Озеро Маришка

Пролог

Прошло три дня , как смолкли хороводы,

Уже три дня как он не приходил.

Она снесла любые бы невзгоды,

Но потерять любовь выше ее сил.

Слегка откинув с тюлем занавеску,

Печальный взор ее скользнул по пустоши двора,

А ведь недавно на этом самом месте

Под звуки гуслей весело плясала детвора,

И молодые девушки ходили ,

Так звонко от души смеясь,

А парни хитро взгляды их ловили,

И танцевали с ними не стесняясь.

Но смолкла музыка, и пляски прекратились,

Теперь ведь больше некому играть.

Как сильно взором вдаль не силясь,

А не могла она в толпе парней его узнать

Сомненья, мысли в голове роились,

Тоски на сердце было не унять.

Он приходил играть ей каждый вечер,

И жарко клялся в искренней любви,

Теперь в ее дворе свистел лишь летний ветер,

Светили тусклые соседские огни.

Набравшись храбрости, она решилась выйти,

О нем парней и дивчин расспросить,

Но не хватило ей душевной прыти,

Хоть бы с кем из них заговорить.

Зато ребята тот час оживились,

Послышались надменные смешки,

Мол, что такого у нее случилось,

Никак любимый бросил клятвам вопреки.

Глаза ее наполнились слезами,

Хотела побыстрей домой она сбежать,

Но девушка смеясь швырнула в нее камень

Тем самым не желая беглянке скрыться дать,

-Постой , я знаю где твой Ванька!

Вдруг крикнула другая, за руку ее схватив,

-С тобой у него всё была обманка,

Живет с другой в деревне, нашей супротив!

Она не знала, что такого им ответить,

А по тому лишь вскрикнула «пусти!»

И вырвав руку, побежала, заприметив

Тропинку к озеру через кусты.

Она неслась, Ивана проклиная,

А ветки драли кожу на руках.

Как оказалась в озере не знала,

Но вдруг почувствовала дрожь в ногах,

Капли слез, что по щекам катились,

До озера поверхности слетев,

В светящиеся точки превратились

К ногам ее тот час же полетев.

Она стояла в озере по шею,

Не понимала, что происходит с ней,

И сердце в тот момент ее разбилось,

А ноги вспыхнули ярче ста огней.

Часть 1.

Одной безлунной темной ночью

Странник на лошади к деревне подъезжал,

На нем одежда размохрилась в клочья,

А сам он так давно под крышею не спал.

Таков удел для пришлого бродяги

Бывал он в разных селах ,городах,

И в каждом месте пополнял он фляги,

И наполнял провизией рюкзак,

Пару ночей с людьми он оставался

Пока не набирал в дорогу сил.

А за еду одежду или воду

Он помощью своей всегда платил,

Кому поможет с огородом,

Мог представление с фокусами дать

Так вышло , он был одарен Богом,

И был с любой бедой обучен помогать.

Вот путник миновал ворота

В деревне не было у входа часовых,

В ночи сырой у путника одна забота -

Найти пристанище , с дороги долгой передых.

Он постучал в первую же хату,

Но не дождался отклика на стук.

Еще бы он такой лохматый,

Что испугает ночью даже сильный дух.

Но до утра ждать тоже не годилось,

И путник снова постучал,

А когда дверь наконец открылась,

Увидел он ровно то, чего и ожидал

Мужик в рубахе с кочергою,

А за спиной жены испуганное лицо.

Мужик понятно дело грозность строит,

А ноги дрожью бьет у самого,

– Простите , люди добрые , средь ночи

Без зла в душе стучусь я к вам.

-Вы не могли бы лишь слегка помочь мне,

И подсказать где заночевать тут можно нам?

Кивнув на свою лошадь, жующую недалеко траву,

Он поспешил добавить,– Впрочем ,

Коль надо заплатить могу я вам.

-Не надо денег , просто убирайся!

Вдруг осмелел мужик, поднявши кочергу.

-А ночевать , коль не боишься,

Ступай ты в крайнюю у озера избу.

Она заброшена и двери в ней открыты,

Да только не советую тебе туда ходить,

Все остальные избы здесь у нас обжиты,

И нечего людей как нас ночами полошить.

На этом дверь была закрыта , и путник вновь остался одинок.

Ну что ж , вздохнул он и подался

К указанной избе в озерный закуток.

Он не боялся проклятых селений.

Уж точно дом с проклятьем не страшил

Он свистнул лошади своей яблочно-серой,

И внутрь избы шагнул на исходе сил.

Часть 2.

Пропел петух, и встало солнце,

Прошли ночные сумраки.

И только чуть забрезжил свет в оконце,

На промысел шли рыбаки.

Но на подходах к тропке замер,

Один из шедших мужиков.

Стоит пред ним коняга статный,

Глядит в глаза ему без слов.

– Чу, мужики, постойте,

Смотрите тут ничейный конь.

Играет грива, как на солнце,

Но взгляд кричит, меня не тронь.

– Вот эта дивная лошадка!

Другие мужики глядят.

Один решился для порядка

За поводья ее взять.

Те были связаны с забором,

И только руку протянул,

Как лошадь фыркнула с укором,

Но мужика храп не спугнул,

И завладев ее поводьям,

Он на себя стал вес тянуть.

Кобыла сильно упиралась,

И наглеца лягнула в грудь.

Но все же сдвинулась кобыла,

Зло или жалобно храпя,

Как вдруг всех оглушила сила

Удара в дерево меча.

Синхронно други обернулись,

И в миг осели на земле.

На них чудовище метнулось,

Что было в проклятой избе.

При близком все же рассмотрении,

То оказался лишь мужик.

Поправил на кобыле стремя,

И обратился к ним в тот миг.

– Простите, если напугал вас,

Вы лошадь трогали мою.

В селенье вашем я лишь странник,

А от того вас не виню.

Прошу вас хлебом угостите,

Рубаху дайте залатать.

В обмен просите, что хотите

Во всем я буду помогать.

– Вы что же это, сударь!

Один рыбак заговорил.

– Неужто было вам так худо,

Что в хате с нечестью ночь прожИл ?

-А что за хата для вас эта?

Как в ней проклятье завелось?

-Маришки, жившей в ней уж нету,

Как сгинула она так началось…

Ответил парень, поднимаясь,

Тот самый кого лягнули в грудь.

-Звучит как бред, я понимаю,

Но хата та наводит жуть.

Еще на озеро ночами,

Теперь не можно нам ходить.

Маришка там тоже обитает,

Может под воду затащить.

-А кто была ваша Маришка ?

Вы расскажите, вдруг смогу помочь.

-Расскажем ,так и быть, потише,

Идемте от хаты этой прочь.

Часть 3.

Иван проснулся на рассвете,

Ему опять снилась она.

За смерть любви, на век в ответе,

И горе в сердце навсегда.

Он встал к окну и ,огляделся,

Привиделось ему слегка,

Что во дворе мелькнуло что-то,

По виду вроде мужика.

Он жил вдали от человека,

В лесу с животными осел.

Но тут вот невидаль велика,

Стук в дверь прорезал его мир.

Иван наш, гостя не боялся,

И к смерти тоже был готов,

А потому, кем бы пришелец не оказался,

Освободил дверь от замков.

Увидел Ваня на пороге

Мужчину с бритой бородой.

– Заблудился путник по дороге?

Случайно в дом мой ты забрел?

Пришелец добро улыбнулся,

И посмотрел ему в глаза.

-Поговорить хотел с тобой я,

В дом пустишь ты ль меня ?

Иван легко и согласился.

Поставил хлеба, соль на стол.

А путник в думу погрузился,

И вскоре начал разговор.

-Ты помнишь девушку Маришку?

У озера она жила.

Услышав имя, Ваня сник весь,

Из глаз слеза вдруг потекла.

-Я вижу, помнишь , понимаю,

Грустны думы о ней твои,

Но я подробностей не знаю,

Что с ней случилось, расскажи.

-Меня в деревне попросили

Проклятье с водоема снять,

К тебе сходить вот отрядили,

Мол можешь разъясненья дать.

Утер Иван скупые слезы

И воздух в легкие набрал.

– Уехал я тогда с обозом,

А ей не слова не сказал.

Она была моей любовью,

У нас все было впереди.

Но разбудили меня ночью,

Сказали, срочный груз вези.

По ремеслу я ведь извозчик,

Пришлось поехать в дальний путь.

Не знал, что девичьи упреки,

На смерть ее тогда сведут.

Её в деревне засмеяли,

Я бросил будто бы ее!

На самом деле, где я, не знали,

Но ей сказали, будто все.

Уехал я с другой зазнобой,

И к ней я больше не вернусь!

Как можно было с такой злобой!

Тогда моя Маришка решила видно, утоплюсь!

Приехал я на пятые сутки,

И сразу бросился я к ней.

Разлука обоим была мукой,

Но не было ее в избе.

Раскрыта настежь дверь стояла ,

И в хате ветер все гулял,

А сердце уже тогда знало,

Что умерла любовь моя!

Потом мне люди рассказали,

В озере мол сгинула она,

И долго вроде, как искали,

Нашли лишь платья три клочка.

С тех пор мне стала жизнь не милой,

С деревни прочь уехал я.

И поселился здесь у леса,

И жду, пока смерть заберет меня.

Путник кивал рассказ тот слушав,

И как Иван закончил все , спросил,

-Мне люди также говорили,

Мол видят в озере ее!

И словно там уже погибли,

Два парня и четверо девиц!

Раньше ночью рыбу там ловили,

Теперь таким делам конец!

Я в жизни этой видел много

И с разным всем я помогал.

Теперь вот из деревни людям

Проклятье снять пообещал.

И чует мой и ум, и сердце,

Не справиться мне без тебя.

Поможешь ты мне наконец-то

Покой Маришке дать навсегда?

Часть 4.

На небе в ряд горели звезды,

И к полночи уж шли часы.

На озере все было тихо,

Лишь шелестели камыши.

На ровной черной водной глади

Нос лодки волны прорезал.

Плыла она на середину,

Как путник Ване наказал.

В руках у парня были гусли,

На них он должен был играть.

И вот он выпустил с рук весла,

Готов был он игру начать.

Была мелодия вначале

Дрожащей и не заводной,

Но вспомнил Ваня, как играл он,

Маришке самой дорогой.

И завертелись вдруг картинки,

Как вместе было хорошо.

Мелодия вдруг из разминки,

Пошла звучать совсем легко.

Играл он долго , как велели,

И руки стали уставать.

Вдруг слух его услышал пенье,

Маришкин голос стал звучать.

Иван так резко обернулся,

Что гусли чуть не уронил.

Неужто он совсем свихнулся,

И голос лишь вообразил!

Вокруг ведь не было Маришки,

Лишь вод нетронутая гладь.

Тогда он тихо и без спешки

Любимой имя начал называть.

Вдруг сбоку, он у самой лодки

Движенье будто уловил,

И голову на сколь возможно,

К воде пониже наклонил.

О боже, это ли не чудо!

Из озера черной глубины

Два глаза на него смотрели

Зеленые Маришкины !

Она всплыла, рукой на лодку

Легонько было оперлась.

Как Ваня обнял ее мокрой,

И попытался на борт забрать.

Но в этот миг, все изменилось

Красивое досель лицо,

Гримасой злобной исказилось,

Меняться сильно начало.

Сначала зубы вдруг пираньи,

Потом жабры и глаза,

За миг Маришка обратилась

В лик страшного чудовища!

-Ты лгун, меня ты бросил!

Из злобного в оскале рта,

-И что теперь прощенья просишь,

Послышалась злобная мольба!

-Прости меня моя родная,

Иван ничуть не ошалев,

-Что будет так совсем не знал я,

Слегка смягчил русалки гнев!

-Я ни за что тебя б не бросил,

Тебя всю жизнь искренне любил!

Уехал я тогда с обозом,

Прости, тебя не предупредил.

Я знаю, нет прощенья,

В твоей душе да для меня,

Пришел сюда за искупленьем,

С тобой проститься навсегда!

Русалка руки с чешуей

Опять на лодку оперла,

И голосом уже спокойным

Вопрос Ивану задала.

-Ну коли говоришь, что любишь,

И не было тебя с другой,

Тогда ты запросто докажешь,

Один прошу я поцелуй!

Захочешь ли обнять страшилу

Какой я встала пред тобой ?

Найдешь ли ты в себе ту силу

Отправиться на дно со мной?

Иван лишь тихо рассмеялся,

Губами тот час к ней прильнул.

– Я твой навеки!

Прошептал он,

И за Маришкою нырнул.

Эпилог.

Легенда озера Маришка,

Не первый год уже живет.

Ивана больше не видали,

Он растопил русалки лед.

Купаться стало безопасно,

В деревне мирно стали жить.

Но все же людям доводилось,

Нет, нет, звук гуслей услыхать

И смех Маришки над водою

Бывало ночью пробегал.

Бояться этого не стоит,

Ведь с нею был теперь Иван.

Проклятье путник снял той ночью,

И обрели тогда покой

Ивана сломанное сердце,

И дух Маришки стал не злой…