- -
- 100%
- +
Кира тяжело дышала и не спускала с меня гневного взгляда, будто ожидая, что я рассыплюсь перед ней тирадой извинений. За что? За то, что я решила спасти жизнь человеку? Разве для Дакира она бы не рискнула сделать тоже самое?.. И я могу тысячи раз проклинать Чейза, но это всё равно не изменит того факта, что он мне не безразличен.
И, во всяком случае, – он человек. Чейз не стал тварью. Или стал, но такой же, как я, – поломанной вирусом, поломанной природой. Тварью с другими отклонениями от нормы. Не любителем человечины, но таким же неправильным.
И прежде чем я собралась с духом задать следующий вопрос, Кира уже произнесла ответ:
– Нет, о тебе он не спрашивал. Но он в курсе, чьей крови обязан своему новому неопределённому состоянию! Чейз теперь один такой на всей планете. Даже тебя он в этом смысле переплюнул! Мы продолжаем делать тесты, потому что его состояние нестабильно. И очень тебе советую, девочка, лучше не попадайся ему на глаза. Хотя бы какое-то время. Считай, у него тоже испытательный срок. Если Чейз не сможет совладать с собой, или вдруг его организм пойдёт на попятную, ты знаешь, что с ним будет.
Знаю. Дакир избавится от него. Или Блейк убьёт его. Или пуля в спину со снайперской винтовки. Но перед всем этим, Чейз ещё успеет убить ту, благодаря кому стал поломанным недочеловеком.
Я бы убила.
– Ронни…
– Состояние Ронни не изменилось, – перебила Кира с тяжёлым вздохом. – Он всё ещё подключён к аппарату искусственного дыхания. Полноценное, по нынешним меркам, лечение всё ещё одобрено медкомиссией. Все средства и силы брошены на сохранение систем жизнеобеспечения. Нам повезло, что научный сектор располагает специалистами в этой области и необходимым оборудованием, но… ты же понимаешь…
– Я понимаю, – теперь я перебила Киру. – Это слишком большие затраты на поддержание жизни ребёнку.
– Джей…
– Я понимаю, Кира. Не ты писала кодекс!
Кира судорожно вздохнула, уткнувшись рассеянным взглядом куда-то в область моего плеча:
– Я сделаю всё возможное, чтобы поддерживать его жизнеобеспечение как можно дольше.
– Уверена, Чейз тебя в этом охотно поддержит.
И Кира ушла. Оставив меня в одиночестве бороться с противоречивыми чувствами, выворачивающими душу наизнанку. С догадками о том, в кого же превратился парень, которому мне лучше больше не попадаться на глаза. И с пугающими мыслями о том, на какие поступки теперь способен пойти Чейз, чтобы на его младшего брата не перестали переводить драгоценные лекарства.
За следующую неделю я не услышала про Чейза ни одной новости. В секторе Блейка о нём даже слухи не ходили – Дакир определённо умеет их пресекать. И если он до сих пор не уничтожил последствие инициализированного мною эксперимента, может быть ему и не до конца плевать на парня, которого он однажды спас из ущербного города?..
Я бросила тряпку в жестяное ведро с практически чистой водой и выпрямила спину. Тайлер озадаченно глазел на меня, хмуря брови:
– Это всё?
– Всё.
Пометка в блокноте:
– Это не отработка. Я доложу Блейку, что ты ничего не делаешь.
Я оценивающим взглядом скользнула по сухому полу, который как минимум должен был быть влажным:
– Стесняюсь напомнить, но у меня испытательный срок, а не отработка. Мне ясно дали понять, чтобы я вела себя… прилично. На тебе, – с придиркой скользнула глазами по телу Сиропчика, – ещё ни одного синяка нет. Так что отвали и не жалуйся.
Тайлер отложил дряхлый блокнот в сторону и поднял свою высокую фигуру со стула. Думаю, он не ниже Чейза, так что мне постоянно приходится задирать голову во время разговора с ним.
– И что Дакир в тебе нашёл? – брезгливо фыркнул он, покачивая лохматой головой. – Зачем ты ему?
Я вздохнула:
– Спроси у него. А как узнаешь, обязательно расскажи мне.
Тайлер ещё недолго глядел на меня изучающим взглядом, потом подхватил со стола блокнот и направился к выходу:
– Пошли. Время развозить обед.
– Ты хотел сказать: «Время обедать».
– Я сказал то, что хотел сказать. Постовые ждут, и все они очень злые, когда голодные.
Два дня назад я уже совершала объезд вдоль городских стен в кузове грузовика, забитом пайком для дежуривших на вышках и на воротах бойцов. Скажу сразу – это худшее из наказаний. И я отлично понимаю, почему именно меня заставили выполнять работу, которую обычно выполняют люди из сектора пищевой промышленности. Так Блейк проверял меня. Проверял, смогу ли я держать себя в руках и не нападать на кого-то вроде отморозка Брея, которому только возможность дай, и он не задумываясь выльет на меня ведро словесных помоев. Тяжело, не спорю, но пока что я терпела и молча делала работу – наполняла железные подносы разного вида тягучей пищей и передавала каждому дежурившему на воротах бойцу.
Ребята на вышках сами спускались за контейнерами. С ними проблем было меньше.
Грузовик катился по тесным городским улицам, а я, поджав колени, потому что места в кузове было исключительно мало, как обычно сканировала все лазейки и щели в стенах Креста. Видимость моей свободы была потеряна, но внутренняя её часть и не думала избавляться от привычек. Думаю, моя личная независимость просто уснула на какое-то время, решила взять тайм-аут вследствие последних событий, а когда проснулась, теперь каждый раз била по голове и вопила с новой силой: «Что же ты делаешь, Джей?! Где ты?! Что с тобой?! И почему, мать твою, ты сидишь на месте, в то время когда должна катить куда-нибудь в другую часть света в поисках лучшего конца для себя»?!
Или я могла бы добраться до каких-нибудь тропиков, или до берега Тихого океана, ну или до западных склонов Кордильер. Быть может, там дела обстоят совсем иначе, быть может, там безопаснее, чем здесь?..
А ещё это пальто… Да-да, именно пальто, если ЭТО можно так назвать. Одежда, что передала мне Кира, абсолютно вся – до безобразия ярких цветов! Просто выносяще мозг ярких кислотных цветов! И это жёлтое пальто, ярче даже цвета цыплёнка (самая тёплая вещь из всех, что мне предложили), уверена – что-то вроде маячка в случае побега! Беглец должен быть законченным идиотом, чтобы решиться выбраться за стены в ЭТОМ! Мало того, что его поднимут на смех, так ещё и попасть смогут точно в затылок! С одного выстрела!
Так что там Дакир говорил? Кира на моей стороне, значит?..
– Что это за ямы вы тут роете? – прокричала я, обращаясь к Тайлеру, трясущемуся в кабине.
Тот отодвинул металлическую заслонку с окошка и безо всякого удовольствия ответил:
– Колодцы.
– Зимой?
– Зима – лучшее время, чтобы добраться до грунтовых вод. А теперь будь добра, заткнись и отвали.
А в Кресте действительно неплохо подстроились под новые жизненные условия. Колодцы, скот, посевы, солнечные батареи, может они ещё и ветровые турбины строить начнут… На первый взгляд всё идеально. Живи – не хочу. И в чём моя проблема?.. Может быть в том, что по своей природе я просто не могу где-либо существовать вообще – ни в каком обществе?
Горло снова сильно обожгло. Который раз за день? Сегодня с самого утра у меня во рту этот противный горький привкус, а глотка периодически превращается в наждачную бумагу.
Лёгкий кислый запах, после вспышки зелёного дыма, до сих пор сохранился в атмосфере со дня Конца света. Даже когда дым исчез, его призрачное воспоминание осталось витать в воздухе. И вот опять. То же ощущение что и двенадцать лет назад за несколько часов до того, как небо опустило на землю зелёный занавес: горький привкус, горечь, першение.
Я подняла лицо к свету. Чистота и безоблачность. Ясный оттенок голубого и много птиц, бестолково снующих туда-сюда. Очень много птиц. Их всегда столько было? Я редко смотрю на небо.
Но это ведь бессмысленно. Зелёный дым уже выполнил свою задачу. Даже если это повторится, что может случиться с теми, кто единожды уже пережил вспышку и остался человеком?..
Но всё оказалось совсем не так, как это можно было себе представить. А я представляла. Я говорила, что так оно и будет. Говорила, что нечто подобное ещё может произойти. Потому что я знала – это не конец. Это было только началом.
А теперь – началось продолжение.
Глава 11
– Оу, привет, цыпа! Эй, парни, тут наша цыпа приехала!
Цыпа – пальто.
ЦЫПА – ЖЁЛТОЕ ПАЛЬТО!
Брей.
Придурок.
– Что сегодня в меню, цыпа? – давился смехом Брей, выгибая шею, чтобы получше рассмотреть мой зад. Не сложно догадаться о каком меню идёт речь.
Я схватила стопку металлических подносов и принялась размазывать по ним тягучую субстанцию, напоминающую картофельное пюре, размышляя над тем, каким в очереди будет Брей, чтобы смачно плюнуть в его порцию.
На городских воротах всегда дежурило намного больше бойцов, соответственно – на них уходило гораздо больше времени. Что значит, и у них было гораздо больше времени для втаптывания моей персоны в грязь.
– Эй, Тайлер, ты уже пробовал нашу цыпу на вкус? – загоготал Брей и тут же схватился за грудь. Ещё бы – сколько рёбер Чейз сломал ему?..
– Заткнись, Брей, если не хочешь остаться без обеда, – скучающе протянул Сиропчик, подпирая задом капот грузовика. – Эй, вы, давайте шустрее, тащитесь как моя бабушка!
Я не смогла это проигнорировать. Уставилась на Сиропчика, как на умалишённого. Либо он слишком зациклен на своей бабушке, либо у этого парня конкретные проблемы с юмором.
Бойцы, вываливающие из будки – поста охраны, дружно загоготали. И, в отличие от Тайлера, я-то понимала, что ржут они не над его шуткой, а над тем, что она из прошлого века.
– Слышал, у твоего приятеля появились новые увлечения, а, цыпа? – Брей оказался в полушаге от меня. И этот мужик совершенно не в курсе, что такое душ. – Слышал, у него теперь в фаворитах смирительная рубашка и мягкие стены?!
Брей и так урод, а смех у него ещё более уродский. В Скале таких, как он, полно.
– Это не помешает ему выпустить тебе кишки, – процедила я сквозь зубы.
– Да брось, цыпа, в третий раз он за тебя вступаться не будет. Давай жрачку.
Я швырнула Брею поднос, расплескав половину содержимого на землю и уставилась на него мрачным взглядом.
«В третий? Так в тот первый раз, когда Чейз избил его, тоже что ли из-за меня был»?..
Я почти что поинтересовалась об этом у придурка Брея, как в узком окошке будки для постовых появилась раскрасневшаяся физиономия пухлого бойца, и тот завопил на всю округу:
– Разведка возвращается! Один «Хамви», грузовиков нет!
– Чего?! – Поднос вывалился из рук Брея, и он, буксанув по снегу, рванул к будке.
Остальные бойцы метнулись за ним, и даже Тайлер, чего уж там, попёрся следом.
А я повернулась к городу. Горький привкус в горле не оставлял в покое. И я бы ни за что не придала этому значения, если бы такого не случалось раньше. Что-то было не так. Что-то происходило, прямо в эту секунду.
– Может камеры глючат?
– Придурок, что ли? Это ты глючишь!
– Брей, свяжись с Лукасом!
– Сам свяжись!
– Он наш командир!
– Заткнись и проверь ещё раз камеры! Дай ракурс сверху!
Постовые так орали, что их наверняка было слышно в соседнем секторе.
Камеры? Ах да: ток, напряжение, солнечные батареи…
Протиснувшись между двумя здоровяками, я оказалась перед небольшими чёрно-белыми экранами. На каждом одна и также картинка, только с разных ракурсов: по подъездной дороге к городу мчится одинокий военный «Хамви», а за ним… что это за точки движутся за ним?..
– Ни черта не видно! – орал Брей. Вцепился обеими ручищами в экран и загородил его своей огромной башкой.
– Брей! Свяжись с Лукасом!
– Отвали! Не мешай!
– Что делать будем?!
Брей вперился в бойца разъярённым взглядом:
– Где грузовики?! И что это за, мать твою, такое бежит «Хамви»?!
– Тайлер, может это твоя бабушка?
Гогот.
– Заткнитесь! – рявкнул Брей. – Почему нет грузовиков?!
– Отойди! – один из бойцов оттолкнул Брея и сам уставился в монитор. – Это… это волки!
– Это не волки, – тихо произнесла я, и головы всех присутствующих повернулись в мою сторону. – Это койоты.
И раздалась стрельба.
Стреляли не за стенами, пальба была в городе.
Выстрел. Два. Череда выстрелов!
Из тесной будки меня толпой вынесло на улицу.
Снова выстрелы.
И началась суматоха.
– Брей, свяжись с Лукасом!
– Хватайте оружие!
– Это ещё что?! – орал Брей с крайним недоумением на лице. – Кто палит?
– Не знаю!
– А кто знает?
– Брей, дебил! Свяжись с Лукасом!
Бойцы сновали туда-сюда, одни вооружались, другие кричали в рацию.
– Лукас! Лукас! Ответь! Лукас!!! – Только Брей не двигался с места, пытаясь связаться с новым командиром. – Лукас! Что там, чёрт возьми, происходит?!
– «Хамви» почти у ворот! – кричал пухлый боец из дверей будки.
– Заткнись! – рыкнул Брей. – Лукас! Живо отвечай!
– Там люди! Там наша разведка!
– Лукас!
– Я открою ворота!
– Тогда я сам скормлю тебя волкам!
– Это койоты!
– Заткнись! Плевать! Это «Хамви». Скажи, пусть закроются и сидят! Лукас! Приём! Лукас, мать твою!
Выстрелы не стихали.
Ноги будто примёрзли к земле. Меня сковывал ужас. И к выстрелам это не имело никакого отношения. Происходило что-то ещё. Или уже произошло. И это «ещё» заставит остатки человечества жить по новым правилам – в этом я не сомневалась.
Подняла голову к небу. Птицы. Они напоминали толстые столбы беспросветного дыма… клубились и разрастались по небу, закрывая своими чёрными телами каждый небесно-голубой кусочек. Они кружили не только над Крестом, они были… везде… Словно кто-то заставил всех и каждое пернатое создание взмыть в воздух и ужаснуть нас своим количеством.
Там нет ответов. Я опустила голову. Но ответ мне и не нужен.
Обезумевшие койоты, небо, утонувшее в птицах…
Это он. Это новый этап уничтожения человечества.
Тишина.
Никто из бойцов не шевелился. Все, с застывшими телами и поднятыми кверху физиономиями, взирали на то, что происходит с миром.
– Брей! Брей! Это Лукас! – рация Брея ожила. – Брей! Что там у вас?
Брей не шевелился, с разинутым ртом смотрел на чёрный небесный занавес.
– Брей! Ответь! Как слышно?
Я с силой пхнула его в плечо. Брей ожил.
– БРЕЙ! – кричала рация.
– Д-да, Лукас. Что там у вас? Что в городе? Кто стреляет?
Шипение.
– Лукас!
– Оставь пятерых бойцов! Остальных в сектор пищевой промышленности, живо! Тут животные… сошли с ума!
Шипение.
– Лукас!
Шипение.
– Взять оружие и по машинам! – отдал команду Брей.
– Это снова происходит, – непривычно тихий голос принадлежал Тайлеру, он стоял рядом со мной и смотрел на город стеклянными глазами. – Снова. Новый конец света.
Я слабо помотала головой, бросив взгляд на чёрное, как ночь, небо:
– Нет. Это его продолжение.
И тут он схватил меня за локоть, потащил к нашему грузовику и буквально затолкал на переднее сидение.
В лице тоже изменился. Теперь Тайлер был не просто напуган, теперь он казался ещё и безумным!
–Умом тронулся? Куда собрался? – воскликнула я одновременно с тем, как зарычал мотор.
– В сектор пищевой промышленности.
– Ты глухой? Не слышал что там?
– Там моя семья!
И грузовик рванул с места.
***
Животные. Сошли. С. Ума. Точка.
Это надо было видеть.
Это зрелище не для слабонервных.
Собаки, кошки, крупный рогатый скот, свиньи, овцы, козы… лошади. Я даже не знала, что в Кресте есть лошади! Все спятили!
Горечь в горле. Кислый запах. Это подобие зелёного дыма – это новый вирус. Вирус, рассчитанный на животных. А если не будет животных, у людей не будет мяса, не будет молочных продуктов, не будет шерсти. Вот для чего всё это. Это всё оно – уничтожение человечества.
Что дальше? Воду заразят? Почву отравят?
Кто это делает?
И почему спустя двенадцать лет?
Прямо на моих глазах два здоровых пса накинулись на мужчину и, повалив на землю, стали раздирать зубами в клочья.
– Эй, Сиропчик, – тихо выдохнула я, не сводя застывшего взгляда с растерзанного бедолаги. – У тебя ведь есть оружие, правда?
– Есть шокер! – Голос Тайлера сильно дрожал.
Я медленно закивала:
– Да… нам очень повезло. Шокер – это вещь.
Тайлер не ответил.
А потом что-то случилось. Он резко выкрутил руль, и нас занесло. Зазвенела посуда и кастрюли с едой в кузове. Грузовик повалило на бок. На бок Тайлера. Дверь оказалась надо мной. Не без усилий открыла её и выбралась из кабины. Тайлер показался следом: со лба сочится кровь, в глазах живой ужас.
Я застыла, намеренно, потому что – одно лишнее движение и можно будет прокатиться верхом на разъярённом быке. Судя по всему, эта туша и протаранила наш грузовик. Бык был огромен. Он был взбешён. А мы были его красной тряпкой.
– Эй, давай сюда шокер, – я медленно протянула к остолбеневшему Сиропчику руку.
Если это что-то вроде бешенства, то боюсь, всех животных придётся перестрелять – иначе они не сдадутся. Будут стоять до последнего, нападать на людей, потому что бешеным животным чуждо слово «страх». Или кем там теперь они стали…
– Ч-что ты собираешься делать? – Тайлер дрожал с головы до пят, и я почти уверена, что место чуть ниже его ширинки сильно намокло.
– С кем? С этим? – я кивнула на быка. – Или с шокером?
– Шокер мне и самому нужен. Ты это… давай, разбирайся тут, мне надо… надо найти семью.
– Что-о?! Убегаешь?! Какого чёрта тогда меня с собой потащил?!
– У меня семья здесь! – завопил Тайлер и бык двинулся с места.
Я отскочила в сторону и кубарем прокатилась по снегу.
Тайлер стоял на месте, как вкопанный.
– Беги, идиот!!!
Тот выставил перед собой дрожащую руку с шокером.
Вот придурок.
Вскочив с земли, рванула к нему. Бык зацепил Тайлера рогами и швырнул в сторону. В этот миг я налетела на спину разъярённого животного и вцепилась пальцами в толстую шкуру.
– Вставай! – заорала я обездвиженному от ужаса Тайлеру. – ВСТАВАЙ!!!
Дошло наконец! Сиропчик поднялся, несколько раз грохнулся обратно и, виляя из стороны в сторону, помчался прочь.
«Не стоит благодарностей».
А меня в это время так тормошило сидя верхом на быке, что желудок вместе с другими органами готовился совершить побег через рот.
Чёрт! Никогда не была фанаткой Родео! Даже в Техасе никогда не была!
Бык скинул меня через голову, и я ещё несколько метров пролетела кубарем, наматывая на себя липкий снег.
Всё. Пора делать ноги.
Я рванула сама не зная куда. Вверх по тесным улицам, наполненным ароматом корицы и печёного хлеба. Туда, откуда доносились крики. Туда, где должны быть отряды Дакира, туда, где мне, возможно, удастся получить хоть какое-то оружие для самозащиты.
Суматоха на улицах превращала мысли в голове в полнейший хаос. Я не могла сосредоточиться. Меня постоянно толкали плечами, хватали за шиворот пальто, требуя объяснить что происходит!
Но с чего они взяли, что я вообще могу знать, что происходит?!
На самом деле всё элементарно. Простая психология. Дело в моём ядовито-жёлтом ПАЛЬТО! Так-то! Оно бросается в глаза всем и каждому! Понятное дело, что из толпы серо-синих одеяний сектора пищевой промышленности все кинутся с вопросами именно ко мне! Я как большой развёрнутый плакат в центре площади с огромной надписью: «Эй, все сюда, я спрячу вас в своём потрясном жёлтом пальтишке»!
Где бойцы Дакира?! Ни одного не вижу! Чего тормозят?
Визги. Крики. Мольба о помощи. Всё повторяется. Я уже видела это. Только теперь место тварей заняли «новые» твари – сошедшие с ума животные.
Лошади забивали копытами до смерти, втаптывали людей в землю, превращая в плоский блин. Коровы массивными головами расшвыривали людей по сторонам, как плюшевые игрушки.
Овцы, козы, свиньи, куры – все взбесились.
Это даже можно было бы назвать самой большой несуразицей на свете, настолько нелепым было зрелище! Если бы только оно не было смертельным…
Страшно представить, что творится с хищниками в лесах. Там, где нет людей – где нет еды.
И у всех у них, у животных, красные, налитые кровью глаза – маленькие блестящие рубины.
Выстрелы продолжали сотрясать воздух, но я не могла определить, откуда они доносятся. Может, это обычные горожане похватали ружья и перестреливают любимую скотину?..
Я двигалась на звук пальбы. Разгребала руками дорогу, но толпа постоянно сносила на несколько шагов назад.
Движение сверху. Слишком много движения – птицы бросились в атаку.
И меня оглушило. Это был ядерный взрыв крика! Я утонула в нём.
Вороны отлично справлялись с ролью падальщиков. Они были везде и повсюду. Их перья лезли в рот и в глаза. Забивали нос. Несколько раз меня больно клюнули в макушку, и я тут же натянула на голову плотный капюшон от пальто – больше оно не казалось таким уж плохим.
Люди. Птицы. Животные.
Люди. Птицы. Животные.
Клубок из перьев, шерсти и человеческих конечностей.
Пронзительный детский крик. Нет, несколько голосов, может даже с десяток. Голоса взрослых – одинаковы и монотонны. Голос ребёнка – совершено иной звук.
Ноги сами понесли меня в ту сторону. Я выбралась из самого большого «клубка» и помчалась вверх по тесной улице, в конце которой обнаружила небольшое двухэтажное здание из кирпича с красивой жёлтой надписью «Школа».
Дети были там. Перепуганные до смерти, прижимающиеся друг к дружке и всхлипывающие о помощи. Их точно больше десятка. И все забились в угол, не имея возможности укрыться в здании школы. Потому что дверь и проход в переулок загородили три здоровых пса – три койота. Кажется, один очень толстый боец с красной физиономией всё же открыл ворота для пуленепробиваемого «Хамви», его пассажиров и их сопровождающих. И думаю, этот боец даже наказание не получит, потому что мёртвым наказаний не дают.
Зловещее утробное рычание за спиной. Ох, нет. Даже оборачиваться не хочу. Я знала, что так будет. Всегда всё знаю и всё равно прусь туда, куда вообще не должна была переться!
Двое. Двое койотов за моей спиной. И трое, не менее здоровых, перед детьми.
Нет времени. Быстрый расчёт. Побегу – эти двое кинутся за мной, те трое – на детей. Надо отвлечь и тех и других, причём одновременно, и стать приманкой.
Бессмысленно. У меня нет времени. И оружия нет.
Одним быстрым движением подхватила с земли камень и молниеносно запустила в голову одному из койотов рядом с детьми, одновременно с этим с хрустом съездив ногой по челюсти тому, что был ближе к спине. Со вторым ничего не успела сделать: с громким рычанием он бросился на меня, ударив спиной о землю. Я всегда гордилась своей реакцией, так что успела среагировать, схватив его за основание шеи, и резким броском отшвырнуть в стену. Койот жалостливо заскулил.
Дети. Детей не тронули. Те трое койотов были слишком возмущены моей наглостью и сейчас, буксуя по снегу, летели ко мне.
– Быстро в школу и заприте двери! – заорала я детям уже на бегу. Потому что бег – это всё, что мне оставалось.
А дальше вы знаете. Грузовик, удар головой, выстрелы, Чейз. Красные глаза…
Глава 12
Тук-тук-тук-тук.
ТУК-ТУК-ТУК-ТУК.
Что это?..
Это в моей голове.
– Если сейчас не проснётся, придётся грузить в таком состоянии.
Кто это? И про кого это?..
Грузить? Я что – умерла?
Надо разлепить глаза.
– Она шевелится.
Сиропчик?
Шипение.
– Думаю, сейчас очнётся.
Шипение.
Голос Дакира из рации:
– Хорошо, я скоро будут. И на твоём месте я бы подождал за дверью.
– Конец связи.
Что? Сиропчик и Дакир работают вместе? Ничего не понимаю. Может быть дело в моей голове? Может я ей слишком сильно ударилась и у меня слуховые галлюцинации?
– Доброе утро, – громко произнёс Сиропчик, так что голову разорвало от новой вспышки боли.
«Сомневаюсь. Очень сомневаюсь, что доброе».
Картинка в сознании: лохматые волосы, бледная кожа, красные глаза…
Чейз…
Мне надо его увидеть. Убедиться, что его глаза такие же до безобразия холодные и безразличные, какими были раньше!
Я лежала на залатанном кожаном диване. Голова туго перевязана несколькими слоями бинта. Пульсация в висках играла в переговоры с другими частями тела. В глазах салют, размазанный и какой-то совсем не красивый. Несколько раз с силой поморгала и уставилась на Тайлера. Он стоял у стола напротив, весь в чёрном. Руки скрещены на груди, взгляд решительный, ну и, конечно, – недовольный.
С тихим стоном села. Придерживая голову руками, словно та вот-вот отвалится и покатится по кабинету Дакира, как шар для боулинга.
Хрипло усмехнулась. Кажется, не один Блейк в этом городе всегда не при делах, кажется, и мимо меня все замыслы и интриги проносятся со скоростью пушечного выстрела!