Академия Искр: Сердце Шторма

Глава 1

Глава 1. Девушка, притягивающая молнии

Я всегда знала: когда всё идёт слишком гладко — жди беды.

Но в то утро, стоя на краю плавучей платформы высоко над землёй, я ещё не догадывалась, что моя личная катастрофа уже вылетела из гнезда и пикирует прямиком на Академию «Око Бури». Вернее, на меня.

Ветер на высоте трёх тысяч футов пах озоном и солью — словно небеса мешали дыхание океана с предгрозовой сухостью. Платформа дрожала под ногами, хотя стабилизирующие кристаллы, вплавленные в золотистые перила, светились ровным бирюзовым светом. Вокруг толпились абитуриенты: шёлковые мантии, фамильные перстни, волосы всех мыслимых цветов радуги, — всё это кричало о деньгах, родословной и магии. Стихийной, эмоциональной, живой. Той самой магии, которую я никогда не чувствовала.

— Смотрите, это же Рейнхард Эшер! — взвизгнула девица с фиалковыми локонами, едва не толкнув меня плечом. Я вовремя отшатнулась, пряча инстинктивную дрожь в пальцах. Прикосновения я не любила до скрежета зубов — каждая случайная рука, каждый тычок отзывались внутри тошнотворной вспышкой паники. Спасибо, как говорится, моему тёмному прошлому.

— Говорят, его эмоциональный спектр — чистое золото, — подхватила вторая. — На вступительных он покажет бурю восторга, и его сразу возьмут на факультет Воздуха.

Бурю. Я усмехнулась про себя. Буря — это по моей части.

Рейнхард Эшер — высокий парень с волнистыми светлыми волосами и ленивой улыбкой — стоял у самого края, окружённый свитой. Он поймал мой взгляд и подмигнул. Я ответила ровным, ничего не выражающим лицом. Нет уж, дразнить фортуну сейчас не ко времени. Моя задача — просто пройти испытание. Поступить любой ценой. Потому что второго шанса у меня не будет.

Облачный корабль «Альбатрос», доставивший нас сюда, уже исчез в туманной дымке. Академия вырастала из грозовых облаков, будто ледяной замок из старых легенд. Парящие острова, соединённые хрустальными мостами, сияющие шпили, вонзавшиеся в вечно клубящееся небо, и купол — огромный мерцающий купол из чистой магии, удерживающий внутри саму бурю. Говорили, что «Око Бури» стоит в центре урагана, который не утихает уже пятьсот лет, и что каждый студент учится повелевать эмоциями, чтобы выжить в этой колыбели хаоса.

Я сжала лямку потёртого рюкзака. Мой багаж составляли: смена белья, запасная куртка, нож с костяной рукоятью — и аномалия, которую я таскала за собой всю жизнь. «Штормовой нуль». Так меня окрестили деревенские маги. Человек, в чьей ауре не теплится ни искры дара, зато вокруг которого всё ломается, трескается и взрывается. Я притягивала катаклизмы. И поступить в Академию эмоциональной магии с таким «талантом» — всё равно что попроситься в библиотекари, будучи огнедышащим драконом.

— Амелия Райт! — прозвенел металлический голос. Кристалл-регистратор у входа на первый мост завибрировал, высветив моё имя. Я вскинула голову.

Толпа расступилась. Взгляды прилипли к моей дешёвой куртке, к простым ботинкам на шнуровке, к волосам, затянутым в тугой хвост без единой магической заколки. Я привыкла к этим взглядам. Высокородные абитуриенты всегда чуяли чужака.

— Та самая, — прошептал кто-то. — Нулевая. Что она здесь забыла?

— Говорят, у неё письмо-приглашение от самого ректора Квинн.

— Невозможно. Ректор не приглашает пустышек.

Пустышек. Слово обожгло, но я сцепила зубы и шагнула на мост. Кристалл мигнул зелёным, пропуская. Под ногами загудело — мост был живым, сотканным из слёз радости и смеха, как объяснял справочник. Ступать по нему было мягко и жутковато.

За мостом раскинулась Центральная площадь Академии — огромный круглый двор, вымощенный плитами обсидиана. Посередине бил фонтан, но вода в нём текла вверх — струи поднимались в небо и растворялись в низких тучах. Серебристые здания с острыми крышами окружали площадь, а прямо передо мной возвышалась башня Экзаменаторов — чёрная, ребристая, похожая на застывший смерч. Там, внутри, решалась судьба каждого абитуриента.

Сердце бухало в рёбра. Я провела ладонью над левым запястьем — там, под тканью, белел старый шрам. Напоминание. Я не позволю себе провалиться.

Экзамен начался ровно в полдень.

Нас выстроили в длинной галерее. Каждому выдали браслет-идентификатор — тонкий серебряный ободок, считывающий эмоциональный отклик. Впереди, на возвышении, стояли пятеро магистров в серых мантиях и сама ректор Квинн. Высокая женщина с пепельными волосами, заплетёнными в сложную косу, и глазами цвета расплавленного серебра. Про неё говорили, что она способна прочесть эмоцию по одному биению пульса.

— Добро пожаловать, ищущие, — её голос звучал тихо, но долетал до каждого угла. — Сегодня вы покажете свою суть. Магия не подчиняется приказам. Она рождается из самого сильного чувства. Радость. Печаль. Страх. Гнев. Мы оцениваем не мощь, а искренность. Искра, зажжённая подлинной эмоцией, стоит больше, чем лесной пожар наигранной ярости.

Я смотрела на свои ладони. Подлинные эмоции? Их у меня хоть отбавляй. Но магия упорно не желала являться.

Первым вызвали того самого Рейнхарда Эшера. Он вышел в центр круга и широко улыбнулся. С него на глазах сошла маска ленивого богача — парень вдруг стал светлым, лучистым, как летнее утро. Он раскинул руки, и воздух вокруг зазвенел. Вспыхнули золотистые вихри, запахло полевыми травами, и над его ладонями заплясали крошечные фигурки птиц, сотканные из чистого восторга.

Толпа ахнула. Магистры переглянулись. Браслет Рейнхарда вспыхнул яркой лазурью.

— Прекрасно, Эшер, — одобрила ректор. — Факультет Воздуха ждёт вас.

Парень поклонился и, проходя мимо, снова мне подмигнул. Я не ответила. Зависть? Нет, скорее глухая тоска. Почему у всех получается, а у меня — только разрушения?

Следующей пошла та фиалковолосая девица. Она вызвала в себе печаль — настолько глубокую, что у меня защипало в носу. Слёзы потекли по её щекам, и вокруг расцвели прозрачные лилии, пахнущие дождём. Браслет засиял серебром. Факультет Воды.

Потом — парень с угрюмым лицом. Его гнев воплотился в языки пламени, которые он с трудом удержал в границах круга. Браслет полыхнул алым. Факультет Огня.

Шло время. Абитуриенты сменяли друг друга. Я ждала, с каждой минутой цепенея. Наконец прозвучало:

— Амелия Райт.

Тишина упала, как топор. Я шагнула вперёд, чувствуя спиной перешёптывания и ухмылки. «Нулевая». «Пустышка». «Интересно, она заплачет или рассмеётся?».

Магистр в серой мантии указал мне на центр круга. Я встала, сжав кулаки.

— Расслабьтесь, Райт, — произнесла ректор, и её серебряные глаза впились в меня. — Мы ждём вашу эмоцию. Любую. Самую яркую. Не сдерживайтесь.

Самую яркую? Да я всю жизнь только и делаю, что сдерживаюсь. Потому что как только даю себе волю — что-то ломается. В прямом смысле.

Я закрыла глаза. Дыши, Амелия. Вспомни радость. Ту, чистую, когда ты впервые увидела горы? Когда бабушка подарила нож? Нет, магии нет.

Попробуй печаль. Смерть родителей. Образы вспыхнули: ночь, крик, кровь. В груди сжалось до боли. Но пальцы не засветились. Браслет остался тёмным.

— Продолжайте, — подсказал кто-то из магистров.

Тогда я открыла глаза и посмотрела на зрителей. На их лица: кто-то хихикал, кто-то скучал, кто-то сочувствовал. И вдруг внутри взорвался гнев. Чистый, раскалённый, отчаянный. Почему я должна доказывать, что чего-то стою? Почему они имеют право смотреть на меня как на грязь?

— Довольно! — бросила я, сама того не желая.

И в тот же миг пол дрогнул.

Сначала — лёгкая вибрация. Потом толчок, от которого ахнули все. Магистры переглянулись. Но я не успела испугаться — на меня накатила волна освобождения. Пусть. Пусть всё рушится.

Стеклянный купол башни треснул с оглушительным звоном. Осколки посыпались вниз, но я стояла в круге, раскинув руки, не думая о последствиях. Я не колдовала — я просто была собой. А вокруг меня бесновался хаос.

Стены галереи пошли трещинами. Свечи в канделябрах вспыхнули и погасли. Чей-то браслет засвистел, перегруженный сигналом. Один из магистров вскинул руку, создавая щит, но щит распался искрами. Ректор Квинн сделала шаг ко мне — и замерла, потому что прямо посреди зала, в трёх футах от меня, в каменный пол ударила молния.

Самый настоящий разряд. Ослепительно-белый, с фиолетовым отливом. Он выжег в обсидиане дымящийся след и ушёл в землю, оставив после себя запах грозы.

Я стояла невредимая. Только волосы немного встали дыбом.

— Это… это невозможно, — прошептал магистр-экзаменатор. — Нулевой уровень, но…

В наступившей тишине ректор Квинн медленно приблизилась ко мне. Её серебряные глаза смотрели не с ужасом, а с холодным интересом.

— Вы свободны, Райт. Остальным — перерыв тридцать минут. Восстановите защитный контур.

Я открыла рот, но ректор уже ушла. Меня окружили абитуриенты: одни испуганно жались к стенам, другие сверкали возмущением. Рейнхард Эшер присвистнул:

— Ну ты даёшь, подруга. Я думал, меня гневом не удивить, но молния — это сильно.

Я не ответила. Меня била дрожь, но не от страха — от чего-то другого. От странной, почти наркотической эйфории, которая ещё гудела в крови.

И главное — браслет на запястье так и не засветился. Он по-прежнему был чёрным. Пустым.

Значит, магии во мне — ноль. Но тогда что это было?

---

Часом позже я сидела в кабинете ректора.

Помещение напоминало библиотеку и обсерваторию одновременно: стеллажи с фолиантами уходили под потолок, а сквозь стеклянную стену было видно, как за окном клубятся грозовые тучи. Квинн стояла ко мне спиной, глядя на бурю. Молнии играли в облаках, и казалось, она беседует с ними без слов.

— Вы понимаете, почему вас пригласили? — спросила она наконец.

— Потому что я разношу всё в щепки?

Лёгкая улыбка тронула её губы. Она повернулась.

— Ваш феномен известен уже двенадцать лет. Вспышки деструктивной энергии без эмоциональной окраски, без магического резонанса. Вы — ходячая аномалия, Райт. И эта аномалия либо погубит вас, либо станет ключом к чему-то совершенно новому.

Я смотрела на свои руки. Шрам на запястье чесался.

— Вы считаете, я смогу поступить? — спросила я хрипло.

— Я уже зачислила вас, — ответила ректор. — Но не на факультет. Вы станете ассистентом одного из лучших студентов академии. Посмотрим, сможет ли его… особенность уравновесить вашу.

— Ассистентом? — я вскинулась. — Прислугой?

— Нет. Якорем, — Квинн произнесла это слово так, будто пробовала на язык яд. — Только не говорите пока никому. Официально — помощник с особыми обязанностями. Вы будете сопровождать его везде, помогать с исследованиями. А он проследит, чтобы ваши «всплески» не разрушили академию до основания.

— И кто же этот счастливчик?

Ректор помолчала.

— Дамиан Блэквуд.

Моё сердце пропустило удар. Это имя я слышала даже в своём захолустье. Блэквуды — один из старейших родов, владеющих магией Подавления. Говорили, что они могут заморозить любую эмоцию, обратить в лёд любую магию. Сам Дамиан, старший сын, считался гением и ледяным принцем в одном флаконе. Высокомерный, замкнутый и смертельно опасный.

— Вы предлагаете мне стать нянькой для богатого сноба? — вырвалось у меня прежде, чем я прикусила язык.

— Я предлагаю вам шанс, — отрезала Квинн. — Или вы принимаете мои условия, или покидаете Академию немедленно. И тогда, боюсь, ваш дар уничтожения проявится в каком-нибудь людном городе. С непредсказуемыми последствиями.

Я сжала кулаки. Выбора не было.

— Я согласна.

Квинн кивнула и протянула мне серебряную пластину с гравировкой — пропуск в корпус Блэквуда.

— Комната сто сорок четыре, западное крыло. Явитесь завтра к восьми утра. И помните, Райт: держите эмоции под контролем. Дамиан терпеть не может хаоса.

Я взяла пропуск и вышла. В коридоре прислонилась к стене, пытаясь унять колотящееся сердце. Держать эмоции? Легко сказать. Особенно если меня приставят к тому, кто одним взглядом, говорят, гасит любую страсть.

---

Следующее утро началось с мелкого противного дождя и ощущения, будто желудок свернулся в узел.

Я надела самую приличную рубашку, натянула куртку и отправилась в западное крыло. Академия внутри напоминала живой лабиринт: коридоры извивались, ступени сами подстраивались под шаг, а двери иногда меняли цвет в зависимости от настроения идущего. Моя дверь сегодня была стального серого. Не слишком гостеприимно.

Комната 144 находилась на третьем этаже. Я постучала.

Тишина. Потом дверь распахнулась сама — без скрипа, без предупреждения. Изнутри пахнуло морозом.

Я вошла и замерла.

Передо мной стоял Дамиан Блэквуд.

Он был выше, чем я представляла. Чёрные волосы, длинная чёлка, падающая на ледяные глаза — такого синего цвета, что казались подсвеченными изнутри. Тонкие черты лица, острые скулы, жёсткая линия рта. Одет в тёмно-синий мундир с серебряными пуговицами, на плечах — знак факультета Льда: снежинка в круге. От него веяло холодом в буквальном смысле — температура в комнате была градусов на десять ниже, чем в коридоре.

— Райт, — произнёс он, не здороваясь. Голос — низкий, с ледяной крошкой. — Явилась.

— Как видите, — ответила я, стараясь не стучать зубами.

Он обошёл меня по кругу, рассматривая, словно экспонат. Я чувствовала его взгляд кожей — тяжёлый, оценивающий, без капли тепла.

— Мне не нужна обуза, — сказал он. — Но ректор настаивает. Поэтому слушай правила. Первое: ты не прикасаешься ко мне. Второе: ты не разговариваешь без разрешения. Третье: выполняешь приказы мгновенно. Четвёртое…

— А можно без четвёртого? — перебила я, не сдержавшись. — Я запомнила.

Дамиан остановился. Взгляд стал ещё холоднее, если такое возможно.

— Ты забываешься, Райт. Я не потерплю дерзости.

— А я не потерплю хамства, — парировала я. — Меня не спрашивали, хочу ли я быть вашим ассистентом. Так что давайте установим взаимный нейтралитет.

С полминуты он молча смотрел на меня. Потом в уголке его рта что-то дрогнуло — не улыбка, нет. Что-то вроде интереса. Хищного, холодного интереса.

— Хорошо. Тогда слушай первый приказ: возьми бумаги на столе и рассортируй по датам. Сегодня у меня важный эксперимент, и я не могу отвлекаться на бумажную волокиту.

Я кивнула и направилась к столу. Он развернулся, чтобы уйти в смежную лабораторию. И тут всё пошло не по плану.

То ли пол был скользким от инея, то ли собственная нервозность подвела, но я споткнулась. Прямо на пороге, зацепившись носком ботинка за металлический выступ.

— Осторож… — начал он, но договорить не успел.

Я полетела вперёд. Инстинктивно выбросила руку, чтобы схватиться за что-то. Этим «чем-то» оказалось его запястье.

Мои пальцы сомкнулись на ледяной коже Дамиана Блэквуда.

Мир взорвался.

Сначала — ослепительная вспышка. Бело-фиолетовая, режущая глаза. Потом — разряд, пронзивший меня от макушки до пят. Это было не больно. Это было… непередаваемо. Будто в жилы влили расплавленный свет. Я вскрикнула.

Он тоже. Его голос сорвался на низкий, удивлённый рык.

Вокруг нас засвистел ветер, хотя мы были в закрытой комнате. С полок посыпались книги. Лампа на столе лопнула, разбрызгивая искры. Воздух наполнился озоном и чем-то ещё — сладковато-горьким, как цветущая полынь. Я видела его глаза: расширенные зрачки, в которых плясали голубые молнии. Он смотрел на меня так, словно впервые увидел.

Мгновение растянулось в вечность. Я чувствовала, как его холод проникает под кожу, смешиваясь с моим внутренним штормом. В месте соприкосновения родилось тепло — жаркое, почти обжигающее, невозможное для Ледяного принца. Его пальцы дрогнули, сжались ответно.

А потом сила швырнула нас в разные стороны.

Я пролетела метра три и врезалась спиной в стеллаж. Дамиана отбросило к стене. Стекло в окне треснуло длинной извилистой молнией, повторяя рисунок настоящего разряда. На полу между нами чернела выжженная полоса.

Несколько секунд я просто лежала, хватая ртом воздух. Сердце колотилось где-то в горле. Прикосновение. Он ко мне прикоснулся. Вернее, я к нему. И меня не вывернуло паникой — было не до неё. Только этот немыслимый электрический разряд, перевернувший всё внутри.

Дамиан медленно поднялся. Его ледяные глаза метались от меня к собственной ладони. Он поднёс руку к лицу, сжал и разжал пальцы. На кончиках сверкнули искры — и погасли.

— Что… ты такое? — прошептал он. И в голосе не было холода. Только шок.

Я с трудом села. Голова кружилась.

— Сама хотела бы знать.

Дверь лаборатории распахнулась. На пороге стояла ректор Квинн. Когда она успела прийти? За её спиной маячили двое магистров.

— Конфликт стихий, — произнесла она спокойно, но в её серебряных глазах плескался триумф. — Я ожидала чего-то подобного. Блэквуд, Райт, вы оба целы?

— Вроде того, — выдавила я, поднимаясь.

Дамиан ничего не ответил. Он по-прежнему разглядывал свою ладонь с таким видом, будто она ему больше не принадлежала.

— Отлично. Тогда пройдёмте в лазарет. А потом мы обсудим новые условия вашего сотрудничества. Похоже, ваш резонанс гораздо сильнее, чем предполагалось.

Резонанс. Это слово тревожным колоколом отозвалось в памяти. Запретная техника. Кража силы через прикосновение. Я читала о таком в книгах, которые не стоило читать. Но там говорилось о вампирах, о смертельной опасности, о том, что резонанс уничтожает обоих участников.

Квинн уже вышла. Я повернулась к Дамиану. Он наконец-то поднял взгляд. Между нами по-прежнему висело напряжение — воздух буквально потрескивал.

— Ты что-то сделала со мной, — сказал он тихо, почти с обвинением. — Я почувствовал.

— Что именно? — спросила я, не узнавая свой голос.

— Тепло, — он выплюнул это слово как ругательство. — Я не чувствовал тепла десять лет. А ты… одно прикосновение — и всё горит.

Его глаза сузились, и я прочла в них не страх — злость. Дикую, обжигающую злость пополам с голодом.

— Что ж, Райт. Похоже, ты не просто обуза. Ты — бомба. И мы с тобой только что подожгли фитиль.

Он вышел, не дожидаясь ответа. А я осталась стоять посреди разгромленной комнаты, прижимая руку к груди, где всё ещё грохотало эхо того единственного прикосновения.

Первый день в Академии «Око Бури» только начался, а я уже успела превратить в руины лабораторию, разозлить Ледяного принца и, кажется, заиметь собственного магического якоря, связь с которым грозила стать чем-то куда более опасным, чем просто вступительный экзамен.

И знаете что? Впервые в жизни мне было плевать на разрушения. Потому что внутри меня, там, где раньше клокотала только пустота, теперь билась настоящая буря. И у этой бури было имя.

Дамиан Блэквуд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.