Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле

– Не поверишь, но как раз сегодня встречалась с одним таким любителем-эксгибиционистом, – фыркнула я, покосившись на золотой перстень на своей левой руке, который мне зачем-то оставил негодник Рэйес.

Интересно, где он сейчас?..

– Это всё, конечно, очень мило и забавно, но я тут при чем? Что ты там недоговорил про «во-вторых» об этом студенте? – напомнила я.

– Ну и во-вторых, и это самое главное: он гений, – твердо произнес Персиваль. – Я такого самородка не встречал за всю историю академии.

– Н-да? – я скептично приподняла бровь. – В чем именно выражается его гениальность?

– Он ничего не знает о магии сумрачных странников – ну, вернее, не знал, когда мы с ним столкнулись, – но при этом ведёт себя в материи сновидений так естественно, будто он самый настоящий верховный сумрачных дел мастер. Он проваливается в сновидения легко, как дышит, и часто – случайно. При этом не пользуется вообще никакими специальными техниками. Но мало провалиться в сны, так ведь надо еще суметь оттуда вынырнуть легко и свободно, и не застрять в пограничном сумраке на долгие годы, верно? Кому, как не тебе знать об этом, Фэл. Так вот, этот адепт скользит в сумрачном эфире так легко, будто просто телепортируется в соседнюю комнату. Он вообще не напрягается при этом. Но, самое главное… Он может мгновенно перенести в свое сновидение всех людей, кто находится с ним в одном помещении. И не произносит никаких заклинаний, не воздействует физически, не использует артефакты. Да вообще случайно переносит и даже не понимает, как совершает эти действия. Он случайно унес в свое сновидение весь наш Верховный Совет, в полном составе.

– Ого!

Я мысленно присвистнула.

Так, а вот это уже действительно интересно.

Увести целенаправленно одного человека в свое сновидение само по себе являлось непростой задачей, с которой не могут справиться новички и даже многие старшекурсники. А уж усыпить разом весь Верховный Совет, в котором состоит порядка трёх десятков магов… Честно говоря, не уверена, что я сама с таким легко справлюсь. А я ведь верховный маг и сумрачных дел мастер – высшее звено в нашей сфере деятельности.

– И ему не подчиняется ма́трикс, – Персиваль выразительно постучал по месту потайного кармашка на рукаве мантии, где у каждого сумрачного странника был спрятан индивидуальный проверочный артефакт в виде золотой монеты. – Рядом с ним артефакт сходит с ума и беспрерывно крутится в воздухе, хотя все мы при этом находимся в реальности. Мы проверяли. Но этот странный господин излучает столь специфичный энергетический спектр, что подобрать ему ма́трикс пока что не представляется возможным.

– А как же он без него отличает сны от реальности? – нахмурилась я. – Мастерам-то бывает сложно отличить, а у новичков всегда с этим большие проблемы.

– А никак, – ректор развел руками. – Он реальность и сновидения вместе считает то ли одним странным сновидением, то ли такой вот поехавшей крышей реальностью, не разделяет эти понятия, что создает определенную путаницу, конечно. В общем, Фэл… С ним – сложный случай. Как думаешь, сможешь докопаться до истины, осилишь?

Ах, ну конечно, теперь мы играем в игру «я тебя заинтригую, а потом завуалировано возьму на слабо», ну да, как же.

Я вздохнула. Персиваль, негодяй, знал, чем меня зацепить. За время моего обучения и в дальнейшем работы в Академии сумрачных странников всякая «дичь» и различные сложные случаи, связанные со сновидениями и необычными сновидцами, стали своего рода моей узкой специальностью, моей визитной карточкой. Если где-то в сновидениях творятся странные дела, которые никто не понимает, – зовите Фелицию! – это вроде как стало аксиомой. Что ж, сама виновата в создании такой репутации.

– Ну ладно, где он, этот ваш гений? Покажите мне его. Я подумаю, стоит ли за него браться. Но сначала надо бы на него посмотреть.

– А мы не знаем, где он! – весело произнес Персиваль с дурной улыбкой на устах.

– В смысле? – мои брови поползли вверх. – Издеваешься надо мной?

– С этим нашим неопознанным снимым объектом курьезная ситуация произошла, – влез в разговор профессор Дора́йсон, мужчина средних лет с курчавыми волосами и ясными серыми глазами. – Мы ждали вас, мисс Фил, ждали вместе с этим молодым человеком. Он сидел вот тут, – Дорайсон кивнул на пустой стул почти в самом конце длинного стола. – Мы как раз обсуждали с лордом Туареттонгом, как нам быть с нашим новым подопечным, все высказали мысль о том, что уж под вашим руководством необычный адепт раскроется во всей красе, – профессор при этих словах отвесил мне льстивый полупоклон. – Мы собирались рассказать молодому человеку о вас, но только начали рассказывать, как он… Исчез. Просто взял и исчез, прямо так, не вставая из-за стола. Не телепортировался, нет. Исчез через сумрачный эфир, кажется.

Я мученически возвела глаза к потолку.

– В чем проблема пройти по следу? Вы же все – верховные маги и прекрасно умеете ориентироваться в таких вещах.

– А ты попробуй встать на его след, – хмыкнул Персиваль. – И сразу поймёшь, в чем проблема.

Я не стала медлить и задавать лишних вопросов и действительно попробовала. Подошла к указанному стулу, потопталась немного вокруг, прощупывая энергетический фон.

И обомлела.

– Его как будто нет, – недоверчиво произнесла я. – Как будто следа нет… Вернее, он есть, но настолько слабый, что пройти по нему представляется непосильной задачей. Это не след мертвеца, но и не след живого человека. Он будто живой и мертвый одновременно. Никогда не встречала такой след… Ни на что не похожий.

– Вот именно, – весомо кивнул ректор. – Теперь понимаешь наше смятение?

– Понимаю, что проблем с этим студентом не оберемся, – пробормотала я себе под нос. – А это что?

Взяла со стула темно-синюю рубашку, покрутила в руках. Заметила, что под стулом валяются также брюки, носки… Вон и ботинки мужские стоят. Энергетический фон от одежды был такой же странный, двойственный.

– Наш неопознанный снимый объект исчез отсюда прямо так, без одежды, – хмыкнул Дорайсон.

Я нахмурилась.

Та-а-ак.

Закралась ко мне сму-у-утная такая догадка…

–…разгуливает сейчас, небось, где-то такой вот красавец, без одежды, в таком же виде, в каком он ранее свалился на нас с неба…

– С неба? – я до побелевших костяшек пальцев стиснула синюю рубашку в руках.

– Ну это я фигурально выражаюсь, – отмахнулся Дорайсон, пожимая плечами и недоуменно поглядывая на мою напряженную позу.

– Он вообще со странностями, и очень большими, – вмешался в разговор Седрик Кро́йслер, профессор по медитативным практикам. – У него есть тенденция исчезать ни с того ни с сего в одном месте и появляться в другом. Такие хаотичные перемещения вызваны очень яркими вспышками магии в нем. Между прочим, этот мистер Рэйес…

– Рэйес? – онемевшими губами перебила я.

Седрик кивнул, не обращая внимание на мое побледневшее лицо.

– Фамилия его неизвестна, он помнит только свое имя. Из его памяти эту информацию тоже выудить не удалось. Поэтому мы пока называем его просто Рэйес. Так вот, вам важно знать, что он…

– Погодите… А как он выглядит? – медленно протянула я, до последнего момента наивно надеясь на то, что всё это – просто нелепое совпадение, не более.

– Да что рассказывать? Вы сейчас и сами с ним познакомитесь, – лорд Туареттонг широко заулыбался, глядя на скрипнувшую дверь за моей спиной. – К счастью, он сам вернулся. Познакомьтесь с вашим новым подопечным, мисс Фил.

Я медленно обернулась и уставилась на уже знакомого мне высокого широкоплечего красноглазого брюнета, застывшего в дверях кабинета.

Это был тот самый мужчина, с которым я столкнулась недавно. Очки, кстати, были на месте. И это был всё так же единственный аксессуар на этом невозможном мужчине.

– О! Так вот где я ее оставил! – радостно воскликнул Рэйес, глядя на свою валяющуюся одежду. – Совсем забыл об этом! А то хожу, ищу по всей академии…

Он шагнул к стулу и как ни в чем не бывало начал одеваться. Нисколько не смущаясь ни своей наготы, ни обомлевшей меня, стоящей рядом с открытым ртом.

Какая прелесть…

Возникло желание попросить этого молодого человека отсыпать мне пару ведер своей самоуверенности.

– Вы прям в таком виде искали? – устало вздохнул ректор, качнув головой и потянувшись к своей курительной трубке.

– Ну да. А что, нельзя, да? Это тоже неприлично? – с искренним таким недоумением спросил Рэйес, запрыгивая в брюки.

И, дождавшись утвердительного кивка от всех профессоров, тяжело вздохнул и сказал:

– Можно мне выдать какой-нибудь список приличий в этом мире? Я его выучу и буду соблюдать, честное слово! Так сложно запомнить всю эту шелуху…

С моих уст слетел нервный смешок

– …не понимаю, зачем она нужна. Но, раз уж нужна, и раз я тут, то надо играть по вашим правилам, верно?

Персиваль с невозмутимым видом повернулся к коллегам и обратился к усатому темноволосому мужчине:

– Оберно́н, подготовь такой список как можно быстрее и передай его Рэйесу.

– Ты что, серьезно? – брови Обернона взлетели вверх и скрылись за челкой.

– Ну да, – вздохнул Персиваль, устало потирая лоб. – Надо же ему как-то помочь быстрее ужиться в реальной жизни. А мистер Рэйес действительно не помнит банальных вещей и считает само собой разумеющимися какие-то вещи, которые для нас, ну… диковаты. Да и кратковременная память у мистера Рэйеса пока тоже хромает, как мы можем видеть по его поведению. За ним пока нужен глаз да глаз.

Рэйес тем временем, наконец, принял почти приличный вид и аккуратно взял из моих рук рубашку.

– Позволите?..

Он быстро накинул на себя рубашку, и я не успела уловить, в какой момент он перехватил мою ладонь так, чтобы поднести ее ближе к себе и нежно коснуться губами моих пальцев.

– Рад вновь увидеться со столь прекрасной леди, – произнес он низким бархатным голосом.

А указательным пальцем Рэйес ласково погладил мою ладонь.

Внимательного взгляда при этом с меня не сводил. И улыбался уголками губ. Знаете, так улыбаются не сомневающиеся в себе молодые адепты, попавшие в неловкую ситуацию, а знающие в себе толк опытные мужчины, умеющие крутить женщинами так, как им хочется.

Я опешила и растерялась, в который раз за это безумное утро. Давно меня так часто не вводили в ступор. Вообще не помню, когда в последний раз такое было, разве что когда совсем уж подростком была.

Ага, то есть про зубную щетку мы не помним, а умение смотреть в самую душу вот этим пронзительным взглядом осталось на уровне подсознания, что ли? Ох, лучше бы он забыл, как стрелять вот такими вот глазками…

На этом моменте я разозлилась. На себя, на свою странную, слишком острую реакцию на этого мужчину. На самого Рэйеса, который натурально свалился мне на голову. На ректора, в конце концов, за то, что он ввязывает меня во всё это.

Резко отдернула ладонь и демонстративно вытерла ее платком.

– О субординации, я так понимаю, вы тоже ничего не помните? – процедила зло сквозь зубы.

– Читал про нее как раз сегодня, – серьезно ответил Рэйес, поправляя покосившиеся очки. – Но я тщательно изучил информацию об этом и запомнил хорошо, что такого рода поцелуи являются вполне приемлемыми в вашем обществе. И даже – данью уважения. Единственные поцелуи, которые можно применять в официальных случаях, вроде нашего. Не бог весть что, учитывая то, как сильно мне хочется вас поцеловать всё утро, но на безрыбье и рак – рыба. Кажется, так говорят в вашем мире?

Воздухом поперхнулась не только я, но и ректор. Лорд Туареттонг смотрел на Рэйеса не менее возмущенно, чем я. И слов для выражения эмоций не находил. Вернее, слова находились, но сплошь нецензурные.

– А, так вы уже знакомы? – произнес Обернон, нарушая возникшую неловкую паузу.

– В каком-то смысле, – пробормотала я. – Этот бестактный молодой человек свалился на меня с неба, пока я шла к академии. Полагаю, он как-то неправильно вышел из эфира сновидений, хотя я все равно не понимаю некоторых деталей. Но, в общем, пришлось познакомиться. Потом он, хм… Пропал непонятно куда, – сказала, не став пока уточнять про свою подозрительную потерю сознания. – И я совсем не рассчитывала, что встречу его вновь, тем более – тут.

Ну, сейчас он хотя бы был в одежде… В одежде он, кстати, выглядел еще более привлекательным. Это у него точно врождённый талант.

– А врать в этом мире тоже положено как попало и кому попало? – полюбопытствовал Рэйес.

Не сразу поняла, о чем он, потому уточнила:

– В каком смысле?

– Ну, вы так забавно врете о том, что не рассчитывали меня увидеть вновь, – расплылся Рэйес в очаровательной улыбке.

«Хотя если бы это на самом деле было так, то мой перстень давно оказался бы в мусорном ведре», – отчетливо услышала я его голос в своей голове.

Я аж вздрогнула от неожиданности.

Не поняла… А это он как так легко и просто прошел через все мои защитные блоки ментальным посланием?..

Так, всё, хватит с меня этих игр.

– Я не буду его куратором, – заявила категорично, развернувшись к выходу из кабинета.

Сердце отбивало рваный ритм.

Единственное, чего мне сейчас хотелось, это уйти подальше от этого странного Рэйеса, который заставлял меня нервничать. Уйти и попробовать самой поискать интересующую информацию.

Мои коллеги тут же всполошились.

– В чем дело, мисс Фил?..

– Мисс Фил, но мы на вас так рассчитываем!..

– Фелиция, ты являешься одним из лучших сумрачных странников, которого я когда-либо видел. Быстрая, ловкая, необычайно умная. Храбрая, способная решить любую головоломку…

– Вы так меня хвалите, как будто продать пытаетесь этому студенту, – фыркнула я, через плечо бросив гневный взгляд на ректора. – Лорд Туареттонг, позвольте напомнить, что я не являюсь породистой лошадью. И подчиняться вам во всем не обязана, так как являюсь внештатным приглашённым сотрудником и вольна в любой момент уйти, вообще отказавшись вам помогать. Я так делать не буду. Пока что не буду, – холодно добавила я. – Позже подпишу документы и сегодня же приступлю непосредственно к своим обязанностям, как мы и договаривались. Но ни о каком кураторстве не может идти речи.

– Но… – начал было Персиваль.

Однако я жёстко оборвала:

– Хватит с меня этого цирка. Вы за кого меня держите? За девицу, которая будет носиться с этим своего рода новорожденным в этом мире? – я кивнула на Рэйеса. – Возня с детьми не является моим амплуа, а этот адепт сейчас похож на ребенка, которого нужно всему обучать с нуля и следить, чтобы он случайно из «колыбельки» не выпал. Оставлю это сомнительное удовольствие вам, господа.

Я отвесила коллегам вежливый реверанс с легким флёром бешенства и ярости, затем решительно распахнула дверь.

Вот только вместо ожидаемого коридора академии магии я внезапно обнаружила себя шагающей не за порог ректорского кабинета, а за край непонятно откуда взявшегося утёса… И миг спустя камнем полетела вниз с обрыва.