Потсдамская конференция. Как решалась послевоенная судьба Германии и других стран Европы
- -
- 100%
- +
Полученное распоряжение было быстро выполнено. Последовало предписание отменить отправку всех грузов по ленд-лизу, складированных в портах, на фабриках и находившихся в процессе перевозки. Была прервана погрузка на все суда, находившиеся в портах Атлантического побережья, Мексиканского залива и Тихого океана, кроме судов, направлявшихся в Советский Союз с грузом, предназначенным для ведения боевых действий против Японии. Даже некоторые суда, уже вышедшие в море и взявшие курс на Россию, были вынуждены вернуться в американские порты. Москва сразу же заявила протест. Русские всегда считали предоставление им необходимой помощи само собой разумеющейся обязанностью Америки и внезапное ее прекращение расценили как попытки заставить Россию пойти на уступки в других вопросах.
Предпринятые действия были актом доброй воли в отношении конгресса и обоснованным ответом Советскому Союзу, который преследовал только свои цели. Однако сразу же было признано, что проведение в жизнь этого важного распоряжения дало повод для множества претензий. Вследствие этого американское правительство поспешило внести необходимые поправки. 11 мая с одобрения президента был принят закон о ленд-лизе. Были отклонены требования к судам с грузом по ленд-лизу, находившимся на пути в Советский Союз, вернуться в порты Соединенных Штатов. Судам разрешили продолжить плавание в порты назначения. Все суда, стоявшие у причалов в американских портах и ожидавшие погрузки, должны были принять все грузы по ленд-лизу и выйти в море по расписанию. Однако было оговорено, что последующие поставки вооружений и других грузов в Советский Союз для войны с Японией будут ограниченными.
В результате дальнейшего рассмотрения закона о ленд-лизе, в котором приняли участие Объединенный комитет начальников штабов и военный министр, были одобрены действия по его реализации. Было принято также решение обязать Советский Союз информировать о конкретном предназначении получаемой помощи, действительно ли она идет на войну с Японией. Советская сторона, в принципе, не возражала против этих юридически и административно обоснованных мер. Но Сталин впоследствии выказал явное недовольство союзникам по поводу этих, как он сказал, поспешных и необдуманных действий.
Из всех получателей помощи по ленд-лизу у Великобритании было больше всего причин быть недовольной ее резким сокращением. Страна использовала свои ресурсы в неограниченном количестве, доверяя американским партнерам, надеясь, что они окажут помощь в восстановлении мирной жизни после войны. Большинство иностранных инвестиций и фондов были потрачены на военные нужды. Значительная часть британского флота была потеряна. Экспортная торговля сократилась почти на 2/3 по сравнению с довоенным временем. Запасы продовольствия и импортного сырья приблизились к критическому уровню. Для восстановления промышленности, ремонта железных и автомобильных дорог, для увеличения объемов экспорта было необходимо значительное количество сырья и различного оборудования.
Британское правительство надеялось, что ее не затронет резкое сокращение американской помощи. Это обещал президент США Рузвельт в разговоре с Черчиллем во время их встречи в Квебеке 14 сентября 1944 г. Британия должна была получить различной помощи на сумму 7,5 млрд долларов. Также правительственный комитет (Стеттиниус, Моргентау и Кроули) рекомендовал поставить для стран Британского Содружества наций в первый послевоенный год военного снаряжения на 2,7 млрд долларов и другой продукции на 2,8 млрд долларов. Было подчеркнуто, что такая программа поможет высвободить рабочие руки и найти ресурсы для перевода военной промышленности на мирную продукцию, для повышения уровня жизни народа и возрождения экспорта. Подобные оценки были представлены Комитету сената США по международным отношениям во время проведения им слушаний о пролонгации Акта о ленд-лизе, которые состоялись за месяц до окончания войны.
Внезапное и почти полное прекращение помощи удивило и расстроило британские власти. Сэр Джон Андерсон, канцлер казначейства, хотел выяснить, что американское правительство намеревалось предпринять, чтобы выполнить договоренность в Квебеке. Тогда как он пытался получить кредит для обеспечения жизненных потребностей Великобритании, Черчилль и Комитет начальников штабов стремились добиться помощи по ленд-лизу для британской армии, воевавшей на Тихом океане, и для содержания ее оккупационных сил в Германии и Австрии.
Отказ от системы взаимной поддержки и помощи серьезно повлиял на участников коалиции, но не привел к разрыву взаимоотношений между ними. Кто знает, как развивались бы в дальнейшем события, если бы программу ленд-лиза сменила другая программа с таким же объемом помощи для поддержания мирных усилий стран, выступивших единым фронтом против Германии? Возможно, это предотвратило бы их расхождение во взглядах, которое проявлялось все явственнее. Но такое было невозможно, потому что противоречий между Западом и Советским Союзом накопилось уже достаточно.
Глава 5
Польский вопрос
Из всех спорных вопросов, которые осложняли отношения в стане коалиции после капитуляции Германии, польский вопрос был наиболее сложным и напряженным.
Американское и британское правительства были уверены в том, что Советский Союз намеревался установить свое влияние в Польше. Несмотря на опровержения, все его действия свидетельствовали как раз об обратном. Советское правительство видело злой умысел в упорном нежелании союзников идти навстречу его предложениям. Оно продолжало свято верить в то, что западные демократии намерены не дать укрепить западную границу Советского Союза, и потому считало, что необходимо поставить в Польше якобы независимое, но на самом деле марионеточное правительство. Как часто агрессию порождает страх, и он же провоцирует ее.
Главы трех держав, встретившиеся в феврале 1945 г. в Ялте, пришли к соглашению о мерах по реорганизации польского Временного правительства, сформированного из ставленников Москвы, чтобы его могли признать США и Великобритания, и о новых границах страны. Но соглашение не было окончательно доработано.
Что касается польского правительства, Черчилль и Рузвельт в Декларации о Польше поддержали следующую формулировку: «Временное правительство, которое в настоящее время действует в Польше, должно быть реорганизовано на более широкой демократической основе с включением в его состав демократических лидеров в самой Польше и представителей польской эмиграции». Сложно сказать, отдавал ли Черчилль себе отчет в том, что Сталин верил в готовность его и Рузвельта принять тот факт, что в правительстве будут иметь решающее влияние про-московские группы. Об этом ничего нет в его мемуарах. Но Рузвельт понимал это. Его опасения были несколько развеяны содержавшимся в декларации заявлением, что реорганизованное Временное правительство «обязывается провести свободные и независимые выборы на основе всеобщего избирательного права и тайного голосования». Возможность для народа Польши стать свободным и выбрать свое правительство для проведения независимой национальной политики зависела от честного выполнения этого обязательства. Была достигнута договоренность, что Молотов и американский и британский послы в Москве (Гарриман и Кларк Керр) соберутся в составе рабочей группы для выработки общих шагов в целях выполнения соглашения.
Положение о границах в Ялтинском соглашении нашло выражение в следующих словах декларации: «Главы трех держав полагают, что восточная граница Польши должна проходить по линии Керзона с некоторыми отклонениями от нее в отдельных районах на расстояние в 5–8 км в пользу Польши. Они признают, что Польша должна получить значительные территории на севере и западе. Они полагают, что при решении этого вопроса потребуется узнать мнение польского Временного правительства национального единства; что касается западной границы Польши, то она должна быть установлена решением мирной конференции».
Сталин был настроен решительно и намеревался отодвинуть границу в западном направлении вплоть до так называемой линии Керзона, ставшей в 1920 г. восточной границей польского государства. Он настаивал на том, что вся восточная часть Польши, которую он хотел присоединить к России, имела не только русское историческое наследие и русское население, но и была своего рода щитом на западной границе Советского Союза. Черчилль, как бы он ни сожалел о поступке бывшего английского министра иностранных дел лорда Керзона, предложившего такую демаркацию советско-польской границы, как наиболее справедливую, не выдвинул никаких возражений. Рузвельт также согласился с этим, полагая, что было бесполезно спорить в данной ситуации, поскольку Красная армия уже захватила эти территории и не собиралась их отдавать. Однако польское правительство в изгнании в Лондоне, которое американское и британское правительства продолжали считать единственно законным, высказало глубокое сожаление о принятом решении. Те же самые чувства испытывали командиры Армии крайовой, воевавшей в одном строю с западными союзниками.
Черчилль и Рузвельт были готовы компенсировать Польше эти территориальные потери на востоке за счет части Восточной Пруссии, Верхней Силезии и областей на западе до Одера. В этих границах новая Польша, как было заявлено, будет иметь почти ту же самую площадь, что и довоенное польское государство, и более протяженную границу на Балтике. Стране должны были отойти значительные месторождения полезных ископаемых, особенно каменного угля. Однако польское Временное правительство, решительно поддержанное Сталиным и Молотовым, выдвинуло более значительные требования. Сталин потребовал установить западную границу Польши не только по Одеру, но и провести ее дальше в юго-восточном направлении по его левому притоку реке Ныса-Лужицка.
Несколько миллионов немцев проживало на этой присоединенной территории, где почти не было польского населения. Местные немцы вместе с почти 6 миллионами немцев, проживавших к востоку от Одера, должны были переехать на новое место жительства в других областях Германии. Эта страна оказалась бы под большим советским влиянием, если бы Польша перешла под контроль коммунистов. Было весьма вероятным, что рано или поздно эту границу придется защищать силой. По этим причинам Черчилль и Рузвельт твердо отказались удовлетворить подобные завышенные требования.
Вопрос остался открытым. Однако уже не было времени для переговоров с участием государственных деятелей. Весной множество немцев бежали от наступавшей Красной армии и поляков, а большинство тех, что пытались остаться, изгонялись.
В Москве трехсторонняя комиссия провела не одно заседание. Результатом переговоров был пересмотр Ялтинского соглашения. Постоянное повторение одних и тех же аргументов истощило терпение американских и британских участников комиссии. Гарриман и Кларк Керр пришли к выводу, что советское руководство не позволит сформировать такое польское правительство, которое будет ему неподконтрольно, и что оно намерено установить в Польше просоветский режим.
После провала переговоров обеспокоенные Черчилль и Рузвельт обратились к Сталину и выдвинули несколько предложений, которые позволили бы комиссии продолжить ее работу. Ответ Сталина был категоричен. Советская позиция, заявил он, соответствует Ялтинскому соглашению. Именно Черчилль и Рузвельт пытаются выхолостить его содержание, стремясь избавиться от польского Временного правительства и заменить его другим. Сталин обвинил их в желании использовать тех деятелей, которые выступали против всех основных положений Ялты. Прежде всего, он имел в виду С. Миколайчика, бывшего премьер-министра польского правительства в изгнании, который, несмотря на свою отставку, продолжал оставаться ведущей политической фигурой. Почему бы Сталину и Молотову было не потребовать сформировать новое правительство Польши на тех же основаниях, что и правительство в Югославии? Действительно, почему бы нет? Из 27 высших постов в правительстве 20 были у сторонников Тито и только шесть человек были из других группировок и партий. Это меньшинство не имело никакого влияния и не могло проводить самостоятельную политику.
С целью показать свое недовольство тем, что его предложения не встречают поддержки, Сталин сообщил организаторам конференции в Сан-Франциско, что Молотов не сможет принять в ней участия. Многие американцы, чьи ожидания были связаны с этим международным форумом, были глубоко разочарованы. Однако во время беседы Гарримана со Сталиным, когда речь зашла о смерти Рузвельта, Сталин несколько смягчился. В качестве жеста доброй воли он обещал, что Молотов поедет на конференцию. Новость, что Молотов будет среди ее участников, была обнадеживающей.
Во время пребывания Молотова в Вашингтоне не только официальные лица Государственного департамента, но и сам президент Трумэн в короткой беседе, состоявшейся 23 апреля, постарались уговорить его пойти на уступки в вопросе о Польше. Но все было напрасно. Все его ответы были схожи с тем, что он дал однажды госсекретарю Стеттиниусу на вопрос, каким дипломатическим языком наилучшим образом выразить их намерения о сотрудничестве в официальном обращении к мировому сообществу, что «мы работаем в тесном сотрудничестве для достижения важной задачи – создания международной организации». Невозмутимый министр иностранных дел Молотов ответил, что мы могли бы «заявить миру о нашем сотрудничестве», если бы мы «достигли соглашения по польскому вопросу», но это невозможно сделать «без консультаций с Варшавой».
Ни одно из последующих обращений Черчилля и Трумэна не поколебали позиции Сталина. В своем ответе от 24 апреля, после того как он получил отчет Молотова о его беседе с президентом, Сталин утверждал, что американское и британское правительства поставили Советский Союз в труднейшее положение, пытаясь навязать свое мнение. Он оставил без внимания последнее обращение Черчилля (28 апреля) незадолго до капитуляции Германии: «Нас ожидает мало хорошего в будущем, в котором вы и страны, которые находятся под вашей властью, плюс коммунистические партии во многих других государствах представляют одну сторону мира, а те, кто примыкает к англоязычным странам, и их союзники доминионы занимают другую сторону. Совершенно очевидно, что их противостояние разорвет мир на части и что все мы, ведущие деятели на той и другой стороне, приложившие к этому руку, будем посрамлены перед лицом истории».
С каждым днем становилось все яснее, что советское руководство не собирается отправлять правительство Варшавы в отставку и что оно уже не может уйти из-под влияния Москвы. Несмотря на несогласие американцев и британцев, советское правительство подписало Договор о взаимопомощи с непризнанным польским правительством. Молотов, находясь в Сан-Франциско, обосновал эти действия тем, что правительство в Варшаве было единственным в Польше, с которым Советский Союз мог иметь дело, чтобы обеспечить порядок в стране, пока Красная армия продолжает наступление на Германию.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.