Калинов мост. По краю пропасти

Глава 4

Я посмотрел вслед лешему, исчезнувшему среди деревьев мгновенно и бесследно, как капля дождя в реке. Ждать целый час ничего не делая – не лучшее занятие, особенно, когда места себе не находишь от беспокойства. Я сел прямо на покрытую травой кочку рядом с велосипедами. Пока лешего уламывал мне помочь, отвлёкся от тяжких мыслей, а эти два железных коня, сиротливо прижавшиеся к сосне, живо вернули меня к мрачной действительности. Эх, Настя, Настя, как же так вышло-то? Кто мог предвидеть такой оборот?! Ну никак я не мог подумать, что Кощей так мной заинтересуется, никаких ведь предпосылок не было. В прошлую нашу встречу он меня и взглядом не удостоил, пальцем шевельнул, и я оцепенел, только глазами ворочать мог. Ну какой я ему супротивник? Так… комар над ухом. При его-то эгоцентризме, при его презрении к окружающим, особенно к людям, он просто не мог по-другому думать. Да и времени с той встречи немало прошло. И поди ж ты, сам заявился, чтобы со мной накоротке познакомиться. Пусть так, но Настя-то ему зачем? Посмотрел на меня, увидел, что я простой человек, ну и вали подобру-поздорову. Почто меня провоцировать? Тем более я – тут, он – там. Мне даже при желании добраться в Навь непросто, вон еле-еле со стариком лешим договорился кота позвать. Знать бы ещё, сможет ли Баюн мне помочь?

Я обхватил голову руками. Пёс с ним, мне бы мстил, если я ему не по нраву, но девушку зачем вмешивать?! Или это точный расчёт? Что бы уж у меня никаких вариантов не было проигнорировать его навязчивое приглашение? Так выходит, я Настю невольно подставил, и Кощей уверен, что я её в беде не брошу и сам всё сделаю чтобы его, Кощея, отыскать. А ему только того и надо, сразу нескольких зайцев убивает, да ещё тёмную душу свою потешит.

Старик леший вернулся как обещал ровно через час и к моему облегчению не один, махнул рукой и скрылся в чаще – мол, и так сделал более чем следовало. Я даже спасибо сказать не успел, ну и ладно, главное он кота привёл.

– Баюн, – подскочил я на ноги и бросился навстречу коту. – Кощей украл Настю!

– Здравствуй, Иван, – холодновато поприветствовал меня кот. – Кто такая Настя?

– Баюн! – разозлился я. Нервы и так на взводе, а он придуривается. – Ты ещё спроси: «Кто такой Кощей»?! Настя моя девушка, я тебе совсем недавно рассказывал.

– А-а-а, – лениво протянул кот и едва не зевнул. – Ну, украл и украл. Чего звал-то?

– Не понял! – я просто опешил.

– Не слушаешь ты меня, – менторским тоном заявил кот. – Впрочем, чего я ждал, ты всегда такой был. Я тебе ещё в прошлый раз сказал: не твоя девушка. Вот если бы Маша…

– Баюн, ты прикидываешься что ли? – я начал окончательно терять терпение. – Какая разница Маша или Настя?

– Большая разница… – начал было кот, но я его перебил.

– Так, хватит! Я не о том. Девушку надо спасать, она из-за меня в беду попала.

– Иван-Иван, – кот вздохнул и перешёл на задушевный тон: – Чего ты от меня хочешь? Чтобы я Кощея Чернобоговича загрыз, а девушку на загривке тебе привёз? Я этого сделать не смогу. И не потому, что не хочу тебе помочь. Ни ты, ни я, ни даже Яга Виевна с Кощеем не справимся. Даже если бы хозяйка захотела.

– Да я не прошу тебя девушку вернуть. Я что не понимаю, что ли? Проведи меня в Навь!

– Нет.

– Почему?

– Да ты в своём уме?! – зашипел кот. – Он ещё спрашивает: почему?! Я что, собственными лапами должен тебя на верную смерть отправить? Это тебе не с Чудом-Юдом сражаться, это сам Кощей бессмертный!

– Там моя девушка! – произнёс я чётко и раздельно.

– Ну и что? О тебе я беспокоюсь, а девушка твоя мне безразлична, – безапелляционно заявил кот. – Тем более, что тебе она не подходит.

– Ты что же, – едва сдерживаясь, ледяным тоном уточнил я, – предлагаешь мне спокойно пойти домой, будто ничего не случилось?

– Вот! Вот! – радостно закивал кот. – Это для тебя самое лучшее.

– Баюн, считай, что я этого от тебя не слышал.

– Ваня, поверь, не сможешь ты с Кощеем тягаться, – кот смотрел на меня с сочувствием. Всё напускное равнодушие вмиг слетело с него.

– Это мы ещё посмотрим.

– Я всё равно не могу провести тебя в Навь. Будь ты дух неупокоенный – было бы всё просто, а живого человека… Тут без избушки и хозяйки не обойдёшься, ну или без богов. Что мне, Морану Свароговну просить?

– Нет, Морану не нужно впутывать? Дажьбога позови.

– Да ты меня точно не слушал! Что у тебя в голове? Дырки одни? Все мозги вытекли? Дажьбог теперь муж Мораны и её хоромы не покидает.

– Верно, ты ведь говорил. И в голове у меня мысли, но они в полном беспорядке, перепутались как спагетти в тарелке. Всё смешалось. Так, погоди. Дажьбог недоступен, Велес незнамо где шляется, Волх занят делом, остаётся Перун. Не уверен, что он захочет на помощь прийти, в прошлый раз мы как-то не слишком ладно общались, но по всему видать, другого выхода у меня нет. Баюн, Перуна позови, не сочти за труд.

– Да за труд-то я не сочту, – промурлыкал кот, – я тебе, Иван, помочь готов. Но Перуна-то я тебе где возьму? Он в светлом Ирии, в Синей Сварге, а мне туда ходу нет, ты будто не ведаешь.

– Баюн, друг ты мой чёрный, что ж ты меня всё отговорками-то кормишь? Всё я знаю, всё ведаю. Знаю, что ты мастер сказки рассказывать и людям головы морочить. Ясно как день, что в Ирии тебя не ждут как дорогого гостя, но ты ведь не уличный кот с помойки, ты кот Баюн, помощник, опора хозяйки тёмного леса, уж постарайся и придумай что-нибудь!

Зрачки кота превратились в узкие щёлки, шерсть на загривке встала дыбом, а немалого размера когти впились в сухой мох. По всему видать, кот разозлился на мои слова, ну так я того и добивался иначе будем ещё полдня препираться, поговорить и поспорить кот мастак. Однако, он сумел обуздать своё возмущение и когда заговорил, голос его был почти ласков.

– Другого такого наглого как ты давно бы сожрал и косточек не оставил.

– Тогда и поболтать тебе не с кем будет, загнёшься от скуки.

– А так тебя Кощей погубит, изведёт и глазом не моргнёт.

– Потому и прошу позвать Перуна, без светлых мне не справиться.

– Тебе и с Перуном не справиться, вернее сказать, Перуну вместе с тобой не справиться. Им и всем вместе не справиться – бессмертный Кощей.

– А если не справимся, то и нет тебе смысла меня защищать, так как Кощей твой – злобный и мстительный гад, он меня всё равно в покое не оставит, со свету сживёт. Так что мне так и так конец, ты ведь сам это понимаешь. Но сидеть и ждать я не буду! Не я ли могучий герой Иван-царевич, победитель Чуда-Юда?! А когда Кощей со светлыми богами расправится, то он за тёмных примется, так как нет в нём ни сочувствия, ни благодарности, и останутся только те, кто перед ним пресмыкаться будут. А ты, Баюн, не будешь и ты давно уже понял, что вместе с Кощеем тебе не ужиться. Так что ты мне поможешь! И прекращай тянуть кота за… В смысле, прекращай время тянуть.

– Вот умеешь ты, Иван… Попробую я тебе помочь, Перуна отыскать, жди меня здесь.

Я опять остался ждать и мучиться от безделья и беспокойства. Солнце давно перевалило за полдень. От всех событий, от тяжких размышлений и переживаний у меня разболелась голова. Я отошёл подальше от сиротливых велосипедов, чтобы глаза не мозолили, сел под берёзку потолще и, прислонившись спиной к стволу, прикрыл глаза.

Глава 5

Вдруг между стволами совершенно бесшумно мелькнуло нечто странное, и пространство вдалеке словно наполнилось отблесками огня и сиянием. Я распахнул глаза во всю ширь, забыв про отдых. Что за диво? Я быстро поднялся, вытянул шею, вглядываясь в скачущие по листве и веткам блики. Почудилось, что разглядел высокую фигуру в белом, скользнувшую подобно привидению на грани видимости. Я оглянулся. Так, как быть? Баюн меня везде отыщет, а там происходит нечто необычное. А где аномалии, там… В моём положении такие знаки игнорировать никак нельзя, раз уж силы Нави внезапно вклинились в мой сегодняшний день, то следует утроить внимание. Я бросился в лес, но тут же одумался, снизил скорость и стал пробираться осторожно, используя стволы как укрытие. Что там я не знаю, но легко может оказаться новая напасть. Если это навьи силы, то будь готов к бедам и страданиям.

Всполохи становились ярче и белее, отчего на ум мне пришла сияющая льдом вершина. Ну откуда в нашей местности горы? Да ещё такие высокие, покрытые снегом. Отродясь здесь таких не было. Очередное движение я засёк уже совершенно явно. Даже умудрился за краткое мгновение с немалого расстояния рассмотреть некоторое количество подробностей: мужчина в странной одежде, явно в необычном головном уборе, – мелькнул и скрылся. Что-то знакомое почудилось мне в его широкоплечей фигуре, но для узнавания миг был слишком краток. Я прибавил ходу, хотя и старался не высовываться.

Я преследовал двух незнакомцев, мелькавших то рукой, то краешком одежды между стволами: мужчину и женщину в белом длинном платье, которое я тут же про себя окрестил свадебным, как ни глупо это звучало посреди лесного массива. Они двигались довольно бойко, я едва поспевал за ними, рискуя выдать себя, если они обернутся, но двое и не думали оглядываться. Тут лес внезапно закончился, и парочка выбралась на зелёный луг, согреваемый ярким солнцем, и как только они сделали несколько шагов по открытому месту, я едва не споткнулся от удивления. Я мгновенно узнал обоих. В белом, поблёскивающем драгоценными камнями платье в пол, вовсе, однако, не выглядевшем свадебным, с гордо поднятой головой шагала Морана. За ней, словно мелкая комнатная собачонка на поводке, семенил Дажьбог. Да, гордый и могучий Дажьбог теперь производил именно такое впечатление, не удивительно, что я его не узнал. Он двигался чуть позади Мораны суетными шажками, ссутулив широкие плечи, покрытые кольчугой, и ежесекундно стремился заглянуть богине в лицо, ловя каждый её взгляд и шевеление пальца. Весь он был словно съёжившийся, приникший, даже светлые пряди, выбивавшиеся из-под остроконечного шлема, висели тощими крысиными хвостиками.

Я остановился у самой кромки леса, разглядывая удаляющуюся чету, и скрипнул зубами. Что эта стерва сделала с моим другом?! Дажьбог был мне сейчас очень нужен, он непременно помог бы, но в таком виде от него было мало толку, самому ему нужна помощь. Я колебался – попытаться поговорить с Дажьбогом было бы не лишним, но попадаться на глаза Моране сейчас никак нельзя. Мне нужно Настю спасать, с Кощеем сражаться, чем позже богиня смерти проведает о моём участии, тем лучше. А в идеале, если совсем не узнает. Я двинулся вслед за ними, когда убедился, что они совершенно не интересуются, что у них за спиной, за всё время никто из них не оглянулся. Но всё равно держался я на значительном отдалении и готов был в любой момент нырнуть лицом в высокую густую траву. Таким порядком мы подымались на небольшой холм, за которым я даже ясным днём различал уже знакомые переливы сияния. Нехоженая высокая луговая растительность шелестела, цепляла за ноги. Когда парочка перевалила вершину и скрылась из виду, я прибавил ходу, боясь потеряться. Ещё не достигнув макушки холма, я уже различил, что же было источником тех странных отблесков.

Дворец сиял и блистал каждой своей гранью, каждой плоскостью, многочисленными углами и изгибами. Он был величествен и красив, но этот блеск бил по глазам, заставляя непрерывно жмуриться и моргать, чтобы избавиться от выступающих слёз. Это жутко раздражало и мешало увидеть подробности, отвлекало от мыслей, и от этого начинало болеть голова. Дажьбог спешил за супругой, в руках его невесть как оказался букет белых лилий, взор его был устремлён на Морану, и вокруг он ничего не замечал. Они уже входили во дворик, ограждённый белым ажурным заборчиком, и приближались к высоким дворцовым дверям. Я ещё прибавил ходу, искать их потом по всему зданию мне совершенно не улыбалось.

Дворец, по-другому я не мог бы назвать это строение, снаружи ничем не напоминал замок Огненного Змея, который я вместе с Дажьбогом основательно обшарил во время похода в пещеры Нави. Если и внутри всё устроено совсем не так, то мне будет непросто сориентироваться – во дворцах и замках мне приходилось бывать исключительно редко. А Дажьбога из вида упускать не хочется, вдруг выпадет случай перемолвиться несколькими словами. Как только объекты моего пристального внимания скрылись внутри, я припустил бегом и едва не упал, запутавшись в траве. Бежать отчего-то было тяжело к ногам словно гири привесили, но я чувствовал, что мне очень нужно, просто необходимо проследить за Дажьбогом и Мораной.

Створки ворот в заборе отсутствовали, проход был свободен, я беспрепятственно прошмыгнул на небольшой дворик с несколькими клумбами, засаженными странными невысокими растениями с сильно волнисто-изрезанными листьями необычного пепельно-серебристого цвета. Возможно, в саду, где кругом зелень и цветы, такие растения смотрелись бы гармонично, разбавляя общее буйство красок, но здесь были только они, и мне они не понравились. Когда рядом дворец подобно гигантскому бриллианту нестерпимо сияет, быстро устаёшь от всего белого. Я прищурился, стараясь уберечь глаза от бликов, побыстрее миновал двор и замер у высокого дверного проёма. Полотна дверей: блестящие, текучие словно ртутные и при этом сохраняющие тонкую ажурную форму, были распахнуты, но сам проход загораживало пламя. Вернее, это более всего походило на кипучую, колышущуюся, танцующую живыми всполохами стену огня, если бы не цвет – белый с тонкими чёрными прожилками. Выглядела эта дрянь весьма опасной, на первый взгляд. А на второй – ещё хуже. Я опасливо протянул ладонь и тут же отдёрнул, не успев прикоснуться, руку до локтя сковало холодом. Я затряс кистью, стал растирать покалывающие пальцы.

Так, здесь мне не пройти, я беспомощно завертел головой в поисках другого способа проникнуть в здание и снова замер, потому что во двор входила целая делегация. Прятаться было поздно, да и мне отчего-то не хотелось – никакой опасности я не почувствовал. Первым во двор решительной тяжёлой поступью вошёл Сварог, за ним легко словно плыла над землёй следовала его жена Лада, и рядом с ней Макошь, которую я уже видел на пиру в светлом Ирии, а уж за ними спешила Жива, как прежде – босиком. Я посторонился и преклонил голову, приветствуя владыку Синей Сварги и его спутников, он сделал вид, что меня здесь нет, лишь в самый последний момент остановился, скосил глаза в мою сторону и протянул мне сосновую веточку длиной сантиметров этак пять, густо покрытую хвоей. Богини же меня вовсе не заметили, или притворились, будто меня нет. Я лишь плечами пожал, взглянул на странный подарок и сунул веточку с зелёными иголками в карман джинсов, сейчас я стремился только к одному – проникнуть внутрь и помочь Дажьбогу.

Сварог оглядел преграду, прищёлкнул пальцами, и пламенный ледяной барьер мгновенно перекрасился в обычный огненный ало-оранжевый цвет, дохнул жаром и исчез. Боги неспешно и величаво миновали блестящие створки, я не будь дураком, проскочил внутрь, едва не наступая богине Живе на голые пятки. Кто его знает, надолго ли двери останутся открытыми, а тут, по всему видать, назревает нечто до крайности интересное. Не зря ведь такая процессия пожаловала.

Изнутри жилище Мораны – уверен, это именно оно – ничуть не походило на замок Огненного Змея по устройству внутреннего пространства и тем более разительно отличалось по изысканности и красоте отделки. Единственное что объединяло оба замка – широкая лестница ведущая на второй этаж. Но даже лестница выглядела величественно, поблёскивая белоснежными мраморными ступенями, резными перилами, украшенными сверкающими льдисто-белыми крупными кристаллами. Не понимаю, как может нравиться жить в этом постоянном блеске и сиянии? Не в моём вкусе – глаза слепит. По бокам от лестницы я скорее угадал, чем разглядел проходы вглубь замка, как помнится, примерно в таком же месте мы со светлобородым богом обнаружили ход в подземелье, откуда и выпустили больше сотни измученных пленников. Сияющий замок ничуть не навевал мыслей об истерзанных пленниках, да и Дажьбог, судя по виду, стремился скорее на романтическое свиданье, чем на битву или задание. Выходит, если хочу его найти – мне наверх. Видимо Сварог со спутниками решили так же или просто точно знали куда им надо, вряд ли они здесь впервые.

Ещё издалека я начал различать тихую ненавязчивую музыку, мысль про свидание получила дополнительное подтверждение. Наиболее неподходящей пары я не мог себе представить. Колдовство и приворот – больше ничего. Даже слепому видно, что об искренности чувств речь не идёт. Но как Дажьбог мог на такое клюнуть, у меня в голове не укладывалось. Надеюсь, сейчас высокопоставленная делегация прекратит это безобразие раз и навсегда. Голосов я не слышал, но от решительно шагавших светлых богов не отставал – прерывать свидание… может выйти весьма неловкий момент, но не я же буду первым врываться в комнату.