Большая зона. Книга 2. Ироническая проза

1. Юрий Феденёв

«Летун» – это не лётчик. Это – человек, порхающий с одной работы на другую или, не задумываясь, меняющий профессии… А «шалтай-болтай» – это ещё и совсем безответственный летун. И с амбициями.

Но есть племя, целенаправленно, со смыслом и упоением соединяющее в себе оба понятия, причём безо всякого стеснения. Совсем наоборот: с гордостью. И исполняют они свою миссию с помощью простого, но верного приёма: болтологии. Особо не надрывая мозги, они используют готовые газетные штампы типа: «достигнуть усиления» или «усилить достижения», «мобилизовать усилия для достижения» или «достигнуть полной мобилизации усилий», а слово «бороться» у них идёт – через строчку… Ну и еще десяток слов, вариации из которых, согласно Биному Ньютона «Число перестановок из числа сочетаний» могут достигнуть… Вы не поверите, – девятизначных цифр!

Делается это просто: берём газету и аккуратно всю потрошим на отдельные слова. Потом перемешиваем, не глядя, как бочонки лото в мешочке и наобум соединяем пригорошню газетных квадратиков со словами. Уверяю вас, что получится забойная статья на острую, сиюминутную политическую ситуацию, а автор прослывёт среди завистников-политологов как провидец со светлейшей головой! Чтобы служить коммунистическому Молоху, нужно было быть или наивнейшим дитятей или законченным подлецом, с «дулей в кармане»…

Юрий Феденёв являл собою – первое, он был не просто наивным дитятей, инфантом, как многие маменькины сынки. Он, с задором молодого любовника, отдавался идее «светлого будущего»…Такого светлого, но никогда не достижимого, как сено у морды Буриданового осла…

Стезю политработника Юра выбрал со школьной скамьи, внимательно присмотревшись к мелкотравчатым партийным бонзам. Они были сродни попам: несли мёртвые идеи и догмы массам, а за это пользовались всеми земными благами, не ударив пальцем о палец. И им не грозил целибат – обет безбрачия, сухой закон и даже обязаловка в виде уборки картошки (сена, овощей) в подшефном совхозе под топором лишения всех премий и даже – (о, ужас!) – тринадцатой зарплаты! Им даже не грозила жизнь в коммуналке, стояние в очередях за продуктами, на мебель, ковёр и холодильник. Им даже дозволено было без очереди (минимум 15 лет!), по «разнарядке», купить «Жигуль»!

А всего-то и надо было так это – вступить в комсомол и рьяно изображать молодого борца: голосовать везде «За!», ходить с портретами в руце на демонстрациях и на некоторое время затаиться на кухне в своих взглядах и высказываниях.. «Женщины – есть товарищи по работе (учёбе, общественной работе), спиртное – табу! Только на кухне, при выключенном свете! Курить – не желательно… И, очень важно, – захватить лидерство в стенгазете (писать за всех заметки и рисовать газетные лозунги!), в бригаде или на курсе. Если появятся „товарищи с поднятыми воротниками“ и будут предлагать „сотрудничество“, соглашаться, повизгивая от восторга!»

И – «Путь наверх» – открыт! Ступени: комсорг, райком комсомола, инструктор парткома, райкома и, наконец, – Секретарь… Хоть – двадцатый по счёту, но у же – в отаре своих, неприкасаемых! Вопреки индусам – Высшая каста!

В 1918 году, когда возникла угроза немецкого вторжения, фактический глава государства и наркомвоенмор Лев Давидович Троцкий (Лейба Бронштейн) объявил добровольную мобилизацию в новую, Красную Армию.

Кто мог пойти в любую, хоть даже серо-буро-малиновую армию, после трёх лет окопной жизни в голоде и в холоде под градом пуль и снарядов? Только бомжи, пьяницы, босяки, опустившиеся элементы, безграмотная, безлошадная рвань. И они – «записались» в Красную Армию! Но не – за так! А за 50 рублей в месяц, при одёжке, обувке и харчах! (Корова стоила – 600 рублей). Но собранная вкупе эта неуправляемая орда понятия не имела о воинской дисциплине и своём боевом предназначении… При первых же выстрелах противника «Красная Армия» разбежалась «на все четыре стороны»… А Павел Дыбенко, матрос Балтфлота с 3-х классным образованием, командующий войсками под Нарвой дезертировал с поля боя и бежал так резво, что очнулся аж в Казани. Чтоб спасти свою шкуру от трибунала, пришлось переспать с ненавистной Шуркой Коллонтаихой… (Позже – наш Посол в Швеции).

Затея грозила провалиться, а организованный и боеспособный враг наступал со всех четырёх сторон света… И тогда Троцкий, под угрозой расстрела в случае отказа, призвал на руководящие посты в эту дикую толпу – белых офицеров, с повышением в звании и высокими окладами. Но, доморощенные воинские начальники, вчерашние свинопасы и уголовные преступники, составлявшие костяк революционного воинства, такие, как Чапаев, Котовский, Щорс, Ворошилов, Будённый, Пархоменко и примкнувший к ним бывший налётчик Сталин – засуетились. Они были – бледная копия белых боевых офицеров и способны были только к наскокам на брошенные сёла с целью грабежа. Эдакие – «Грицианы Таврические, жаждущие «золотогу запасу»… И тогда Троцкий придумал и создал институт комиссаров и «заградотрядов с пулемётами»! Это означало, что к каждому военспецу были приставлены по комиссару-Швондеру с обоих боков, с маузерами на ляжке и инструкцией: стрелять и стрелять в белого командира при непослушании пролетарских вояк от сохи…

Отсюда есть и пошло двоевластие в армии и на флоте сверху донизу от самого верха и до последнего комвзвода… С зубовным скрежетом боевые офицеры вынуждены были терпеть указания амбициозных, безграмотных и наглых недотёп и прохвостов из пьяных матросов, студентов-недоучек, уголовников и истерических девиц, ибо за их плечами стояло всевидящее око карающих органов… ЧК!

9 октября 1942 года в Красной Армии был отменён институт военных комиссаров. Ну и что? Зато были введены политработники сверху донизу, а «хрен редьки не слаще». Из кого они были? Из партийных функционеров, директоров и разных «председателеВ», вплоть до сельсовета. Всем им, знакомым с воинскими делами только по кинофильмам, присваивали высокие звания и бросали в действующую армию.

Так, например, стал полковником Л.И.Брежнев, единожды посетивший Малую землю, как бы – в командировке. Он сам высоко оценил свой подвиг и присвоил сам себе четыре геройских зведы! (Остаётся непонятным, как вообще можно быть «дважды» и более героем, как и иметь «два» и более высших образования? Это такой же нонсенс, как если бы Екатерина Вторая дважды возвела Александра Суворова в графское сословие! Весь двор сделал бы вывод: «Не иначе, как – спьяну»! )

Гитлер пристально следил за идейно близким другом Сталиным и много «полезного» перенял у него. Это и концлагеря (почин открыл добренький дедушка Ленин на Соловках для «идейно чуждых элементов»), и «заградотряды» Троцкого (ненадёжное воинство Гитлера, собранное со всей Европы: болгары, венгры, итальянцы, румыны, хорваты, чехи, испанцы и, наконец, – братья-славяне – «власовцы» «дрангу нах остен» предпочитали «драпу нах вестен», а посему за их спинами стояло варварское изобретение Троцкого – стрелять по своим! – «заградотряды» с пулемётами!). И – красные, кровавые знамёна у обоих с руническими знаками. У Сталина – сатанинский знак: пятиконечная звезда! И каждый красноармеец носил его на лбу! У Гитлера – знак плодородия: модернизированная лично им свастика (лучи креста повёрнуты в обратную сторону, по часовой стрелке!). А вот штрафные батальоны (для офицеров) и штрафные роты (для рядовых), это уже – пардоньте – Сталин «слизал» у своего молодого последователя и узаконил публичным Приказом №227 от 28 июля 1942 года – «Ни шагу назад»! Про тотальное стукачество и политическую слежку, про отношение к религии и подневольным народам, тут у них было – полное единомыслие и одинаковый подход к решению: «Нет человека – нет проблемы»! Гитлер также перенял у Сталина надзор за своими военноначальниками с помощью политической тайной полиции – ГесТаПо. (У Сталина ОГПУ! Объединённое Государственное политическое управление. Скромненько так: «Управление»! )

Юрий Феденёв – молодой человек с семитской внешностью: «курчавые» волосы, слегка навыкате глаза и немного вывороченные губы, в общении – рубаха-парень, с первых двух слов – на «ты», прошёл «Путь наверх» по обычной схеме и вынырнул из райцентра Калининградской области уже инструктором горкома комсомола. (Они с мамой даже выгодно махнули свою «двушку» в райцентре на «однушку» в «разбитках» Калининграда. Это, – когда в разбомблённом многоэтажном доме «врукопашную» отреставрировали одну-две комнаты, используя сохранившуюся «коробку» здания и кое-какие перекрытия.).

Надо сказать, что одиозная организация «Комсомол» существовала только в умах партфункционеров и статьёй значительных расходов в бюджете государства. Молодым людям она была глубоко чужда не только своими обязаловками и ограничениями, но и посягательством на свободомыслие, одежду, музыку и – кошелёк, наконец! Скрепя сердце, приходилось вступать, числиться и платить взносы ради одной-единственной бумажки, «комсомольской характеристики», в коей чёрным по белому должно быть прописано: «Партии Ленина-Сталина – предан»! (А по-хорошему, стоило бы изменить всего лишь первое слово: ПартиЕЙ»! ) И ещё одна «заслуга» этой квазипатриотической организации: лицемеры с лысинами тянули себе на подмогу лицемеров безусых и учили их жить двойной жизнью. Ярчайший пример иуды-провокатора со студенческой скамьи это Михаил Горбачёв. Он, стукач со ставропольским стажем, был назначен (у них это называлось – «рекомендован»! ) органами на пост комсомольского секретаря курса в университете и «сдал» немало своих сокурсников органам, как «космополитов» (слушали «Голос Америки», танцевали «Буги-вуги», жевали жвачку, одевались под «стиляг» и, самое страшное! – игнорировали комсомольские собрания). Такие еретики однозначно не только отчислялись из универа под разными предлогами, но и попадали в черный список КГБ на пожизненный «цугундер», как потенциальные шпионы и перебежчики в стан лютого врага – за железный занавес, в проклятый, загнивающий капитализм.

Генеральный секретарь ЦК КПСС, «политическая проститутка» (термин Ленина) Горбачёв в каждом городе склонял пятнистую башку у постаментов Сатане – Ленину не с бухты-барахты. Он мысленно клялся на крови идти путём Ленина: брать деньги у врагов и расплачиваться интересами России. А потом, ничтоже сумняшеся, лобызался с заклятыми врагами СССР: смотрите, я отрабатываю…

Правды ради, этот комсомольско-партийный иуда отмаливал свои грехи и стоял со свечкой в храме… Было и такое. Но Христосу он, наверное, тоже стал противен, когда получал 30 сребреников (в виде Нобелевской премии) за сброшенные задарма наши военно-стратегические интересы и имущество в Европе. И он от Горбачёва отвернулся…

Однако, до сих пор этот образцовый коммунист живёт на подачки у Запада и юзит задницей – мечтает вновь вернуться к утраченному корыту с дармовым пойлом.

Да, терпелив русский народ, в Америке Горбачёва давно бы прикончили.

Градообразующее предприятие города Калининграда – Управление экспедиционного лова (УЭЛ) в 1958 году получило с новостроя в Англии большой рыболовный траулер бортового траления «Окунь». Он был намного крупнее тех полтораста средних рыболовных траулеров (СРТ), которые уже бороздили Северную Атлантику от Фарерских островов и до Ян-Майена, от Норвежских шхер и до Исландии. Все эти СРТ ловили сельдь дрифтерными (плавными) сетями, которые затем выбирали (почти 4 километра!) вручную! Траулер «Окунь» для такой кустарщины не подходил. И его было решено послать на промысел окуня к берегам Канады, к острову Ньюфаундленд, где, по разведданным наших институтов мурманского ПИНРО и калининградского БалтНИРО имелись хорошие перспективы.

Юрий Михайлович Феденёв к этому времени уже вырос из комсомольских штанишек и околачивал груши при парткоме УЭЛа в качестве «свадебного генерала». Его держали, в основном, при штабе экспедиции в океане на плавбазе.: холостяк и шибко беспокойный. При парткоме излишне мельтешит, а в штабе, в океане – самый раз. «Пущай себе читает по микрофону лекции о международном положении и собирает с судов протоколы партсобраний! Всё – при деле, вроде!»

Штаб в океане, при экспедиции – это цыганский табор «прилипал». Кроме полезных людей, вроде синоптика, механика-наставника и наставника по добыче, там постоянно изображали полезность своего бытия ещё и: наставник по ТБ (технике безопасности), наставник по пожарной безопасности, инструктор парткома, профкома и… куда же без него – смотрящий (куратор!) КГБ! В парткоме даже не ломали голову: кого направить на «Окунь» в качестве первого помощника капитана! Ну, конечно же, – Юру Феденёва, он как раз здесь и фонтанирует своими прожектами, мутит воду в тихой, болотной заводи – в кабинетах парткома!

Вверху посредине – Юрий Феденёв. Под ним – автор. 1958 г. Кильский канал, ФРГ. Рейс – в Канаду.

Перво-наперво, Юрий Михайлович выпустил на «Окуне» фотогазету. Для этого он обошел всех по каютам и, панибратски, познакомился со всеми «за ручку».

Когда в кают-компании появился огромный разворот с фотками каждого «при деле» – всем это очень сподобилось: «Ценит!»

Юрий Михайлович ещё в комсомоле схватил у кого-то из старших очень веский постулат: «Для каждого человека нет ничего более важного в жизни, чем БЫТЬ ЦЕНИМЫМ! Кем? Да всеми: женой, детьми, начальством, друзьями, любовницей и даже собакой!». Многие супружеские пары, например, повязаны на всю жизнь не виртуальным, быстро излечимым, чувством-болезнью «любовь», а именно более надёжной привязанностью на основе: «ценить и быть ценимым». Которое, как правило, всего-то, рождается в сравнении…

Антон, незадолго получивший диплом штурмана дальнего плавания в 23 года, а это в то время значило многое, встретился с Юрием Михайловичем как старпом, а, стало быть, на равных. Что Ю. М. и подтвердил (каюты – дверь в дверь!), выставив бутылку коньяка с лимончиком и шоколадом: как у людей! Ну как после этого не зауважать такого хорошего человека, рубаху-парня? Ведь до «Окуня» Антону встречаться в работе с помполитами не приходилось, он работал на судах типа СРТ, где 26 «рыл» – сами себе помполиты и душеприказчики. А, как правило, они – ни в бога, ни в чёрта, ни в святую деву Марию…

В рейсе Ю.М. подтвердил своё реноме: он выходил на палубу в рокане и в буксах (проолифенные штаны и куртка) со шкерочным ножом в одной руке, с секундомером – в другой, «беломориной» в зубах и – начиналось представление за столом-рыбоделом, где две шеренги матросов и подвахты ловко шкерили (потрошили и обезглавливали) окуня. Юра, обсыпая (как всегда!) себя пеплом папиросы, одновременно пытался шкерить, говорить, хронометрировать, курить и заливисто смеяться над шутками и подначками со стороны команды у стола. Над Юрой потешались незлобливо, а он и не понимал разницы между морской подначкой и «полным серьёзом», Помощь его была не в количестве ошкеренных рыбин, а в той весёлой атмосфере, которой он разбавлял монотонную и утомительную многочасовую работу… Народ воспринимал Ю.М. как доброго и незлобливого чудака, зацикленного на своей миссии «нести народу веру в светлое будущее»…

Однажды, в кают-компании для комсостава за обеденным столом сидели стармех Афанасий и Ю.М.. Вошли старпом Антон и начрации Алексей. Садясь за стол, Алексей подмигнул Антону и, якобы, закончил начатый ранее разговор:

– Так ты видел, Антон, этот «Орион» пролетел прямо над мачтами?

– Он три раза пролетел над нами, в трёх направлениях, – пояснил Антон действительный факт облёта канадцами нашего судна.

– Так чего там в листовках, которые «Орион» сбросил на палубу?

– Да мне неудобно было спрашивать у матросов. Вроде как предлагают политическое убежище, – едва сдерживая смех ответил Антон, одним глазом кося на Ю. М.

Юрий Михайлович оцепенел. Потом резко бросил на стол ложку и со словами: «Что ж вы меня сразу не позвали!» выскочил из салона.

На палубе матросы прямо валялись от смеха, когда Ю.М. на полном серьёзе стал требовать «сдать ему все до единой листовки», сброшенные самолётом.

Начальник рации Алексей почти ежедневно устраивал в кают-компании концерты, разыгрывая Ю.М. на чём попало, что в голову взбредёт, абы его завести. Например, сидим молча обедаем, но что-то скучно получается. И тогда Алексей, наобум, кидает Юре вопрос:

– Михалыч, а правда, что Пиночет тайный коммунист, подосланный нашими кэгэбэшниками в Чили?

Юрий Михайлович, поперхнулся и его понесло. Он бросил ложку и развернул перед ухмыляющимися, откровенно потешающимися едоками полную политическую ситуацию, не только в Чили, но и во всей Южной Америке. Все уже пообедали и разошлись, а Юра всё продолжал трындеть вновь вошедшим с вахты. Те пожимали плечами и не могли понять, чего Юру так занесло в Южную Америку?

Но, что бы делала команда без Юры? Месяц на промысле – ладно. Там работа по 16 часов, а остальное – сон. На переход туда – тянучка в пол-месяца, но там – подготовка тралов. а на переходе домой, после адовой работы, чем заниматься?

Так вот Юра, корыстно используя свой статус работника парткома за время стоянки обеспечил судно неплохой библиотекой, набором кинофильмов и даже инвентарём «ДОСААФа» – малокалиберной винтовкой с пятьюстами патронами! Он каждую неделю перед фильмами закатывал лекцию, предлагая набор распечаток Общества «Знание» – на выбор. Свою каюту он превратил в цветную фотолабораторию. Прикроватная полка и полка над диваном БЫЛИ УСТАВЛЕНЫ винными и водочными бутылками с различными реактивами. Каюта, естественно, как всегда, – «на распашку», что и сыграло с Юрием Михайловичем, в дальнейшем, злую шутку.

За истекший 1958 год сделали 6 рейсов в Канаду и экипажу было присвоено высокое Звание «Экипаж коммунистического труда». Юра сиял, ведь, без смеха, в то время это «Звание» означало многое: премии, карьера, квартира и даже награды…

Однако, работа РТ «Окунь» на таком длинном плече – «за семь вёрст киселя хлебать» ТОГДА была признана нерентабельной и РТ «Окунь» был передан Мурманскому Тралфлоту. Команда была расписана по другим судам. Уходили все через каюту капитана Владимира Кутузова и первого помощника – Юрия Михайловича Феденёва, где были накрыты столики «а ля фуршет»: рюмка, объятья и хорошие пожелания вослед!

Юрий Феденёв был направлен на принятый с новостроя БМРТ и отправился в Африку.

Эпилог

А через год Антон узнал: Юрий Михайлович Феденёв был исключён из партии и уволен. Причиной быстрой расправы коллег стали два навета и мягкость характера. Писал положительные донесения и характеристики…

Первый навет поступил в партком УЭЛа от «стукачей» ещё с «Окуня» (Юра их «на дух» не переносил!), которые сфотографировали Юрину каюту, уставленную бутылками. Как ни божился Юра, что в бутылках – реактивы, осадочек остался… Тем более, что в парткоме знали о том, что Юра не был «язвенником».

Второй навет поставил точку в его карьере. Он был сфотографирован «стукачами» БМРТ (где он работал первым помощником капитана) спящим, на диване. Рядом стояла бутылка положенного по рациону питания «тропического» вина. На его казённых бежевых шортах (дело было в Африке), пониже спины, была намалёвана корявая надпись суриком «Слава КПСС!» Банка с суриком и кисточка лежали рядом.

…Говорят, что потом видели Юру в редакции рыбацкой газеты «Маяк», где ему, Григорий Фурман, по старой памяти, платил какие-то жалкие гроши, как внешкору, под чужой фамилией (друга Саши Рыжова). В добавление к маминой пенсии…

Однако, Юра не казался сломленным, Он всё также был весел и деятелен. А моряки зауважали Юру по-настоящему: из солидарности…

2. Дмитрий крылов

1955 год. Голландия. Порт Эймейден города Амстердам. На Нордензее Канале у пассажирского терминала Фелиссон мощные буксиры ошвартовали к причалу итальянский транс-атлантический лайнер «Андреа Дориа», прибывший из Нью-Йорка.. Длина – 212 метров, пассажиров – 1240 чел. Экипаж – 570 чел. Гремит музыка, развеваются флаги. На всех палубах радостные пассажиры машут руками…

Тут же, по корме супер-лайнера, без буксиров и без музыки швартуется «пассажир» под советским флагом. Это – наскоро переоборудованный СРТ – средний рыболовный траулер №216, в трюмах которого изобразили подобие многоместных кубриков для пассажиров – перегонных команд из Калининграда.

А утром в Амстердаме вышли газеты под «шапками»: «Борьба двух миров!» А ниже – развёрнутое фото: Супер-лайнер длиной в два стадиона, а под кормой – «букашка» с флагом СССР, – «пассажирский» СРТ 216! Ребята-перегонщики привезли эти позорные газеты в Калининград и вручили, кому следует…

А через год в Штральзунде, Германия, срочно построили три посыльных пассажирских судна, на 54 пассажирских места каждый – «Юг», «Восток» и «Зарница» и передали их Калининградскому Морскому агентству по перегону судов.

В 1959 году на ПС (посыльное судно) «Юг» направили 2-м штурманом Антона. На судне шла суматоха с расселением по каютам прибывших пассажиров – членов перегонных команд, следующих в Штральзунд на приёмку вновь построенных для Союза судов.

Хмурый, с печатью вселенских забот на руководящем челе, капитан Владимир Мазилкин, едва заглянул одним глазом в направление и на внушительный диплом Антона (штурман дальнего плавания!) вручил Антону копию судовой роли и пояснил задачу: всем начислить валюту, согласно прилагаемому штатному расписанию и Приказу.

Не менее хмурый, с постоянно брезгливым выражением лица, старпом Гавриленко поселил Антона в каюте по соседству с помполитом и добавил обязанностей: проверить наличие пассажиров на борту и доложить к отходу. Антон пересчитал всех пассажиров по головам: одного не хватало – моториста Виктора Чужинова. У борта стоял и курил давний друг Антона по прозвищу «Шнур». Антон пожаловался ему: «Через час отход в рейс, а одного „мотормана“ нет на борту!»

– Как фамилия?

– Да Чужинов, Виктор.

– Дак это – я и есть – Чужинов! Ха! Ха!

За пол-часа до отхода в каюту к Антону зашло ещё одно хмурое, словно невыспавшееся создание:

– Шешуков. Я – первый помощник капитана. Мы идём в заграничный рейс с незнакомыми людьми. Вас попрошу внимательно наблюдать за КОНТИНГЕНТОМ пассажиров. А в случае чего – дать мне «сигнал»., – процедил он не разжимая зубов.

– Какой «сигнал» я должен давать? И в каком таком «случае? («Господи, и откуда их берут, таких уродов?» подумал Антон), В Морагентстве случайных людей нет, – Антону стало понятно с кем он имеет дело…

Зашёл в каюту 3-й помощник капитана, Евгений Иванов, присел.

– Женя, как с такими работать будем? У них у всех видуха, как буд-то я им крупно задолжал. Они постоянно такие надутые индюки?