
– Бывало. Частенько, – согласилась я, прижала ладонь к его руке, что обвила меня под подбородком. – Мне нравится это время суток. В особенности, очень романтично съесть что-нибудь вредное и посмотреть интересное психоделическое шоу.
– Проказница, – усмехнулся он, звонко поцеловал в висок и принялся раскачивать в стороны.
– К сожалению, нам двоим сейчас нужно на работу.
– То есть? – отодвинув от себя бережливо укрывающую руку, я испуганно обернулась.
– Не надо боятся. Все, что нам привычно делать днем, можно заняться в ночное время суток. Я занимаюсь световым шоу для артистов. Ты работаешь в “Сладком кафе”, даришь своим особенным творческим гостям уют и хорошее настроение. К тебе приходят, чтобы вкусно перекусить и работать над проектами.
– Какими?
– Любыми. Будь то писатель, сценарист, музыкант, пишущий тексты. В твоем кафе мило и уютно, как дома. Даже библиотека есть. Могут прийти, взять книгу и засесть за нее до утра.
– Звучит довольно вкусно, – смягчившись, я потянулась на цыпочках, чтобы обнять и прижаться к его рту.
Мы вместе приняли душ, вместе перекусили свежеиспеченной гавайской пиццей Аксима, а после, нам пришлось расстаться до утра. Утром, как выяснилось, нас двоих ожидал совместный ужин с моими родителями.
На мобильный спикало уведомление через мессенджер от Водителя: «Доброй ночи, миссис Зарево. Ваш ламборгини готов. А снаружи кафе уже толпа клиентов. Надо ехать. Спускайтесь”.
Я вскинула брови. Однако…
Сперва одеться. В апартаментах обнаружила большую гардеробную с соответствующей на двери надписью. Толкнула ее внутрь. Глаза разбежались от обилия одежды.
Однако…
Шикарный выбор!
Ну, раз разглядывать некогда… Обнаружила соответствующий стеллаж с надписью “для кафе”. На плечиках в ряд висела униформа на каждый день. Непохоже, что она принадлежала официанту. Скорее, тому, кто заведует кафе. Слишком стильно. И цвета какие вкусные! Можно менять по настроению. Я выбрала фуксию и салатовый. Это был комплект из юбки карандаш и блузы с пикантными вырезами по бокам и “острыми” рукавами.
Ну, и отлично. Я поспешила “вниз”. С лифта спускалась долго. А когда выбралась наружу, увидела ламборгини, о котором уведомил в сообщении водитель. Каково же было мое удивление, когда водителем оказался Ексан Угарный. Его стиль одежды с названием заведения соответствовал моему.
– Привет, – мгновенно переходя на “ты”, тот растянул губы в улыбке. – Неожиданно? – задал вопрос, видно замечая, как я обескуражена.
– Весьма. Аксим в курсе, что ты участвуешь в его проекции? – мои щеки огрело стыдом, ведь я только сейчас поняла, что произошло в постели с моим так называемым супругом. И это было очень реально. Причем я пошла на это сама – будто оно так и полагается. Очень странное “послевкусие” осознание. Можно ли считать подобное за читерство Аксима?
Нужно будет понаблюдать за остальными двумя, как они станут себя вести, когда до них дойдет очередь.
Хоспаде! Говорю про это – уже, как про обыденную вещь!
И сейчас все происходит достаточно реалистично. Пахнет подставой.
Глядя на меня пытливо, Ексан пожевал губами.
– Прошу, садись, – только и произнес он, открыв дверцу с пассажирской стороны авто.
– Чувствую себя золушкой, – подчиняясь, не удержалась я.
– Привыкнешь, – хмыкнул он, усаживаясь за руль. – Ну, что, погнали, крошка.
Когда я попала внутрь своего ночного “Сладкое кафе”, осталась очень довольна. Аксим не обманул – ожидания оправдались. Все действительно оказалось очень мило и уютно, прямо как дома.
И, как я поняла, Ексан намерен мне ассистировать всю ночь.
Странная политика у моих чародеев-иллюзионистов. Или, называть их демиджерами? Это иное слово их чародейства. И в чем отличие драконианцев от демиджеров? Парни как-то упоминаль вскользь, что среди них, иллюзионистов, есть разница по касте. Она сравнима с той, как если бы, ученик начальной школы отличался от старшеклассника, а старшеклассник в свою очередь от студента.
Интересно, а к какой касте принадлежат мои кавалеры? И на что они пока еще способны?
Ексан только что отнес заказ на первый столик и вернулся ко мне, чтобы просто тупо уставиться и буравить меня странным взглядом – не то изучающим, не то пытливым, будто хочет узнать, что творится в моей голове. Но я итак об этом ему сообщила: устала терзать себя догадками о кастовой разнице между чародеями-иллюзионистами и напрямую попросила его объяснить мне.
Он ухмыльнулся от столь неожиданного вопроса. Эта ухмылка мгновенно преобразила его суровое и застывшее лицо. Убрав локти с барной столешницы, в примирительном жесте Ексан вскинул передо мной обеими ладонями:
– Тш-ш, давай чуток потише, малыш?
– ”Малыш”? – перейдя на шепот, я хитро прищурилась. – Разве тебе можно менять так называть?
– Эй! А почему “нет”? – басовито позвал он и толкнул меня внутрь служебной зоны, несколько игриво пряча от гостей за кассовый аппарат.
Сделал это своей грудью и нагло глядя сверху вниз глаза в глаза, потому что был значительно выше. Когда мне некуда было деваться, а за спиной оказалась стена, я переменила взгляд на жалостливый и пришлось задрать голову, чтобы выдержать его наглый и липкий взгляд. Ексан меня отнюдь не пугал, просто вызывал какие-то противоречивые чувства: хотелось и врезать ему и в одно время впиться в нежные, вечно раскрасневшиеся, будто уже от поцелуев, губы.
– На данный момент у меня целых четыре статуса. Я твой официант, телохранитель и водитель в одном лице. И еще… – он выдержал не значительную паузу – пока еще, как друг, я имею права назвать тебя “малышкой”, – определенно подозревая мои мысли, он будто нарочно с каждым словом опускал свое лицо к моему. И когда между нашими ртами расстояние оказалось в мой указательный палец, Ексан потребовал ответа: – Уяснила?
– Уяснила, – сглотнула и сжала губы. Затем толкнула его в грудь: – отойди в сторону, от тебя жаром пышет.
Но тут же прошла мимо сама, снова оказываясь на виду у гостей.
– Прости, это, наверное, мои гормоны сейчас подскочили. Как только ты рядом, и мы почти наедине, они шалят не по-детски.
Буквально сейчас, когда я сделала вид, что отвлеклась на изучение собственного меню, чтобы (авось в дальнейшем) его поправить на свой лад, Ексан подошел сзади, прилип к моей спине: крепко обняв и тыкаясь в шею, зарылся носом в волосы. Это было какое-то наваждение.
Ведь ничего подобного! Вот он, стоит рядом и теперь уже облизывает карамельный леденец на палочке. Когда успел распечатать его?
Я выкатила глаза, тряхнула головой. Становясь к нему полубоком и скрывая лицо в волосах, тихо напомнила:
– Так что там с кастами? Расскажешь мне?
На сей раз прикосновения его отчего-то горячих ладоней, которые он прижал к моим плечам, подкравшись сзади – были реальными. Он прошептал в самое ухо, щекоча своим дыханием:
– Внимательно всмотрись в своих гостей.
Я оторвалась от меню в руках, вскинула голову и устремила взгляд в зал.
– Ну видела. И?
– Вон видишь ту мечтательную особу в больших наушниках и за компом?
Отвечаю:
– Да.
Я давно заприметила эту “леву-кудряшку”. Хоть и с небольшим лишним двойным подбородком, девушка обладает яркой кукольной внешностью. Сейчас она полулежит на диване и ее ноги укрыты уютным пледом. А в ее руках компактный нетбук, в котором она что-то усиленно печатает.
– Эта девушка – писательница, – пояснил Ексан. – Прямо сейчас она пишет очередной роман, на который вдохновил ее я несколько ночей назад.
– Так уж и ты? И ночей, или дней? – не замечая за собой, я было машинально ревностно обернулась, но своими губами вдруг скользнула по его. Должна была смутиться, но разозлилась – от того, что подумала: если бы он держал во рту леденец, то я выколола бы глаз палкой от него. – Эй, я ведь сказала, что мне жарко от тебя. Уйди, – легонько пихнула его локтем вбок.
Сейчас Ексан нарочито демонстративно облизал губы, и зачем-то сделала то же, мгновенно ощущая во рту вкус карамели, почти слизанного с его губ.
– Твою же мать, Ексан! – осознав, что только что сейчас произошло, теперь произнесла громче, отчего его лицо изумилось и тут же растянулось в ухмылке.
– Я могу заставить тебя целоваться со мной или кое-что похуже одним лишь внушением. Будто этого ты хочешь. Но это грязное дело и подлое. Творить подобные непотребные вещи может только самая наглая каста моих иноземных собратьев-иллюзионистов. Опасайся демиджеров, крошка. Они очень активны в ночное время суток. В особенности в тех местах, где витает много похоти.
– Оу… вот оно значит, как.
– Да. Они тоже драконианцы. Это наша единая раса, так что не приплетай ее к нашему волшебству. Эти похотливые мудаки, иначе их не назовешь, давно переросли касту “Абсолют”. Ну, знаешь, среди и обычных мужчин есть достаточно важные и в обязательности успешные персоны, которые контролируют всех членов своей семьи. Но это не абсолюты, а гребаные бэ-дэс-сэ-эмщики, скрывающиеся за маской обычных неприметных мужчин.
– Надеюсь, в подобных заведениях, как мое, они не заглядывают? – мотая прядь волос на указательный палец, хмыкнула я. Сейчас навоображала себе невесть каких существ.
– Кто знает, кто знает. От возраста зависит и каста. Там много теории, если честно, и ты можешь не сразу врубиться, кто есть кто.
– С удовольствием послушаю, – я тут же оторвалась от меню в руках, чтобы повернуться к Ексану всем корпусом и кокетливо взмахнуть ресницами.
Да, я очень любопытная. И мне хотелось знать всю правду о драконианцах. Вдруг то, что мне втюхивала с детства мама – все ложь и выдумка чистой воды. И от правды там с гулькин…
Глава 7
Я с удовольствием принялась слушать своего друга-надзирателя. Да все верно. То, что я была наслышана о драконианцах с детства, все абсолютно не так.
Отныне со слов официального первоисточника я могла иметь хоть какое-то представление о них.
К примеру, в их установке присутствует мистическая семерка. В четырнадцать лет драконианец может быть послан родителями на Землю или в Иномирье – ну, это по желанию. Суть это первого тура (назовем так) заключается в выборе будущего места практики. В это время драконианец очень любопытен, но его сложно отличить от простого соседского парня.
Настоящая практика драконианца начинается, когда ему исполняется двадцать один год. Именно тогда они поступают в земные вузы и колледжи. И обязательно сразу на третий курс и посреди семестра! Прямо как мои однокурсники.
Всеобщий фетиш, что ли. Будьте осторожны, девчонки! В этом возрасте драконианцы ищут себе потенциальную будущую жену, чтобы… вернуться к ней через следующие семь лет. Тогда вашему драконианцу стукнет двадцать восемь.
Вот с двадцати восьми лет драконианец уже может жениться. Но редко, когда это бывает! В этот период драконианцы еще пытаются найти свое призвание среди людей, либо в Иномирье – среди других божеств и полубожеств.
Через следующие семь лет к тридцати пяти годам, драконианец уже должен…
Первое – сделать карьеру. К примеру, стать известным политиком, ведущим новостей. Да-да, именно оттуда взял свой исток миф о рептилоидах! Хотя неудивительно, что драконианца можно спутать с рептилоидам: на лицо все характерные чешуйки, раздвоенный язык и крокодилий зрачок.
Второе. Драконианец должен жениться, быть семейным человеком уже со своим кланом. То есть, как со своим кланом? В стандарте он должен иметь супругу, двоих – троих детишек, любимых тещу и тестя. Если есть бабушки и дедушки невесты, то и их надзирать.
Почему надзирать? Такова установка драконианца: он – новая глава семейства и в доме хозяин, он за всеми блюдет и уходя на работу, раздает распоряжения всем членам семьи.
Даже бабушкам и дедушкам, да. Хотя лично я даже не представляю, что можно поручить старикам? Ухаживать за садом-огородом?
Ексан сказал, что новая человеческая семья драконианца – подпитана его силами. Они почти никогда не болеют, и в основном успешны во всем, что бы ни делали.
Ага, и я так бы хотела! Везет же кому-то. Теперь мне понятно, почему одни успешнее других.
Такой драконианец уже может считаться Абсолютом. К уровню благополучия Абсолютов стремятся все драконианцы.
Когда Ексан принялся описывать касты чародеев, мне буквально пришлось взять в руки ручку и блокнот, чтобы записать и потом не забыть. Страсть ведь как интересно!
Оказывается, у драконианцев не принято называть себя чародеями. Ексан говорит – этот термин давно устарел. Потому, отныне они – визарды. Причем экзотические!
Итак, все экзотические визарды делятся на касты. О самые распространенных из них я сейчас сама постараюсь доходчиво изложить.
Начнем с визардов-практикантов. Это такие, как мои одноклассники с необычными именами, черт знает, откуда ими выдуманными – Ексан Угарный, Аксим Зарево и Иней Пепел. Как Ексан объяснял уже выше, они начинают практиковать свои способности на людях – прежде, чем найдут себя. Это происходит каждые семь лет, начиная с четырнадцати.
Далее, есть каста демиджеров, на которой Ексан хотел, чтобы я заострила особое внимание. Это каста “похотливых” чародеев-шарлатанов, которые частенько выдают себя за Абсолютов. Своего рода они – демисексуалы гетеро с режимной установкой абсолюта. Эти визарды очень опасны.
Своим колдовством они могут запутать потенциальную жертву, если будут применять технику рассеивания иллюзии. Рассеивание иллюзии – это когда одна и та же проекция совсем чуточку, но изменятся. Такая проекция может свести с ума.
За свои подлые деяния таких визардов привычно дразнить этой фразой: “Демиджеры-Абсолюты. Все или ничего”. От нее они почему-то жутко бесятся.
Ексан признается, что очень редко бывает, когда демиджеры испытывают сексуальное влечение только к тому партнеру, к которому у них установится тесная эмоциональная связь. Но все же такое бывает.
Итак, переходим к самим абсолютам. Абсолюты – это драконианцы, добившиеся благополучия достаточно “праведным путем”. Как я уже поняла, в основном это известные личности, которые у всех на виду и которых боятся остальные визарды. Да и люди тоже. Правда, для людей это просто другие люди.
Установка этих абсолютов я бы назвала “душной”. И мне не очень понравилась: сперва мужчина, а уже только потом женщина; потому что без мужчины она никто.
Визарды-абсолюты живут в режиме «моно». Они достаточно нарциссичны и в основном ориентированы прежде всего на любимых себя. Отношения для абсолюта – как оказалось, не какая-то истинная и чистая любовь, а просто некое внешнее дополнение. Что-то вроде особого статуса. В общем, называйте, как хотите.