Весь мир на кончике пера

Весь мир на кончике пера

Весь мир на кончике пера…

Но как он может уместиться?

Законы физики поправ,

И не такое сотворится.

Секрет в словесном волшебстве, –

Поток словесный, бесконечный,

С пера стекает в естестве,

И образы уносит в вечность.

Слова способны передать

Ничтожно мало, и так много!

Словам возможно лоск придать,

Изящество и совершенство слога.

А можно в простоте сермяжной,

Такие страсти уместить,

Что сердце ёкнет не однажды,

И душу болью защемит.

Пока живет язык словесный,

Им будет мыслить Человек.

Его и разум бестелесный

Не сможет заменить вовек.

Из глубины седых времен

До наших дней речь развивалась.

У всех народов, всех племен

Людская общность ей скреплялась.

Молчат старинные скрижали,

Что до сих пор не разгадали,

Покуда время не придет, –

И человек в них смысл найдет.

Всему когда-то выйдет срок, –

И в круговерти Мира вечной,

Где Человек не одинок,

Ступить к Соседям на порог

Язык поможет человечий…

Стихи, которые приснились

Я на заказ стихов не сочиняю,

Не мучаюсь за письменным столом.

И замыслы меня не осеняют,

Чтобы взойти рифмованным столбцом.

Когда ведет сюжет или явление

Тебя в поток словесный. Вовлекает

Воспоминание или размышление,

И образы живые порождает.

Нет, все бывает несколько иначе.

Не наяву, как правило, во сне.

Приснится стих – лови свою удачу,

Записывай, проснувшись в тишине.

Не записал, – едва ли потом вспомнишь,

А на бумаге вот он пред тобой.

Читаешь в изумлении, долго смотришь,

Что рождено твоею головой.

А может кто-то диктовал с усмешкой:

«Мол позабавлюсь, удивлю его».

И наблюдает надо мной, потешным,

Как среагирую, и сделаю чего?

Стих чаще возникает целиком

От строк завязки и до завершения.

Но если текст, увы, не завершен,

Не суетись – и будет продолжение.

Оно придет, само тебя отыщет,

Поставит точку, тему закрывая.

Или фантазии твоей подкинет пищу,

В финале многоточие оставляя.

Вопросов два: «А почему пришло об этом?

И почему приснилось мне теперь?»

Ответ на первый: «Так с тобою было,

Иль как сторонний это наблюдал.

Оно тебя когда-то «зацепило»,

И ты над этим после размышлял».

Второй вопрос обычно без ответа.

Возможно это мне предупреждение

О том, что в жизнь приходит незаметно,

Что проглядел, и не придал значения.

Стихи, которые приснились,

Те чувства, что в слова вложились,

Как будто вырвавшись из плена, –

Вы каждый раз – сюрприз бесценный.

Но как вообще это выходит?

Откуда все это берется?

Процесс подспудно происходит, –

Все в подсознании создается.

Мне, что является спонтанно,

Дороже миллиона строчек,

Рожденных мыслью неустанной

Стихи творящих одиночек.

Необратимость

На свете все необратимо,

И краткий миг, и день-деньской.

Блеснет, иль пронесется мимо

В воспоминаниях с тоской.

Один ты был бы рад забыть,

Стереть свой стыд ли, боль лютую.

Другой же хочешь повторить,

Мгновенья счастья памятуя.

А иногда вздохнешь украдкой:

Вот бы сначала все начать!

Вдруг в этот раз все будет гладко,

Так, как возможно лишь мечтать!

Но время неподвластно нам.

Оно есть главный абсолют,

Где нашим мыслям и делам

Отведено: сейчас и тут.

Нам от рождения до смерти

Прописан свой ресурс времен.

Хотите верьте, иль не верьте, –

Он каждому определен.

В том и трагедия, и драма:

Не повторить, не откатиться вспять.

Отсчет безжалостный, упрямый,

Бессильны мы, – приходится признать.

Отсюда вывод – делай то, что должно.

И пусть судьба сама тебя рассудит.

Вдруг невозможное окажется возможным.

А дальше уж как будет, так и будет.

Неведение

Интрига – двигатель сюжета,

Так драматурги утверждают.

Загадки любопытство порождают,

Вопросы беспокоят, требуя ответа.

Так человек в неведении живет

Своей судьбы зигзагов, поворотов.

В удачу верит, но подвохов ждет,

Надеется на счастье отчего-то.

И, если знать, что будет через год,

Или, тем более, – через десять,

Как сложится и что произойдет –

Жить будет скучно и не интересно.

А, если знать заранее «повезло»

Про подлости, предательство и зло,

Те, что задумал кто-то учинить,

Не каждому захочется и жить.

Ведь именно случайность нам приносят

Моменты поворотные судеб.

И неожиданность свою интригу вносит

В привычный повседневный бег.

Внутри у каждого живет своя надежда,

Что завтра будет лучше, веселей.

Мы ради этого сегодня, как и прежде,

Мечтаем, трудимся, растим своих детей.

Но если отобрать надежду, веру –

В существование превратится жизнь.

Как у раба на каторжной галере

Свой навсегда она утратит смысл.

Неведение, для нас – большое благо,

Нам провидения мудростью дано.

Не будь его – бесцветною тогда бы

Казалась жизнь. Но к счастью есть оно!

Ощущения

Есть выражение «многоликий мир»,

В том смысле, что многообразный.

Пейзажей, звуков вожделенный пир –

Мы все воспринимаем сообразно.

Как должное, как данное судьбой,

Как дар, преподнесенный нам с рожденья.

Все это поглощается тобой

Не просто с любопытством, – с изумленьем.

Ведь в этом бесконечном пиршестве

Картин, сюжетов, красок, впечатлений,

Развернутых в природном естестве,

Незримо проплывает время.

Его мы вспять не в силах повернуть.

Лишь можем зафиксировать мгновенья.

Чтобы потом, испытывая грусть,

Просматривать утраченные звенья.

Ты в стороне, – всего лишь наблюдатель.

Твой глаз при этом – просто объектив.

Картинка в нем, как в фотоаппарате

Возникнет, окруженье отразив.

Но дальше, кто ее воспринимает?

Все происходит в нашей голове.

Наука до сих пор не объясняет,

Как видит окруженье человек.

Так что же, значит представление

Того, что видим мы кругом, –

Всего лишь плод воображения,

В мозгу возникнувший фантом?

Естественно сомненье возникает:

А все, вообще, реально или мнимо, –

Весь мир, в котором жизнь проистекает?

Коль это до сих пор необъяснимо.

Чтоб убедиться ты рукой потрогай.

Но как прикосновенье ощущаешь?

Опять в твоем мозгу все происходит.

И тоже объясненья не находит.

Слух, восприятие вкуса, обоняние, –

Все возникает в нашей голове.

Все образы, живущие в сознании,

Там обретает каждый человек.

В масштабах мирозданья человек, –

Всего-то неприметная пылинка.

Так мимолетен наш короткий век!

Как молния, пронзившая картинку.

Быть может, для Творца, кто все придумал,

Все это – небольшой эксперимент –

В масштабах бесконечности Вселенной

Всего лишь занимательный момент.

Но, кажется, вполне проверить можно,

Что мир вокруг – реальность, а не сон.

Задав вопрос, казалось бы, несложный:

«Мы можем что-то переделать в нем?»

Да, человек не просто наблюдает,

Не только ощущает все вокруг.

Он сам вокруг себя все изменяет,

Порой осмысленно, порой случайно, вдруг.

Но, главное – реальны инструменты,

Чем человек воздействует на мир.

Их создает, используя фрагменты

Того, что раньше он же сотворил.

И значит, материальный круг замкнулся.

Являясь частью сущего всего,

Сам человек по жизни замахнулся

Менять вокруг природы существо.

А как же «объективная реальность»?

Та, что «дана нам в наших ощущениях»,

Та, «что вне нас и независима от нас».

Откуда все, и кем оно дано?

Но ощущения наши субъективны.

Так что, у всех своя реальность?

Тогда, какая ж это объективность?

Одна сплошная индивидуальность.

В плену полемики и столкновенья мнений

Вопросов тьма, – ответов лишь крупицы!

И, погружаясь в бремя размышлений,

Сквозь них непросто к истине пробиться.

Сопереживание

Звучит концерт, солист с оркестром

На сцене таинство вершат.

И я в большом концертном зале

Охвачен звуком, им объят.

Великолепны ощущения, –

Я различаю голоса любимых инструментов,

Их разговор и размышленье,

Знакомой темы наполненье.

От первых тактов до финальных

Я в море звуков невесом.

Я погружаюсь в нереальность.

И сердце бьется в унисон.

Но мне при этом не хватает,

Чтоб лучше музыку понять, –

Глядеть на лица музыкантов.

И с ними сопереживать.

А, если смотришь на экране,

Тогда ты с ними будто рядом.

Тот, кто сейчас на крупном плане,

Он главный – не отводишь взгляда.

Вот в центре кадра – пианистка.

А чуть поодаль в кадре том

Сидит скрипач, вторая скрипка,

С сосредоточенным лицом.

Он – весь вниманье, ждет мгновенья,

Когда черед его вступить.

Ни волшебства, ни вдохновенья,

Лишь бы момент не упустить.

Но вот каденции начало

Негромко с клавиш полилось.

И сердце чаще застучало,

И все во мне вдруг напряглось.

Вот снова на телеэкране

Я вижу эти два лица.

Но в этот миг на них страданье,

И изумленью нет конца!

Я с ними сопереживаю!

Мы в ощущениях близки!

Всецело музыке внимаю,

А чувства ясны и легки.

Скрипач, и я, и пианистка

Едины в этот светлый миг.

Созвучье душ кристально чисто,

И образ трепетный возник.

Когда закончится концерт,

И отзвучат аплодисменты.

Эмоций всплеск сойдет на нет,

Но память сохранит моменты,

В которых слились в единении

Звучание и лица музыкантов.

Моя любовь и восхищенье

Их мастерством и их талантом.

Безмолвие

Кто родился глухим, тот живет в тишине.

Не знакомы ему нежный шепот прибоя,

И могучее форте, что нравится мне,

Щебетание птиц и звучанье другое.

Он в неведении том, может, счастлив вполне.

Не страдает душой от отсутствия слуха.

Созерцает вокруг целый мир в тишине,

Принимает умом все, как есть, и без звука.

Тот, кто слух потерял, – оказался в другом,

Неуютном, пугающем мире.

Все безмолвно, таинственно, странно кругом,

Как во сне в незнакомой квартире.

Словно видишь чуднОе немое кино

На большом полотняном экране.

Понимая, что ты не досмотришь его.

Ощущая все это заранее.

Но не стерлись еще, еще в памяти ждут

Ноты, звуки, что слышал ты прежде.

Хочешь ты воскресить их, вернуть,

И живешь этой главной надеждой.

Для утомленного, безмолвье— благодать,

Твоей душе покой отдохновенья.

Оно – убежище, где можно переждать, –

И просит мозг: «Подай тиши мгновенье!»

А, если нервы стонут в напряжении,

Ты скован, пульс в висках стучит,

Безмолвие усилит натяжение.

Пусть лучше ровный шум звучит.

Блаженство тишины и звуков пенье

Едины, целостны, неразделимы.

Безмолвие – есть фон для восхищенья,

Как холст и рама для картины.

Горизонт

Есть парадокс занятный, но несложный,

Что в голову приходит иногда:

Уйти за горизонт вполне возможно,

Достигнуть горизонта – никогда.

Как далеко мы видим горизонт?

Простая геометрия на пальцах.

Нам формула фиксирует закон:

Чем выше мы находимся, – тем дальше.

Вот лежа на земле – почти у носа.

А высоко забрался – видит взор

На горизонте смутную полоску –

Так, призрачно, что затруднен обзор.

Всего лишь линия в пространстве далеко

И не условна, а вполне реальна.

Природою очерчена легко.

Загадочна, чудна и материальна.

Ребенок маленький, что видит он вокруг?

Совсем немного, слишком мал он ростом.

Но вырастает личность, открывая вдруг,

Как все вокруг объемно и непросто.

Есть схожее понятье – кругозор,

Что человек в развитии обретает.

Его граница тоже горизонт

Всей суммы знаний, чем он обладает.

У одного широк и многогранен.

За край возможно в мыслях заглянуть –

Еще раздвинув круг своих познаний –

В неведомое мысленно шагнуть.

А стоит свой предел преодолеть –

Увидеть можно новый горизонт,

И устремиться дальше захотеть.

Азартный бег не остановит он.

Другой как будто скован и зашорен,–

Настолько мал и узок интеллект.

Но он всегда собой доволен,

И у него всегда готов ответ.

Ему трудней всё взвесить и понять.

Он никогда ни с кем не вступит в прения.

Зато упрямо может повторять:

«Есть у меня такая точка зрения!»

И – как ни странно – будет прав.

В одном он, несомненно, будет точен, –

Все знания убогие собрав,

Свой горизонт успешно схлопнул в точку.

Творчество

Художник, как беременная женщина

Вынашивает образ – эмбрион.

Его лелеет, кормит, охраняет.

И с ним живет, пока созреет он.

А если его спросят: «Кто отец?»,

Он не всегда ответ на это знает.

Приходит непорочное зачатье, –

Когда из подсознания всплывает.

Иль подсмотрел, нечаянно услышал, –

И загорелся: «Вот ведь как бывает!»

И уж одним желаньем дышит

Всем рассказать – в себе не удержать.

Но всякому рожденью нужен срок

Сопит младенец, кулачки сжимает,

Беременность спокойно протекает,

Творец доволен, руки потирает:

«Уже недолго мне нести оброк».

Другой попался суетный, строптивый

Верти́тся, ручками сучит,

Чего-то просит, вот нетерпеливый!

Толкается и ножками стучит.

Но муки творчества, счастливые мгновенья,

Когда-то кончатся, – всему придет конец.

И, глядя на свое произведенье,

Вздохнет уставший от потуг творец.

Дитя, на свет родившись,

О себе заявит

Тому, с кем говорить хотел поэт.

А время все «по полочкам расставит».

Художник о себе оставил след.

Камертон

Исчезает фонарь желтой кляксой в тумане,

Мелкой моросью дождик закапал уже.

Голова отекает настырным дурманом, –

Видно что-то не так в моей грешной душе.

Разберись-ка, попробуй, чем ее тихо гложет.

Или светлою грустью, иль горючей тоской?

Здесь анализ дотошный никак не поможет.

Только муторно ей, – потеряла покой.

Это значит – жива, значит не зачерствела,

И не впала в беспечный летаргический сон.

Реагирует чутко на слово и дело

Как чувствительный жизни моей камертон.

В том смятении чувств, в том души непокое

Персональный подсказчик, тревожный маяк.

Он поможет заметить, осмыслить такое,

Что иначе понять невозможно никак.

Камертон выявляет фальшивые ноты,

И душа помогает почувствовать фальшь.

А когда замечаешь фальшивое что-то,

Можно многих ошибок своих избежать.

Только нужно с душой находить резонансы,

Не кривить, и не действовать ей поперек,

И тогда у тебя появляются шансы

Заручиться поддержкою доброй ее.

Мечты

Не хлебом единым живет человек.

Живешь ты мечтою, надеждой и верой,

Что будет удачлив твоей жизни бег, –

Сумеешь в пути одолеть все барьеры.

Есенин мечтал «по-мальчишески, в дым»,

Что «будет богат и известен»,

Что славы добьется талантом своим,

И «всеми он будет любим».

Быть всеми любимым вообще невозможно.

Несбыточна эта мечта.

Ее достигая, все силы положишь, –

В душе воцарит пустота.

Младенец, не могущий слова сказать,

Весь полон неявных желаний.

И, если желанье сумеешь понять, –

Не будет предела его ликованью.

Но эти желанья – еще не мечты,

А лишь проявленье инстинктов всего.

В своем естестве они очень просты, –

Все, что обеспечит комфорт для него.

Живет человек, в неизвестность шагает.

Вокруг бесконечный, волнующий мир,

Где так неуютно, порою, бывает,

И чужд ему жизни неистовый пир.

Он, жизнь познавая, когда-нибудь спросит:

«Я – кто? Я – какой? И явился зачем?»

А дальше – сплошной чередою вопросы, –

Каким себя видит, и кем?

В ответах на них возникают кумиры,

И хочется им подражать.

Они для тебя ориентиры.

Таким тебе хочется стать.

Стоишь ты в немом диалоге с судьбой:

«Таким я предстал перед миром».

И в зеркале ты недоволен собой,

Себя сопоставив с кумиром.

Так часто сравненье не в радость тебе,

А то и совсем уж трагично.

Пока предъявляешь укоры судьбе, –

Себя не признаешь как личность.

Что в нем тебя так привлекает – пойми,

А, что-то, быть может, – не очень.

Себя ты как данность судьбою прими, –

И больше хандрить не захочешь.

Ты только тогда сам проложишь свой путь

К той цели, которую выбрал.

И, если сумеешь с него не свернуть,

То, может быть, – цели достигнешь.

В первый раз…

Когда-нибудь такое было с каждым, –

Случилось ожидаемо для нас.

С ней или с ним? Когда и где? – Не важно.

А важно то, что это – в первый раз.

Коль не было, – так вот оно пришло,

Жизнь разделив на «до» и «после».

Казалось бы – ну что произошло? –

Какой-то выплеск чувственных эмоций.

Одним доставит разочарованье,

Не оправдав томящих ожиданий.

Другие испытают наслажденье…

Пройдя через такое приключенье.

Здесь многое зависит от того,

Каким, и с чем ты к этому пришел

В плену воображенья своего.

С кем это приключение нашел?

Какие чувства между вас с партнером?

Что завладело каждым из двоих?

Нужны ли вам слова и разговоры,

Чтоб сделать шаг навстречу в этот миг?

Здесь благодатна почва для ошибок,

Из-за которых все не так пошло.

Шанс на удачу призрачен и зыбок.

И очень важно, чтобы повезло.

Должно совпасть так многое меж вами,

Чтоб яркость ощущений воспринять.

И, чтобы благодарными словами

Потом всю жизнь об этом вспоминать.

На перепутье

На перекрестке судеб и дорог,

Что в жизни каждый как-то выбирает,

В конечном счете, каждый одинок,

Когда свое решение принимает.

На перекрестке судеб и дорог

Гуляет ветер, лихо пробирает.

То вдруг затихнет ласково у ног,

То так рванет, что с ног тебя сшибает.

На перепутье топчешься порой.

Куда ни глянешь – тысяча вопросов:

Что ждет тебя, как ступишь за порог,

Какие мели, перекаты, и заносы?

С судьбой играя, действуй осторожно,

Свой ход ты выбираешь не однажды.

Здесь шах и мат, в любой момент возможны –

Способен победить судьбу не каждый.

А ставки высоки, не знаешь наперед,

Порой один лишь шаг, один неверный ход.

И если не туда, подстерегает крах, –

Ты от судьбы своей тотчас получишь шах.

Или поджало время, – ты не прав,

Коль бросив кость, шагаешь наугад.

В азарте опрометчиво сыграв,

Возможно, от судьбы тотчас получишь мат.

Но тот, кто сдался, отказался от борьбы,

Всегда лишь по течению гребя,

Ссылаясь на превратности судьбы, –

Тот сам не сможет уважать себя.

Бессонница