Чародейская Академия. Книга 3. Неисправимые нарушители

Глава 1

– Привет, дружище! Чего давно не звонил? В Голдтаун забежишь, или стартанёшь прямо с места?

– Заеду, не волнуйся. Иначе родичи в недоумёнке будут: как так, исчез в неизвестном направлении. А потому обрадую тебя: билет уже взял, послезавтра в столице.

– Классно! Тася появится завтра вечером. А вот с Диной связаться так и не смог. Мобильник её по-прежнему не отвечает, а домашнего не знаю. И, честно говоря, искать номер в базе данных телефонного справочника как-то не тянуло. Захочет, позвонит сама. Как прошёл завершающий этап отпуска?

– Лучше бы остался на Санта-Ралаэнне. Городишко наш маленький, все, кому не лень, достают глупыми вопросами. Вот сяду в поезд, отдохну душой.

– Как станешь подъезжать, звякни, чтоб нам не разминуться. А так – счастливой поездки!

И Гека отключился.

Эрик вздохнул и засунул «трубу» обратно в карман. И впрямь, всего-то год отсутствия, а ощущение по возвращении в родной город – будто очутился в прошлой жизни, где остались озабоченные бытовыми проблемами лица, беседы, ограничивающиеся обсуждением местных сплетен, сериалов и новостей «высокой» политики, никоим образом не отражающейся на положении дел на местах. В первый же день приезда предки закатили пир на весь мир, собрав всю родню, да ещё кучу знакомых, считавших своим долгом подробно выяснить, куда он поступил, чему там учат, как протекает жизнь в столице и тому подобную ерунду. Под конец Эрик, утомлённый всеобщим вниманием и необходимостью сочинять небылицы, по-тихому применил Умиротворение, после чего его оставили в покое.

То, что делать в Игримске решительно нечего, стало ясно буквально на третий день после приезда, когда все новости были пересказаны, и кроме как пялиться в экран компьютера, ничего интересного не оставалось. От одноклассников, которых случалось видеть – сам он ни к кому специально в гости не напрашивался, – Эрик узнал, что в большинстве своём их бывший класс так и остался здесь, пристроившись кто где; некоторая часть укатила получать высшее образование в Старосибурск – ближайший крупный город с достаточно широким выбором обучения на перспективные специальности. И лишь трое исчезли в неизвестном направлении, не сообщив, куда и зачем направляются, и, соответственно, не присылая известий; в их числе оказалась и его первая любовь. Кто-то обмолвился, что она укатила в Голдтаун, и словно в насмешку поинтересовался, не встречал ли её там случайно. На что Эрик резонно заметил, что проще найти иголку в стоге сена, чем человека в двадцатимиллионном городе.

Единственной отдушиной стало время от времени обмениваться новостями с друзьями. В основном с земляками – после звонков за кордон счёт на телефоне таял с астрономической быстротой. Пару раз, правда, дружески болтал с Вин, которая тоже скучала в душной атмосфере домашних проблем. Не забывали и его – Жозе, Олаф и Фэн между делом спешили похвастаться удачным применением на практике полученных в Академии знаний. В начале июля дала о себе знать Лиэнна – сообщила, что ей не удалось найти в Сети никаких упоминаний об Илфарнском госпитале, и она потихоньку разбирает бабушкин архив, в надежде отыскать хоть какую-нибудь полезную информацию. Не поленившись собственноручно перепроверить услышанное, Эрик установил, что во всемирной паутине и впрямь нет ничего про объект её поисков.

А с Гекой и Таисией они в первую очередь вспоминали их недавние приключения в Голдтауне. Повеселились неплохо, хоть и растратили большую часть заработанных на Санта-Ралаэнне денег, включавших, кроме премии, ещё и гонорары за переводы. После ночёвки у Геки Эрик переехал к тётушке, благо та в основном обитала на садовом участке, и в квартиру наведывалась лишь время от времени. А на следующий день после возвращения с острова, Таисия, как и грозилась накануне, познакомила-таки со своими подругами. Старшая из них, тёзка первой любви нашего героя, уже не первый год подвизалась в торговом бизнесе, однако большая часть заработанного уходила на поддержку семьи, прозябавшей в Глушиспанске. Другая – смешливая Галя, не оставляющая попыток хотя бы с четвёртого раза поступить в Университет Пищевой Технологии и рано или поздно стать дипломированным кондитером. Третья – загадочно улыбающаяся Алина, мечтающая стать студенткой мединститута, а пока работающая сортировщицей.

После короткого обмена приветствиями Ирина критически осмотрела обоих парней:

– Что-то, Таська, они у тебя дюже худющие. Вас там голодом, случайно, не морят?

– Можете не стесняться, говорить о чём угодно, подруги в курсе, кто мы на самом деле, – подбодрила друзей Таисия.

– Нас вообще-то в Академии неплохо кормят, – заметил Эрик.

Его робкое возражение проигнорировали.

– Так: Галка, Линка, тащите всё, что найдёте в холодильнике. Таська, не стой столбом – давай, помогай стол накрывать. Чай, не каждый день к нам такие гости заглядывают!

Вскоре все шестеро расселись за обшарпанным общежитским столиком.

– Значит, на волшебников учитесь? – уточнила Ирина и, не дожидаясь ответа, продолжала. – Таська нам тут фокус уже показала. Занятно, ничего не скажешь. А воду в вино превратить сможете?

– Пока нет. Слишком сложно.

– Вот так всегда. Учат чему угодно, только не тому, что в жизни пригодится. Ладно, тогда поступим по-простецки. Как, говоришь, тебя зовут, Гектор? Держи нож и штопор, бутылка перед тобой.

Пришлось Геке немного потрудиться, срезая упаковку и вытаскивая пробку, загнанную до основания в горлышко, а заодно и поухаживать за остальными, разливая красное вино в дешёвые пластиковые кружки.

– Ну, за знакомство! – провозгласила командирша и одним глотком опустошила содержимое своей тары. – А теперь рассказывайте, парни, о себе поподробнее. Таська всё секретничает, даже о вашем визите в последний момент доложила. А то бы подготовились к встрече получше. У вас, кстати, на проходной проблем не возникло?

– Не хотели пускать вначале. Паспорт только у Эрика был с собой.

– А кто там у нас сегодня сидит, белобрысая? Вот козлина. С наших рук кормится, да ещё и принципиальную из себя корчит. Придётся с ней вновь потолковать, чтобы (непечатное слово) кто к нам, пропускала без проверки. И на будущее, парни, сразу говорите, что идёте к Кривцовой. Если чего не так, я Жоровне (комендант общежития) капну, пусть своим (непечатное слово) по балде настучит.

– Ладно, Ирик, расслабься, – приуспокоила подругу Галя. – Стало быть, ты, Гектор, местный житель? А Эрик из Гиримска?

– Из Игримска, – машинально поправил тот.

– Не знаем, где такой, но по названию нетрудно догадаться – Урал или Сибирь. Впрочем, все мы тут из одной большой страны под названием Глухая Провинция. И судьба у нас всех, по большому счёту, одна и та же. Таське вот повезло – хоть мир повидает, да образование получит.

– Однако едва ли наша корочка будет признана где-либо в качестве официального документа. Разве что душу согреет.

В разговор, лукаво улыбаясь, вступила Алина:

– Если вы действительно учитесь на колдунов, то такая проблема вообще не должна вас волновать. Положили свою грамотку на стол, волшебной палочкой прикоснулись, и оп-ля! Перед вами диплом об отличном окончании Гарвардского университета.

Вся компания так и покатилась со смеху.

– Гарвардского, говоришь? – чуть-чуть отдышавшись и вытерев выступившие на глаза слезинки, уточнила Ирина. – С таким дипломом небось и в топ-менеджеры Главнефтьпрома возьмут без проблем! Интересно, можно ли у нас купить такой, и сколько стоить будет? Наверное, не меньше двух тыщ евробон сдерут. А вообще неплохим дополнением к моей коллекции стал бы. У меня этих корочек целых три; две, правда, подарили, зато третью, какого-то там института инженеров-физиков, сама купила, всего за две сотни – очередному хахалю пыль в глаза пустить. Он, однако, редкостной занудой оказался – уточнять начал, какие дисциплины изучала. Ну, я ему (непечатное слово) и ответила так, что дурацких вопросов больше не задавал, и вообще очень быстро испарился. Да, кстати, а ваши палочки-выручалочки где? Или вам не выдают?

– Мы оставили их на острове, – за всех ответила Таисия.

– Эх, какая жалость! Честно говоря, Таська, как-то не очень тебя с ней представляю, – и, уже на грани приличия, добавила, – нам, бабам, как-то сподручней за другие палочки держаться, отнюдь не волшебные.

– Это с какой стороны посмотреть, – хихикнула Галина.

– Да с какой ни смотри, все чудеса от них предсказуемые. Ладно, что-то меня и впрямь не туда понесло. А значит – нужно опрокинуть ещё. Чего не едите ничего? Давайте, не стесняйтесь!

Постепенно обстановка становилась всё более неформальной, а темы бесед, соответственно, беспечными и фривольными. Правым боком Эрик ощущал тепло придвинувшейся чуть ли не вплотную Галины, а слева выслушивал игривые реплики Таисии, комментирующей высказывания подруг. Одновременно с интересом наблюдал, как с его приятелем откровенно заигрывала Ирина – а тому, похоже, импонировали её грубоватые шутки, во всяком случае, никакого стремления отгородиться или уйти от разговора с его стороны не замечалось.

Наконец, когда спиртное было допито, а закуска по большей части съедена, поступило предложение немного проветриться. Откликнулись с энтузиазмом – всем не терпелось размять затёкшие нижние конечности, да и подышать воздухом, свободным от испарений человеческих тел. Геку и Эрика без особых церемоний выгнали из комнаты, попросив подождать за дверью, пока девчата переоденутся и приведут себя в порядок. Друзья даже обрадовались этому – не нужно искать предлог, дабы наведаться в уборную.

Одна только закавыка: где в женском общежитии найти мужской туалет?

Долго раздумывать не стали, воспользовавшись самым простым решением.

– Вот что, – шепнул Гека, – пока коридор пуст, я сигану в ближайший, а ты подежуришь в коридоре. А потом поменяемся.

Вопреки опасениям Эрика, никакого конфуза не приключилось, и наши герои, никем не замеченные, благополучно вернулись к лестничному пролёту. Зато принаряжённым девушкам, покинувшим комнату под номером 336, пришлось взять тайм-аут, чтобы наведаться туда же.

Уже пройдя вахту, Эрик услышал сзади оживлённую перебранку.

– Не обращайте внимания, – успокоила приятелей Таисия. – Ириша женщина шебутная и в общении проста, зато сердце доброе: нас всех по-матерински опекает и помогает, чем может. Неизвестно, как сложилась бы моя судьба два года назад, когда завалила вступительные и находилась в мучительных раздумьях: возвращаться на историческую родину или хоть чем-то зацепиться за столицу.

– Куда пойдём? – игриво осведомилась Галя, выныривая с левой стороны от Эрика.

– Давайте на набережную, там в жару хорошо, приятная прохлада.

Идея пришлась по душе: во-первых, вечер, куда-либо далеко выбираться не имеет смысла, тем более если не последний раз видимся, а во-вторых, вблизи Голди-реки, протекающей через весь город, и впрямь дышалось вольготнее, в сравнении с запылёнными и загазованными улицами и скверами столицы, измученной июньским зноем.

Поскольку Эрик знал Голдтаун поверхностно, в основном по достопримечательностям вблизи отдельных станций сабвэя, он просто следовал за остальными, рассматривая окрестности, где бывать ещё не приходилось. А заодно и выслушивать щебетание девчонок, трещавших без умолку, рассказывая забавные истории из своего житейского опыта.

Пройдя с километр, свернули в проулок, выведший их к намеченной цели. Ещё не успели пересечь тонкую полоску зелёных насаждений, отделявшую их от протянувшейся параллельно всей набережной автомагистрали, а навстречу потянуло освежающим ветерком.

В стремлении уйти от душной жары они оказались отнюдь не одиноки. Немало народу прогуливалось вдоль чугунного парапета: молодые мамы с колясками, обнимающиеся парочки, небольшие компании любителей пива, а то и просто мечтательно настроенные прохожие. Противоположный берег возвышался перед ними поросшей зеленью громадой. На вершину вела канатная дорога, а для любителей пеших прогулок – извилистые лесные тропки. Вдалеке сквозь густо-зелёную массу проглядывал шпиль высокого серого здания, чем-то отдалённо напоминавшего Штарндаль.

– Главное здание Голдтаунского Государственного Университета, – пояснила Таисия, проследив направление его взгляда. – Именно сюда я и рванула в первую очередь, да завалилась на математике. Уж больно круто там дерут. В одной задачке коэффициент пропустила, так минус поставили, хотя на апелляции само решение признали правильным.

Эрик промолчал о том, что и сам посылал по виртуальной почте копии своих документов и результаты школьных экзаменов в адрес приёмной комиссии ГГУ, однако почти сразу пришёл ответ: даже в случае успешной сдачи всех четырёх экзаменов, требуемых в обязательном порядке, общежитие предоставляется только обучавшимся на подготовительных курсах. А чтобы пройти их, пришлось бы целый год кантоваться в Голдтауне. Поэтому вариант с поступлением в ГГУ пришлось отложить до лучших времён, а потом он и вовсе отпал – одновременно с приглашением в Академию.

– А правду говорят, что его заключённые строили, ещё в сталинские времена? – встряла любопытствующая Алина.

– Вроде бы, но не уверен. Слышал лишь байку: перед парадным входом планировали поставить статую Сталина высотой в десять человеческих, да не успели – тот раньше помер.

– А то бы сносить пришлось! – засмеялась Таисия. – В эпоху борьбы с культом личности.

– Да-а, каких только эпох наша отчизна не перевидала, только и делаем, что плавно переползаем из одной в другую. То ли дело в странах Европы – живут себе тихо-мирно, добро наживают, и не мучаются проблемами мирового масштаба.

– Вот, Таська, тебе и карты в руки. Выходи за своего шведа, переезжай к нему, и радуйся жизни.

– Не всё, увы, так просто. Мы с Олафом слишком разные по характеру, и нам пока хватает обычной человеческой дружбы.

– Смотри, Тася, уведут. Хороших парней уводят на раз, и что самое обидное, те, от которых не ожидаешь подобной подлости. У меня самой как было: два года дружила с Надюхой, пока та Сашку не отбила. С той поры видеть её не могу.

– Да ну тебя, Галка, выкинь обоих из головы и забудь.

– Уже. Но всё равно жаль, он так красиво ухаживал…

Громкий смех впереди отвлёк от рассуждений о коварных подругах и неверных возлюбленных. Оказалось – Гека рассказал пикантный анекдот, изрядно повеселивший шедшую рядом Ирину.

– Что-то у меня подозрение: ваша старшая на него глаз положила, – тихо, чтобы никто не услышал, поделился Эрик сомнениями с однокурсницей.

– Только заметил? Не волнуйся, едва ли она поведёт твоего приятеля под венец.

– Почему так уверена?

– Давай не сейчас. Тут в двух словах не объяснишь.

– Но если… – начал Эрик, однако его оборвал возглас Алины:

– Ой, посмотрите! Утки!

Как по команде, вся компания прильнула к чугунным перилам. И впрямь – целая стая водоплавающих обосновалась прямо под ними, мерно покачиваясь на лениво вздымающихся волнах.

– Какие хорошенькие! – восхитилась Таисия. – Давайте их покормим!

– Но у нас нет ничего с собой.

– Не беда! Через дорогу хлебный киоск. Я сейчас! – и сиганула напрямую через магистраль, хотя пешеходная дорожка была в каких-то пятидесяти метрах.

– Под машину не попади! – крикнула вслед Ирина, но ту было уже не остановить: махом пробежав перед носами судорожно тормозящих авто, Таисия оказалась на той стороне, и вскоре вернулась, держа в руках булки.

Птицы, почувствовав приближение банкета, сбились в кучу и призывно крякали. Особо проворные хватали угощение на лету, другие вылавливали упавшие в воду куски. Жаль, уровень реки здесь слишком низок, и не дотянуться, чтобы пернатые могли взять мякиш прямо из рук…

Глава 2

Тот эпизод с кормлением уток, привычных, видимо, к доброте людской, и потому совершенно не боявшихся двуногих, особенно часто всплывал в памяти под мерный стук колёс скорого поезда «Гаргуда-Голдтаун». Лёжа на верхней полке с книжкой в руках, в перерывах между чтением Эрик разглядывал красоты северных лесов, бесконечной зелёной лентой проносящихся за окном, попутно предаваясь мечтательству и приятным воспоминаниям. Хотя и много иного, не менее увлекательного, происходило в те неполные три недели его пребывания в Голдтауне – фактически, что ни день, то какое-нибудь приключение. Всей компанией собирались редко – девчонки работали, а Галя и Алина ещё и готовились к поступлению, не теряя надежды влиться в дружные ряды студенческого братства. Да и среди их троицы, ничем по сути не занятой, подчас выпадал кто-либо: раза три брала тайм-аут Таисия, чтобы помочь подругам; Гека в преддверии папашиного визита смотался на дачу (причём не на свою, а кого-то из бывших одноклассников), да и наш герой, в какой-то момент почувствовав усталость и недомогание (то ли от обилия впечатлений, то ли просквозило где), пару дней отсыпался и смотрел телевизор, не вылезая из тётушкиной квартиры.

Побывали они тогда в Историческом Музее, причём дважды – за один день можно увидеть всё, но разве оценишь, осмыслишь, почувствуешь дыхание давно ушедших эпох, просто пробежавшись глазами по экспонатам? Заглянули и в Художественную Галерею, где проходила выставка творений пост-символистов. Благодаря неуёмной энергии Таисии, раздобывшей билеты и убедившей в необходимости приобщаться к культурной жизни, сходили на премьеру спектакля, поставленного по культовой повести «Осеннее новолуние», принадлежавшей перу вошедшего в моду в последнее десятилетие Мартина Тримтагони (Эрик не знал, как на самом деле звали писателя, скрывавшегося за столь вычурным псевдонимом, допуская, что, судя по обилию произведений, под его крышей мог трудиться целый коллектив безвестных гениев). Однако чаще их компания вполне удовлетворялась развлечениями попроще: прогулки по столичным авеню, сопровождавшиеся посещением магазинов и рынков, тусовки в парках отдыха, посиделки в кафешках, а как-то сподобились на экскурсию на теплоходе по Голди-реке. Речной круиз, первый в его жизни, очень понравился, хотя под конец и почувствовал себя немного не в своей тарелке из-за приступов морской болезни.

В общем, повеселились неплохо. Оттого, наверное, и заскучал быстро, в Игримск вернувшись – тусоваться особо не с кем, и развлечений кот наплакал. Возможно, он бы и подольше задержался в Голдтауне, но уж очень родичи стали наседать. И как с сожалением покидал столицу, так другие – расставались с ним, придя всей компанией на Сеяврский вокзал. Особая грусть сквозила в глазах Галины – неизвестно, как развивался бы их роман, если бы не звонок Вин, заставивший терзаться угрызениями совести от осознания собственной неверности. С того момента Эрик держался хоть и дружелюбно, но несколько отстранённо, держа себя в руках и не позволяя течению событий пойти в нежелательном направлении. А вот приятель, похоже, не особо мучился сомнениями, благосклонно принимая заигрывания Ирины, относившейся к нему немного снисходительно-покровительски.

Вот и пригороды Голдтауна, плавно переходящие в городские постройки. Столица разрослась настолько, что от кольцевой автомагистрали до вокзального перрона поезд тащится почти час, последнюю треть которого приходится созерцать унылый пейзаж многочисленных железнодорожных полотен, стыкующихся друг с другом, ремонтных и складских помещений, отделяющих рельсовые пути от прочей части города, а также загнанных в тупики составов и отдельных вагонов. Ещё до пересечения черты города Эрик пытался выйти на связь с друзьями, однако Гека отвечал туманно, типа «приезжай-увидимся», а мобильник Таисии и вовсе оказался выключенным.

Причины такого странного поведения, впрочем, выяснились быстро, когда сошедший с поезда Эрик заметил у начала перрона знакомые фигуры. Приятели-однокурсники просто-напросто решили сделать сюрприз.

– Наконец-то! И почему поезда дальнего следования вечно опаздывают? Как добрался? Что-то вид у тебя слегка помятый.

– Переночуй в купе в июльскую жару, и у тебя будет такой же. Но как вы догадались, что я поеду именно этим поездом?

– Ну очень трудно ошибиться, учитывая, что из Гаргуды поезд на столицу отправляется раз в сутки.

– Дина так и не дала о себе знать?

– Как видишь. Когда встретимся в Штарндале, скажу ей пару ласковых: не по-товарищески поступает. Мы ей вроде ничего такого не сделали, чтобы шарахаться от нас, словно от чумы. Ладно, пусть живёт, как хочет, позаботимся лучше о себе.

– Короче, пошли в подземку! – подытожил Гека, забрав у Эрика баул. – Ну и тяжёлый он у тебя. Книг умных напихал?

– Не без того, но в основном продукты. Родичи наложили – целый взвод прокормить можно. Типа в столице всё дорого, лучше из дома взять побольше.

– Ладно, в Штарндале всё сожрём. Или зверюшек подкормим.

– И куда поедем?

– В нашу общагу. Я решила не тащить с собой вещи, да и когда кругом полно народу, телепортироваться как-то неудобно. Представь, что прохожие подумают!

Перед узкими дверьми привокзальной станции сабвэя их беседа прервалась, и возобновилась уже в вагоне подземной электрички.

– Кстати, Эрик, привет тебе от девчонок. Сожалеют, что лично увидеться не удастся.

– Почему? Что случилось?

– Да ничего страшного, не волнуйся. Галя и Алина наконец-то поступили, куда хотели – да я ж тебе, когда последний раз звонила, рассказывала! – ну и решили отдохнуть после вступительных на юге, набраться, так сказать, сил перед первым курсом. Ну а вслед за ними и Ирина – то ли в семье проблемы, то ли просто решила – каникулы и ей не повредят. Так что я живу сейчас, как королева – одна в целой комнате! – хихикнула Таисия.

– А будешь жить ещё лучше, причём сегодня же – целая комната тебе одной принадлежит!

– О да, ничто не сравнится с ощущением себя хозяином территории, защищённой от посягательств окружающих. Вы только представьте, сколько конфликтов и ссор, сколько загубленных судеб – и всё из-за того, что люди вынуждены делить жилплощадь с себе подобными. Да зачем говорю – ты, Эрик, наверняка знаешь всё сам, раз из многодетной семьи.

– Не спорю. Крохотную комнатушку – пенал, всего-то десять с половиной метров, вынужден был делить с братом. Не люблю плакаться, но проблем и впрямь хватало за глаза. Чуть полегче стало, когда он закончил школу и пошёл работать: я отдыхал душой, когда у него выпадали вечерние или ночные смены.

– Мне в этом отношении повезло больше, – заявил Гека. – Собственным отдельным уголком я располагал с раннего детства, и жизнь отравляли разве что скандалы в семье. Кстати, я тебе ещё не рассказывал, как над мачехой подшутил?

– Нет. Наверное, забыл упомянуть.

– Тогда слушай. Возвращаюсь как-то с прогулки, смотрю – рядом с нашим подъездом сиреневый «ферровер» стоит, который папаня года два назад ей подарил. Я сразу две вещи сообразил: во-первых, отец в квартире; если нет желания встретиться с ним, лучше пока домой не возвращаться. А во-вторых, раз не на своём «биармесе», значит, и мачеха с ним.

– А если прикатила одна?

– Такое скорей из области ненаучной фантастики. Сколько себя помню, ни разу без отца не являлась, и даже тогда предпочитала в квартиру не заглядывать. Действительно, смотрю, в магазине по соседству тряпьё разглядывает. Тут у меня родился гениальный план, как её хорошенько проучить, а заодно и папаню от дома отвадить. Поскольку поблизости никого знакомых не было, подозвал соседского кота Уголька, чёрного как смоль, посадил на крышу «ферровера», наказал сидеть тихо и не слезать, а сам спрятался так, что меня не видно, зато весь двор – как на ладони. Минут через пятнадцать смотрю – идёт, сумку с покупками тащит. Заметила кота, кшыкнула на него, тут я мысленно команду дал, Уголёк ка-ак мявкнет душераздирающе на всю округу, словно в котёл с кипятком свалился, и резким прыжком прямо к ней на грудь! Крики, вопли, визжит, кота стряхивая, да тот вцепился намертво. Папаша, судя по всему, увидел сцену из окна – сразу поспешил на помощь. И тут же уехали. Давненько я так не веселился!

– Шутки у тебя, однако.

– Ничего, заслужила. Даже десять сумасшедших котов, посаженных внутрь её авто, не стали бы достаточной компенсацией за весь вред, который причинила.

– А почему ты её мачехой называешь? У тебя же мать в добром здравии пребывает.

– Так повелось ещё со времён, когда отец при разводе хотел забрать меня к себе. Ну ничего, при случае придумаю что-нибудь не менее забавное.

– Не в этом году, Гека, – мягко оборвала его Таисия. – Нас ждёт куда более увлекательное времяпрепровождение за тридевять земель отсюда.

– Жду – не дождусь очутиться там, опробовать пару занятных формул.

– Так кто мешал попрактиковаться на каникулах?