- -
- 100%
- +
— Скажешь тоже, — рассмеялся старик. На удивление почти все его зубы были на месте, — мастер. Мы народ простой. Такими титулами себя не именуем. Просто Мизен.
— Хорошо. Тогда я просто Лара.
Мизен не умолкал всю дорогу. Говорил медленно, порой путался в словах, перескакивал с темы на тему, но все-таки поведал о своей жизни. Лара слушала краем уха.
— Совсем худо стало в последние годы, — продолжал старик, — жена уже три года как мертва, а я всё не собрался. Даже хозяйство запустил.
«Оно и видно.»
Синий дом именовался так из-за своей кровли. И хоть крыша покосилась и имела несколько дыр, цвет её не потерял яркости. Кирпичное здание покрыто белой глиной. Сквозь трещины виднелась рыжина камня. Несколько окон разбиты, а дыры залатаны газетой.
К дому прилегал большой участок земли. Его следовало тщательно огородить, но ни одного воришку не прельстит трава высотой с хозяина дома.
— Здесь мы выращивали картофель, — сообщил Мизен, — мои предки были первыми на этой земле, кто стал культивировать его, — в его голосе не было ни гордости, ни бахвальства, — мы с женой сами всем занимались, но… в прошлом году я сломал бедро и долго поправлялся… что я только о бедах своих? Жизнь продолжается, верно, дочка, — оживился старик. Отпер дверь, и та со скрипом открылась, — заходи.
Изнутри всё выглядело лучше. Полы чистые, ни одной пылинки. В камине тлели угли, на полках над ним – несколько портретов, нарисованных графитовой палочкой. Книжная полка ломилась от литературы. На подоконнике росла зелень. Общий уютный вид нарушали несколько тазов, в которые капала вода. Тем не менее Лара ощутила тепло.
Она помогла старику разобрать продукты. Затем он усадил её за стол и попросил взглянуть на рану.
— Вся боль уходи и больше не приходи, — повторял он, водя пальцами над царапиной.
Кровь уже свернулась, а боль прошла, но Мизен продолжал повторять заклинание. Говорил он ласково, словно с ребенком. Лара заметила, как ранка стала затягиваться, пока не исчезла совсем. Лишь следы высохшей крови напоминали о ней.
— Как? — ей казалось, лишь чародеям доступно такое. Впервые на её глазах свершилась магия. Девушка провела пальцем по ладони, переводя взгляд с неё на старика.
— Старый трюк, мама научила, — он в ответ почесал затылок.
— Вы чародей?
«Неужели он скрывает свои силы?»
— Ой, дочка, льстишь ты сегодня старику. То мастером обзовешь, теперь — чародеем.
— Но ведь вы излечили мою руку. Вы владеете магией.
— Да разве это магия? Сгодится только для царапин. С серьезными ранами она не справилась, — внезапно на лице Мизена отразились грусть и тоска. Лара поняла, что лучше не давить на душевные раны.
— Давайте я помогу вам, — вместо этого предложила она, — попробую подлатать вашу крышу.
— Что ты, дочка, — вновь запротестовал старик. Он не привык получать помощь от малознакомых людей.
Ларе пришлось его уговаривать, но в конце концов Мизен сдался, выделил инструменты, подъемную лестницу и даже одежду, чтобы не перепачкать платье.
— Мой сын носил это. Он в меня пошел, тоже ростом не вышел. Но тебе, думаю, подойдет.
Когда Лара закончила, солнце уже село. Ей удалось не только залатать крышу, но и смазать двери, поэтому те перестали скрипеть. Она взглянула на окна. Зимой старику будет совсем худо с газетными листами вместо стекол.
Мизен угостил ее травяным чаем и булкой собственного приготовления. Положил парочку ей в дорогу. Возражения девушки не принял.
К её возвращению уже смеркалось. Дорога обратно заняла целую вечность. Мышцы болели и ныли, особенно на спине. Ей хотелось поскорее помыться и лечь спать. Она прошла через заднюю дверь и обнаружила служанок на кухне. Они пили чай и ели свежие блинчики с джемом. Лара решила присоединиться.
— Мы тут сплетничаем, — хихикнула Мара, — кот из дома, мыши в пляс.
— Старшие слуги ушли в местный кукольный театр, после наверняка заглянут в кафе, — объяснила Кора.
— Парни воспользовались случаем и улизнули в паб. Вот им влетит, если они не вернутся раньше старичков, — добавила Нира.
— Последние спокойные деньки. Скоро вернется господин, а там и его друзья приедут.
Лара вспомнила о неприязни домоправительницы и кухарки к одной из них. Актон.
— Мне не нравится господин Драговер, — тихо призналась Тера, озираясь по сторонам. Хоть старших не было, девочка не решалась говорить открыто.
Другие служанки понимающе закивали. Лара бросила вопрошающий взгляд на Кору, та кивнула, мол потом объясню. Вскоре Нира и и Тера отправились спать. Трое старших по возрасту остались одни.
— Зато удастся увидеть господина Шерла, — радостно прощебетала Мара, — он очень красивый и такой мужественный.
— Наглый и заносчивый, — возразила Кора, — к тому же не нашего поля ягода. Знатный господин не пара простой служанке.
— Смотреть на него не запрещено, — фыркнула её подруга, — Лара, у него такие скулы. Вот и увидишь. Не слушай эту зануду с дурным вкусом на парней. Ей нравятся всякие темноволосые задохлики.
— Марлин, — щеки Коры заалели, как у юной девушки.
— Ладно, ладно, — Мара перевела любопытный взгляд на Лару, — а где ты была? Пришла так поздно.
— Помогала мастеру Мизену. Встретила его в городе и проводила до дома.
— Понятно, — разочарованно ответила служанка. Ей наверняка хотелось пикантных историй.
— Жаль его, — сказала Кора.
— Действительно. Врагу не посоветуешь — так потерять сына. Очень жестоко.
— Что случилось? — поинтересовалась Лара.
— Точно не знаю, — ответила Мара, — это случилось до начала нашей службы, — его избили или по нему проехалась лошадь или сбила телега. Точно неизвестно. Но парень пролежал всю ночь в канаве, а когда его нашли — было слишком поздно. Даже вмешательство господина не помогло.
Лара поняла, о каком вмешательстве идет речь. Взгляд упал на невредимую ладонь. Похоже, магия не всесильна.
На каминной полке стоял портрет молодого мужчины. Он сохранился лучше остальных, хоть бумага пожелтела со временем. Его берегли. Потеря самого близкого человека оставляет незаживающую рану на сердце. Со временем острая боль уходит, но скорбь рано или поздно дает о себе знать.
Девушка почувствовала тяжесть в груди. Поэтому через десять дней, она вернулась в Синий дом.
Глава 9
— Мы не должны ударить в грязь лицом и опозорить честь этого дома, — объявил дворецкий за завтраком.
Слуги обменялись тяжелыми взглядами. Каждый знал о важности приема гостей, но мастер Кэд возводил подготовку в абсолют. Как будто, на кону стоит не честь имения, а его жизнь.
Кухарка составила меню под вкусы каждого из гостей. Никто не должен остаться голодным. Джед, увидев список блюд, присвистнул.
— Целую деревню можно накормить и ещё останется.
Остальные разделяли его мнение. Чародей принимал кого-то впервые с момента вступления в наследство, поэтому всё должно пройти не просто гладко, а идеально. Персонал отдраивал не только господское крыло, но и своё, хоть смысла в этом не видел. Знатные господа и дамы не собираются посещать помещения слуг. В комнатах поменяли занавески, постелили свежее белье. По предпочтениям каждого поставили свечи и отдушку. Мужской половине закупили новые манжеты и воротники, женской — чепцы и фартуки.
Естественно, в ходе уборки нашлось время и для сплетен. Оказалось, чародей пригласил своих давних друзей.
— Они тоже чародеи? — уточнила Лара.
— Не совсем, — ответила Кора, — они происходят из чародейских родов, но сами особыми силами не наделены. Исключение разве что господин Драговер. Его дедушка состоит в Совете Десяти.
Советом Десяти именовалось собрание тех, кто фактически правил страной. Ими принимаются законы, вершится правосудие. Члены Совета считаются элитой даже среди чародеев. Что уж тут говорить о простолюдинах.
Это имя уже упоминалось служанками. Судя по всему, он обладает особым даром заглядывать в души, после него узнает обо всех помыслах и секретах, которые хранит человек. В этом процессе мало приятного.
— После него чувствуешь себя… — Кора пыталась подобрать правильное слово, — ношенной… нет… оскверненной. Но не сильно. Гадко, конечно, но могло быть хуже.
«Нужно его избегать.»
Мара подхватила за подругой:
— Он, наверняка, будет в компании Макарии Мор. Она работает в Центральном госпитале. Во время студенчества пристрастилась к резке трупов, — она понизила голос, — все её разговоры лишь о мертвецах. Жуть какая.
— Я бы не высказывалась так резко, — мягко сказала Кора, — но госпожа Мор… крайне эксцентричная. Будет еще госпожа Паради, кузина господина.
«Разве все он не последний из внуков предыдущего чародея?»
Они перешли в другую комнату, где к ним присоединились Нед и Бред.
— Я читал, господин Шерл вернулся в страну. Так что, и он прибудет.
— И господин Актон с женой, — прозвучало еще одно имя, которое Ларе доводилось слышать, — госпожа Актон простолюдинка. Она раньше работала в низкопробном театре. Пела неприличные песни и танцевала, задирая ноги. Там и познакомилась с мужем и нашим господином. Они и еще кто-то третий звали под её венец.
— Оно и понятно, — подхватила Нира, — господин тогда ещё учился, а Актон уже разбогател. Вот она за него и ухватилась. Кто мог предположить, как всё сложится? Господин теперь чародей, а предприятие Актона терпит убытки. Небось ногти теперь кусает.
— Ещё она очень красива, и нрав у нее добрый, — произнес Нед.
Нира в ответ фыркнула и закатила глаза.
— Интересно, они привезут детей? — хитро ухмыльнулась Мара, — я заметила, они не сильно похожи на отца.
— Но похожи на мать, — парировала Кора.
К концу уборки слуги успели перемыть кости гостям.
Глава 10
Ночь выдалась мучительно долгой. Сначала сон не шел, затем мучали кошмары. В конце концов, она встала даже раньше Теры. Чтобы занять себя, подготовила этаж к подъему. Младшая коллега удивилась, увидев Лару в коридоре, но обрадовалась, когда её отправили спать.
— Пять утра! — на этаже раздался возглас. К этому моменту она успела привести себя в порядок. Одновременно выглянули взъерошенные лица. Служанки перевели удивленные взгляды с Лары на сонную Теру и в унисон закрыли двери.
К спуску на первый этаж помощники мистрис Клаус вовсю готовили завтрак. Они просыпаются даже раньше младшей служанки.
«Не хотела бы я оказаться на их месте.»
Воспользовавшись отсутствием старших слуг, Лара вышла во двор. Её кожа быстро покрылась мурашками, при выдохе появилась тонкая нить пара. К холоду ей не привыкать. В других районах страны ещё хуже.
«Интересно, Мышке понравился шарф?»
— Лара, — послышалось за спиной. Кора высунулась всего на мгновение, но её щеки успели порозоветь, — мы уже садимся. Как же зябко.
Их увидела мистрис Берта. Домоправительница окинула девушек обеспокоенным взглядом.
— Я попрошу мистрис Клаус положить лимон вам в чай. Поберегите здоровье перед важным событием, — голос её прозвучал по-матерински ласково. Лара даже удивилась.
Новость о прибытии гостей распространилась по городу. Торговцы доставляли лучшие продукты в поместье, мистрис Клаус практически отбивалась от них. В их число входил сын мельника. Блаум-младший прилежно исполнял наказ отца приносить лучшую муку. Каждый день юноша с мешком за спиной приходил в поместье, и каждый день возвращался с ним обратно.
Слуги жалели бедолагу и встречали его со стаканом воды или какой-нибудь закуской. В тот день настала очередь Лары разбираться с ним.
— Вы не устали, мастер Блаум? Может уже перестанете носить сюда муку.
С молодого парня пот лился ручьём, пятна от него появились на его куртке. Но он продолжал широко (и глупо) улыбаться.
— Нет. Это закалка силы и духа. К тому же отец верит, что мистрис Клаус когда-нибудь сдастся.
— Она уже закупила муку. С запасом. Боюсь, в вашей ей нужды нет.
— Кто знает? — он пожал плечами. — Не сегодня, так завтра. Мой отец уверен, что мистрис Клаус сдастся. Они знакомы много лет и даже хотели сыграть свадьбу. Но ей предложили должность кухарки в большом доме, а её нельзя совмещать с семьей.
— Я не знала об этом, — ответила Лара. Ее никогда не посещала мысль, что у мистрис Клаус была иная жизнь, — но разве она однажды не отказала вашему отцу, — усмехнулась она.
— Ну, — Блаум-младший почесал затылок с задумчивым лицом, — отец говорит…
Остаток слов Лара пропустила мимо ушей.
— Кстати, — парень хлопнул себя по лбу, — едва не забыл. По пути сюда я видел какого-то типа. Увидев меня, он сразу же поспешил убраться.
— Может, кто-то из дворовых слуг? — предположила Лара.
— Точно нет, — Блаум замотал головой, — я тутошних всех в лицо знаю. Этот явно чужак.
— Вы не запомнили, как он выглядел?
— Ну, светлые волосы, ростом где-то мне по плечо.
Проводив его, Лара направилась на поиски мистрис Берты. Та, услышав про чужака в окрестностях, отнеслась к информации довольно скептично:
— Этот Блаум тот еще выдумщик. И паникер. Весь в отца. Тот до сих пор рассказывает всем об их с мистрис Клаус бурном романе, забывая упомянуть, что она на добрых пятнадцать лет его старше, а этом роман — беготня за ней около недели, пока он не переключился на молоденькую служанку. Не стоит верить каждому слову мужчины. Но я поставлю в известность мастера Кэда. Лучше перебдеть, чем недобдеть.
Информация о возможном чужаке напугала слуг. Пошли разговоры.
— А, — Джед хлопнул кулаком об ладонь, — может, это тот бородач.
— Какой? — Мара налетела на него, едва не сбила с ног.
— У меня выходной вчера был. Видел заходящего в лес типа. Подумал, странно, сезон ягод и грибов уже кончился. Что там искать?
— Как он выглядел? — Лара присоединилась к расспросам.
— Как обычно, — Джед пожал плечами, — бородатый такой.
— Высокий или низкий? Со светлыми или темными волосами? В какой одежде? Были ли у него особые приметы?
— Не помню. Не давите на меня.
— Как ты не мог запомнить элементарных вещей? — сокрушалась Мара, тряся его за плечи. Голова Джеда болталась вперед-назад. Девушку от него пришлось отнимать.
— Давайте возвращаться к работе, —произнесла Кора командирским тоном, — этот вопрос лучше доверить старшему персоналу. Мистрис Берта права. Не стоит принимать на веру все слова Блаумов.
Лара задумалась. Мистрис Берта и Кора дольше работают и знают местных лучше неё. Но чутье подсказывало, что светловолосый человек, ошибающийся в округе им еще аукнется.
Глава 11
Досуг гостей расписан по часам. В пятницу прибытие, ужин в столовой, затем времяпровождение за картами и бильярдом. На субботу запланировали конную прогулку с пикником в охотничьей сторожке. На воскресенье — завтрак в оранжерее (которую Лара поначалу приняла за теплицу) и разъезд.
— Они не отморозят свои задницы, катаясь верхом? — ворчала девушка, когда они несли дрова в сторожку. Утро выдалось особенно морозным, а она не надела ничего поверх платья.
— Они же не простолюдины вроде нас, — ответил ей Тед, — в них течет иная кровь. Ты замерзла, накинь мой пиджак.
— Нет, все в порядке.
Тед — лидер мужской половины персонала, зрелый, надежный и добрый. Он без труда завоевал их уважение и признание. Мара однажды упоминула о его чувствах к Коре, но Лара их проявлений не замечала. Тем более, если верить почтальону, у него переписка с девушкой из соседнего города.
От старших слуг не скрылось, что Ларе можно дать любую работу без возмущений с её стороны. Поэтому, например, её отправили с дровами в охотничью сторожку.
«Я бы предпочла мытье полов.»
На удивление, сторожка оказалась в приличном состоянии. Не как строение, пустовавшее несколько лет. Ни одной паутины, сгнившей доски, даже пыли не так много. Хоть бери и живи.
На обратном пути они заметили своего работодателя у одинокого дерева. Он лежал на скамье, закрыв локтем лицо, рядом на земле лежала книга. Похоже, заснул за чтением. Слуги стали обсуждать, стоит ли его будить и кто этим займется.
Пока они спорили, Лара направилась к скамье. Книга упала прямо на сырую траву, страницы перепачкались. «Ведение хозяйства», — прочитала она название и хмыкнула. Как не задремать с таким чтивом?
Парни поспешили в поместье.
— Господин, — Лара легонько коснулась его плеча. Чародей вздрогнул и открыл глаза. Пару секунд он недоумевающе глядел на неё, затем окончательно проснулся и сел.
— Прости, я задремал.
— Что вы. Это мне стоит просить прощение за то, что потревожила. Но вам лучше пройти внутрь, вы можете простудиться.
— Ты разве не знаешь, у меня чудесный чародейский иммунитет, — он усмехнулся, — болезни не берут, и смерть не страшна.
— Вы уж извините, но я в эти байки не верю.
«Ваш дед тому пример. Говорят, он обделался перед смертью.»
— И правильно, — чародей поднялся и потянулся, — составишь мне компанию по пути?
— Как скажете, — Лара последовала за ним, ровно на один шаг позади.
— Как тебя зовут по-настоящему?
«…»
— Здесь меня зовут Лара.
— А как тебя зовут не здесь?
— Простите за прямоту, но вам не стоит захламлять свой разум бесполезной информацией.
— Это не бесполезная информация, а твое имя. Например, Кэда зовут Кэдбэри, Кора на самом дел Корнелия, Тед — Тадео, Мара — Марлин, Нед — Эдвард. Лишь Клаус — это Клаус. Раньше, мне казалось, если я когда-нибудь обзаведусь слугами, то не стану отнимать их имен, — его голос звучал виновато, — оказалось, сложно идти против порядков, установленных задолго до тебя. В итоге я уподобился деду. Собираю вокруг фарфоровых куколок, а не людей. Какое ничтожество.
«Где-то я это уже слышала.»
Лара не нашла нужных слов. Будь на его месте кто-то другой, то она похлопала бы по его плечу. Однако с чародеем такое возбраняется. На него даже дышать нельзя без позволения, не то, что трогать. Его жизнь священна, так гласят законы.
«Чушь.»
— Прости, — мужчина неловко улыбнулся, — я тут раскис и вывалил на тебя свои переживания.
— Не стоит извиняться. Даже вам позволительно немного уныния, — они дошли до главной двери, — дальше я компанию вам составить не смогу.
— Точно, иначе мистрис Берта голову оторвет. Кстати, её полное я так и не смог выяснить, — чародей попытался выдавить беззаботную улыбку, которая не достигла его глаз.
— Ещё не вечер, — Лара в ответ также скривила губы, — не забудьте вашу книгу.
При передаче их пальцы на мгновение соприкоснулись. Чародей от этого вздрогнул и отскочил, словно его током ударило. Его взгляд стал причудливым. Он поспешил зайти. Перед тем, как дверь закрылась, Лара заметила, как подрагивали его пальцы.
Глава 12
На горизонте сгущались тучи. С раннего утра мистрис Клаус жаловалась на боль в суставах. Её помощники шептались, что лодыжки её отекли, а на коже выступали голубые вены. Тем не менее, кухарка не покидала своего рабочего места и правила кухней.
Мистрис Берта не отрывала взгляд от окна и потирала ладони в волнении. Мастер Кэд заперся в своем кабинете.
Наконец, прибыли первые гости. Дэмиен Драговер вышел из экипажа словно владел миром. Так есть с учетом личности его деда. Весь его облик кричал – «Я из чародейского рода». Длинное светлое пальто, накинутое на плечи, имело меховой ворот и сатиновую подкладку. Дорожный костюм сидел по фигуре, а лакированная обувь выглядела так, словно ни разу не касалась грязи и пыли.
Слуги в унисон поклонились, но гость не соизволил обратить на них свой взор. Лишь лениво кивнул Кэду.
Если Дэмиен Драговер был светлым пятном в пасмурный день, то его спутница, наоборот, омрачала его сильнее. Высокая и смуглая, Макария Мор шла с ним нога в ногу. Её темные одежды не отличались броскостью, пальто давно вышло из моды, а шляпка вообще отсутствовала. Выглядела она так, словно последнее чего ей хотелось – находиться в поместье. Более скучающего выражения Лара ещё не видела.
За ними гуськом следовали слуги в одинаковой форме, которая включала в себя нелепые береты с разноцветными лентами. Все неприметной внешности с потухшими глазами. В их руках столько вещей, словно гости приехали на год, а не три дня.
Чародей поприветствовал их.
— Здравствуй, старина, — Драговер обменялся с ним рукопожатием, — где остальные?
— Будут ближе к вечеру. Проходите. Кэд проводит вас в комнаты.
— Хорошо, пусть мне принесут кофе.
Дворецкий поклонился и повел их за собой. Слуги, затаившие дыхание, смогли выдохнуть. Два есть, осталось четыре.
Мистрис Клаус, несмотря на свои страдания, лично приготовила напиток гостю. Кухарка также выложила на тарелку кусочки клубничного рулета и несколько печений.
— Он никогда не отказывается от сладкого, — пояснила она.
Так как слуги побаивались Драговера, доля подниматься к нему выпала Ларе. Она выругалась про себя и взяла серебряный поднос.
Девушка ощутила гордость, оказавшись на третьем этаже. Ни пылинки на поверхностях, деревянные полы пропитаны маслом и воском, от чего сверкают на свету, ковры вычищены и выбиты, занавески постираны и выглажены.
Лара шла по краю ковра, чтобы не оставить на нём следы своей обуви. Её легкая поступь не выдала её прибытия. Лишь стук в дверь.
Дверь открыл мужчина с зеленой лентой на берете.
— Кофе для господина Драговера, — объявила Лара. Слуга молча забрал у нее поднос и захлопнул дверь перед её носом.
«Лучше так, чем встречаться с ним.»
Второй приехала Рената Паради. Не на экипаже, а на новом средстве передвижения, именуемом автомобиль. Клубы пыли смешались с выхлопными газами. Когда воздух прояснился, перед чародеем и его слугами предстали два перепачканных лица.
Женщина в дорожном костюме легко перепрыгнула через дверцу автомобиля с откидным верхом. Ее короткие светлые волосы растрепались и падали на лицо. За ней следовал худощавый юноша в очках с толстыми линзами. В его руках едва умещались чемоданы, сумки, а также маленькая лохматая собака, издающая самый противный в мире лай.
Кэд мотком головы велел слугам облегчить его ношу. Парень был секретарем, поверенным и лакеем в одном лице. Несмотря на молодой возраст, взгляд его принадлежали старику.
Пока Тед и Нед относили вещи на третий этаж, гостья заключила хозяина дома в крепкие объятия.
— Давненько мы не виделись, — голос женщины звучал натужно, — как поживает мой любимый кузен?
— Всего пара месяцев прошла, дорогая Рената. С тех пор ничего не изменилось. Здравствуй, Карл, — обратился чародей к спутнику своей кузины, — как твои дела?
— Как обычно, — тяжело выдохнул он.
— Лучше всех, скажи, — она забрала у него собачку, — мы работали две недели без выходных, чтобы отдохнуть от души. Да ведь, умничка моя, — она принялась сюсюкать собаку. Затем потрепала помощника за ухом, — ты тоже молодец, Карл.
Тот издал нервный смешок, оставшийся незамеченным. Женщина обратила свое внимание на старших слуг:
— Кэд, Берта, давно не виделись. Наверно замучились из-за нашего приезда. Вы уж простите.
— Нет нужды извиняться. Принимать вас большая честь.
«Говори за себя, старик.»
— Ваши комнаты уже готовы, — добавила мистрис Берта, — позвольте сопроводить вас. Должно быть, вы устали и хотите отдохнуть.
— Да, брось, какая усталость? Мы бодры и полны сил, ведь так, Карл?
— Да, — устало вымолвил её спутник.
— Кузен, — обратилась она к чародею, — лучше покажи мне свою оранжерею. Хочу посмотреть на цветы, которыми ты так хвастался. Карл, а ты займись вещами.
— Как скажете, госпожа.
«Бедняга.»
До самого вечера слуги пребывали в состоянии покоя. Чародей взял на себя обязательства по развлечению гостей. Они делились новостями в библиотеке, время от времени прося чай или кофе.
Мистрис Клаус занималась ужином, когда небо вспыхнуло, затем раздался шум. От неожиданности она уронила ложку на пол.
— Плохая примета, — кухарка трижды постучала по полу перед тем, как поднять её. Помощники поспешно заменили её на новую.
Начавшаяся непогода угрожала всем планам. О какой верховой езде и пикнике может идти речь в такое ненастье. Дождь лил как из ведра. Бред, которому поручили отвести автомобиль госпожи Паради в ближайший гараж, вернулся промокшим до нитки и в грязи по колено. За это ему, разумеется, досталось от мастера Кэда.
— Быстро переоденься, пока тебя не увидели, — приказал старик.
— И как нам встречать гостей в такой дождь? — тихо сказала Тера.
Услышавшая это мистрис Берта не ругалась, наоборот устало пожала плечами. Она не подавала виду, но подготовка к гостям выбила из неё все силы. В последнее время, домоправительница стала выглядеть бледнее и сильно исхудала.
— Мастер Кэд отправился уведомить господина о непогоде. Посмотрим, что он скажет.