Тайна космической птицы

– Странник, ты проделал долгий путь, – проговорила она, улавливая его непрерывную мировую линию в этом воплощении.

– Да, пять тысяч лет в одном теле, – кивнул Отшельник, улавливая ее мысли. – И я как никогда готов продолжать слушать.

– Слышал, ты прямиком из-за границы? И как там? – спросил Принц.

Отшельник со вздохом опустился на стул.

– Я думал, будет проще, – покачал он головой, а после продолжил, спохватившись: – Но не мне судить. И не мне знать моего предела. Это та ноша, которую я сам выбрал, и которую буду нести до конца.

– Не верю, что какой-то человек тебе не по зубам, – улыбнулась Ведьма.

Отшельник улыбнулся в ответ:

– Дело в том, что я недооценил задачу и в гордыне превознес себя. Эта гордыня и сбила меня с пути – я не разглядел масштаба и потребностей людей. Я думал, нет, я надеялся, что будет проще. Хотя и это не совсем то. На самом деле я просто хотел быстрее отделаться от них, чтобы вовремя встретить тебя. Я думал о себе, а не о них – вот в чем проблема.

– Но ты думал обо мне, – ответила Ведьма.

– Да, о тебе, но через призму своих желаний и выгоды. А это непозволительно, когда берешь ответственность за людей, которые доверяются тебе и следуют, как за единственным светочем в их жизни.

– Все это лирика, – сказал Принц, – расскажи лучше подробнее, как там продвигаются дела? Ведьма не в курсе.

– Но ты прозреваешь… – начал Отшельник.

– Но не тончайшие мановения твоей души, – усмехнулась девушка.

– Я в это ввязался только из-за того, что у меня было свободное время. Ты же знаешь, я не могу сидеть без дела, когда вижу весь этот ад в их душах.

– Ты не сможешь насильно их заставить меняться, – пожала плечами Ведьма.

– Ко мне приходят только те, кто хоть на миллиграмм хочет изменений в ту сторону, которую я могу предложить. Для остальных я серый и незаметный прохожий, – Отшельник пожал плечами и продолжил: – Так вот, проблема народа, с которым я сейчас работаю, в том, что они считают себя уникальными и богоизбранными. Не имея ни единой благодетели за душой, они в большинстве своем возвеличивают себя и оправдывают свои действия божьей волей. Они перекладывают ответственность за свои поступки на бога, что развязывает им руки для всё большей жестокости. Веря в то, что на все воля божья, в том числе на то, чтобы быть Его карающим мечом, они идут прямым путем к уничтожению ценности и таинства жизни. Они обесценивают жизнь и свободу. Мало кто из них осознает ценность своего Я, и лишь малая часть из этих немногих уезжают сюда.

– Оттуда сложно выбраться? – спросила Ведьма.

Отшельник покачал головой:

– Технически нет. Сложнее поменять шаблоны мышления и восприятия. Тюрьма разума всегда прочнее. Это общество, сформированное на глубинных и древних в большинстве своем ложных убеждениях, ритуалах, страхах, суевериях и многовековой пропаганде. Даже если им будешь приводить в качестве доводов научные исследования, они все равно не поверят. Скажут, что это происки врагов, подтасовка, хитроумная уловка, чтобы их обмануть, – именно так им и говорят в СМИ. Но не совсем понятно, действительно ли пропагандисты верят в это сами. Но я склоняюсь к тому, что да… У них всегда есть внешний враг или даже коалиция врагов, которым они все время противостоят и с которыми соперничают во всем. В ответ я часто и слышу: а что мы? А мы не виноваты! А вот там – они имеют ввиду это государство – один разврат и никакой духовности. Я спрашиваю, так в чём же конкретно заключается их разврат? И оказывается, что в свободе мыслей, слов, действий, излишней инициативности и дисциплинированности. А потом после этих слов они как-то там сжимаются, глазки их бегают от страха, и они чуть ли не закрывают руками рот после слова «свобода». Свобода – вот их самый большой страх. Свобода предполагает ответственность, а они не знают, как ее брать и нести. И от незнания появляется еще больший страх. Что неизвестно – всегда страшно. И они всеми силами пытаются убить то, что не понимают, но не разобраться в этом, а сделать так, чтобы оно исчезло. И потому у них появляется куча нелепых законов и постановлений, где они запрещают все, начиная культурой и заканчивая наукой, обосновывая как первое, так и второе недопустимостью их моральных принципов и запретами из священных писаний. Культура и наука в результате запретов приобретают у них извращенный характер: правящие элиты создают убогие и хромые ритуалы и праздники, а также тайные центры для экспериментов над животными и людьми. И эта жестокость почти в каждом проходит красной нитью и словно пеленой висит в их душах. Дай им разрешение или команду, и они будут издеваться, насиловать и убивать. А если сказать, что это на благо Родины, и перед ним не человек, а иностранный агент, пытавшийся своим инакомыслием разрушить их уклад, то степень жестокости увеличится в разы, а проявившего жестокость и насилие скорее всего даже наградят медалью.

Ведьма спросила:

– Неужели там нет свобод?

– Есть, – ответил Отшельник, – но ими не хотят пользоваться. Многим они не нужны и не интересны. Они предпочитают не испытывать душевную боль и муки выбора. И чаще всего делают как заведено: абсолютно отдают ответственность за свои жизни и действия тем, кто стоит у руководства страной.

И Ведьма тихонько усмехнулась:

– Это твой не самый сложный вариант. И кем ты там у них приходишься?

– Преподавателем физкультуры, – улыбнулся Отшельник в ответ. – Работаю с небольшой группой, некоторым помог переехать сюда. Всегда есть опасность, что меня могут накрыть...

– Да ладно тебе, – вставил Принц, – ты всегда прекрасно выкручивался из этих ситуаций…

– Все благодаря моим дарам. Правда, после нескольких переходов, я их раскрыл еще не в полной мере…

– Но я все же больше удивлен, что там у тебя всего лишь маленькая группа.

Отшельник пожал плечами:

– Мало времени было. Им нужно масштабное всеобщее эмоциональное потрясение. Семена я там посеял. Вернусь к ним потом. Посмотрим, что взрастет на их почве.

И вдруг послышался звук разбившегося стекла. Ведьма вздрогнула. Отшельник и Принц непонимающе уставились на нее.

– Что-то разбилось? – спросила она.

Принц отрицательно покачал головой, не отводя от нее взгляда.

И Ведьма догадалась, что этот звук она слышала только у себя в голове. Его отголосок продолжал там звучать, все дальше и дальше рассыпаясь мелкими частичками, нагнетая, привнося напряжение и дискомфорт, пока в комнату не вошел виновник этого ощущения. Она встретилась с ним взглядами, и теперь целый водопад воспоминаний бьющимся стеклом загремел у нее внутри. Буря былых эмоций, казалось, утихла, но физически она не могла прервать с ним зрительного контакта. Этот звук утих, но всё еще преследовал ее с тех самых пор, как…

…Ведьма обрекла себя на вечные скитания. Она бежала без оглядки, скрываясь в многочисленных мирах от Колдуна и его армии. Она никому не доверяла и подозревала всех встречных в заговорах против нее и ее светлого Дома. Она замечала слуг Колдуна в каждом встречном. Ей всё время мерещилось, что за ней следят из-за каждого угла дома и докладывают врагам о каждом ее шаге. Даже уличные псы казались ей шпионами Колдуна.

В один из дней Колдун напал на ее светлый Дом и захватил его, убив всех рыцарей и поработив Храмовников. Он загнал Ведьму в угол Храма, почти настиг ее, он целеустремленно шел за ней. И лишь счастливый случай помог ей бежать. Но каждую секунду Ведьма ощущала его липкую мрачную тень за спиной.

– Вот и окончен твой путь, – прозвучал однажды низкий вкрадчивый мужской голос. Мужчина звучанием своего голоса словно разбил тишину пространства, и это пространство посыпалось осколками по холодному полотну космоса.

Воспоминание острой стрелой пронзило голову и побежало холодком по спине.

– Если хочешь, можем повторить, – словно прочитав мысли, произнес Маг.

Ведьма стояла к нему спиной. Перед ней матовой бесконечной полупрозрачной стеной простиралась граница всех пространств и всех времен – что само по себе было невозможным. Ведьма знала, что Маг обнажил меч, и отвратительный стук лезвия о каменистую землю подтвердил ее знание.

– Тогда ты была обворожительна в своем ничтожестве… – продолжил Маг.

Тьма полупрозрачным туманом сгущалась над головой Ведьмы, и она обернулась. Она увидела Его – вместилище Звезды, прекрасно сияющее на фоне копошащейся черной массы его бойцов. И она услышала, а потом почувствовала – биение сердца Вселенной. И ей показалось, что именно сейчас она сможет уничтожить всё зло и всю несправедливость в этом мире. И в одночасье, только по одной лишь ее воле, Колдун подчинится ей, и все его прихвостни распадутся на атомы и станут частью чего-либо прекрасного. И Ведьма распахнула руки, и в тот же миг почувствовала в них невероятнейшую силу, словно силу крыльев, которые вот-вот поднимут ее в небо, и она сможет увидеть картину всего. Она чувствовала: руки распространялись во все стороны, и охватывали мельчайшие и самые отдаленные части Вселенной. Ее душа расширялась и готова была соединиться со всем миром, Ведьма чувствовала и буквально видела все мировые линии и струны. Но этому единению не суждено было исполниться. Холодное длинное лезвие меча пронзило ее грудь чуть ниже сердца, а спустя мгновение Маг рванул лезвие вверх…

И Ведьма открыла глаза и посмотрела на черную матовую поверхность, вернувшись из своего воспоминания.

– Не может этого быть, – прошептала Ведьма и прислонила руку к стеклу. А потом сжала кулак и с силой стукнула по нему. – Границ не может быть, – повторила она еще раз.

– Гордыня, – подтвердил мужской голос, усмехнувшись.

– Вы, темные крысы, всегда найдете, за что зацепить, – спокойно, даже с некоторым разочарованием, произнесла Ведьма и обернулась.

Да, перед ней стоял он – Маг. Пространство вокруг него словно искривлялось, образ его с невероятной четкостью отпечатывался на космическом полотне. Он сиял изнутри светом целой звезды. «Интересно, как целая звезда поместилась в нем, и как эта прекрасная сущность может служить тьме?» – залюбовавшись им, подумала Ведьма. Возможно, его внутренний свет ей только привиделся на фоне темной копошащейся бесформенной нечеткой массы его армии. Черная масса его воинов распускала длинные языки и щупальца в разные стороны, будто проверяя окружающий мир на прочность. И лишь вокруг Мага всегда оставалось округлое пространство, за границы которого эти щупальца не могли попасть.

– Я даю тебе последний шанс: присоединяйся к нам либо умри, как твой Бог и все Храмовники.

– Бог не может умереть, а Храмовники нужны Колдуну, он их не тронет, – насмешливо ответила Ведьма.

– Да неужели? Я расправился с ними вот этим самым мечом, – Маг неспешно продемонстрировал сверкающий серебром меч, – ты сейчас даже можешь ощутить энергию их крови, которая впиталась в лезвие.

Маг поднял меч над головой, и его клинок сверкнул в лучах местной звезды, медленно прячущейся за планетой. И Ведьма ощутила то, что хотел ей показать Маг. Бешенство закипело внутри. Она взглянула вверх. Там, вдалеке, две звезды готовились спрятаться за двумя спутниками. Начиналось двойное затмение. И хоть небесные тела и были далеко, Ведьма попадала под их влияние.

«Не будь я Ведьмой, если бы не могла пользоваться силой как Солнц, так и Лун. Не была бы я Ведьмой, если бы мне не были подвластны обе стороны силы».

И образ ее поплыл, черты ее стали смазываться, встраиваясь в пространство-время. Она нащупывала пространство и готовилась к сражению. Ее гнев неравномерными волнами растекался вокруг. Она зарычала. И Маг первым бросился на нее, замахиваясь мечом. Ведьма ловко увернулась, и одним взмахом руки уничтожила с десяток воинов Мага. Она рвала, метала, втаптывала их в пространство и размазывала по стеклу границы мира. Наконец она расправилась с последним и обернулась к Магу. Он в расслабленной позе, опустив меч, с любопытством и восхищением наблюдал за ней. Когда их взгляды встретились, он рассмеялся. Ведьма вспыхнула яростью.

– Ты следующий, – прошипела она и бросилась в бой.

Маг раз за разом, смеясь, уклонялся от ее нападений. Она бесилась еще больше, начинала терять контроль, ее сущность размывалась в пространстве, когда как Маг все отчетливее впивался в него. И в очередной ее бросок, он оцарапал ее плечо лезвием меча. И она остановилась, возвращая себе четкость.

– Здесь и сейчас, – тихо произнес Маг. – Вступай в наши ряды. Ты прекрасный воин и великий Творец. Хватит бежать от Колдуна, он тебе даст все, чего ты желаешь: власть, могущество, успокоение души. Все, чего хочешь и всегда хотела. Какой смысл бороться с нами, когда ты душой и так одна из нас?

Ведьма опустила голову и посмотрела на свои когтистые звериные лапы, которые постепенно превращались в человеческие руки. На них еще висели остатки плоти поверженных воинов. Маг подошел ближе.

– Ты – прекрасна. Ты – обворожительна в своем гневе. Я восхищен тобой, – продолжал вкрадчиво говорить Маг.

Он сделал еще шаг и остановился прямо перед Ведьмой.

– Ты хочешь быть с нами, – он поднял ее голову за подбородок и заглянул ей в глаза. – Я чувствую, ты – истинно часть Тьмы. Ты соглашаешься стать частью нас.

Далекие светила окончательно скрылись за планетами, и пространство, где находились Маг и Ведьма, накрыло темнотой.

*

…Маг обвел всех присутствующих взглядом, и сдержанно произнес:

– Изобретение готово.

Ведьма, конечно же, знала, что встреча с ним неизбежна – их линии жизни тесно переплетены от начала времен и пространств. И к каждой их встрече она готовилась, но никогда до конца не могла предугадать, как и в каких мирах они сойдутся. Сейчас, как и всегда прежде, она практически ничем не выдала каких-либо своих чувств, сохранив непроницаемое выражение лица и легкую небрежность в позе своего тела.

Она моргнула и с облегчением отметила, что может отвести от Мага взгляд и проанализировать увиденное, отрешенно глядя в стену и крутя в руках пустую чашку. Маг здесь был высоким широкоплечим достаточно внушительных размеров мужчиной — впрочем, как и всегда; абсолютно лысым, на лице отсутствовали брови, ресницы, борода, кое-где красными пятнами проступали затянувшиеся ожоги, вокруг глаз виднелись следы от защитных очков.

– Что с тобой? – удивилась Ведьма. – Почему ты лысый? Выглядишь ужасно.

– Сгорело. Есть что выпить? – он развалился на стуле.

Принц подал стакан воды, и Маг осушил его залпом. Ведьма осмотрела одежду мужчины: кое-где она была в копоти и с прожженными дырами.

– Это из-за твоего изобретения?

– Да, пару раз неудачно тестировал. Но оно работает. Конечно, от мира к миру технические возможности меняются, где-то уже изобретены нужные материалы, где-то приходится их создавать самому…

– Резкие скачки в технологиях до добра не доводят, – назидательно вставил Принц.

– …Да-да, я знаю, – отмахнулся Маг. – Но в данном случае цель оправдывает средства. Тем более, что эта страна – передовая в плане знаний и технологий. И разрабатывать чего-то кардинально новое мне не пришлось. Правительство здесь прогрессивное, наука спонсируется должным образом, но даже им я не стал раскрывать свое изобретение, подменив заурядными открытиями в области квантовой механики. Правда, подтолкнул их к исследованиям в новой для них области, надеюсь, искусственный интеллект окажется для них во благо…

Принц укоризненно посмотрел на Мага.

– Да я на сто процентов уверен, что ничего не случится! По крайней мере, в ближайшие лет пятьдесят… – оправдываясь и пожимая плечами, ответил Маг. – Тем более, без этих наработок в ИИ, я бы не смог сделать свои девайсы. – Маг обвел всем присутствующих взглядом и многозначительно добавил: – Вы же не хотите спускаться с пустыми руками?

Принц хитро и понимающе улыбнулся, Ведьма и Отшельник согласно кивнули.

– Так что собой представляет изобретение? – Ведьме не терпелось.

– Комбинация того, что здесь называется мостом Эйнштейна-Розена, я переживал, что в этой вселенной могло не оказаться людей, изучавших это, – Маг благодарно воздел руки к потолку, – и того, что они называют классическим квантовым телепортом. К слову, и то, и другое существует здесь только в теории.

– А квантовый телепорт разве эффективен при путешествиях между мирами? По одному миру – да, но между?.. – с сомнением спросил Принц.

– Потому-то это и двойное изобретение. Но мы и не сможем гармонично перейти из одного мира в другой только по «мосту», поэтому нам нужно задействовать телепорт, который подкорректирует наши частицы, согласно законам мира, если они вдруг будут отличаться от здешних. Никогда однозначно не угадаешь, какие квантовые отличия могут там быть.

– А не проще было бы переместиться туда так же, как вы переместились сюда? – спросил Отшельник.

– Сразу видно, что ты мастер духовных дел, но не инженерных, – добродушно ответил Маг. – Тот мир находится «глубже» этого. И здесь у нас было достаточно ресурсов и времени, чтобы вырасти, освоиться и вспомнить. Но даже здесь мы полностью не раскрыли свои таланты. А чего ожидать от того мира, в котором уровень человеческих свобод приближается к нулю? Если бы мы пошли туда тем же путем, что и в этот мир, вероятность того, что мы впадем в принудительный круг воплощений, значительно увеличивается из-за сложности раскрытия сознания. Нераскрытые таланты – значит не полученная энергия и, соответственно, плюс пара жизней к воплощениям. Нам надо там все сделать быстро, не более десяти местных лет. Здесь пройдут десятилетия. И выхода, как обычно, оттуда два…

– Либо выход там же, где и вход, либо – осознанная жертвенная смерть, – вздохнула Ведьма и согласно качнула головой.

– Да, – подтвердил Маг, – приятнее, конечно, вернуться сюда тем же путем. Десятилетия физических пыток и страданий хоть и не самое страшное, но весьма малоприятное мероприятие. Кстати, что ты видишь? – обратился Маг к Ведьме.

Та сидела, скрестив на груди руки и покачиваясь на задних ножках стула. Она глядела в окно, и, не переводя взгляда, ответила:

– Возможны все три варианты, в том числе и попадание в круг перерождений в том мире. Так что нужно готовиться ко всему.

– Как обычно, – вздохнул Маг.

– Маг, ты же ученый, и смог бы любой народ вывести на самый высокий уровень научного знания, кому как не тебе знать о квантовой неопределенности, которая не дает со стопроцентной уверенностью видетьбудущее. Так что твои претензии безосновательны. Когда я отчетливо увижу векторы наших линий, я дам знать. Сейчас же я советую готовиться к самому худшему варианту. Тем более что тамот меня не будет какой-либо пользы, пока я не восстановлю чувствительность к колебаниям Вселенной.

Маг согласно кивнул.

– Но у меня есть встречный вопрос, – продолжила Ведьма, – Почему мы выбрали переход именно через этот мир?

– Мир, в который мы собираемся, очень похож на этот, – ответил Принц.

– Ты имеешь ввиду соседнюю страну с недочеловеческим обществом? – уточнила Ведьма.

– Нет, – Принц покачал головой. – Прошлое этой страны тесно переплетается с настоящим того мира. Я здесь изучал историю, людей, поведение, психологию. Наверняка ты видела призраков прошлого по пути сюда…

Ведьма кивнула.

– …Собственно, это именно то, чем я занимался здесь двадцать лет. Маг изучал их науку и военное дело, Отшельник – их религию и культуру. Этот народ трепетно бережет память о прошлом – напоминание потомкам, инструкцию к жизни, можно сказать. Уроки пройдены, их должны запомнить навсегда. В этом и заключается смысл изучения истории. История как наука с тех пор тоже значительно изменилась, пройдя путь от рабыни пропаганды и существования ради целей правящих элит до абсолютно открытого источника знаний, опыта и практических уроков. В прошлом уже есть всё, все ответы на все вопросы, которые могут появиться в будущем.

– Тогда будущего не существует. Скучная и бессмысленна жизнь, если все события уже произошли в прошлом, и ничто новое не может произойти в будущем, – усмехнулась Ведьма.

Принц пожал плечами и кивнул:

– Конечно, оно могло бы быть и так, но в этом мире слишком много свободных воль, не обремененных внутренней упорядоченностью и связью со Вселенной. И вот именно из-за стремления к порядку и связи появляется несчетное множество вариантов личного опыта. И этот опыт ветвится и разрастается, как бесконечный Сад. Но чем больше он разрастается, тем более хаотичным он становится, и тем больше он стремится к равновесию…

*

Луч света ослепил Мага, и он спешно прикрыл глаза рукой в темной массивной перчатке. Принц даже не поморщился. Он уверенно смотрел вперед на высокие отворяющиеся перед ним двери в замок – центр Светлых Домов, где обычно созывали совещания.

– Как ты это делаешь? – тяжело просипел Маг, медленно и болезненно привыкая к сиянию всего вокруг, пока они шли по коридору, ведущему к центральному холлу Замка.

– Дело практики, – пожал плечами Принц.

– И часто ты тут у них бываешь?

– Заметь, болят ведь не твои глаза.

Маг убрал руку от глаз, признав истинность слов Принца. Ему легче не стало, но он хотя бы перестал ощущать себя глупцом.

– Это сгорают темные пятна в твоем энергетическом теле. Этот коридор – своего рода чистилище от темной энергии, которую можно принести из внешнего мира. Без искреннего покаяния и исповеди сюда сложно зайти. Будь ты действительно темной сущностью, то сгорел бы дотла.

– Почему ты не предупредил меня об этом коридоре?

– А смысл? – ухмыльнулся Принц.

Маг согласно качнул головой и ответил:

– Представляю, как бы корчились черти Кодуна, попади они в этот коридор. Тут бы все шкворчало, – Маг злорадно хохотнул и тут же поплатился приступом огненной боли. Он охнул, схватился за грудь и предусмотрительно замолчал до того момента, пока они не оказались в холле. И только возле умиротворенно журчащего фонтана Маг с облегчением вздохнул.

– Следуйте за нами, – послышался мягкий настойчивый голос. Принц и Маг обернулись на него – говорил один из стражников: высокий, широкоплечий, статный в сияющих доспехах, на которых была выгравирована эмблема «Солнце». По обе стороны от него стояли такие же величественный и благородные бойцы. Принц и Маг в знак приветствия и согласия склонили головы и проследовали за ними.

– Нам нужно увидеть Старейшину, – произнес Принц, пока они шли по светлым коридорам, залитым разноцветным светом, проникающим через витражи в потолке.

– С вами встретятся на наших условиях, – ответил стражник.

Они вошли в просторный зал с длинным овальным столом, проследовали через него и остановились перед дверью в дальнем конце. Стражник кивнул Принцу, указывая, чтобы тот входил. Принц открыл дверь и шагнул за порог. Маг хотел было последовать за ним, но стражник остановил.

– У тебя другое дело, – твердо произнес он. Дверь за Принцем захлопнулась. – Ты остаешься здесь. Старейшина уже давно тебя ждет.

*

Принц и вошел в комнату, оставив за закрывшейся дверью Мага и стражу.

– Сразу же скажу: помогать в творении нового Ангела мы вам не собираемся. Мы не за этим здесь, – Принц уверенно и громко произнес это в пустой комнате. И через миг, в трех пустующих креслах, обращенных к гостю, появились три женщины с ног до головы закутанные в просторные мягкие покрывала, словно в коконы.

Принц учтиво поклонился каждой, они поклонились в ответ, снимая покрывала с голов и прекрасных лиц. На головах каждой показались золотые диадемы с камнями.

– Скажу от имени всех, – начала та, которая сидела с левого края, – мы тебя безумно разы видеть.

Все три женщины широко улыбнулись. Что-то мягкое, нежное и настойчивое стало обволакивать Принца, он поддался этому ощущению, его ноги подкосились и он упал в глубокое кресло, которое пододвинулось к женщинам и замкнуло круг.

– И я вас всех, – Принц улыбнулся в ответ, обведя взглядом собеседниц. – Жаль, что судьба нас сводит редко и только по серьезным вопросам.

– Принц, мы не поддерживаем идею создания нового Ангела, – продолжила женщина слева, – Мы осведомлены, что темные нашли подход к хранящемуся у них объекту.

– Да, в этом моя вина, – вздохнул Принц и покачал головой.

– Мы тебя не осуждаем. Мы видим, что это было необходимым на тот момент.

– Но вы и тогда не сказали, что я не успею найти решение.

– Мы видели, что ты действуешь единственно верным путем. Какой смысл говорить, что ты не найдешь решение, если ты его и так не найдешь? Но если вдруг что-то изменилось бы в мировом равновесии, и ты бы нашел решение раньше Темных, то это было бы удачным стечением обстоятельств. Мы не видим всё. Каждая Душа имеет свободу воли, и каждая может изменить свое будущее, пока его не знает.

Принц кивнул.

– Но, тем не менее, сейчас именно так, как вы всё и видели. Они знают, что делать.

– Да. Мы ощутили это по колебанию Вселенских струн и сразу же рассказали Старейшине и остальным Магам. Мы чувствуем, что ты хочешь уничтожить это страшное творение.