Святой преподобный Серафим Вырицкий и Русская Голгофа
- -
- 100%
- +
В дни праздников торговали в течение 4-х часов, после обедни и трапезы, а полных выходных в году было 3 – на Рождество, на Пасху и на Троицу. На Масленицу, в Прощеное и Фомино воскресенья работали с 12 часов дня, чтобы с утра можно было пойти на богослужение. Предприятие Муравьевых было одним из немногих в Апраксином Дворе, где в праздничные дни торговля полностью прекращалась.
Замечательной духовной традицией апраксинцев являлось проведение Крестных ходов с иконами и хоругвями вдоль всех торговых корпусов, от Садовой улицы до Фонтанки. Эти радостные торжественные шествия, в которых участвовали и торгующие, и посетители, всегда собирали множество верующих людей.
Крестный ход у торговых корпусов Апраксина Двора. Начало XX века.
С присущим ему усердием трудился Василий Николаевич на новом поприще, и со временем его контора стала хорошо известна на международном рынке, где ее продукция пользовалась неизменным успехом и спросом. Чуть только предприятие начало приносить прибыль, Василий Николаевич стал выделять значительные пожертвования на благоустроение Иверской обители и в дальнейшем постоянно поддерживал этот дивный духовный цветник, насажденный отцом Варнавой.
Основными добродетелями, которым Василий Николаевич следовал в жизни, были: правда, любовь и добро, причем в самом высоком их понимании – как дела, совершаемые Христа ради; как подвиг истинной веры. В сердце своем носил он слова преподобного Серафима Саровского: «Истинная цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святаго Божия. Пост же и бдение, и молитва, и милостыня, и всякое Христа ради делаемое доброе дело – суть средства для стяжания Святаго Духа Божия. Заметьте, что лишь только ради Христа делаемое доброе дело приносит нам плоды Святаго Духа. Все же не ради Христа делаемое, хотя и доброе, но мзды в жизни будущего века нам не приносит, да и в здешней жизни благодати Божией тоже не дает… Стяжание все равно, что приобретение… выгадывайте время для получения небесных благ через земные товары. Земные товары – это добродетели, делаемые Христа ради, доставляющие нам благодать Всесвятаго Духа» [19, с. 44–45].
Многие говорят о спасении, немногие этого желают и лишь считанные единицы к нему искренне, всеми силами стремятся. Уйдет в землю наша тленная плоть; все вещественное, что созидал человек в миру, останется за границей видимого и невидимого; а душа безсмертная в Вечность последует… С каким багажом? Да с тем, что носило сердце во временной земной жизни. Помним ли мы об этом?
Отдавая много сил и времени земным трудам, никогда не забывал Василий Николаевич о том, что дела, творимые во имя спасения – это единственное, по-настоящему полезное и достойное занятие в жизни человеческой. Он неустанно совершенствовал себя в христианских добродетелях и, как более опытный в духовной жизни, помогал в этом Ольге. Всегда старались они жить по Духу Евангелия, а в немощах своих просить помощи у Господа, Пресвятой Богородицы и святых угодников Божиих.
В духовных наставлениях преподобного старца Парфения Киевского читаем: «Нищелюбие и нестяжание великие сокровища уготовляют душе…» [18, с. 37] Самоотверженно служил ближним Василий Муравьев. Его любвеобильная душа не могла равнодушно пройти мимо чужого горя. Его безкорыстие удивляло и поражало Ольгу в первые годы супружеской жизни – множество людей находили в их доме и хлеб, и приют. С искренней радостью мог отдать Василий новую вещь со своего плеча незнакомому страннику… В каждом нищем был готов видеть он Самого Иисуса Христа, и Господь сторицей вознаграждал Василия за это – успешно шли торговые дела, находились необходимые на внутренний подвиг в миру силы, а в семье царили единомыслие и любовь о Господе.
Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф. 18, 20). Супруги Муравьевы прежде всего были родными по духу. Их любовь, которую они пронесли через многие годы, была чистой и глубокой. Это было воистину освященное благодатию Божией единение душ. Среди близких знакомых четы Муравьевых были только единомысленные, благочестивые люди, предпочитавшие душеполезные занятия мирским развлечениям и забавам. Когда позволяли дела, молодые супруги совершали паломнические поездки ко святыням русской земли. Всегда и во всем выполняли они наставления батюшки Варнавы и были преданнейшими его духовными детьми. Так, рука об руку, шли Василий и Ольга узким путем среди суетного мира, шумною и бездумною толпою устремляющегося по широкому, пространному пути к вечной погибели.
Ревнуя о спасении
Дело в руках – молитва в устах, в уме, в сердце.
(Преподобный Варнава Гефсиманский)Мир стоял на пороге XX столетия. Уже в ту пору витала над ним тайная скорбь последних времен – революционеры толкали Россию на путь явного богоотступничества. «Передовые мыслители» призывали общество к антихристовой «свободе». Слепые вели слепых. Многие возжелали «светлого будущего» на грешной земле, забывая об истинной цели человеческого существования, о Небесном Отечестве нашем. Это была жалкая попытка отыскать рай там, где его неотвратимо уже потеряли – среди больного, поврежденного грехом человечества. За всем этим стоял отец лжи – падший Денница, умело направлявший ослепленный, безумный мир к пропасти вечной погибели. Остались в забвении пророческие слова преподобного Серафима Саровского, без внимания – грозные предупреждения святителей Игнатия Брянчанинова и Феофана Затворника о грядущей апостасии, отступничестве от Бога и Православной Церкви. На всю страну звучали тогда пламенные проповеди великих пастырей – праведного Иоанна Кронштадтского и старца Гефсиманского скита иеромонаха Варнавы. Они предсказывали наступление гонений за веру и воцарение на целые десятилетия воинствующего безбожия.
Сказал безумец в сердце своем: нет Бога (Пс. 13, 1). «Ныне нравы христиан чрезвычайно расслабели и растлились так, что для многих нет ничего святого. К такому состоянию нравов привела нашу интеллигенцию, и отчасти простой народ разнузданная печать, особенно подпольная. Долго она домогалась полной свободы, и, наконец, достучалась. И прежде она была нередко беспутна, а теперь больше, – и как быстро распространяется и в каком множестве! Она вытесняет Слово Божие и овладевает умами и сердцами, подстрекая русский народ ко всякому беспутству» [45, с. 43], – писал в ту пору праведный отец наш Иоанн Кронштадтский.
Православная Русь была тем камнем преткновения, который мешал врагу спасения окончательно поработить себе весь мир. Он бросил против нее все силы ада, самые отборные свои полчища: «В редком заседании Святейшему Синоду не приходится обсуждать вопросы о ересях, старых и вновь возникающих, о распространении сектантства, о каких-то загадочных, часто невежественных проповедниках, привлекающих к себе тысячи православных» [47, с. 191].
Лишь немногие оставались верны Церкви, и среди них – Василий и Ольга Муравьевы, свято хранившие чистую детскую веру и заветы отцов. Послушные наставлениям батюшки Варнавы, смотрели они на мятущийся мир как бы со стороны, – не заглядываясь на его обманчивую красоту, не прилагая свои сердца ни к чему земному. Более всего они думали о том мире, в который всем нам придется переселиться, о мире Вечности. К ней и готовили себя с молодых лет супруги Муравьевы. По-прежнему, творили они дела любви и милосердия, всецело уповая на Господа и молитвенное предстательство Пресвятой Богородицы и святых угодников Божиих.
Древние христиане говорили: «Добрые браки основываются не на золоте и красоте, но на добродетели» [25, т. I, с. 201]. В те далекие времена, прежде всего, простота и скромность украшали христианский брак. Обращаясь к христианским супругам, известный первохристианский богослов и писатель Тертуллиан говорит: «Являйте собою красоту пророков и апостолов…
Привяжите Слово Божие к ушам вашим, а иго Христово к шее своей…» [25, т. I, с. 203]. Важнейшим качеством для мужа и жены, находившихся в благословенном браке, считалось тогда обоюдное попечение о спасении души.
У древних христиан жены весьма часто именовались «сестрами» своих мужей, и, в самом деле, некоторые супруги жили друг с другом как брат с сестрою, на некоторое время или навсегда отказывая себе в брачных удовольствиях. С первых веков христианства известно, как некоторые семейные пары, после того, как у них рождались дети, постепенно переходили к воздержанию от телесного общения. Но даже в те времена такое решение настолько выходило из обыкновенного порядка вещей, что почиталось немалым подвигом [25, т. I, с. 202]. Согласно апостольскому слову, такое воздержание могло иметь место только при обоюдном согласии супругов и во имя более высоких духовных целей – упражнениий в посте и молитве (1 Кор. 7, 1–7).
Сей высокий подвиг и приняли на себя Василий и Ольга Муравьевы. 30 января 1895 года в их семье родился сын Николай, а затем появилась на свет и дочь Ольга. Однако, последняя отошла ко Господу еще невинным младенцем, и после ее кончины, по обоюдному согласию и благословению отца Варнавы, Василий и Ольга стали жить, как брат и сестра. Молитвы духовного отца помогали им устоять в этой решимости.
Однажды с Василием Николаевичем произошел удивительный случай, о котором он поведал своей супруге спустя многие годы. Это было во время одной из его встреч со старцем Варнавой в Гефсиманском скиту. Преклонив колени, долго молились они вдвоем у аналоя перед образами в келлии великого старца. Затем отец Варнава встал, трижды благословил духовного сына, возложил ему на главу руки и вновь помолился. То, что произошло после этого благословения, трудно поддается описанию – в душе и на сердце Василия Николаевича разлилось какое-то необыкновенное спокойствие, которое не оставляло его уже на протяжении всей последующей жизни; вместе с тем, у него необычайно обострилось духовное зрение, окрепла и без того удивительная память…
Когда старец приезжал в Петербург и останавливался там на несколько дней, Василий старался чаще находиться при нем, а порою по его благословению даже прекращал свои торговые дела и занимался единственно служением старцу – сопровождая в поездках по Петербургу и исполняя различные поручения его. Вдохновляя своего духовного сына, отец Варнава, тем не менее, предупреждал его: «Много придется тебе и претерпеть за труды твои, но не унывай никогда. Это гонения ненавистника нашего спасения. Придет время и скорби сменятся духовной радостью».
Святой преподобный Варнава Гефсиманский – духовный отец Василия и Ольги Муравьевых.
Все фото из семейного архива любезно предоставлены правнуком преподобного Серафима Вырицкого Геннадием Александровичем Муравьевым.
Запись о венчании Василия Николаева Муравьева и Ольги Ивановой Нетрониной в метрической книге Казанского храма города Рыбинска.
Имена поручителей по жениху и невесте в метрической книге Казанского храма города Рыбинска.
Основанная преподобным Варнавой Гефсиманским Иверская женская обитель Нижегородской губернии, благотворителями которой были супруги Муравьевы.
Ольга Ивановна Муравьева (справа) с духовной сестрой. 1897 год. Справа – обратная сторона фотографии.
Василий Николаевич и Ольга Ивановна Муравьевы в кругу семьи. Начало XX века.
Семья Муравьевых в вагоне Поезда Берлин – Вена. Снимок около 1900 года.
Ольга Ивановна Муравьева с сыном Николаем Павловск, лето 1902 года.
Справа – обратная сторона фотографии.
Дом № 7 по Казачьему переулку Санкт – Петербурга (современный вид), где семья Муравьевых проживала с 1892 по 1895 год.
Дом № 65 по Гороховой улице (современный вид), где семья Муравьевых проживала с 1896 по 1905 год.
Годовые отчеты Ярославского благотворительного общества со списками действительных членов, в которых с 1905 по 1917 годы значился и Василий Николаевич Муравьев.
Почетный жетон действительных членов Ярославского благотворительного общества (изготовлялись двух видов: серебряные и золотые).
Видные деятели Ярославского благотворительного общества:
Святой праведный Иоанн Кронштадтский.
Архиепископ Ярославский и Ростовский Тихон (Беллавин), с 1917 по 1925 годы – Святейший Патриарх Московский и всея России, исповедник.
Ярославское благотворительное общество. Чернышев пер. 18. Группа учредителей общества. 1914 год. Фотография Карла Буллы.
Семейный портрет Муравьевых. Около 1905 года.
Николай Муравьев. Царское Село. 1908 год.
Дом № 20 по Апраксину переулку Санкт-Петербурга (современный вид), принадлежавший владелице Апраксина двора графине Марии Дмитриевне Апраксиной. Здесь семья Муравьевых проживала с 1905 по 1917 год.
Воскресенский Новодевичий женский монастырь в Санкт-Петербурге с больницей и богадельней. Его благодетелями и попечителями много лет являлись супруги Муравьевы. Начало XX века.
Монахиня Феофания (Рентель) – казначея Воскресенского Новодевичьего монастыря (с 1916 года его последняя игумения) и благодетельница обители – Ольга Ивановна Муравьева (с 1920 года – монахиня Христина, в схиме – Серафима). Около 1906 года.
Святитель Полтавский Феофан (Быстрое). Будучи ректором Санкт-Петербургской Духовной Академии и духовником Царской Семьи являлся близким духовным другом и наставником Василия Николаевича Муравьева.
Викарий Санкт-Петербургской епархии, епископ Гдовский Вениамин (Казанский) – духовный друг и наставник Василия Николаевича Муравьева.
Справа налево: Василий Николаевич Муравьев, Николай Васильевич Муравьев, Вера Дмитриевна Шихобалова (с 1917 года – монахиня Воскресенского Новодевичиего монастыря Иоанна Шихобалова, упокоенная на Вырицком церковном кладбище) и Ольга Ивановна Муравьева. Около 1914 года.
Храм Воскресения Христова на набережной Фонтанки, 59.
При храме действовали приходская школа, приют, больница и богадельня, одними из попечителей которых были супруги Муравьевы.
Николай Васильевич Муравьев – студент Санкт-Петербургского университета.
Николай Васильевич Муравьев в годы Первой мировой войны.
В. Н. Муравьев. 1916 год.
Запись в книге Петроградского купечества гласит: «Муравьев Василий Николаевич, 50 лет. Петроградской 2-й гильдии купец с 1915 года, веры православной.
Жительстует: Спасская часть, 2-й участок, Апраксин переулок, дом № 20.
Торгует мехами и меховыми изделиями в доме жительства.
При нем: жена Ольга Ивановна и сын Николай, 21 года.
Сословное свидетельство 2-й гильдии № 3734, промысловое свидетельство 2-го разряда № 3733»
Согласно справочной книге «Весь Петроград» Василий Николаевич Муравьев являлся одним из пяти крупнейших мехоторговцев Петрограда.
Особенно приближают человека к Богу дела любви и милосердия, с чистым сердцем совершаемые. Об этом благовествует Сам Господь, говоря: Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал и вы напоили Меня… так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне (Мф. 25,34–35, 40). В семье Муравьевых уже тогда сложился обычай – после Литургии в дни двунадесятых праздников, праздников в честь чудотворных икон Божией Матери и чтимых святых в доме накрывали многие столы с самыми разнообразными кушаниями и зазывали с улицы на трапезу всех неимущих. После чтения «Отче наш» Василий Николаевич обычно произносил небольшую речь, рассказывая историю и смысл наступившего праздника, а затем поздравлял всех, кто пришел под кров его дома. После трапезы и благодарственных молитв ко Господу хозяин всегда благодарил присутствующих за то, что они посетили его дом. На дорогу супруги обычно щедро наделяли гостей деньгами, вещами, продуктами и приглашали к следующему празднику. Будучи верным учеником отца Варнавы, Василий Муравьев убежденно говорил: «Все зло надо покрывать только любовью. Чем ты ниже саном, беднее, тем ты мне дороже…» Один Бог ведает, сколько нищих и убогих от всего сердца поминали в своих простых молитвах, обращенных ко Господу, имена Ольги и Василия, и испрашивали здравия и спасения своим благодетелям.
Сами же супруги Муравьевы питались очень скромно, употребляя простую и здоровую пищу в небольших количествах. Это был телесный подвиг, совершаемый в строгом согласии со святоотеческим учением и по истинно духовному рассуждению – умеренная наружная жизнь вместе со хранением тела в ровности и здравии, необходимых для подвига внутреннего, духовного. Как было уже упомянуто, с детских лет Василий Николаевич любил постничать. Ольга тоже старалась подражать ему. После того, как супруги Муравьевы принесли обет целомудрия, в доме их к среде и пятнице присоединился еще один постный день – понедельник. Воистину, не хлебом единым жив будет человек…
Собирая мед духовный
И все, что вы делаете, словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря через Него Бога и Отца.
(Кол. 3, 17)О поведении православного христианина в миру
Всякий труд, всякое дело и все свои способности направляли Василий и Ольга к единственной цели – спасению. Любовь к Богу и ближнему служила началом всякому их делу. Чудно просвещаемые Словом Божиим и отеческим руководством старца Варнавы, благочестивые супруги жили в миру, среди множества людей, словно в пустыне. Среди мирских забот и соблазнов они хранили в себе мир сердечный. Старательно ограждали они свои души от всякого пристрастия к чему-либо мирскому и неугодному Богу. Между тем, при строгом внимании к себе, сохраняли они ко всем ближним, в среде коих приходилось им пребывать, любовь истинно христианскую – чистую и непорочную; никого никогда не осуждая, но с терпением и кротостью терпя немощи ближних.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
С ноября 2005 года настоятелем храма является протоирей Георгий Преображенский.
2
Прославлен в лике местночтимых угодников Божиих Московской епархии в сонме Радонежских святых 19 июля 1995 года.
3
С 1915 года они получают статус постоянных жителей города, и Василий Николаевич становится действительным Петроградской 2-й гильдии купцом. Надо сказать, что 2-я купеческая гильдия отличалась от 1-й размером заявленного капитала, но состоять в ней было не менее почетно. Сам глава Санкт-Петербургской купеческой управы Иван Семенович Крючков долгое время был купцом 2-й гильдии. В нее входили такие предприниматели, как всемирно известный часовщик Павел Буре и другие уважаемые в столице люди.
4
Подробнее о деятельности Общества по распространению коммерческих знаний см. Дополнения на с. 375.