- -
- 100%
- +
Глава 1.
Старый друг или враг?
– Я дам тебе деньги, Лана, – согласился Денисов. – Сегодня же завезу. Но у меня есть одно условие.
Повисло неприятное молчание.
– Условие? – не поняла я.
Денисов был мужем Катьки, моей лучшей подруги с которой мы не разлей вода были с восьмого класса. Какие могут быть условия? Мы же знакомы тысячу лет, он меня знает, как облупленную. Я постаралась улыбнуться и не выдать удивления. Будто так и надо, что после унизительной просьбы, от которой и так все внутри замирает от стыда, тебе еще и условия ставят.
Отстала ты от жизни, Света! Илон Маск скоро Марс заселит, а ты все пятиклашкам сопли вытирать будешь, да рефераты по ночам компоновать для тупых студентов. Люди хотят гарантий. Вернее, их хочет Андрюша Денисов, с которым вы в педе в одной группе проучились пять лет.
Когда-то даже казалось, что он испытывал ко мне какой-то интерес. Но Катька быстро его подмяла под себя, после того как меня угораздило притащить его на сходку. Я и пикнуть не успела, как они уже обжиматься начали. Катька всегда была пробивной, намного более активной в отношении мужчин. Ну, а Андрей мне нравился когда-то, даже казалось, что что-то может быть.
Теперь он совсем не напоминал того тощего студентика. Заматерел, как все мужики после четвертака, но держал себя в форме, аккуратная стрижка, щекочущий запах парфюма, массивные часы на запястье (дорогие, наверное, я в марках часов не очень разбираюсь) и машина. Настоящая бмв 4-серии, Катька хвалилась, что стоит миллиона три не меньше.
– Какое условие?
– Думаю, ты и так догадываешься, что мне нужно, – странным голосом ответил он.
– Вообще-то, нет!
Последние года три-четыре я Денисова в принципе не узнавала и общались мы кое-как, чаще привет-пока, когда я к Катьке приходила. Но мне казалось, что он мне все равно поможет без каких-либо условий. Знает же всю ситуацию.
Мать умерла, когда мне и десяти еще не стукнуло, а папа на этой почве запил. Брату младшему тогда всего четыре года было. И хоть мне уже тридцать, а мелкому балбесу почти двадцать шесть, я все равно не могу закрыть глаза на его проблемы. Мы с ним раньше какое-то время вместе жили, после того как с отцом стало вообще невыносимо находиться в одной квартире. Я с горем пополам ипотеку оформила два года назад и переехала от него, с тех пор и зашиваюсь на трех работах – преподавание, написание курсовых и рефератов за деньги и доп занятия.
Даня позвонил мне ночью и дрожащим голосом сообщил, что нам нужно поговорить, а на рассвете прибыл. Сказал, что у него узлы в щитовидке нужна срочная операция и медикаментозный курс – триста тысяч рублей. А где я возьму триста тысяч еще и с ипотекой за спиной? Мне ее и так еле одобрили. Только если квартиру продать, но где жить? С отцом не вариант, тот уже нашу старую квартиру в такой вонючий клоповник превратил, что там бы и бомжи ночевать отказались. Да и не так-то просто продать ипотечную квартиру.
Это привело меня в ужас. Даже закурила впервые с юношеских лет, сидела в короткой ночнушке на подоконнике, грызла ноготь на мизинце и выдыхала дым в окно.
Думала о том, во что превратилась моя жизнь. А ведь когда-то я была счастлива и даже считала, что у меня все впереди. Наверное, в тот день, когда ипотеку одобрили, а на следующее утро радости как не бывало. Сплошные долги и безнадега.
Одно валилось на другое, а просвета все не виднелось даже вдали.
– Поясни, пожалуйста, чего ты хочешь от меня, Денисов?
– Ну уж точно не реферат по литературе, Лан.
– Не зови меня так, раздражает.
– Простите, Светлана Николаевна, – язвительно.
Дурной смех прорвался сквозь горло. Это нервное. Но было так смешно, когда Денисов подыграл мне, в стиле моих учеников. Он ведь тоже в некотором роде был учителем, только сфера другая – коучинг. Неплохо на этом поднялся и я была приятно удивлена, когда поняла, что на подобном занятии можно действительно зарабатывать. В школе деньги смешные платили, поэтому я еще доп занятия вела и курсовые с рефератами писала.
– Тебе идут кудряшки, – заметил он на полтона ниже и протянул руку, захватив на палец тугую прядь, а затем потянул на себя.
Я немного опешила и отдернулась.
– Денисов!
Но он не сводил с меня жадный взгляд, словно это именно я вторглась в его личное пространство.
– Лан, я хочу тебя трахнуть. Вот мое условие.
Смехом я старалась замаскировать неловкость. Наверное, он шутит? Денисов ведь муж моей лучшей подруги и по совместительству мой друг, мы ведь семьями общаемся. Ну, у меня мужа нет, но если бы был, то они с Денисовым точно дружили и ездили в баню и на рыбалку.
– Ты шутишь. Ну точно! – догадалась. – Не смешно, но черт с ним!
Мне хотелось выйти из машины, и я даже взялась за ручку, но Денисов положил руку мне на колено. А затем приподнимая юбку, поднялся вверх по ноге к промежности. Слава богу на мне были капроновые колготы, но он не постеснялся довольно грубо надавить на лобок. И я так и замерла, как дура, сжимая дрожащими пальцами ручку.
Это было странно.
И чертовски неожиданно.
Но на этом экзекуция не закончилась, и он погладил меня между ног сквозь колготы и трусики. К своему стыду я даже немного возбудилась. Больше от неожиданности ситуации, чем от того, что это делал он. Сомнительное утешение, но мне оно было нужно, как воздух.
– Андрей, не нужно.
– О, так теперь я уже Андрей? – едковато пошутил он. – Света, я не шучу. Хочешь деньги в долг, придется попотеть.
Его тон меня немного огорошил. Попотеть? В смысле под ним? Или на нем?
Рука Денисова все еще лежала у меня на лобке, доставая пальцами до клитора, и это точно было не к добру. Потому что он явно хотел какого-то отклика, которого я себе позволить не могла, да и послать его в общем-то тоже. Других вариантов, где занять денег для Дани у меня не было. Ну разве что почку продать, но ведь этот вариант и не вариант вовсе?
Пришлось накрыть его руку своей и убрать обратно на колено, чтобы хоть как-то сгладить ситуацию.
– Давай сделаем вид, что ты пошутил? Я все забуду, обещаю. Я уже почти ничего не помню.
Денисов раздраженно выдернул ладонь.
– Ты всегда была бестолковая.
– Бестолковая? – изумленно переспросила. И меня немного сорвало. – Это я-то бестолковая? У меня брат болен, а ты хочешь, чтобы я… Чтобы мы…
– Чтобы ты со мной потрахалась. Да. Хочу. И не нужно из себя невинность изображать, что я ни разу не слышал ваши с Катькой шушуканья о мужиках?
– С-слышал? – это было настолько унизительно, что я уже не знала куда прятать глаза. Раньше мне казалось, что у Денисова доброе лицо. Такое мягкое и великодушное, а еще красивая улыбка, но теперь я смотрела в его глаза и видела в них одну обиду. Только не понимала, чем могла бы перед ним завинить?
– Но как же Катя? Как я смогу потом ей в глаза смотреть?
– А вот это уже не мои проблемы, – Денисов поерзал, и я обратила внимание, что он весьма заинтересовался в перспективе завалить в кровать лучшую подругу своей жены. Какая мерзость!
В жизни не могла бы подумать, что Денисов хочет меня поиметь. Нагло, грубо и откровенно. Даже опустился до шантажа, и я понимала, что все козыри у него на руках. Мне нужны эти деньги, чтобы выручить брата.
И да, я давно уже не девочка, пусть и не так прожжена, как видимо думает он. Но это же совершенно другое, здесь речь о спасении моего самого близкого существа – брата.
– Андрей, пожалуйста… – решила надавить на жалость, мне даже удалось вызвать слезы. Обычно у меня хорошо получалось разжалобить кого-либо. Я с самого детства была маленький и щуплой, а когда плакала и вовсе походила на забитую сиротку.
С учениками тоже хорошо срабатывало, если крик не производил эффект, обидой и блеском в глазах всегда можно было вызвать угрызения совести даже у самых злостных шалопаев.
– Лан, не думай, что я идиот. Хочешь деньги, что нужно делать я сказал. Ты согласна или нет? – Его лицо казалось абсолютно непроницаемым. А чего ты хотела, Света? Бескорыстия?
– Я… да. Не знаю.
Денисов пожал плечами.
– Я в пять заеду, будь любезна определись. Не будет секса – не получишь денег. И давай без слез, меня этим не проймешь.
– А ты проститутку себе снять не можешь? – огрызнулась, потому что сил уже не было терпеть.
– С проститутками не интересно.
– Так ты уже?
Денисов заиграл передо мной совсем другими красками. Катька обычно про него говорила, как про домашнего и на все готового мужа. Но передо мной сидел довольно опасный игрок и вряд ли ему станет стыдно, если я начну поучать его как своих пятиклашек.
Если рука полезла в трусы, это уже серьезнее некуда, Свет.
– Лана, что я уже, не твое дело, – одернул он.
– Это отвратительно!
– Отвратительно то, что твой брат до сих пор не может о тебе позаботиться. А ты ему веришь и терпишь все.
– Он болен! – возмутилась.
– Возможно, но не тем, чем ты подумала.
Мне было обидно и больно, что он говорит гадости про Даню. А еще, что ставит меня в подобную ситуацию. Хорошо сидеть в машине, которая стоит почти как полная сумма моей ипотеки и осуждать.
Денисов смотрел на меня, как будто уже купил. Знал, что я не откажу и я знала, что не смогу отказать. Но кем я при этом себя чувствовала? Уж точно не той женщиной, которая заслуживает уважения.
Денисов протянулся через меня и открыл дверь.
– Знаешь, Лана, когда-то давно я считал, что должен всем помогать. Ну раз у меня получилось, а у них нет. Давал деньги в долг безвозвратно, а люди мной пользовались. Теперь я предпочитаю сам решать, куда вкладывать. И что получать взамен. Катя мне сказала, что ты все локти себе искусала, когда меня слила.
– Слила?
– Да, и про твоего женатика рассказала, которого ты на линейке подцепила. Училка, которая спит с отцами своих детей сможет разок переступить через себя и дать старому университетскому другу. Ведь так?
– Андрей, зачем ты так со мной? – я вся красными пятнами пошла со стыда.
У меня и правда был роман с женатиком, но только до тех пор, пока я не узнала, что его “почти” не значит “уже” развелся. И Катьке я рассказала по секрету, а она вот как. Передала. Еще и приодела сплетню.
– Андрей?
– Я тебя не задерживаю. Увидимся вечером.
Из машины я выкатилась кубарем и едва не расплакалась, когда он уехал. Смотрела вслед и кусала до крови губы от обиды. Лучшим решением было Денисова послать далеко и надолго. Но как бы я смогла, Дане ведь нужна моя помощь?
Глава 2.
В ожидании
Года два назад в моем классе была девочка. Она болела, что-то связанное с отставанием в развитии (диагноз уже и не вспомню), родители приводили ее на пару часов всего, и она тихо сидела на задней парте. Мне она нравилась, никогда не шалила и не капризничала, послушный ребенок, казалось малышка внимательно слушала каждое мое слово. Только не говорила почти, а если и пыталась что-то отвечать на мои вопросы сильно заикалась и краснела, а другие дети смеялись.
Как-то раз я рассказала об этой девочке Катьке, когда мы пили вино у нее на кухне после долгой трудовой недели.
– Материнские инстинкты заговорили, Светик?
– А ты не чувствуешь?
Катька рассмеялась.
– Я Денисову сказала, что рожу ребенка в одном случае.
– Это каком же?
– Он мне денег на новые сиськи даст.
У Кати и так была искусственная грудь третьего размера, но ее несло в прирост просто с космической скоростью. Сначала нос переделала, затем губы накачала, грудь опять же и импланты пониже пояса. Мне такое не нравится, у меня все натуральное, что природа дала с тем и живу. Но мужчины любят другое.
Я худосочная. Ни пышной груди, ни круглой аппетитной попки. Серая мышка – училка, как сказал Денисов, вот только недавно вышла из зоны комфорта и накрутила себе модных кудряшек – афро. Даже в школе, в юношестве помню Вовка Ковалев дразнил меня «сушенной воблой», а я ему язык показывала и писала печатными «училка – дура» на полях его тетради. Чтобы справедливость восторжествовала. А потом мы как-то зимой с ним гуляли по снегу и у меня руки замерзли, и он их грел у себя под курткой и поцеловать пытался. Бежала я домой так быстро, будто за мной черти гнались.
Вот и Денисов был как тот Вовка, сначала руки под куртку, а затем губы бантиком и вперед. Если его предложение вообще можно было сравнить с наивными детскими заигрываниями Вовки. В институте у нас с Денисовым свой момент близости случился. Так я всегда называла условную точку невозврата, когда могли бы случиться отношения, но по какой-то причине не вышло.
Когда зазывала его на сходку, я-то думала, что он за мной ухлестывать будет. Мы тогда много времени вместе проводили с ним: парки, кино, посиделки в кафешках за бездонной чашкой чая. Денег было мало, а желания жить на широкую ногу много. Помню свой первый мобильный телефон Сименс – синенький с белыми кнопками и как Денисов прислал мне розу в сообщении, составленную из одних символов.
Катьке он потом настоящие розы дарил без целлофана, потому что она была пробивной и твердо говорила о своих желаниях. Толкала его к свершениям, а я медленно катилась в пропасть прозябания. Но у меня осталось ностальгическое воспоминание о его романтическом порыве, которое теперь рассыпалось в пыль.
Зачем я обо всем этом думала, дожидаясь вечернего визита Денисова ко мне на квартиру, где все было дешево и сердито? Наверное, потому что наивно считала, что у них в семье все хорошо. Катька работала в филиале одной крупной компании эйчаром уже семь лет. И искренне любила свою отрасль или говорила, что любила. Странно, я уже ни за что ручаться бы не стала.
Недавно они отметили десять лет вместе и Катька весь инстаграмм фотками изнасиловала. Не сказать, что я не завидовала, самую малость. И то только потому что для меня никто не устраивал ужин на крыше под звездным небом.
С меня собирались брать проценты по кредиту телом. А уж как потом отдавать эти деньги? Я надеялась на брата, но учитывая настроения Денисова, хотелось чтобы он скорее наигрался и выбросил меня из головы.
Какой из меня трофей? Смех да и только.
Моя крошечная квартира напоминает кладовку. Я еле нашла приличное белье в комоде и то вряд ли оно могло бы сравниться с тем, что носит Катя или любая другая красотка, которую трахал Денисов. В том, что он Катьке изменяет я уже не сомневалась. Глупая ты, Свет. Всему веришь.
Взглянув на ноги я поняла, что вряд ли понравлюсь ему такой. Без педикюра, в дешевенькой футболке из корзины и старых домашних шортах. Единственное, что во мне красивого – это моя миниатюрность. Все мои ухажеры не переставали говорить, какая я маленькая, тоненькая, аккуратная. Малышка.
Как там говорят? Маленькая собачка до старости щенок?
Но в сексе я была не особенно опытной, а уж что там себе может вообразить Денисов и вовсе не представляла. Катька всегда бахвалилась тем, что она в постели тигрица и меня подзуживала быть активнее. Даже на день рождения подарила сертификат в салон лазерной эпиляции и я довольно долго ужасалась, что убрали все и везде. Я была как та лысая кошка зимой – замерзала!
– А ты как думала, Свет? Мамонты вымерли давно, потому что были волосатые! – шутила она, когда я по-секрету поделилась с ней своими мыслями.
Катька была моей подругой и я любила ее, но теперь понимала, что не все так просто как казалось мне изначально. Зачем она обсуждала меня с Денисовым? Насмехалась? Или пыталась выставить какой-то барракудой? Хорошенький портрет она мне нарисовала.
И чем дольше об этом думала, тем больше нервничала. Когда раздался звонок меня уже потряхивало. Открывать дверь я шла на подгибающихся на ногах.
Денисов так на меня посмотрел, что тут же в животе закрутило. А древесный запах его парфюма заставлял напоминать себе, что Денисов – подлый мудак, а не приветливый ухажер со школьной дискотеки.
Его рука шарила у тебя под юбкой, Света!
– А ты особо не готовилась, смотрю, – он не спрашивая вошел и огляделся по сторонам.
Обстановка и впрямь была убогой, но я хотя бы старалась, чтобы квартира оставалась чистой. Ремонт после покупки провела косметический и из мебели оставила минимум нужного: кровать-диван, столик у окна, пару стульев, комод, телевизор на стене и книжный стеллаж. Читать я любила с юношеского возраста, только новинками баловала себя редко.
Дорого.
Денисов в своем идеально сидящем костюме смотрелся в окружающей обстановке максимум нелепо, но его это казалось волновало меньше всего. Из внутреннего кармана он достал пухлый конверт и приземлил его на комод.
– Ну что ты решила, Лана?
– Решила, что хочу помочь Дане. Моему брату, если ты вдруг забыл.
– Ну кто бы сомневался, святая Лана!
Его голос звучал издевательски, как будто в желании помочь было что-то зазорное. Может быть в его кругах, но не в той действительности, где я жила. Работая с детьми, часто видишь то, что предпочел бы избегать.
Жестокость.
Злость.
Разрушенную невинность.
Я стояла, вытянувшись по струнке, пока он обходил меня по кругу. Словно хищник, выслеживающий дичь, мне показалось, что ему принесло удовольствие, если бы я сопротивлялась. В голове у меня было четкое разграничение того, что я позволяю делать с собой, а чего категорически не хочу. Никаких извращений или издевательств, я не потерплю.
Секс, значит секс. Не больше. И не нервничай, Света! Ты же не девочка, честное слово.
Денисов поднял руку и провел пальцем по моей шее, спустился на грудь и специально задел сосок. Бюстгальтер я почти не носила, потому что с моим бюстом нулевого размера это было напрасной тратой денег. Но когда мои соски под футболкой напряглись и затвердели, поняла, что стоило бы его надеть.
– Может разденешься? А я посмотрю.
– А может ты не будешь наглеть? – спрашиваю, и Денисов удивился.
– Кусаться решила?
– Я не шлюха… – договорить я не смогла, потому что он меня поцеловал, довольно грубо схватив за талию, и тут же опрокинул на разложенный диван. Было такое чувство, что ему не важно с кем и где, даже если бы на моем месте был кто-то другой. А у меня так долго никого не было, что я даже опешила сначала.
Хотела возмутиться, но он не дал мне.
Денисов вклинился между моих ног и налег пахом, потираясь о мой лобок. Его руки уверенно пролезли под футболку и приподняли ее, обнажая грудь и стискивая едва заметные холмики, а затем он быстро переключился с губ на соски. Смочил их языком и обвел по кругу несколько раз, пока я не почувствовала, что стала совсем мокрой между ног.
Его наглость должна была меня взбесить, но выходило, наоборот.
Он снова трогал меня сквозь преграду шорт, нажимал на клитор, и я заводилась все больше и больше.
И все еще не верила, что это происходит на самом деле. Что мы с Денисовым в одной постели, но я видела на его месте совсем другого человека. Не того, кого я знала десять лет назад. И меньше всего хотела вспоминать о Кате в этот момент.
Со мной еще никто и никогда не обращался так, словно я – вещь. Будто единственное мое предназначение в этой жизни – приносить ему удовольствие. Да, мне нравился секс с другими мужчинами и до Денисова, но во многом потому, что я считала это приятным занятием, повышающим самооценку. Не больше.
Денисов грубо стащил с меня шорты вместе с трусиками, оставляя совсем без защиты. Я машинально закрылась от него, не желая выставлять себя напоказ.
Неужели он? Да…
– Лана, – прозвучало предупреждающе. Денисов шире развел мои ноги и восхитительно-влажным языком коснулся клитора. Обвел по кругу несколько раз, а затем сунул внутрь два пальца и надавил на внутреннюю стенку под костью. Меня буквально подкинуло, и я испугалась, что он увидит мое удовольствие и использует против меня самой.
– Андрей, нет… – но он не обратил на мои слова никакого внимания, продолжая ласкать меня. А уже спустя две минуты, я сотрясалась первой оргазменной дрожью, высвобождаясь прямо у него на языке и жадно стискивая внутри настойчивые пальцы.
Это было больше чем просто хорошо. У меня между ног буквально жаром опалило, после ударной волны удовольствия. Никто и никогда не делал мне приятно таким образом.
В мозгу всплывало предположение, что он сделал так, чтобы доказать свою самцовость и взять свое. Но он повторил это со мной еще три раза и мои сорванные стоны было сложно замаскировать даже громким дыханием. Кто бы мог подумать, что Денисов любит такие ласки? Я уж точно нет.
Он легонько укусил меня с внутренней стороны бедра, и я даже тихо вскрикнула в ответ, не зная, что ожидать дальше. Сейчас вроде как должно было произойти то, чего он так явно хотел. И я уже была не так уж скептически настроена, скорее заинтересована тем, что мне предстоит.
Это напоминало палеонтологические раскопки их брака. Я пыталась сопоставить в голове два образа – такого каким он есть сейчас и другого Денисова, со слов Кати. Послушного мужа, выполняющего каждую ее прихоть. И картинка не сходилась.
– Сними футболку, – приказал, приподнимаясь сверху. Вырастая надо мной, как гора. Недружелюбная, несмотря на неожиданную ласку, угрожающая своей мощью, сотканной из денег и самомнения. – Пока ты не стоишь трехсот тысяч, Лана, – едко заметил он.
Мне было обидно это слышать, хотя умом я понимала, что он прав. Куда мне до тех баб, которых он раньше трахал?
– Я занимаю у тебя, а не прошу подарить!
Денисов сел, быстро стягивая с себя одежду.
– Ты их не отдашь. Я знаю, – агрессивно вжикнула молния на его брюках. И мне стало страшно, потому что отчетливо поняла, что это случиться. Вот прямо сейчас. Денисов трахнет меня и пока я проигрывала. Потому что громче всех кричала о честности, а после трижды кончила.
Я приготовилась увидеть его член, но неожиданно зазвонил телефон. Денисов ловко достал аппарат из кармана и взглянул на имя. Это был кто-то чьего звонка он не ожидал, точно не Катя.
– Черт! – на удивление даже трубку взял. – Да, говори, только быстро. Я занят. Нет, не сильно. Это не важно. Ну что там? Ты шутишь? Приехать?
Мои ноги сдвинулись в мгновение, и я резко ощутила себя полнейшей дурой. Денисов неодобрительно на меня посмотрел. Может из-за того, что ему говорили в трубку? Или я просто потеряла для него интерес?
Зажав телефон между плечом и головой, он начал снова натягивать на себя одежду. И я поняла, что интимное свидание окончено. Но далеко не окончено то, что мы начали.
Глава 3.
Брат
После ухода Денисова мне потребовалось добрых полчаса на то, чтобы прийти в себя. Сползти с кровати и привести себя в порядок. Из зеркала на меня посмотрела какая-то совершенно другая Света – встрепанная, с красным лицом и все еще пульсирующим внутри отголоском недавно испытанного удовольствия.
На пухлый конверт на комоде я даже не смотрела, мне нужно было восстановить утраченное душевное равновесие. Но Денисов снова все разрушил одним звонком, как раз, когда я хотела написать Дане, что деньги у меня. И тот может их забрать.
Даня был единственным светлым пятном, я ведь помогала ему. Ради его будущего терпела унижение. Мне всегда казалось, что я мало ему даю, возможно, потому что я помнила маму, а он нет. И я стала его матерью, хоть у нас и небольшая разница в возрасте.
– Ты задолжала мне, Лана, – было первым, что сказал Денисов. Его голос поддразнивал меня хотя, когда он был рядом, ощущала лишь презрение. По звуку я поняла, что он стоит где-то в пробке, потому что слышался звук клаксонов.
Слова Денисова о том, что я деньги не отдам царапнули вдвойне. И я решила, что заставлю его пожалеть о них, так или иначе. Даня мне в этом поможет.
– Я помню.
– Я говорю не о деньгах. – И у меня по телу прокатилась дрожь.
– Денисов, тебе не стыдно? – не сдержалась. – Потому что мне очень. Это недопустимо, такое поведение…
Молчание повисло само собой, потому что я поняла, насколько по-канцелярски прозвучали мои слова. Сухо и обезличено.
– Ты кончила. Что тут может быть стыдного? Стыднее было бы лежать бревном. Или в тебе заговорил учительский зуд? – пошутил он. И я даже растерялась не знала, что Денисов так умеет.
– Ты женат.
– А ты зануда, Лана. И ханжа. И можешь хоть мешок на себя натянуть, мне плевать в чем ты будешь. Вечером я к тебе заеду, и ты должна быть дома.
– Должна?
– Да, должна.
– И как долго это будет продолжаться? – стоило бы раньше завести об этом разговор, но я думала о другом. Деньгах. – Ты получишь свое и отстанешь?
– Сладкая моя, – издевательски протянул он. – Наверное, это не тебе решать. Пока нагрелась только ты, по всем фронтам. Твой Данечка уже получил подачку?