Ангел следующей эпохи

Есть мнение, что человечество проживает сейчас эпоху Лгуна. На смену ей в скором времени придёт эра новых возможностей, которую назовут эпохой Надежды…

Однажды в квартиру к обычной девушке врываются вооруженные солдаты. Они называют себя «командой особого назначения» и обещают защищать ее. Наивно полагая, что это розыгрыш, главная героиня совершенно не подозревает о том, что внутри нее спит разрушающая Сила, способная уничтожить все живое на планете. И за ней на самом деле ведется охота. Миссия солдат – доставить свою подопечную живой и невредимой в Дом правительства, цель девушки – понять, почему ее хотят убить. Получится ли у них решить поставленные задачи – вопрос не столь принципиальный, гораздо важнее другое: будут ли они удовлетворены результатами своих действий, ибо мало просто узнать правду, нужно еще научиться с ней жить.

Первая часть апокалипсического романа, в котором разгорается борьба двух эпох за право определять судьбу человечества, заставит задуматься о том, на какой стороне стоит каждый из нас, за что мы боремся и каким видим будущее. Вторая часть отразит мысли и желания, которые зародились в первой.

ГЛАВА 1

Мыслей было слишком много, чтобы понять, какая из них является наиболее важной и уделить ей особое внимание. Они кружили, как стая черных птиц, не давая покоя и наводя смятение, перескакивали с одного на другое, а тем временем вопросы так и оставались без ответов, и вместо решений по-прежнему зияла пустота.

Ева провела рукой по запотевшему зеркалу и посмотрела на свое расплывающееся отражение. То, что творилось у нее внутри, наложило отпечаток и на внешность: в глубине голубых глаз читалась растерянность; уголки губ застыли в напряжении, словно она очень хотела что-то сказать, но заставляла себя молчать; на лбу пролегла глубокая прямая линия, что свидетельствовало об активной мыслительной деятельности. В целом, картина складывалась такая: надо было срочно что-то решать, а иначе она либо состарится раньше времени, либо сойдет с ума.

Девушка насухо вытерлась полотенцем, распустила свои пшеничного цвета волосы и вышла из ванной.

По пути в комнату, она мысленно перебирала содержимое своего гардероба, но путь оказался слишком коротким для столь трудного решения… С каких это пор все стало настолько плохо, что даже выбор одежды способен завести ее в тупик? Впрочем, задача эта действительно непростая. Будь у нее столько же времени, сколько нужно, чтобы дойти пешком до Китая – и то вряд ли получилось бы определиться. Девушкам вечно нечего надеть, и это обстоятельство никак не зависит от их настроения или количества проблем.

Стояло неправдоподобное для Москвы жаркое лето, и во второй половине дня, когда солнышко заглядывало в окна, в квартире становилось невыносимо душно. Тогда начинал мерно жужжать вентилятор, создавая, по крайней мере, видимость циркуляции горячих воздушных потоков и подобие свежести. Когда Ева, наконец, определилась с одеждой на остаток дня, в квартире уже можно было находиться, не беспокоясь о том, что очередной вдох окажется последним.

Было время обеда, но из-за жары есть совершенно не хотелось. Однако это не помешало Еве дойти до кухни и открыть холодильник.

Вся жизнь – один сплошной выбор. Куда бы ни пошел, что бы ни делал… Вопрос – ответ, умный – глупый, право – лево, много – мало, свой – чужой, правда – ложь, добро – зло, жизнь – смерть… Везде – осознанно или нет – человек совершает выбор, и рано или поздно приходится расплачиваться за него.

В холодильнике были зеленые и красные яблоки. Ева долго рассматривала конкурирующие сорта, но так и не решила, какой из них ей хотелось сильнее. Поэтому она взяла единственный апельсин, выделяющийся среди этой пестроты. Оранжевый цвет – символ стремления идти вперед и действовать.

Снимая с цитруса толстую кожуру, девушка пыталась ни о чем не думать. Но мысли как будто атаковали ее и, опережая друг друга, упрямо лезли ей в голову, рождая в душе беспокойство и страх.

А на улице ярко светило полуденное солнце, нежно касаясь своими лучами зеленой листвы, ласково поглаживая головы людей, превращая день в маленький праздник.

Ева подошла к окну и посмотрела на ослепительно сияющий диск. Именно в этот момент, когда в глазах заплясали яркие точки, когда вокруг было так тихо и спокойно, а во рту всё ещё ощущался сладкий вкус апельсина, жизнь показалась ей даже более горькой и мрачной, чем собственные невеселые мысли. Отвернувшись от окна, девушка направилась назад в свою комнату.

Проходя по темному коридору, Ева неожиданно почувствовала чье-то прикосновение. Резкий толчок – и вот она уже прижата к стене ванной комнаты, дверь в которую всё это время оставалась распахнутой. Расширенными от удивления глазами, девушка наблюдала, как буквально из воздуха появляется человек и нависает над ней, словно огромная черная тень. Одной ладонью он зажал ей рот, другая – железной хваткой сковала ее руку. Он напряженно смотрел в сторону коридора, как будто ожидал, что появится кто-то еще. А Ева, в буквальном смысле потеряв дар речи, но не здравомыслие, внимательно изучала лицо, чтобы не упустить потом ни единой детали при составлении фоторобота в полицейском участке.

Коротко стриженные светлые волосы, высокий лоб, низко нависшие над зелеными глазами брови, прямой чуть вздернутый на кончике нос, тонкие розовые, как у младенца, губы и слегка выступающий вперед треугольный подбородок. Незнакомец был гладко выбрит, но воображение Евы быстро дорисовало на его щеках и подбородке щетину, и она пришла к выводу, что это его даже украсило бы. Впрочем, всё это было не столь значимо для полиции, как, например, шрам или родинка, поэтому девушка уже было вознамерилась оставить наглецу опознавательный знак в виде укуса на ладони, зажимающей ей рот, но тут незнакомец пристально посмотрел на неё, и план Евы лопнул, как мыльный пузырь. Никогда раньше она не встречалась с таким пугающим и одновременно волнующим взглядом, от которого веяло опасностью и в то же время готовностью защитить даже ценой собственной жизни. Ева почувствовала, как по телу побежали мурашки, но она не отвела глаза, смело отвечая на этот взгляд, хоть и была в заведомо проигрышной позиции. Она не чувствовала страха, только возрастающее возмущение. Незнакомец, как будто читая ее мысли, слегка нагнулся, хотя, казалось бы, они и так были максимально близко друг к другу, и низким чуть хрипловатым голосом произнес:

– Мы здесь для твоей защиты.

«Мы?» – одними губами повторила Ева, но тут из кухни послышалось несколько глухих хлопков, похожих на выстрелы. Но не это повергло девушку в шок, а звуки разбивающихся окон, которые донеслись из гостиной. Этого было достаточно, чтобы Ева, наконец, начала действовать. Она скользнула вниз по стене и, едва освободившись от рук незнакомца, метнулась в коридор, а затем – в большую комнату.

– Боже мой!!! – воскликнула девушка и тут же запнулась, зажав рот руками. Может, надо было крикнуть что-то другое – например, «Чёрт возьми»? Ева верила в высшие силы, точнее, допускала существование как Бога, так и Дьявола. Сейчас она очень надеялась, что если не оскорбит их, то хотя бы кто-то один сжалится над ней и превратит все происходящее в сон.

Но где там! Время шло, а узорчатый персидский ковер продолжал переливаться и нахально подмигивать ей, когда солнечные лучи отражались от разбитого стекла, лежащего на полу невидимой россыпью. Ветки березы, с которыми заигрывал летний освежающий ветерок, свешивались прямо в комнату через зияющую дыру, на месте которой еще каких-то пять минут назад были чисто вымытые оконные стекла. И вот от них остались лишь осколки, жалобно поскрипывающие под подошвами каких-то людей, облаченных с ног до головы в черные костюмы. Незваные гости важно расхаживали по комнате, стреляя взглядами направо и налево, словно пытались понять – в ту ли квартиру они вломились.

– Докладывай, – сказал один из них, отцепляя от пояса карабин страховочной верёвки, другой конец которой исчезал за окном.

– Сведения верны – они начали действовать, – раздался голос за спиной Евы.

– Шифт, у нас есть время? – обратился тогда мужчина вроде бы сам к себе (но не мог же он быть до такой степени дураком?). Она продолжала хмуро взирать на точёные силуэты в черном, возникающие из ниоткуда в центре комнаты. Хотя смотреть, в общем-то, было и не на что: лица чужаков были скрыты повязками, доходящими до переносицы, из-под низко надвинутых шлемов виднелись только глаза.

Тем временем то ли Вселенная, то ли кто-то еще ответил на вопрос незнакомца, и во взгляде его вспыхнуло пламя.

– Всего три минуты. Уходим. Немедленно! – объявил он, оглядываясь на своего приспешника, который все это время оставался в стороне, видимо, ожидая именно этого момента, потому как, услышав приказ, он сразу же ожил и направился к Еве. Но на этот раз она не собиралась подчиняться. Гордо вздернув подбородок, девушка обвела присутствующих взглядом и звенящим от гнева голосом спросила:

– Кто вы такие и кто из вас за это все будет отвечать?

– Потом поговорим, – отрезал тот же незнакомец, который получал ответы невесть откуда. Ева поняла, что именно он был лидером среди эти троих и продолжала разговор, обращаясь только к нему.

– Мы можем не говорить вообще, но за разбитые окна платить придется и немедленно.

– Кэп? – раздался за спиной уже знакомый Еве чуть хрипловатый голос.

– Кэп? – переспросила Ева, в который раз оглядывая незнакомцев. – Вы что, военные?

Лидер вроде бы на секунду задумался, но, когда он заговорил снова, Еве стало понятно, что на самом деле он слушал сообщение от кого-то невидимого, а вовсе не размышлял над ее вопросами и уж точно не намеревался подчиняться ее требованиям.

– Две минуты, – сказал он, кивнув. – Уводи ее.

– Что?! – взвизгнула девушка. Она почувствовала чье-то прикосновение к своей талии, но отнюдь не собиралась так просто сдаваться. Ева увернулась от цепких рук, и молниеносно подскочив к лидеру, стала, как она надеялась, больно тыкать пальцем ему в грудь, выплевывая гневные слова вперемешку с угрозами:

– Кто вас наделил полномочиями делать, что вздумается? Я это просто так не оставлю! Я выйду на ваше начальство! Я дойду до президента, если понадобится… Ай!!! – Ева в мгновение ока оказалась в воздухе и на секунду растерялась от столь явной и неприкрытой наглости, но быстро пришла в себя и продолжила ругаться. – Отпустите меня! Как вы смеете?! Да кто вы такие, черт бы вас побрал?!!

Молодой человек, подхвативший её на руки, не обращая внимания на возмущенные крики, быстрым шагом направлялся к входной двери. Ева была уверена, что он не сможет открыть ее, так как замок был давно сломан, и у неё самой не всегда получалось сладить с ним. Но незнакомец уверенно протянул руку и без малейшей заминки справился со своенравной системой защиты от преступников, коим Ева как раз и считала человека, у которого она была в руках. Как только стальная дверь с готовностью распахнулась, парень решительно переступил через порог. В этом случае ей ничего не оставалось, как только воскликнуть:

– Подожди! Возьми хотя бы обувь…

Но незнакомец и не думал задерживаться даже на долю секунды. Бросив через плечо кодовое слово «Бум», он начал быстро спускаться по лестнице. Ева в это время перебирала в уме все возможные причины происходящего. Единственным подходящим вариантом казалась абсурдная нелепость.

– Вы что, снимаете какое-то новое шоу? – спросила девушка, приготовившись с удвоенным вниманием проследить за реакцией на свой вопрос. Однако никакого ответа не последовало: на его лице не дрогнул ни один мускул. Тогда Ева решила еще какое-то время молча понаблюдать за дальнейшими событиями, чтобы затем представить в суде как можно более полную и обширную картину преступления. А когда она почувствует, что абсурд начинает превалировать над реальностью – начнет действовать.

Металлическая дверь с домофоном на первом этаже куда-то пропала, словно ее там вовсе никогда не было. В образовавшемся проходе стоял клон тех, с кем Ева уже успела познакомиться ранее, и сосредоточенно всматривался в экран устройства, которое явно было каким-то инновационным шедевром современных электронных технологий, потому что выглядело это далеко не как обычный планшет или ноутбук. По тоненькой, как лист бумаги, прозрачной панели бежали зеленые цифры, они разлетались в стороны и образовывали некое подобие навигационной системы, затем распадались миллиардами точек и собирались вновь в несколько мигающих овалов.

Лидер «преступной группировки» прошел мимо них и, приблизившись к человеку с загадочным устройством, задал вопрос:

– Мы укладываемся?

– Минута есть, поэтому пока все тихо, – последовал ответ, и Ева догадалась, что этот мужчина и был «внутренним голосом» лидера, с которым тот беседовал из ее квартиры. – Стрельба велась с крыши соседнего дома. Как только разрядили все обоймы, исчезли. Но могут появиться в любой момент. Нам лучше убираться отсюда.

– Мы готовы двигаться, – главный вновь обратился к рации, прикрепленной к его плечу, которую Ева до сих пор не замечала.

Девушка почувствовала, как ей возвращают вертикальное положение и с облегчением обнаружила, что ее голые ступни коснулись не холодного пола подъезда, а теплой ткани. С ироничной улыбкой она сунула ноги в свои старенькие кеды и вновь посмотрела на лидера, который продолжал ждать ответа от молчаливой рации. Чувствуя, как внутри начинает бурлить раздражение, Ева вопреки своему собственному решению поспешила немедля выплеснуть его, раз уж так совпало и она, наконец, была свободна от чьих бы то ни было рук. Она стремительно метнулась к лидеру.

– Послушайте, мне вся эта история начинает надоедать, – заговорила девушка, приблизившись почти вплотную, так что даже пришлось задрать голову, чтобы смотреть собеседнику прямо в глаза. – Даже если вы снимаете здесь какое-то шоу, то руководство канала было обязано не только поставить об этом в известность, но и просить письменного разрешения. Я знаю свои права. И я засужу каждого, кто участвует в этом балагане. Вы меня понимаете?

Пока Ева говорила, мужчина молчал, серьезно глядя ей в глаза. Когда она замолчала, он так и не проронил ни слова. Лишь взгляд его стал еще более мрачным. Однако девушку это ни на грамм не смутило, о чем она немедля и сообщила:

– И если вы думаете, что я вас боюсь, то глубоко заблуждаетесь.

– Кэп, тут что-то странное, – первым нарушил молчание новичок с непонятным устройством, который уже начинал раздражать Еву так же, как и остальные обладатели черной униформы. Особенно теперь, когда он с такой легкостью отнял у нее внимание лидера, продолжая толковать о чем-то непонятном. – Из ниоткуда… Пять объектов…

– Где?

– Напротив, – с запинкой произнёс он, и глаза его впервые оторвались от экрана и устремились в сторону улицы.

Капитан сделал пару движений рукой, и Ева тут же оказалась за спинами четырех мужчин в глубине темного подъезда. Но зачем было задвигать ее куда подальше, если все четверо тут же вышли на улицу, не забыв при этом вытащить из-за спины оружие, словно они находились не в мирном городе, а в эпицентре военных действий. Лицо Евы опять озарилось ехидной улыбкой, когда люди в черном не обнаружили ни единого намека на опасность, опустили свои игрушечные пистолеты и стали оглядываться по сторонам.

День уже начал клониться к вечеру, но было по-прежнему солнечно и тепло. Сквозь зеленую листву клена пробивались ласковые лучи и нежно касались кожи. Легкий свежий ветерок заботливо отгонял летний зной. Как обычно, откуда-то издалека доносилось жужжание газонокосилки и детский смех с площадок. Но прямо возле дома было поразительно тихо, на что Ева не сразу обратила внимание, выйдя из подъезда. А ведь это было, как минимум, непривычно. Она подошла к лидеру и, сложив руки на груди, поинтересовалась:

– И долго еще этот спектакль будет продолжаться, позвольте узнать?

– Шифт, что происходит? – в свою очередь обратился мужчина к «внутреннему голосу», который следил за мелькающими на экране цифрами и буквами.

– Ничего не изменилось – пять объектов менее чем в двадцати метрах от нас…

– Конкретнее!

Тот растерянно пожал плечами и неуверенно произнес, отрывая взгляд от экрана:

– Над головой.

Взгляды всех пятерых тут же устремились к небу.

– Что это за фигня? – вырвалось из уст молодого человека, который до сих пор не проронил ни слова.

Ева с открытым ртом разглядывала пять черных фигур, зависших в воздухе прямо напротив ее высотного дома, над детской площадкой. Только теперь она осознала и ощутила пронзившую все вокруг небывалую тишину. На площадке не играли дети, на лавочках не сидели взрослые, из открытых окон не доносились звуки работающих телевизоров. Все словно замерло, а посередине этой мертвой зоны находились непонятные застывшие в воздухе объекты. Они были похожи на черные сосульки размером в два человеческих роста. Фигуры не двигались и не издавали ни звука, поэтому было сложно понять, несут ли они в себе угрозу… Но только не для Евы! Всё происходящее продолжало казаться ей умело разыгранным спектаклем или чьей-то глупой шуткой.

– Что это? – повторил лидер вопрос молодого человека. Тому так никто и не ответил, то ли потому, что вопрос был не из уст командира, то ли потому, что задан он был в ненадлежащей форме.

Но на самом деле, все было гораздо проще.

– Ничего не могу сказать, кроме того, что это живые существа…

– Как неожиданно, – закатила глаза Ева.

– Датчики на них реагируют, – продолжил «внутренний голос» лидера, как будто его вовсе никто не перебивал, – но не могут просканировать. Как если бы что-то мешало… Вроде барьера или щита…

– Может быть, дело в одежде?

– А может, и не в ней. В любом случае, нам надо уходить.

– Эд! Где вы?! – тут же рявкнул в рацию лидер.

– Скоро будем, кэп, – наконец последовал шипящий ответ с той стороны. – Нам пришлось немного размяться…

– Вот почему стрелки исчезли с радара, – пояснил человек с компьютером в руках, не отрываясь от монитора и ловко «перепрыгивая» с одной локации на другую.

– Понял вас, – удовлетворенно кивнул лидер, будто рация могла передавать и жесты. Но похвала в сценарии, видимо, не была прописана, поэтому в завершение он произнес все тем же менторским тоном: – Поторопитесь!

Ева, глядя на это, недовольно покачала головой и уже открыла рот, чтобы в очередной раз сообщить окружающим ее персонам, что она думает об этом фарсе, как вдруг до ее ушей донесся страшный шипящий звук. Словно где-то поблизости на раскаленную сковороду в брызгающее в разные стороны масло кинули кусочек мяса, и в воздухе тут же запахло горелым. Девушка снова посмотрела на черные фигуры.

Они оставались на своем месте. Не двигались. Не издавали ни звука. Все, как и прежде. Но голуби, на какой бы высоте они не летели, натыкались на невидимую глазу преграду, вспыхивали, как спички, и падали вниз. От ужаса Ева не заметила, как про себя стала считать несчастных птиц, которые черными угольками лежали на земле. Она опомнилась только тогда, когда сбилась со счета из-за очередной приземлившейся обгоревшей тушки. В сердце больно кольнуло, на глаза навернулись слезы, и девушка со всей накопившейся яростью обратилась к главному во всей этой постановке человеку.

– Немедленно прекратите! Вы слышите меня?! Я не желаю в этом участвовать…

Но ни лидер, ни его приспешники не реагировали на ее слова: как загипнотизированные, они продолжали смотреть на таинственные фигуры. Еве показалось, что они переигрывают – это явно была очередная попытка сбить ее с толку… Однако и ее взгляд невольно вернулся к странным объектам, да так и застыл на одном из них – центральном.

Нижняя часть конуса неожиданно раскрылась, как цветок, а верх – будто сломался, образовав зияющую темную дыру. С правой и левой стороны, словно змеи, поползли линии, разделяя фигуру на три части. Постепенно прямо на глазах неведомый объект трансформировался и обрел вид человеческого силуэта, полностью скрытого слишком длинным, развевающимся на ветру плащом с капюшоном. И пусть преображение не заняло много времени, ждать следующего шага от таинственных гостей совсем не пришлось. Правая рука медленно поднялась и из рукава показалась ладонь с пухлым указательным пальцем, устремленным в их сторону. Когда на удивление сильный, громоподобный голос, исходящий из недр плаща, объявил: «Это она!», наконец ожили и бутафорские защитники.

– Уведите ее отсюда! – приказал лидер, наставляя на фигуры оружие. – Эд, где вы, черт возьми?! Мы не можем больше ждать!

Ева почувствовала, как ее запястье будто сковали, затем последовал резкий толчок, и она снова оказалась в укрытии темного подъезда. Девушка возмущенно смотрела на перегородившего ей выход молодого человека, с которым познакомилась раньше остальных.

– Что вы делаете? – уперев руки в бока, с вызовом бросила она. – Я же сказала, что не собираюсь…

Но договорить она не успела, так как за спиной её собеседника неожиданно вспыхнул и погас яркий свет, как если бы десятки фотоаппаратов со вспышками сработали одновременно. А затем раздались первые выстрелы.

Незнакомец подошел к Еве так близко, что их носы буквально соприкоснулись кончиками. Прежде чем присоединиться к своим товарищам на улице, он сказал, глядя ей прямо в глаза:

– Если ты не заметила еще, то должен сообщить – это все вовсе не игра.

Ева задумчиво проводила его взглядом. Вскоре раздались новые залпы огнестрельного оружия. Как поверить в то, что всё это происходит на самом деле? Непонятно как материализовавшийся человек в запертой на все замки квартире; окна, разбитые пулями; люди, облаченные с ног до головы в черное, с оружием в руках; да ещё трансформирующиеся по волшебству фигуры с перстами, указывающими в ее сторону, ибо больше никто в этой сумасшедшей компании не мог подойти под описание «Это ОНА»… Как допустить мысль, что это все может быть правдой, а не плодом чьих-то больных фантазий? Нет, это совершенно невозможно! Приняв происходящее за чистую монету, она сама станет частью того самого больного воображения.

Сначала ей в голову пришла мысль вернуться домой, запереться, вызвать полицию и ждать. Но что, если с телефоном что-то не так или эта шайка вновь проникнет в ее квартиру и продолжит свою непонятную игру… Эту идею Ева быстро отмела и решила, что безопаснее и эффективнее будет самой дойти до полиции (ну или до местного участкового). Возможно, на людях они не посмеют приставать к ней, да и в случае чего можно будет попросить помощи у прохожих… Окончательно утвердившись в своем решении, девушка направилась к выходу.

На улице происходило что-то странное: асфальт у подъезда покрылся трещинами и разломами, а воздух был наполнен пылью и запахом озона. Ева не стала тратить время, чтобы внимательнее изучить обстановку. Беглым взглядом она оценила, где находятся бандиты, нагло ворвавшиеся сегодня в ее жизнь, чтобы, не оглядываясь, броситься со всех ног подальше от собственного дома.

***

– Шифт, что происходит? – сначала спокойно спросил капитан, но так и не дождавшись ответа подчиненного, повторил свой вопрос в более грубой форме. – Шифт, в конце концов, что это за чертовщина?!

Однако взглянув на растерянное лицо хакера, он тут же понял, что ответа не дождется, даже если станет выбивать его силой.

– Нужно время, чтобы просканировать.

Командир, крепче сжав в руках оружие, снова повернулся к таинственным объектам, четыре из которых завершали свою трансформацию, а пятый, подняв руку к небу, застыл в ожидании. Вместе с ним ждал и капитан со своими солдатами: они не знали какого рода опасность несут в себе эти существа, а потому и не понимали, как защищаться. И хотя ожидание показалось им вечностью, уже через минуту из ясного безоблачного неба прямо в руку центральной фигуре ударила молния, которая тут же полетела в их сторону.

Солдаты бросились врассыпную. Капитан открыл огонь, но пули, не достигнув цели, дождем падали на сгоревшие тушки птиц. Поэтому, оценив бесполезность своих действий, он укрылся за машиной, припаркованной у подъезда, и посмотрел на то место, где недавно стоял со своими солдатами. Там образовалась глубокая яма, от которой неровными линиями разбегались трещины, разрывая и поднимая асфальтовое покрытие.

– Все целы?! – крикнул он так, как будто приказывал, чтобы все члены его команды были в порядке несмотря ни на что. Капитан прекрасно видел, как Бум, пусть и перепуганный до чертиков, но без единой царапины, вжался в толстый ствол клена, прижимая к груди оружие, словно оно было гарантией от любых невзгод. Шифт, укрывшись в тени лавочки, бегал пальцами по клавиатуре, лишь изредка отрывая взгляд от экрана, дабы убедиться, что ему ничего не угрожает. Но как только из подъезда выбежал Лука, в него тут же полетела пара мерцающих молний, прерывая затянувшееся буквально на минуту затишье после первой атаки. На этот раз капитан был не единственным, кто открыл огонь по противникам. Пули его солдат так же ударялись о невидимую преграду и падали наземь.