Последний ковен

Пролог

Все начинается с боли. Она принизывает мои вены, мышцы и кости по всему телу. Невозможно определить ее источник. Я боюсь открывать глаза, поэтому вначале решаю пошевелить пальцами ног, наверное, это инстинкт выживания. Шевелятся. Пробую согнуть колени. Это выходит с трудом и спину тут же пронизывает ноющая боль. Подключаю руки и пытаюсь перевернуться на бок – в висок тут же врезается что-то твердое и колкое. То же самое чувствует все мое тело, а ладонь погружается в плотное холодное месиво. Противно.

Нос воспринимает знакомый запах, который кажется приятным и почему-то безопасным. С трудом открываю глаза, взгляд упирается в корни могучего дерева. Я пытаюсь вспомнить, почему лежу среди леса наполовину в луже. На ум ничего не приходит.

Голова просто раскалывается, и я тру висок, пытаясь унять напряжение. Под пальцами обнаруживаю, что мои волосы чем-то покрыты. Похоже, я еще и вся в грязи? Нет, это кровь. С трудом сажусь, опираясь спиной на ствол дерева. Следующее, что делаю, это оглядываюсь на предмет опасности. Снова инстинкт? Вокруг, кроме леса, ничего. Теперь оглядываю себя. Руки и колени ободраны. На мне длинная белая сорочка, грязная и местами порванная. На голых ногах – высокие сапоги. А мои длинные рыжие волосы грязные и, судя по колтунам, больше похожи на воронье гнездо. Просто блеск!

Видимо, пришло время подвести итоги.

Вывод номер один – я ранена. На голове небольшая рана, руки и ноги в ссадинах. Ощущения, что меня били палками или я долго откуда-то падала. А какой вариант из этого лучше, интересно?

Вывод номер два – я не имею никакого понятия, где и в каком лесу я нахожусь. Как сюда попала тоже.

Вывод номер три – я не знаю, куда идти. Спустя несколько минут шок потихоньку покидает мое тело, а на его место приходят воспоминания. Эмоции горным потоком обрушиваются внутри моей головы, и я не знаю способа их сдержать.

Итог – я по уши в дерьме.

Глава 1. Фина

Время близится к закату. Я прошагала, куда глаза глядят, целый день, ориентируясь лишь на путь солнца. Знала лишь то, что это север. Да и какая разница, если конечного пункта моего пути нет. Разве что еда и кров? Одно я знала точно, дорога домой мне закрыта. Так или иначе то место, в котором я прожила последние двадцать лет, домом я больше назвать не могла.

Усилием воли отгоняю все мысли прочь. Если и дальше погружусь в воспоминания, то окончательно сломаюсь. Поэтому, я продолжаю слушать пение птиц летнего леса и, опираясь на свою палку, ковыляю дальше.

Палкой я довольна. Она мне приглянулась не сразу. Не сказать, что у меня был большой выбор, но эта оказалась что надо. Ее я обнаружила, когда с бешеной скоростью объедала куст дикой малины. И еда, и надежная опора, и оружие нашлись в одном месте – верх моего везения.

Человек, который меня вырастил, однажды сказал, что в самые тяжелые времена, когда кажется, что все потеряно, стоит искать утешения в мелочах, которые тебя окружают. И вот теперь, я бреду по тихому лесу где-то в Предгорье и радуюсь этим самым мелочам. Таким, как удобная палка, ягодные кусты, щебет птиц, теплый летний день и тому, что я, вопреки всему, жива. Подмечаю все красивое вокруг, чтобы ни на секунду не вспомнить, что этот же человек меня и обманул.

На лес постепенно опускаются сумерки, и я понимаю, что с ночлегом больше тянуть не стоит. Страшно хочется развести костер, особенно, когда знаешь, что это получится в два счета. Но я не могу определить, насколько далеко я отошла от границы, и ищет ли меня кто-нибудь. Поэтому я жертвую теплом, в обмен на опасность быть обнаруженной. Вместо этого ищу самое большое дерево с широкими ветвями и забираюсь на него. Веревки у меня нет, и из чего я смогу ее смастерить тоже.

Звезды пробиваются сквозь листву, а прямо на меня смотрит яркая луна. Ныне Дева, которую олицетворяет растущая луна, уступила место Матери. Сегодня полнолуние. Еще вчера, в это же время я засыпала в своей кровати. Теперь же сила этой луны словно давит на меня, и я сдаюсь. Слезы крупным градом катятся по щекам, я плачу навзрыд и никак не могу остановиться. Плачу по своей прошлой жизни, по обманщику, которого считала отцом, и по той неизвестности, что ждет меня впереди.

– Руфина! Вставай! Просыпайся немедленно! – с этими словами отец тряс меня за плечо.

– Что случилось? – спросонья я ничего не могу понять, но по сиянию луны в окне, понимаю, что еще глубокая ночь.

– Вставай и обувайся! Сейчас нет времени на вопросы! – он буквально сует сапоги и плащ мне в руки. Как только я обуваюсь, мы бежим к лестнице для слуг. Моя комната находится на третьем этаже западного крыла замка. Отец не отпускает мою руку, сжимает ее с такой силой, что чуть не трещат кости. По лестнице мы спускаемся с такой скоростью, что без его поддержки, я бы давно скатилась как мешок. Вылетев из замка, мы спешим прямо к конюшне. Едва зайдя внутрь, я тут же выдергиваю руку.

– Отец, остановись! Пожалуйста, объясни, что происходит! – требую я с паникой в голосе.

– Фина, просто делай, как я тебя прошу! – казалось, еще немного, и он потеряет терпение. На его лице промелькнула решительность, но ее сменило другое чувство, которое я никогда не видела на нем. Страх. – Вспомни, чему я тебя учил! Ты мне доверяешь?

– Я-я-я…

– Ты мне доверяешь?

– Да! – паника охватила мое тело с головы до ног.

– Тогда бери коня. – он сует мне в руки поводья. Это просто одна из лошадей нашей конюшни. Моя кобыла сейчас на свободном выпасе. Лошади не оседланы, но в этом нет необходимости, потому что я с детства обучена управлять лошадью без седла.

Едва мы выехали из конюшни, как где-то в лесу раздался собачий вой, а среди деревьев замелькали факелы.

– Скачи в упор! – приказал отец и направил коня прямиком темный лес Предгорья. Он даже не оглянулся. Потому что знал, что я не отстану, он знал, что хорошо меня обучил.

Мы проскакали больше часа, но все равно это не имело большого значения, потому что нас догоняли. Сначала мы скакали напрямую через лес, ветви деревьев и кустов хлестали нас по лицу, но через некоторое время мы выехали на едва заметную тропу. И до меня дошло, что отец прекрасно знал, куда ехать. Я давно назубок знала границы всех земель, и то, что было впереди, подвергло меня в шок. Мы остановились на краю обрыва, его глубина утопала в темноте. Сколько до дна? Десять метров? Двадцать? Тридцать?

– Руфина, послушай меня внимательно! – заговорил отец. – Возможно, из-за того, что я тебе сейчас скажу, ты меня возненавидишь. Но я ни о чем не жалею. Вернись я в ту ночь, двадцать лет назад, я поступил бы так же… Скажи, кто тогда правил?

– Король Руперт и королева Джанин, династия Эверилд. – отвечаю я.

– И что с ними стало? – его голос становился все напряженнее.

– Народ был недоволен их правлением, к тому же у короля не было наследника мужского пола. Вскоре после того, как королева родила дочь, вспыхнуло восстание. Всю королевскую семью казнили… – мой голос дрогнул.

– Суть верна, но это все обман. – взгляд отца наполнился ненавистью. – Народ любил своих правителей, и очень жалел, что у них не было наследников. Люди были рады даже рождению девочки. Но не дальний кузен короля, лорд Дэмиэнус. Он не был прямым наследником, но единственным, кто претендовал на престол. В течении долгого времени он тайно наводил смуту среди народа. Тайно, чтобы не запятнать свою репутацию. Он создал обширную сеть шпионов и наемников, сделал все, чтобы на него не падали подозрения. Он был уже так близко к трону, когда королева родила единственную дочь. Народ ликовал, но недолго. Враг перешел к решительным действиям.

Я слушала молча, не перебивая, хоть и знала, что случится. И при этом появились ощущения, что за этим печальным концом скрывается нечто большее.

– Правда в том, что король и королева не были глупы, они понимали, кто за всем этим стоит. Как и их верные сторонники, которые так же были и друзьями. Это был их Внутренний круг. Члены, количество участников, их должности – все держалось в секрете. Дэмиэнус смог вычислить некоторых, он убил их еще до восстания. Конечно, все выглядело, как несчастный случай. Но сейчас не об этом. Один из сторонников предложил запасной план, рискованный и опасный. После долгих споров королева согласилась. В ту же ночь королева разрешилась здоровой, звонко орущей малышкой. И они подменили ребенка. Они нашли ребенка, мать которого была служанкой и сиротой. Она умерла в родах. Девочка родилась маленькой и слабенькой, поэтому слугам сказали, что малышка, едва прожив первый день, умерла. То же самое объявили стране. И начался траур.

Теперь уже отца всего трясло, скорбь и боль в его серых глазах словно стала и моей тоже.

– Это был я. Я предложил этот план, потому что я преданно и искренне любил своих друзей. Я хотел сделать, хоть что-то. Но от одной мысли о том, что мне придется их бросить, оставить их одних… мое сердце разрывалось на части. – его голос дрожал все больше, но он смог выдохнуть. – Как бы ужасно это не звучало, благодаря трауру правители могли остаться одни, мы распорядились, что бы в замок никого не пускали. Едва наступил рассвет, как я вывез крепко спящую принцессу из замка в седельной сумке. Я сказал стражникам, что король велел распустить двор, и что мне приказано возвращаться в родовое гнездо. Их шок от услышанного позволил мне убраться быстрее.

С каждым проведенным днем в пути я удивлялся, насколько малышка оказалась крепкой и почти не плакала, она уже будто понимала, сколько тяжестей ей предстоит. Я привез ее в свой замок в Предгорье и объявил ее своей дочерью и законной наследницей. Мои люди понимали, что она незаконнорожденная, но все равно приняли ее…

– Подожди, отец, я ничего не понимаю! О ком ты вообще говоришь? – у меня сбилось дыхание, я пыталась обнять себя за плечи, но руки тряслись так, что ничего не выходило. Он взял мои руки в свои и посмотрел в глаза.

– Твое настоящее имя Серафина Аврора Эверилд, единственная дочь своих родителей и законная наследница престола. Я не смог спасти твоих родителей, но я спас тебя. Я растил тебя как свою дочь, потому что таковой и считаю. Я научил тебя всему что знаю, потому что пытался подготовить ко всему, что возможно… – тут я выдернула свои руки и отшатнулась от него на пару шагов.

– Мне плевать, чему ты меня учил! И плевать, что я какая-то там наследница! Как ты мог мне врать всю мою жизнь? Я верила тебе. Я слушала все, что ты мне говорил. Делала все, чтобы ни приказал. И меня не беспокоило, что большинство этих вещей не подходило для леди. Я всю жизнь восхищалась тобой, ждала лишь твоего одобрения… твоей любви… – я больше не могла бороться и слезы брызнули из глаз. – Теперь понятно, что не было смысла ждать твоей любви, потому что я на самом деле не твоя дочь!

За долю секунды он преодолел расстояние между нами и ударил меня по лицу. Сила этого удара поразила глубоко в душу. Отец никогда меня не бил в таком смысле, он находил другие способы для наказания.

– Что ты только что… – я остановилась на полу слове, потому что вой собак прорезал тишину леса. Уже совсем близко.

– Послушай меня! – отец взял мое лицо в свои руки, и я не сопротивлялась. – Я любил тебя, потому что ты моя дочь. Но то, чему я тебя учил всю жизнь, то, как воспитывал, гораздо важнее проявления чувств. Не важно, какой путь ты изберешь теперь. Захочешь ли вернуть то, что по праву твое, или выберешь тихую мирную жизнь. Ты готова к разным вариантам, потому что мы вместе хорошо постарались эти годы. – он поцеловал меня в лоб, потому что это было единственное, что он редко позволял себе. А затем сделал то, что не делал никогда. Отец крепко обнял меня. Он никогда этого не делал. Но прежде, чем я смогла обнять его в ответ, он отстранился.

– Возьми это. – он снял с шеи медальон со странным символом, он носил его всю жизнь и никогда не снимал. Это было серебряное изображение трех фаз луны: растущая, полная и убывающая. Эти же фазы были олицетворением ипостасей Трехликой Богини: Дева, Мать, Старуха. Теперь же он повесил его на меня. – Носи его, никогда не снимай, но никому не показывай! Возможно, ты и правда захочешь вернуть трон, но еще рано. Тебе будут нужны союзники и ресурсы. И никогда не отказывайся от шанса завести верного друга.

– Хочешь сказать, что я не смогу остаться с тобой? И куда я теперь пойду? – лишь стойкость, к которой он приучал меня все эти годы, помогла произнести эти слова в слух.

– У тебя остался только один путь перебраться через границу. Ты пойдешь в земли Канус. Лорд Канус входил во Внутренний круг, у него был тот еще характер, но он был предан прежнему королю. Теперь землями управляет его сын, я уверен, что его отец посвятил его в тайны круга. Ты найдешь его и покажешь медальон. Он принадлежал твоей матери. Сначала не выдавай ему своей тайны, и не выдавай пока никому. Но скажи…скажи, что Дом Атрум просит помощи. И еще, возможно там ты найдешь друга, но самое главное, где-то в стенах замка Канус скрывается тайна, связанная с твоей матерью.

Дальше мы не сколько услышали, сколько почувствовали шум приближения. Отец сразу же подбежал к моей лошади и ударил ее по крупу.

– Но! Пошла! – я стояла и смотрела как лошадь убегает в темную чащу леса. – Все, теперь, твоя очередь! Ты по-прежнему выполняешь все мои приказы? Видишь вон то дерево? – я кивнула и подошла к старому дереву. – Встань прямо на краю обрыва, лицом ко мне. – Ничего не понимая, я сделала, как он велел. – Теперь ты должна сделать шаг назад.

– Что? – я никак не могла поверить в то, о чем он просит, и интуитивно коснулась медальона. – я же упаду в обрыв и умру!

– Я уверен, что ты справишься! Ты сильнее, чем кто-либо!

Топот копыт накрыл меня – звук приближающейся смерти. Но я лишь смотрела в серые глаза отца.

– Шаг назад, Фина!

И я сделала, как он велел. Но последнее, что я увидела перед тем, как меня поглотила пустота, это стрела с синим оперением, что пронзила тело моего отца. Затем, его ноги подогнулись, и он упал. А дальше – темнота.

Меня будит щебет птицы прямо над ухом. Вчера я долго не могла уснуть, обливая слезами свою прошлую жизнь, и едва ли проспала больше трех часов. Я позволю себе это страдание, сказала я себе ночью, сидя на дереве. Мне нужна была эта слабость, чтобы принять и пережить то, что произошло вчера, пережить это именно сегодня.

Они убили моего отца. У меня перед глазами все еще стояла эта стрела с синим оперением. Отец обучил меня традициям всех дворов Мелиора, их гербам и характерным цветам. Я знала, кому принадлежит эта стрела, и я знала, кто его убил.

Слезы все-таки высохли. И вслед за этим пришло понимание. Я прожила двадцать лет обучаясь и изучая все, что только возможно. Отец дал мне столько, сколько мог, и у меня есть все навыки, чтобы выжить. Это будет первым в списке плана. Вторым – найти этого молодого лорда Кануса, и посмотреть, что он из себя представляет. И третье… Что ж, дальше посмотрим, что будет третье.

Если бы меня кто-то искал, то уже давно бы нашел. Либо они не нашли путь перебраться через ущелье, либо вообще не знали, что я была с отцом. Но, если верить ему, то единственный прямой путь через ущелье, это скатиться кубарем вниз, а пока летишь – молиться Богине даровать тебе быструю смерть. А если они знали, что я там была, то им придется ехать в обход. Сначала через земли Атрума до главной дороги, а потом в Канус. Но никакой гарантии, что я направилась именно в Канус, у них нет.

С этими мыслями я слезла с дерева и отправилась ставить силки. В охотничьих силках на мелкую дичь я была хороша. Поэтому смела надеяться хоть на кого-то зверька. Следом я отошла от ловушки подальше, насколько осмелилась. Я присмотрела местечко у небольшого ручейка, подготовила место для костра. Благодаря нашу Богиню за то, что не добавила дождь к моим страданиям. Медленно, но верно солнце нагревало воздух. Костер разгорался, а я осмелилась искупаться в ручье. Вот холодища-то! Поэтому одежду стирать не стала. Отогревшись, отправилась на поиски добычи. Заяц меня не огорчил. С помощью острого камня с берега ручейка я освежевала тушку, при это грязи развела немерено. Тут же поймала себя на мысли, что отец такой неаккуратностью был бы недоволен. Но теперь мне плевать на это.

После завтрака я затоптала костер и полезла на дерево, чтобы рассмотреть местность и определить направление.

Так прошло еще два дня. Я охотилась, ела, шагала и спала на деревьях. К концу третьего дня мои ноги уже отказывали, я из последних сил забралась на очередное дерево и забылась.

Глава 2. Тим

Три проклятых дня я шатаюсь по лесу в поисках этого оленя, да все без толку. Дева потянула меня за язык, когда я начинал этот спор с Лео. Он уезжал в поместье отца где-то на неделю, и на прощанье решил меня поддеть:

– Смотри у меня, дружище! Не заработай пролежни на филеях, пока меня не будет. Знаю я, что только благодаря мне, ты стал таким хорошим воином. Не будь меня рядом, ты поселился бы в библиотеке на кушетке и день и ночь читал свои книжонки. – он сделал ударение на последнем слове и расхохотался так, что его светлое чистое лицо раскраснелось.

– Кто бы говорил! Не присматривай я за тобой, как твой лорд, и друг между прочим, ты бы сидел в своем поместье, да выращивал себе скот. Это я сделал из тебя приличного мужчину. – я пытался говорить серьезно, но Лео знал, что я вот-вот улыбнусь. – И между прочим, я собираюсь отправиться на охоту, недавно в мои леса забрел славный олень.

– Да ты брешешь! – он все продолжал хохотать. – Тебе в жизнь его не поймать! Лучше перед этим помолись Матери, чтобы олень не подцепил тебя на рога.

– Вот увидишь, приедешь и я накормлю тебя олениной. У меня будет добыча, достойная правителя!

– Ну посмотрим! – он напоследок взмахнул светлыми кудрями и выехал со двора.

Никакого оленя конечно я не поймал. Прошатался по лесу пару дней, но Богиня хоть одарила меня парой глухарей и тремя упитанными зайцами. Не спеша, я пробирался верхом через дебри, до боли в глазах всматриваясь в просветы между деревьями. А, тем временем, конь подо мной недовольно фыркнул.

– Ладно-ладно, отправляемся домой. Вечно ты чем-то недоволен, своенравная скотина.

Спустя какое-то время я дал коню отдохнуть, а сам оперся рукой на широкое дерево и начал расстегивать штаны. Сделать это мне не удалось, потому что с дерева на меня с громким воплем свалился какой-то мешок с руками и ногами.

Я уже почти пожалел, что при мне нет никакого оружия, так как оно осталось в седельных сумках. Но спустя секунду заметил, что это не какой-то там дикий горец, а обычная девчонка. В ту же секунду эта «обычная девчонка» заехала мне кулаком по лицу, грациозно вскочила, и приняла оборонительную позицию с длинной палкой в руках. Я же так и остался весьма унизительно сидеть на заднице. Она что, в серьез решила драться? И откуда, Богиня меня задери, она так быстро раздобыла палку?

И пока она решала, как лучше меня прикончить, мне удалось ее рассмотреть. Да простит меня Дева, такого устрашающего зрелища я еще не видел. Высокая и худая, судя по выпиравшим скулам, последнее время она плохо ела. Грязная и оборванная сорочка, стоптанные сапоги. Ее длинные спутанные волосы спускались ниже поясницы. Если бы мы с Лео увидели такую девушку в лесу ночью, то, несмотря на нашу подготовку, непременно сделали бы ноги. Она была словно ожившая утопленница с Ведьминых озер.

Но вместе с этим неожиданно для себя я заметил, какой у ее волос красивый цвет, хаотичную россыпь веснушек на ее лице, и зеленые глаза, полные жажды выжить.

Очевидно, все это время она тоже меня рассматривала. И казалось у нее исчезло желание меня убивать. Но вдруг ее взгляд переместился на мои штаны, и она тихо ахнула и закричала:

– Грязный извращенец! Так ты все-таки подсматривал за мной! – она метнулась в мою сторону, намереваясь нанести удар, но я успел перевернуться на бок и быстро вскочил на ноги. Что ж, шутки кончились. За пару шагов я достиг лошади, вынул меч из ножен, обернулся и выставил блок. Как раз вовремя.

– Остановись, сумасшедшая! Никто за тобой не подсматривал! Я вообще не знал, что ты сидишь на дереве, я просто хотел отлить! – я выкрикнул ей эти слова прямо в лицо. Мой меч плашмя упирался в ее палку. И меня поразило, с какой силой она держит упор, ведь, судя по ее виду, она вообще еле ходит.

– Я не сумасшедшая! – парировала она.

– Из всей этой ситуации тебя зацепило только то, что я назвал тебя чокнутой? – не удержался я.

– Прости, но не каждый день, я просыпаюсь, а под моим деревом мужчина с полуопущенными штанами.

– Прости, но не каждый день, когда я пытаюсь отлить, а на меня сверху валятся незнакомые девицы! – парировал я. – И какого лешего ты вообще это сделала?

– Я соскользнула, идиот! – ее щеки раскраснелись, как будто она действительно испытала унижение, за то, что не смогла удержаться на дереве.

– Хорошо. Раз мы не собираемся причинять друг другу вреда, то давай разойдемся. – предлагаю я, и не дожидаясь ответа делаю медленный шаг назад. Вижу, что она не собирается нападать и опускаю меч.

– Договорились. Как тебя зовут? И что ты делаешь в лесу? – спрашивает она, опираясь на свою палку. Наглая и уверенная.

– Тимеус, но можешь звать меня просто Тим. Думаю, обойдемся без титулов и фамилий. И я охотился в этом лесу. – я не собирался сразу говорить ей кто я, и что это моя земля.

– Можешь звать меня Фина. Мне нужно попасть в замок лорда Кануса, только я совсем не знаю этих лесов.

Такого ответа я от нее не ожидал, и она явно что-то скрывает.

– А зачем тебе нужен лорд?

– Прости, но этого я тебе не скажу. – на ее лице промелькнуло раздражение, она явно не любитель говорить с незнакомцами.

– Очень жаль, что ты не хочешь говорить, потому что я как раз знаю короткий путь к замку. Но я тебе его не покажу, пока не узнаю правды.

– Я не собираюсь говорить о себе первому встречному!

– Значит мы в тупике. – я уже и сам начинал злиться, наверно потому, что она ужасно бесила своим упрямством.

Фина начала ходить передо мной взад-вперед, явно обдумывая, что сказать, потом остановилась на полушаге и начала говорить:

– Меня вырастил один отец, больше у меня никого нет. Он был охотником и многому меня обучил. Но пару дней назад его убили, не знаю кто. Теперь он мертв, а я сбежала. Перед этим он сказал, что в Атруме мне больше не безопасно и велел просить убежище у лорда Кануса. Я прошла через ущелье и оказалась здесь…

– Постой, – перебиваю я – как ты перебралась через ущелье?

– По тайной тропе, отец показал перед смертью. И как ты видишь, – она махнула рукой на себя – прогулка не была приятной.

– Поразительно, что ты вообще выжила! – теперь мне стало интереснее. Может, привезти ее в замок это и не такая плохая идея. И, ко всему прочему, она совсем не выглядела простолюдинкой. С гордой осанкой, она смотрела прямо в лицо, не склоняя головы. Правильный выговор, разве что ей не хватало манер… – Хорошо, так, когда мы отправимся?

Глава 3. Фина

Прошло две ночи и один день. Мне так кажется, потому что я уже сбилась со счета. Дождь идет практически весь день, и мы еле бредем верхом на лошади. Тим сидит позади меня. Вначале меня очень смущала его вынужденная близость, но теперь это перестало иметь значение, потому что я еле держалась, чтобы сильнее не опереться на него из-за усталости. Последние несколько часов мы вообще не говорили. Да и я не настаивала, потому что понимала, что он устал так же, как и я.

Кстати, он оказался приятным парнем. Высокий и широкоплечий, светло-русые волосы и голубые глаза, приятное лицо. И вообще, он был весь такой милый, добрый и благородный. В Атруме я видела, как все девушки вздыхали по таким парням и мечтали заполучить их в мужья. Меня же это никогда не интересовало, да и из-за моего положения и страха перед отцом никто не пытался за мной ухаживать. И уж точно я бы никогда не позволила себе так восторженно улыбаться и заглядывать парню в рот, как это делали пустоголовые девицы.

Но, за время путешествия я смогла проникнуться к нему дружеской симпатией, наверно, благодаря его врожденному жизнелюбию. Плюс ко всему его идеальные манеры. Он не был неженкой, но наверняка получил прекрасное образование. Скорее всего, сын какого-нибудь младшего лорда.

Мы намеренно не говорили о личном, и выбирали безопасные темы. В основном обсуждали охоту, и делились забавными случаями. Он хохотал, когда я рассказала, что однажды мне пришлось убегать от беременной лосихи. А потом я вытирала слезы смеха, после его приключений с ульем и дикими пчелами.