Девушка с телеэкрана

Charlotte Phillips

Man vs. Socialite

Man vs. Socialite Copyright © 2014 by Charlotte Phillips

«Девушка с телеэкрана» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Моей маме.

Люблю и крепко обнимаю

Глава 1

Смартфон предоставляет человеку возможность постоянно просматривать нелицеприятные комментарии, появляющиеся постоянно, если вы публичная персона и враг номер один для всех в Сети. Можно ли это считать достоинством? Скорее нет.

– Здорово было бы увидеть, как эта красотка будет поедать жареных крыс. Узнает, как говорить гадости про шоу Джека Трента.

На одном из сайтов Эви Стэвентон-Линч из шоу «Мисс Найтсбридж» собрала пятнадцать тысяч лайков, на другом наткнулась на злополучный видеоролик и следующую фразу:

– Только посмотрите, какие гадости говорит Эванджелин Стэвентон-Линч о Джеке Тренте, обвиняет в том, что его шоу фикция.

Рейтинги росли, количество просмотров приближалось к шестизначной цифре, хотя ненавистный ролик был выложен в общий доступ всего два дня назад.

Разговоры велись не напрасно. Бормоча под нос проклятия, Эви убрала телефон и сделала глоток отвратительного кофе. Она сидела в офисе человека, который мог помочь выбраться из ямы, в которую она сама себя загнала.

Перед ней по другую сторону стеклянного стола сидел Честер Смит, специалист по связям с общественностью, работающий со многими звездами. Именно ему она обязалась выплатить процент от будущих доходов за то, что он возьмется за ее стремительный взлет, предполагавший превращение заурядной светской львицы, страдавшей от избытка свободного времени, в суперзвезду реалити-шоу. Стены украшали фотографии телезвезд прошлого и настоящего, своей успешной карьерой обязанных Честеру Смиту. На столе были разбросаны экземпляры ежедневных изданий. На первых полосах некоторых из них она заметила свое застывшее лицо. По крайней мере на трех. Честер поправил безупречно постриженную челку, вытащил планшет, отбросил жуткую обложку с экрана и запустил ролик, будто Эви не видела его раньше и не он занимал все ее мысли последние сорок восемь часов.

Качество было не блестящим, однако позволяло узнать ее и заметить любимую сумку от известного дизайнера, пристроенную рядом с бокалом воды.

Напротив, спиной к камере, выпрямив спину, сидел ее отец. Мимо сновали люди, заехавшие на ланч в популярный у светской публики ресторан в Найтсбридже. Не потому ли она выбрала это место, когда позвонил отец, настоятельно требуя встречи? Он никогда не предлагал встретиться, а именно требовал. Если выбирал время ланча, следовало задуматься, сколько блюд будет включать в себя трапеза. Если ей предстоит терпеть его не менее пары часов, лучше это сделать на своей территории, уж там-то она чувствовала себя комфортно.

Неподалеку оказались несколько поклонников сериала, которые, забыв о еде, обратились к ней с просьбой сфотографироваться. Раздражение отца возрастало с появлением у их столика очередного поклонника. Но разве дело только в этом?

Разумеется, он не ценил ее заслуги, в его глазах она человек мелкий и бесполезный. Правда, сама Эви чувствовала себя так, будто купалась в любви и обожании, несмотря на тот факт, что образ восходящей звезды, вызывающий восторг публики, тщательно продуман и безупречно воплощен на экране.

После двадцати лет бессмысленного существования она наконец превратилась в звезду шоу «Мисс Найтсбридж», ощущая всеобщий интерес и внимание. Исполнилась мечта, казавшаяся нереальной.

Однако Честеру не стоило доверять всецело. Его помощь при первом неверном шаге может причинить вред.

Честер не отрывался от планшета, пока не закончился клип и не смолк включенный на полную громкость звук.

– Нет, я не смотрю твое шоу, – гремел отец. – У меня нет никакого желания видеть, как ты валяешь дурака в программе центрального телевидения. По моему мнению, зрителям абсолютно все равно, как вы там проводите время. – Сделав паузу, отец глотнул белого вина. – Если бы я включил в тот момент телевизор, лучше бы посмотрел «Лагерь выживания» с Джеком Трентом.

Разговор прервался, было слышно лишь, как шумела публика в ресторане. Даже сейчас Эви не понимала, что лишило ее дара речи, тот ли факт, что отец, оказывается, смотрел все это время телевизор либо отдавал предпочтение шоу, соперничающему по рейтингам с ее собственным.

За двадцать лет стремлений и неудачных попыток порадовать или хотя бы заинтересовать отца она должна была уже обрасти толстой кожей, наподобие носорога. Прошлый год она прожила ощущая себя популярной и любимой зрителями, и это превратилось для нее в сказочный сон. После того как ее приняли в команду шоу «Мисс Найтсбридж», она получила даже больше, чем ожидала. Интервью и съемки для журналов случались все чаще, по мере того как росла популярность программы. Затем у нее появилась возможность заняться разработкой собственной линии ювелирных украшений. Это была еще одна мечта, которую она лелеяла много лет, но не решалась сделать первый шаг. Совершенно новое серьезное дело, несомненно, произведет на отца впечатление. Кроме того, у нее появились собственные заработки, что позволяло не пользоваться средствами отца, который к тому же так пренебрежительно отзывается о ее деятельности. На мгновение Эви задумалась, кем же ей следовало стать, чтобы отец одобрил выбор. Может, нейрохирургом?

– Выставить всю себя на обозрение публики, – возмущался отец. – А ведь тебя не так воспитывали.

Боже, разве он может упустить случай упомянуть о том, сколько в нее было вложено и как она должна быть благодарна до конца дней, хотя все его затраты сводились лишь к денежным выплатам! Любовь и забота исчезли из ее жизни в тот день, когда умерла мама, она так и не смогла заслужить их никакими стараниями. Она оставалась членом семьи, сначала чтобы не ранить чувства матери, а потом чтобы не осквернять ее память.

– Слава богу, твоя мать сейчас не с нами и не видит всего этого.

Последняя фраза ранила так сильно, что перехватило дыхание. Ведь, создавая коллекцию украшений, она прежде всего думала о том, понравилась бы она маме. Та любила бижутерию и позволяла шестилетней Эви играть с блестящими кольцами и бусами. Воспоминания о тех мгновениях были самыми ценными, они сверкали, выделяясь из череды остальных, посеревших со временем от тоски, монотонности и одиночества.

Сердце сдавило при мысли, что должно последовать дальше. Даже после нескольких просмотров она заранее сжималась, думая о том, что увидит. До нее донесся ее собственный голос. Неужели она действительно говорит так сдавленно, при этом высокомерно вскинув подбородок? Волна стыда поднялась от шеи к щекам, они вспыхнули жаром.

– Если не ошибаюсь, Джек Трент бывший военный. – Эви передернуло от брезгливого тона. – Неудивительно, что тебе его шоу нравится больше.

В душе она ненавидела все, связанное с дисциплиной и армией. После ухода матери в мир иной она лишилась женщины, способной научить ее, как противостоять холодной, во всем регламентированной действительности в мире, где правили мужчины. Для нее стало откровением, что отца больше интересует выживание в экстремальных условиях, чем ее успехи. И гнев захлестнул с головой.

– Программа Трента о настоящей жизни, – кипел отец. – Это совсем не то же самое, что какое-то шоу. В ней есть смысл. А твое реалити-шоу можно смотреть не более пяти минут. Полнейшая глупость. Ты выставила семью на посмешище.

Семью. Он не сказал нашу семью. Случайно? Или намеренно, чтобы подчеркнуть, как он относится к дочери? Последнее время она все чаще замечала такие выпады. Он при каждом удобном случае старался подчеркнуть, какие они с братом разные, хотя на это никогда не обращали внимания раньше, когда была жива мама, старавшаяся объединить семью. «Сводный брат», – мысленно поправила Эви. С той минуты, как не стало мамы, она ощущала себя подкидышем в родном доме, ведь рядом уже не было человека, который связывал ее с этими мужчинами. Загрустив, она внезапно ощутила острую ненависть и зависть к Джеку Тренту, к успеху его глупой программы о не нужном никому умении выживать. Постаралась сконцентрироваться на терзавших душу боли и обиде и поняла, что на передний план, являя причину ее состояния, выходит именно Джек Трент, с которым она даже не была знакома.

– Смысл? – фыркнула Эви. – Поверить не могу, что ты купился на это. Неужели думаешь, он спит на земле и ест поджаренных на костре крыс? Когда выключается камера, он отправляется в шикарный отель, где спит в мягкой постели и придирчиво выбирает блюда в ресторане.

Напряженное дыхание сидящего рядом Честера заставило ее вернуться к неприятной реальности.

– Знаешь, сколько бы раз я ни смотрел его, вынужден признать: со временем видео не потеряло остроты. – Он с шумом выдохнул и стукнул пальцем по экрану, останавливая просмотр.

Эви несколько секунд не могла оторвать глаз от застывшего выражения собственного лица, отмечая свой жалкий вид. Голову сжала внезапная боль.

– О чем ты думала? Всего парой предложений ты разрушила свою карьеру, да еще и Джека Трента опустила. В продюсерской компании все в бешенстве.

– Это частное мнение, – попыталась возразить Эви, сожалея, что позволила гневу взять верх.

Откровенно говоря, она иного мнения о программе, просто выпалила в сердцах от злости первое, что вертелось на языке. – Просто Джеку Тренту не повезло в том, что мой отец смотрит именно его шоу вместо моего. Я сказала, не подумав. Сложно было предположить, что об этом все узнают.

– Жаль, ты не учла, что и твое шоу, и программу Джека выпускает одна компания. Согласно таблоидам, никто не верит в случайность твоего высказывания, все полагают, что ты обладаешь какой-то секретной информацией. – Честер склонился над столом. – Например, тебе известно, что Джек Трент живет в отеле и питается в ресторане.

Не отводя глаз, он пару раз стукнул пальцем по экрану, выводя страницу социальной сети, которую она читала и раньше.

– Фанаты Джека были к тебе невероятно лояльны, – пропел он с улыбкой. – Вот, например: «Уберите гадину Эви с экранов». Уже шестнадцать тысяч лайков.

Ее фанаты оказались не на высоте. До настоящего времени она прочла лишь один комментарий в свою защиту. Острая зависть к Джеку Тренту больно уколола в сердце.

Подперев рукой щеку, Эви уставилась на стакан с водой.

– Прошу тебя, хватит. Не желаю больше об этом слушать.

Как же она жалела, что внутренний голос не заставил ее замолчать, прежде чем язвительная фраза слетела с языка! В пиковые моменты он уже не впервые подводит ее. Джек Трент, бывший солдат, наверняка проявит выдержку и спокойствие. Он просто копия ее отца с разницей лет в тридцать.

Надо сказать, за всю жизнь, полную равнодушия в лучшем случае и презрения в худшем, Эви так и не смогла научиться спорить с отцом или грубить ему. По крайней мере, не в лицо.

Жаль, она не учла в тот момент, что в современном мире любая сказанная фраза могла мгновенно стать достоянием публики. И даже извинения не в состоянии подсластить пилюлю, если слова уже разлетелись по Сети.

– В общественном сознании ты сейчас воплощение зла, дорогуша. – Честер ткнул в ее сторону ручкой. – Хуже того, ты воплощение зла с деньгами. Поддержку публики обеспечивал твой образ легкомысленной, пусть и милой красотки, но это быстро надоедает. А когда красотка открывает рот и начинает говорить гадости, они считают, что увидели ее истинное лицо. Согласись, в этом мало хорошего, милая.

Честер взглянул на экран и подвинул планшет к Эви. Она поспешила отвернуться, но, к сожалению, успела краем глаза увидеть пару строк.

– Эта Эви купалась в роскоши, а Джек защищал свою страну.

Эви прикрыла лицо руками и закрыла глаза. К сожалению, у нее нет еще пары рук, чтобы заткнуть уши и не слышать тех слов, что вылетали изо рта метавшего гром и молнии Честера.

Сжав зубы, Джек Трент вышел из такси у шикарного, сверкающего огнями офиса компании «Пипл Продакшн». Его охватило привычное желание бросить все и уволиться, избежать необходимости приезжать в город, что он считал делом совершенно бесполезным, пустой тратой времени. Он невольно задумался, садился ли когда-нибудь в поезд до Лондона, не считая часов до момента отправления обратно, когда сможет вернуться в свои владения в Шотландии и заняться тем, что так увлекало его последнее время, хотя поначалу и казалось лишь удачной возможностью использовать полученные в армии навыки и знания.

Новая идея была ему близка. Он отдал этому делу больше, чем деньги и время.

Внезапное распоряжение явиться для разговора с начальством взбудоражило бы его и в лучшие времена, что уж говорить о теперешнем положении, когда он на пороге новых дел.

Тем не менее он явился, потому что получил благодаря этому проекту широкую известность, доказывающую, что чего-то стоит. Популярность его курса выживания взлетела до небес. Предстоящая встреча, несколько фото и небольшая вечеринка позволяли перейти на совершенно иной уровень, много выше настоящего. Его тщательно продуманный план организации в «Лагере выживания» курса для детей был готов к воплощению в жизнь, это стало бы для него реальной возможностью сделать что-то новое, возможно, как-то компенсировать ошибки прошлого. В конце концов, ему не так часто приходилось бывать в городе, для повышения рейтингов и поддержки хороших отношений с агентом это непринципиально. Однако перед запуском нового проекта необходимо поднимать популярность на заоблачные высоты.

Джек неожиданно для себя узнал, что в Интернете ходят слухи о том, что его курс выживания в экстремальных условиях на самом деле полная ерунда. Казалось невероятным, что кто-то мог допустить подобную мысль. Сначала он даже решил, что это шутка. Копаться в Сети он не любил, разумеется, если не вставал вопрос о срочной необходимости найти лучшее место для переправы через реку. В результате к тому моменту, как стало обо всем известно, дискуссия на столь неприятную тему шла во всех средствах массовой информации. Один из его сотрудников сообщил, что в настоящее время ведется детальный анализ его онлайн-шоу, что, к сожалению, оказалось правдой. В поезде он прочитал немало комментариев и несколько раз просмотрел скандальный ролик с гламурной красавицей Эванджелин Стэвентон-Линч.

К моменту прибытия в Лондон он составил четкое мнение о том, как исправить ситуацию немедленно, иначе она выйдет из-под контроля, а это неминуемо приведет к тому, что полетит немало голов. И не имеет значения, что начальство им всегда довольно.

Следующим утром Эви села в машину рядом с Честером с высоко вскинутой головой. Макияж и прическа выглядели безупречно, розовый цвет костюма резко контрастировал со сдержанным черным. У нее было достаточно времени, чтобы привести себя в нужное состояние, поскольку она почти не спала, хотя знать об этом никому не следовало. Синяки под глазами были тщательно замаскированы консилером, губы сверкали благодаря розовому блеску. Словом, Эви подготовилась дать отпор руководству канала.

Случались минуты, когда она помышляла принести извинения Джеку Тренту, затем спрятаться ото всех в своей маленькой квартирке в Челси. Возможно, до конца жизни. Однако она отказывалась слушать ту Эви, поскольку эта вторая Эви до сих пор скучала по матери, мечтала вернуться домой, когда ее отправляли в школу-интернат, и старалась сделать все возможное, чтобы заслужить одобрение отца. Результатом стало возрастающее с годами недовольство родителя, дошедшее до того, что умение лазить по горам увлекало его больше, чем успехи дочери. Не стоит забывать, прежде всего, об этом.

Вскоре она уяснила: отец не будет приезжать на школьные концерты и в дни открытых дверей, появляясь, лишь когда ее заметят с сигаретой или танцующей на столе в классе. Кстати, тогда и появилась на свет совершенно новая Эви с девизом «Мне плевать». Слишком уж долго она была паинькой, чтобы сейчас позволить прежней Эви унизиться перед Джеком Трентом, а потом тихо горевать в одиночестве.

Утро выдалось чудесным, по-весеннему прохладным, но солнечным. Отличное время для прогулок по магазинам в Юго-Восточном Лондоне и ланча в открытом кафе. В сложившейся ситуации она с удовольствием бы вылила коктейль на проходящего мимо пенсионера. Сторонники Трента сновали, кажется, повсюду, принадлежа к разным возрастным категориям.

– У нас встреча с исполнительным продюсером «Мисс Найтсбридж» и членами рабочей группы, – вещал Честер, в то время как автомобиль пробирался через утренние лондонские пробки. – Они хотят обсудить сложившуюся ситуацию, рассмотреть возможные варианты выхода из нее.

– Хочешь сказать, они намерены меня уволить?

Ответа не последовало. Совсем не повод для уверенности в себе.

Эви проследовала за Честером в холл компании «Пипл Продакшн», увешанный постерами с кадрами самых успешных программ. У стойки администратора красовалось ее собственное изображение, идущей по Промптон-Роуд с дизайнерской сумкой. К сожалению, рядом она заметила и фотографию Джека Трента. Мокрый от пота, он разрубал заросли мачете, расчищая себе путь. От вида его измазанного грязью лица Эви замутило.

По пути к офису она ловила на себе осуждающие взгляды сотрудников. Складывалось ощущение, словно ее собираются линчевать. Эви уже горько сожалела о том, что не прикусила язык прежде, чем позволить себе столь необдуманное высказывание.

В зале заседаний сразу стало ясно, почему все сотрудники смотрели на нее как на неизвестное науке насекомое. У дальнего края стола сидел, развалившись в кресле, Джек Трент и взирал на нее так, словно мечтал увидеть ее голову насаженной на шест. Сердце ухнуло в пятки. Фотографии, мельком виденные в журналах, и постер в холле не передавали и доли притягательности этого человека. Таких широких плеч и массивного торса она не видела никогда. Под темным пиджаком наверняка скрывались стальные мускулы. Светло-каштановые волосы были пострижены даже короче, чем у военных, левую щеку пересекал шрам, лицо оказалось загорелым настолько, насколько бывает лишь у человека, дни напролет проводящего на солнце, нимало не заботящегося о таких глупостях, как солнцезащитный крем. Взгляд зеленых глаз мог бы заставить трепетать любую женщину, если бы он, конечно, не был, как сейчас, полон тщательно замаскированной ярости. Вне всякого сомнения, восхитительные глаза необыкновенного человека. Разумеется, если вам нравится холодный взгляд солдата, способный убить.

Эви нравился.

За столом собрались также члены команды шоу «Мисс Найтсбридж». Их презрительные взгляды, естественно, были направлены на нее. Эви сжала кулаки и отвернулась, чтобы не видеть ненависть на их лицах. Да, она, не подумав, позволила себе едкое высказывание, но кто бы мог предположить, что это станет достоянием широкой общественности. Она повела себя легкомысленно, но не преследовала никакой цели и не заслужила быть поджаренной заживо. Эви твердо настроилась не выдавать своего настроения, не показывать, как ее расстроило происходящее. Она справится, вый дет из положения с высоко поднятой головой, придав лицу нахальное выражение, как, впрочем, всегда. Подобное выражение лица не раз выручало. Да-да, все дело в правильном выражении. Это проверено неоднократно.

Однако краска заливала щеки, жар сползал вниз, охватывая тело. Эви поспешила занять ближайший к входу стул, чтобы в любую минуту иметь возможность выскользнуть за дверь и спрятаться в уютной квартирке тихого Челси, где, по-видимому, придется провести в одиночестве ближайшие десять лет.

Джек Трент наблюдал за входящей в зал заседаний Эви. Голова высоко поднята. Безупречно уложенные длинные волосы цвета ириски лежали на точеных плечах и переливались золотистым цветом, выдавая любовь девушки к визитам в салон красоты. Огромные голубые глаза широко распахнуты, тень от пушистых ресниц падает на усыпанные милыми веснушками нос, губы сверкают благодаря розовому блеску. Перед ним настоящая английская роза. Стройную фигуру выгодно подчеркивает идеально сшитый розовый костюм с немного коротковатой, на его вкус, юбкой. Он вспомнил, как рассматривал в поезде ее фотографию на каком-то приеме, на ней было тончайшее вечернее платье из шелка.

Джек не без труда отвел взгляд и направил свои силы на осмысление того, как эта красотка умудрилась заварить такую кашу всего парой неосторожных высказываний.

– Джек, это Эванджелин Стэвентон-Линч, – произнес сидящий рядом пиар-менеджер компании.

Джек Трент резко выдохнул и позволил себе встретиться с ней взглядом. По выражению ее ясных голубых глаз сразу становилось понятно: извинений, если он надеялся таковые получить, придется ждать до скончания времен. Очевидно, перед ним очередная самоуверенная особа, озабоченная лишь собственной персоной и карьерой на телевидении. Этот тип женщин ему хорошо знаком.

Девушка кивнула, растянув губы в улыбке с таким видом, словно ей предстояла не тяжелая борьба за выживание проекта, а милая беседа.

Четыре года прошло с того дня, как он демобилизовался, но лишь недавно перестал корить себя за то, что, возможно, многое упустил в жизни. Когда-то завербоваться в армию казалось единственной возможностью от всего убежать, и это ему удалось. Он начал все с чистого листа, оставив в прошлом жизнь с матерью и кошмар с Хелен. Сейчас уже не имело смысла об этом вспоминать. Он в очередной раз начал все сначала, вложил душу в новое дело, и теперь благодаря этой светской диве появилось ощущение, что он падает, едва успев почувствовать почву под ногами.

– Сейчас я должен быть в Шотландии, – рявкнул Джек, не дав кому-либо произнести хоть слово. – Мне необходимо составить окончательный список ребят, которые вскоре приступят к прохождению курса выживания. Нам предстоит тяжелый месяц. Я шел к этому много лет, только ради этого позволил себе ввязаться в шоу, а вы все испортили своим глупым комментарием. Вы меня даже не знаете.

Эви выпрямилась и сжала зубы, удерживая на лице непринужденную улыбку. Насколько было бы проще разговаривать, будь это шоу пределом его мечтаний. Слегка кольнула зависть к тому, с какой горячностью он бросается на защиту своего детища, будто это действительно дело всей его жизни. На поверку Джек Трент оказался личностью куда более интересной, чем Эванджелин Стэвентон-Линч, а уж если отбросить ее телевизионный имидж…

Эви решила прибегнуть к способу, который не раз выручал ее в школе, – ни в коем случае не признавать вину. Исполнить задуманное она надеялась, собрав все свое очарование и умение обольщать.

Склонившись над столом, она придала лицу кроткое выражение и произнесла с милой улыбкой:

– Послушай, Джек, я ведь могу тебя так называть? – И, не обращая внимания на его подозрительный взгляд, продолжила: – Все произошедшее лишь небольшое недоразумение. Это мое частное мнение, кроме того, фраза вырвана из контекста. Запись сделана без предупреждения и моего согласия. Удивительно, но люди порой не заботятся о праве каждого на личную жизнь. Прошу тебя, не волнуйся. – Она откинулась в кресле с таким видом, будто полностью контролировала ситуацию. Правда, ей только так показалось. – Я немедленно выпущу опровержение.

– Ты смеешься надо мной?! – Джек сорвался на крик. – Опровержение? Уже слишком поздно, дорогая. – Он выдержал ее сердитый взгляд, заставив опустить глаза. – Половина страны уже обсуждает, что ты обо мне думаешь. Газеты только об этом и пишут. Ты вываляла мое имя в грязи.

Эви поправила волосы и оперлась руками о стол.

– Я очень сожалею о произошедшем, но съемка производилась без моего согласия. Я понятия не имела, что происходит. Не ставила цель тебе навредить. Спорила с отцом и ляпнула не подумав. Я бы с удовольствием стерла эту сцену из прошлого, но это невозможно. Если могу что-либо сделать, чтобы загладить свою вину, я готова.

Она вскинула голову и победно улыбнулась. Джек в ответ лишь сильнее сдвинул брови.

В разговор вступил исполнительный продюсер.

– Рад это слышать, поскольку у нас есть готовое решение. – Он встал и поднял руку, требуя всеобщей тишины. – Как вам известно, «Мисс Найтсбридж» и «Лагерь выживания» производит «Пипл Продакшн». Несомненно, шоу совершенно разные, но оба проекта принадлежат нам. Именно поэтому внезапная шумиха наносит огромный ущерб. Все развивалось стремительно и в значительной степени навредило Джеку.

Эви почувствовала взгляд его зеленых глаз и заставила себя повернуться, чтобы с достоинством его выдержать. Он не моргая смотрел на нее. Кажется, ее чары не очень на него действовали. Проклятье, что же ей еще сделать? План катился ко всем чертям.