Ширли Лендинг – 2

Встреча летом 2018 года

– Привет, – сказала Линда, – как всегда, без предупреждения входя в кухню Ширли. Та как раз готовила ужин, и, хотя это была всего лишь пицца, купленная в ближайшем супермаркете, и разогреваемая теперь в СВЧ-печке, дверь в садик была распахнута. Ширли не хотелось добавлять к знойному воздуху даже относительно слабый запах готовки. Даже вечером всё ещё оставался, хотя и немного ослабленный, жар летнего солнца. – На меня хватит? Хоть четверть порции? Я с дороги голодная. Представляешь, в автобусе сломался кондишн, и все умирали от жары, а я должна была изображать то же самое, чтобы не выделяться. И мне так надоело, что я взяла и бросила. Сижу, как ни в чём не бывало. Заготовила фразу, что, де, нам, туарегам, такая жара кажется зимней прохладой – в Сахаре-то! – и жду, что кто-то удивится и задаст вопрос. А никто и внимания не обратил. Им было не до того.

– Ах, ты… – потеряла все слова Ширли, уронив от неожиданности прихватку, которой собиралась через две минуты вынимать блюдо из печки, – поганка! Три месяца ни слова, ни по телефону, ни по мейлу, ни в вотсапе, ни в телеграме, ни в мессенджере фейсбука, нигде! Это я ещё посмотрю, стоит ли тебе выделять хоть треть порции…

– Да мне хватит и четверти!

– Тем более!

– Ничего не тем более! Четверть меньше трети. Забыла арифметику за пятый класс?

– Ты можешь помнить арифметику за пятый класс… и даже помнить, что мы проходили дроби именно в пятом классе, с тебя станется. Я-то этого точно не помню. Но эти жалкие придирки не похожи на оправдания твоего пропадания! Так что я ещё подумаю, отдавать ли тебе хоть половину пиццы! Не говоря уже о трети или четверти!

– Ты меня разыгрываешь! – услышав про половину пиццы, догадалась Линда, и кинулась обниматься.

– Не вздумай… ох… наступить на мою прихваточку, – сдавленно просипела Ширли. – Мой оскорблённый дух не даст тебе пиццы вовеки веков веков веков…

– Ох, прости, – Линда поспешно ослабила силу объятий, – прости, не наступать на что?

– Вот на это, – буркнула Ширли, выскальзывая из объятий Линды, нагибаясь и безуспешно пытаясь выдернуть прихватку из под изящной босоножки Линды. – Отдай, гадкая девчонка! Ты специально!

– Ой, прости ещё раз, – Линда поспешно приподняла подошву и Ширли завладела вышитой толстенькой тряпочкой, – я всё ещё то и дело забываю слова, которые помню только из твоей памяти, а сама их заново не освоила. Даже не забываю, но они как чужие, иностранные. Вот и «prihvatochka» звучит как-то незнакомо.

– А это и есть иностранное слово, – буркнула Ширли. Ей стало неловко, что она в очередной раз напомнила Линде, кем та на самом деле является. Хотя та сама же начала с этого, рассказав случай в автобусе. Всё равно нехорошо. Линда потому первая и выставляет всё время свою особенность, что её больно ранит, когда ей напоминают, даже нечаянно, другие. Вернее, напоминает Линда, потому что никто больше об этом не знает. Надо надеяться, за время, что они не виделись, Линде не пришло в голову сходить на рентген, или поучаствовать в каких-нибудь спортивных соревнованиях, или сделать ещё какую-нибудь глупость, которая могла привести к её разоблачению. – Русское слово. Приобрела вместе с самой прихваткой на базаре в Москве. Слово «tack» мне не нравится. Вызывает ассоциацию с чем-то армейским. А надпись, которая на ней вышита, вообще, прикинь, по-чувашски. Вот, смотри, «Апачĕ тутлă пултăр», звучит как «Apache tutla pultar», хотя апачи тут ни при чём. Вот эти три, с дужками сверху, краткие. Ну, такие гласные, которые почти как согласные. Пословный перевод «еду держать, ну, или подавать, чтобы». А чуваши, мне та чувашка на базаре рассказала, это небольшой народ в России, у них есть своя республика, своя религия, хотя религиозных, таких, сохранилось мало, больше атеистов, православных, меньше мусульман, в общем, все есть. Народ, родственный татарам. Но успел ассимилироваться с финскими племенами, которые тогда жили на Волге. Язык вроде как тюркский, но сильно отличается от прочих тюрок, то есть турок, азербайджанцев, и многих других. Потому что их ветвь от общетюркской отделилась в районе нулевого года. Они тогда были частью гуннов, но мигрировали из Западной Монголии в Южный Казахстан.

– Это какая-то торговка на рынке всё помнит? – против воли удивилась Линда. – Ей что, две тысячи лет? Или у них такая родовая память?

– Нет, это я уже в интернете потом посмотрела, – призналась Ширли. – С родовой памятью у них не так хорошо. Даже та религия, которая «традиционная», и которой уже мало осталось, она древняя по сравнению с насаждаемыми православием и атеизмом. И то она у них, самое ранее, с девятого века. И позже. Частично даже с девятнадцатого. Это такой шаманизм, как у наших индейцев, но притом монотеистический. Наверное, под влиянием ислама.

– Это всё, конечно, интересно, – медленно сказала Линда. – Но, прости, не самое интересное. Я тебя не видела чёрт знает сколько времени, так что расскажи лучше, сестрёнка, как ты живёшь? У меня, как ты помнишь, был кризис самоидентификации, и я отправилась бродить по Земному шарику, стараясь найти своё место в жизни. Чтобы не быть повторением тебя. Правда, оставаясь на связи, чтобы иногда, по твоей настоятельной просьбе, прилетать поучаствовать в клипе, где тебе требовался двойник. А потом кризис углубился. Мне показалось, ты уж извини, что ты подсознательно специально придумываешь такие сюжеты для клипов, чтобы там потребовался двойник. Чтобы, соответственно, вызвать меня. Но мне нужно было самой разобраться в себе. Если я это сделаю с твоей помощью, понимаешь, у меня было такое чувство, что тогда я стану ещё более зависимой от тебя. Ты мне ничего плохого не сделала, но это от меня не зависит. Лучше честно сказать, что вот так оно обстояло. И я после последнего нашего совместного клипа обрубила все концы и исчезла. Аккаунты удалила, свои номера поменяла, а твои, извини, стёрла. Записку, правда, на твоём ноуте написала. Ты её нашла? – вдруг забеспокоилась Линда, ужаснувшись от мысли, что записка пропала и она, выходит, исчезла, не оставив следов.

– Нашла, успокойся, – буркнула Ширли, которая внутри себя, наоборот, радовалась, что удалось отвлечь внимание Линды от темы пиццы, которой Линде, при её кремнийорганической физиологии, требовалось гораздо меньше, чем Ширли. Зато она втихомолку, без свидетелей, дополняла обычную еду какой-то силиконовой гадостью. Очень тщательно избегая посторонних взглядов. И даже Ширли не рассказывала, что и как. Отказываясь даже подумать о том, чтобы как-то этот процесс подогнать под обычную пищу, как-то облагородить вид и вкус. Не лезь к ней никто по этому поводу, и всё. Например, Ширли даже не знала, что это вообще – нечто, синтезированное на Луне специально для неё селенитами… Понятно, не подумавшими об учёте эстетической составляющей… хотя не так уж и понятно, земную культуру они через телепередачи должны были хорошо изучить… Или Сином, тоже не подумавшим, за что убить его мало – такую подлянку устроить!.. Но в обоих случаях это было бы интересно. Потому что означало бы, что Линда вынуждена время от времени контактировать с Девилом. Или он ей предоставил свободный проход. Или это может быть купленная уже на Земле смазка для каких-нибудь механизмов, случайно подошедшая по составу. Вся эта тема была табуирована. Надо же было самой Линде пошутить на тему, затрагивающую её исключительность, когда она любые намёки на это очень болезненно воспринимает! Но, вроде, удалось не показать ей, что она, Ширли, замечает их и даже случайные намёки на них. – Радости, как ты понимаешь, это мне не доставило. Но, раз от тебя не зависит, что ты не хочешь принимать помощь от горячо любящей тебя сестры, что ж, самоидентифицируйся сама. Погоди, так ты, может, уже? Потому и приехала? – в её голосе зазвучала растущая радость. Она даже не обратила внимания на то, что печка перестала гудеть и пора доставать пиццу.

– Нет. – Теперь был черёд Линды хмуриться. – Это ты успокойся. Ещё нет. Я приехала потому, что мне стало за тебя тревожно. Показалось, что это как раз тебе нужна помощь. Пока я там решаю свои психические проблемы. Отложила их на потом и приехала вот. Я права? Или почудилось? Кстати, вынимай, что ты там готовишь.

Опять она эту шутку вспомнила, – расстроилась Ширли. – А как выкручиваться будет, если ей и правда дать кусок пиццы? – Но решила просто не обращаться внимания. У неё самой проблемы, в конце концов!

– Не знаю даже, – задумалась она над предложением помощи. – И да, и нет. Всё-таки помощь мне, наверное, не нужна, а вот совет, может, и нужен. Дело не очень важное… А может, оно только на первый взгляд неважное… В общем, я расскажу. Объявился тут один фанат…

Визуализатор

Зовут его, он как-то подозрительно сказал, на разных языках по-разному. По-китайски Та Нан. По-гэльски Дану. В каком-то эпосе, ирландском, исландском, были «племена богини Дану», это которые жили там раньше, доисторические. На маори он Равана, это какой-то персонаж индийского эпоса. Не маорийского. Совпадение. И в особенности совпадение, что среди этих разноязычных имён есть Конан, это как известный персонаж фэнтези, Конан-варвар. И ещё есть японский мультсериал про мальчика с таким именем. Впрочем, оно, небось, взято у того же Конана-варвара. Короче, он не против зваться Конаном, это самое английское имя из всех. Он же не китаец.

Нет, совсем не похож на Дэвила Сина. Он в прошлом, и там останется. Отстань, откуда я знаю, что у нас ним будет или не будет. Я же тебе по порядку рассказываю, а ты хочешь забежать вперёд.

В общем, этим длинным вступлением про своё имя этот условный Конан меня несколько утомил, и я уже собиралась попрощаться и прекратить переписку, но оказалось, что он не просто так хочет познакомиться. Типа погреться в лучах славы, или посмотреть вблизи на объект фанатения. Он, вообще-то, изобретатель, и как изобрёл последний свой прибамбас, так и подумал обо мне. То есть он был бы для меня, как ему кажется, жутко полезный. И он его описал, да ещё возможный сценарий клипа с применением этого прибамбаса.

Значит, так. Это штука вроде плёнки, немного пожёстче, чем полиэтилен, из которого пакеты, но всё же гнётся. Примерно как принтерная бумага, но прочнее на разрыв. И она на самом деле многослойная, хотя не знаю, где там уместить много слоёв, она довольно тонкая и прозрачная. Но не совсем, а там возникает дополнительное изображение. Если на неё попадают ультразвуковые волны, она их визуализирует. Прикинь, на самом деле это изобретение должно заменить аппараты УЗИ. Медицинские, ну про эти все знают, и промышленные, которые, оказывается, применяются для поиска дефектов в разных деталях, трубах и всё такое. Потому он просит соблюдать ужасную секретность, чтобы никто не знал. А уж после клип, если удастся с помощью этой штуки снять, может послужить рекламой заодно новому материалу.

Я сперва не взяла в толк, зачем мне эта штука и какой клип с ней можно снять. Но он быстро объяснил. Он, вообще-то, не совсем уж зануда, только с именем навёл зачем-то туману. Он заметил, оказывается, что я люблю играть куклу. Марионетку, которая в сюжете освобождается от оков, всех этих верёвочек. Как символ. Или куклу в стеклянном шаре, механическую игрушку, которая тоже разбивает его и оживает. Так вот, если лист этой его штуки в виде кольца нацепить на сустав руки или ноги, скажем, локоть или колено, и добавить ультразвуку, например, взять в карман отпугиватель комаров, будет виден сустав, как на рентгене. Или как у скелета. Причём особенность этого визуализатора такая, что изображение словно бы металлическое слегка, ну, с таким металлическим блеском. И дальше изображай себе марионетку. Очень натуральную. Это я уже рассказываю по своему впечатлению от этой штуки.

Что? То же самое нарисовать на компьютере?

Конечно, можно. На компьютере всё можно нарисовать. Но дольше, дороже, и если кто знает технологию, по каким-то деталям догадается. Впрочем, это-то уже неважно, пускай себе все думают, что нарисовано. Но время и деньги. Он эту вещь бесплатно привезёт.

Я согласилась, и он привёз.

Ах, да, сценарий. Персонажи там из Пиноккио. Ну, почти что из Пиноккио. Только он Манджафоко – помнишь там такой звероватый кукольник, владелец кукольного театра, с длинной бородой – так Конан, во-первых, перезвал его в Барбудоса, потому что имя Манджафоко ему не понравилось. Намекает на какое-то матерное ругательство. Он не знает, это по-итальянски оно и есть, или случайно вышло, но по-английски лучше таких намёков не допускать и матушку Барбудоса не трогать. А ещё он сделал его ещё больше. Он и в сказке по сравнению с куклами великан, но у Конана он прямо с дом величиной. Как и было в сказке, Барбудос вешает Пиноккио на гвоздь, за срыв представления, чтобы потом пустить на дрова. Там в одном месте упоминается единственная кукла женского пола, Розаура. Вот это вроде как я. Играя на флейте и танцуя, чего, правда, в сказке не было, Розаура усыпляет Барбудоса, утаскивает у него ключи от цепей, которыми он сковал Пиноккио… этого тоже не было в сказке, но там зато у владельца театра были куклы-полицейские, значит, наручники вполне уместны… волшебством флейты и танца снимает Пиноккио с гвоздя, отпирает замки на цепях, приводит в чувство и восполняет его запас сил, и они убегают. Потому что, возможно, Пиноккио знает выход из большой пещеры, в которой размещается театр. А может, Розаура тоже знала, но не осмеливалась сбежать, а тут серьёзный повод появился, спасти Пиноккио. Проснувшийся Барбудос гонится за ними, но, увидев, что они уже у выхода, кидает башмак. Они пригибаются, или даже падают на землю, и башмаком их не убивает, но он отскакивает от земли и, долетев до выхода, закупоривает его. Пиноккио пытается подвинуть мегабашмак, не получается, Барбудос стремительно догоняет, а может, наоборот, увидев, что случилось, начинает приближаться медленно и зловеще. Розаура опять берётся за флейту. Сперва музыкой тормозит или даже на время останавливает Барбудоса, потом сдвигает башмак игрой на флейте, и они триумфально выбегают из пещеры, а там солнышко и природа. Барбудосу из пещеры ходу нет – выход слишком мал для него. Он – отвратительное порождение самой пещеры. Вероятно, сперва просто ел всех, кто приходил, а потом посетители стали редки. Тогда он сперва стал разводить людей, как скот, на еду, а потом и представления стал заставлять разыгрывать для собственного удовольствия. Так делают со своими подданными, в обобщённом смысле, все диктаторы. Барбудос пытается пролезть в дыру, расковыривая её, вырывая куски из стены пещеры, и её потолок падает. Вид снаружи – гора оседает, из пещеры выдувает клубы пыли, дикий вопль. Или без вопля. Только грохот. И тут, наконец, они снимают повязки – и обнаруживается, что у них нормальные суставы, а не лишённые кожи и мяса. Нет, не снимают – это было бы разоблачение технологии – а просто повязки исчезают. Т.е. суставы сами собой восстанавливаются. Или не сами, а опять под действием флейты. А в пещере они с трудом передвигаются несколько механично, в стиле танца роботов, из-за колдовства с суставами. Барбудоса или атмосферы самой пещеры. Ничего так сюжет, если сделать соответствующую музыку.

Сам Конан хотел было сыграть Пиноккио, но без капризов уступил. Типа он доволен тем, что был полезен, и всё. Музыку я написала, Розауру сыграла. Собственно, там нет слов, так что неизвестно, как меня там зовут. И намёк на Пиноккио только слегка длинноватым носом. Он не деревянный, а то с суставами непонятно.

Да, посреди съёмок клипа получился затык: пропало одно ультразвуковое визуализаторное кольцо. Как раз у исполнителя роли Пиноккио.

Что? Нет, не только. Там были ещё куклы. Арлекин, Пульчинелла, то есть это они в сказке Арлекин и Пульчинелла, и ещё безымянные куклы, но много, целая толпа. Там сперва на сцене эти двое, но при появлении в театре Пиноккио из-за кулис вылезают все. У нас было пять. Кроме Пиноккио и Розауры. Всего, значит, семь ролей. И вот что подозрительно. Если там оказался агент фирм-производителей ультразвуковой аппаратуры, всех этих аппаратов УЗИ и дефектоскопов… ну, вряд ли прямо их агент, скорее, кто-то, кому пришло в голову, что им можно продать эту вещь за хорошие деньги… то красть проще было у маловажных персонажей, мне кажется. Хотя не знаю. Короче, один их четырёх «браслетов» потерялся. Тогда это тип, Конан, заявил, что не может рисковать и, представляешь, достал какую-то коробочку, нажал на неё кнопку, и все эти кольца из этой плёнки превратились в жидкость. Мало того, она тут же испарилась. Он сказал, что целью было испарить украденный «браслет», остальные пострадали за компанию. Но он ещё привезёт. И будет сам за ними внимательно следить. Перед каждым эпизодом всем участникам их раздавать, потом забирать. А чтобы не перепутать – толщина рук и ног у всех разная, они же были склеены по размерам – подпишет пакеты с ними, так что надолго это нас не задержит.

Пришлось так и сделать. Конан или как его там в своём праве. Он же просил сохранить в секрете, я согласилась. А тут такой казус. Исполнителя второй главной роли пришлось отстранить. Потому что, ладно, может он и не виноват, в смысле, не сам спёр плёнку, рассчитывая продать фирмам. Но он знал, как это важно, и не отнёсся внимательно, не уследил. Бросал где попало без присмотра.

Ага, тебе тоже кажется подозрительным, что именно у него. Вот и я подумала, Конан этот… нажал потихоньку на кнопку, выбранный браслет испарился… При нас-то он нажал – и испарились все браслеты, но кто его знает? У него и другая коробочка с кнопкой могла быть. Или на эту надо нажать как-то хитро. Раз нажал – испарился браслет номер один, два раза – браслет номер два… А чтобы все сразу, длительное нажатие. И он ведь хотел эту роль. Так что есть, как в детективе, и мотив, и возможность. Ну, предположительно. Но только, если это устроил он, то зря. Потому что мы исполнителя Пиноккио заменили, но не на Конана. У него, де, тип лица не тот. На самом деле не в типе лица дело. Но предлог такой. И он ничего. Так что, может, я зря на него подумала. Действительно фанат, хочет быть полезным, по максимуму, и больше ничего. Но в главных ролях мне хочется, естественно, видеть уже снимавшихся людей, которые знают, что и как. Ничего личного. То есть мои лёгкие подозрения тут не повлияли. И уж конечно, я о них никому не говорила.

Кстати! Он от денег отказался, представляешь. Я ему предлагала долю в прибыли – когда будет – за сценарий и за изобретение, а он сперва упирался, что он от моих клипов и концертов – он на каких-то был – получает такое удовольствие, что считает себя в долгу передо мной. Фанат, что с него взять. То есть, что ему дать. Хочет быть полезным в ответ за доставленное удовольствие. На концертах вон вопят «I love you, Shirley! I love you!». И всё. А он вот имеет возможность более эффективно выказать своё фанатское обожание. Но сказал всё это лёгким тоном, вроде, отчасти в шутку. Мол, как хочешь, так и понимай. И не бери в голову, я ни на что не претендую, в бой-френды не лезу, ежедневно по часу в день со мной беседовать не прошу, хочу посмотреть на ещё более великолепные клипы в твоём исполнении, рад, что мне удаётся этому поспособствовать, и больше абсолютно ничего. Немного странно, правда? Вот и мне так кажется. У этих фанатов ведь обычно интерес хоть чуть-чуть, а с каким-то сексуальным подтекстом обязательно. А если он не считает меня sexy, то откуда интерес? Я, конечно, рада, что он не создаёт проблем, но, раз его мотивы не совсем понятны, это настораживает.

А когда я сказала, насчёт денег, что он меня обидеть хочет, то согласился, но уклонялся от обсуждения деталей, мне, де, виднее. А потом, когда уже клип стал продаваться, он так ничего и не взял. Всё время находились какие-то более срочные дела, чем обсуждение деталей. Ну и бог с ним, мне, что ли, больше него надо, чтобы он деньги получил? Видимо, да, больше, но не настолько больше, чтобы бесконечно ходить за ним с протянутой рукой. В смысле, наоборот, чем обычно, не за деньгами протянутой, а с деньгами, ну, ты поняла.

Так, пиццу мы съели, теперь ты рассказывай, где была, что делала, а я продолжу потом. Там ещё много рассказывать. Нет, и совета спрошу потом.

Компенсор

После съёмок клипа этот тип аккуратненько собрал всю свою драгоценную плёнку и исчез. Когда поступила первая прибыль от продаж через интернет и мы стали её раздавать участникам, я написала ему по мейлу. Он сперва не ответил. Ответил через неделю. Работаю, пишет, над новым изобретением, причём, что интересно, написал, что сразу имея в виду меня. Но никаких деталей не написал. Ну ладно, может, у него ничего не выйдет ещё. Зачем хвастаться, когда всё в процессе, я понимаю. Почту, написал, редко читает. Трудоголик. То-то он при съёмке клипа так рвался не просто плёнку свою выдавать, собирать и учитывать, а поучаствовать по-настоящему. Про деньги вообще не написал. Забыл, на какое письмо отвечает, или специально умолчал. Мол, не лезь с ерундой, я занят серьёзным делом. Ну ладно.

Объявился Конан через полгода со своим новым изобретением. Под названием компенсор. Компенсирует он ни много ни мало, как действие притяжения Земли. На 20%. Как он объяснил, получается нечто между Землёй и Марсом по притяжению. Если подпрыгнуть, скажем, на метр, прыжок займёт, вместе с обратным приземлением, тридцать две сотых секунды. А при гравитации 0,8 это будет тридцать пять сотых. Разница всего лишь на почти 10%. Он объяснил, почему так: для пролетаемого при падении расстояния зависимость от времени квадратичная, а от силы тяжести линейная. Следовательно, зависимость самого времени от силы тяжести – как квадратный корень. Вот 20% и превратились в 10.

Заметна ли такая разница во времени по ощущениям прыгающего и на глаз при взгляде со стороны? Скажу по своим ощущениям – потому что я, конечно, тут же испытала эту штуку – очень заметна. А вот со стороны не очень. Все привыкли к slowmo. И уж конечно, такое легче лёгкого сделать в клипе. А вот на сцене, на концерте, может, и будет заметно. Наверное, будет воспринято как особое умение. Скажем, человек переворачивается через голову, но при этом широкий мах одной, потом другой ногой отвлекает, а туловище всё это время висит вниз головой, потому что пока что кувыркаются, так сказать, только ноги. Потом, балетные танцоры умеют так прыгать, ноги в шпагате, прыжок как будто замедленный по впечатлению. Но, в общем, для концертов полезная вещь.

Выглядит эта штука как сбруя из многих ремешков. Плюс на плече коробочка с кнопкой. Немного напоминает всякий садизм в порно-интернете, но никто же не заставляет выставлять эти ремешки напоказ. Можно спрятать или замаскировать. Покрасить, например, или, наоборот, одеться под цвет этих ремешков. Они белые.

Главное, он над этим компенсором не трясся. Оставил мне для использования в концертах и свалил в голубые дали. Дальше работать. Это, говорит, пробный экземпляр, он его по отчёту списал как сломанный. Ах, да, не совсем просто так оставил: попросил подписать обязательство, что я компенсор буду использовать только сама, никому не передам, ни совсем, ни на время, и буду держать в секрете, показывая только ближайшим друзьям, с которых тоже брать обязательство никому не говорить о нём. Пока, де, его начальство его не запатентует.

Потому что изобретение очень значимое. Сделать помощнее и поставить на самолёт, у которого и так хорошая подъёмная сила, и можно сберечь много горючего. Разработать новый самолёт, специально под компенсор, и уменьшить ему с самого начала мощность двигателя, тем самым, облегчив всю конструкцию, и экономия горючего станет ещё больше. Поставить на грузовик, и он сможет возить больший груз. Поставить на подъёмный кран. Встроить в конструкцию высотки, и её можно сделать выше при тех же элементах конструкции. Или, наоборот, сделать такую же по высоте, но конструкцию облегчить. И так далее.

Я прониклась и секретность обещала соблюдать. В самом деле, какие у меня доходы от концертов – и какие обещает широкое применение компенсора? Да меня за нарушение патентных прав посадят надолго, предварительно ограбив до нитки. Я даже попыталась отдать компенсор обратно. Зачем мне такой риск. Но он как-то уговорил. Сказал, что на нём ответственность больше, так что посадят именно его. Или посадят на больший срок, если сажать будут обоих. И в компании с любимой флейтисткой и танцовщицей он на всё готов. В общем, пошутил как-то на эту тему, и, не успела я опомниться, он слинял.

Да, забыла сказать, за сценарий он на этот раз не брался. Можно применять в любом моём номере для эффектности.

И я его стала применять. А что? Никакой радиации от него не исходит. Батарейку иногда надо менять. Обычную, ААА. Одна штука. Или можно аккумулятор, всё равно. И не думаю, что он может как-то взорваться, или со страшной силой влепить меня в пол при прыжке, сработав наоборот, или ещё что-нибудь опасное сделать. Вот Конан у меня вызывал беспокойство. То есть его дальнейшие действия. А компенсор – нет.