Сладкая девочка мажора

Глава 5

Арсений

Такого количества жидкости я в себя ещё не вливал. Уже третья полторашка воды пошла, а во рту продолжает печь, словно я этот перец только что съел.

Не сообразил сразу, но при следующей встрече обязательно поставлю девчонке условие – членовредительством не заниматься. А то такими темпами она меня за месяц до гробовой доски доведёт.

Я же ведь ещё даже никаких знаков внимания Милане не оказывал, а она такую мощную броню выстроила, что становится не по себе. Что же будет дальше?

Так попивая водичку и любуясь закатом, размышляю о бренности бытия. Один, на краю обрыва, и вокруг ни души. Город, в котором я живу, находится на вершине небольшой горы, поэтому есть возможность выбраться тёплым вечером на окраину и полюбоваться видом сверху.

Делаю это нечасто, максимум раз в месяц, но сегодня почему-то именно такое настроение.

Дождавшись, когда последний луч солнца исчезнет за горизонтом, и, вдохнув напоследок аромат сушёной травы, разворачиваю мотоцикл и еду в сторону дома.

По дороге чувствую лёгкую вибрацию в кармане джинсов – телефон. Изворачиваться и пытаться выудить дребезжащий аппарат небезопасно, лучше всего позже перезвонить. Вибрация на время прекращается, но спустя пару минут возобновляется снова.

После десятого раза сдаюсь – паркую мотоцикл на обочине и отвечаю на звонок.

– Да! – рявкаю со злобой, вежливости от меня сейчас лучше не ждать. – Чего?!

От услышанного рот непроизвольно открывается. Какого?

– Сотка у меня наличкой на руках есть, – говорит собеседник, – а вот резиновой подруги, увы. Но если мотик действительно той модели, какая в объяве указана, я тебе резину сверху проспонсирую.

Поток речи непонятного содержания продолжает литься мне в уши, вводя меня в ступор.

– Вы ошиблись номером! – нажимаю отбой.

Стою с минуту возле мотика, качаю головой, запрыгиваю на верного коня и продолжаю путь.

Не успеваю подъехать к дому, загнать в гараж Ямаху и подняться в квартиру, на телефон опять звонят.

На этот раз отвечаю сразу.

– Друга, дорогой, слушай, я прям сейчас подъеду, мотоцикл заберу, придержи, а? – говорят в трубке на корявом русском.

Чувствую, что начинаю закипать. Проношусь мимо растерянной матери в свою комнату, громко хлопнув дверью.

– Слушай, друг, а вот насчёт резиновый дэвушка ты бы подумал. Не советую таким вещами заниматься, не полезно, – увещевает прокуренный голос незнакомого мужика.

– Какая, на хрен, девушка? – кричу, забывая про мотоцикл, отключаю вызов и заношу номер придурка в чёрный список.

Если бы я знал, что это только начало.

Следующие два часа смартфон атакуют назойливые любители халявы.

Они утверждали, что готовы сию же минуту купить мой мотоцикл за сто тысяч. Сто!

Да я за него в семь раз больше выложил, и это притом, что на вторичке брал.

Об истинных планах телефонных террористов догадываюсь только после третьего десятка звонков. С каких пор стал таким тугодумом?

Вырубаю мобилу и ложусь спать, вот только уснуть удаётся не сразу. В голове никак не укладывается, откуда образовался весь свалившийся на меня треш. Допустим, кто-то дал объявление о продаже мотоцикла и ошибся, указав случайно мой номер телефона. Всякое бывает, одну цифру напутал, и вуаля! Но что за бред с резиновой куклой?

Сон не наступает из-за забивающих голову размышлений, но усталость берёт верх, и я вырубаюсь.

Уже находясь на границе сна и реальности, ловлю пробегающую мысль о том, что надо бы по сайтам объявлений пошерстить, вдруг чего нарою?

Не успеваю утром включить телефон, звонки возобновляются. Но и я на этот раз умнее себя веду, выясняю у потенциального покупателя, откуда тот о продаже узнал.

Оказывается, объявление с указанием моего номера висит на одном из популярных сайтов. По доброте душевной мужик мне ссылочку скидывает в мессенджер, и я понимаю, что у меня довольно скудный ругательный словарный запас, не способный передать всю ярость моего состояния.

В объявлении значится следующее: продаю мотоцикл, в отличном состоянии, технические характеристики, ну и далее по списку. И даже пробег указан примерно такой, как у меня, только немного меньше. Следом значится мой номер телефона, безумно низкая для данной модели цена и примечание: или обменяю на резиновую… чего?

Тут меня окончательно накрывает, глаза застилает пелена гнева, а сердце ускоряет свой ритм. Пару раз провожу по экрану, чтобы найти хоть какие-то данные о продавце, но ничего, кроме тупого ника «Крокодил» нет.

Судорожно вспоминаю всех своих знакомых, но не за кем подобной клички не водится.

И тут мой затуманенный от нервного перевозбуждения мозг пронзает довольно светлая мысль: Любавина. Ну, конечно, а кто же ещё мог сделать мне такую подлянку? Нет, я далеко не ангел, и у меня есть враги, которые могут желать мне зла. Но на такую изощрённую каверзу способен только один человек из всех, кого я знаю. И это Милана.

Да за такое её бы проучить как следует, и плевать, что в рамках нашего спора я никак не смогу отомстить. Когда добьюсь выигрыша, устрою ей такое наказание, о котором она всю оставшуюся жизнь будет помнить.

Вскакиваю с кровати, быстро накидываю вчерашние шмотки и даже не позавтракав, вылетаю из квартиры. Только на улице понимаю, что идти мне некуда: ресторан ещё закрыт, а домашнего адреса девушки у меня нет. Я даже номер телефона не потрудился у Любавиной взять, хотя давно собирался. Ну, и как дожить до обеда?

Смартфон снова оживает в руках, и я вижу очередное сообщение с просьбой прислать фотографии мотоцикла. А то, видите ли, вдруг он битый, поэтому так дёшево. От злости плотно стискиваю зубы и с трудом сдерживаюсь, что бы не разбить ненавистный гаджет об асфальт. Ну, вот как, как такая красивая с виду девушка могла сотворить такую гадость?

Так и не придумав, как поступить, возвращаюсь домой. Мать с отцом как раз завтракать собираются, кофе себе наливают.

– Сынок, ты будешь с нами кушать? – мать спрашивает.

Несмотря на нескончаемую нервотрёпку, блокирующую любые физические потребности, есть я хочу. Желудок громко урчит, напоминая о необходимость заправиться сытной и вкусной пищей.

Присаживаюсь за стол, с удовольствием вдыхая аромат омлета и свежей зелени. Мама у меня, конечно, настоящее чудо, постоянно что-нибудь классное готовит. И я сразу добрее становлюсь, когда поем, неужели, сменю гнев на милость и Милку наказывать передумаю?

Нет уж, девчонка должна получить по заслугам, поэтому после завтрака звоню братцу и требую, чтобы узнал у своей новоиспечённой жёнушки номер телефона Любавиной. Даже сам с Катей поговорить пытаюсь, но не тут-то было: малышка упирается, и заветные цифры диктовать отказывается.

Пытаюсь припугнуть мелкую, но трубку Дан выхватывает, рычит на меня и отключается.

Нормальный? Разобрался бы для начала, кто прав, а кто виноват. Катюха точно в этом деле замешана, ведь кто-то же дал мой номер Милке? Но у этой тайной преступницы надёжная охрана, а потому приходится мне терпеливо ждать одиннадцати часов и только потом ехать в «Samovar», засаду устраивать.

Прячусь за углом вместе с Ямахой, ведь если я прав, и Любавина это всё подстроила, то вряд ли она меня с распростёртыми объятиями встретит. Испугается, скорее всего, и спрятаться захочет.

Ждать приходится минут двадцать, не больше. Осторожно выглядываю из-за временного убежища и отмечаю, что девушка нарядилась сегодня, как на праздник. Лёгкое бежевое платье в горошек на ветру развевается, и волосы длинные распущены.

А ещё она довольно забавная, когда не выпендривается. Обычно, если знает, что смотрю на неё, такая вся грациозная делается, медлительная. А сейчас вот на работу торопится, шустро ноги длинные переставляет и за дверью ресторана скрывается.

Мой выход.

Успеваю перехватить злоумышленницу прежде, чем она в подсобку спрячется. У них дорога в эту специальную комнату для персонала через кухню пролегает, и простым смертным туда путь заказан. Но поскольку я брат самого шефа, которого к великой радости ещё и нет на рабочем месте, позволяю себе лишнего.

Забегаю вслед за девчонкой на кухню, а оттуда быстрым шагом в подсобку до того, как Любавина успеет закрыть за собой дверь.

– А, – только и успевает выдохнуть этот ходячий генератор гадостных идей, когда перехватываю ладонью её рот и прижимаю всем телом к стене.

Заглядываю в стальные глаза и судорожно пытаюсь вспомнить, что хотел сказать. Вот только мысли устраивают дикие танцы в моей беспечной голове, и принимать отчётливую форму отказываются. Огромные, немного напуганные, но до безумия красивые глаза у девчонки.

Смотрю, и понимаю, что не испытываю ни малейшего желания причинять вред их владелице. И с каких это пор я стал таким сентиментальным?

– Сейчас я уберу руку и отпущу тебя, а ты вытащишь свой смартфон и удалишь то проклятое объявление, которое вчера наваяла. Если поняла, то кивни.

Девушка заторможено смотрит, потом моргает несколько раз, и, наконец, утвердительно кивает.

Я медленно убираю ладонь, при этом не свожу с девчонки глаз. Думать головой удаётся с трудом, но я стараюсь, усердно напоминая себе, что с этой красавицей нужно быть начеку. В любую минуту может прилететь очередная подлость. Вдруг она опять захочет поцарапать меня, или ущипнуть, или вообще коленкой ударить. Да, кстати, этого она ещё не делала, а вдруг? Как даст мне промеж… глаз.

– Идио… – верещит своим звонким голосом, стоит мне убрать руку.

Ни фига она не поняла. Потому мне приходится применить единственный действенный способ, который приходит в мою туго соображающую голову, чтобы заткнуть её громкий рот.

Набрасываюсь на пухлые губы с жадным поцелуем и блаженно прикрываю глаза.

Кайф.

Оказывается, она даже слаще, чем я себе представлял.

Глава 6

На следующий день Астров на работе у меня не появляется.

Вот и чудненько, сам не работаешь – другим не мешай.

Ещё бы он прийти рискнул! Наверное, губы свои покусанные залечивает. Озабоченный.

Это же надо было до такого додуматься – поцеловать меня ни с того, ни с сего. Обидно стало, потому что это мой первый поцелуй был, а я его себе не так представляла. Поэтому и цапнула маньяка недоделанного в процессе его похотливого действия. Неоригинально, но зато действенно.

За пару часов до конца смены обнаруживаю клоуна сидящим в зале за его любимым дальним столиком. Рано обрадовалась.

Интересно, меня оштрафуют, если я проигнорирую дорогого клиента? Просто новую пакость для него ещё не успела придумать: весь день от стола к столу бегала, не присела.

Перец в еду уже добавляла – не актуально. Руку царапала, за губы кусала. Ещё и шедевр мой с сайта объявлений удалять заставил, изверг.

Без особого энтузиазма иду к ненавистному столику, здороваюсь с Арсением неохотно.

– Ты чего такая хмурая? – спрашивает, а сам скалится. Вот достал, улыбался бы что ли как-нибудь противно, чтобы отвращение вызывал, а не желание смотреть в светящиеся глаза.

– Не нарывайся! – шиплю.

– Воу, воу, а поехали сегодня ко мне? Я тебе настроение подниму! – ржёт.

Если бы не работа, дала бы ему по морде, а так терпеть приходится.

– Да пошёл ты!

– Зря, у меня столько интересных комедий припасено: купили бы чипсиков, запить чего-нибудь и посидели бы. Ой! – наигранно глаза расширяет. – А ты о чём подумала?

Козёл.

– Ты один живёшь? – спрашиваю безразлично.

– Нет, с родителями. Не переживай, скажем, что ты моя девушка, – лыбится, ровные зубы демонстрируя.

– Угу. Не боишься, что от тебя отрекутся, когда со мной познакомятся? – бросаю тем же холодным тоном.

– Неа, меня же терпят!

Самоуверенный какой, ну да ладно, он за это поплатится.

Смена сегодня заканчивается пораньше, поэтому в восемь мы уже приезжаем к Арсу домой. На его мотоцикле, да. Я сдалась и согласилась на роль пассажира, но с условием, что это в первый и в последний раз.

Мы останавливаемся возле дорогого жилого комплекса, поднимаемся в квартиру на лифте. Арсений звонит в дверь.

Нам открывает миловидная женщина средних лет, в фартуке и с половником в руках. Чёрные волосы собраны в высокий пучок, а карие глаза смотрят с удивлением.

– Здрасьте? – теряюсь, поэтому моё приветствие больше походит на вопрос.

С каких это пор я такой неуверенной стала? Влияние Астрова, однозначно. Конкуренция мне не идёт на пользу.

– З-здрасьте… – мама Арсения отвечает, – проходите.

Мы входим в хорошо обставленную квартиру, и парень сразу тянет меня в зал. Усаживает на огромный угловой диван, а сам куда-то убегает. От нечего делать рассматриваю окружающую обстановку. Помимо дивана в комнате стоят два больших мягких кресла, по углам расставлены огромные горшки с фикусами, а на противоположной стене висит большущий телек.

Спустя десять минут моего изучения чужой гостиной, заявляется Астров с двумя огромными чашками попкорна. Опять убегает.

Наверное, как хорошей девочке, мне бы следовало предложить свою помощь, но я же не планирую производить положительное впечатление, поэтому скромно отсиживаюсь на диване. План новой пакости созрел сразу после приглашения Арсения.

– Что будем смотреть? – спрашивает парень, когда вновь появляется передо мной, уже с пультом в руках.

– Не знаю, – плечами пожимаю безразлично, – без разницы.

– Ну-у-у, так неинтересно, – тянет, надувая губы. Реально, клоун.

– Хорошо, давай тогда «Один дома» посмотрим, – предлагаю, не задумываясь.

Не то, чтобы я очень люблю эту комедию, предлагаю, чтобы отвязался. Ну, не в духе я сегодня, да.

– Да ладно? Ты разве не знаешь, что это новогодний фильм? – брови удивлённо вскидывает. Балбес.

– Представь себе, знаю? Включай давай! – приказываю властно и за пультом сама тянусь.

Астров моментально реагирует, плюхается на диван рядом со мной и в несколько нажатий на кнопки включает одну из самых знаменитых американских комедий.

Мы просидели до первого часа ночи, съели все запасы попкорна и чипсов, которые нашлись в доме Астровых, а ещё не давали спать своим хохотом его родителям. Потом парень посадил меня в такси и строго настрого приказал отзвониться, когда домой приеду.

Тоже мне, командир нашёлся.

Было ли мне стыдно за своё шумное поведение? Самую малость, потому что моей целью было вызвать негатив со стороны его родителей, чтобы после моего ухода ему устроили разбор полётов.

Не знаю, конечно, как Астровы, но любые другие нормальные родители закатили бы сыну взбучку и на будущее запретили приводить в дом таких взбалмошных девиц. Лично я, когда домой весёлых подружек пригласила, от мамы потом целый год выслушивала лекции на тему: как правильно выбирать друзей.

Но, увы, психологом мне не быть. Потому что уже на следующий день Арсений является в ресторан и ловит меня при входе. Останавливает прямо у дверей, не давая зайти внутрь, и выдаёт следующее:

– Мама ждёт тебя в гости!

– В смысле? А разве тебе ещё не запретили со мной общаться?

– Девочка, ты кое-что перепутала: мне двадцать два, а не пятнадцать, чтобы родители решали, с кем мне проводить время, – заявляет с превосходством.

– Я думала, что не понравилась твоим родителям… – тяну разочарованно.

– Ага, щаззз. Мать в восторге, сказала, цитирую: это самое лучшее, что ты приводил в наш дом.

– Почему? – искренне удивляюсь.

Я, правда, старалась показать себя с худшей стороны. Смеялась громко, чавкала, даже в кухню пару раз заваливалась за добавкой, а выходит, всё зря.

– Мама сказала, что остальные скучные были, в спальне запирались и нос не казали, потому что…

– Стоп! – руку вперёд выставляю. – Не надо мне рассказывать, чем вы там занимались!

– Да я и не собирался, вот вырастешь, может быть, тогда расскажу, – опять ржёт.

– Идиот! – кулаком его по плечу ударить пытаюсь, но Арсений уворачивается и смеётся ещё громче.

– Ладно, это всё потом, я другое сообщить хотел. Короче, я пару дней занят буду, так что не теряй меня, – говорит с важным видом. Тоже мне, деловой какой.

– Так и скажи, что струсил! – странно, и почему я злюсь?

– Ничего подобного! – пальцем у меня перед лицом машет. По руке его ударяю, словно назойливую муху прихлопнуть собираюсь.

– Ну, как, специально время тянешь, чтобы пари выиграть, разве нет? – сверлю парня глазами, чтобы не вздумал солгать под моим пристальным взглядом.

Арсений руки в бока упирает и смотрит с явным осуждением, ещё и цыкает при этом.

– Я, вообще-то, на работу устроился. Вот, надо в курс дела войти. Но твой мозг, похоже, запрограммирован только плохое во всём видеть.

Сканирую засранца взглядом с ног до головы: кто же взял этого лоботряса в работники?

– Серьёзно? – спрашиваю скептически, брови к переносице сдвигаю. Ну не верю я этому болтуну.

– Серьёзно, но ты меня своим неверием разочаровала, – выдаёт обиженно.

Тоже мне, артист погорелого театра. Жертву из себя строить пытается: не выйдет, я вижу оболтуса насквозь.

Глава 7

Сегодня очень ответственный день.

Моя дорогая родительница София Любавина возвращается из деревни, причём, раньше на целую одну неделю. Я мамочку свою очень люблю, а вот уборку дома делать – нет, не люблю. Но придётся, иначе получу от мамы по самые помидоры, потому что порядок у Софии Александровны на первом месте.

И объяснять, что я натура творческая, все же на дизайнера учусь, бесполезно. А потому придётся мне сегодня генеральную уборку устраивать, я ведь не особо себя напрягала в мамино отсутствие.

Ради такого дела выходной у управляющей выпросила, чтобы наверняка всё успеть. Правда, пораньше встать, как планировала, не удалось – только около девяти часов утра глаза продрала, поэтому пробежку пришлось отменить. Подскочила и в душ понеслась – остатки сна смывать. После водных процедур в шорты с майкой запрыгнула и побежала на кухню.

Вместо кофе решила себе смузи замутить, с этой нехитрой наукой я легко справляюсь. Несложно ведь ягодки замороженные в блендер закинуть, молочком залить и кнопочку нажать. Зато вкуснота получается нереальная, да и полезно к тому же. Ещё мюсли из шкафа вытащила – с орешками и шоколадом, короче, пир себе с утра устроила.

Покончив с завтраком, решила приступить к запланированным делам: паутинку с углов посмахивала, пыль протёрла и за пылесос взяться собралась, но вспомнила про сантехнику в ванной. Вооружилась чистящими средствами и пошла сражаться с грязью и бактериями. Так вдохновилась распространением чистоты, что даже зеркало помыть захотела, но не успела – в дверь позвонили.

Неужели мама? Так ведь рано ещё, только половина двенадцатого, а она ближе к вечеру обещала приехать. Кто тогда, Назар? Ну, Быков может, конечно, заявиться без приглашения, но я его в прошлый раз немного унизительно выпроводила.

Пока размышляла и в прихожую направлялась, на звонок раз десять нажать успели. Кому там нетерпится?

Дверь открываю резко, даже в глазок не смотрю, лишь бы эту какофонию прекратить.

– Какого… ты? – широко распахиваю глаза, словно это поможет быстрее передать мозгу информацию о моём нежданном госте.

– Привет! – Арсений широко улыбается этой своей светящейся улыбочкой, которая меня по-прежнему раздражает. Потому что, я начинаю чувствовать себя слишком уязвимой и слабой от этого света.

– Ну, чего тебе? – расслабленно опираюсь плечом о дверной косяк.

– Фу, Любавина, какая ты невежливая. Нет, чтобы пригласить гостя на чай, – кривляется. Как всегда.

– Ты откуда мой адрес узнал? – продолжаю допрашивать наглого парня. Неужели следил за мной маньяк недоделанный?

– Я свои источники не раскрываю, ой! – резко отшатывается, потому что в следующую секунду я подаюсь вперёд и хватаю цепкими пальцами ткань светлой футболки. Сминаю руками мягкий материал, и в глаза янтарные заглядываю.

– Не зли меня, Астров, ох, не зли! – шиплю, смотря на засранца снизу вверх.

Я не самого мелкого роста, но это клоун всё равно выше меня. Стоит, смотрит испуганно. Так мне в первое мгновение кажется. Эмоции из смеси злости и раздражения плотной пеленой накрывают мозг, и поэтому не сразу замечаю, что руки Арсения давно обосновались на моей талии.

Только когда он меня в себя впечатывает, выбивая весь воздух из лёгких, резко прихожу в себя.

– Чего творишь, а? – кричу, но тут же затыкаюсь.

Не хватало ещё, чтобы соседи сбежались и маме потом доложили, что я в дверях родительского дома с каким-то парнем зажималась.

– Ну как, ты же сама в меня вцепилась, вот я и подумал, что прошлый раз повторить хочешь, – ухмыляется. – Пригласи уже внутрь, а то неудобно как-то на пороге. О, а я тебе с уборкой помогу, – его взгляд за тряпку и пшикалку для зеркала в моих руках цепляется.

– И не мечтай, чтобы я твою озабоченную тушку в свою квартиру запустила! – отшиваю, как могу, но воображение уже красочно рисует, как этот оболтус у меня в ванной унитаз драит.

– Да ладно тебе, я понял уже, что мне ничего не светит. Эх, одна надежда – выиграть в споре, – вздыхает показательно.