Морские узлы жизни
- -
- 100%
- +
Освободившись от электрического напряжения теплоход взял курс на корейский порт Чхонджин. Не доходя акватории порта увидели двух северокорейских военных тральщиков, которые дожидались их. Они благополучно провели их через минные поля в порт. Ваханов стоял на руле и держал курс точно между ними. Осторожность – мать уверенности.
Встали к причалу около склада, где хранились яблоки. Виктор тальманил на третьем трюме, поэтому находился вместе с корейцами на складе, где ящики с яблоками укладывали в сетку строп и отправляли на судно. На улице было холодно – около 7 градусов мороза. В складе немного теплее. Виктор оделся по-зимнему – в шапке, в валенках и тёплой куртке. Передавал груз кореец чуть старше его и довольно плотного телосложения. Как он сам рассказал спортсмен-штангист. Остальные корейцы-грузчики были худые, как гвозди. Все они были в лёгких куртках и синих спортивных тапочках, а на голове утеплённые фуражки с клапанами для ушей.
– Что же они в мороз в тряпочных тапочках? – спросил Витя женщину-переводчика, которая была в точно такой же обуви.
– Это у них все, что они могли купить. Хорошая обувь очень дорогая, но у некоторых тапочки подбитые ватой, теплые, – сказала она с достоинством.
– Пальто тоже нет у них?
– Пальто ватное стоит 70 вон. Для многих это целое состояние.
Виктор с жалостью посмотрел на «спортсменов» и подумал: «какая нищета. У них даже перчатки из какой-то грубой шерсти – колючки торчат, как у ежа». Однако корейцы на это не жаловались, были очень дисциплинированны и аккуратны. Сказывался социалистический строй. Яблоки в каждом ящике уложены в ряд, все бережно и на совесть закрыто и когда один ящик случайно вывалился из стропа и разбился, они всё собрали и даже половинки расколотых яблок принесли на склад. И никто из грузчиков не пробовал яблоки на вкус.
Весь корейский груз прямым курсом через Японию (Сангарский пролив) доставили в Петропавловск-Камчатский. Здесь Ваханов воочию увидел великий контраст. Когда открыли трюм, туда ввалились советские грузчики – русские медведи в шапках-ушанках, полушубках и валенках. Толстые, тяжёлые и не поворотливые. Один н из них, стоя на ящике пяткой выбил дощечку и, засунув руку, вытащил два яблока. Они ему по-видимому не понравились, потому что сломал другой ящик. Все это на лазах у тальмана.
– Ты зачем ломаешь ящики? – возмутился Виктор.
– Не вякай, а то не досчитаешься их, – с угрозой изрек он. А так будет все в ажуре, здесь мы командуем.
Больше Ваханов в их работу не вмешивался и груз сдал нормально. Выгружали несколько дней и каждый камчатский докер, уходя на обед и заканчивая работу, прятал по мешку яблок за пазуху. Витя впервые столкнулся с таким откровенным хищением. Нет сада без сорняков. Обидно за Россию. Они с Романом тоже любили яблоки, и у них в рундуке в каюте было несколько килограмм, но они купили за свои деньги.
Воровство относится к порочным качествам невежества. В религиях осуждается. Воры, как правило, люди с очень низким уровнем сознания. Народная пословица говорит: «за чужим погонишься – своё потеряешь». И действительно так. Неумолимый закон воздаяния в таких случаях отнимает у виновных материальные блага до десятикратного размера содеянного. Но это не сразу, а в течение какого-то времени, иногда длительного. В Библии есть суждение Апостола Павла: «ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют».
Перед выгрузкой долго стояли на рейде Петропавловска. Друзья-пензенцы решили освоить световой семафор. Звуковым обычно занимаются радисты, а на флоте превалирует световой семафор. Морские вояки здорово им владели. Если ночью заходишь в порт спрашивают: «Кто»? Виктор научился передавать азбукой Морзе 45 знаков в минуту, а принимает не больше тридцати. Очень мало. Надо тренироваться.
На прощание перед отходом Виктор с Романом посетили столицу Камчатского края. Здесь случайно встретили сокурсника Трояна и еще двоих килийцев. У каждого из них по разным причинам закрыта виза. Троян был самый сильный курсант мореходки, под два метра ростом и широкий в плечах, женился и проживает в Петропавловске. Привыкает к полуострову. Говорит здесь кругом вулканы и постоянно трясет. Сфотографировались, потом посидели в ресторане. Вспомнили тех ребят, кто избрал дальневосточный край. У каждого сложилась своя судьба. Сокурсники явно завидовали Роману и Виктору и так много расспрашивали о заграничных тряпках, что пришлось прочесть патриотическое стихотворение:
Есть и нас ещё семейки,
Где наше хают и бранят
И с вожделением глядят
На заграничные наклейки,
А сало русское едят.
Может быть кто-то и обиделся, но пензенцы остались довольные встречей, хотя и просадили кучу денег.
На другой день они уже в Охотском море идут вдоль Курил. Второй рейс в Корею. Проходят Сангарским проливом через Японию. Идут в балласте. Ветер по корме 10 баллов. Несёт. Если усилится, то при полном ходе руль на борту судна может не вывернуться. Порт Чхонжин не принял, поскольку штормит и «клецку» американскую можно не увидеть среди волн. Пошли в порт Хэннам. Встали к причалу и на борт поднялся «человек с ружьем». В социалистической Корее каждое советское судно охранял часовой с винтовкой. Корейский пролетариат не мог позволить, чтобы какой-нибудь вражеский шпион пробрался на плав средство дружественной страны. Пограничник оказался веселым и доброжелательным парнем. Вскоре команда получила корейскую валюту – воны, а тратить их было некуда. В магазинах ничего нет – шаром покати. Внимание моряков привлекла только корейская водка. Типа самогонки. И месяц светит, когда солнца нет. В каждой бутылке какой-то корень плавает. Дорогущая по местным меркам – 7 вон. За десять бутылок ватное пальто можно купить. Северокорейский гвардеец бегал за водкой, поставив ружье в угол, но сам, показывая революционную стойкость, к водке не притронулся.
Пять тысяч тонн яблок на этот раз понадобилось Владивостоку. Разгружались здесь. Последний месяц этого года. Через несколько дней Новый год. Все уже знали, что отмечать его придётся по пути в Японию, поэтому договорились перед рейсом посидеть в «Интуристе». Заказали столик на четверых. Когда в голове начало полыхать от горячительных напитков, обратили внимание, что за соседним столиком компания мужчин с какого-то «лаптя» и среди них хорошенькая девушка. Она благосклонно поглядывала в сторону бикинцев и показывала, что пьет тост за них. Женщины любят пофлиртовать. Матвиенко пошел пригласить ее на танец, но сидящие, оказавшись грубыми людьми, сказали, чтобы он убирался отсюда. Нанесена была обида, которую нельзя простить. Решили отомстить. Противники почувствовали это и для самообороны, как выяснилось позже, прихватили бутылки с напитком. Излишне принятый алкоголь вынуждает нашу индивидуальность (Божественную душу) покидать физическое тело. Без нее мы обычные говорящие животные. Зверь в нас действует на протяжении всей жизни. Драка произошла в фойе у выхода. Каждый «мститель» выбрал себе противника, но их было пятеро. Один остался без присмотра и во время потасовки стукнул бутылкой по голове ближнего к нему Канцаева. Бутылка разбилась и острым краем резанула его над левой бровью. Кровь залила лицо. Неизвестные ретировались, а Романа отвезли в больницу. Виктор остался с ним пока зашивали рану. До четырёх утра врачи хлопотали около раненного.
– Повезло твоему другу, – сказал хирург, – два миллиметра не хватило, чтобы перерезать нерв, который открывает веко.
Забинтовали ему голову, и друзья успели к отходу теплохода в Японию, который отшвартовался в шесть часов.
Страна восходящего солнца
Начало нового 1961 года «Бикин» встретил в японском порту Фусики. Япония зафрахтовала его на несколько рейсов. Швартовались к причалу 1 января рано утром. Снег валил третий день, как будто небо прохудилось. Раскрыли трюма. Японские докеры народ деловитый, сразу приступили к работе. Капиталистические грузчики Японии и социалистические Китая и Кореи в дисциплине труда почти не отличались. Может быть у социалистических энтузиазма было больше, но капиталисты производили впечатление более независимых. Сильное отличие было в другом – в одежде. Японцы работали в прочном и добротном облачении без единой заплатки. Китайцы наоборот в синей робе – заплатка на заплатке. У них везде преобладал синий цвет. Может он более всего подходит для жёлтой расы? О корейцах говорить нечего, у них все скудно.
Начало Нового года не ощущалось нигде. У японцев он тоже с 1 января, но докеры работали как обычно. Во время пришли на работу, обед по расписанию. На обед им привезли по две плоские берестяные баночки с едой, типа наших сардин в консервах – первое и второе блюдо на весь день. Шампанского не наливали. Нашим грузчикам, кажется, и по шесть штук не хватило бы. Нигде в порту не было видно символов Нового года, только на норвежском судне, причалившим недалеко от теплохода, водрузили огромную елку. В море такую не срубишь, значит из Норвегии волокли. Путь не близкий.
Следующий рейс в Японию был в Осаку. Ходили в город. Не видели ни одного пьяного на улице, по сравнению с нашими городами.
Недалеко от порта в здании над входом в нулевой этаж плакат танцующей женщины. Ступеньки ведут вниз. Японские жрицы любви ожидают посетителей. У них это свободно. Стоят недорого даже девственницы. Иностранцы других государств делают визиты беспрепятственно, поскольку у них такие дома тоже есть. Яму, в которую человек падает, он роет сам.
Япония полюбила советское судно немецкой постройки и предоставила ему порты для регулярных рейсов. В конце января он снова встал к причалу в японском порту Иокогама. Отсюда до столицы Японии всего сорок километров. Префектуры граничат. Грешно быть в капиталистической стране и не побывать в их столице. Тем более капиталисты не только не возражали, а предоставили автобус русским морякам.
Токио расположен в юго-восточной части острова Хонсю, на берегу Токийского залива, длиной около 90 км. Ровные, как стрелы улицы. Высотные дома, как и в любом городе выделялись отдельными ансамблями, но их не много. В самом центре около обширного парка самая высокая в мире, построенная в 1958 году, телебашня – 332 метра. Конечно, хозяева предложили начать ознакомление с городом с неё. Не доезжая восьмидесяти двух метров до верхушки башни, лифт остановился и «морские волки» оказались выше уровня моря на 250 метров, на смотровой площадке. Вся столица Японии как на ладони вместе с рейдом кораблей в заливе. Для плохо видящих и любознательных по кругу башни стояли подзорные трубы. Можно рассматривать не только звезды, но и что делается во дворах. Не поднявшись в гору, не увидишь равнины. Рядом стояли другие аппараты, но уже для любопытных. Видеофильмы, где девушки в неглиже или без, красочно фланировали по пляжу, вызывая сердцебиение у мужчин своей привлекательностью. Некоторые из посетителей так увлеклись, что и на город не успели взглянуть. В социалистической стране такие фильмы еще не показывали.
После Японской телевышки за прошедшие 54 года было построено в разных странах еще 21 башня выше ее. Наша Останкинская – 540 метров. В этом соревновании двадцать первой башней была шанхайская, в два раза выше японской – 632 метра. Но Япония в 2012 году вновь отняла у Китая пальму первенства, построив двадцать вторую телебашню на два метра выше. Сейчас в мире выше ее только небоскреб в Объединенных Арабских Эмиратах – 828 метров.
Японцы, видя искреннюю заинтересованность приезжих, ещё повозили их по городу. Конечно они не думали о советских туристах как о дикарях, которые на радио с топором бросаются, но явно хотели удивить больше. Привезли к дому императора. Он, конечно не вышел, да и дома за деревьями не видно. Поместье большое, на территорию не пройдешь, поскольку глубокий канал и красивый антикварный забор вокруг ограждают его от незваных гостей. Говорили, если микадо появляется в городе, а какой-то безумец залез на столб, чтобы посмотреть на него, он наносит непоправимый ущерб японским традициям. Никто не может быть выше императора страны Ямато. Отжившие традиции часто являются злом.
Одной из постоянных достопримечательностей в любой стране для иностранцев служит торговая точка. Не могли моряки пройти мимо нее и в Токио. Всей группой зашли в трёхэтажный магазин и оцепенели в удивлении – на следующий этаж подниматься не надо, лестница везет сама. Эскалатор называется. Ну, такого они нигде в магазинах не видели. Японцы знают, что необычные удобства для покупателей стимулируют их к покупкам. Витя прокатнулся на лестнице до третьего этажа и, увидев на витрине красивые носки, попросил молоденькую симпатичную продавщицу показать их. Она радостно заулыбалась ему, как будто встретила давно пропавшего родственника. Собрала все носки, около двадцати пар и положила перед ним. Пока он выбирал стояла рядом и приятно что-то щебетала по-японски. Виктор не знал языка, но слышал в голосе девушки мелодию его. Он купил несколько пар вместо одной. Вспомнилась подобная ситуация во Владивостоке. Женщина с недовольным лицом бросила под нос ему на прилавок требуемое и, отойдя в угол, с раздражением ожидала, когда он перестанет копаться в товаре. Поступки говорят громче, чем слова.
Нагруженные под завязку японскими впечатлениями мореходы отправились на свой «лайнер» в Иокогаму. По пути, проезжая мимо Советского посольства, запечатлели себя и здесь.
Последним рейсом в Японию по договору о перевозках значился порт Ниигата на западном берегу острова. Он совпал с последним месяцем зимы. Скоро зацветет сакура – знаменитая японская вишня. Порт с той же стороны острова, что и Токио, но южнее. Город заводов, наверно, одни трубы торчат и все дымят. Неба над городом нет – только смог. Чем же жители дышат? В город сходили только по необходимости: обменять выданные японские иены на товар. Не просохли еще предыдущие столичные эмоции. Но в Осаке японские женщины в кимоно тоже перебегают дорогу, громко шлепая деревянными сандалиями. Видно же, что ходить неудобно, но рабство традиции не преодолеть. Правильно писал Гораций в античном периоде: «обычай – тиран». В этом городе Ваханову запомнилась атомная бомба. Макет ее был установлен вертикально вниз на девятиэтажном здании. Величиной почти равнялась высоте дома. С началом темноты на ней вспыхивали, как на елке, лампы и бомба всю ночь стремительно падает вниз. Она несёт на Землю смерть и разрушения и направляется деструктивными силами, олицетворяющими тьму. Установлена японцами, как память об американских атомных бомбардировках Хиросимы и Нагасаки в 1945 году.
От взорванной на высоте 500 метров, атомной бомбы набух огненный плазменный шар в четыре тысячи градусов Цельсия. В пределах километра от него люди, птицы, животные в доли секунды превращались в уголь или сгорали полностью. Погибло сразу в обоих городах около двухсот тысяч человек. Образовавшийся в центре вакуум создал ураганный ветер от периферии к центру, убивая всех, кто не успел укрыться. Почти все дома в радиусе 2 км в руинах, и в дополнение воспламенились все горючие материалы. От городов, в пределах этой зоны, осталась лишь зона сплошных разрушений и горящей земли, покрытая черным облаком дыма. Взрывной волной были выбиты стёкла на расстоянии до 19 км. Люди, выбравшиеся из-под обломков и укрытий на первый взгляд были живые, но через 3–4 недели умирали от лучевой болезни. Танец скелетов на мертвых песках. Доза умеренного облучение растягивает жизнь на несколько лет, но сокращает общую продолжительность ее путем онкологических заболеваний и разрушением генетического аппарата. Через пять лет в пострадавших городах, с учетом сказанного умерло еще столько же, как и при бомбардировке. Однако самое страшное в атомном взрыве не колоссальные жертвы и разрушения, а то, что он затрагивает незримый нами Тонкий мир, куда мы все переходим после смерти. Этого допускать нельзя.
Казусы Поднебесной
Выполнив контракт с Японией, команде «Бикина» предложили сделать несколько рейсов внутри России, дабы не забыть русский народ. На южном Сахалине зашли в Корсаков. Здесь самое достопримечательное место ресторан – посетили, посидели. Затем на западном берегу ловили рыбу. В этом месте много ее – рыбы с двумя глазами на одном боку. Ловили прямо с борта на согнутую булавку с сыром, если не было крючка. Не смотря на несовершенство снастей, камбалы наловили много, потом выбросили за борт: кок отказался ее жарить. Ночью капитан со штурманом ловили каракатиц. Они хорошо ловятся если в воду направить луч прожектора. Наживки не надо: просто обмотать цевье нескольких крючков медной проволокой. Моллюски 20–30 сантиметров длинной обхватывают четырьмя щупальцами крючки и благополучно спешат на встречу с рыболовом. Их повар жарить не отказался: во-первых, это улов капитана и во-вторых мясо каракатиц напоминает куриное.
В каботаже долго не задержались. Здесь хватает судов с командами не имеющих открытой визы, а их теплоход надо использовать по назначению – в загранке. Идут в Китай. Порт Циндао ждет их с углём, хотя Китай одна из ведущих стран по его добыче. Бункеровались во Владивостоке на мысе Чуркина. Семи тонный грейфер двое суток добросовестно заполнял трюма. Пять тысяч тонн груз немалый. Обошли Корейский полуостров и зашли в Жёлтое море. Давненько Ваханов не бывал здесь.
Циндао довольно-таки большой порт, но при входе в любой морской порт везде торчат башенные краны. Это первое, что бросается в глаза, а здесь – ни одного. Встали к причалу, чем же китайцы будут разгружать тонны угля? На берегу к судну подведена железнодорожная колея, на которой застыли в ожидании груза пустые вагоны. Около них группа людей с небольшими соломенными, типа большого блюда, корзинами. Матросы поставили сходни и раскрыли трюма. Первый грузчик забрался на уголь и маленькой мотыгой наполнил корзину, потом на плечо и к вагонам. Матросы, скептически наблюдая их действия, переговаривались между собою:
– Месяца два будем выгружаться.
Но они ошибались. Люди с корзинами на плече, как муравьи, беспрерывной цепочкой к каждому трюму и обратно потекли по сходням. Работали без перерывов день и ночь и за двое суток выгрузили весь груз.
Китайские трудоголики народ дисциплинированный – если Мао сказал надо, значит надо. Но живут, по всей вероятности, впроголодь. Это было видно во время обеда через окна кают-компании по их голодным, как у бездомной собаки, глазам. Сердце не выдерживало – угощали их, намазывая на кусок хлеба толстый слой масла. Виктор ни в одном Китайском заведении не видел хлеба пшеничного, только белый рисовый. Думал они пшеничный не употребляют, но никто не отказывался. Насытившись китайцы веселели и показывали пальцем на летающих в помещении нескольких советских мух, привезенных с их родины. У них в Китае этих насекомых сыщешь с трудом. Они их всех переловили, так как Мао Цзедун на съезде Коммунистической партии Китая 1958 года бросил клич – ликвидировать крыс, комаров, мух и воробьёв. Мух ловили всем народом складывали в пузырьки и сдавали в аптеки.
Кампания против воробьёв приняла более массовый характер. Пропаганда объясняла, что воробьи поедают урожай зерновых, принося народному хозяйству большой убыток – по подсчётам воробьи за год съедали столько зерна, что его бы хватило прокормить 35 миллионов человек . Воробей может пробыть в воздухе не более 15 минут. Все крестьяне, а также привлечённые к кампании школьники и горожане должны были кричать, бить в тазы, барабаны и проч., размахивать шестами и тряпками, стоя на крышах домов – чтобы напугать воробьёв и не дать им укрытия. Утомлённые птицы падали на землю замертво, чего и добивались участники действия. Напоказ выставлялись фотографии с горами мёртвых воробьёв высотой в несколько метров. Один из участников кампании, в то время ещё подросток, вспоминал:
– Вся школа отправилась убивать воробьёв. Мы делали лестницы, чтобы сбивать их гнёзда, и били в гонги по вечерам, когда они возвращались домой на ночлег. Это было задолго до того, как мы узнали, что воробьи – хорошие птицы. В то время мы знали лишь то, что они едят зерно.
В результате варварской операции против Природы расплодились гусеницы, саранча и другие вредные насекомые. Урожаи резко уменьшились и в стране наступил голод, от которого умерло до 30 миллионов человек. Когда ошибается в опытах крестьянин, беда не выйдет за пределы его хозяйства, а когда ошибается царь – она распространяется на все государство. В историю трудно войти, но легко вляпаться. Судьба нации часто зависит от хорошего или плохого пищеварения правителя. После похорон подопытных жителей Поднебесной, Китай стал закупать и завозить живых воробьев из СССР и Канады. Рукава засучить еще не значит корову подоить – говорит народная мудрость.
Закончив свои неотложные дела в Циндао, «Бикин» не торопился возвращаться домой. КНР предложила перевезти какой-то груз в места, где раньше жили русские. Место это называется оконечность Ляодунского полуострова, где располагался Порт-Артур – незамерзающий порт, удобное место для военно-морской базы. Россия в 1898 году арендовала его у Китая на 25 лет. В Петербурге намеревались превратить Порт-Артур и рядом порт Дальний во вторую, наряду с Владивостоком, военно-морскую базу тихоокеанского флота. Здесь базировалась эскадра, состоящая более чем из сорока военных кораблей, включая броненосцы и крейсера. Одновременно начато было строительство крепости.
Япония в этот период была очень агрессивна и имела сильный флот. Господство на море – это залог прочности монархии. Китай с ней не мог сравнится, а территории у него было много. Каждый завоеватель, начинает с разорения своих подданных для того, чтобы иметь удовольствие разорять других. Спор разгорелся между ними из-за корейского полуострова. Япония без объявления войны утопила китайский транспорт с воинским контингентом и в 1894 году началась война между ними. На следующий год война закончилась присоединением Кореи к Японии. Но последняя зарилась и на Манчжурию за Порт-Артуром, поэтому Китай с удовольствием отдал его в аренду России. Пусть японцы воюют с ней.
Япония проглотила китайскую наживку и, действуя по своей коварной схеме внезапно, без объявления войны, в 1904 году ночью напала на русскую эскадру на внешнем рейде Порт-Артура. Крейсер русского флота «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» вступили в смертельный бой против шести японских крейсеров и восьми миноносцев. Тяжело повреждённый «Варяг», потеряв возможность продолжать бой, был затоплен собственной командой, а канонерская лодка – взорвана. В память об этом сражении осталась песня: «Врагу не сдаётся наш гордый „Варяг“». Остатки русской эскадры были потоплены осадной артиллерией японцев либо взорваны собственными экипажами. Множество примеров показывают нам, какую важную роль могут сыграть морские сражения.
Флот разбит, но крепость Порт-Артур держалась в осаде 11 месяцев и только 2 января 1905 года гарнизон вынужден был сдаться. Войдя в крепость, японцы захватили огромные трофеи и четыре дня беспощадно вырезали все население, не взирая на пол и возраст. Как озлобил их груз ненависти. По китайским оценкам, погибло около 20 тысяч мирных жителей. Из них оставили в живых только 36 человек для захоронения трупов. На их шапках по приказу японского командования было написано: «Этих не убивать». Похоронная команда в течение месяца собирала и складывала в кучу тела убитых. После чего огромную гору тел облили маслом и подожгли, поддерживая огонь в течение 10 дней. Не сгоревшие остатки закопали.
После окончания русско-японской войны арендные права на Порт-Артур перешли к Японии. Оккупация длилась до 1945 года, пока советские войска не разгромили японских самураев.
Через пятьдесят лет потомки русских соотечественников теплохода «Бикин» посетили мемориальное русское военное кладбище. Сплошными длинными рядами протянулись памятники советских морских и сухопутных офицеров, погибших в последней войне 1945 года. Дальше солдаты. В старой части кладбища захоронены еще 15 тысяч солдат, матросов и офицеров порт-артурского гарнизона. Здесь же русские гражданские жители. На некоторых памятниках очень трогательные надписи.
За пределами кладбища на небольшом холме японцы построили высокую башню с винтообразной лестницей внутри. Поднимаясь по ней, на внутренней стенке башни снизу до верху можно читать записи тысяч имён погибших японских завоевателей.