Легенда о мече Арогана: Наследники

Пролог

I

– Однажды я посмотрел на восход солнца и увидел, какой долгий путь мы прошли. Оглядываясь на историю, становится понятно, что невозможно собрать разрозненные слухи, сказки и песни в единую летопись. Но можно встретиться с удивительными вещами, которых лишился этот мир, – маг посмотрел на полупустой зал столичной таверны.

– Сказку! – воскликнула юная девушка, сидящая у деревянной колонны. – Ты обещал рассказать всем нам сказку.

Стук деревянных кружек посетителей смешался с треском дров в очаге. Трактирщик неспешно разливал выпивку для гостей и исподлобья посматривал на мага, что уже не первый вечер вещал в этой таверне, с каждым разом собирая на пару слушателей больше. Истории понемногу привлекали гостей, потому выгонять краснобая не было нужды.

На этот раз в самом углу сидел воин, закованный в пепельно-чёрную броню. Его волосы были коротко подстрижены, а лицо уродовал тройной шрам, тянущийся от скулы почти до подбородка. Этим воином был ловчий Его Королевского Величества – глава королевской гвардии, а также очень редкий гость для подобных заведений. Само его присутствие не сулило ничего хорошего.

– Ну так будет сказка или нет? – вновь заговорила девушка, а маг добродушно улыбнулся.

Трактирщик покинул длинную дубовую стойку и подошёл к королевскому ловчему.

– Польщён вашим визитом, – сообщил он, на что ловчий жестом попросил оставить его в покое. Трактирщик поклонился и отступил.

– Уже несколько дней я говорю языком сказок, – раздался голос мага, – но сегодня желаю поведать вам быль о нашем мире, мире, полном покрытых пылью чудес. О временах, когда землю топтали бесчисленные народы, а с небес спускались ныне свергнутые боги.

Свет в таверне погас, а огоньки сначала собрались под потолком и лишь потом слетелись в руки мага, тот медленно развёл ладони и шепнул: «Гори».

Солнце вспыхнуло в руках, ослепив местный люд. Возгласы заполонили небольшой зал, а девушка вскрикнула, потревожив спящего под столом сторожевого пса.

– И боги управляли всем! Светом и тьмой, жизнью и смертью! Они могли снять солнце с небосвода и сжать его в руках, погрузив мир в хаос.

ХЛОП.

Миниатюрное солнце лопнуло в руках мага как рыбий пузырь, и огни вернулись на свои места.

– Те времена были самыми яркими в истории Анирина. Давным-давно наступила заря божественной эпохи. Тогда мир ещё полнила магия, многие народы скитались по удивительному и живому континенту, одаряя людей чудесными вещами, о которых сейчас и не упомнишь. Боги спускались на землю в облике, понятном всем, удивительно похожем на наш с вами, но в масках абсолютно любого вида. Кто-то из богов носил зеркальные маски, чтобы каждый зритель видел в их лице себя, некоторые надевали чудесное плетенье, а кое-кто – и удивительный фарфор. Не было лиц у богов, как не может быть облика у любого всевышнего, – маг приблизился к столу, взял кружку и отхлебнул эля, потом стёр белую пену и продолжил. – И вот однажды всё переменилось, началась великая война богов, уже вторая в человеческой истории, но куда более опасная и сокрушительная. Бог света пошёл против бога равновесия, окончательно сместив баланс сил в природе и породив ужасающие катаклизмы. Мир содрогнулся, разверзлась земля, океаны вскипели, обрушились скалы. Мучительно холодная зима пронзила реки и озера, деревья рассыпались на щепы, птицы падали с небес. С вершин сходили лавины, небосвод почернел, и наступил день, когда сгорели звезды – они скользили к горизонту, разбиваясь о земную твердь, обрушивая на берег волны размером со скалу.

– Не может такого быть, – подразнил краснобая трактирщик.

– Ещё как может, дорогой мой друг, – парировал маг. – В тот ужасный день, когда сгорели звёзды, собрались сильнейшие мира сего и изгнали богов. Почти тысячу лет назад были изгнаны боги, теперь же мир изменился. Мы видим руины и останки былой эпохи, несчастных, обездоленных одиночек из других народов, которые бесцельно бродят по нашей земле. И короля, что сидит на троне уже тысячу лет, принуждая наши города к стагнации!

– И что же ты предлагаешь? Что хочешь этим сказать? – подал голос ловчий.

– Я призываю людей помнить о своём прошлом. О богах, чьи покрытые пылью храмы стоят в глуши. Чьим твореньем мы живём, чьим воздухом дышим и чьи учения мы забыли.

– Но ты сам только что поведал, что из-за богов все едва не погибли, – возразил ловчий.

– Благодаря богам мы все существуем, – парировал маг.

– Богов нет, это всё враки! – возразила девушка у колонны.

– Их нет, потому что мы же их и прогнали. Скоро они вернутся и покарают всех, кто сомневался в их существовании, – не унимался маг, но сразу как-то поостыл, стоило ловчему выйти из тени и обнажить свой чёрный меч.

– Я пришёл послушать сказителя, сплетни о котором донеслись до дворца. А услышал лишь скомороха, который паразитирует на мифах и легендах. Может, мне сразу отрезать твой поганый язык хотя бы потому, что ты оскорбил нашего короля?

– Нет, сударь, не надо крови, – вмешался трактирщик.

– «Не надо крови» – верные слова, – будто ниоткуда рядом с ловчим возник мужчина в ослепительно-белом камзоле с серебряной оторочкой. Он походил на артиста, и трудно было понять, что создавало такое впечатление: излишняя самоуверенность или внешний вид. Человек в белом был элегантен, опрятен и гордо задирал подбородок.

Одновременно с его появлением стихли все голоса, а несчастный сказитель попятился к чёрному ходу да осел рядом с ним, обнаружив, что путь к отступлению заблокирован навесным замком.

Ловчий вложил меч в ножны и стремительным шагом покинул таверну. Улица встретила лёгким ветерком, который доносил запахи свежей выпечки, что с утра подадут на прилавки. Огромный королевский дворец нависал над пустынными (в это время суток) улочками; его тень набрала силу нисходящей луны, вытянувшись до самого горизонта.

Через пару минут входная дверь открылась, и мужчина в белом, которого звали Магот, также ступил на городскую мостовую. Взгляд на пару мгновений почернел, словно ночная темнота вытянула из глаз весь белок, а потом вернулся в привычное состояние.

– Рогнар, что ты забыл в этой дыре?

– А ты?

– Я забыл здесь тебя. Идём, есть важный разговор.

II

Рассвет был медленным и холодным. Казалось, солнце обмораживало кожу, заставляя её пузыриться и грузными хлопьями сползать с закостеневших мышц. Этим утром немногие следили за рассветом: кто-то умирал в назойливой тени, а кто-то рождался, терзаемый утренними лучами. Но один человек неизменно наблюдал за рассветом каждый раз. Встречал огромный розово-жёлтый диск, ожидая увидеть перемены на пылающей поверхности. Для него день ото дня, год от года солнце оставалось неизменным и никак не желало согревать. Мужчина выглядел уставшим, но не от недосыпа или тяжкого труда. Причиной была пронизывающая его человеческую суть тоска. Не тронутые сединой волосы едва достигали плеч, а тонкая бородка напоминала чернильный штрих и тянулась от губ на шею, откуда устремлялась к скулам. Одет человек был в простую рубашку бурого цвета и узкие кожаные брюки, сшитые явно на заказ. Этот рассвет, как и многие другие, король Радемос встречал сидя в глубоком кресле посреди большой приёмной, вдоль стен которой стояли высокие шкафы из красного дерева. Пол покрывал бледно-голубой, почти серый ковёр с длинным ворсом, достающим до щиколотки.

Ненадолго закрыв глаза, мужчина вновь посмотрел на солнце. Далеко внизу, за огромным панорамным окном дворца, виднелся погруженный в утреннюю суету город. Бесконечные улицы, заполненные испарениями и дымом, стремились во все стороны. Можно было легко потеряться, ведь город необъятен. С высоты люди напоминали муравьёв, неустанно выполняющих рутинную работу.

Солнце последний раз отразилось в голубых глазах короля и скрылось за тучей, тянущейся с юга. Нельзя было понять: ждать дождя или нет. День в середине июня вполне закономерно превращался в пасмурную и серую кляксу. Небо окрасилось в тусклые тона, и Радемос потерял всякий интерес к панорамному виду.

В красную входную дверь постучали, король опёрся о подлокотники, босыми стопами пересёк приёмную и отворил засов, впуская ранних, но ожидаемых гостей.

– Я нашёл нашего ловчего в паре кварталов отсюда, слушал сказки о богах, – бесцеремонно заговорил Магот. – Не вмешайся я, было бы на одного мелкого мага меньше.

– Я лишь хотел его напугать, – возразил Рогнар.

Белые одежды Магота отчаянно сражались с чернотой воинской брони, но победить в схватке не могли. Контраст сразу бросался в глаза. Король порой называл своих вечных соратников чёрным и белым. Это особенно чётко проявлялось и в дикой неприязни воина к белому некроманту – именно так прозвали Магота все известные маги королевства. Сам же некромант никогда не смущался своего прозвища и, казалось, гордился им, намеренно одеваясь в ослепительно-белое.

– Так о чём ты хотел нам сообщить, Магот? – устало поинтересовался король.

– Ах да. Я получил сведения о грядущем собрании воровского сообщества на западе Ануа1, – по своему обыкновению Магот сделал паузу, – также я склонен полагать, что там появится лично Король Воров.

Радемос грустно взглянул на человека в белом и покачал головой. Новость его не радовала, хотя в последнее время редкие вещи могли доставить ему удовольствие. С подобными сведениями нужно было что-то делать. Возможность разобраться с подпольной организацией казалась слишком привлекательной, чтобы просто отказаться от этой идеи.

– Рогнар… – король призадумался. – Я бы не хотел просить тебя этого делать, но доверить это задание мне больше некому. Мне нужно, чтобы ты проверил сведения Магота, а если они верны, то пробрался на собрание воров и захватил воровского короля.

Воин кивнул, его не пугала перспектива долгой поездки через всю страну, как и вероятность столкнуться с опасностью, которую несёт воровское собрание.

– Мне давно пора покинуть этот дворец. Я начал походить на дворян с их слащавыми манерами и всей праздностью… Я возьму лучшего коня, выберу лучшее снаряжение и отправлюсь сразу же, как только получу подробную информацию о месте и времени собрания воров.

Король Радемос улыбнулся.

– И в итоге ты отправишься с личными вещами и на своём коне. Лучшего в столице попросту не найти. Магот, приготовь золото, карты и инструкции, которые пригодятся ловчему. А ты, Рогнар, прощайся со всеми, с кем считаешь нужным. Полагаю, нескоро ты вернёшься во дворец.

– На время моего отсутствия гвардию возглавит Гаш. Надеюсь, Вы не против? – дождавшись одобрительного кивка от короля, Рогнар поклонился, опустил руку на эфес меча и покинул приёмную. Некромант же демонстративно поправил рукава камзола, его зрачки расширились, что сделало глаза похожими на два чёрных провала.

– Собрание состоится в небольшом рыбацком городке под названием Карилос. Тамошние люди называют себя рипотами, их манеры предельно далеки от представлений жителей центра королевства. Их быт полон серых повседневных дел и забот о собственном выживании.

– Ты описал большинство крестьян… – скучающе протянул король. – Где именно расположен город?

– Графство Коргар, зажатое между бескрайними болотами и лесными массивами Борига… Видимо, по этой причине там нет своего мирского лорда, а управляет всем местный граф.

– Выходит, нам можно не опасаться сюрпризов от лордов? Это замечательно.

– Коргар – это не что иное, как маленькое недоразумение на политической карте Ануа. Там нет лордов, туда не протянул руки орден Башни, нет там и ордена Розы, как и других культов и сообществ королевства. Отмечу, что такого попросту не бывает, наверняка не всё так просто. Исходя из этого, с лёгкостью напрашивается вывод, что всё не то, чем кажется. Подвоха стоит ожидать.

– Именно по этой причине я отправляю туда лучшего ловчего, заменившего мне сына, – подытожил король.

Взгляд некроманта стал обычным.

– Твой настоящий сын всё же оставил след в залах этого дворца, отрицаешь ты это или нет. А отправляя Рогнара в такую даль, рискуешь его не вернуть.

– Не будем об этом, я уже принял решение. К тому же я не знаю такого задания, которое было бы Рогнару не по силам. Мне нужен Король Воров, и тут ничего не поделаешь.

Радемос последний раз выглянул в окно. Казалось, его терзало дурное предчувствие.

III

Длинная широкая лестница, ведущая через дворец, к полудню напоминала оживлённую городскую улицу. Прислуга ублажала прихоти господ, кучками собравшихся на широких площадках около проходов на этажи. Шум голосов дополнялся редкими завываниями ветра, часто пронизывающего Уроговы своды. С громким шипением изредка он взлохмачивал волосы дворян, задирал платья дворянок и сметал песок.

По ступеням неспешно двигался воин в чёрной броне. Взгляд дворян задерживался на нём лишь пару секунд и ускользал. Мало кому был интересен ловчий короля, а памятуя о его дурном нраве, дворянам не хотелось лишний раз иметь с ним дел.

Воин остановился около кованных перил с лакированным дубовым поручнем, облокотился на них и посмотрел в пропасть глубиной пять этажей, на дне которой то и дело появлялись аристократы. Опознать кого бы то ни было не представлялось возможным, но чётко различались редеющие шевелюры стареющих лордов, графов, баронов и прочих представителей голубой крови. Картина менялась, когда появлялись юноши: их было мало, потому что молодая знать собиралась выше, кучкуясь возле покоев и залов для банкетов.

Почти беззвучно к воину подкралась девушка, одетая в бурое с чёрным платье из креп-жоржета. Длинный белый платок оплетал её шею и свисал по руке, достигая запястья. Она легко коснулась пальцем наплечника ловчего, но тот заметил её много раньше.

– Привет, – улыбаясь, проговорила девушка.

– Бальтиса, – Рогнар немного склонил голову перед королевской дочерью и взял её под руку. Девушка взволнованно встрепенулась.

– Ты можешь сегодня проводить меня в жёлтый зал? Прибывает принц Альдо, и отец хочет нас познакомить с ним. С его слов, Альдо – хорошая партия, и его отец, лорд Барон, может стать прекрасным свёкром. Хотя я наслышана, что лорд ещё тот педант…

– Мне кажется, Радемос сам должен знакомить тебя с женихом.

– Не-ет… – девушка скривилась, освободила длинные каштановые волосы из-под платка и ещё сильнее прижалась к воину. Ей становилось спокойно рядом с этим мужчиной, который был способен защитить от любых невзгод. – Отец не любит встречать гостей. Неважно, принц это лиственных городов или обычный лорд.

– А Гларалла чем занята? – вспомнил Рогнар о второй королевской дочке, которая умудрилась влюбить в себя добрую треть дворян столицы, но никому не отдавала предпочтения.

– Моя старшая сестричка решила разбить очередное сердце. На сей раз её жертвой стал лорд Гвинсел.

– Этот бестолковый трутень?! – громче обычного удивился воин. – Не думал, что она снизойдёт до него.

– Новая игрушка для сестрички! – злорадно воскликнула Бальтиса. – Наиграется и выбросит.

– И то верно… – ведя девушку под руку, воин поднялся на несколько этажей и свернул в ослепительно-белый коридор, где стояли длинные скамьи, обшитые красным бархатом. – Я постараюсь прийти сегодня вечером. Но сразу говорю: завтра я покидаю столицу и вернусь нескоро. Приготовься к тому, что тебе придётся часто общаться с Альдо наедине или же в присутствии сестры.

– Хорошо! Огромное тебе спасибо! – девушка хихикнула и убежала.

Рогнар некоторое время смотрел ей вслед, пытаясь понять, почему эта девушка ему доверяет. Немногословному и грубому мужчине с изуродованным лицом. Пожалуй, она единственная особа женского пола из столичной знати, что не смотрела на воина как на пустое место. Иногда он ловил себя на мысли, что вожделеет девушку: её скрытые под платьем формы, тонкие розовые губы, нежную шёлковую кожу. Но каждый раз Рогнар отвлекался на другие дела, и скабрёзные мысли улетучивались как-то сразу, сочные бедра стирались из памяти, запах её кожи терялся в сквозняках дворца. Отбросив размышления, ловчий подошёл к двери в начале коридора и постучал. Послышались шаги, скрипнула задвижка, и в коридор выглянул мужчина с заострёнными чертами лица, которые выдавали в нём скорее чьего-нибудь бастарда, чем аристократа.

– Гаш, у меня к тебе разговор…

Человек был подчинённым ловчего. Всегда носил простые наряды из льняной ткани тёмно-зелёного цвета. Служил он в королевской гвардии, названной вартаны – они были опытными воинами, обученными сражаться с особым мастерством, и лишь редкие противники могли вызвать у них затруднение. Преимущество вартанов состояло в слабой магии, которую они использовали одновременно со своим оружием. Истинную численность гвардии не знал никто, кроме самого Рогнара. Даже от короля эту цифру держали в секрете, чтобы обезопасить его и избежать утечки информации. Во дворце работали шпионы всех двадцати трёх мирских лордов, а также лиственных городов, Южного Королевства, Кора, Триады Хелика и всех возможных культов и орденов, количество которых трудно было даже предположить.

IV

Дверь закрылась с лёгким щелчком, задвижка вошла в паз. В помещении было темно и с трудом можно было что-либо рассмотреть. Угадывались исключительно очертания неубранной постели и длинного, заставленного посудой стола. Воздух пропитал запах пота вперемешку с чем-то кислым. Очевидно, какое-то яство провело на блюде всю ночь.

– Не обращай внимания на беспорядок, – Гаш прошёл по комнате и опустился на край кровати. Казалось, он недавно проснулся или был чем-то сильно измотан. – Впервые за долгое время я смог поспать больше двух часов подряд. И всё равно меня попытались разбудить… – подняв с пола масляную лампу, он зажёг её небольшой лучиной. – У слуг, как обычно, случились неприятности. Во дворец забрался вор. Его заметили, и началась потасовка. В результате полы на малой кухне замарали кровью: повар порезал вору бедро, и несчастный вытек за пару минут. Довольно неприятное зрелище. У вора нашли с десяток медяков и пару украшений, незаметно снятых с дворян, любящих проводить время на нижних уровнях. Ещё это кольцо, – в свете лампы сверкнул перстень с красным камнем.

Рогнар забрал кольцо и рассмотрел: камень грубой огранки, скорее стекло, чем драгоценность. На внутренней стороне виднелась надпись в виде пересекающихся коротких штрихов.

– Почему меня не оповестили?

– С проблемой легко разобралась стража. Вмешательство вартанов не требовалось. Меня позвали на всякий случай, потому что я часто туда наведываюсь.

– Видел я раньше такие кольца. Воровское сообщество ценит хороших мастеров и отмечает их подобными сувенирами. Приметно, но они почему-то не отказываются от традиции… А ты хорошо справляешься с обязанностями, – похвалил Рогнар подчинённого. – Потому я сюда и зашёл.

– Что-то случилось? – сразу напрягся Гаш. – Ты отправляешь меня на задание?

– Всё как раз наоборот. Я оставляю тебя в столице, рядом с твоей подругой, – несмотря на полумрак, воин сумел различить проступивший на щеках собеседника румянец. – Я сделал выбор, и король его одобрил. На время моего отсутствия ты будешь возглавлять вартанов. Я полагаю, ты это заслужил.

– Но… но… я недостаточно опытен!

– Ты всегда сможешь попросить совета у Радемоса или Магота. Они тебя поддержат. Я же отправляюсь на задание и не могу даже предположить, когда вернусь в столицу. Через пару месяцев, полгода, может, год.

– Спасибо за доверие, я не подведу.

– Я хочу напомнить, Гаш, что ты служишь не знати, не белому некроманту, а только королю, и лишь его приказы должны что-то для тебя значить.

– Конечно, – вартан встал, их с Рогнаром ладони встретились в рукопожатии. – Удачи в пути. Возвращайся скорее!

– Мне не привыкать к странствиям. Ты не возражаешь, если я заберу кольцо? – сжимая воровской перстень, спросил воин.

Вартан кивнул.

– Прощаться не стану, – прошептал Рогнар. – Сегодня вечером в жёлтом зале я буду на встрече визитёров из лиственных городов.

Он убрал кольцо в один из поясных мешочков и устремился прочь. Тяжело было понять, волнует ли его расставание со своим подчинённым. Рогнар не испытывал к Гашу особой привязанности. Скорее, вартан был ему безразличен, как и большинство людей в этой белой, зловонной столице.

V

Летние дни всегда были особенно короткими из-за бесконечной суеты и кучи забот. Кто-то возвращался из дальних странствий, чтобы поведать удивительные или печальные истории, а кто-то вёл деловые переговоры, пытаясь выбить провизию для регионов за меньшую цену. В столице собирались многие негоцианты и ремесленники, готовые доставлять свои товары практически в любую часть Ануа. Не зря столица носила название Ортириг, что с языка народов из-за Грани переводилось как центр жизни или оплот богов. Однако богов здесь не было, а люди, живущие во дворце, уже во многом представляли себя богами.

Жёлтый зал являлся не чем иным, как попыткой людей сравнять себя с творцами. Много лет назад лучшие мастера с востока трудились над удивительной янтарной плиткой. Вырезали из неё цветочные узоры и лица господ, обнажённые женские тела, сплетённые в разных позах. На стенах и полу зала было всё, что мог родить воспалённый человеческий мозг. Гостей всегда принимали именно в этом месте, чтобы смутить, поразить и шокировать. Оно вмещало немного народа, и именно это создавало нужный эффект. Из-за переменчивых оттенков янтаря казалось, что стены шевелились и все фигуры оживали. Перед глазами проплывали образы, смешанные с удивлёнными лицами гостей.

Вот и сейчас десяток человек стояли вдоль правой стены от входа и около семи – вдоль левой. Нарядные костюмы мужчин терялись на фоне женских платьев с длинными полами. Против друг друга расположились до предела вычурные люди. Лакированные волосы складывались в чудные причёски, а обилие макияжа на женских лицах превращало дворянок в кукол.

Однако королевские дочери и воин в чёрной броне казались настоящими. Вопреки ужасному шраму, воин выглядел естественным. Королевские дочери в бурых платьях попросту излучали природную красоту, выгодно выделяясь на фоне остальных придворных дам. Бальтиса надела подчеркивающее бёдра и грудь узкое платье. Её сестра, девушка немного старше с каштановыми волосами и немного вытянутым лицом, бледным настолько, что губы выглядели кроваво-красными, была одета в объёмное платье. Можно было различить лишь её талию, тогда как всё прочее терялось в обилии воздушной ткани, многими слоями намотанной на плотный каркас. Рядом с ней, немного ссутулившись, переминался с ноги на ногу лорд Гвинсел. Его взгляд то и дело устремлялся к воину в чёрном, а когда их глаза встречались, резко потуплялся и ускользал к полу.

И вот дверь в зал отворилась. Первыми вошли несколько герольдов в золотистых с зелёным костюмах.

– Его Величество король Радемос, – коротко объявили они.

Король стремительно влетел в зал. Холодным взглядом оценил собравшуюся толпу и едва заметно скривил губы. Он ненавидел пышные наряды и вычурный грим. Уже долгое время Радемос боролся с аристократской модой и едва не ввёл закон, запрещающий дамам украшать лица. В кругу приближённых король называл дворян стаей ободранных павлинов, что не очень-то сильно расходилось с реальностью.

– Пошли вон, – он указал на дверь герольдам, чтобы лично встретить гостей.

Сразу после ухода герольдов в зал вошла делегация из лиственных городов. Гости заметно выделялись на фоне дворян: многие носили обычные дорожные куртки из выбитой кожи и штаны из хлопка. Только один юноша смотрелся дворянином благодаря особой ухоженности и тонкой рубашке, вышитой золотистыми нитями. К нему сразу же подошёл Радемос.

– Рад видеть вас во дворце, Альдо, – король не поклонился, но протянул руку. Принц последовал нормам этикета и слегка коснулся руки Его Величества, после чего сразу же отстранился.

Рогнар почувствовал, как рука Бальтисы сомкнулась на его предплечье. Девушка дрожала при виде прибывшего принца. Трудно было понять, понравился он ей или нет.