Там, где сгорают надежды

Глава 1

– Сколько? – Максим не собирался торчать всю ночь в темной прокуренной комнате, которую ненавидел каждой клеткой своего тела.

– Четыреста пятьдесят тысяч, – пожал плечами худощавый высокий мужчина. Он оторвался от покера, одернул свой нелепый пурпурный костюм и бросил заинтересованный взгляд в сторону гостя.

«Какого черта?!», – чуть не сорвалось с губ, но Максим сдержался. Он не мог подарить этому негодяю даже намека на эмоцию.

– Это только, чтобы твой щенок ушел, – Буран указал пальцем на человека в углу комнаты, который ссутулился так сильно, что практически коснулся носом стола. – И около сотни он будет мне должен, скажем… – мужчина задумался.

Внезапно его верхнее веко предательски задергалось. За ним последовали мышцы лица, шеи, частично плеча, и в следующую минуту приступ бандита сопровождался собственными тихими писклявыми смешками. Никто в комнате не посмел ни взглянуть в его сторону, ни дернуться. Казалось, каждый задержал дыхание, желая стать собственной тенью. Максим сильно сжал челюсти и стиснул кулаки. Он знал, что может произойти после такого припадка. Все это знали.

– Хах! – Буран громко вскрикнул, от чего два игрока за столом вздрогнули. Бандит тряхнул головой, возвращая мускулы и мысли на место, и плавно откинулся на спинку стула, словно ничего не произошло. – До конца месяца. Он должен вернуть остаток до конца месяца.

Легкий, еле различимый вздох облегчения пронесся по комнате. Игроки расслабились и продолжили раскидывать карты по столу, однако стержень внутри Максима стал еще тверже. Его взгляд медленно переместился в сторону друга. Влад с каждой минутой склонялся все ниже к столу, продолжая смотреть прямо на карты. Злость внутри Максима бурлила, заливая глаза кровью, а багровый дым пробирался в каждую щелку сознания, обрывая связь с разумом.

«Четыреста пятьдесят тысяч! Самый большой проигрыш за два года!», – бешеные мысли вертелись в голове у Максима. В эту ночь он всем сердцем ненавидел друга за безалаберность, глупость и невероятную подлость.

С непроницаемым лицом Макс достал телефон из кармана брюк и зашел в приложение банка. К несчастью, это не первый раз, когда ему приходилось вытаскивать друга из мрачного подвала, окутанного страхом и сожалениями. Всего одна вертикальная полоса сообщала о наихудшей мобильной связи из всех возможных, из-за чего денежный перевод затянулся.

– Как давно он здесь? – Максим обратился к главарю банды так, словно друг не сидел в нескольких метрах от него.

– Примерно с обеда. Нужно хорошенько постараться, чтобы проиграть такие деньги, – Буран усмехнулся и под дружные смешки сообщников вернулся к игре. Бандит бросил карты на стол рубашкой вверх и двое других игроков повторили его движение. Никто не стал разыгрывать круг в отсутствие главаря, что показалось Максу большой глупостью. Какой смысл участвовать, если не веришь в успех?

– Слушай, пацан, ты можешь сыграть еще разок, – уродливый низкий мужчина лет пятидесяти с наколками на каждом пальце обратился к Владу. – Твой кореш готов оплатить любой проигрыш.

– Да, тебе осталось проиграть только свою честь, и будешь вертеться на шесте, как те девки в соседней комнате, – второй игрок, коренастый мясистый мужчина, присоединился к насмешкам, и комнату заполнил низкий гогот, не имеющий ничего общего со смехом.

Игнорировать выпады становилось сложнее, но Максим держался, наблюдая за вращающимся колесом загрузки на экране.

«Ну же! Давай!», – проговаривал он про себя, желая как можно быстрее оставить казино позади. Однако маленькая змея, ползающая по кругу в телефоне, решила показать характер.

– Так что, Макс, деньги будут? Или ты там устроил сбор средств? – крупный игрок, напоминающий свирепого быка, выложил на стол пистолет, заявляя и без того прозрачные намерения.

– Ты прекрасно знаешь, что здесь проблемы со связью, пару минут.

– Это слишком долго! – крикнул татуированный и стукнул кулаком по столу, но Буран пресек любые намеки на эмоции одним лишь взмахом руки.

– Макс – наш давний друг и, судя по всему, еще и спонсор. Давайте дадим ему время, – главарь быстро утихомирил игрока, но явно ненадолго.

Находиться в удушливом подвале становилось все сложнее. Стены, потолок и даже пол, отливающие оттенком каберне, сдавливали грудную клетку, не только затрудняя дыхание, но и нагоняя ужас от кончиков пальцев вдоль всего позвоночника до самого затылка. Наконец, змея уползла в недра процессора телефона, а огромная сумма вмиг исчезла с экрана и очутилась на счете сомнительной организации с весьма странным названием «Обитель блаженных». Только такой психопат, как Буран, мог назвать подобным образом компанию, через которую отмывал все свои грязные деньги.

– Это все? – холодно спросил Максим, предоставляя подтверждение перевода. – Завтра увидишь деньги на счете.

Звонкий нервный смех раздался в комнате, заглушая и без того приглушенную музыку, доносящуюся из соседних залов.

– Макс! С каждым разом ты поражаешь меня все больше и больше. Мы бы с тобой хорошо сработались, – все еще истерически хихикал Буран.

– Это все? – Максим повторил вопрос, не обращая внимания на очередное предложение бандита присоединиться к группировке. Макс смотрел на совершенно неуравновешенного человека и в очередной раз пытался понять, как в одном существе могло уживаться столько противоречий.

Буран перестал смеяться и смерил молодого парня недовольным взглядом. Безумец всегда добивался желаемого, о чем знал каждый в маленьком южном городке среди гор, поэтому отказы Максима раздражали бандита больше, чем казалось.

– Да, можешь забирать этого недоумка.

Татуированный игрок резко встал из-за стола и толкнул Влада вперед. Еле удерживаясь на ногах, друг проковылял через комнату к спасителю и встал рядом, нервно поправляя куртку.

– Заходи, пацан, мы всегда тебе рады, – крикнул один из игроков, после чего последовали очередные смешки. Максим бросил сердитый взгляд на друга, развернулся и стремительно вышел из злополучной комнаты.

В уши ударила громкая музыка, отбивая ритм на барабанных перепонках. В этот раз танцующие обнаженные силуэты не привлекали внимания Максима. Ему хотелось поскорее выйти отсюда и глотнуть свежего воздуха.

– Макс, прости! – Влад пытался оправдаться, перекрикивая музыку, пока они пересекали стриптиз-зал. Малиновые прожектора доводили до тошноты, хотя обычно порождали самые жгучие желания.

– Заткнись!

Страстная и манящая музыка сменилась на популярные клубные песни, и взору открылся третий зал. Только Буран мог соединить три совершенно разных направления в одном помещении. Максим решил, что его не удивили бы даже официанты в белых перчатках при свете дня, обслуживающие светские ужины или воскресные завтраки.

В тесном, душном зале ослепляли бесчисленные прожектора, чей свет отражался от мелких зеркал, развешанных на стенах по периметру. Светомузыка сбивала с толку даже в десятке метров от сцены. Потные, пьяные и зачастую неадекватные люди, прыгающие в такт музыке, мельтешили перед глазами, блокируя проходы. Регулярные визиты в ночной клуб научили Максима пробираться сквозь неуправляемую толпу без ущерба здоровью, хотя так было не всегда.

– Я все верну, обещаю! – друг не унимался, и Максим не выдержал. Он схватил Влада за рубашку и ударил головой о стену.

– Ты совсем с ума сошел? 450 штук! Я тебе мешок с деньгами?

– Я же извинился!

Влад не успел договорить, как тяжелый кулак врезался ему прямо в челюсть. Друг отлетел вдоль стены и сполз на пол. Он тут же схватился рукой за лицо, но в ответ ничего не сделал.

– Сколько мне еще извиняться перед тобой? – крикнул Влад и растер ушибленное место. Максим склонился над потерпевшим и почувствовал себя гигантом, хотя ростом превосходил друга всего на полголовы.

– Неужели ты думаешь, что твоих извинений будет достаточно? Это последний раз, клянусь! Больше я не буду тебя вытаскивать! Пусть они делают с тобой, что хотят. Плевать! – Максиму с трудом удавалось перекричать музыку, но накопленные эмоции не давали возможности донести все обиды до более тихого места.

– Он же переломает мне все кости и черт знает, что сделает еще! – возмутился друг и сплюнул на пол кровь.

– И пусть!

– Так значит?

Внезапный толчок в плечо слегка отбросил Максима.

– Приношу глубочайшие извинения, месье, – пьяный чудаковатый мужчина врезался в Макса, не справившись с земным притяжением. Паренька шатало из стороны в сторону, бросало на ближайшие стулья, стойки, спины, пока гравитация не одержала победу. Никто не заметил растянувшееся поперек клуба тело. Люди, зацикленные исключительно на себе, продолжали биться в конвульсиях под популярные мелодии.

Взгляд Максима упал на двери в дальней части зала. Ему послышался приглушенный шум, который переключил на себя все внимание. Плохое предчувствие волной накатило с головы до ног, и Максим уставился на выход в ожидании. Друг проследил за его взглядом и тоже напрягся. Внезапно двери распахнулись, и в зал, словно пчелы из разбитого улья, вывалился десяток людей в полицейской форме.

– Бежим! – крикнул Максим и, дернув друга за рукав куртки, указал в сторону первого зала.

– Полиция! Всем стоять на месте, никому не двигаться!

Облава. Причем на то самое подпольное казино, которое Максим оставил пару минут назад. Попадаться нельзя. Не в этот раз. Столько денег ушло на Влада, что Максим не хотел потратить остаток на полицейских.

– Вон там! – послышался мужской голос со стороны входа. Один из полицейских заметил двух парней, которые в спешке пробирались сквозь толпу в противоположном направлении.

– За ними! – крикнули ему в ответ.

Вернувшись в уже пустой стриптиз-зал, Влад следом за Максимом понесся в дальний угол комнаты, где затаился запасной выход, о котором мало кто знал. Сейчас Максим даже порадовался, что постоянные неудачи Влада оказали им услугу. С другой стороны, из-за них же они и попали в эту передрягу. Не сбавляя темп, Максим подбежал к двери, рывком распахнул ее и вместе с другом оказался на улице.

– Эй! – из-за угла показалась фигура в форме. Затем к ней присоединились еще несколько и в следующую минуту пять силуэтов приближались к двери.

– Вот черт! – Максим помчался прочь, потянув за собой друга.

Проблесковые маячки окрасили небо в ярко-синие и красные цвета. Со всех сторон доносились крики, звуки сирены и топот. Двое мчались вперед так быстро, что казалось, их дыхание не поспевало следом. Они не понимали, сколько людей за ними гналось. Пять? Возможно, шесть полицейских? Сложно определить наверняка. Расстояние от преследователей увеличивалось так медленно, как будто бы и не менялось вовсе.

«И почему я ничего не заметил, когда подъезжал?», – Максим мысленно ругал себя, желая предотвратить облаву, но это были лишь пустые проклятия.

Несколько улиц осталось позади, но погоня не сбавляла темп. Переулки стали достаточно узкими, чтобы машина не смогла проехать, но она определенно вела подозреваемых на параллельных улицах. Макс остановился за углом, чтобы восстановить дыхание.

– А эти ребята шустрые, – весело заметил Влад, махнув рукой в сторону клуба.

– Какой же ты засранец! – Максим, опираясь о колени, пытался как можно скорее отдышаться. – Нам нужно разделиться.

– Что?

– Так у нас больше шансов. Через полчаса дозвон, – Максим выжидающе посмотрел на друга. Тот уставился в ответ, обдумывая варианты. Издалека послышались голоса, свисты и хлюпанье ботинок.

– Заметано! – быстро согласился Влад. Друзья кивнули друг другу и помчались в разные стороны.

Прямая дорога безжалостно смеялась над Максимом. Ни одного закоулка или ответвления, ни единого шанса спрятаться. Скрыться – жизненно важная задача, которую Макс никак не мог решить.

Резкий толчок, и голова Максима с глухим звуком ударилась о сырую землю. Оглушающий звон застыл в ушах. Пронзительная тупая боль стрельнула от одного виска к другому, и в голове словно все перемешалось.

– Попался, мерзавец, – молодой полицейский навалился всем весом на Максима, развернул его лицом в землю и надел наручники. Макс пытался скинуть его с себя, но, несмотря на хилое телосложение, паренек был слишком изворотлив.

– Ты испачкал мне куртку, – недовольно сказал Максим, пытаясь сконцентрировать взгляд на одной точке. Весь переулок крутился перед его глазами.

– Закрой рот, – полицейский защелкнул браслеты и поставил задержанного на ноги.

– Слушай, приведешь меня в участок, тебя выставят идиотом, – отвлекая разговорами, Максим прощупал железо на запястьях.

«Успею», – подумал он и нырнул в задний карман брюк, где, благодаря частым неприятностям, всегда валялась булавка.

– Хватит болтать! – полицейский подтолкнул арестованного в переулок к ярким мигающим огням.

Максим плелся к машине, краем глаза осматривая паренька. На вид не больше восемнадцати, щуплый, бледный, неуверенный – будто только заступил на службу. Но особое внимание привлекла нашивка с фамилией.

– Да ладно, подумаешь, еще немного унижений. Ты уже привык, правда, Мамкин? Над тобой и так постоянно смеются.

На мгновение шаги полицейского замедлились, а в глазах промелькнуло сомнение.

– Я ведь прав? И стоит тебе привести в участок сына Евсеева, сержант, ты можешь лишиться даже своих полосочек, – за спиной Максима послышался щелчок и клацанье железа.

– Закрой…

Удар в солнечное сплетение отнял у полицейского дыхание, и Мамкин согнулся пополам. Воспользовавшись заминкой, Максим ударил сержанта по лицу свободной от наручников рукой, отчего тот отшатнулся в сторону. Макс метнулся вперед, на ходу пытаясь расстегнуть второй браслет, но полицейский в секунду пришел в себя и накинулся на задержанного.

Страж порядка был хорошо подготовлен. Каждый удар – точный, резкий, быстрый. Один из них пришелся Максиму в нос, от чего кровь брызнула во все стороны. Макс заметил полуулыбку на лице противника. Молодому полицейскому определенно нравились ощущения, которые он испытывал во время драки, и это его отвлекло.

Полицейский шагнул вперед и замахнулся, но Максим успел увернуться, резко ударил сержанта по челюсти и со всей силы пнул ногой по ребрам. Мамкин упал на землю и закашлялся, а у Макса появилась вторая возможность и небольшая фора.

Не оглядываясь, Максим помчался прочь в надежде, что ему удалось оторваться хотя бы на несколько минут. На соседней улице послышался вой сирен. Переулки сменяли друг друга, а Макс так и не находил укрытия.

Новая улица показалась смутно знакомой, и Максим вспомнил о заброшенном театре, который находился всего в нескольких сотнях метров. Не думая больше ни секунды, он рванул туда со всех ног.

Величественное светлое трехэтажное здание с массивными колоннами, построенное в греческом стиле, сегодня выглядело жалко и уныло. Живая изгородь высохла до ломких веток, фасад театра осыпался, а большая часть стекол разбилась и выпала из рам. Хлипкий забор плохо справлялся со своей задачей, так что Максим без труда перелез через него и стал искать возможность проникнуть внутрь.

Даже не смотря на прогнившие доски, центральный вход был плотно заколочен, что не оставляло ни малейшей надежды пробраться в театр. Максим поднял голову и осмотрел каждый изъян, выступ и закуток стены. Спустя некоторое время он, наконец, нашел свое спасение. Открытое окно на третьем этаже. Его мало интересовало, почему именно это окно осталось не заколоченным. Главное, что он мог попасть внутрь.

Макс подпрыгнул и уцепился за балюстраду первого этажа, подтянулся и стал пробираться наверх. Балкон за балконом он карабкался все выше, цепляясь руками и ногами за каждый выступ. Добравшись до заветного окна, он с грохотом ввалился в темноту, перевернулся на спину и выдохнул. Оставалось только переждать.

Звонкий скрип раздался в глубине театра.

«Не удивительно», – подумал Максим, вспоминая, как долго здание оставалось заброшенным.

Пока глаза привыкали к темноте, Макс поднялся на ноги и отряхнул жутко запачканную кожаную куртку и не менее грязную рубашку поло. В попытках вернуть одежде достойный вид, он задел свисающий с потолка кусок полиэтилена. Пленка окружала его. Максим попытался оторвать ее от себя, но материал сильно электризовался и от каждого движения только сильнее прилипал к рукам. Макс завертелся, продолжая бороться с пленкой, пока его потасовка эхом разлеталась по театру. Отделавшись от приставучего, шуршащего полиэтилена, Максим, наконец, смог осмотреться.

Черные языки пламени, которые охватили здание несколько лет назад, отпечатались на стенах, полу и потолке, оставаясь вечным напоминанием об ужасной трагедии. Ноги утопали в толстом слое пыли, словно в снежных сугробах, что сильно затрудняло передвижение. В углу комнаты Макс наткнулся на осколок зеркала, в котором заметил на голове пышную белую шапку. Он сразу скинул ее с себя, возвращая волосам шоколадный оттенок. Как только Максим перестал приводить себя в порядок, он остановился посреди небольшого помещения и поежился. Неспокойно находиться в заброшенном здании, особенно посреди ночи, когда все нервы итак натянуты, как холст на подрамник.

В своих мыслях Максим совершенно забыл о погоне. Он подошел к окну и осторожно выглянул наружу. Тишина и пустота окутали улицу. Странно. Макс рассматривал каждый угол, каждый дом, пытаясь найти силуэты полицейских.

– Что ты здесь делаешь?

– Вот черт! – от неожиданности Максим подпрыгнул и быстро развернулся, инстинктивно схватившись за грудь. Перед ним стояла девушка невысокого роста, но из-за темноты он не мог разглядеть черты ее лица. – Ты меня так напугала!

– Что ты здесь делаешь? – она более требовательно повторила вопрос.

– А тебе не все ли равно?

– Ты вторгся на частную собственность!

– Это здание рассыпается и уже давно никому не принадлежит, расслабься, – буркнул Максим и повернулся обратно к окну. За пару секунд незнакомка уже начала его раздражать. Из-за нее он совершенно не мог сосредоточиться.

– Послушай, золотой мальчик, если у тебя полно денег, это еще не значит, что ты можешь играть в догонялки везде, где тебе захочется.

– Золотой мальчик? – удивился Максим и глянул на нее через плечо. – С чего ты взяла?

– Ты предсказуемый. Наверняка получил от родителей целое состояние и живешь, ни в чем себе не отказывая.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – со злостью ответил Макс и приблизился к девушке. Наконец, она вышла на свет, и, впервые за короткую беседу, он увидел ее зеленые глаза, которые гневно прожигали в нем огромную дыру отвращения.

– Так ты еще считаешь себя особенным! – усмехнулась она и начала передразнивать гостя. – Боже, у меня так много денег, и я такой несчастный!

Незнакомка продолжала засыпать Максима обвинениями, но на мгновение он перестал ее слушать. Шум, доносившийся с улицы, привлек его внимание. Макс приблизился к окну и заметил темные фигуры, которые обходили периметр здания. Тут он понял, что девушка все еще кричит на него, и в эту секунду в окно третьего этажа устремился свет от фонаря.

Макс рывком схватил девушку, сгреб ее в охапку, рухнул на пол и прижался спиной к стене. Одной рукой он силой удерживал незнакомку, а другой закрывал ее рот. Ей такое поведение совершенно не понравилось, и она стала вертеться, пытаясь высвободиться.

– Тшш! Тихо! – Макс прошептал ей на ухо. – Молчи, если не хочешь провести ночь в полицейском участке!

Девушка сопротивлялась еще несколько секунд и успокоилась, что сильно удивило Макса. Они, молча, сидели на полу и ждали, пока свет от фонаря прекратит рыскать от окна к окну. Ее каштановые пряди растрепались во все стороны, и незваный гость почувствовал фруктовый запах, напоминающий вишневый сок.

Минута сменяла другую, каждый стук сердца отчетливо отдавался у Максима в ушах. Казалось, в любой момент полицейские ворвутся в театр и вытащат незадачливую парочку на улицу. Обоих отвезут в участок, и всю ночь Максиму придется слушать проклятия незнакомки. От одной мысли об этом его передернуло. К счастью, свет фонаря исчез. Максим убрал руку от лица девушки, но на всякий случай шепнул.

– Не шуми.

Макс поднялся на ноги и помог незнакомке встать с пола, а сам осторожно выглянул в окно. Кажется, все тихо.

– Я пережду минут пять и уйду отсюда, – пообещал Максим, переводя взгляд на девушку. – А что ты здесь делаешь?

– Тебе не все ли равно? – передразнила она, выдав веселые нотки в голосе. Макс и сам не смог сдержать улыбки.

Незнакомка подошла к окну и встала рядом с Максимом. Теперь он смог внимательно рассмотреть ее. Густые волосы, припорошенные пылью, практически касались талии, высокий лоб скрывался за косой челкой на обе стороны, а отсутствие косметики только подчеркивали большие глубокие зеленые глаза.

«Кто ты такая?», – пронеслось в голове у Максима.

– Не твой вариант, золотой мальчик, – внезапно сказала девушка, поймав на себе его пристальный взгляд.

– Это вызов? – усмехнулся Максим и смущенно спрятал глаза в ночи.

– Нет, это факт. Так что не теряй время зря.

Голову Максима атаковала стая вопросов. Ему хотелось переспорить ее во всем, и одновременно оставить в покое. Она манила и отталкивала. Заигрывала и грубила. Возможно, намечалась интересная игра, но Макс не собирался делать ставки. Девушка казалась такой же сложной, как векторный анализ, а в его жизни и без того оставалось множество нерешенных уравнений.

– Тебе не пора? – лукаво спросила незнакомка, не отрывая взгляда от окна.

– Да, нужно бежать, – ответил Максим, и в подтверждение его словам на телефон пришло сообщение от друга, который ждал в назначенном месте.

Максим растерянно огляделся. Он сомневался в том, что девушка карабкалась по стенам, как геккон, но другого выхода Макс не знал. Он отодвинул ее за плечи и медленно вылез в окно, в то время как она с удивлением наблюдала за ним. Спуск оказался не таким простым, как рассчитывал Максим. Земля дальше, выступы уже, возможностей меньше, но Макс не мог показать даже каплю волнения. Только не этой особе. Не спеша он преодолел балкон за балконом и очутился внизу. В очередной раз отряхнувшись, он перебежал через дорогу и напоследок бросил взгляд в сторону театра, где из окна выглядывала девушка.

– И все-таки, ты ошибаешься! – крикнул Максим и помчался в сторону дома, пока незнакомка не успела бросить в ответ порцию желчи.

Глава 2

На ступеньках современного двухэтажного особняка сидел Влад. Он лениво докуривал сигарету, устремив взор далеко за горизонт. С вершины горы, на которой располагался роскошный дом Максима, открывался чудесный вид на город, но Влад словно смотрел сквозь него. Макс вышел из такси и медленно подошел к другу, не представляя, что еще можно сказать, чтобы достучаться до комнаты с вывеской «здравомыслие». Влад краем глаза заметил отъезжающий автомобиль, сделал глубокую затяжку и вскочил на ноги.

– Максим, я понятия не имел!

– Заткнись.

Макс больше не хотел слушать его извинения, и Влад послушно замолчал. Друг сел обратно на ступени, выбросив окурок в пепельницу под кустом османтуса. Влад знал, что Максу нужно время, чтобы прийти в себя. Слишком хорошо знал. Проведенное вместе детство стало несущей балкой в крепкой связи между двумя братьями по духу, но не по крови. Влад так часто ночевал у Максима, что комнату для гостей постепенно переименовали. Если бы не шестнадцать лет прочной дружбы, Максим ни за что не заплатил бы такую сумму. Ни за что.

Ночь медленно отступала, и первые проблески нового дня подкрадывались из-за домов. Ни в одном из пышных особняков элитного района не горели огни, кроме единственно открытого окна на втором этаже дома на холме. Она еще не спала. Сегодня память Марины осталась при ней, доставляя, тем самым, неприятности окружающим. Таких дней становилось все меньше. Стоило только открыть входную дверь, как начнутся пьяные разборки, а этого Максиму хотелось меньше всего. Тяжело вздохнув, он рухнул рядом с другом и уронил голову на ладони.

Цикады отбивали привычный ритм, заполняя тишину на заре нового дня. Пепельница медленно заполнялась, и с каждым новым окурком Макс все больше терялся в тумане непонимания и сигаретного дыма.

– Я рассчитался, когда ты первый раз проиграл двадцать тысяч. Я заплатил второй, когда ты оставил в казино сотку. Я даже вытащил твой зад, когда он стоил двести, но не четыреста пятьдесят! Это уже перебор! Ты понимаешь, что Буран в любой момент может тебя убить? И никто, Влад, никто ничего ему не скажет, даже если это произойдет на площади танцующих огней!

Стрекотание насекомых – единственный звук, который последовал за нравоучениями. Макс смотрел на друга и в очередной раз пытался понять, почему Влад с головой ушел в покер. Друг в петле, и Макс висел вместе с ним, а под рукой больше не осталось инструментов, которые могли бы перерезать веревку.