Возможно ли Новое Возрождение

§ 2. Исторический метод как связь с реальностью

Человеку в истории была незнакома реальность: искажению реальности способствовали мифология, религия и наука. В Средние века искажению реальности служили мифология и религия, однако общество развивалось благодаря неявному знанию и преобладанию стихийного над сознательным. Ученые Нового Времени положили начало сознательному конструированию виртуальной реальности, которое благодаря “научному” знанию привело к потере связи с реальностью, преобладанию сознательного над стихийным развитием общества и отказу от эволюционного развития общества.

Задача исторического метода исследований состоит в проверке соответствия общественных научной теории РЕАЛЬНОСТИ. Дело в том, что если в естественных науках любая научная теория должна быть доказана экспериментально, то в науках проверка соответствия научной теории реальности вызывает сомнение, поскольку её результат реализации занимает целые столетия.

Смысл истории заключается, как ни странно, в анализе и адекватной оценки прошлых исторических событий, без которых невозможно формирование научного знания в других социально-гуманитарных науках: политологии, государства и права, социологии, культурологи, психологии. Фальсификация истории в Новое время послужила началу конструирования виртуальной реальности, началу кризиса общества, отсутствия научного знания в социально-гуманитарных науках.

§ 3. История науки как история её понятий

По мнению Е.В. Ушакова, «В ходе научного продвижения приводит к пересмотру изменяются и понятия науки. Ведь понятия соответствуют текущему, достигнутому наукой уровню знаний и представлений. Будучи результатом пройденного периода развития, понятие является концептуальной опорой и инструментом для дальнейшего движения. Рост научного знания приводит к пересмотру содержания используемых понятий, к переопределению сферы их применимости. В итоге может потребоваться переход к новому понятию. Поэтому динамика науки включает в себе траекторию сменяющих друг друга понятий. В некотором смысле история науки есть история её понятий»[22].

Важную роль в исследованиях объектов и явлений в социально-гуманитарных науках играют категории, термины, понятия и определения, однако в настоящее время они носят метафизический, идеалистический характер. Например, свобода, равенство, демократия, общественный договор, право, конструирование реальности. Они, как правило, представляют собой утопию, т.е. конечную цель эволюции общества. Большинство ученых считают ценности достижением социально-гуманитарных наук, несмотря на их метафизический, идеалистический характер. Считается, что ценности носят исключительно положительный характер. Однако гуманизм к животным может стать антигуманизмом к человеку, а гуманизм к преступникам – антигуманизмом к правопослушным гражданам, поэтому гуманизм и социальная справедливость приобрели в истории негативный характер.

Таким образом, важным этапом формирования научного знания является создание категорий, терминов, понятий и определений, которые имеют диалектический характер.

Психоанализ:

1) Необходимость смены мировоззрения вызывает необходимость отказа от понятий и ложных теорий;

2) Понятия должны иметь диалектический характер и отображать современные требования человека и общества;

3) Причем вместе с ложной научной теорией из практики должны устраняться и старые понятия; Например: государство − общественный договор − метафизическое определение государства; демократия − власть народа − метафизическое определение демократии; право − вечное, неизменное право, результат прошлой деятельности законодательной власти − метафизический характер.

§4. Психоанализ как метод взаимосвязи эволюции психики и творчества, культуры, общества

Бессмысленно отрицать важную роль религии и идеологии в формировании религиозного фанатизма и экстремизма, ложного представления о путях развития цивилизации, и, как результата, неадекватного поведения людей. В середине ХХ века предрекали закат капитализма, были популярны идеи создания общества конвергенции, и половина людей на земном шаре строила социализм.

Человек рождается, воспитывается, получает образование, адаптируется в социальной среде и одновременно загружается программами (культура, правила поведения, мораль, правовые нормы). Можно ли сказать, что существует свобода выбора и поведение человека не детерминировано? Нет! Поступки человека в значительной степени детерминированы программами поведения (культурой), и можно сказать, что человек – зомби, а матрица – культура, нормы поведения.

Биологические, психофизиологические факторы, наследственно обусловленные особенности психики человека противостоят превращению личности в робота, препятствует превращению человека в простого исполнителя ценностных установок социальной среды.

И все же человек, несмотря на его индивидуальные особенности психики, является отчасти роботом или зомби. Его сознание ограничено культурой, ценностными установками той социальной среды, общества, в которых он воспитывается и живет. Так, человек, воспитанный в странах Западной Европы, не воспринимает не только ценности, но и поведение, образ жизни представителей другой, восточной культуры. И наоборот, представители стран Востока не воспринимают ценности западной культуры.

Как полагает О. В. Мартышин, «психоанализ в широком смысле слова есть теория и метод, имеющие дело с бессознательными процессами человеческой психики (основатель – З. Фрейд). Главной особенностью открытого Фрейдом (1856-1939) метода было сведение социальных законов к законам природы, индивидуального к коллективному сознанию (в человеческом обществе, в коллективной психике действуют те же механизмы, что у отдельного человека). Метод психоанализа применим ко всем сферам человеческой деятельности. Применяя метод психоанализа, последователи Фрейда стремятся установить взаимосвязь психики людей и их политико-юридической деятельности. Следует иметь в виду, что психоанализ строится на ряде аксиоматических допущений, имеющих далеко не однозначное толкование. Вследствие такой специфики результат психоаналитического исследования носит, как правило, очень приблизительный характер. Применение психоанализа дает наиболее плодотворный результат в сочетании с другими методами»[23].

Что же объединяет людей на Земле? Неадекватность мировоззрения, отсутствие сознания и самосознания, агрессивность. Так, излюбленная тема писателей ‒ фантастов, встреча человека Земли с пришельцами. В качестве примера, можно привести фильм режиссера Люка Бессона «Властелин колец». Вывод писателей ‒ фантастов однозначен: мы не только не готовы к встрече пришельцев, но всякий контакт с представителями других цивилизаций может быть губительным для человека и жизни на Земле. Зачем нужен контакт! Получение новых технологий? Чрезвычайно опасно для жизни на Земле! Дело в том, что научно-технический прогресс на Земле опережает общественный прогресс, поэтому овладение новых технологий, значительно опережающих уровень общественного сознания, может привести к негативным последствиям.

Вопрос: применим ли психоанализ для исследования социальных групп и целого общества? Вполне! Поступки, как отдельного человека, так и социальных групп не могут быть объяснены только сознанием и логикой, поскольку это только один из трех уровней мышления. Поэтому для успешного управления социальными группами необходимо исследование бессознательного, играющего решающую роль в выборе поведения некоторых социальных групп и даже целого общества. Чтобы управлять человеческим обществом, необходимо прогнозировать поступки человека, их мотивацию, поскольку незнание модели поведения приводит к ошибкам в управлении, к противоположному результату, вместо ожидаемого. Хотелось бы отметить, что выбор поведения может происходить на уровнях сознания, предсознательного и бессознательного. На мой взгляд, поведение человека на уровне бессознательного недостаточно изучено.

По мнению П.П. Гайденко и Ю.Н. Давыдова, «метод психоанализа возник из практики лечения душевнобольных, по отношению к которым врач считает себя лучше понимающим их состояние, чем они сами его понимают. Последним основанием этого права на это является то, что он – нормальный человек, а они – больные. Но на каком основании он может применять этот метод к другим нормальным людям? Для этого может быть только одно основание: убеждение в том, что они тоже больны. Но тогда понятие болезни оказывается перенесенным из сферы медицины в сферу метафизики, и самым главным, но и самым трудным делом, оказывается, доказать, на каком основании психоаналитик считает себя здоровым. Вопрос, как видим, перемещается в метафизическую сферу, а лечение в этом случае оказывается социальной терапией, в конечном счете – лечением общества в целом»[24].

Как считает П. Штомпка, «в сфере общественного сознания всегда имели место определенные патологические явления. Когда мы говорим «патологические», то имеем в виду, во-первых, ущерб или утраты в познавательном отношении, то есть распространение взглядов и представлений, упрощенных, схематических, односторонних и просто ошибочных, а во-вторых, вредоносные последствия для общества, – определенные идеи, вызывающие, например, социальное напряжение, конфликты и даже приводящие к разрушению общества. Как правило, оба эти обстоятельства выступают вместе»[25].

Задачей науки является достижение объективных, истинных знаний. Генератор знаний – ученый, который является субъектом в производстве не только собственных знаний, но и критике и интерпретации знаний других ученых. Достижения науки зависят от того, насколько ученый может объективно оценивать не только других ученых, но и собственные знания. И, наконец, главное в процессе научного познания является постоянная критика, пересмотр и отказ от прежних знаний и создание новых научных теории, изменение мировоззрения.

В связи с этим уместно привести высказывание К. Хорни из книги «Невротическая личность нашего времени», где она излагает свою теоретическую концепцию: «Поскольку большинство из моих интерпретаций отличается от фрейдовских, некоторые читатели могут спросить, являются ли они психоанализом. Ответ зависит от того, что считать главным в психоанализе. Если принимать под психоанализом все до одного положения, выдвинутые Фрейдом, тогда то, что представлено в этой книге, не есть психоанализ. Если же считать, что основные идеи психоанализа заключаются в определенной системе взглядов относительно роли бессознательных процессов и путей их выражения, а также в определенной форме терапии, с помощью которой эти процессы доводятся до сознания, то тогда то, что я представляю здесь, является психоанализом»[26].

Что мешает ученому эффективно творить и чем может помочь психоанализ в процессе творчества:

1. Настойчиво преодолевать неосознанные архетипы в бессознательном, результатом которых являются пристрастные позиции ученых, ангажированность, подверженность религии и идеологии, и которые не позволяют критически оценивать происходящие явления и приводят к неадекватному мировоззрению.

2. С помощью волевых усилий сдерживать чувства и эмоции, которые, с одной стороны, являются энергией и компенсатором в процессе творчества, а с другой, к неадекватным представлениям, как, например, неизменным попыткам создания идеального общества, в основе которого гуманизм и доброта, равенство и справедливость, свобода и братство.

3. Критически относиться к идеям Разума, абсолютным идеям и идеальным конструкциям общественного устройства, не имеющим связи с реальной динамикой общественного развития и пытающим повернуть историю общества вспять.

4. Активно использовать рефлексию в научном познании: в критике научных теорий и позиций ученых, в процессе формулировки своих задач и методов исследований, вербализации новых теорий.

§ 5. Моделирование эволюции знаний, человека и общества

Бинарные оппозиции – основа диалектического метода. Автор предложил использовать бинарные оппозиции для исследования эволюции научного знания, человека и общества. Бинарные оппозиции: стихийное – сознательное, равенство – неравенство, рационализм – эмпиризм, насилие – свобода, диктатура – демократия, закон – прецедент и др.

§ 6. Метод проверки научности знаний

По мнению автора, с учетом взаимосвязи социально-гуманитарных наук можно говорить о философии гуманитарных наук, и применять единую методику исследования (принцип научности) различных направлений как права, так и других гуманитарных наук, предложенную автором:

1) первичность материи или духа;

2) познаваемость научной теории;

3) метафизический или диалектический характер;

4) продукт сознания или бессознательного (разума или веры);

5) научная теория или утопия, эклектика;

6) отношение к прогрессу, критерий эффективности теории;

7) характер мировоззрения.

Следует признать взаимную связь философии и социально-гуманитарных наук, и если, как считают ученые, социальная философия не носит научный характер, то социально-гуманитарные науки также не могут иметь научный характер. Этим объясняется, что до настоящего времени не выработано критерия научности теорий, признаваемого большинством исследователей.

Глава 3. Теория познания

§ 1. Проблемы эволюции знаний

Как сказано выше, что до настоящего времени ученые так и не смогли разделить методологию естественных и социально-гуманитарных наук и переносили методологию естественных наук в социально-гуманитарные. Это вызывает существенные трудности формирования нового знания.

Как считает Е.В. Ушаков, «в гуманитарных науках труды классиков играют значительно большую роль для работающих ученых (и в процессе образования), чем классики естествознания и их оригинальные работы – для современных естествоиспытателей. Так, современная социология продолжает существенно опираться на работы М. Вебера, Э. Дюркгейма и Г. Зиммеля, вновь перечитывая их и переосмысливая их основополагающие идеи. Иными словами, в гуманитарных науках ее традиция является более актуальной, чем в естествознании. Какие элементы наследуют сменяющие друг друга теории? Как бы ни различались старая и новая теории, они никогда не являются совершенно изолированными друг от друга. Формирование новой теоретической системы всегда происходит на платформе старой. Можно утверждать, что принципиальная преемственность научного знания вообще является важнейшей чертой научной динамики.

Прежде всего, необходимо подчеркнуть преемственность самого импульса научного продвижения. Новая теория принимает эстафету от старой, наследует сам ее вектор, нацеленный на новые приложения, новые области явлений и вопросы. Хотя подобная преемственность может быть описана преимущественно качественно, она должна рассматриваться как сущностная для научного познания. Научное продвижение – это “устойчивость движущегося велосипеда”, что многократно подчеркивал К.Поппер. Сохраняющаяся преемственность самой новационной направленности – это главный фактор преемственности научного знания. Новая теория (и, шире, новая парадигма) заимствует у старой ее “момент движения”, она вырастает из ее проблем, из ее достижений и, даже в большей мере, из ее неудач (как это было хорошо показано Куном)»[27].

Диалектический анализ:

1.Заявление о преемственности науки об обществе должно было бы сопровождаться развитием научного гуманитарного знания по восходящей прямой, как это наглядно прослеживается в естественных науках, однако история философии и гуманитарных наук опровергают это утверждение. Так, отправным пунктом философии Конта является отвержение «метафизики» и отождествление познания с научно-исследовательской деятельностью. Феноменология возникла как критика историзма и психологизма в философии. Представители экзистенциализма, философского направления, сформировавшееся в 20-е годы ХХ века, выступили как представители антисциентизма в философии и критики позитивизма, которые, по их мнению, свели ценности культуры исключительно к научному познанию.

2.Преемственность оказывает различное влияние на развитие естественных и общественных наук. Да, действительно, преемственность существует в естественных науках, новое возникает на основе старого, преодолевает ограниченные возможности прежнего знания и не перечеркивает прежние понятия и теории, а лишь ограничивает границы действия прежнего знания.

По-другому в общественных науках, преемственность в которых ведет к возрождению ложных научных теорий Средневековья, эпох Возрождения и Просвещения: концепции «возрожденного» естественного права, неокантианские и неогегельянские концепции философии права. Исследования по философии и истории наук посвящены исключительно заслугам ученых и преемственности науки. Например, считается, что русские ученые Бердяев и Соловьев внесли большой вклад в науку в ХХ веке. Вместе с тем трудно найти критику научных исследований Бердяева и Соловьева, придерживающихся религиозного мировоззрения. И это в ХХI веке, поэтому вызывает сомнение декларация различия научного и религиозного мировоззрений.

3. Эволюция научного знания происходит параллельно с эволюцией общества, как общество развивается от простых форм к более сложным, так и научное знание представляет новые научные теории и более сложные модели развития общества. Причем синхронность развития научного знания и общества представляется весьма неоднозначным. Как должна развиваться наука: отражать реальное развитие общества или опережать и прогнозировать дальнейшее развитие общества? Можно с уверенностью сказать, что попытки планировать дальнейшее развитие общества, как сложной развивающейся системы, ведут к его деградации и созданию тоталитарного общества.

4.Что касается современного состояния научного знания, по мнению автора, оно неадекватно современному развитию общества. Современное научное знание переполнено не только ложными теориями, но и мифами, религией, утопиями. Если задачей науки является общественный прогресс, то вполне логичным было бы разделить научные теории на прогрессивные, способствующие развитию общества, и реакционные, способные привести его к деградации повернуть развитие общества вспять. В истории наук не подтверждается утверждение К. Попера о том, что прогресс научного знания состоит в последовательной смене одних ложных теорий другими теориями, тоже ложными, но ближе стоящими к истине. Так в Средние века религиозное мировоззрение на Западе, несмотря на метафизическое представление о развитии общества, опирающееся на насилие, мораль и зомбирование народных масс, было прогрессивным направлением в предыстории науки и способствовало формированию государств. По мере развития общества в эпохи Возрождения и Просвещения религия стала реакционной. В то же время в эпоху Нового времени научные теории Г. Гроция, Т. Гоббса, Дж. Локка, Ж.-Ж. Руссо были изначально реакционными, поскольку так и не смогли преодолеть метафизическое представление о развитии общества и попытались повернуть историю общества вспять.

5. Бесконечные попытки возрождения старых реакционных теорий и утопий с приставками «не», «нео», «пост» говорят о неадекватности общественного сознания.

Миф: преемственность – необходимое условие развития науки.

Как полагает В.С. Нерсесянц, «в общем процессе прогресса философско-правовой мысли момент новизны тесно связан с моментом преемственности. Новое (новое понятие права, новая теория, новая концепция и т.д.) здесь, как и везде, возникает лишь на основе старого (всей совокупности прежних знаний о праве) как познавательно более глубокая, более содержательная и более адекватная форма постижения и понимания права и государства. И новое понятие права как метода познания не перечеркивает прежние понятия права и соответствующие теории, а преодолевает ограниченные познавательные возможности и границы прежнего понятия и вместе с тем удерживает его теоретико-познавательный смысл и итоги. Тем самым новое понятие права сохраняет научно значимые результаты предшествующей философско-правовой мысли и на новом, более высоком уровне познания развивает их дальше с более глубоких теоретических позиций и в более широком и адекватном смысловом поле и контексте»[28].

По мнению М.А. Розова и В.С. Степина, «необходимо учитывать, что жесткая демаркация между науками о природе и науками о духе имела свои основания для науки в XIX столетии, но она во многом утрачивает силу применительно к науке последней трети ХХ века… в естествознании наших дней все большую роль начинают играть исследования сложных развивающихся систем, которые обладают “синергетическими характеристиками” и включают в качестве своего компонента человека и его деятельность. Методология таких исследований таких объектов сближает естественно-научное и гуманитарное познание, стирая жесткие границы между ними»[29].

Г. Лебон утверждает, что «идеи, правящие учреждениями народов, претерпевают очень длину эволюцию. Образуясь очень медленно, они, вместе с тем, очень медленно исчезают. Ставши для просвещенных умов очевидными заблуждениями, они еще очень долгое время остаются неоспоримыми истинами для толпы и продолжают оказывать свое действие на народные массы. Если трудно внушить новую идею, то не менее трудно уничтожить старую. Человечество постоянно с отчаянием цепляется за мертвые идеи и мертвых богов…не во власти философов изъять из обращения идеи, выпущенные ими в мир, когда они убедятся в их ложности. Как вышедшая из берегов река, которую не в состоянии удержать никакая плотина, идея продолжает свой опустошительный, величественный и страшный поток»[30].

Как следует из приведенного выше высказывания Лебона, причины преемственности идей заложены в психологии людей, в его коллективном бессознательном. По представлениям психоаналитика Карла Густава Юнга, «коллективная бессознательность – особый класс психических явлений, в котором заключен инстинктивный опыт человечества. Наиболее глубоко лежащий слой, в который мы можем проникнуть в исследовании бессознательного, – это то место, где человек уже не является отчетливо выраженной индивидуальностью, но где его разум смешивается и расширяется до сферы общечеловеческого разума, не сознательного, а бессознательного, в котором мы все одни и те же»[31].

В отличие от общественного сознания, создаваемого идеологией и средствами массовой информации, коллективное бессознательное – это неосознаваемая реакция общества на происходящие социальные процессы и явления. Коллективное бессознательное включает то общее индивидуальное бессознательное человека, которое характерно для большинства социальных групп общества и которое содержит прошлый опыт человека.

Коллективное бессознательное включает чувства и переживания людей по отношению к историческим событиям, особенно в переходный период от одной экономической формации к другой, поэтому не могут оцениваться объективно. Так, например, известные философы Макс Вебер, Фридрих Ницше, О. Шпенглер пессимистично оценивали будущее западной культуры. В этой связи весьма симптоматично название труда О. Шпенглера «Закат Европы», в котором обосновывается тезис об умирании западноевропейской цивилизации как результата победы техники над духовностью.

Нейтральность исследователя.

По мнению Е.В.Ушакова, «если в естествознании исследователь занимает четкую, хорошо структурированную позицию в отношении объекта (позиция наблюдателя, экспериментатора и др.), то в гуманитарной науке ученый сам является частью той социогуманитарной реальности, которую он намеревается изучать. Его связи с ней являются столь же многочисленными, что в некотором смысле исследователь оказывается не “внешним” наблюдателем, а “внутренним” участником единой системы “исследователь – исследуемое”. Этот фундаментальный акт проявляется разнообразными способами и на разных уровнях, создавая множество методологических сложностей в социогуманитарных исследованиях. Он дает о себе знать уже в исходных установках исследователя. Например, то, что проводимое исследование общественной жизни само является частью общественной жизни, сказывается в виде невозможности обеспечить максимальную экономическую независимость исследователя. Ведь тот, кто финансирует исследование, ограничивает как минимум выбор исследовательских тем.

Далее, здесь действуют ограничивающие факторы политической, административной, национально-культурной природы. В лучшем случае исследователь сознает эти ограничения как источник смещения его точки зрения. В худшем – он будет неосознанно (или даже осознанно) занимать пристрастную позицию, проводить свои личные убеждения в конечный результат исследования. Понимание этой глубокой зависимости исследователя от социальных реалий отражается в виде постоянной критики самих гуманитарных проектов – их ангажированности, подверженности идеологиям, зависимости от конъюнктуры. Эта проблема, как уже говорилось, остается достаточно острой. Стремление к максимально возможной рациональной позиции с учетом недостижимости идеальной нейтральности исследования – такова общая стратегия борьбы с данным комплексом трудностей. Иными словами, необходимо, учитывая неустранимую пристрастность и субъективность исходной позиции исследователя, стараться делать ее максимально научной»[32].