Пирог с абрикосами с миндальным муссом

Банвиль, штат Пенсильвания

30 апреля 2009 года

Я достала коробку, в которой лежали кухонные принадлежности, и приступила к ее распаковке. Здесь было все, что помогало мне в процессе готовки: миксер, блендер, кондитерские мешки, шпатель, венчик, который я выиграла, заняв первое место в конкурсе по украшению капкейков. Было всего лишь восемь утра, а я уже успела разобрать чемодан с вещами, выпить чашечку кофе и начать убираться на кухне. В доме, который я купила, вот уже несколько лет никто не жил. У меня было ощущение, будто я поселилась в пустыне. Не представляю, как я смогу облюбовать это нежилое пространство.

Я стала раскладывать по ящикам своих кухонных помощников. Меня безумно привлекал винтажный буфет, который стоял рядом с обеденным столом. Мне не терпелось поставить в него баночки с мукой, специями и сушеными ягодами. Пока я сортировала насадки для кондитерского мешка, мне позвонила Эмили. Моя славная дочурка обещала помочь мне с переездом и страшно переживала, что я поселилась в странном городишке с необычным названием – Банвиль. Она считала, мое место в мегаполисе вроде Филадельфии. Однако с тех пор как мы расстались с Брайоном, так зовут моего второго мужа, который совсем скоро должен перейти в разряд бывших, мне хотелось уединения и покоя. К тому же мне удалось арендовать славное помещение прямо напротив моего нового дома, где я планировала открыть собственную пекарню.

Всю свою сознательную жизнь я занималась выпечкой. Больше всего я обожаю печь пироги. Я делаю их с миндальным вареньем, кокосовым муссом, малиновыми джемом, фасолевым паштетом и сырными палочками. Также мне доставляет удовольствие приготовление булочек, капкейков, рогаликов и крендельков. Время, проведенное на кухне, для меня бесценно. В моем новом доме огромная кухня, которая плавно переходит в столовую, что меня безумно радует. Если говорить откровенно, я купила этот дом именно из-за просторной кухни.

Я взяла трубку и присела за стол.

– Привет, милая, – поприветствовала я свою дочурку.

– Привет, мам, – ответила Эмили. – Как твои дела?

– Все хорошо, спасибо, – сказала я, внимательно рассматривая тортовницу, которую накануне достала из коробки с посудой и поставила в центр стола, – постепенно распаковываю вещи.

– Может, тебе нужна помощь? – поинтересовалась Эмили.

– Милая, ты же не примчишься ко мне ради того, чтобы помочь мне разбирать коробки, – сказала я, тяжело вздохнув. – Тебе ведь ехать не меньше часа.

– Да, – печально произнесла Эмили. – Тебе не стоило уезжать из Филадельфии.

Эмили была готова расплакаться. Она уже давно жила самостоятельной жизнью: у нее был свой бизнес и чудесный парень по имени Шон, с которым они планировали покупку шикарных апартаментов прямо в центре Филадельфии, в непосредственной близости от парка. Однако рядом со мной она чувствовала себя маленькой девочкой, которой не нужно принимать жизненно важные решения. Вот почему ей было так важно видеться со мной хотя бы раз в две недели. Когда я сообщила ей, что покупаю дом в маленьком городке, расположенном в ста километрах от Филадельфии – города, в котором я прожила почти тридцать лет, она была в шоке. Я пообещала, что буду приезжать хотя бы раз в месяц, но ее это не успокоило. Надеюсь, со временем она научится жить без меня. Ведь мне сейчас крайне необходимо побыть одной. К тому же я всегда мечтала пожить в маленьком городке с населением около тысячи человек.

– Все будет хорошо, – сказала я.

Эмили тяжело вздохнула.

– Если ты не против, – произнесла она крайне жалостливым тоном, – мы с Шоном приедем к тебе в следующие выходные.

– Конечно, я не против, – сказала я.

– Тогда до связи!

– Да.

Я положила трубку и продолжила выкладывать из коробки своих кухонных друзей. Завтра утром должна открыться моя новая пекарня. Я уже успела навести в помещении порядок и подготовить прилавок для свежей выпечки. Я планировала испечь двадцать вишневых слоек, три пирога с абрикосовым джемом, двадцать булочек с корицей и десяток кутабов с сыром и с зеленью. Думаю, для первого дня этого вполне хватит.

Я решила начать выкладывать посуду в прекрасный буфет. Я открыла дверцу и вдруг обнаружила внутри… книгу, на обложке которой был изображен восхитительный пирог с абрикосами. Над изображением красовалась надпись: Исповедь пекаря. Автор: Гвендолин Стоун. Удивительно. Я купила дом в Банвиле, чтобы открыть здесь собственную пекарню, и вдруг обнаруживаю в буфете кулинарную книгу. Обязательно начну ее читать сегодня же вечером. Думаю, она оказалась здесь не просто так. Я отложила книгу на стол и стала выставлять на полке буфета бокалы, стаканы и соусницы.

За окном светило яркое солнце. Я любовалась зданием напротив и думала о том, что завтра начнется моя новая жизнь. Я провела в Банвиле всего один вечер. Но уже успела влюбиться в этот славный городишко.

Банвиль, штат Пенсильвания

30 апреля 1952 года

– Это несправедливо, Гвен, – пролепетала Роуз, преданно глядя в глаза своей бывшей подруги.

Если бы год назад кто-то сказал ей, что они с Гвен станут соперницами, она бы не поверила. Они всегда были лучшими подругами, знали друг друга с раннего детства и никогда не ссорились. Но однажды случилось непоправимое: Джексон, бывший парень Гвен, влюбился в Роуз. Гвен почувствовала себя крайне оскорбленной. Ведь в глубине души надеялась, что однажды они с Джексоном снова будут вместе. Когда она познакомила своего бывшего со своей лучшей подругой, ей и в голову не пришло, что они могут начать встречаться. Однако отношения Роуз и Джексона развивались слишком стремительно. Надежды Гвен таяли буквально на ее глазах.

Роуз, как истинная благородная леди, подумала, что обязана извиниться перед Гвен и загладить свою вину. Гвен уверенно заявила, что простит Роуз только в том случае, если та разрешит ей присвоить себе рецепт самого восхитительного на свете пирога: с абрикосами и миндальным муссом. Разумеется, Роуз сочла это несправедливым, ведь она была гениальным кулинаром в то время, как Гвен ни разу не держала в руках форму для выпечки… Пирог с абрикосами и миндальным муссом был большой гордостью Роуз. Она делилась его рецептом, который придумала в порыве божественного вдохновения, лишь с самыми близкими людьми. Она никак не собиралась дарить свой самый ценный рецепт даже лучшей подруге, которая к тому же успела стать ее заклятым врагом.

– Я собираюсь написать кулинарную книгу, – гордо заявила Гвен, наливая себе ароматный чай.

– Серьезно? – удивленно спросила Роуз, вдохнув запах жасмина и чабреца. – Но ты не умеешь готовить.

Это была чистая правда. У Гвен никогда не было тяги к кулинарии. В свое время она занималась танцами, рисованием и даже пела в церковном хоре. Но ее никогда не привлекало ни замешивание теста, ни взбивание муссов, и Роуз прекрасно об этом знала. Ей нужен был рецепт лучшего пирога Роуз исключительно ради мести.

– Это неважно, – сказала Гвен, сделав глоток чая. – Чтобы написать кулинарную книгу, вовсе не нужно уметь готовить.

От изумления Роуз слегка приподняла брови. У Гвен всегда были довольно странные суждения, но Роуз и предположить не могла, что она не знает самых элементарных вещей. Чтобы написать кулинарную книгу, вовсе не обязательно обладать литературным талантом, но совершенно точно необходимо быть искусным поваром. Эта довольно простая истина казалась Роуз совершенно неоспоримой, однако у Гвен было свое мнение на данный счет. Впрочем, Роуз даже не думала ее судить. Ее бывшая подруга пережила серьезную душевную травму и имела полное право говорить глупости.

– Но, милая, – обратилась Роуз к своей бывшей подруге, пристально посмотрев ей в глаза, – какой в этом смысл? Для кулинарной книги нужно как минимум тридцать рецептов. Даже если у тебя будет один, где ты возьмешь остальные двадцать девять?

Гвен усмехнулась. Ее волновал один единственный рецепт. Она уже давно представляла себя в образе автора кулинарного бестселлера.

– Я что-нибудь придумаю, – сказала Гвен.

Роуз наблюдала за Гвен и думала о том, как сложатся ее дальнейшие отношения с Джексоном. Она не была уверена, что им суждено прожить долго и счастливо. К тому же у Джексона был довольно сложный характер: он был вспыльчив, придирчив и никогда не шел на компромиссы. Однако он вызывал у нее такие нежные чувства, что она просто не могла не ответить на его ухаживания, хотя они и казались ей абсолютно неуместными. Когда Джексон пригласил Роуз на свидание, она впервые в жизни решилась прислушаться к своему сердцу. И хотя ей было страшно неловко перед Гвен, она подумала, что если откажет прекрасному молодому человеку с обворожительным взглядом и скверным характером, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

– Я могу сообщить тебе о своем решении завтра? – уточнила Роуз.

Гвен усмехнулась и пожала плечами.

– Ты можешь сообщить мне о своем решении, когда тебе будет угодно, – гордо произнесла она, – но дело в том, что если ты мне откажешь, я не смогу тебя простить.

Роуз смущенно отвела взгляд. Она была готова пожертвовать чем угодно – лишь бы ее лучшая подруга простила ее за предательство. Чем угодно – кроме Джексона и рецепта пирога с абрикосами и миндальным муссом.

– Понимаю, – печально произнесла Роуз.

Гвен смерила ее осуждающим взглядом, после чего сделала еще один глоток чая и вольготно откинулась на спинку стула.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала Роуз, вставая из-за стола.

– Конечно, – кивнула Гвен.

Роуз направилась в сторону выхода. Ее сердце билось так часто, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она шла уверенным шагом – чтобы Гвен не догадалась о том, как сильно ей хочется плакать.

– Послушай, – обратилась Гвен к бывшей подруге, – может возьмешь с собой кусочек лимонного чизкейка?

Гвен была воспитана в самых чудесных традицияхи и никогда не забывала о хороших манерах. Плевать, что лучшая подруга разрушила ее жизнь – это вовсе не повод не предлагать ей взять с собой кусочек отменного чизкейка, который домработница приготовила вчерашним вечером.

– Не откажусь, – ответила Роуз – она знала, что Марионн готовит лучший чизкейк во всем Банвиле.

Гвен встала из-за стола и направилась на кухню. Уже через минуту она вернулась в гостиную с коробочкой, в которой лежал кусочек божественного чизкейка.

– Спасибо, – еле слышно произнесла Роуз.

Она взяла коробочку и вышла из резиденции Стоунов.

– Что-то случилось? – спросил ее Джексон, когда вечером того же дня они встретились в кафе У Флоры.

– Все хорошо, – отмахнулась Роуз.

– Уверена? – на всякий случай уточнил Джексон. – На тебе лица нет.

– Прости, – произнесла Роуз, тяжело вздохнув, – у меня был тяжелый день.

Джексон пристально посмотрел Роуз в глаза и усмехнулся. Он читал ее мысли и чувствовал, когда она пыталась что-то от него скрыть. Роуз не могла с этим смириться. Она и не думала, что в мире найдется человек, способный читать ее словно книгу. Но Джексон обладал исключительными телепатическими способностями: когда Роуз было грустно, он наливал ей стаканчик ледяного чая и включал романтическую музыку. Когда ей было весело, он веселился вместе с ней.

– Предлагаю завтра устроиться на веранде с холодным чаем и шоколадным печеньем и послушать песни Фрэнка Синатры, – предложил Джексон, отправив себе в рот кусочек божественного картофельного пирога, предварительно обмакнув его в брусничном соусе.

– Чудная идея, – поддержала его Роуз, сделав глоток вина.

Официант принес Джексону и Роуз основное блюдо: телятину с абрикосовым соусом и тушеными огурцами.

– Ты ничего не ешь, – не мог не заметить Джексон.

– Я не хочу, – томно ответила Роуз, прикусив губу.

– Может, все же расскажешь мне, что случилось? – настаивал Джексон.

Роуз снова вздохнула. Она подумала о том, что если им с Джексоном суждено прожить вместе долгую и счастливую жизнь, ей придется рассказывать ему обо всем, что она думает и чувствует, а ведь она, как истинная леди, привыкла держать свои мысли, эмоции и чувства при себе.

– Я встречалась с Гвен, – не выдержала Роуз.

– Что?! – опешил Джексон. – Но зачем? Она ведь ясно дала понять, что ненавидит нас.

– Я хочу, чтобы она меня простила, – печально произнесла Роуз.

Она подняла взгляд на Джексона. В этот момент он увидел в ее глазах тень отчаяния. Это было довольно странно, ведь Роуз никогда не падала духом.

– Она ведь моя подруга, – продолжала Роуз. – Однажды мы пообещали друг другу, что ничто не сможет омрачить нашей дружбы.

– Порой обстоятельства оказываются сильнее нас, – озадаченно произнес Джексон. – Так что она тебе сказала?

Роуз задумалась. Она решила, что Джексону не стоит знать о сделке, которую ей предложила Гвен. Он ценил ее кулинарный талант и никогда бы не одобрил жертву, на которую она собиралась пойти.

– Сказала, что подумает, – произнесла Роуз и постаралась улыбнуться.

Джексон недоуменно пожал плечами.

Когда Джексон и Роуз вышли из ресторана, на улице уже было темно. Банвиль погрузился в атмосферу сладостного, романтичного вечера. Дул свежий ветер. Пахло жасмином. Из окон домов доносились звуки работающих радиоприемников. Роуз сделала глубокий вдох и подумала о том, что ей не о чем волноваться – ведь рядом с ней мужчина, о котором она мечтала.

Банвиль, штат Пенсильвания

1 мая 2009 года

Я надела свое лучшее платье: синее, в желтый горошек, которое купила специально для работы, накрасила губы и убрала волосы в аккуратный пучок. Я посмотрела в зеркало и увидела в нем женщину, которая устала разочаровываться в жизни. Когда-то у меня было много заветных желаний. Исполнилось лишь одно: я стала пекарем. От остальных пришлось отказаться. Мне не удалось счастливо выйти замуж, поселиться в жарком городишке на берегу океана и стать ведущей популярного кулинарного шоу. Видимо, некоторым нашим мечтам попросту не суждено сбыться.

Я открыла буфет, чтобы достать свою любимую чашечку, из которой по утрам пила кофе, как вдруг наткнулась на книгу, обнаруженную вчера вечером. Интересно, кто такая Гвендолин Стоун? Знаменитый пекарь и автор кулинарного бестселлера? Но в таком случае почему я раньше о ней ничего не слышала?

Я открыла книгу на первой странице. Судя по оглавлению, в ней был один единственный рецепт: песочного пирога с абрикосами и миндальным муссом. Странно. Какой смысл писать кулинарную книгу, когда в твоем арсенале один единственный рецепт? А может, Гвендолин Стоун отличалась природной скромностью и не могла допустить, чтобы люди подумали, будто она – кулинарный гений, умеющий готовить абсолютно любую выпечку: от пирогов с вишней до эклеров с ванильным кремом? Книга была издана в тысяча девятьсот семьдесят третьем году – почти пятьдесят лет назад. Интересно, почему я никогда не пекла песочный пирог с абрикосами и миндальным муссом? Его рецепту уже столько лет, как я могла его упустить?

Я сделала глубокий вдох, положила книгу на стол и спешно сделала себе кофе. Через час должна была открыться моя новая пекарня. Я немного волновалась. Я приехала в город, где никого не знала. С чего я взяла, что люди захотят покупать мою выпечку?

Я выпила кофе, взяла сумку и вышла из дома.

Ровно без пяти девять у моей пекарни появился первый потенциальный покупатель. Это был мужчина лет пятидесяти: с темными волосами, подернутыми легкой сединой, глубокими голубыми глазами и обворожительной улыбкой.

Я открыла дверь.

– Доброе утро, – поприветствовала я своего потенциального покупателя.

– Здравствуйте, – ответил он, слегка опустив голову.

– Я еще не открылась, но если вы чего-то желаете…, – сказала я, указав на прилавок с выставленной на нем свежей выпечкой.

– О, да! – воскликнул джентльмен. – Еще со вчерашнего вечера я мечтаю о шоколадной улитке.

Джентльмен облизнулся и слегка прикрыл глаза. Полагаю, он, как и я, был фанатом хорошей выпечки.

– Вы сможете мне помочь? – спросил он, с надеждой взглянув в мои глаза.

Какая удача. Я ведь не планировала печь шоколадные улитки, но обнаружила у себя в закромах баночку с шоколадной пастой, которую приготовила еще неделю назад, и подумала о том, что жители маленького городка, должно быть, не могут представить свое утро без ароматной булочки с шоколадом.

– Вам повезло, – сказала я, направившись к прилавку. – Шоколадные улитки ждут вас.

Джентльмен вошел в мою пекарню и внимательно осмотрелся по сторонам.

– Я видел, как вы вчера въезжали, – произнес он, внимательно изучая ассортимент выпечки, представленный на моей витрине.

– Серьезно? – удивленно спросила я. – Так мы с вами соседи?

– Да, – кивнул джентльмен, – я живу в доме напротив.

– Чудесно, – заулыбалась я.

Перспектива соседствовать с приятным джентльменом, явно обладающим хорошими манерами, показалась мне весьма заманчивой. Живя в таком маленьком городишке, как Банвиль, очень важно иметь приятных соседей, с которыми можно посидеть за чашечкой чая.

– Меня зовут Итан, – произнес джентльмен, протянув мне руку.

– Очень приятно, – ответила я. – Я – Мадлен.

– Рад знакомству, – сказал Итан.

Я улыбнулась, зашла за витрину, достала из ящика шуршащий пакет и сложила в него шоколадную улитку.

– Прошу вас, – произнесла я, протягивая Итану пакет.

– Спасибо, – сказал Итан, прижав пакет к груди, – вы меня осчастливили.

– Два доллара, – объявила я стоимость.

Итан достал из кармана кредитную карту и расплатился.

– Не хотите вечером выпить по чашечке кофе? – предложил он.

Я слегка смутилась и опустила глаза. С одной стороны, мне было безумно интересно познакомиться поближе со своим новым соседом, с другой – он был так красив и вежлив, что я боялась случайно в него влюбиться. Признаться, я уже давно ни в кого не влюблялась. Мы с Брайном развелись полгода назад. До этого мы три года жили порознь. Все это время я не испытывала ничего, кроме тотального равнодушия ко всему, что могло бы меня порадовать: к вкусной еде, к путешествиям, к перестановке мебели в доме. Да и я не в том возрасте, чтобы терять голову от любви. Мне сорок семь, черт возьми. Пора начинать вживаться в роль престарелой дамы, занимающейся йогой и ведущей здоровый образ жизни. Впрочем, я никогда не смогу отказаться от хорошей выпечки – так что здоровое питание явно не для меня.

– Пожалуй, не откажусь, – ответила я.

– Отлично! – сказал Итан. – Тогда встретимся в семь на моей веранде?

– Договорились.

Итан любезно кивнул и вышел из моей пекарни.

Уже через минуту дверь снова открылась и на пороге появилась молодая рыжеволосая девушка, одетая в зеленое платье. У нее в руках было несколько плиток шоколада, упакованных в крафтовую бумагу и перевязанных ленточками. Она улыбнулась мне яркой, солнечной улыбкой и окинула взглядом прилавок с выпечкой.

– Доброе утро, – поприветствовала она меня.

– Здравствуйте, – ответила я.

– Меня зовут Мелинда, – произнесла девушка, протянув мне плитки. – Я зашла познакомиться и купить у вас пару булочек к завтраку.

Я смущенно кивнула и взяла у Мелинды шоколадные плитки. Удивительно. Я никому не говорила, что открываю пекарню. Полагаю, в маленьком городке новости распространяются гораздо быстрее, чем в мегаполисах.

– Как вы узнали, что я открываю пекарню? – решила поинтересоваться я.

– Мы с мужем видели, как вы вчера заносили сюда свою утварь, – ответила Мелинда. – Знаете, в нашем городе не так много хороших булочных. Если мы сможем покупать у вас свежие ароматные булочки и пироги, вы станете нашим другом.

Мелинда едва заметно мне подмигнула.

– Я буду стараться, – сказала я. – Какие булочки вы предпочитаете? Могу предложить шоколадные улитки, пирог с абрикосовым джемом, слойки с вишней…

– Три слойки с вишней, – перебила меня Мелинда.

– Отлично, – кивнула я и достала из ящика очередной шуршащий пакет.

Слойки с вишней идеально подходят для завтрака. Как хорошо, что жители маленьких городков это знают. Я складывала в волшебный пакетик свежую выпечку, вдыхая божественные ароматы, которые стояли по всей пекарне, и чувствовала, как Мелинда наблюдает за каждым моим движением. Она была похожа на типичную жительницу маленького городка: милая, скромная, вежливая, напоминающая героиню из фильмов пятидесятых.

– Кстати, – произнесла Мелинда, когда я вручила ей пакет с пирожками, – плитки приготовила я сама.

– Серьезно? – удивленно спросила я. – Вы сами делаете шоколад?

– Шоколад, курды, тортики, капкейки, печенья с воздушным кремом, пирожные, макарун, – начала перечислять Мелинда, – абсолютно любые сладости.

– Вот это да, – сказала я, наблюдая за тем, с каким вдохновением Мелинда произносила названия десертов, – у вас своя кондитерская?

– О, нет, – взмахнула рукой Мелинда, – я делаю десерты на заказ.

– Чудно, – прокомментировала я. – С вас шесть долларов.

Мелинда достала из сумки наличные и расплатилась.

– Значит, мы с вами конкурентки? – не без иронии заметила я.

– Ну, что вы?! – воскликнула Мелинда. – Отнюдь. Вы готовите выпечку, а я – десерты. К вам приходят люди, которые хотят хорошо позавтракать, ко мне – те, кто планируют организовать торжество. Чувствуете разницу?

– Пожалуй, – кивнула я. – А чем занимается ваш муж?

– Пишет статьи для местной газеты, – сказала Мелинда, внимательно рассматривая пакет с пирожками. – Я зайду ближе к вечеру, возьму что-нибудь для ужина.

– Договорились, – сказала я, начав мысленно перебирать возможные начинки для пирога к ужину.

Мой первый рабочий день пролетел незаметно. Ровно в шесть я закрыла двери своей новой пекарни и, вдохнув свежий воздух Банвиля, направилась в сторону дома, где меня ждал небольшой сюрприз.

– Эмили?! – изумленно произнесла я, увидев свою дочь сидящей на ступенях моего крыльца.

– Мамуля! – воскликнула она и кинулась меня обнимать.

– Что ты тут делаешь? – изумленно спросила я, нежно погладив свою дочурку по волосам.

Я всегда восхищалась ее рыжей кучерявой шевелюрой, которая досталась ей от отца. Она была на него так похожа, что порой, когда я смотрела в ее глаза, мне становилось немного не по себе.

– Я решила посмотреть, как ты устроилась на новом месте, – сказала Эмили, окинув любопытным взглядом близстоящие дома.

В этот момент я заметила небольшой саквояж прямо у входной двери.

– Ты надолго? – испуганно уточнила я.

Я не была готова принимать Эмили в своем новом доме. Мне хотелось побыть одной. Максимум, на что я была способна, – это встреча с прекрасным джентльменом по имени Итан.

– Может, на пару дней, – ответила Эмили, поднявшись по ступеням.

Я недоуменно кивнула.

– А где Шон? – внезапно осенило меня.

Эмили отвела взгляд и недовольно поджала губы. Она всегда так делает, когда пытается о чем-то умолчать.

– Мы расстались, – произнесла она после некоторой паузы.

– Что?! – испугалась я. – Но почему? Что случилось? Он тебе изменил?

Когда я впервые познакомилась с Шоном, то решила, что моей дочери невероятно повезло. Такие мужчины, как Шон, женятся один раз и на всю жизнь. В отличие от Шелдона и Брайана, мужчин, за которых в свое время меня угораздило выйти замуж, он бы никогда не пошел налево и не стал обвинять жену в собственных неудачах. Я не перенесу, если Эмили расстанется с таким чудесным парнем. Он – тот, кого она заслуживает. Вряд ли ей удастся найти кого-то лучше.

– Нет, – замотала головой Эмили. – Если бы он мне изменил, я бы точно его убила.

– Тогда в чем проблема? – не могла успокоиться я.

– Может, пригласишь меня в дом? – произнесла Эмили, закатив глаза.

– Не приглашу, пока не расскажешь мне, что случилось.

Эмили тяжело вздохнула.

– Он хочет переехать в Лондон, – произнесла она.

– Что?! – опешила я.

В этот момент я посмотрела на часы и вспомнила, что Итан пригласил меня на чашку кофе.

– Милая, – произнесла я, крепко сжав руку Эмили, – я должна отлучиться. Когда я вернусь, мы обязательно все обсудим, хорошо?

Эмили посмотрела на меня словно на сумасшедшую. Я открыла дверь и мы спешно вошли в дом.

– Но куда ты собираешься? – уточнила Эмили, присаживаясь в кресло, из которого можно было увидеть дом Итана.

Я промолчала. Мне не хотелось говорить Эмили, что я иду на встречу с мужчиной. Она бы тут же решила, что у меня новый ухажер. Всю свою сознательную жизнь Эмили пытается выдать меня замуж. Когда мы расстались с ее отцом, ей было восемь. Спустя неделю после нашего расставания, она стала говорить со мной о том, что неплохо бы мне завести себе нового мужчину. Порой она даже пыталась знакомить меня со случайными прохожими. В итоге в моей жизни появился Брайан, с которым мы прожили почти десять лет. Все было неплохо. Брайан даже относился к Эмили как к родной дочери. Но однажды он решил, что ему наскучила семейная жизнь, увлекся йогой и уехал в Индию. Вот уже четыре года Эмили внушает мне, что я не должна отчаиваться. Что мне стоит продолжать поиски идеального партнера для жизни.