Темные земли. Потомки

Аперсил

Путь до Аперсила был неблизкий. Мы с отцом провели в дороге около недели. Он был не очень разговорчив: отец или говорил по делу, или молчал, хотя на мои вопросы всегда старался отвечать ясно и развёрнуто.

– Вот, значит, как выглядит знаменитый Быстрорастущий аперсильский лес, – произнёс я, прервав молчание.

Мимо окон кареты проплывал один и тот же пейзаж: высокие густорастущие деревья с массивными красноватыми стволами. Сквозь них не было видно ни одного просвета. Казалось, даже эта каменная дорога, по которой мы ехали, мешала лесу. Он всё ближе подступал к ней, стараясь укрыть её собой.

– Лес растёт так быстро, что аперсильцы едва успевают его вырубать, – ответил отец. – Что в то же время идёт на благо их торговле. Аперсильский лес покупают множество соседних королевств, включая нас и Меркатур. Из этого леса аперсильцы строят отличные корабли. Их флот один из самых крупных. Однако в Аперсиле совсем нет руды, лишь лес да камни. Поэтому испокон веков сначала мой дед, а потом и я занимался поставками руды в Аперсил, взамен получая лес и дружбу и преданность аперсильского народа. Несмотря на то, что они не имеют собственной руды, аперсильцы отличные кузнецы. Они создают сложные технические механизмы, не говоря уже об оружии и доспехах. Благодаря прекрасным техническим навыкам процесс вырубки Быстрорастущего леса аперсильцы довели до совершенства. Союзники знают их как хороших воинов, дружественных соседей и талантливых мастеров. Другие же видят в них животных, низших среди живущих лишь из-за их внешнего вида, не подпадающего под чьи-то нормы красоты. Всё зависит от взгляда того, кто смотрит.

Рассуждения отца обычно состояли из практической стороны вопроса и глубокой философии. Так он подходил ко всему.

Вскоре его рассказ о технических навыках аперсильцев подтвердился. Проплывающийся мимо моих окон непроглядный лес неожиданно закончился, и я увидел длинную просеку, где кабаны слаженно валили лес. Их мощные мускулистые фигуры были совсем незначительными на фоне высоких деревьев обхватом в несколько десятков рук крупного мужчины. Но, несмотря на это, аперсильцы мастерски выпиливали глубокие клинья с одной стороны ствола странными острыми механизмами, после чего делали надпил с противоположной стороны ствола. Отчего дерево под тяжестью собственного веса накренивалось и падало в одну сторону, ложась рядом с другими вырубленными деревьями.

Я обратил внимание на то, что каждый из лесорубов был хорошо вооружен. Но зачем обычным рабочим носить с собой в лес оружие?

Мы ехали дальше, оставив шумную просеку позади. Впереди показалось массивная каменная арка, над которой возвышалось несколько остроконечных башен. Их каким-то чудом удерживало это на первый взгляд хрупкое каменное сооружение. Мы въезжали в столицу Аперсила – Мистатис. Башенки казались пустынными, но на самом деле за их стенами скрывалось несколько десятков вооружённых аперсильцев. Их не было видно, но я кожей чувствовал направленные в нас острия массивных, словно копья, аперсильских стрел.

Витающая в воздухе опасность начала спадать. Видимо, королевскую карету Иллидима здесь хорошо знали. Тишину прорезал тягучий звук трубы. Это означало, что мы можем беспрепятственно двигаться дальше.

– Леса опасны, поэтому охрана тут повсюду, хоть ты можешь её и не видеть, – сказал отец, заметив мой удивленный взгляд.

– Так вот почему у лесорубов было при себе столько оружия, словно они собрались на войну.

Мы проехали арку и двинулись дальше по широкой, выложенной гладкими камнями дороге. Каждый камень был так искусно подогнан друг к другу, что даже поросль не могла пробиться между его гранями. Видимо, в каменной кладке аперсильцы также были умелыми мастерами. Мне начинало казаться, что всё, что они делали, отличалось добротностью и мастерством.

– Почему леса опасны? – спросил я.

Я изучал историю Аперсила, но отец всегда знал больше того, что было написано на бумаге.

– Это длинная история… – ответил он.

Нас ждало ещё несколько часов пути, поэтому он не спеша продолжил:

– У каждого народа есть свои обряды и традиции, которые устанавливались на земле веками. Так и у аперсильцев существует древняя традиция, которая называется «Пойми, кто ты»? Аперсильцы верят, что у каждого из них есть талант в определенном деле, в котором он может полностью раскрыть свой потенциал.

Каждый год молодые аперсильцы собираются в лесу близ Мистатиса, где они должны прожить шесть недель. Вместе с ними в это место прибывают и шестеро старейшин, которые дают молодняку указания, помогают советами и наблюдают за их жизнью в лесу. Молодые аперсильцы сами распределяют между собой работу. Одни защищают сородичей от диких зверей. Другие валят лес. Третьи проектируют дом. Четвертые его обрабатывают. Пятые матерят орудия труда и оружие для воинов. Последние пытаются прокормить всех, следя за посадками на земле, собирая плоды и ягоды в лесу. По истечению каждой недели они меняются между собой работой. Например, те, кто строил дом, теперь защищают всех от диких животных, а те, кто мастерил оружие, валят лес. Так каждый аперсилец пробует себя в деле, притом не одном.

По истечению шести недель наставники, изучавшие всё это время склонности каждого аперсильца, решают, к какому роду занятий их подопечные склонны больше всего. Им прекрасно видно, у кого какое дело получается лучше, это трудно скрыть от опытных глаз старейшин. Так они определяют, к какому клану кто будет относиться.

– А бывает такое, что старейшины не могут определить, к какому ремеслу есть склонность у аперсильца?

– Да, – отец почему-то тяжело вздохнул. – О них речь пойдет дальше. В Аперсиле испокон веков существовало четыре клана: мудрецы и учёные, управленцы, воины и рабочие. Клан рабочих самый крупный. В него входят земледельцы, которые возделывают землю и выращивают на ней овощи, ягоды и плодовые деревья. Лесорубы занимаются рубкой леса, у них всегда много работы, ты сам видел. Столяры – мастера по обработке древесины. Они изготавливают мебель, посуду, быстрые постройки…

– Быстрые постройки? – перебил я отца.

– Да. Например, сколачивают готовую баню, которую потом можно перевезти и установить, где требуется.

Я понимающе кивнул.

– Есть кузнецы. Они куют из металла оружие, доспехи, различные механизмы, тесно сотрудничая с учёными, которые дают им чертежи машин. Это мирные жители, но даже они будут сражаться, если придётся. Каждый аперсилец умеет обращаться с оружием. Но в то же время клан воинов самый уважаемый. Потому что воины защищают жителей Аперсила и сражаются с дикими кабанами, не принадлежащими ни к одному из кланов. Дикое племя кабанов живёт в лесу и не подчиняется никаким законам. Они свирепы, опасны и безжалостны. Они те, кто не смог найти себе место ни в одном из кланов. Их основное стремление – следовать инстинктам. Дикие кабаны не принимают власть короля Аперсила и любую другую власть, стремясь жить по своим законам выживания. Они постоянно доставляют неудобства мирным кланам: убивают, грабят, после чего умело прячутся в чаще непроходимых Быстрорастущих лесов. Они годами пытаются свергнуть короля Колоссия, чтобы Аперсил вернулся в то время, когда не было делений на кланы и все жили, ведомые лишь своими инстинктами. Из-за диких кабанов леса так опасны.

Теперь я понял, почему отец с такой тяжестью говорил о кабанах, чьи способности не смогли определить старейшины.

– А к какому из кланов принадлежала Магна? – почему-то я сразу подумал о ней.

Отец снова тяжело вздохнул.

– Она относилась к клану рабочих – её семья испокон веков возделывала землю. Дикие кабаны убили её мужа и сына во время одного из набегов. Она ушла из Аперсила и поступила в войско Иллидима. По храбрости Магна не уступала ни одному из аперсильцев, даже из клана воинов.

– Я не знал, что с ней такое произошло…

Я был потрясен. Магна всегда находилась рядом со мной, сколько я себя помнил. Она сопровождала меня на уроки, тренировки, прогулки. Я так привык к ней, но на самом деле ничего не знал о её жизни.

– Она не любит об этом рассказывать, – ответил отец.

Мы въехали в город. На улицах Мистатиса было шумно, почти как у нас в Иллидиме, хотя кабаны все же были менее разговорчивы.

По правую сторону от дороги располагались высокие даже по нашим меркам, ничем не примечательные каменные постройки, похожие друг на друга, из-за чего город казался серым. Рядом с каждым домом находились небольшие лавки с продуктами и товарами местного обихода. По другую сторону дороги тянулись мастерские, откуда раздавались звуки кузницы и шёл густой аромат обрабатываемой древесины. Здесь как будто всё подчинялось законам практичности. Город производил впечатление надёжной и безопасной крепости, хоть и был несколько мрачен.

Проехав густонаселённые улицы, мы снова очутились на пустынной дороге, которая вела нас к возвышающемуся вдали величественному каменному замку. Он был погружен в туман, сквозь который мягко падали тёплые лучи садящегося солнца, подсвечивая горные неровности, усыпанные камнями и поросшие густым лесом.

– Почти приехали? – спросил я.

Отец покачал головой.

– Король Колоссий живет там, – отец показал на высокую крепость, расположенную на некотором отдалении от замка.

В крепости нас встретили радушно. Казалось, каждый аперсилец был хорошо знаком с моим отцом, потому что все они очень радовались его приезду. Он в свою очередь здоровался с каждым из них по имени. Это магически действовало на кабанов. Слыша своё имя из его уст, они расплывались в улыбке, ужасающей, но всё же улыбке. Меня поражала память отца и его такое личное отношение к каждому. Не удивительно, что они его так любили.

Внутри крепости пахло деревом. Из многочисленных каменных арок струился солнечный свет. Холодные каменные полы и стены разбавлялись теплотой массивных деревянных кресел, диванов, столов, комодов и шкафов. Мебель была выполнена столь искусно, что я не мог отвести глаз от невероятной красоты резных орнаментов, изображенных на ней.

– Король Иллидима, Игнифер! – раздался громогласный голос короля Колоссия.

Этот кабан был поистине исполинских размеров, никогда таких не встречал. Он был облачён в лёгкие кожаные доспехи, поверх которых была накинута мантия древесного цвета.

– Король Аперсила, Колоссий, – отец низко поклонился, я тут же последовал его примеру.

– Как же я рад видеть тебя, дорогой друг, – с улыбкой сказал огромный аперсилец. – А это твой сын, принц Мируум?

Отец кивнул.

– Рад встрече, принц Мируум, – король Колоссий подошёл ко мне поближе.

И я сразу понял, что на самом деле он ещё больше, чем показался мне сначала. Надо мной словно возвышалась гора из мышц и шерсти с маленькими горящими глазами на кабаньей голове, внимательно осматривающими меня с ног до головы.

– Мои сыновья будут рады познакомиться с тобой, – сказал он и показал рукой на двух стоящих чуть поодаль аперсильцев, таких же крупных, как и он сам.

Я слышал от отца, что Тарк и Ларк время от времени проводили время, опустошая бочки с тимиром, хотя и не были пьяницами. Слуги не любили такие дни, потому что нижний этаж башни, где жили принцы, становился похожим на поле сражения. Полы были залиты тимиром, мебель разбита вдребезги, часто происходили и побоища. Король Колоссий каждый раз бранил сыновей, но дальше этого никогда не заходило. В глубине души он принимал «разбойное» поведение принцев, будучи сам в юности известным кутилой и любителем весёлых компаний.

Однако первое впечатление о королевском семействе, как о весёлых бесшабашных гуляках, было обманчивым. Король Колоссий имел многолетний боевой опыт, побывав во многих сражениях. Сыновей он воспитал под стать себе. Суровые ежедневные тренировки сделали их могучими физически, а постоянные упражнения с видами оружия, привычными в Аперсиле (на лучших учителей король не скупился), позволили братьям стать одними из лучших бойцов в королевстве. Когда они выросли, король Колоссий ослабил хватку, предоставив отпрыскам дальше развиваться самостоятельно.

Отец часто рассказывал мне про знаменитых братьев бойцов-кабанов. Мой взгляд скользнул по их могучим фигурам и задержался на ноже, висевшем у Тарка на поясе. Оружие имело необычную форму – лезвие длиной в полторы ладони было очень узким. Такое же оружие висело в специальных ножнах у Ларка на груди. Ларк был ниже брата на голову, но по физической мощи ему не уступал. Длинная черная челка спускалась ему на глаза, почти закрывая их. Но больше всего меня поразил цвет его глаз: желтый, похожий на кошачий. У Тарка же наоборот волосы были настолько короткими, что стояли на его голове как жёсткая щетина. Цвет его глаз был привычным для аперсильцев – чёрным.

Тарк поймал мой взгляд.

– Мы называем его дыроколом, – громким басом сказал аперсилец. – Он выкован из прочнейшей стали. Его лезвие очень узкое, поэтому при достаточной силе удара дырокол пробивает любые доспехи.

Тарк погладил висевший на поясе нож, словно тот был его лучшим другом.

– Достойное оружие, – похвалил я.

Тарк довольно хмыкнул.

«В целом, разговор удался», – подумал я.

– Идёмте в обеденную, – радушно сказал король Колоссий, указывая на вход в другую комнату.

Мы проследовали за королевской семьёй в обеденный зал. Он был выполнен в том же древесном стиле: здесь всё, начиная от массивного стола, заканчивая тарелками и ложками, было изготовлено из дерева. Слуги спешно накрывали на стол.

Я сел на удобный резной стул. Он оказался таким высоким, что мои ноги едва касались пола. Вся мебель здесь была рассчитана на обладателей крупных размеров, и даже посуда, выполненная из дерева, была вдвое больше, чем в Иллидиме. Двое сыновей Колоссия сели напротив меня. Король устроился во главе стола и попросил моего отца присесть по правую сторону от него, что было почётно.

– Как дела в Иллидиме? Какая ситуация на границах с Виридией? – поинтересовался король Колоссий.

– Пока всё тихо, но мы всегда готовы к нападению, – ответил отец.

Король Аперсила хмыкнул.

– Да уж, с виридийскими демонами нужно держать кулак крепко сжатым.

– А вас Дикое племя не беспокоит? – в свою очередь спросил отец.

Король Аперсила сразу помрачнел.

– В последнее время меня не покидает ощущение, что смерть ходит за мной по пятам.

Тарк недовольно взглянул на отца. Видимо, он не одобрял его такое упадочное настроение.

– Иногда мне кажется, что разведчики из Дикого племени находятся среди моих подданных и только и ждут подходящего момента, чтобы убить меня, – продолжал король Колоссий. – За столько лет борьбы с ними я стараюсь ни на секунду не терять бдительности и, к сожалению, во всём вижу подвох и предательство.

– Благодаря своему благоразумию ты столько лет правишь Аперсилом и защищаешь народ об безумцев, жаждущих ввергнуть твои земли в хаос и безвластие, – вкрадчиво произнёс отец, внимательно выслушав короля Колоссия. – В любом времени и в любом королевстве всегда будут те, кто не захочет жить по закону и будет стремиться нарушить его. Для чего и нужна та сила, которая будет этому противостоять. Оставайся благоразумным и внимательным, пусть сомнения не коснутся твоего духа, а твоё зрение и слух будет острее прежнего.

– Спасибо, мой мудрый друг, – с благодарностью ответил аперсилец. – Кто, если не король короля, поймёт меня. А что за счастливый случай привёл вас в наши земли?

– Есть несколько вопросов, которые я бы хотел обговорить с тобой наедине, – ответил отец. – Ещё я хотел обсудить крупную поставку мебели. Мы открываем университет, поэтому требуются столы, стулья, шкафы и кровати. И как можно скорее.

– Буду рад помочь! – обрадовался король Колоссий. – Мебель для вашего университета изготовят лучшие мастера Аперсила. Если не секрет, откуда такое неожиданное решение, открыть университет?

– Королева Мира считает, что жителям Иллидима необходимо совершенствовать свои знания и умения в некоторых вопросах, – уклончиво ответил отец.

Аперсильцы настороженно относились к дарам, полагаясь на свою силу. Видимо, поэтому отец не хотел распространяться на тему университета магии.

– Хм, мудрое решение… Народ Аперсила также всегда стремится развивать свои умения, считая, что сила заключается в знании, хотя по нам не скажешь, – король Колоссий усмехнулся своей же шутке. – Буду рад когда-нибудь познакомиться с проницательной королевой Иллидима.

Отец слегка склонил голову, однако, не дал обещания, что в следующий раз возьмёт маму с собой в Аперсил. Здесь всегда было неспокойно, а отец никогда бы не подверг маму или сестру опасности.

Пока отец беседовал с королем Аперсила, я осмотрелся. Стол был щедро уставлен десятками аппетитных блюд, среди которых я заметил своё любимое – томлёный дурус в кисло-сладком соусе, аперсильцы умели его готовить просто великолепно. Кубки были доверху наполнены ароматным тимиром. За столом кроме нас и королевской семьи больше никого не было. Двое аперсильцев охраняли вход в комнату, ещё один подливал тимир в кувшины, потому что Тарк и Ларк их быстро опустошали.

Прошло около часа. Я попробовал всё, что мне на вид понравилось. Еда у аперсильцев была довольно простая. Впрочем, я к ней давно привык, хотя мама внесла свою нотку в нашу кухню.

– Тарк, может, покажешь принцу Мирууму королевский погреб? – спросил король Колоссий.

Видимо, он уже хотел пообщаться с отцом с глазу на глаз.

– Конечно, – кивнул тот.

Братья тут же встали и направились к выходу. Я последовал за ними.

➵➵➵➵➵➵➵❂➵➵➵➵➵➵➵

По винтовой лестнице мы спустились в подвальный этаж. Здесь располагались склады с оружием и запасами провианта. А в самом конце длинного коридора находился знаменитый, милый сердцу братьев-аперсильцев погреб.

На входе в коридор стояла вооружённая охрана, состоящая из двух одетых в доспехи кабанов. У двери погреба дежурило ещё двое бойцов, вооружённых топорами.

– У нашего отца самая большая коллекция превосходных аперсильских напитков, начиная с тимира и заканчивая винами, – гордо произнёс Тарк.

Его кабанье рыло растянулось в довольной ухмылке. Было видно, что этот факт приносит ему неподдельную радость.

– И только мы с братом можем спускаться сюда без чьего-либо разрешения и пробовать всё, что захотим, – добавил Ларк.

Братья-кабаны сияли от одной лишь мысли о погребе, до отказа набитом бочками с лучшими аперсильскими напитками.

Мы прошли первый пост охраны, но вместо того чтобы двинуться дальше, братья как по команде остановились.

– А мы ведь с собой даже кубки не взяли, – заметил Ларк.

– И это нас не остановит, – тут же ответил ему Тарк. – Будем пить прямо из бочек!

Братья оглушительно рассмеялись. Мне нравились эти ребята, их простота и отсутствие высокомерия, которое обычно присуще людям, наделённым властью и богатством. Они располагали к себе и казались дружелюбными малыми.

Братья почему-то не шли дальше, словно больше никуда не спешили, хотя минуту назад мечтали открыть бочку с десятилетним тимиром. Несмотря на, казалось бы, непринуждённую обстановку, у меня появилось ощущение, что что-то не так.

Ларк, отпустив очередную шутку, по-дружески толкнул брата в плечо. Тот, хохоча, попятился к выходу, чуть не налетев на двоих кабанов, охранявших вход в коридор. Внезапно Тарк выхватил висевший на его поясе тот самый узкий нож, которым я восхищался, и ударил им в горло охранника, который стоял к нему ближе всего.

Всё случилось так быстро и неожиданно, что я и глазом не успел моргнуть. Я сильно пожалел о том, что не взял с собой хотя бы кинжал.

В следующее мгновение второй охранник схватился за топор, но Ларк его опередил. Одним прыжком преодолев расстояние, отделявшее его от стражника, он на лету выхватил висевший на груди дырокол. Раздался глухой лязг – узкое лезвие ножа пробило броню на груди стражника и вошло в сердце. Оба охранника рухнули на землю, как подкошенные. Каменный пол начало заливать их кровью.

– Берегись! – крикнул мне Тарк.

Я резко обернулся, и это спасло меня от летящего в голову топора.

К нам бежало двое аперсильцев, до этого охранявших погреб. Их глаза были словно налиты кровью. Ещё никогда в своей жизни я не видел такого яростного дикого взгляда, как у них. Коридор наполнился их свирепым рыком. Один из кабанов на бегу отстегнул от пояса второй топор. Теперь я понял, кто запустил в меня первый.

Тарк и Ларк тут же схватили топоры, лежавшие рядом с истекающими кровью охранниками, и шагнули вперёд, закрывая меня собой. Спустя секунду двое кабанов, бежавших к нам, обрушились на них с невероятной яростью.

Коридор наполнился оглушительным звоном металла. Тарк и Ларк приняли бой. Из добряков и балагуров, какими братья были всего несколько минут назад, они превратились в две грозных горы мышц. Ярость нападавших не угасала, но, несмотря на это, братья начали понемногу оттеснять кабанов назад, к двери погреба. Ещё несколько мгновений и Тарк разрубил шлем одного из охранников. Враг рухнул на пол как подкошенный.

Ларк, совершив обманное движение, скользнул в сторону, вынудив своего противника промахнуться. Ухватившись одной рукой за топор, который кабан сжимал двумя руками, второй рукой Ларк нанёс ему удар в лицо рукоятью своего топора. Шлем, защищавший голову стражника, выдержал. Тарк подоспел к брату на помощь. Оказавшись у стражника за спиной, он схватил его сзади за шею и повалил на пол. Кабан пытался вырваться, издавая озверелый рык. Из его рта капала слюна, похожая на пену.

– Возьмём его живым! – крикнул Ларк брату.

Ногой он наступил на кисть поверженного противника, продолжавшего сжимать рукоять своего топора.

Внезапно сбоку от меня раздался скрип. Дверь, ведущая в один из складов, на которой болтался разломанный замок, открытый явно не ключом, распахнулась. В коридор вышел ещё один кабан, выглядящий совсем иначе. Спутанные волосы клочьями спускались на его могучие плечи. Одежда на нём была грубо сшита из лоскутов кожи, поверх которой был надет доспех. В руках он держал дубину, утыканную шипами. Его хищный взгляд сначала скользнул в сторону братьев, потом остановился на мне. За доли секунды оценив обстановку, кабан понял, что его друзья повержены, и он оказался среди врагов, а я показался ему лёгкой добычей – человек, да ещё и безоружный. Впрочем, сейчас я был с ним согласен.