Сошедшие с Небес

– Тихо! – быстро сказала я.

Нас услышали. Груда металла направилась в нашем направлении. Его тяжелые шаги были все отчетливее. Робот вошел к нам за занавеску и стал прислушиваться. Лапой он взялся за деревянную перегородку и оставил на ней шипящие следы от разъедающей серной кислоты. Поверхность сильно дымилась и издавала неприятный удушающий запах. Все замерли в ужасе. Мне было так страшно, что я пыталась не дышать, чтобы ничем не привлечь его внимание.

– Только бы он ушел, – с надеждой мечтала я.

Со зрением у этого железного медведя дела были все еще плохи. Это не могло не вселять в нас надежду, что мы останемся незамеченными. Как нам стало ясно, он ловил импульсы от движения. Остальные функции, пока что только устанавливались. Его интересовало все, что шевелилось, а также любые шумы. Хорошо еще, что не активирована его функция сверхчувствительного ультразвука. Тогда бы нам точно несдобровать.

Неожиданно робот схватил меня за руку и начал сжимать. Я испытала дикую боль. Еще немного и кости начнут ломаться, хорошо, что он не использовал силу. Я стиснула зубы, но не крикнула. Сейчас я приготовилась умирать. Скоро робот выпустит кислоту из ладони и оставит разъедающие кожу ожоги. Вдруг в душевой что-то загремело. Это одна из девушек зацепила ногой металлическое ведро. Медведь резко остановился и разжал когти. Это послужило мне спасением. Монстр резко вышел и быстрым шагам проследовал в душевые. Раздался жуткий женский крик. Все поняли, что девушке с рыжими волосами не спастись. Я очень хотела помочь ей, но остановила себя, прекрасно понимая, что ничего не смогу сделать против этой машины, лишь только стану еще одной жертвой. К тому же мы не были с ней дружны и, если бы, там находился близкий мне человек, я уверена, что бросилась бы на помощь готовая погибнуть.

Тем временем оттуда раздавались нечеловеческие крики, но никто так и не решился выйти. Ком застрял в моем горле, а слезы медленно потекли по щекам совершенно беззвучно. На моем лице не было никаких признаков сожаления, о душевном состоянии говорили лишь слезы. Факт того, что я не могу помочь ей сжигал меня изнутри, но я ничего не могла поделать с этим. После череды душераздирающих криков, женский голос стал слабеть, пока не стих вовсе. После этого железная машина для убийства зашумела тяжелыми шагами, вышла из душевой и направилась в ремонтный цех, именно туда, где находилось все необходимое ему оборудование. Никто не смел пошевелиться. Коллектив лишь тихо прислушивался и старался дышать, как можно тише. Необъятный ужас полностью овладел коллегами. Неожиданно на груди медведя справа от центра загорелась какая-то красная лампочка и раздался монотонный, противный писк, напоминающий сирену. Вдруг все услышали сильное потрескивание, а затем увидели, как робот что-то пытается припаять к себе. Из детали посыпались искры и запахло жженой резиной. Он открыл броню на груди, из которой валили сильные клубы дыма. Видимо, что-то пошло не так. Похоже, робот получил сигнал о пополнении каких-то ресурсов и сейчас пытался устранить этот недостаток и больше не нуждаться в дополнительных затратах. Мне сразу пришла в голову мысль при случае проверить боится ли он воды. Хотя, учитывая его технические характеристики, надеяться на это было, по меньшей мере, глупо. Неожиданно из его уха, а именно микрофона возле него, послышался шум настройки частот, будто бы только что кто-то включил радио и пытался поймать нужную волну. Тем времени помехи не прекращались. Вдруг раздался глухой металлический голос машины:

– Перегрузка! Перегрузка! Сигнал получен! Есть прибыть в пункт сбора!

Сложилось впечатление, что кто-то смог поймать его частоту и выйти с ним на связь из командного пункта, а робот в свою очередь, получив приказ так называемого хозяина, незамедлительно направился выполнять указания. Это все было более, чем странно, но, если проследить события сегодняшнего дня, то последнее происшествие уже не казалось чем-то из ряда вон выходящим. Я до сих пор не могла поверить, что являюсь свидетелем всего этого кошмара и это не очередной из моих страшных сновидений.

Широкими прыжками, переходящими на бег, робот-медведь выбежал из помещения, грохоча мощными металлическими лапами о старый паркет. Наступила тишина. Мы долго не решались выйти, прождав еще несколько минут и, только полностью убедившись, что монстр не вернулся, коллектив потихоньку стал сползаться к центру помещения, осторожно вылезая из своих нор и испуганно озираясь по сторонам. Не спеша мы стали обследовать помещения и медленно вошли в душевую. Брюнетка оказалась там первой и, закрыв, исказившееся в жуткой гримасе лицо, руками, издала душераздирающий крик. Ее глаза едва не вылезли из орбит, руки и губы задрожали, речь стала бессвязной и ее ноги медленно поползли вниз. Девушка пыталась удержаться за дверную ручку в попытке поймать равновесие, однако все они были тщетны. Ее едва успел поймать подбежавший вовремя Николай. То, что он увидел, также повергло его в шок. Он долго еще не мог оторвать растерянный взгляд от того, что находилось внутри. Все мы немедленно бросились к ним. Зрелище, увиденное нами, будет долго приходить к нам во снах. Нам предстало помещение, полностью забрызганное кровью, обрывки кишок и внутренних органов также находились везде и покрывали дверцы душевых и свисали переброшенными веревками, обвивая старые ручки. Где-то в середине зала, перед кабинками с душевыми, на мокром кафеле лежал окровавленный кусок мяса, человеком это назвать было никак нельзя. Все его кости были переломаны, а плоть сорвана большими кусками. Из этой зловонной кучи вились клубы кислотного пожара. По черным припаленным областям на теле убитой, легко можно понять, что туловище подверглось сильной атаке механических рук, низвергающих соляную кислоту. Лишь по обрывкам рыжих волос можно было узнать в этой окровавленной и дымящейся массе рыжеволосую подругу брюнетки…

Люди прикрыли рот руками, а меня и брюнетку сильно затошнило. Я почувствовала сильную слабость в ногах и с трудом заставила себя не потерять сознание от увиденного.

Брюнетка никак не могла успокоиться и сильно разрыдалась у тела своей подруги. Я осторожно подошла к ней и мягко сказала:

– Пойдем. Ей уже ничем не поможешь.

Она подняла голову, грустно взглянула на меня и не спеша вышла вслед за мной.

– Бежим отсюда, пока он не вернулся! – крикнула я, и все выбежали прочь из этого помещения.

Мы бросились наутек. Долго бежали мы, куда глаза глядят, а затем забежали в квартиру брюнетки, она жила неподалеку. Нам было нужно перевести дух и переварить увиденное за день. Еще немного времени мне понадобилось, чтобы прийти в себя. Теперь мне стало полностью понятно, что эта контора не что иное, как секретное предприятие по производству роботов, вернее попытки создать что-то особенное и по-настоящему уникальное. Тогда еще никому и в голову не могло прийти, что это происшествие стало первой ласточкой на пороге необратимых перемен.

– Зачем вы делали этих роботов!? Зачем все эти эксперименты с механикой!? Вы же погубите людей! Вы создали непобедимого убийцу! – резко спросила я у программистов.

– Нам просто нужны были деньги, – спокойно ответил Николай.

– А тебе что нет? – саркастически добавил он.

– Мне деньги нужны, но только не такой ценой.

– И что это за «погубите людей»! Брось! Не уж то тебя заботит кто-то еще? Какое тебе дело до остальных? Ты вообще что-нибудь о прогрессе слышала или так из пыли кринолинов не вылезла? – ехидно пытался шутить он.

– Я может и не знаю многого, но только одно мне ясно точно: все попытки людей продвинуть прогресс оказываются гибелью для человека и это не изменить. Так было всегда.

– У нас все было под контролем! Я понятия не имею, как он самостоятельно развил искусственный интеллект? Процесс должен был протекать строго под нашим наблюдением, – нагло отвечал Николай, пытаясь строить из себя крутого парня.

Другой в это время молчал, стараясь не вмешиваться. Он избрал хитрую позицию, что называется и вашим, и нашим, хотя сам активно участвовал во всех начинаниях своего друга и по логике вещей должен был активно его поддерживать, чего на удивление не случилось. Алексей все время делал мне недвусмысленные намеки, показывая всем своим видом, что испытывает ко мне интерес. Возможно, сейчас он решил принять нейтралитет и трусливо забился в угол, чтобы и друга не потерять и тем самым меня к себе расположить. Так сказать, своей трусостью отстаивать свою точку зрения, решил убить сразу двух зайцев, если конечно она у него вообще была.

– Что будем делать? – поинтересовалась брюнетка, до сих пор не сумевшая прийти в себя от потери подруги.

– Честно? Не знаю, – ответил Николай, и наступило тягостное молчание.

Его коллега попыталась разрядить накаленную обстановку и решила внести предложение на рассмотрение общественности.

– Ну, что отсиживаемся здесь до утра, а на рассвете по домам?

– Хорошая идея. Сейчас идти опасно, – поддержала я.

Все, как это ни странно, не стали со мной спорить, хотя все мои предложения обычно воспринимались в штыки, лишь по той простой причине, что это предложение поступило от девушки, которая по природе своей мозговой активности не имеет, по мнению многих парней. Эти древние предрассудки сидели до сих пор по самым глухим деревням и передавались там из поколения в поколение. А так как коллектив наш полностью из тех мест, этому удивляться не приходилось. Однако в этот раз все прошло спокойно и без возмущений. Мы еще несколько часов пробыли в гостиной, а потом не в силах побороть усталость и сон, разбрелись по заранее приготовленным и распределенным хозяйкой местам ночевки. Мне достался сидячий диван. Я расположилась в нем поудобнее. Вдруг дверь распахнулась и в комнату вошел Алексей. На лице его была странная улыбка.

– Ну, и зачем же мы пришли? – показав, что я не сплю, произнесла я.

Он, продолжив улыбаться, сказал:

– А видела, я тебя поддержал сегодня в споре с Колькой?

– Ты хотел сказать, не перебил, наверное. Насколько мне не изменяет память, ты только и делал, что трусливо помалкивал в уголке.

Он тут же вспыхнул гневом, но затем, взяв себя в руки, как, ни в чем не бывало, добавил:

– Ладно. Брось злиться, – все также улыбался он.

– А я и не злюсь.

– Мое предложение все еще в силе, если что, – пытался намекать он.

– Это, какое же? – недоумевала я.

– Ну, если вдруг надумаешь, то я не против, чтобы ты ко мне переехала.

– Я против! – резко отрезала я.

А затем, негодуя от возмущения, добавила:

– Как это у вас все быстро выходит. Пришла сотрудница новая, ты ее знать не знаешь. А может я маньячка какая с садистскими наклонностями? А он ее уже сожительствовать зовет! – на этом моменте он заулыбался.

– А чего тянуть то? – недоумевал он.

– Может быть, ты не успел заметить, так вот довожу до твоего сведения, что я не из разряда твоих сельских проституток и мне такие предложения недопустимы. Таких, как ты терпеть не могу и с таким парнем у меня никогда и ничего не может быть, а трусость я просто в людях ненавижу. Вопросы еще имеются?

Он скривил недовольно лицо и медленно вышел за дверь.

– Этого мне еще не хватало! – возмущалась про себя я.

Я заметила, что Алексей интуитивно и хотел бы поменять эту свою жизнь, а как только понимает, что это возможно, сразу же пугается и не знает, что делать, так, как жить иначе он не знает, как и к другому не приучен. Подсознательно его все устраивает в своей жизни, он давно к ней привык, а учитывая врожденную лень, решил полностью пресечь какие-либо попытки перемен и продолжать морально разлагаться в своем болоте.

– Зачем он предложил это мне? Я ведь совсем не похожа на круг его общения. Этот идиот даже не понимает, что у нас с ним ничего не выйдет. Он какое-то время по началу будет стараться и прикидываться хорошеньким, а потом природа возьмет свое и он ударится в беспробудное пьянство и загулы. Я естественно это терпеть не стану и пошлю его на все четыре стороны. Вывод напрашивается сам собой. Людям определенного склада мышления необходимо искать себе пару в той же местности и с теми же укладом и нравами, в таком случае все будут довольны, можно не жениться, она будет пить с ним по-черному, а как только он выйдет за порог побежит к соседу. После чего обманутый ворвется к нему, выволочет за волосы «свою любовь» и под жуткие крики побьет ее, на что она довольно заулыбается, а затем, как ни в чем не бывало пойдут распивать очередную бутылку самогона. И все в порядке и все, как у людей, – саркастически размышляла я.

– К тому же, я всегда презирала трусов и не переношу алкоголиков и курильщиков, а также терпеть не могла ловеласов. Этими всеми качествами он обладал с лихвой. Его желали все девушки отдела, но только не я, что его сильно задевало.

Еще некоторое время я размышляла на различные темы и, не смотря на жуткую усталость, так и не смогла расслабиться и заснуть в чужом доме с чужими для меня людьми. Так я и пролежала до утра, не сомкнув глаз. Алкоголик и курильщик Алексей провел вечер за обычным своим занятием, а именно в компании Николая, распивая бутылку водки, любезно предоставленную хозяйкой дома. Пьяный смех и гогот еще долго не смолкали и мешали остальным уснуть, но никто не посмел сделать им замечание. В их коллективе такое поведение было абсолютно нормальным и не выбивалось за рамки нравов и сложившихся в их среде устоев. Так прошла ночь. Потихоньку все стали просыпаться и собираться на завтрак. Брюнетка вывалила все имеющиеся припасы из холодильника на стол, за что, нужно заметить, мы были ей очень благодарны.

Потом Алексей, пытаясь вызвать мою ревность, решил сделать «ход конем» и на глазах у всего коллектива крепко обнял хозяйку. Я сразу раскусила его намерение и насмехалась над ним про себя.

Он естественно ожидал реакции тех девушек, что всегда водились в его окружении, а именно, я со злостью вцеплюсь в ее волосы и с криками и воплями: «Убери от него свои лапы! Он мой!» – у нас завяжется драка, за которой под дикий хохот будут наблюдать парни и снимать все это на телефон. Он рассчитывал, что я пойму, какой он ценный экземпляр и буду всеми силами пытаться привлечь его к себе.

Однако его поступок дал абсолютно противоположный эффект. Я в очередной раз поняла, что эти люди не меняются и ждать верности от этих субъектов не приходится. Я никак не отреагировала на его выходку, что крайне его удивило, он также искренне недоумевал, когда показывал мне фотоальбом его баб жлобоватой наружности, ожидая что я тоже захочу стать одной из его коллекции. Все его попытки пригласить меня в самые неприятные и злачные заведения города также не увенчались успехом. Что тут скажешь? Умом явно человек не блещет. Вместо того, чтобы привлечь мое внимание, он всеми своими поступками только меня окончательно оттолкнул, да только еще при этом вызвал омерзение.

Итак, утром, поблагодарив брюнетку за предоставленный ночлег, я направилась к своему дому, осторожно передвигаясь и озираясь по сторонам. Мне все время мерещилось, что вот-вот из-за угла выскочит этот монстр и начнет преследование. Наконец, моему взгляду открылась знакомая улица и я вбежала в дом. Там меня ждали родители и сестра.

– Что случилось? – испуганно спросила мама!? Где ты была!? Мы так и не смогли до тебя дозвониться вчера!

Я быстро остановилась, старалась отдышаться, а также попыталась выровнять дыхание и затем быстро ответила:

– Вы не представляете, что я видела!

– Что!? – испуганно и при этом одновременно спросили все собравшиеся.

– В общем, у нас на работе робот все разгромил, убил сотрудницу и нам чудом удалось самим ноги унести оттуда.

Повисло растерянное молчание. Обратив внимание на полное непонимание изложенной мною информации, я добавила:

– Я сейчас все подробнее расскажу, только надо в себя прийти, искупаться и очень спать хочется.

После чего меня накормили и принялись слушать подробности:

– Этот монстр как-то сам собрался. Вы никому не открывайте, а то не известно, где его носит? Может город громить пойдет, хотя, если задуматься, двери его вряд ли смогут остановить, он нашу офисную из толстого металла в два счета вынес, а эта для него вообще картон.

Я увидела на лицах окружающих, сильный испуг.

– Ты шутишь что ли? – спросила сестра.

– Да какие шутки! Правда! Я сейчас все по порядку расскажу.

И я изложила все, что произошло со мной вчера, останавливаясь и отвечая на все возникающие по ходу рассказа вопросы.

– А завтра на работу пойдешь? – поинтересовалась мама.

– Какая там работа? Вон директору заявление об уходе завезу и больше меня там не увидят.

– Хотя, лучше всего я вообще туда не пойду, а отправлю заявление об уходе сразу на личную почту директора. Не хватало мне снова с этим роботом встретиться, – немного поразмыслив, добавила я.

– Ну, и правильно, – поддержала меня семья.

– Чувствую, мы стоим на пороге чего-то страшного. Чего еще пока сама не знаю, – поделилась я своими переживаниями с родственниками, а потом пошла спать, и наконец-то мне удалось выспаться, закутавшись в столь родное для меня одеяло.

Утром я открыла глаза и яркий луч теплого солнца упал мне на лицо, что подняло мне настроение и вызвало невероятный прилив сил. Я встала с кровати бодрой и отдохнувшей. И вот уже ничего не напоминало о вчерашних событиях, которые изредка обрывками то и дело возникали у меня в голове. Сегодня это все было похоже лишь на страшный сон. Здесь я снова почувствовала себя в безопасности. Одевшись, я направилась на кухню. Там с самого утра уже что-то готовила мама и сладкий аромат горячих блинов манил меня все с большей силой. Открыв дверь и оказавшись на кухне, я, как обычно, поздоровалась.

– Здрасьте, – шуточно произнесла я.

– Приветик, – подыгрывая мне, также ответила мама.

Я уселась на диван и погрузилась в размышления. Вскоре я услышала шевеление в остальных помещениях и пришла к выводу, что все проснулись. Теперь из зала послышался шум включающегося телевизора и через секунду раздался голос ведущего новостей. В общем, это было самое обычное утро, как и многие другие. Оно ничем не выделялось на фоне остальных, что, впрочем, не могло меня не радовать. Нужно заметить, что я предпочитаю размеренный и спокойный ритм жизни: предсказуемый и без каких-либо происшествий. Неожиданно мама спросила:

– Ну, что теперь делать будешь? С этой работой тоже не вышло ничего.

– Не знаю, куда теперь попробовать устроиться, я уже успела поработать во всех фирмах города. По-моему, места, где меня не было, уже закончились.

– Да. Сейчас на более-менее средней тяжести работы не возьмут, а знакомств у нас нет, сама знаешь, остаются только тяжелые работы такие как: отделочник или разнорабочий скажем на стройку, учитывая твое образование, которое еще в ходу, да только куда ж тебе со своим здоровьем? – грустно сказала мама.

– Это точно. Да и обидно будет на стройку идти подсобником кандидату наук с двумя высшими образованиями и опытом работы на руководящих должностях. Не дождутся! – согласилась я.

– Да я понимаю, только видишь какая ситуация с работой, – мягко сказала она.

– Да знаю, – с сожалением согласилась я.

– Что делать-то теперь будешь?

– Не знаю, – спокойно и с легкой грустью в голосе произнесла я.

– Пока продолжу поиски, а потом может быть, мне очень сильно повезет и меня возьмут на работу мечты, – пыталась шутить я.

– Ну, ну, мечтать не вредно, – ответила мама с легкой ухмылкой.

Я улыбнулась, понимая, что вообще попытки куда-либо устроиться равны нулю. Затем я погрузилась в свои мысли, а мама продолжала готовить, как вдруг из зала раздался голос сестры. Мы с мамой не расслышали слов и принялись прислушиваться. Вскоре по коридору раздались ее торопливые шаги. Открыв дверь с достаточно взбудораженным выражением лица, она быстро произнесла:

– Сейчас по новостям передали, что чипирование ввели.

– Это как? – растерянно произнесла я.

– Ну, вы помните, как раньше по телевизору передавали, что изобрели какой-то там чип и что всем желающим его поставят в такой-то клинике совершенно бесплатно.

Мы растерянно молчали, напрягая мозги и пытаясь вскрыть в память воспоминая об этой информации, однако все было тщетно.

Сестра, увидев на наших лицах недоумение, продолжила:

– Ну, там в рекламе еще говорили, что это, как бы очень полезно для здоровья, что этот датчик поможет предотвратить сердечно-сосудистые заболевания и прочее, он якобы отследит все неполадки в организме и сразу подает сигнал в больницу, а там уже на этот чип врач подает необходимые сигналы и человеку сразу становится легче. Ну, помните?

– Ааааа! Вспомнила! Там еще говорили, что это научный прорыв и медицина сделала резкий скачок вперед! Еще помню находились многие сторонники этого всего. Некоторые даже поставили, я слышала, – ответила я.

– Вот, вот! Только раньше это по доброй воле было, а теперь уже в обязательном порядке.

– И что же они прямо на улицах будут ловить и руки заламывать?

– Ну, пока что до этого не дошло. Пока только объявили, что все население обязано в срочном порядке обратиться в клинику по своему месту проживания и пройти простое обследование, а там, судя по всему, будут рассказывать, как эта штука полезна, – констатировала сестра.

– А если кто-то откажется? – не унималась я.

– Пока что не известно, но я думаю их не ожидает ничего хорошего.

– Ну, что теперь делать будем? – растерянно спросила мама.

– Ты еще спрашиваешь? Я точно не пойду! – уверенно произнесла я.

– А вдруг не получится? – интересовалась она.

– По крайней мере буду сопротивляться всеми силами.

– А может ничего страшного в этом и нет? – неожиданно сказала сестра.

– Я в это не верю! – резко оборвала я.

– Ну, я, например, схожу, хоть посмотрю, как там чипируют. Помнишь сказали, что можно посмотреть, а если что отказаться.

– Я тебе не советую. Не вздумай даже идти! – резко произнесла я.

– Да успокойся, ничего страшного в этом нет. Схожу посмотрю, а то ты так паникуешь постоянно и раздуваешь всегда из мухи слона.

– Ну, вы как хотите, я вас предупредила, а я точно не пойду! – обиженно сказала я.

Наступило молчание.

– И когда же ты идти собираешься? – поинтересовалась я.

– Да завтра всем коллективом соберемся, да пойдем. Им теперь тоже идти надо, вот все вместе и сходим.

Неожиданно, я услышала, как постепенно каждому на телефон пришло сообщение. Все направились читать. Я достала устройство и прочитала послание. Оно гласило следующее:

– Здравствуйте. Приглашаем Вас принять участие в БЕСПЛАТНОЙ программе по обследованию всего организма с проведением детального медицинского осмотра на высокоточном оборудовании. От вас требуется явиться в больницу по месту жительства в любое время с 08.00 до 20.00, обратиться в регистратуру или сразу подойти в двести двадцать седьмой кабинет на второй этаж и пройти обследование с дальнейшей БЕСПЛАТНОЙ экскурсией по новым корпусам поликлиники. Желаем Вам здоровья и процветания! С любовью и заботой о вас и вышей семье.

– У вас что написано? Тоже про медкомиссию? – крикнула мама из соседней комнаты.

– Ага! – отозвалась сестра.

Таким образом мы поняли, что всем было разослано одно и тоже сообщение.

– И что там? Я так и не поняла? – растерянно пыталась собрать больше фактов сестра.

– Да, вроде, хотят, чтобы комиссию все прошли, причем срочно почему-то и что в каждой больнице теперь завели какой-то двести двадцать седьмой кабинет, с новейшим оборудованием, да еще корпусы больницы расширили и что-то там по пристроили и всех приглашают увидеть все это своими глазами. Я так поняла, – ответила я.

– А экскурсии зачем? – удивилась мама.

– Ну, наверное, показать, что все безопасно, – скептически произнесла я.

– Да уж…, – растерялась сестра.

– Ох и не нравится мне все это. Очень не нравится. Сначала робот, теперь вот это, – заволновалась я.

– Да? А с роботом с этим что? По новостям по местным сказали хоть что-то? – спросила мама.

– Ничего! – уверенно произнесла сестра.

– Очень странно? -удивлялась я.

– Более чем! – согласилась со мной мама.

– А папа, что об этом чипировании думает? – спросила сестра.

– А он в комнате сидит, сейчас спросим.

После рассказанного сообщения он резко оживился и приободрился, будучи любителем всех медицинских новинок, свято веря в их невероятные и волшебные результаты, сказал, что побежит завтра с утра очередь занимать.

– Я вам еще раз советую не ходить! – пыталась снова предостеречь их я.

Наступило растерянное молчание. Неожиданно в дверь позвонили. Все замерли. Не услышав движения в квартире, кто-то позвонил еще настойчивее.

– Кто бы это мог быть? Мы вроде никого не ждем? – растерянно произнесла мама.

Папа резко подскочил с кровати и как всегда бросился к дверям. Он часто попадал в плохие ситуации именно из-за своей доверчивости и искренней веры в доброту людей. Неоднократно он возвращался из коридора с каким-нибудь очередным «чудо прибором» по лечению всех болезней, настойчиво навязанного торговцами и нам стоило немалых усилий, чтобы вернуть его в дом, а ненужный хлам отдать продавцам «чудес».