Десерт для мажора

Глава 1

Я так и знала, что добром эта затея не кончится. И ведь говорила мне Светка, чтоб ехала на такси. Но нет, у Яны Лопуховой к любой ситуации свой «индивидуальный» подход.

Сегодня я катастрофически опаздываю на праздник в честь дня рождения подруги. Очень сильно спешу, то и дело срываясь на бег. Только вот незадача: бегать с тортом в руках занятие крайне непростое.

До намеченной цели, а точнее до нужного адреса остаётся совсем немного. Неожиданно в заднем кармане моих джинсов начал вибрировать телефон, да так настойчиво, что мне кажется, будто он хочет покинуть своё тёплое местечко. Думаю проигнорировать вызов, но очень быстро понимаю, что необходимо ответить на звонок, иначе телефон шандарахнется об асфальт и прикажет долго жить.

Оглядевшись по сторонам в поисках подставки для своего торта, я обнаруживаю, что в двух шагах от меня припаркована какая-то машина. Я плохо в марках разбираюсь, но для меня это и неважно. Ставлю переноску с тортом на крышу авто, стараясь при этом не поцарапать тачку. Выуживаю из кармана дребезжащий аппарат и принимаю вызов.

– Янка, блин, ты где запропастилась? Мы тебя тут все заждались! – Светкин возмущённый крик вполне можно услышать и без телефона.

– Ну-ну, меня заждались? Как бы ни так: знаю я, чего вы ждёте, – парирую я, – не паникуйте, будет вам взятка. Я уже около твоего дома стою, открывай, давай.

Вместо ответа слышу из трубки какие-то визги, и сама нажимаю отбой. Убираю телефон на место и уже собираюсь забирать свой тортик с его временного пристанища, как вдруг он по неведомым мне причинам начинает двигаться.

Меня берёт оторопь, потому что я не выезжаю в происходящее. Куда торт может ехать? Может это крыша моя уже поехала после марафонского забега?

Пытаюсь догнать своё сладкое произведение искусства, даже успеваю ухватиться за крышку контейнера, но вдруг машина резко тормозит, и мой трёхчасовой труд стремится преодолеть земное притяжение.

Правда приземляется он не на землю, а просто переворачивается на крышу этой чёрной тачки и превращается в некрасивую кашу из крема и бисквита.

Внутри всё опускается, глаза моментально наполняются слезами, а я стою и не могу пошевелиться. Перед глазами, словно кадры из фильма, проплывают фрагменты вчерашнего дня. Вот я взбиваю тесто, потом ставлю форму в духовку, следующим кадром я уже собираю торт, обильно смазывая коржи кремом. Всё это проделываю с огромным удовольствием, и даже не представляю, что на следующий день мои труды улетят в помойное ведро.

Находясь в состоянии транса, не замечаю, как водительская дверь открывается, а из машины выскакивает какой-то парень. Вижу только, что он буквально за пару прыжков преодолевает расстояние между нами и налетает на меня с криками.

– Ты чё, совсем дура, да? Ты чё с моей тачкой сделала? – он машет руками в разные стороны, будто собирается взлететь.

Да уж, шок – это по-нашему. И сегодня я получила двойную дозу шокотерапии.

Надо бы что-то ответить парню, как-то защитить себя, а может даже извиниться, но я не могу вымолвить ни слова. Только стою и разглядываю красивого мерзавца, который посмел на меня кричать.

Длинный черноволосый шланг со злобными карими глазищами. Может, конечно, не такой уж и длинный, но мне при моём метре пятидесяти шести сантиметрах сложно судить.

– Ты чё молчишь, курица? Сейчас заставлю вылизывать это безобразие, поняла? – делает шаг ко мне навстречу. Мамочки, что он задумал?

А курицей он меня зря обозвал, и сейчас за это заплатит. Я быстро очухиваюсь и приступаю к оборонительным действиям.

– Да чего ты разорался "чё, да чё"? Нормально разговаривать не умеешь, колхозник? Подумаешь, тортиком тачку вымазали, я же не краской её облила! Но в следующий раз, так уж и быть, захвачу пару баллончиков акрилки какого-нибудь красивого цвета. Тебе розовый нравится?

Парень слегка зависает, видимо пытаясь понять смысл моего монолога. Начинает злиться ещё больше, щёки раздуваются, глаза сверкают.

– Слышь, какой ещё следующий раз, ты чё?.. – орёт он ещё громче и осекается, видимо, вспомнив, за что я обозвала его колхозником.

Он всё наступает и наступает, а я понимаю, что имею дело с совершенно незнакомым человеком. Может он маньяк какой, а я его только раззадориваю своим поведением?

Впечатлившись собственной фантазией, разворачиваюсь и стремительно бегу в сторону Светкиного дома, взмахнув на прощание длинными белокурыми прядями. На моё счастье, калитка оказывается открытой, поэтому я залетаю во двор.

– А ну стой, каракатица, я тебе устрою! – доносятся вопли незнакомца.

Каракатица? Вот же крендель пересушенный, так бы и плюнула в надменную рожу. Только инстинкт самосохранения берёт верх, поэтому я даже не думаю возвращаться и выяснять отношения с этим идиотом.

Стучу в металлическую дверь Светкиного частного домовладения, а сама чувствую, что меня до сих пор слегка потряхивает. Лишь спустя пару минут понимаю, что дверь на самом деле открыта, поэтому с лёгкостью тяну её на себя и прохожу внутрь. Вижу, что праздник в самом разгаре, все вокруг веселятся.

Под грохот музыки пробираюсь через толпу малознакомых лиц, надеясь найти виновницу торжества.

Впрочем, это оказывается не так уж сложно: посреди воображаемого танцпола стоит эффектная блондинка в красном коротком платье, подчёркивающем её модельную фигуру. И не смотря на то, что девушка обращена ко мне спиной, я с лёгкостью угадываю подругу.

– С днём рождения, дорогая! – поздравляю именинницу с совершеннолетием и протягиваю ей небольшую коробочку, завёрнутую в упаковочную бумагу. Я уверенна, что Сафонова оценит подарок, ведь это именно то, о чём она мечтала.

– Спасибо, Янка! – перекрикивает музыку, а я, пользуясь моментом, рассказываю о преждевременной кончине моего торта.

Рядом со Светкой стоят две какие-то шваброобразные особы. Видимо, из-за них она показушно смеётся и выдаёт:

– Яночка, как замечательно, что твой тортик нас не настиг, правда, девочки? – это она к швабра обращается. Но стоит им отвлечься, Светка зло сверкает глазами и шипит на меня: – Янка, ну, ты точно самая настоящая Лопухова. Это ж надо было так бездарно профукать торт!

Не скажу, что сильно обижена, я и сама остра на язык, но мне её слова не нравятся. Поэтому принимаю решение найти место для той части тела, которая отвечает за приключения. Оглядываюсь по сторонам.

Пока делаю обороты вокруг своей оси, получаю толчок в бок. От неожиданности не удерживаю равновесие и налетаю на чьё-то твёрдое тело. Практически каменное. Поднимаю голову, чтобы извиниться, сталкиваюсь взглядом с тёмными злобными глазами.

Какого лешего этот сушёный крендель здесь делает? Может он меня решил найти и отомстить за свою машину?

Пока мысленно задаю вопросы себе, парень следует моему примеру и тоже задаёт вопросы. Мне.

– Ах, ты ж каракатица, ты чё здесь трёшься, следишь за мной? – он отпрыгивает от меня, словно от заразной. – Вылупилась чё?

Какой кошмар, от его манеры речи хочется улететь к инопланетянам. Или перенестись в прошлое к динозаврам. Можно ещё в древний Египет, да куда угодно, лишь бы там не знали слово "чё".

Хочу дать наглецу достойный отпор, но неожиданно перед нами возникает Светка. Меня она словно не замечает, зато начинает хлопотать вокруг парня.

– Стасечка, я так рада, что ты пришёл! – она тянется к парню и целует его в щёку. – Проходи, будь как дома, пойдём я тебя чем-нибудь угощу!

Стасечка? Непроизвольно морщусь, пробуя это недоимя на вкус. Это что же получается, они знакомы? Только, какой же это Стасечка? Это настоящий Станиславозавр.

Светка хватает его под руку и ведёт к столу, весьма неестественно хохочет при этом. Парень лениво ей что-то отвечает, только вот Сафонова словно не замечает его равнодушия. Или не хочет замечать, мне-то какое дело?

Я очень даже рада, что Светка уводит этого кренделя от меня подальше. Он оборачивается пару раз, выискивал меня своими глазищами, но я в это время уже спокойно сижу в тихом уголке на уютненьком диванчике. Сижу и думаю, какие ещё приключения ожидают мою пятую точку? Или на сегодня лимит происшествий исчерпан?

– Привет! – слышу сквозь собственные мысли незнакомый голос. – Как тебя зовут, красотуля?

Рядом приземляется парень, бесцеремонно закидывает руку за мою спину и пальцами по обивке дивана настойчиво барабанит. Я отстраняюсь, вскидываю на него недоуменный взгляд и отмечаю про себя, что это не парень даже, а целый мужик. Достаточно взрослый, и, как следствие, наглый. Кого Светка понаприглашала?

Да если бы я знала, что здесь будет подобный контингент, то в жизни не пришла бы. Подруга это тоже прекрасно понимала, поэтому распиналась:

– Яночка, не волнуйся, будут только девочки из нашей группы. Ты главное не забудь свой фирменный тортик приготовить. Только пораньше приходи, чтобы тортик никто не увидел – сюрприз будет!

Теперь я вижу, какие тут девочки. Вон, мужики великовозрастные расхаживают.

– Так что красотуля, познакомимся? – незнакомец предпринимает вторую попытку, играя бровями.

Я только отрицательно мотаю головой, и, к счастью, замечаю двух знакомых девчонок. Тут же пулей мчусь в их сторону, оставив своего несостоявшегося ухажёра в одиночестве.

Кажется, у меня сегодня передозировка мужского внимания.

Глава 2

– Итак, Яна, я тебя внимательно слушаю.

Кто-нибудь, скажите Светке, что пытать живого человека нехорошо. Она уже пятнадцать минут не выпускает меня из туалета, вытягивая признание.

– Свет, пойдём на пары, а? Ну чего ты от меня хочешь? – тяну обречённо.

– Ладно, повторю для непонятливых: почему парень, которого я пригласила, три раза за вечер спрашивал о тебе? – она оттопыривает указательный, средний и безымянный пальцы и тычет ими мне в лицо.

– Да какой парень, Свет, я там кроме двух девчонок из кулинаров знакомых не видела. О чём ты говоришь? – устало облокачиваюсь о стену, предполагая, что это разговор никогда не кончится.

– А ты знаешь, каких усилий мне стоило уговорить Стасечку прийти? Он же звезда, – она блаженного закатывает глаза, а я моментально соображаю.

– Стасечка? – брезгливо морщусь.

– Ну, да, до тебя только дошло? Откуда он тебя знает, да ещё и интересуется твоей персоной? – девушка ревниво стреляет серыми глазками.

– Так это я его машину тортом испачкала, – всем видом показываю безразличие и, пользуясь Светкиным замешательство, покидаю помещение.

Мчусь в аудиторию, попутно размышляя, что делать с новой одержимостью подруги. Она ведь если что-то вбила себе в голову, то теперь так просто не сдастся. Будет долго и мучительно добиваться внимания этого Стасечки.

Впрочем, лучшей расправы над этим колхозником я и представить себе не могу. Внимание Светочки – лучшее наказание, потому что она теперь вряд ли даст парню спокойно дышать.

Помню, как в прошлом году она влюбилась в одного из главных красавчиков колледжа. В итоге бедолага перевёлся в другое учебное заведение.

Мы всем колледжем следили за этим реалити-шоу. Подруга стала настоящим сталкером. Дошло то того, что несчастный только и занимался тем, что пытался спрятаться от Светы. Но это было невозможно, она настигала его повсюду, его популярность резко пошла на спад. Девчонки перестали им восхищаться, парень постепенно превратился в предмет насмешек и, не выдержав такого давления, покинул наш колледж.

Я буду только рада, если такая же участь постигнет противного «Стасечку». Даже тортик Светке испеку в качестве благодарности и никому не расскажу, что она его съела.

Продолжая витать в облаках из собственных мыслей, подхожу к нужной, как мне кажется, двери, тяну на себя ручку и оказываюсь внутри. На удивление, в аудитории пусто. Занимаю своё место и принимаюсь выгружать из сумки необходимый для занятий инвентарь.

Наконец, усаживаюсь на стул и только сейчас замечаю учебный материал, которым увешаны стены. Это что ещё за таблицы? И схемы какие-то непонятные, устройство автомобиля что ли?

Да уж, не зря мама называет меня рассеянной, а Светка говорит, что я тот ещё лопух. Как я могла перепутать аудитории?

Быстро собираю обратно выложенные пару минут назад вещи и направляюсь к выходу, но уйти не успеваю. Дверь отворяется и ударяется с грохотом о стену, а на пороге возникает какой-то пухляк. Он противно жуёт жвачку и ржёт при этом так, что изо рта вылетают брызги слюны. Зрелище премерзкое.

Вдруг его взгляд застывает на мне. Незнакомец на мгновение перестаёт смеяться, а потом говорит, обращаясь к кому-то за спиной:

– Всё, братва, теперь мы заживём, у нас в группе появилась девчонка, – пальцем в мою сторону тычет.

Моментально реагирую на выпад с его стороны, выстраивая словесный блок.

– Я… я аудиторией ошиблась случайно, я не у вас в группе, – пытаюсь оправдаться.

Следом за пухляком в кабинет заходит ещё один парень, которого я знаю. Его зовут Влад, он раньше встречался со Светкой. Целую неделю.

А замыкает процессию клоунов знакомый черноволосый шланг. Он тоже смеётся и с интересом смотрит в направлении, указанном пухляком. Однако заметив меня, перестаёт веселиться, сканирует взглядом и без тени улыбки выдаёт:

– Ты!

– Нет, не я, – лепечу от страха.

Один из дружков поворачивается к Стасу и спрашивает:

– Ты её чё знаешь?

Чувствую, что у меня начинает дёргаться левый глаз. Опять это "чё". Судя по всему, у нас в колледже целая банда ЧЁкнутых.

Смотрю на парней, перекрывших выход из кабинета, и не знаю, как покинуть помещение. Вдруг крендель всё же решит мне отомстить?

К моему счастью, пока Влад выясняет у Стаса, откуда тот меня знает, а пухляк ржёт и давится жвачкой, в кабинет заходит преподаватель.

– Вы что тут устроили? – рявкает на веселящихся парней.

Замечает меня.

– Милая девушка, а вы что здесь забыли? – надо же, как быстро меняет манеру речи с ругательной на прелюбезную.

– Извините, я ошиблась дверью, – коротко отвечаю и резво проскакиваю к выходу.

В коридоре не задерживаюсь, мигом отыскиваю нужную аудиторию. На этот раз без ошибок.

В кои-то веки, мне повезло, и лекция ещё не началась, но я всё равно спешу занять своё место.

Моя соседка Катя что-то усердно повторяет. Я тихонечко с ней здороваюсь, стараясь не отвлекать. Она в ответ лишь кивает, что неудивительно – Катя девушка серьёзная, а ещё очень скромная. Мы с ней даже могли бы подружиться, но она едва ли понимает мою страсть пошутить и поприкалываться. Хотя, возможно, у нас с ней больше общего, чем с той же Светкой.

Странно, что мы вообще смогли найти общий язык с Сафоновой, ведь у нас диаметрально противоположные интересы. Светка, например, мечтает поскорее окончить ненавистный колледж, куда её устроил отец, и поступить в школу моделей. Она терпеть не может готовить, да и не напрягает себя этим. Я же наоборот, просто обожаю свою будущую специальность – повар-кондитер. Поэтому пользуюсь любой возможностью заниматься любимым делом.

***

После лекции собираю в сумку принадлежности и выхожу в коридор. Следом выскакивает Света, хватает меня под локоть и тащит в сторону окна.

– Лопухова, ты собираешься худеть? Такая тяжёлая! – возмущается она попутно.

Я скидываю её руку, негодуя:

– А кто тебя заставляет меня тащить силой? А?

Девушка останавливается, хлопает наращенными ресницами и начинает мямлить:

– Ну, после твоего побега из туалета, я подумала, ты не пойдёшь добровольно.

Забавно видеть Сафонову такой растерянной, она просто не ожидала наезда с моей стороны. Обычно мямлю я. Но сейчас мне неприятно, что Света заговорила про похудение.

Я, конечно, не тростинка, но и не толстуха, какой меня выставляет подруга. При своём невысоком росте я вешу пятьдесят килограммов, и выгляжу при этом вполне нормально. Как говорит моя мама, имею свой определённый шарм благодаря небольшой округлости.

Всё же иду со Светкой, не хочу лишний раз ссориться из-за глупости. Мы проходим к подоконнику, ставим на него свои сумки и поворачивается друг к другу.

– Ну? Чего ты меня так усердно сюда тащила, что случилось? – чувствую, что с трудом скрываю недовольство. – Сомневаюсь, что просто так позвала.

– Яночка, какая ты проницательная, обожаю тебя, ты такая хорошая подруга, – старательно удерживает натянутую улыбку, а я чую недоброе. Неспроста она меня нахваливает. Ей, определённо, что-то нужно, вопрос что именно?

Настороженно смотрю на подругу, ища подвоха, который не заставляет себя долго ждать.

– Ты знаешь, ты такая добрая, безотказная, всегда готова прийти на помощь, – тараторит девушка, – и кроме тебя мне не к кому обратиться.

Смотрит невинными глазками, а руки складывает в молящем жесте.

– Ты пойдёшь со мной сегодня вечером в клуб? Сидоров говорил, что они сегодня своей компанией идут отдыхать. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

Я пытаюсь понять, что она от меня хочет, но мне недостаёт информации для полноты картины.

– Свет, я ничего не поняла. Какой ещё клуб? Когда? И кто такой Сидоров?

Видимо, зря задаю сразу столько вопросов. У подруги теперь вид слишком озадаченный. Света задумчиво молчит некоторое время.

– Сидоров – это Колька, друг Стасечки, пухлый такой, не видела разве? – отвечает, собравшись с мыслями.

Я молча киваю головой. Где, и при каких обстоятельствах я его видела, рассказывать не собираюсь.

– Главное, что там мой Стасечка будет, – мечтательно улыбается.

Подружка замолкает, а меня передёргивает от слащавого «Стасечка».

– Так, а зачем я с тобой должна идти? Иди со своим Стасом. Ты знаешь, что я не хожу в заведения подобного рода, – равнодушно отворачиваюсь к окну, разглядывая ещё голые деревья.

– Ян, ну, как я с ним пойду, если красавчик ещё не в курсе, что он – мой. Ты вообще мне подруга или как?

Разворачиваюсь всем корпусом к девушке, собираясь отказать. Вижу перед собой слегка прикрытые глаза и опущенные уголки губ – мисс печалька собственной персоной. Не могу удержаться от смеха.

– Ладно, – машу рукой, – так уж и быть. Только у меня есть условие: ты расскажешь мне, что за фрукт этот Стас.

Глава 3

Подруга с визгом бросается мне на шею, выкрикивает какие-то слова благодарности и клятвенно обещает рассказать всё, что пожелаю. Немного отстраняюсь, чтобы остановить столь бурное проявление чувств, и повторяю свой вопрос.

– Так кто такой этот Стас?

Сафонова запрыгивает на подоконник и усаживается поудобнее. Я понимаю, что рассказ будет длинным, поэтому повторяю её действия.

– Ну, ты, Янка, точно не от мира сего, – заявляет она, – Стасечка, он же Стас Гронский, учится в нашем колледже на автомеханика. Каждая девчонка мечтает, чтобы он хотя бы посмотрел в её сторону.

– На кого он учится? – усмехаюсь. – И по этому экземпляру все с ума сходят?

– Ты что, он такой классный – красавчик, посмотри какой. А ещё у него тачка крутая, и у отца, говорят, денег куча.

При упоминании денег у Светки алчно загораются глаза.

– Интересно, если его папенька такой состоятельный, что он сыночку обучение в каком-нибудь вузе не оплатил?

Светка пожимает плечами, но и на это замечание находит ответ.

– Ходят слухи, что когда Стасечка окончил школу, он сильно поссорился со своим предком. Вот поэтому его отец и засунул в колледж. Вроде бы Стас даже поступал куда-то на вышку, но у отца связи. Он помешал, сказал, пусть поучится, как простой смертный.

Чувствую, как внутри меня нарастает возмущение. Я не знаю этого Стаса, не знаю его отца, но не могу принять такого отношения между близкими людьми. Смотрю на Светку, а она спокойно закинула одну ногу поверх другой и раскачивает ею, как ни в чём не бывало.

– Разве такое возможно? Как отец так может поступить с собственным сыном? – всё-таки не выдерживаю и задаю интересующий меня вопрос.

– Не знаю, но машину он ему как раз в знак примирения подарил. Стас, конечно, долго отпирался, но потом тачку принял. А колледж бросать в обмен на универ отказался, сказал, что доучится, а потом решит, что дальше делать.

Слушаю её и начинаю сомневаться в правдивости этой истории, неужели подруга верит в этот абсурд?

– Знаешь, Свет, мне кажется, это всё байки, придуманные этим смазливиком. Может он настолько тупой, что даже родительские деньги не помогли ему поступить в университет?

– Ты что, Стас очень умный, он… он… – подруга начинает жадно хватать ртом воздух от возмущения. Но вспомнить реальные заслуги мажорика ей так и не удаётся.

– Хорошо, хорошо, – смеюсь я, – пускай будет умный, я тебе верю на слово.

Решаю не оскорблять чувства подруги, поэтому перевожу тему.

– А ты не хочешь сегодня пойти со мной в хоспис? Я вчера пирожков с яблочным повидлом напекла, планирую отнести.

Света вскидывает брови и слегка приоткрывает рот.

– А когда ты успела испечь пирожки, если вчера вечером была у меня? – удивляется она.

– Так я же рано ушла, вот и занималась вечерней выпечкой, нервы успокаивала.

Подруга морщится. Не нравится ей моё предложение.

– Нет уж, Яночка, это без меня. Слушай, дались тебе эти старики? – она даже не пытается скрыть презрение.

Я спрыгиваю с подоконника, упираю одну руку в бок и говорю девушке:

– Знаешь, Свет, ты не обязана разделять мои увлечения, но будь добра, хотя бы относись к ним с уважением, – беру сумку и ухожу, но подруга тут же срывается следом.

– Яна, ну подожди, – она хватает меня за плечо, – ну… извини, – Света поджимает губы и опускает глаза, словно очень сожалеет. – Ты же не передумаешь идти со мной в клуб?

Теперь понятно, чего она за мной побежала. На самом деле, такое поведение подруге не свойственно: она никогда не извиняется.

– Не волнуйся, – машу рукой, – не передумаю!

Уныние на лице Светки быстро сменяется радостью. Вот же актриса, да ей не в модельную школу поступать нужно, а в фильмах сниматься.

***

Вечером встречаемся с подругой в условленном месте. Пока ждём такси, девушка окидывает меня пренебрежительным взглядом, кривит губы и говорит:

– М-да, Ян, а ты не могла что-нибудь поприличнее надеть, а? – она жестом указывает на моё платье.

Я в сотый раз смотрю на свой наряд и не могу понять, чем подруга недовольна. Бледно-розовое, длиной до колена, полуприлегающего силуэта. Я считаю, что выгляжу достойно. А вот такое подобие одежды, как у неё, я бы в жизни не надела. При одном взгляде на этот «шедевр» дизайнерского искусства рябит в глазах, потому что платье полностью расшито пайетками. Мини, ядовито-оранжевого цвета, с вырезом до пупка. По словам подруги, если бы не время года, то вся улица оценила бы ещё и открытую спину благодаря этому «чудо-платью». Я не понимаю, за счёт чего оно на ней вообще держится, почему до сих пор не слетело. Впрочем, если это произойдёт, думаю, Сафонова не сильно огорчится.

– Меня. Всё. Устраивает, – коротко отрезаю я, давая понять, что не хочу вступать в полемику.

К счастью, перепалку удаётся избежать, потому что подъезжает долгожданное такси. Мы усаживаемся в машину и едем в клуб, но по пути я начинаю нервничать. Ощущение, будто мои внутренности завязали в тугой узел. Да уж, такой трусихе, как я, лучше сидеть дома. Дело в том, что я ни разу в свои восемнадцать лет не была в ночном клубе, вот так вот.

Успокаиваю себя тем, что заведение находится в людном месте, и я в любой момент смогу уехать домой. Да и Светка пообещала, что не оставит меня одну и в обиду не даст. Тоже мне, защитница.

Через тридцать минут езды по городу мы останавливаемся возле нужного адреса, расплачиваемся с таксистом и выходим из машины. Я оглядываюсь по сторонам, но Светка хватает меня за рукав куртки и тянет внутрь.

– Ян, ну, ты чего застыла? Идём скорее, нам ещё Стасечку искать, он парень видный, налипнут на него сейчас какие-нибудь курицы.

Ну, да, нужен он кому. А она глупая, раз так парня превозносит.

Пройдя фейс-контроль, мы оказываемся в душном полумрачном коридоре. Я тут же начинаю паниковать, что мы со Светкой можем потеряться. Сейчас ни на миг не жалею, что никогда не ходила раньше в клубы. И больше никогда не пойду. Не моё это: музыка грохочет, молодёжь беснуется в танцах, плюс постоянно кто-то толкается.

– Смотри, вот он! – орёт Светка мне в ухо.

Я смотрю в указанном ею направлении и замечаю черноволосого мерзавца. Он сидит за столиком в компании молодёжи, словно король. Контингент вокруг него явно не из нашего колледжа. Крендель, он же Стасечка, он же Стас Гронский, занимает значительную часть места. Одна нога закинута поверх другой, а руки вальяжно раскинуты в разные стороны.

Проходит меньше минуты, и мы оказываемся возле этой компании. Светка тут же начинает трещать: