Меньше максимума
- -
- 100%
- +
© Юлия Федина, 2019
ISBN 978-5-0050-4610-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
***
Тоска надавит тьмою на глаза,
Упрямой пятерней октябрьской ночи.
И в слезы кинуться (терпи, терпи!) нельзя.
Тянись и помни – разом всё не кончить.
А лебедь бьётся. Тьма его, ату!
Куси! Пусть запрокинет голову на спину.
Он издыхает, вздрогнув на лету,
Уродец из автомобильной шины.
Скамейки вывернули губы зло,
Пеньки опор подгнивших враз ощеря.
За ветром дышит тухлое тепло
Полуподвальных темных помещений.
На выстуженных, не своих, ногах
Бежать, сжимая в кулаке перчатку.
Тоска и темень, стая злых собак,
И пьяный куст, пустившийся вприсядку.
***Кровь в воде,Похожая на дым,РазбегаетсяПо жилам дождевым.ВоскуряетсяВоронками ворот,Сквозь которыеТихонькоВсё пройдёт.Всё. Без расшифровок.Точно, скоро.По водеПетляя и кружа.Растворив в закатеСонный морок.Облаками рыхлымиДрожа.Неопределенно.Неизбежно.В жаждеПереполнитьИ омыть.Мир растёт,Касаясь раны нежно.Кровь в воде,Как спутанная нить.***Ссохся ил. Скрижали земноводныхПредвещают засуху и зной.Бродят по воде круги бесплодно,Ничего не принося с собой.Опрокинув небо на ресницыСухо шелестящих камышейАвгуст в зыбком мареве двоится,Осушая жаром пену дней.И, поверив пьяной пляске пылиВ буйстве исступленного луча,Яблоки созрели и поплылиК берегу родимого плеча.***Никто не угадал —Ни тополь под окном,Ни провода,Гудящие под ветром.Никто не угадал.И слов горячий комОстынет втуне,Не сойдясь с ответом.Вопрос не прозвучал.Напрасно повторятьИзгибы старойЛиповой аллеи,В надежде уяснить,Измыслить, осознатьХоть краешекСпасительной идеи.Неверные сияют фонариВ кудрявом облакеВполне напрасных листьев.Моргает свет,Качается, горитИ исчезаетЗа стеною истин.***Всё вовремя. Всё запоздало.И в ледостав, и в ледоходВ хрустальной корке силы мало,Молитва держит, а не лёд.С горячим сердцем, торопливо,Идёшь по мартовской водеНа дальний берег,Там, где иваПоклоны отдаёт звезде,Умноженной на дне промоин,И травы, космы размотав,Колышутся, уж будь спокоен,И в ледоход, и в ледостав.Всё неохватно. Всё бесцельно.Дано, как воздуха глоток.Идёшь и чувствуешь отдельноНа коже каждый волосок.***Не чуя ног,Как сорвались с корней,Несутся в пропастьБеглые надеждыОт сердца вплавь,Чтоб прозвучать верней,И расцарапатьСомкнутые вежды.Проснись! Гляди!Тревожный красный цветУже налилсяАдски громким звуком.И веныПросыпающихся вербПодыгрываютГорнам, скрипкам, трубам.Здесь что угодноМожет быть струной,И голосом,Горячим и текучим.Мы – пленники.Мы связаны веснойИ брошеныНа мартовские кручи.***Бесконечная посылка.Нам ниспослан свет.Звезды вздрагивают зыбкоИ конца им нет.Отвернешься ли, изверясь,Пустишься в разврат,От тоски завоешь зверем,А они горят.Возродишься ли, пустынюОбращая в сад,Из имён, назвавши имя,А они горят.Обольешься хладным потом,Призванный назад,Не печалятся уходом,Всё горят, горят.***Разломлено вчераИ смочено в вине,Завидя кормСлетелись шумно птицы.Горюют ли, горяВ свечном огнеНадежды глупые,Что им вовек не сбыться?Не сладок мне кагор,Не утешает хлеб,И тайн не вышлоНынче причаститься.О, Господи!Как посылаешь снег,Пошли забвеньяБелую орлицу!Ни голоса,Ни разворота плеч,Ни полной грустиБезоглядной речиНе в силах помнить,Но молю сберечь.Пусть уцелеет онВ жестокой сечиНемилосердных,Равнодушных дней,ШагающихПо утомленным спинам!И пусть сияетСредь других огнейЕго огонь и мой наполовину.***
Приснились мертвые. Хотят поминовенья.
Хотят побыть еще, пресуществиться в хлеб,
Войти в зрачок неистребимой тенью
Набухших соком марта красных верб.
Три пирога и соль, для тех, кто снится,
Для тех, кто домом выдохнут как дым,
Пускай склюют, аукаясь, синицы,
А стыд и горечь нищим подадим.
Настанет время, ангел недомолвок
И нам оставит щель между ресниц,
Залив замки забот кипящим оловом,
И спрятав ключ от них между страниц.
***Круги по воде,Как кривая моих колебанийБегут от упавшегоВ омут безвременья дня.До кромки песчаной,Стрекозьих в рогозе сверканий,Сетей на ветруИ согревшего чайник огня.Круги по воде,Там, где пущено слово и дело,Расходятся вольной волной,Умножаясь в сто крат,С другими кругами сойдясь.Не того ль я хотела,Роняя как камень себяВ этот маленький ад?***Третий берег —Берег отражений,Обломав у кромкиСиний лёдПриглашаетПобороть неверье,В хрупкое бессмертиеЗовёт.Стоит пальцемПодцепить коростуРыхлого, фестончатогоЛьда,И откроетсяГлубокий, звонкийВоздух,Бросивший туманНа провода.Третий берег,Как спина китовьяМедленной дугоюПромелькнёт,И уйдёт на дноУ изголовьяМелким шрифтомНабранных забот.***Окна мерцают.Немые сиреныПророчатСкорый конецНа почтиПочерневшем снегу.Ложные звезды.Слепая толпаМноготочий.Окна клубятсяИ гаснутНа каждом шагу.Тёмные туши домовВ чешуе окаяннойТихо плывутМне навстречь,За собой волочаПолосу света,УвитуюНадписью бранной,Окорок битого льдаИ замок без ключа.***Два тополяВедут меня до дома,ПридерживаютЛасково меня.Я согласиласьИми быть ведомойПо краюЗасыпающего дня.Пусть думают,Протягивая ветки,Что вот еще чуть-чутьИ упаду,Пусть верят,На ходу сплетая сетки,Что гонятНеминучую беду.Взбегу я по ступенькамТоропливоИ дверью обозначуГоризонт.Ну, тополя! Спасибо!И – счастливо!А солнце дальшеМирно поплвыет.***
Я состою из прошлого на треть,
Но чувствую затылком и плечами
Как все мои «взрываться» и «гореть»,
«Хотеть», «искать» истаивают сами,
Столкнувшись с острой точкой бытия,
С той самой настоящей точкой света
В которой пребываем мы, скорбя,
В которой май себя роняет в лето,
В которой каждый выдох, каждый вдох
И каждое душевное движенье,
Сопряжено с движеньем рук и ног
И требует прямого продолженья.
Вот – настоящее. Я помещаюсь в нем,
Вся целиком, со всеми «было», «будет».
Вот – настоящее. Мой настоящий дом,
Источник разбегающихся судеб.
***В полосе отчужденияВыстроен скорбный мой дом,В нём вишнёвые косточки – окнаИ листья бессмертника – двери.Я стою и качаюГорячую боль языком,И полынная горечьПрихлынула к горлу – Не верю!Ни в молочную строчкуТуманных шаров фонарей,Ни в дорогу под липами,Ни в колыхание ветра.Я хочу одного – уходи,Уходи поскорей!Нас не выдержитНиточка жженая – вера.На одном волоскеПовисаю над бездной огнейВ ожидании —Может быть, что-то и будет.Ветер дует.Как зябкоНаивной надежде моей!Ветер дуетИ губы горячие студит.***Искренность – двойное острие.Не давая передышки слухуВыпускаешь ты в полет ееИ она летит ко мне на руку,С клекотом впивается в висок,Вдалбливая правду острым клювом.Искренность, как золотой песок,Пущенный в работу стеклодувом.Не проходит, не даёт забыть,Не стихает и не остывает.Искренность – сияющая нить,Без которой счастья не бывает.***Трава=вратаОтворена как ранаОтваром вековечная вина.Бессмертник говорит:«Пока не надо. Рано.»И гнется ивы белая спина.***Приходит яблок срок,Темнеют их подглазья,Ложатся тени возле черешка.И шарит ощупьюВ холоднобокой вазеЗаката длиннопалая рука.Запахло вечностьюГрушовкой и анисом,И заплясала на краю зрачкаВзлетая кверхуИ ныряя книзуЗаката длиннопалая рука.И если ливень,Не жалея, вычесть,Прольется тишинаКак из ведра.На переулки,Что стоят набычась,Нисходит яблокПервая пора.****Как настоящий ключК поддельному замкуНе подхожу ни к яблокам,Ни к лету.Иду к тебе по вязкому пескуПутём деленьяНаших общих клеток.***Все пошатнулось,Вышло из пазов,СкользнулоТоропливоВ щель закатаИ замерло,Как пара башмаковУ сломанногоКофе-автомата.Всё замерло.Жара стоит стеной.Сомкнулись тучи,Закрывая выход.Клубится пыльПо липкой мостовойИ поздний громЗадерживает выдох.***
Переведи меня на свой язык
Дрожащих в тусклых окнах отражений,
Отточий, скобок, скорбных удвоений,
Наполни дымом и сорвись на крик.
Переведи меня, как трафарет
На тонкий лист поспешных забываний,
Внеси в журнал случайных возгораний,
И пусть ножом по мне пройдется свет.
Переведи меня на берег лжи
По льду, покуда он еще не тает
Туда, где ветер облака листает.
Переведи и за руку держи.
Переведи меня в двоичный код,
Пусть будет он на этом дне замешан,
И длится, и во веки не пройдет,
Струясь между других, обычных, женщин.
***Неоновые беглецыСрываются с морозных окон.Чу! За метелью конский топот,И визг, и смех, и бубенцы.Неоновые беглецыВ кольце холодных отражений,Дрожа отбрасывают тени,Суля счастливые концы.Так от чего бегут они,Зажмурив красный глаз и синий,Бегут рождественской пустынейПочти что звездные огни?Бегут, не веря в этот бег,Бегут, горя, забыв о цели.И ждут их снежные постелиИз-под полуприкрытых век.***Если бы я всё могла,То стояла бы в молчаньи,Опустив на дно печалиРуки.Если бы могла.Если бы мой жадный взглядНе искал с тобою встречи,Был бы выпит этот вечерЗалпом, прямо у стола.Если б вправду голос мойЖёг и был огнеопасен,Ты бы говорил со мнойНе о береге. О разном.Только мало я могу —Соглашаясь с неизбежнымМолча уходить в пургу,Да твердить стихи прилежно.***Неверие – худшее из суеверий,Поверь же в конец темноты!В бредущие ощупьюПальцы деревьевПо краю метели, где тыНадломишь февральИспытующим взглядом,И, сбросив чешуйчатый лёд,Земля обернетсяЛикующим садом,И вытянут шеи вперёдРостки тонконогихЗелёных вопросовИ шёлковых, ласковых трав.Пройдём мы по садуСмиренны и босыС весенней виной на устах.***Посмотри на меня с той горы,Стой спокойно, а то не увидишь.В сизый ветер как в оттепель выйдешьИ пропустишь начало игры.Всё поёт, я стою как диез,Заставляя тянуться всё вышеЗвон весеннего ливня по крышеИ встающий на цыпочки лес.Посмотри на меня! Посмотри!Ты не смотришь.И знаком отменыВстанут в сумеркахСиние стены,Нашей крепостьюГде-то внутри.В эту крепость мне можно, тудаВсякий звук невозбранно приходит,Будь то вешняя злая вода,Или щебет в слепом хороводе,Перед утром дрожанье ресниц,Затаённое чье-то дыханье.Ты – бекар, отменяющий птиц,Ты даёшь основное звучанье.***На исповедиКак каменьТы сбросишьМеня с души.ПрощаюИ разрешаю.Ступай жеИ не греши.ЩедротамиИ благодатьюНаполнитсяТвой сосуд.А всё, чтоРазбито —К счастью.ОсколкиПотомСметут.На исповедиКак каменьПаду я,Рыдая, ниц.И епитрахильКрыламиУкроетОгонь страниц.* * *Белёсый крюк тревогиТянет взглядК туманамНероклюнувшихсяБудней.И чем они полнейИ многотрудней,Тем злее мыслиВвечеру мозжат.Тем беспокойнейДавит горло ком,Тем суше ротИ тяжелей дыханье.Тревога тянетЗа душу крюком,Туманит взглядИ топит упованья.Но есть и на неёОдна узда,Которая смиряетБезотказноДрожащиеПод ветромПровода.И гул мостовНатужный,Медно-красный,Которая остудитЖаркий лобСтеклом оконнымВ мелких капляхПота.Тревога всколыхнетсяИ пройдёт.Начнётся духаСветлая работа.* * *
У меня ничего не болит.
Заморозкой в десну и под нёбо
Иней входит и тихо скрипит.
Иглы боли впиваются, чтобы
Затянулось, утихло, прошло,
Не ломило, не жгло и не ныло.
Мне весна милосердно промыла
Ран бескровных слепое стеко.
У меня заросла пустота
От скользящего скорого взгляда.
Почки вспухли, кудрявое стадо
Бродит по небу, ветки достав.
А на выселках неба туман
Льнет щекой к равновесию линий,
Укрывая от солнечных ливней
Перелетных надежд караван.
***
Деревья тянут пальцы в тень,
Обмакивая их в чернила.
Вот арка. На стене застыла
Венком из веток и идей.
Лучи бегут через неё
Себя как свет определяя.
А птичка-тень почти поёт
На берег вечности взбегая.
Всё по стене да по стене
Кирпич крылами так улестив,
Что стал он вверх
Массивом лестниц
Расти навстречу синеве.
Отвергнув охру, киноварь
И выбрав жженую сиену
Деревья тянут пальцы в стену
Крест на крест вычеркнув февраль.
***Смягчая очертания судьбыСтруится воздухПо плечам и шеямСнегов, наброшенныхНа каменные лбыДомов и улиц.Как же мы сумеемВдохнуть и выдохнуть,Пустить по проводамНе ток! – не так! —Единое дыханье,Сквозь инеем обросшийЗимний мрак,Горячий вскрик,Рождающий сиянье?!Смягчая очертания судьбыМетель коснетсяТерпеливой кистьюРябин, окон,Рыжеющей травыИ занесётНечитанные письма.***Всё пошло, теряя равновесье,Поскользнулось прямо у дверей.Произносишь: «Вот я! Видишь! Весь я!»И глядишь поверх скользящих дней.Торопливых дней, неосторожных,Рухнувших на темно-синий лёд,Словно зазевавшийся прохожий,Подвернувший ногу пешеход.Всё пошло, теряя равновесье,Поднимаясь, падая, скользя.Вскринку: «Милый! Где ты?!»– Вот я! Весь яВ самой сердцевине у тебя.***Синь на берёзовых ногахВступает в город осторожно.Запутав ветки в проводахИграет свой мотив не сложный.«Живи! Живи! Живи! Живи!» —Она чирикает по-птичьи.Ей вторят радугой ручьиИ неосознанный обычайВсего надеяться, любя,Сорадуясь весне грядущей,И всюду находить тебя,Мой свет, по гребню дня бегущий.***Ясень рассеян.На разум и радостьРазъявРедкие косы рассвета,Робея, рассеялПолные горстиНа рощу заявленныхПрав —Рыжих семянПо линялымСугробам аллеи.Полные горсти надеждНа прорыв и повтор,Колкую щеточкуХрабро поднявшихсяВсходов.Ясень бросает себяЧерез чёрный заборМедленной смертиВ живую весеннююВоду.***Звеня победительным звономТоскует немирная медьО том, что в живуче-зеленыйПолей ей во век не одеть.О нежном сиянии всходов,О вечном движеньи зернаВ бетоне ночных переходовБесплодно тоскует она.Песком оседая в карманахДосадно картуз тяжелитОдним обещаньем, обманом.Никто ей не рад и не сыт.Но копится медная брагаУ города под языкомДо крайнего, пьяного шагаДо злой перемены. Рывком!***
По кипени метели запоздалой
Черкнув крылом водораздел прошел,
И нам вполне терпения достало —
Не дрогнул голос, не качнулся пол.
По полю, наугад, как по наитью
Бежали рощи серой полосой,
Стянув холмы прерывистою нитью,
Чуть наживив у края по косой.
И обещая силу этим скрепам
Пасхальный звон легко поднялся ввысь,
Весь убелённый предпоследним снегом,
Веля душе: «Теперь возвеселись!»
***Обласкав эту больКак обратнуюСторону марки,Ощутив языкомПересохшегоКлея следы,Я вступаю под сеньНезатейливой аркиИз цветущей сирениИ юной, бурлящей воды.Дождевая завесаКипучего, пенного маяСкроет облаком брызгНеразборчивостьЯростных строк,И коснется щекиНа безмолвный призывОтвечаяПринесенный грозоюВесенний, весёлыйЛисток.***От дней, наполненных туманомДо соком солнца налитыхКонец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.