ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Глава

Этот мир придуман не нами, Этот мир придуман не мной. Леонид Дербенев

ВВЕДЕНИЕ

Современный мир напоминает дом сумасшедших, в котором человек потерял всякие ориентиры и возвращается к временам варварства. С одной стороны, нам внушают, что завтра на Марсе начнут яблони цвести, наступит век тотальной цифровизации, будет созданы искусственный интеллект, искусственные органы человека, и вообще человек почувствует себя счастливым и станет бессмертным!

С другой стороны, бесконечные войны, нарушения соблюдения общечеловеческих ценностей и насильственное внедрение демократии в развивающихся странах, новые санкции и террористические угрозы для развивающихся стран, не признающих гегемонию США в политике и экономике.

Психопатология – болезнь современного человека, но возможна ли психопатология целого общества? Еще как возможна! В ХХ веке половина населения Земли поверила в коммунистическую утопию, и мир стоял на грани катастрофы.

Американский научно-фантастический кинофильм «Матрица», авторы и режиссеры братья Вачовски, – это не выдумки фантастов, а отражение суровой реальности. Но удивительное существо – ЧЕЛОВЕК: он может смотреть кинофильм «Матрица» и не осознавать, что лишен самосознания, что сам он не принадлежит себе и является частью матрицы. Напомню, что, проводя исследования, Зигмунд Фрейд был удивлен неспособностью пациентов понимать значение своих воспоминаний, свободных ассоциаций и сновидений. Задача психоаналитика сделать психику человека более адекватной реальности. Осталось совсем немного: уточнить, что такое реальность в нашем виртуальном мире!

Как считает П. Штомпка, «в сфере общественного сознания всегда имели место определенные патологические явления. Когда мы говорим “патологические”, то имеем в виду, во-первых, ущерб или утраты в познавательном отношении, то есть распространение взглядов и представлений, упрощенных, схематических, односторонних и просто ошибочных, а во-вторых, вредоносные последствия для общества, – определенные идеи, вызывающие, например, социальное напряжение, конфликты и даже приводящие к разрушению общества. Как правило, оба эти обстоятельства выступают вместе»[1].

Глава 1. Существует ли демократия?

Современную демократию, по мнению автора, следует назвать тоталитарная демократия. Прошу извинить меня за такое странное название, тавтологию. Однако попробуем рассуждать вместе. Западная демократия, которая навязла в зубах и которую пропагандирует западная идеология, составляет основу современной цивилизации и является необходимым условием преобразования развивающихся стран. И вдруг находится какой-то ненормальный, который заявляет: А король-то голый, не существует никакой западной демократии! Как возможно такое? – Вполне возможно!

По мнению Н.С. Ефимовой, А.В. Литвиновой, «В социальной психологии влияние группы на индивида рассматривается как феномен группового давления или его называют феноменом “конформизма”. Само слово “конформизм” имеет в обычном языке совершенно определенное содержание и означает “приспособленчество”. На уровне обыденного сознания феномен уже давно зафиксирован в сказке Г.Андерсена о голом короле (И.С.Кон, 1967). Поэтому в повседневной речи понятие приобретает негативный оттенок… Искаженное представление о существующей действительности, о нравственных понятиях и предъявляемых требованиях»[2].

«Под патологией (от греч. рathos – страдание, боль, болезнь) понимается раздел медицинской науки, изучающей закономерности развития болезней и патологических процессов на основе данных анализа клиники, патологической анатомии, патологической физиологии, биохимии и др., а также отклонение от нормального состояния или процесса развития»[3].

По мнению Н.И. Ануфриевой и О.Б. Куприяновой, «термин “патология”, перейдя в социальную сферу, сохранил медицинское значение. “Социальная патология” означала отклонение от норм общественной жизни, которое имеет результатом рост заболеваемости. В частности, низкие доходы и, как следствие, недостаточное питание приводили к комплексу болезней, и потому такие условия жизни считались социальной патологией.

Впоследствии под “социальной патологией” стали понимать все виды ненормального поведения: коррупцию, преступления и прочее. Медицина здесь сыграла роль своеобразного мостика от индивидуального здоровья к здоровому обществу. Так, алкоголизм и наркомания, с одной стороны, – показатели индивидуального нездоровья конкретных людей и в то же время – негативных процессов в обществе, которые получили название “социальной патологии”. Наконец, “социальной патологией” стали считаться все состояния экономики и организации общественной жизни, которые не вписываются в общепринятые представления относительно демократической рыночной экономики.

При общем негативном отношении к ним определение их как патологий было вполне естественным. В последние годы категория “патологии” превратилась в аргумент при решении проблем в международных отношениях. Фиксация отклонений от нормы позволяла отнести ту или иную страну к “девиантам” или “изгоям”, что открывало путь для произвольных действий в отношении данной страны – от торговых ограничений до бомбежек и оккупации.

В медицине традиционное понятие нормы имеет смысл стандарта, идеального образца, однако в последнее время организм в ней стал рассматриваться как саморегулирующая биологическая система, в связи с чем появились иные трактовки нормы»[4].

По мнению автора, в международном праве понятие нормы, стандарта, идеального образца до сих пор широко распространено: естественные права человека. Поэтому ООН и Совет Европы считают, что для развития демократии в развивающихся странах достаточно введение свободных выборов и соблюдение норм естественных прав человека. В XXI веке США и Великобритания осуществляли цветные революции (проекты по свержению легитимной власти) в странах второго и третьего мира: Грузии, Украине, Ливане, Палестине и других странах. Однако часто такие революции заканчивались хаосом, разочарованием, возвратом к диктатуре или появлением несостоятельных государств.

В XXI веке произошли удивительные перемены в мире, он стал нестабильным, и все заговорили об однополярном мире, о мировом господстве США, о «Ссудном дне». Нельзя сказать, что ХХ век всех устраивал своей стабильностью: Первая и Вторая мировые войны, Великая Октябрьская революция, войны в Корее, Ливане, Лаосе, Вьетнаме, Камбодже, Иране, Панаме, Югославии и других странах; но были и позитивные моменты: создание ООН, международного права, постиндустриального и информационного общества, правового и социального государства. И все эти события происходили на фоне «холодной войны»: противостоянии США – гегемона мировой демократии и СССР – тоталитарного государства (империи зла). Создалась иллюзия, что существует РАЙ на Земле, в самой цивилизованной стране мира – США, американской демократии, стране удивительных возможностей человека.

Человек очнулся от гипноза после разрушения башен Всемирного торгового центра в США 11 сентября 2001 года, террористического акта, когда погибло 2751 человек, включая 157 пассажиров и членов команды на борту обоих самолетов.

Демократия или анархия в США? Существует миф: США – самое демократическое государство в мире? Внешняя политика США, согласно теории демократического мира, направлена на внедрение во всех странах мира определённой модели демократии. В таком случае можно было бы предположить, что в США с демократией всё в порядке, и решены внутренние проблемы в обществе. Однако события в США в 2017 году: выборы президента, демонстрации протеста против президента Трампа, снос памятников в ряде штатов сторонникам Конфедерации, участникам Гражданской войны 1861–1865 годов на стороне Юга, которые сопровождались беспорядками, актами вандализма, столкновениями между ультраправыми и их противниками, и другие события; свидетельствуют о том, что хвалёной американской демократии не существует! В США патология культуры и общественного сознания: агрессия граждан, разрушение государственности, несоблюдение законов гражданами и политическими деятелями страны, государственными структурами и спецслужбами.

«С. Хоффман как-то задал риторический вопрос: являются ли международные исследования американской социальной наукой? Обычно на него отвечают следующим образом: “Да, по крайней мере, последние пятьдесят лет”. Аналогичный вопрос напрашивается и в отношении политической науки. Доминируют ли американцы в этой отрасли знания? И ответ на него будет тем же: “Да, по крайней мере, – последние пятьдесят лет”. С точки зрения количества, разнообразия, а, по мнению некоторых исследователей – и качества работ, американские учёные, безусловно, определяли и определяют состояние политической науки во всём мире»[5].

По мнению Э.Я. Баталова, «на протяжении нескольких последних десятилетий после окончания Второй мировой войны Соединённые Штаты являли собой одну из главных точек роста мировой политической мысли и центр развития мировой политической науки»[6].

Глава 2. Познание мира и конструирование виртуальной реальности

Как считает С.А. Лебедев, «в структуре общей философии науки целесообразно выделять следующие ее основные разделы:

1) онтологию науки;

2) гносеологию науки (эпистемологию);

3) общую социологию науки;

4) культурологический анализ науки и научного знания;

5) аксиологию науки;

6) антропологию науки;

7) праксеологию науки.

Гносеология науки (эпистемология). Это основной раздел философии науки, изучающий науку как особый вид познавательной деятельности. Фундаментальной проблемой эпистемологии является вопрос о возможностях и границах научного способа постижения действительности» [7].

В настоящее время, наряду с научным знанием, признается существование мифологического, религиозного, художественного и других видов знаний, которые способствуют познанию окружающего мира и духовному развитию человека. Однако уровень развития знаний может давать реальную или искаженную действительность.

Важную роль в познании мира играет философия как система взглядов по общим вопросам бытия и мышления, познания и мышления. Уже в древности сложились два противоположных направления: идеализм и материализм. Наряду с противоположными направлениями в философии возникли два противоположных подхода к познанию мира: метафизический и диалектический метод.

Что общего между метафизикой и идеализмом? Метафизика и идеализм отражают односторонний подход к изучаемому объекту. Метафизика изучает объект или явление, исходя из их неизменности, а идеализм – идеальные стороны объекта или явления. В естественных науках идеализм в процессе познания отбрасывает несущественные элементы и строит идеальные модели (идеальный газ, упругий шар). В социально-гуманитарных науках идеализация объектов и явлений приводит к метафизике. Например: естественное право – идеальное, вечное, божественное право. Таким образом, метафизический идеализм представляет тождество идеализма и метафизики.

Источниками идеализма в Древнем мире послужили мифология и религия. По мнению Р. Барта, «функцией мифа является деформируемая реальность»[8].

Как считает А. Цуладзе, «миф имеет иррациональные корни. Его средой являются человеческие эмоции и чувства. Именно они питают миф. В мифологии зашифрованы переживания и опыт народа, её создавшего. Архитипы коллективного бессознательного кочуют из одной эпохи в другую, делая миф вечным спутником человечества»[9].

Кузьмитович Е.С. полагает, что «Миф выступает одним из древнейших проявлений духовной культуры человечества и вполне обоснованно определяется ее колыбелью. Он возник в архаические времена, задолго до появления письменности. В глубокой древности греки и римляне использовали мифы для объяснения процесса зарождения окружающего мира, сущности явлений реальной жизни, которые казались им непонятными и загадочными. Так появился миф о происхождении мира из безграничного и темного хаоса, мифы о многочисленных богах и героях, за которыми стояли фантастические представления об окружающей действительности. Ознакомление с ними позволяет утверждать, что архаические мифы − это мудрое коллективное творчество людей, основанное на чувственном, образном восприятии мира, с необычными обобщениями и значительным приобщением вымысла»[10].

Ограниченность научного знания. История наук – это драма человеческих судеб. И «охота на ведьм» в науке – это проблема вечная, и гонения ученых, которых даже сжигали на костре, было не только со стороны церкви и сильных мира сего, но и со стороны ученого мира. Дело в том, что как научное знание, так и сами ученые переживают различные этапы эволюции: борьба за признание, признание и слава, догматизм – попытки выдать знание за абсолютную истину и распространить на другие области знания, борьба с критикой и новым знанием, адекватная оценка научного знания и области его применения. Существует такой анекдот: величие ученого заключается в том, насколько лет он смог задержать науку. Можно добавить, что научная элита – люди особого рода, прежде всего, талантливые, однако не лишены тщеславия, зависти, часто не от мира сего, со своими представлениями о долге и морали. Что же касается драмы ученых и истории развития научного знания, то их можно отнести к детективному жанру.

Роль разума в социологии преувеличена. Человек творит мир, но он не осознает, не предвидит те последствия, к которым приводят его благие намерения. Разум не всегда является спутником прогресса. Так, попытка рационально организовать общество на основах «свободы, равенства и братства» закончились во Франции массовым террором, в котором погибли и противники, и сторонники просветительских идеалов. Разум человека ограничен, поэтому человек не только не способен планировать свое будущее, но и адекватно оценивать происходящие исторические события. Так, в период первой технической революции в Западной Европе известные философы пессимистично оценивали будущее западной культуры, говорили об умирании западноевропейской цивилизации как результата победы техники над духовностью.

Как считает В.Е. Захаров, «наука никому и ничему не должна. Наука существует для того, чтобы быть наукой. “Роза это роза, это роза, это роза”. Дайте этой розе расцвести, и остальное приложится. Наука будет производить знания, промышленность их исполнять. Но роза ‒ это живое растение. Её нужно поливать, подкармливать, охранять от заморозков. Наука тоже нуждается в уходе. Собственно, нужны только два условия: уважение к профессии ученого и адекватное финансирование»[11].

Однако другие ученые по-иному оценивают проблемы науки. «Так, Ю.А. Шрейдер усматривает корни тотальной идеологии, в основе которой лежит господство заданной идеи, реализация которой подчиняет себе всю жизнь общества, в утверждении приоритета теоретической идеи, претендующей на объективное знание, на “разумную истину”, над живым свободным личностным сознанием в полноте его мироотношения. [Речь идет об очень старой дилемме: “Знания важнее действительности” или напротив, “действительность, раскрывающаяся сознанию, выше любого знания о ней”. Эту дилемму можно представить еще и так: чему отдать приоритет – знанию, программирующему личность или личность (как онтологической реальности), свободно соотносящей знание с жизнью. (Шрейдер Ю. Сознание и его имитации// Новый мир. 1989. №11. С.247)]»[12].

Л. Февр полагал, что каждая из наук отвечает за собственную предметную область: так, например, психология изучает ментальные функции, а социология – социальные. «Психология с трудом высвобождается из пут философских словопрений и только-только вступает на твердую почву экспериментальных исследований. О социологии заговорили всего каких-нибудь сто лет назад, а в настоящую науку она превратилась и того позже. Что же касается дисциплин, которые за последние столетие выявились из перемешанных слоев Истории, то они еще попросту не успели обрести ”права гражданства”. Лишний повод, свидетельствующий о том, что нельзя упускать из виду ни одного из столь изменчивых аспектов жизни гуманитарных наук»[13].

Если наука, играет в развитии общества значительную роль, то, очевидно, возрастает ответственность ученых за последствия их научных теорий и путей преобразований человеческого общества. Причем, как можно предположить, задача науки должны включать замкнутый цикл: от научных теорий прогресса общества, до социальных, политических, общественных, социальных преобразований, до конечных результатов. К сожалению, зачастую ученые ограничиваются разработкой научных теорий, а неудачи преобразований общества объясняют просчетами политиков или низким сознанием народных масс.

Так, например, по мнению М.А. Розова и В.С. Степина, «не удивительно, что в наше время наука оказывается объектом ожесточенной критики, ее обвиняют во всех смертных грехах, включая ужасы Чернобыля, и экологический кризис в целом. Но, во-первых, критика подобного рода только косвенное признание огромной роли и мощи науки, ибо никому не придет в голову обвинять в чем-либо подобном современную музыку, живопись и архитектуру. А во-вторых, нелепо обвинять науку в том, что общество далеко не всегда способно использовать ее результаты себе во благо. Спички создавались не для того, чтобы дети играли с огнем»[14].

В древнем мире научное знание было единое, философия выступала как единая, нерасчлененная наука, она включала в себя все знания о мире и человеке, философы-материалисты были одновременно и естествоиспытателями. С расширением знаний, с разработкой специальных методов исследований единая наука древних, философия, разделилась на многочисленные отрасли. Возникло разделение труда между учеными: одни стали заниматься изучением растений, другие – животных, третьи – минералов, четвертые – небесных тел. И этот процесс не прекращается. На наших глазах рождаются новые науки.

Как считает В. А. Лекторский, «наука является важнейшим способом познания реальности, но не единственным. Она принципиально не может вытеснить, например, обыденное познание. Для того чтобы понять познание во всем разнообразии его форм и типов, необходимо изучить эти до-научные и вне-научные формы и типы знания. Самое важное при этом то, что научное знание не просто предполагает эти формы, но и взаимодействует с ними»[15].

По мнению С. С. Гусева, «развитие теоретического сознания, усложнение используемых методик, становление специализированных языков науки – все это постепенно размывало ее исходный демократизм. Надежды на достижение каждым ученым полного знания “обо всем” в конце концов, оказались иллюзорными. Представление о том, что благодаря науке люди расширяют свои знания о действительности, во многом являются мифическим. Бесконечное восхождение к новым и новым вершинам знания, о котором мечтали мыслители прошлого, сменилось ныне заботливым огораживанием локальных участков, на которых специалисты с помощью гарантированно надежных методов строят модели отдельных фрагментов реальности, не всегда представляя себе, каким образом их можно связать в целостную картину»[16].

Стихийное развитие общества. Дело в том, что в основе любой деятельности человека лежит ИДЕЯ или ПЛАН (Вначале было слово!). Существуют два направления развития общества: стихийное и сознательное. Более двух тысячелетий человеческое общество развивалось стихийно, причем развитие проходило медленно путем разрушительных войн, массовых уничтожений людей, наций, народов, гибели цивилизаций потому, что не существовало науки, не существовало личности, которая смогла бы заняться конструированием нового общества. Человек был лишен сознания и самосознания. Все изменилось после того, как наука начала декларировать, что именно она является движущей силой развития общества и его прогресса. Проекты науки стали попытками повернуть историю вспять: Великая Французская и Великая Октябрьская революции, девизом которых были: «Свобода! Равенство! Братство! В ХХ веке половина населения Земли строила светлое коммунистическое общество. Социальное равенство было основанием всех утопий. Так, религия предлагала равенство после смерти, а коммунизм всеобщее равенство на Земле.

Технологии конструирования виртуальной реальности:

o формирование метафизического мировоззрения;

o фальсификация истории – потеря связи с реальностью;

o игнорирование достижений культуры предыдущих поколений;

o методология – создание проектов виртуальной реальности;

o психология – психоманипуляция сознанием человека.

ДРЕВНИЙ МИР. Ф. Энгельс исследовал изменение форм брака и семьи в связи с экономическим прогрессом общества и сделал вывод о том, что распад родового строя возник в результате общественного разделения и повышения производительности труда, возникновения частной собственности, появления рабства и образования классового общества. «Государство есть продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила, которая бы умеряла столкновение, держала его в границах “порядка”. И эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство»[17].

Первыми государствами в Западной Европе были Афины и Древний Рим. В Древней Греции зародилась западная философия (Сократ, Платон, Аристотель). Как считает А.Ф. Лосев, «Платон − идеолог рабовладельческого общества. С небывалой до того времени решительностью Платон учил, что не идеи суть отражения материи, а, наоборот, материя есть отражение идей и ими порождается. Итак, философия Платона − это абсолютный идеализм, и сам Платон является его основателем в Европе»[18].

По мнению В.Н. Первушина, «Платон подчеркивает взаимоотношение бытия и становления не только в сфере чистого мышления, но и во внешнем мире – природе, обществе. Следует отметить, что Платон признает триединый идеал Блага (Красота, Справедливость, Истина), познание которого выступает предметом философии»[19].

Как можно объяснить философию Древнего мира и коллективное бессознательное населения? Дело в том, в это время происходило еще только зарождение индивидуального бессознательного у незначительной части людей, а поступки рабов определяло коллективное бессознательное. Что же касается религии, то она играла в Древнем мире и играет до настоящего времени роль неизменного источника культуры и знания о мире.

«Демократия была установлена в Афинах, позволявшая всем мужчинам, достигнувшим 20-летнего возраста, принимать участие принимать участие в государственной жизни города и голосовать за те или иные законы»[20].

Существует миф, что демократия существовала в Древнем Греции и Древнем Риме. Однако у автора возникает сомнение: была ли демократия в Древнем мире? Развитие Древней Греции и Древнего Рима продемонстрировало эволюцию общественного развития Запада: непрерывные войны способствовали стремительному взлёту Древней Греции и Древнего Рима, мировому господству и накоплению несметных богатств, паразитическому образу жизни патрициев и плебеев и кризису рабовладельческого общества, как неэффективного и неспособного к развитию.

Диалектический анализ:

Институты свободных выборов и представительства слоев общества в органах власти не являются признаками демократии, поскольку они всего лишь отражают общественное сознание людей, которое возможно еще не сформировалось или может иметь патологический характер.

СРЕДНИЕ ВЕКА. Столетия после падения Римской империи называют «темными веками». Однако, по мнению автора, Средние века были не такими уж темными. Какова роль религии в конструировании реальности в Средние века? Во-первых, религия была основой культуры и развития общества, мощным регулятором государств, и задачей церкви, как института государства, была защита власти короля, частной собственности и контроль духовной жизни миллионов людей, тем самым религия оправдывала существование на Земле социального неравенства, взамен обещала равенство всех людей и райскую жизнь после смерти. Таким образом, церковь была необходимым институтом государства. Во-вторых, отношения короля с церковью были неоднозначными, и соперничество и столкновения церкви и светской власти происходили постоянно. Борьба короля с церковью за формирование светского государства наиболее успешно была в Англии в период Реформации и создания англиканской церкви. В позднее Средневековье развитие государств в Европе ускорилось благодаря международной торговли, рождению городов и мануфактурного производства, рыночной конкуренции, накоплению капитала купцов и ростовщиков.