- -
- 100%
- +
Глава
Глава 1
За два месяца до последних событий 3-го тома. Граница России и Латвии. Ил и Герда.
— Вот она! Вот она! Герда, ты видишь ее? Видишь? — радостно произнес я, увидев пограничные зелено-красные столбики и небольшое здание блок-поста.
— Вижу, как же не увидеть. — улыбнулась девушка, а после откинулась на спинку своего кресла и сладко зевая потянулась.
Я поддал газа, и машина, пробуксовывая почти всеми колесами по склизкой грязи, попыталась ускориться, но вместо этого ее понесло в сторону, и мы едва не слетели с трассы.
— Полегче, ковбой! С техникой сейчас и так напряг, разобьешь эту, опять пешком идти придется. — недовольно пробурчала девушка и перевела свой взгляд в забросанное грязью боковое окно, пытаясь разглядеть, что происходит на улице.
— Сорян, это я что-то на радостях, видимо самообладание потерял. — улыбнувшись, пожал я плечами.
Машина пересекла заветную границу, которая, по сути, больше ничего не значила, стран как таковых больше нет, а значит и граница это теперь больше как дань памяти и условности. Проехав еще немного вперед, я остановил машину посередине дороги немного не доезжая до полуразрушенного, кирпичного здания, в котором когда-то давно несли службу пограничники. Выйдя из машины я осмотрелся по сторонам и улыбка на лице натянулась сама собой.
— Хмуро, сыро, мерзко, серо, холодно, дождливо но, сука, как же хорошо! Тут даже воздух чище, и дышится легче! А вон березоньки наши стоят, УАЗ в канаве догнивает, дом, милый дом. Как же я по этому скучал! — едва ли не прыгая на месте от радости произнес я.
Герда почему-то моей радости совсем не разделяла. Она вышла на улицу и тут же наступила в лужу, от чего на ее лице проскочили нотки раздражения. Она обошла машину, посмотрела по сторонам, а после открыла заднюю дверь и достала из салона термос с кофе и два пластиковых стаканчика.
— Будешь? — спросила она.
— Буду. — кивнул я, и она сразу отделила один стакан и бросила его в салон, а затем наполнила второй, и следом в салон полетел и термос, и дверь с усилием была захлопнута.
— Сам нальешь. — буркнула она и осмотревшись по сторонам еще раз и не найдя ни одного чистого или хотя бы сухого места, забралась на крышу машины, где и разместилась в позе лотоса.
— Что не так? — поинтересовался я, двинувшись к машине чтобы налить себе кофе.
— Да все не так. — поморщилась она и подула на стаканчик из которого тонкой струйкой поднимался пар. — Ил, какой у нас план?
— Вернуться назад.
— Это я помню, вот мы вернулись, вот граница. Дальше что? На дворе осень, скоро зима начнется. Мы прям вовремя приехали в самое, так сказать, замечательное и красивое время года. Или ты забыл наш прекрасный забег по сибирской тайге?
— Так, мать, ну чего опять начинается? Забег помню, круто же было? Превозмогали как могли и выжили! Это закалило нас и сделало сильнее. Но повторять такой опыт, если честно, не очень хочется.
— Что начинается? Да ничего! Замоталась я всюду таскаться за тобой! Надоело уже мыться из бутылки, есть хрен пойми что и хрен пойми где! Жить в машине, отбиваться от мародеров и прочих отморозков. А еще жить одним днем! Приключения и все такое это конечно здорово, но может уже хватит? Тебе уже пора повзрослеть!
— Слушай, ну так как бы время сейчас такое, почти все так живут. — пожал я плечами. — И вообще, я такой какой есть и я взрослый! — возмутился я до глубины души, а после протянул ей термос и стаканчик. — Налей пожалуйста, а то я все время проливаю мимо и пальцы обжигаю. — Герда от моей просьбы лишь закатила глаза, но стакан и термос взяла.
— Все так живут, да не все! В Испании мы жили иначе! Там и климат, и еда, и море! Все было хорошо, мне даже показалось что мы нашли для себя тихую гавань. Пока ты местному старосте череп не проломил!
— А чего он? Нечего было мою страну грязью поливать! Сидит такой, вино попивает, умник! Сын НАТО, мать его! Бахвалился, какой он крутой солдат в прошлом! Как они наших парней где-то в море гоняли. Мне обидно за державу стало! Кто же знал, что черепушка бравого, мать его, «морского котика» окажется менее прочной, чем бутылка из-под винишка. — пожал я плечами. — И вообще ты, между прочим, как военнообязанная, как офицер! Особенно хочу отметить, как потомственный офицер! Вместо того чтобы меня ругать, должна была похвалить! А тому макароннику от себя добавить!
— Да ну тебя в баню! — отмахнулась девушка и протянув стакан с кофе повернулась ко мне спиной.
— А ну! Хватит мне тут характер показывать! Ты прямо скажи, чего тебе нужно?! Без вот этих твоих выкрутасов. Ты же знаешь меня как облупленного! Я этих ваших женских намеков не понимаю!
— Стабильность мне нужна! — не оборачиваясь, грустным голосом ответила Герда.
— Стабильность это как?
— Дом хочу свой! И чтоб безопасно там было! Огородик, корову и что там еще для нормальной постапокалиптической жизни нужно! — всхлипнув заявила она.
— Корову? — удивился я, чего чего, а подобного я от нее точно не ожидал. — А как насчет дворца? Он поинтереснее коровы? — предложил я.
— Дворца? Какого еще к черту дворца?
— Питер же рядом, заявимся, отожмем царские палаты, жить будем не хуже императорской семьи. Я стану самопровозглашенным императором или царем, а ты стало быть императрицей или царевной! Азмь есть царь! Не позволю царю перечить! Голову с плеч тому холопу! Ты по что боярыню обидел, смерд?! — расплылся я в мечтательной улыбке.
— Ты все шутки шутишь?! А я, между прочим, серьезно!
— Ладно тебе дуться, дом так дом. Будет тебе и корова, и огород, и порося заведем. Нужно только место найти нормальное и, наверное, где-то в центральной части страны или даже подальше. Чтобы зомби было поменьше, а то чем теплей, тем их больше. — сдался я.
— Ты сейчас на полном серьезе говоришь? — обернулась ко мне Герда и ее глаза были на мокром месте.
— Ну да, как я погляжу, для тебя это важно. Ты же не первый раз об этом говоришь и даже не во второй. Видимо, пришло время вить гнездо, врастать корнями в землю. Так и сделаем, обещаю, слово даю. — пожал я плечами.
— Ббблиииин! А чего я раньше так не сделала. — расплылась она в ехидной улыбке, а от ее печали и слез не осталось и следа.
— Ты что? Опять?! Опять развела меня? — возмутился я до глубины души, видя, как ее кислая мина и все эти страдальческие вдохи и выдохи пропали в одно мгновение, а вместо них появилась улыбка.
— Самую малость. — спрыгнула она с крыши, при этом не разлив ни капли кофе, и обняла меня. — Не обижайся, пупсик, а если хочешь, можешь и обижаться, хотя ты все равно не умеешь. — чмокнула она меня в щеку и пошла к блокпосту.
— Я тебе не пупсик! Жучка хитрозадая! Каждый раз покупаюсь на твои манипуляции! С первого дня нашего знакомства! И чего я, дурак, тебя тогда пожалел, грохнул бы и все. — шлепнул я ее по филейной части, придав небольшое ускорение.
— Но ты слово дал, а оно не воробей, так что поздно злиться! — коварным тоном произнесла она, проигнорировав мое негодование. — А не грохнул ты меня, потому что полюбил с первого взгляда! Гонялся по всей стране! И главное нашел, вот что настоящая любовь с мужиками делает! — насмешливо добавила она.
— Ага как же! Тачку мою любимую увела, в которой было все мое добро! Как тут не гоняться! А не шлепнул я тебя только потому что одна гоп-компания промыла мне мозги и сказала, что нужно быть добрее к людям. — отпив кофе ответил я, а после прикурил сигарету. — Кстати, интересно, как они вообще? Живы, нет? — призадумался я.
— Не знаю, столько воды с тех пор утекло. Кто-то, может, и жив, а может, и нет. Если честно, меня беспокоит судьба Гены и Алины. Смогли ли они тогда уйти или нет?
— Да, Великан мужик мировой, не руки, а два огромных куска золота. Как знать, жив ли он, али нет. Людей сейчас не так уж и много, поспрашиваем по пути, может чего и узнаем. — предположил я.
Мы осмотрелись на местности, а после проверили блокпост, но увы, в нем, как и ожидалось, не нашлось ничего хорошего, только мусор, хлам и человеческие кости. Но кое-что хорошее я все-таки нашел, запечатанный компакт-диск группы «Фактор-2». Понятия не имею, кто это, но все лучше чем ничего, а то я уже устал напевать мотивчики без аккомпанемента.
На улице вечерело, солнце садилось за горизонт, окрашивая серые тучи в багровые тона. Мы с Гердой сидели на крыше машины, так как это оказалось самым чистым местом откуда открывался неплохой обзор, и любовались этим красочным чудом природы, что повторяется изо дня в день, правда, так ярко не часто.
— Куда курс возьмем? — спросил я у своей напарницы и дамы сердца по совместительству.
— Понятия не имею. — пожала она плечами. — Для начала нужно понять, что вообще в округе творится. Опять же, горючки у нас всего полбака и одна канистра в багажнике. Как бы пешеходами не стать. Запас еды небольшой, патронов тоже немного осталось. Давай куда-нибудь в сторону Москвы, можем в Тверь, Тулу, Рязань, Ярославль заскочить. Может, где цивилизация есть. Разживемся припасами, горючкой, БК пополним и двинем в сторону Урала, а то и Сибири, где-нибудь там и обоснуемся. — предложила она.
— Да, давай, только вот платить нам за припасы нечем. Опять наемничать придется? Или пойдем разбойниками на большую дорогу?
— Нет, точно не разбойниками!
— Почему? Хоть разочек? Нахлобучим кого-нибудь зажиточного и заживем. Корова нынче точно недешево стоит.
— Нет! Такой хренью мы заниматься не будем. Тебя и так люди на дух не переносят, а ты еще и в грабители собрался. Это не про нас. А вот нахлобучить грабителей это можно.
— Ну, хуже точно не будет. — пожал я плечами. — И вообще, нормальные люди меня любят.
— Нет, нормальные люди тебя избегают. — отмахнулась она.
— А ты?
— А что я? Я проехала с тобой через всю Европу, помогла тебе уничтожить половину ее архитектурного наследия. Вытаскивала тебя из плена, питалась чем придется, накрошила столько народа, что даже страшно счет вести. Я похожа на нормальную? — приподняла она одну бровь.
— Ну да, — согласился я. — Ты еще куда опаснее меня.
— Это еще почему?
— Я врать не умею и все говорю на прямую. Коварство это не про меня.
— Не поспоришь, хотя под прикрытием поработать получилось. Никто не догадался и задачу ты выполнил.
— Да там и врать почти не пришлось, просто умолчал пару моментов, а все остальное время был самим собой.
* * *
Скажи, красавица, чего не нравится?
Пойми, ведь я всего лишь навсего хочу тебе понравиться.
Тебе понравиться, тебе понравиться.
Скажи, красавица, чего не нравится?
Пойми, ведь я всего лишь навсего хочу тебе понравиться.
Тебе понравиться, тебе понравиться.
Громко подпевал я мелодичному мотивчику, пританцовывая за рулем.
— Все, я больше не могу! — выкрикнула Герда и клацнула пальцем по клавише головного устройства.
Музыка тут же перестала играть, и краешек компакт-диска показался из специального разъема. Она сразу выхватила его и сломала на несколько частей, а после выкинула в окно.
— Ээээмммм, ты чего? — удивился я такой реакции.
— Знаешь, даже когда ты сутками напролет крутил в машине «Сектор газа», меня это не так бесило, как эта попсовая хренотень! Меня уже после второго трека тошнить начало!
— Понял, могла бы просто сказать, и я бы выключил. И вообще, нормальное музло, когда-то из каждого утюга играло. Это просто у тебя просто вкус дурацкий. Слушаешь всякую душную хрень, от которой вскрыться хочется уже после первого куплета.
— Много ты понимаешь! — отмахнулась она.
— Может, так.
На улице светало, но солнца из-за затянутого тучами горизонта видно не было. Мы неспешно ехали по разбитой дороге и внимательно смотрели по сторонам, чтобы не нарваться на засаду.
В какой-то момент мой живот истошно заурчал, сообщая о том, что если в течение ближайших тридцати секунд не доберусь до кустов, то мне станет очень стыдно перед Гердой.
— Я сейчас! — жалобно произнес я, останавливая машину, и, схватив из подлокотника рулон туалетной бумаги, рванул из машины на обочину с криком: «Гребаные оливки, я так и знал, что все этим закончится!!!» Спустившись с высокой обочины, я разместился в зарослях высокой травы и вздохнул с облегчением: «Успел». Время шло, я сидел в позе «На коне», но без коня. Вокруг царила тишина, пели птички, и дул легкий ветерок. И тут идиллию нарушил звук приближающейся машины. Движок истошно рычал, неизвестный транспорт громко грохотал на кочках, а затем раздался скрип тормозов. Я как раз закончил со своими делами и уже собрался обратно.
— Эй, сука! А ну руки вверх и отошла от машины! — раздался истеричный мужской голос.
Я быстро ринулся на дорогу, переживая за Герду, но сразу показываться не стал, мало ли, обойду с фланга. Был один нюанс: я безоружен, экстренное катапультирование застало меня врасплох, и впопыхах я не взял с собой оружия. Выглянув из кустов, я застал занятную картину. В пятидесяти метрах от нашей машины путь перегородила красная, ржавая и вся помятая «Нива». За открытой дверью стоял мужичок лет сорока, может, чуть больше. Рост у него был ниже среднего, одна макушка из-за двери торчала. Он был весьма пухленький, я бы даже сказал, толстоват, особенно для этого времени. На лице щетина, на голове большая залысина ото лба почти до самой макушки. Одет в потрепанную клетчатую рубаху, в широкие дешевые штаны с белыми полосками и обут в драные грязные кроссовки. Взгляд у него был каким-то бешеным, безумным, да и вид в целом. Словно он в отчаянии, словно бежит от орды зомби, и они вот-вот его настигнут. В трясущихся руках он сжимал пистолет Макарова и целился им в мою девушку. А Герда, как назло, тоже расслабилась, вышла из машины и тоже без оружия. Стоит в бронежилете, ручки подняла вверх и осторожно поглядывает в мою сторону.
— Тише, парень! — ответила она. — Чего нужно? Машину убрать, дорогу тебе освободить? — спокойно уточнила она.
— Я сам ее уберу! — гаркнул он и одной рукой залез в салон, а затем швырнул ей наручники. — Одевай и садись на заднее сиденье! — приказал он.
— Зачем?
— Потому что я так сказал! Делай, или я тебе ногу прострелю!
— Эй, урод! Это моя женщина, и только я могу ей приказывать! — возмутившись, выскочил я на дорогу, а затем уловил ее недовольный взгляд и подмигнул.
— Ты еще откуда взялся?
— В кустики ходил. — улыбнулся я и погладил свой живот.
— Для тебя у меня наручников нет. — с досадой ответил он.
— Слышь, придурок! Что-то ты не похож на Ворошиловского стрелка. Ручки трясутся, как у пьянчуги с бодуна!
— И что с того? Причем тут Ворошиловский стрелок?
— А с того, что у тебя в руках ПМ, с такого расстояния попасть в кого-то — это нужно очень сильно постараться! У тебя восемь попыток, максимум девять, если патрон дослал, а у нас в салоне калаши лежат! Я тебя в миг изрешечу! Предлагаю тебе следующее: пока у меня настроение хорошее, уходи отсюда подобру-поздорову! Иначе я тебя накажу, очень сильно и больно накажу! — пригрозил ему я.
— Я отлично стреляю! А будь у вас оружие, вы бы всюду таскали его с собой, так что не бери на понт! Фраер беспонтовый! Бери наручники, застегни их за спиной своей телки, а сам встань на колени у обочины! — истеричным голоском скомандовал он.
— Ты сам напросился! — сжав кулаки, прошипел я и подмигнул Герде два раза.
Это была наша фишка, значит, на счет три мы будем действовать. Мысленно досчитав до трех, мы бросились к машине, обе двери были открыты, так что оружие можно было схватить очень быстро. Но мужик все-таки открыл огонь. Даже в умелых руках Макаров — так себе оружие, особенно на средних дистанциях, да и убойность у него так себе, а мы оба в брониках, совсем не страшно. Мужик сделал три выстрела, прежде чем мы добрались до машины, меня не зацепило, а вот Герде все же досталось. Я отчетливо услышал, как пуля пробила дверь и ударила в нее. Она громко ойкнула и упала на колени, а после начала громко хрипеть. После третьего выстрела я услышал отчетливый звук щелчка, не знаю точно, что это было, осечка или патроны закончились. Но выстрелов больше не прозвучало, а мужик прыгнул в машину, завел ее и начал спешно отъезжать назад. Сам не понимаю, что со мной стало, вот возьми оружие и изрешети ублюдка, но я не смог. Я предпочел броситься на выручку своей женщине. Быстро оббежав машину, я подбежал к Герде, что сидела на земле и хватала воздух ртом, морщась от боли.
— Мать, ты как? — осторожно дотронувшись до ее плеча, произнес я.
Она же щупала рукой под бронежилетом и начала доставать руку. И мне даже стало не по себе, я впервые чего-то испугался. Я боялся увидеть кровь на ее пальцах. Но, к счастью, ее маленькая загорелая ручка показалась на свет абсолютно чистой.
— Кажется, ребра сломаны. — прошипела она.
— Ффффууууухххх. Пронесло! — вздохнул я с облегчением.
— Испугался, обосранец! — постаралась рассмеяться она, но тут же скорчилась от острой боли.
— Давай я тебе грудь перетяну, в багажнике есть эластичные бинты. — предложил я.
— Я думала, ты сейчас плюнешь на все и рванешь в погоню. Чтобы глаз ему на задницу натянуть! — мило улыбнулась она.
— Я так бы и поступил раньше. Но, кажется, только что понял, насколько ты для меня важна. — нехотя произнес я, поднимаясь на ноги. — А этого ублюдка я так и так достану, не уйдет!
— Ой, это самое милое, что ты говорил мне за все время нашего знакомства. Не полез в драку, а побежал помогать, прям таю, как пломбир или маслице на блинчике. — умилилась она. — А этого урода найдем, раз ты меня смог найти, этого отчаянного урода с закрытыми глазами отыщем.
От автора:
Дорогие друзья!
В этом томе повествование пойдет от лица Ила. Про братьев мы, разумеется, не забываем. Совсем скоро состоится долгожданная встреча. Для тех, кто не знаком с Илом, рекомендую почитать цикл "Страх и голод".
Глава 2
— Ай, сука, больно!
— Терпи! — ехидно произнес я, стягивая торс Герды эластичным бинтом.
— Я из него душу выну! Два ребра сломаны! Опять… — злобно прошипела она, сжимая пальцами обивку сидений.
— Предоставь это мне, но для начала нужно вытянуть из него всю информацию. Неспроста же он куда-то так спешил. С тремя патронами в пистолете и пустой машиной за кордон не уезжают. — возразил ей я.
— Пожалуй, ты прав, это я от боли просто ворчу. Главное найти его теперь, как бы не смылся, если местный, то должен знать укромные местечки. Ищи потом свищи его по всей округе.
— Да куда он денется с подводной лодки? Вокруг сплошная грязь и сырость, а машина оставляет следы. На подготовленного бойца он вообще не похож, на своих двоих далеко сбежать не сможет. Пусть дышит, порадуется, пока есть такая возможность. — пожимая плечами, ответил я.
Закончив с наложением тугой повязки, я помог Герде экипироваться и усадил ее в машину, а после уселся за руль.
— Это же слишком тупо для ловушки? — задумчиво произнесла она.
— Ты о чем?
— Ну, этот тип взялся непойми откуда и убежал. Я вот думаю, это просто тупая ситуация или какая-то хитроумная заваруха.
— Да ну бред. — отмахнулся я. — Если бы кто-то хотел на нас напасть, уже бы напал и так глупо патроны не тратил.
— Это я так, профдеформация, все и вся нужно подозревать и проверять.
— А вот это очень даже правильно. — согласился я и запустил двигатель.
* * *
Дорога тут была всего одна, узкая, разбитая, грунтовая. Невооруженным глазом видно, что по ней уже давно никто не катался, не считая следов Нивы, что прошла сюда и обратно. Съездов не видно, вокруг сплошные заросли борщевика, жухлой травы и кустарников, с которых активно облетают желтые листья.
Машину то и дело таскало из стороны в сторону, и мне приходилось прилагать немало усилий, чтобы удерживать ее в границах трассы. Системы помощи вождения тут или отсутствовали, или просто не работали, что доставляло некоторые неудобства, да и коробка механическая, но это скорее плюс на такой дороге. Эххх, а ехали бы мы на моей Тойоте Тундре, горя бы не знали, там за тебя электроника все делает, ты только направляй ее и жми на газ. Но увы, даже будь она тут, далеко уехать бы не вышло, горючка не ахти какая, и теперь в почете старые внедорожники с прожорливыми движками. Но мне грешно жаловаться, так как удалось уловить сотый Ленд Крузер на бензиновом движке. Так сказать, махнул не глядя сильно уставший Форд Фокус на приличный внедорожник. Горстка мародеров, конечно, была против такого бартера, но я и мой автомат оказались весьма убедительными, и все прошло как по маслу.
В моменте дорога пошла на резкий спуск, а в самом низу был крутой поворот налево. Я попытался тормозить, но машина не слушалась и пошла юзом, намереваясь продолжить свой путь прямо в кювет, а не поворачивать. Не желая оставаться без машины, я воткнул пониженную передачу, повернул колеса и вдавил газ в пол. Движок зарычал, все четыре колеса начали быстро пробуксовывать и вкапываться в дорогу до сухого грунта. Это реально помогло, машина начала слушаться, и я вписался в поворот, но там нас ждал сюрприз. Поперек дороги стояла уже знакомая нам «Нива», ее, видимо, тоже занесло и завернуло поперек дороги. В том месте была достаточно глубокая колея, и она никак не могла выехать, так как резина на ее колесах была сильно уставшей, и сцепление отсутствовало. За рулем сидел тот самый мужичок с испариной на лбу и явно испугался, когда увидел перед собой капот нашего внедорожника. Я как мог вжал педаль тормоза в пол, но это не помогло. Ход, конечно, замедлился, но в Ниву мы все же врезались.
— А ты говорила, что сбежит! — улыбаясь, подмигнул я Герде.
— Иди, выбивай информацию, пока я его не пристрелила! — фыркнула она и достала пистолет из разгрузки. — На всякий случай, мало ли у него еще что есть.
— Добро. — вынув сигарету из пачки, что лежала в подстаканнике, произнес я.
Выйдя на улицу, я сразу продемонстрировал мужичку автомат.
— Не сомневайся, в нем есть патроны, и больше чем три! — предупредил его я, и он, вжав голову в плечи, смиренно поднял руки вверх.
Первым делом я осмотрел повреждения машины. Бампер «Крузака» ударил в верхнюю часть двери Нивы и слегка задрался вверх. Радиатор целый, никакие жидкости на землю не закапали, и это меня очень порадовало. А вот «Ниве» досталось куда больше. Заднее окошко разбилось, лобовое пошло трещинами, стойки замялись, да и всю ее как-то перекосило. Видимо, совсем старенькая, ржавенькая, в общем, дорога ей теперь только в утиль.
— Ну что, гайцов вызывать будем или на месте договоримся? — подмигнул я мужику, кивнув в сторону своего бампера.
— Гайцов? Каких еще гайцов? — удивился он моему вопросу, видимо, шутка не отыскала отклика в его голове.
— Ладно, проехали. — тяжело вздохнув, ответил я. — Вылезай из машины и иди сюда. — указал я ему на обочину.
— Зачем?
— Затем! Делай, сука, что тебе говорят, пока я тебе что-нибудь не прострелил! И поверь мне, очень хочется это сделать! Дай мне повод, и я прострелю твои колени!
— Иду! Иду! Только не стреляй, пожалуйста! И не бей, у меня очень низкий болевой порог! — залепетал он и начал пытаться открыть свою дверь. Но куда там, она ведь зажата бампером моей машины.
— Ты идиот? Через пассажирскую! — грозно произнес я, и тот, сообразив, что занимается ерундой, тут же начал перелезать на пассажирское кресло и таки смог покинуть свое транспортное средство. Поскользнувшись, он едва не упал в грязь, обогнул машину и встал передо мной на обочине.
— Тебя как звать?
— П-П-П-Пахан! Ой, Пашок! То есть Павел! — представился он с третьего раза и зачем-то протянул мне руку. Но поняв, что пожимать я ее не собираюсь, опустил вниз и замялся. — Ты это, извини за ситуацию на дороге. Я вижу, все живы, здоровы, может это… забудем? Это все нервы, отчаяние, а я чем могу помогу, я очень полезный. Много чего знаю, много чего умею, вот увидишь, отработаю! Так сказать, заглажу свою вину. — гордо заявил он.