Три жениха на мою голову

– Ксюша, ты что там делаешь? – раздался голос Марины.

– С дядей разговариваю.

– С каким еще дядей? Домофон звонил? Ты ответила? Кто там?

– Марин, это я, – произнес я громко.

– Федор… – голос Марины звучал растеряно.

– Можно мне войти?

– Но… Зачем?

Хороший вопрос. Но я на него пока отвечать не буду.

– Ладно, заходи.

Дверь открылась.

Марина встретила меня в длинном махровом халате и в полотенце на голове. Похоже, она была в душе, поэтому и не услышала звонка. Она выглядела свежей, юной и прекрасной. Ни капли не изменилась, совершенно не повзрослела… И, кажется, стала еще красивее.

Я был серьезен и собран, но на периферии моего сознания все же возникли совершенно неприемлемые мысли. Вернее, образы. Воображение подбросило мне пару жарких картинок: как Марина выглядела в душе, что скрывает этот ее плотный и длинный халат…

Тряхнув головой, я избавился от наваждения.

Ксюша стояла рядом. И я воспользовался этим, чтобы отвлечь Марину от вопросов о цели моего прихода.

Что я отвечу, если она спросит, зачем я пришел? Я пришел, потому что мне хотелось ее увидеть. А благовидного предлога мне придумать не удалось.

– Ксюша считает, что я старый, – заявил я. – А ты что думаешь по этому поводу?

Марина растерянно посмотрела на меня, перевела взгляд на Ксюшу.

– Ты умеешь делать бумажных динозавров? – спросила та.

– Не умею, – пришлось признаться мне.

– А дядя Егор умеет.

В этот момент мне резко захотелось сломать что-нибудь ненужное. Или нужное. Дядя Егор! Они уже виделись. Он уже завоевал расположение девочки.

А я дебил. Не догадался купить ребенку игрушку. Идиота кусок! Надо в следующий раз принести какую-нибудь куклу. Вернее, не какую-нибудь, а самую большую и красивую.

Я все еще переминался с ноги на ногу в прихожей. И ждал приглашения войти. Все же у меня в руках торт, вполне логично пригласить меня на чай.

Букет я вручил Марине, торт протянул Ксюше.

– Я люблю торт, – сказала она. И вежливо добавила: – Спасибо!

– Тебе вредно много сладкого, – произнесла Марина.

И с упреком посмотрела на меня.

Опять я попал впросак!

Егор

– А когда мы пойдем на елку? – пропищала Арина.

Она устроилась в детском кресле на заднем сиденье моего автомобиля. Я забрал ее у сестры, пообещал сводить на центральную елку, в снежный городок и в кондитерскую. А еще – купить заводного пони. Я бы ей и звезду с неба пообещал, лишь бы она со мной поехала.

Вообще обычно она сама просит куда-нибудь с ней сходить, но сегодня, как назло, заупрямилась. Сидела, ковырялась в игрушечном домике, где разноцветные лошади сидели за столами, лежали в кроватях и отмокали в бассейне. И не хотела со мной идти. А мне нужен был повод заявиться к Марине!

Я придумал идеальный: приехать с Ариной, позвать Ксюшу на елку. Уверен, она не откажется. Особенно, если я ей скажу, что в снежном городке есть ледяной динозавр. На самом деле это, кажется, дракон. Но я не думаю, что Ксюша разберется.

По дороге я заметил магазин игрушек и понял: надо прийти с подарком. Это повысит шансы на успех.

– Приехали, – сказал я Арине. – Пошли покупать пони.

– Ура! – закричала она и завозилась в кресле.

К счастью, заводной пони нужной масти в магазине нашелся, так же, как прикольный разноцветный динозавр, кивающий головой и дергающий лапками.

– Мы едем в гости к одной девочке. Ее зовут Ксюша, – сообщил я Арине.

– Я хочу на елку!

– Потом поедем на елку. Вместе с Ксюшей.

– Не хочу с Ксюшей!

– Почему? Ты ее даже не видела. Вы с ней обязательно подружитесь, она хорошая девочка.

Немного внушения не помешает. Мне важно, чтобы эти две пигалицы заинтересовались друг другом. Но я не представляю, как можно этому поспособствовать. А вдруг они друг другу не понравятся? Тогда затея с елкой провалится.

Ладно, по ходу разберемся. Для меня главное – вызвать Марину на откровенный разговор.

Я до сих пор помню номер квартиры Инги: бывал здесь не раз, вместе с Мариной. Нажав кнопки домофона, я стал ждать ответ.

– Да, – услышал я голос Марины.

– Привет, это мы, – произнес я радостно. – И с нами разноцветный динозавр.

– Мы – это… – растерянно проговорила Марина.

– Я и Арина, моя племянница. Мечтает познакомиться с Ксюшей.

Арина в этот момент одной рукой нежно обнимала своего пони, а второй тянула меня к машине, потому что хотела поехать на елку. Хорошо, что Марина этого не видит!

Домофон пискнул, я толкнул дверь.

В лифте произошел небольшой инцидент. Арина захотела сама нажать на кнопку. Я ее поднял, она ткнула сначала на седьмой этаж, а потом начала жать на все кнопки одновременно, задействовав обе руки. Она даже пони выронила!

Правда, тут же завопила:

– Искорка упала! Она ушиблась! Она плачет!

Я спустил племянницу на пол, она схватила свою странную фиолетовую лошадь и начала яростно гладить ее гриву.

– Не плачь, Искорка, – приговаривала она. – До свадьбы заживет.

А я, тем временем, упорно жал на кнопку седьмого этажа. Никакого эффекта. Надавил на кнопку открывания дверей – то же самое. Неужели мы застряли в этом дурацком лифте?

К счастью, двери все же открылись. Потом снова закрылись, и мы поехали.

– А тебе нравятся динозавры? – спросил я Арину.

– Мне нравится Искорка.

– Динозавры прикольные, – произнес я.

– Дай посмотреть.

Арина протянула руки к коробке с динозавром, которую я держал подмышкой. Она разглядывала разноцветного зверя несколько секунд, а потом выдала:

– Он похож на Спайка.

– На лошадь? – спросил я.

Я знаю, что племяшка постоянно повторяет какие-то странные лошадиные имена.

– На дракончика.

– Вот и хорошо! – обрадовался я. – Расскажешь об этом Ксюше. Она, наверное, не знает Спайка.

– И Искорку не знает? И Рарити?

Мы уже вышли из лифта. Подошли к двери квартиры.

– А принцессу Луну знает? – теребила меня за рукав Арина.

– Вот у нее и спросишь.

Дверь распахнулась. На пороге стояла Марина. А за ее спиной… Федор.

Что он здесь делает?!

Марина

Услышав в трубке домофона голос Федора, я слегка запаниковала. Зачем он пришел? Что ему нужно? И еще очень интересно, о чем они беседовали с Ксюшей, пока я была в душе. Не ожидала от Стрекозы, что она схватит трубку домофона, услышав звонок! Дети быстро всему учатся, не надо об этом забывать.

Я только вышла из душа, на мне халат, на голове – полотенце. А Федор стоит у двери подъезда… Я не хочу его впускать. Может, сказать: “Уходи”? Это будет грубо. И слишком драматично. Как будто для меня все еще имеет значение то, что произошло пять лет назад. Не имеет! И я не понимаю, что ему от меня нужно.

Ладно, так и быть. Пусть заходит. Спрошу лично. Но приглашать его в гости я не собираюсь. И срочно наряжаться к его приходу – тоже. Раз я в халате… пусть видит меня в халате. Я не планирую производить на него впечатление.

Он вошел с букетом и тортом. Боже, какие красивые цветы! И как их много! Но я не показала, что впечатлена букетом.

Я только открыла рот, чтобы спросить, зачем он пришел, как Федор заявил, что Ксюша считает его старым. О чем они говорили по домофону, хотелось бы мне знать!

То, что Ксюша с ходу завела речь о динозаврах, меня не удивило. Но зачем она приплела Егора? Я видела, как Федор изменился в лице. Появилось то самое жесткое и упрямое выражение, которое я хорошо помню с прошлых лет… Неужели все повторяется? Неужели между этими двумя снова начнется соперничество?

А ведь вчера Федор говорил, что ему есть кого лапать. И, следовательно, я его не интересую. И, тем не менее, сегодня он пришел.

Ксюша схватила коробку с тортом и помчалась на кухню. Мне пришлось срочно последовать за ней. Стрекоза вполне способна умять пол-торта за две минуты! Я не должна этого допустить.

Я успела выхватить у нее коробку и водрузить ее на верхнюю полку холодильника.

– Я хочу торт! Дядя принес торт мне!

– Не только тебе, а всем нам. Мы будем пить чай все вместе: я, ты, Инга. Может, Миша придет.

– А дядя Егор придет?

– Вряд ли.

Я подняла голову и увидела Федора. Он стоял в дверях кухни, уже без пальто и без ботинок.

– Я бы не отказался от чая, – произнес он. – И от кусочка торта.

– И я бы не отказалась от торта, – спопугайничала Ксюша, состроив комичную умоляющую рожицу.

– Торт – после обеда, – произнесла я строгим родительским голосом.

– После супа? – уточнила Ксюша.

Ксюша вздохнула.

– Ладно, давай свой противный суп.

– А мне можно противного супа? – выдал Федор.

Этот человек вообще знаком с правилами приличия? Сам себя пригласил на кухню, да еще и супа требует! И к тому же называет его противным. Он вкусный, между прочим!

– Нельзя, – резко ответила я Федору.

– Ну ты, Гаврилова, жадина!

Я испепелила его взглядом. Я бы очень многое хотела ему сказать! Но присутствие Ксюши не позволяло.

Федор уселся на табуретку. Я взяла половник и открыла крышку кастрюли.

И в этот момент раздался звонок домофона.

Я пошла в прихожую, не подозревая, что меня ждет. Еще один очень знакомый голос в трубке домофона. Егор! С динозавром и племянницей. Не пустить их я не могу… Я нажала кнопку и пошла в спальню переодеваться. У меня целая толпа гостей, нехорошо встречать их в халате.

Это было как дурной сон. Только в кошмаре можно попасть в такую жуткую ситуацию: двое твоих бывших, непримиримые соперники, заявились к тебе в гости! Я не представляю, что будет, когда Егор поднимется и увидит Федора.

И когда Федор узнает, кто сейчас звонил в домофон.

Надо идти открывать. Я и так слишком долго копаюсь. Даже странно, что Егор все еще не позвонил в дверь.

Федор с Ксюшей по-прежнему на кухне и, судя по звукам, сами решили разобраться с супом. Если бы можно было как-нибудь быстренько выпроводить Егора! Но он не один, он с племянницей, которая пришла знакомиться с Ксюшей.

Почему он сначала не позвонил, не спросил. Может, меня и дома нет! Что за привычка у этих двоих заявляться без предупреждения! Как будто они уверены, что я сижу и жду их.

Правда, ни один из них не знает моего нового номера телефона… Но это не оправдание!

***

Марина

Я распахнула дверь. Передо мной стоял Егор с упакованной игрушкой в руках, за его руку держалась девочка, обнимающая фиолетового пони. Значит, это и есть его племянница, дочка Ольги. С сестрой Егора я была знакома, пересекались пару раз. Я даже знала его родителей, ведь у нас все было серьезно… во всяком случае, Егор был в этом уверен.

Я сразу поняла, что за моей спиной нарисовался Федор. Не потому что услышала его шаги, а потому что увидела выражение лица Егора. Его губы сжались в тонкую ниточку, брови как будто стали гуще и надвинулись на глаза, ну а взгляд… взгляд искрил, как бенгальский огонь.

– Привет, – Егор взял себя в руки и нарисовал на лице добродушную улыбку.

– Мы к вам с динозавром и с предложением сгонять на центральную елку. Пока ее еще не разобрали.

– О, хорошая идея, – раздался позади меня голос Федора. – Поехали.

– Будешь на саночках кататься? – скривился Егор.

– Кстати, привет, – произнес Федор.

– Здорово, – буркнул Егор.

Рук они друг другу не подали.

К нашей невыносимо веселой компании присоединилась Ксюша. Она в легинсах и футболке, а у нас входная дверь нараспашку и тянет холодом.

– Проходите, – пригласила я Егора и Арину.

И мы все оказались в тесном пространстве прихожей.

Егор присел и обратился к Стрекозе.

– Знакомься, это Арина, моя племянница. Она принесла тебе подарок.

И вручил коробку.

– Динозавр! – завопила Ксюша.

– Нравится? – с довольным видом поинтересовался Егор.

– Очень сильно нравится!

– А что надо сказать? – вклинилась я.

– Спасибо!

Так как Егор все еще сидел на корточках, Ксюша бросилась ему на шею. Теперь он не искрил, а сиял, как лампочка в новогодней гирлянде.

– У меня есть Искорка, – заявила Арина, ревниво поглядывая на объятия Егора и Ксюши.

Стрекоза заинтересовалась игрушкой.

– А у тебя есть динозавр?

– Есть. Один.

– А меня дома… сто пятьсот динозавров.

– А у меня… сто миллион динозавров.

– А у меня…

– Хвастунишки, пойдемте есть торт. Но только после супа.

Мы вошли в кухню и застали Федора с поварешкой в руке и – о, боже! – в фартуке, повязанном вокруг талии. Я чуть не прыснула, увидев эту мускулистую хозяюшку… И да, пиджак он снял и остался в одной рубашке.

Закатал рукава, чтобы они не мешали. Или чтобы продемонстрировать прокачанные руки. Зная его, склоняюсь ко второму варианту.

Федор уже успел поставить на стол две тарелки супа и положить ложки. Я усадила девчонок на стулья, Федор поставил чайник и извлек торт из холодильника. Открыл коробку, показал его Арине с Ксюшей.

– Кто первый съест суп, получит самый большой кусок!

Девочки резво застучали ложками.

Я подняла глаза и наткнулась на тяжелый взгляд Егора. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди и исподлобья глядя на Федора. Заметив, что я на него смотрю, снова изобразил улыбку. Хорошо хоть оба воздерживаются от явных проявлений агрессии!

Ксюша с Ариной работают как нейтрализаторы. Не знаю, что бы тут было, если бы не присутствие двух маленьких девочек. Эти двое ненавидят друг друга… и не только из-за меня.

Они стали соперниками с самой первой встречи, когда Федор перевелся в наш университет в начале третьего курса. Первого сентября он примчал на общий сбор на мотоцикле. И новенький автомобиль Егора, которым только что все восхищались, сразу перестал быть крутым.

На физре он залез на брусья и начал выделывать такие фигуры, что все пацаны хором присвистнули от удивления, а девчонки ахнули от восторга. Мускулы под майкой так и перекатывалась, а когда он эту самую майку снял, некоторые из дам оказались чуть ли не в предобморочном состоянии. Пресс у новенького был как стиральная доска – четкие кубики и красивые косые мышцы.

Егор, звезда нашего курса и, пожалуй, всего университета, не мог такого стерпеть. У него тоже были кубики, и его косые были даже более косы, чем у новичка! Мы все в этом убедились, когда он сорвал с себя футболку, прыгнул на турник и начал подтягиваться. На двух руках, на одной, обратным хватом, с прыжком вверх. Ну а потом он тоже показал пару акробатических трюков.

С тех пор их соперничество не прекращалось. И, кажется, оно не прекратилось по сей день.

Федор

Я чувствовал себя пятым колесом от телеги.

С самого начала я оказался лишним. Пока эти двое одевали своих детишек, я топтался в прихожей, как неприкаянный. Но я очень рассчитывал, что Марина с Ксюшей сядут в мою машину.

Мы впятером впихнулись в лифт. Причем я пропустил вперед всех дам, и, заодно, Егора. Он вошел, остановился у самых дверей и нажал кнопку первого этажа. Я впрыгнул в лифт в последний момент, отпихнув его плечом.

Он всегда был таким. Мелкие подлянки исподтишка – это его стиль.

Когда мы вышли на улицу, я гостеприимно распахнул дверь своего автомобиля, который стоял у самого подъезда. Машина Егора оказалась гораздо дальше.

Марина остановилась и, кажется, даже собралась садиться. Но тут влез Егор.

– Поехали с нами. Ксюше будет веселее с Ариной.

Ну и взял бы собой Ксюшу! А я бы повез Марину. И по дороге нашел бы что ей сказать… Но такой возможности мне не представилось. Они все загрузились к Егору.

А я скрипел зубами, сидя за рулем своего новенького внедорожника. По-хорошему, в этот момент мне надо было свалить. А еще лучше было бы вообще не напрашиваться на эту прогулку.

Но, если бы я отступился, это бы означало, что Егор выиграл. Так что я поплелся за ними, соблюдая все правила дорожного движения и не разгоняясь больше пятидесяти километров в час.

Я впервые оказался на центральной елке. Мимо, конечно, проезжал, но даже не поворачивал головы, чтобы на нее посмотреть. Новый год я встречал на тропическом острове, три сумасшедших дня слились в одну бесконечную ночь. Было весело, даже слишком. Так весело, что я с огромной радостью полетел домой и уже третьего января приступил к работе.

Народу на елке было немного, выходные и праздники уже закончились, впереди – только Старый Новый год. Вокруг огромной, сияющей огоньками елки были понатыканы палатки с чаем и сладостями, карусели с музыкой и ледяные фигуры разных зайчиков. А немного в стороне располагался снежный городок с горками, лабиринтами и ледяными крепостями. Туда мы и отправились, причем две малышки неслись так быстро, что мы еле за ними успевали.

Там началась настоящая вакханалия, в которой я принимал активное участие – не стоять же столбом, все сильнее ощущая себя лишним. Я катался с горок вместе с детворой, вытаскивал заблудившихся малышей из лабиринта, падал в снег, притворяясь подбитым, когда в меня попадали снежком. В общем, развлекался на полную катушку.

И при этом очень старался не замечать Егора, хоть это было совсем непросто.

Он, как всегда, действует хитростью. Использует тяжелую артиллерию – собственную малолетнюю племяшку. У меня же племянницы нет… Ну что ж, обойдусь своими силами.

Я заметил, что в последние минут пятнадцать Марина поглядывает на дочку с тревогой. Ксюша так увлеклась лазанием по снегу, что сама почти превратилась в сугроб. Наверное, Марина боится, что она замерзнет.

Рванув к палаткам, я вернулся с горячим морсом в картонных стаканчиках с крышками. И еще прихватил сосиски в тесте на палочке.

Одну я протянул Марине со словами:

– Помнишь?

Когда мы учились, неподалеку от университета был каток, и там продавали такие сосиски. Не было ничего вкуснее, чем слопать парочку на морозе! Мы постоянно туда бегали, а после пар иногда заваливались покататься.

– Сто лет таких не ела! – обрадовалась Марина.

И с удовольствием принялась уплетать за обе щеки.

Мы позвали девчонок, они тоже набросились на угощение. Егор, естественно, отказался. От тоже делает вид, что меня не существует. Может, это лучший вариант для нас…

Телефон Егора затрезвонил, он ответил. Во время разговора посмотрел на часы, треснул себя по лбу, а потом положил трубку и схватил свою племянницу за руку.

– У тебя же сегодня занятия! – воскликнул он. – А я совсем забыл. Твоя мама нас убьет, если мы опоздаем.

А потом он обратился к Марине.

– Давай я вас подвезу. Нам по пути.

– Не переживай, я доставлю девочек в целости и сохранности, – торжествующе произнес я.

И взял за руку Ксюша.

– Не стоит утруждаться, – перебил меня Егор. – Пошли, Ксюша уже замерзла.

Он взял дочку Марины за другую руку.

– В моей машине очень даже тепло, – выдал я. – Я пять минут назад завел двигатель.

– Моя прогревается за минуту.

Егор схватился за ключ, нажал кнопку…

Мы стояли друг напротив друга, вцепившись в ладошки маленькой девочки, тяжело дыша и излучая готовность перегрызть противнику горло.

– Мы поедем на такси, – заявила Марина.

И, прихватив свою дочку, бодро зашагала к стоянке, где торчали несколько машин с шашечками.

– Стой! – хором завопили мы с Егором.

Но она не оглянулась.