Записки доктора Тихонина. Одержимость и метаморфозы

«Очень странные вещи»

Шел 2017 год. Ранним, августовским утром известный психиатр, Тихонин Тихон Алексеевич просматривал бумаги в кабинете, после обхода пациентов своей психиатрической лечебницы, в предместье Парижа. Он пытался найти черновики своих переводов с итальянского, истории его давнего пациента, Бутадеуса. Осмотр одного, из вновь поступивших к ним больных, не только поразил его воображение, но и живо напомнил ему некоторые детали мемуаров Бутадеуса. Этим больным был юноша, по имени Джакобо. В лечебницу его привезла бабушка. Она тревожилась за него и боялась, что он может умереть от непонятного ей голодания и обуревавшего его страха. По ее словам, Джакобо был нормальным парнем. В настоящее время он учился в Сорбонне и помогал ей в ее магазинчике. Он вырос в родном городке его отца, в Испании, недалеко от Пиренейских гор. Этим летом Джакобо отдыхал у родителей и, поскольку с ранних лет увлекался спелеологией, то дни и ночи проводил в поисках и исследовании пещер. Когда он, неожиданно, вернулся с каникул, бабушка, едва, узнала его, таким он стал худым, осунувшимся и пугливым. Он начал спать при зажженном свете, целыми днями сидел дома, иногда прятался в кладовке и перестал принимать какую-либо пищу. Бабушка Джакобо знала о докторе Тихонине со слов своей соседки, сына которой этот чудо-психиатр не только излечил от наркотической зависимости, но и помог найти подходящую ее сыну работу. Понаблюдав за поведением внука в течение трех дней, она почти силой принудила его поехать с ней в лечебницу Тихонина.

Тихон Алексеевич, подойдя к Джакобо, поймал его взгляд полный невыразимой муки и отчаяния. На все его вопросы парень отвечал односложно и избегал встречаться с ним глазами. Тихон Алексеевич попытался применить свои способности проникновения в мысли людей, для этого ему пришлось напрячь всю свою волю, но он сумел увидеть то, что так тревожило молодого человека. Он попросил пациента снять больничную пижаму и увидел на его предплечье еще незажившие следы нескольких, глубоких укусов. Тихон Алексеевич попросил медсестру принести пакет с донорской кровью. Он открыл пакет и дал Джакобо, тот с недоверием и опаской посмотрел на врача, но, почувствовав запах крови, схватил пакет и за минуту осушил его. После этого юноша преобразился: глаза его заблестели, а кожа порозовела. Он со стыдливым смущением спросил Тихона Алексеевича:

– Что со мной происходит, доктор?

– Ничего особенного, вашей кровью питался бессмертный «вампир», и теперь вы тоже вечно молодой кровопийца.

– Вы шутите?

– Нет, я, как никогда, серьезен. И я хотел бы услышать, где и как вам удалось встретиться с ним.

– Единственное, что я помню, это как я забрался в пещеру полную летучих мышей, и как меня потащила вверх невидимая сила. Затем, я очнулся на тропе, недалеко от шоссе, ведущего в город. Меня одолевала слабость, и я с трудом добрался до остановки автобуса. Дома ночью мне стало совсем худо, я то и дело просыпался от кошмарных видений, в которых меня кусал громадный, полупрозрачный, мохнатый паук. Рано утром, следующего дня я собрал вещи и, не попрощавшись с родителями, уехал в Париж. Сразу по приезде, я уже не мог находиться на солнце, и меня начал раздражать шум, доносящийся с улицы. Вид пищи вызывал во мне отвращение. Бабушка уговорила меня поехать к вам.

– Хорошо, отдыхайте. Теперь вы сможете поесть и нормальную пищу.

Тихон Алексеевич ничего не сумел найти в бумагах, в кабинете больницы. Ему пришлось перерыть весь книжный шкаф у себя дома, пока, наконец, он не достал толстую, амбарную тетрадь с историей жизни Бутадеуса, проклятого бессмертием за свое бессердечие к идущему на казнь мессии. Между страницами он нашел записку от Бутадеуса с адресом его проживания. Тихон Алексеевич написал Бутадеусу письмо, ответ на которое последовал только через год. Жена Бутадеуса Ангелина извинялась за задержку с ответом, так как письмо Тихона Алексеевича по ошибке сначала было отправлено в Аргентину, и поступило к ней только сейчас, в августе 2018 года. В своем письме она сообщала, что Бутадеус скончался в феврале 2018 года. Просьбу Тихона Алексеевича о помощи его пациенту Ангелина передала Сандро Конте, и тот обещал сделать все возможное, но предупредил о том, что это могло занять много времени.

Дальнейшие события, записанные им по своим воспоминаниям и со слов всех участников, Тихон Алексеевич, по возможности, расположил в хронологическом порядке и систематизировал. Результатом его усилий стала история о вещах странных и таинственных.

План «Феникс»

В 1957 году, в Испании, в одном из ресторанов Барселоны, встретились два человека. Один из них выглядел как богатый, молодой бездельник, а второй как уставший от жизни, бывший священнослужитель. Сделав заказ, они помолчали немного, и молодой спросил старого:

– Почему падре, вы так хотели со мной встретиться, что даже оплатили мой билет из Берна в Барселону?

– Не заблуждайся, я не священник, это мой телесный костюм. Ты имеешь счастье видеть перед собой воплощение бога Сета. Джакобо, ты один из последних носителей крови созданных мной человеко-мышей, к тому же великий, бессмертный колдун. Ты мне нужен, в качестве моего главного помощника.

– Спасибо, за доверие. Мой Лорд, можно задать вам вопрос?

– Конечно.

– Почему вы выбрали себе такое дряхлое тело?

– У меня не так много сил для поддержания видимости и телесности. Ты должен знать, что силы богов берутся из психической энергии верующих в них. Если не остается ни одного верующего бог умирает, причем, в отличие от человека, он не попадает в рай или ад, или в чистилище. Его уделом становится самое унылое и безрадостное существование в окрестности останков своих человеческих ипостасей. Поскольку моя телесная оболочка была сожжена, я был свободен от поводка, привязывающего меня к месту захоронения, и я должен был погрузиться в бездонное, черное небытие, называемое забвением. Именно там я и находился бы последние три тысячи лет. Но моя любимая сестра Исида, которая владела колдовскими чарами, посоветовала мне, сделать как можно больше кулонов с моими волосами, вплавленными в янтарь. С помощью этих кулонов я мог наблюдать за тем, что происходило в мире после моей гибели. Большинство из этих кулонов теперь уже пропало, но много просто затерялось. Те три кулона, которые я подарил родоначальникам созданного мной племени человеко-мышей оставались в целости и сохранности до середины 17 века, когда одна из повелительниц, созданного мной племени гибридов родила бессмертных детей и обрела бессмертие сама. С этого времени, я уже мог общаться с низшими божествами и бесами, и управлять ими. Вместе с увеличением числа ее потомков, для меня увеличивались шансы на возвращение в мир живых. Когда ты сжег последних трех бессмертных гибридов, ты, к счастью для меня, заменил их той, укушенной тобой проституткой Катрин. Помнишь, как ты хотел найти ее на следующий день и выяснил, что ее квартира сгорела вместе с ней. Это я позаботился о твоей безопасности. Знаю, потом ты всегда был осторожен, и кровь из своих жертв добывал только с помощью кровопускания. Кстати, Катрин до сих пор служит мне верой и правдой, я кормлю ее свиной кровью, а она занимается моим домом. Тело, в котором находится сейчас мой дух, я позаимствовал у умирающего протестантского священника.

– Подозреваю, что это вы внушили мне мысль создать тайное общество поклонников Сета. Эти люди нужны вам, чтобы вы смогли вселяться в их тела.

– Нет, я не хочу вселяться в человека, я хочу родиться обыкновенным образом от бессмертной пары. Я знаю, что в начале правления династии Цин, ты был лекарем в одной из провинций Китая, и знаю, что ты извлек готовую к оплодотворению яйцеклетку бессмертной девы сяньнюй, для опытов по достижению бессмертия. Ты тогда надеялся подарить своему другу Змею потомство, но у тебя не получалось переносить в младенцев самое существенное – духовную субстанцию волшебного существа, и ты решил сохранить бесценный носитель божественной жизни для будущего. Я знал, что ты великолепный врачеватель, но и ты не смог бы сохранять эту яйцеклетку живой в течение столетий. По моему приказу, мой помощник выкрал ее у тебя и с тех пор она находится в специальном, волшебном сосуде. Мне оставалось раздобыть мой генетический код, а для этого необходимо было найти, хотя ничтожную часть останков моей плоти. Попытки извлечения моих волос из янтаря приводили к их уничтожению. Моим помощникам пришлось обыскать все гробницы Древнего Египта и, наконец, в обители упокоения царицы Нефертари, в одном из разбитых каноп они обнаружили кусочек шкуры пантеры, в облике которой неблагодарные сородичи-боги меня сожгли. Из этой материальной улики, подтверждающей факт моего существования, я извлек субстанцию, хранящую наследственную информацию о моей божественной природе.

Половина того, что мне нужно, у меня есть, вторую часть предоставишь мне ты. Надеюсь, ты готов пожертвовать своим бесценным семенем для возрождения твоего бога?

– Безусловно, мой Лорд, но нам для этого потребуются лаборатория и инструменты, и, главное, суррогатная мать.

– Об этом не беспокойся. Катрин не будет возражать против вынашивания ребенка. К твоему приезду в моем замке все будет готово. Ты заклинанием введешь Катрин в состояние анабиоза. Сам извергнешь свое семя в стерилизованный сосуд и отдашь мне. Вопрос возрождения очень, очень деликатный: моей божественной «жизненной силе» или, говоря современным языком, моей ДНК, придется подвергнуть твое семя аллелогонии, то есть подселить в твои сперматозоиды божественные хромосомы, почти нематериальных паразитов с закодированной в них генной программой открытия канала связи с вселенскими ресурсами энергии. Следующим шагом будет чтение соответствующего заклинания, и введение готовой субстанции из твоей спермы и моей божественной сущности с помощью шприца в яйцеклетку сяньнюй. Затем оплодотворенную яйцеклетку необходимо будет поместить в матку Катрин. Все это нужно сделать очень аккуратно, любая ошибка может привести к непредсказуемым последствиям. Если все получится, то родившийся младенец уже в возрасте семи лет станет живой ипостасью меня. Но мне придется руководить его воспитанием лет до тридцати-сорока, божественные создания развиваются медленнее

– А если не произойдет оплодотворения?

– Нам придется раздобыть яйцеклетку Амалии, дочери бессмертного Эльфа. Рано или поздно это удастся. Исиде удалось родить Гора от мертвого Осириса, а затем возродить самого Осириса, значит и мне должно удастся воплотиться в живом и бессмертном теле.

– Скажите, а эта аллелогония не повлияет на мое естество посредством симпатической магии?

– Ты очень умен. Безусловно, после проведения этой процедуры ты будешь жить, как бы находясь под воздействием анестезии. В отличие от лекарственной анестезии, атрофия твоих чувств будет для тебя благом. Ты сможешь достичь вершин в своем ремесле, так как будешь получать от людей все, что тебе нужно, и при этом не будешь испытывать по этому поводу никаких эмоций. В моей жизни был случай, который показал мне, насколько тяжелы последствия неуправляемой игры чувств. Во времена сражений с моим племянником Гором, раненым, я попал на остров, который был населен одними женщинами. Надо сказать, я всегда был страстным любителем женщин, и чтобы не развести множество неблагодарных потомков сделал себя бесплодным. В этом племени красивых женщин, из-за крайне редкого рождения у них мальчиков соблюдались правила, напоминавшие законы, царящие в пчелином рое. Приютившая меня женщина была одной из многих, занятых в обслуживании правительницы и ее мужей, ведущих праздный образ жизни. Царица и ее придворные дамы каждый год должны были приносить потомство от тех нескольких мужчин, главным занятием которых было удовлетворение плотских желаний господствующих женщин. Самые красивые и молодые мужчины обслуживали царицу. Эти мужчины жили в роскоши и безделье, от этого, скорее всего, их природа слабела, и с каждым годом мальчиков рождалось все меньше.

Большая часть племени женщин трудилась на сельскохозяйственных полях и скотоводческих фермах, занимались шитьем одежды, приготовлением пищи, уборкой и стиркой. Лучшее из произведенных продуктов поставлялось во «дворец» для повелительницы, ее мужчин, ее фрейлин и их детей. Однако такую жизнь царица могла вести лет десять, пятнадцать, затем, более молодые, придворные дамы убивали ее, и самая сильная из них становилась очередной главной «мамой» всех детей рода. Обычные сверстницы царицы и ее придворных дам никогда в жизни не испытывали радостей любви и материнства. Мне это показалось не справедливым, и я, вернув себе, способность к зачатию, начал отвечать горячей взаимностью на любой призывный взгляд, любой женщины этого племени. У большинства женщин, обласканных мною, начали рождаться младенцы, причем одни только мальчики. Через девять месяцев, когда царица узнала об этом, было уже поздно, количество моих сыновей превышало количество всех рожденных во дворце за время ее правления дочерей. Это привело к противостоянию между царицей и преданными ей придворными, с одной стороны, и всем остальным племенем, с другой. Самый молодой фаворит царицы требовал, чтобы всех, неправедным образом, появившихся младенцев уничтожили. В ответ женщины племени, вооружившись вилами и батогами, разнесли дворец, и разогнали всю знать. Царица сумела сбежать с молодым фаворитом. Придворные дамы присвоили себе ее, оставшихся без присмотра, мужей. Дочерей царицы оставили жить в том же царском интернате, где они и жили. Я собирался стать царем, мне хотелось участвовать в жизни своего многочисленного потомства, но злобная, властная парочка подкараулила меня, и молодой «альфонс» вогнал кинжал в мое сердце, он не подозревал о моей неуязвимости перед смертными. Это было последнее, что он попытался сделать в своей жизни «быка-производителя», я растерзал его на глазах царицы. Но, красота этой женщины свела меня с ума. Я вернулся с ней во дворец, и объявил себя новым царем, а ее сделал своей царицей. Я продлил ее молодость еще на сто лет за счет ее способности к деторождению. Я был счастлив. Жители острова благоденствовали, на нем полностью восстановился баланс между количеством мужчин и женщин. Но царица, эта коварная красотка, не забыла страшной гибели своего прежнего любовника и свое прежнее полновластие. Она обратилась к старой колдунье, которая рассказала ей, как она сможет от меня избавиться. С течением времени и появлением большого числа мужчин, на острове стало рождаться много детей, и острову начало грозить перенаселение. Мои поданные стали строить лодки, чтобы осваивать территории ближайших к ним островов. Однако царица отправляла экспедиции не на острова, а на поиски моего племянника Гора, который, в конце концов, получил весточку от моей неблагодарной жены, и явился на мой процветающий остров с войском. В результате кровопролитной войны мой остров обезлюдел, а Гор лишил меня сначала правой ноги, а затем моей мужественности, отрубив гениталии. Я обратился в пантеру, но Гор настиг меня, посадил в клетку и привез в Египет на судилище богов. Эти неблагодарные свиньи, всегда искавшие моего расположения, желая спасти свои божественные привилегии, приговорили своего бывшего повелителя к смерти. С меня, еще живого, Гор содрал шкуру и носил ее в качестве символа своей победы, а я был сожжен.

– То есть, не только дела людей не приносят долгосрочных результатов, но и дела богов. Повторение грустной истории – «ничто не вечно под Луною». Однако мой Лорд, мне бы не хотелось влачить бесчувственное существование вечно.

– Не волнуйся, как только я открою моему человеческому прототипу «третий глаз», то есть доступ к божественному могуществу и власти, ты станешь прежним.

– Мой Лорд, а если к будущему носителю вашего божественного величия получит доступ бессмертный дух другого бога, он сможет возродиться в нем?

– Разумеется, богов от людей отличает не только вечно юное тело, но, главное, наличие мощного, дополнительного канала связи с бесконечным хранилищем энергетических и информационных ресурсов вселенной. Обычные люди могут быть только временными аватарами для высших сущностей. Поэтому я и прибегаю к такой сложной процедуре. Твой генетический код бессмертного сможет слиться в симбиозе с «божественным паразитом», и затем развиться в полноценного носителя информационно-энергетичской матрицы бога.

Предательство

Процедура, задуманная Сетом, прошла успешно, единственное, что удивило лекаря, что Катрин оказалась девственницей. Он спросил своего господина:

– Мой Лорд, это вы вернули Катрин невинность?

– Нет, Джакобо, она была непорочна. В тот день, когда ты ее встретил, был ее первый день работы в качестве проститутки. К этому занятию ее склонила женщина, поселившаяся в квартире этой бедной, осиротевшей девушки, представившись ее дальней родственницей. Сгоревшее тело этой «благодетельницы», нашли полицейские, приняв его, за труп Катрин. Кстати, именно, из-за ее страха и неопытности, она поранила руку, а ты не смог сдержать своего голода, увидев капли, свежей, чистой крови.

– И вам, мой Лорд никогда не приходила в голову мысль соблазнить ее, она ведь привлекательная девушка. Прошу прощения за дерзость, но вы сами говорили, что вы большой любитель женщин.

– Именно, женщин, а не напуганных, юных девушек. Я как мог, заботился о ней, с моей помощью она получила экономическое образование, и стала моей домоправительницей. Юридически она моя жена, но после смерти тела священника, в котором я сейчас обитаю, она останется вдовой и станет моей, пусть и суррогатной, но матерью.

Через девять месяцев лекарь, вызванный им из Берна, принимал роды Катрин. Сет в это время встречался с представителями могущественной организации, занимающейся охраной окружающей среды и благотворительностью, но, в действительности, ответственную за разжигание конфликтов в странах третьего мира, и торгующую через подставные фирмы оружием.

Роды прошли спокойно. Катрин находилась в зачарованном состоянии с момента помещения в ее матку оплодотворенной яйцеклетки и до момента, когда лекарь привел ее в чувства. В этом ее состоянии Сет мог полностью контролировать распорядок ее дня и отслеживать проблемы со здоровьем. Когда она очнулась после девяти месяцев беспамятства и увидела, рожденного ею младенца, Катрин была счастлива, как никогда в жизни. Лекарь позвонил Сету и сообщил радостную весть, но он утаил от него и Катрин, что она родила двойню. Это были два здоровых мальчика один красноватый и совсем лысый, а второй белокожий, с шевелюрой черных волос. Лекарь, как всегда, столкнувшись с проблемой выбора, начал испытывать некоторые опасения. Хотя все его эмоции теперь были приглушены, и он смотрел на происходящее с ним как бы со стороны, тем не менее, страх за свою жизнь оставался достаточно осознанным. Поэтому он, при виде второго младенца, обладателя шевелюры, тут же, введя его в состояние магической комы, спрятал в свою походную сумку, с которой прилетел в Барселону. Он пробыл еще неделю в замке вместе с Сетом, который теперь выглядел не как старик, а как пожилой, но здоровый мужчина. Сет и Катрин вполне могли сойти за счастливую семейную пару, искренне радующуюся долгожданному ребенку. Лекаря же, изображавшего преклонение и восхищение перед своим господином, терзала неотступная мысль о том, что все его жизненные силы теперь уходят на поддержание бодрости дряхлого тела бывшего священника, хранящего в себе дух Сета. Мало того, он подозревал, что Сет, даже войдя в «аватара», продолжит высасывать из него жизненные соки, как делают все боги всех времен и народов с их адептами.

Лекарь, в тайне от Сета, вывез второго младенца из Испании в Швейцарию. Он считал, что у него есть все основания для этого, так как младенец, был его биологическим сыном. В Берне он отдал младенца в лучший детский приют, где ему дали имя, которое удивило лекаря. Руководительница этого заведения назвала вновь поступившего младенца Грегором Хорусом. Лекарь, поначалу не испытывавший отцовских чувств, тем не менее, принимал участие в жизни своего отягощенного божественными атрибутами сына. Он посещал приют раз в месяц и, будучи невидимым, наблюдал, за тем как рос Грегор. Увидев его первые, неуверенные шаги и гордое выражение на его личике, Джакобо почувствовал, как будто комок застрял в его горле: его дитя было таким доверчивым и беззащитным. Он был бы рад усыновить его, но он боялся привлечь внимание Сета, и потому оставался его анонимным покровителем. Когда ребенок подрос, лекарь пристроил его в самую дорогую, закрытую школу. Джакобо искренне радовался успехам своего отпрыска, слушая хвалебные отзывы учителей. Он оказал спонсорскую помощь университету, в котором его сын получил право на бесплатное обучение. В этом престижном учебном заведении Грегор изучал историю и археологию, и так преуспел в этом, что после успешного окончания учебы занял вакантное место преподавателя на кафедре археологии.

Летом 1987 года к лекарю вернулась острота чувств и свежесть восприятия. Это случилось, когда он сидел в парке на скамейке, неподалеку от открытого кафе. Он как будто впервые увидел голубизну неба, яркую зелень листвы деревьев, уловил запах кофе и аромат марципановых пирожных. Лекарь понял, что Сет возродился к жизни. Вернувшаяся чувствительность поначалу заставляла его, чуть ли не ежеминутно, восторгаться всем, что его окружало. Он захотел открыться сыну, но тот оказался в далекой научной экспедиции, где-то в Перу. Ему показалось даже, что он влюбился в одну из своих пациенток. Однако с течением времени эта обостренная чувствительность вошла в свои обычные пределы. Лекарь опять обрел свой критический взгляд на происходящие с ним события, и только при встрече с Ангелиной и Амалией он вновь обрел остроту восприятия, и свежесть чувств. Им овладело неконтролируемое сознанием желание овладеть одной из них или ими обоими. После того, как он сделал выбор в пользу Ангелины, он стал, одержим ею, потерял бдительность, и потому оказался запертым в магической клетке Сандро Конте.

Благополучная жизнь семьи Тихониных

Поместье, в котором проживало семейство Тихона Алексеевича и Изабеллы, находилось в живописном уголке пригорода Парижа. Район был респектабельным и спокойным. Тихон Алексеевич вместе с Изабеллой, сыном Томасом и дочерью Моникой в выходные дни любил работать в саду. Его жена и дочь занимались разведением роз, а он с сыном уходом за деревьями и выращиванием лекарственных трав. После того как их сын, Томас в 2018 году получил степени магистра микробиологии и генетики, он стал реже появляться в родительском доме, он был увлечен своей работой. Он даже переехал в квартиру, расположенную недалеко от его места работы: исследовательской лаборатории, спонсируемой университетом, который он окончил сразу с двумя магистерскими степенями.

В отличие от него, Моника не стремилась к научным открытиям, ей хватало осознания того, что она приносит пользу людям, изготавливая лучшие торты в районе. Она, окончив экономические курсы, вместе с двумя ее подругами, открыла небольшую кондитерскую, в которой можно было не только заказать торт на вынос, но и выпить чашку кофе или чая с пирожными, и вкуснейшими сдобными булочками. Изабелла каждое утро наведывалась в заведение дочери попить с ней чаю, поскольку Моника исчезала из дома «ни свет, ни заря». Тихон Алексеевич и Изабелла тайно гордились своими детьми, такие они были у них разумные и деловые. А обе бабушки, уже почившие, считали, что по внешней привлекательности их внук и внучка не уступают голливудским звездам. В общем, жизнь была счастливой, полной нормальных забот и хлопот.

Летом 2018 года кондитерскую Моники стал часто посещать молодой, привлекательный мужчина. Этот незнакомец из-за потертых джинсов, дорогущих часов, футболки и кроссовок производил впечатление богемного прожигателя жизни. Он заказывал черный кофе и читал газеты, но подруги посмеивались над Моникой, они были уверены, что он появляется здесь только из-за нее. Моника отмахивалась от их шуток, но, иногда, ей тоже казалось, что незнакомец старается незаметно наблюдать за ней. Хотя она сильно сомневалась, что могла привлечь внимание модного «пижона». В один из воскресных дней, когда незнакомец, как всегда, читал свою газету, к ним в кафе заглянул ее брат, Томас. Моника радостно приветствовала его. Они вместе сели за столик пить чай с громадными кусками шоколадного торта, которые им принесла Люси, одна из подруг Моники, симпатизировавшая Томасу. Моника посмотрела на худое, небритое лицо своего брата и спросила:

– Когда ты в последний раз отдыхал?

– Не помню, но сегодня мне, кажется, я заслужил этот кусок пирога. Одна из мышей с внедренным геном плоского червя осталась жива после инъекции смертельного яда.