Даже когда я уйду

Copyright © Nicole Florina

© Ефросинья Аникина, перевод на русский язык

© В оформлении макета использованы материалы по лицензии

© shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2025

«Даже когда я уйду» – вторая книга в серии «Останься со мной». Если вы не читали первую часть, «Останься со мной», то, скорее всего, ничего не поймете.

Перед началом работы над циклом я прочла немало специальной научной литературы. Прошу, не забывайте: все рассуждения о медицинской стороне вопросов основаны на моем личном опыте. Повторюсь – намоем. Медикаменты на всех действуют по-разному. Я не доктор и не психиатр, потому советую: не изменяйте порядок приема препарата, не посоветовавшись со специалистом. Я множество часов потратила на обсуждение этого вопроса с другими людьми и на исследование специальной литературы по теме и могу сказать, что опыт разных людей очень сильно различается. На практике не бывает одинаковых случаев. История эта написана не для того, чтобы заставить вас пересмотреть свои жизненные принципы, но для того, чтобы заставить задуматься. Принять тех, кто отличается от вас, а также посмотреть на историю с двух разных сторон, потому что обе стороны могут быть в чем-то правы – все зависит от угла зрения.

В книге этой обсуждаются не самые легкие темы. Мнения персонажей могут не совпадать с моим собственным. Вас ожидают: взрослый контент, мат, графический сексуальный контент, а также тревожные вещи, которые могут вызвать неприятную эмоциональную реакцию. Будьте предельно осторожны.

Надеюсь, вам понравится созданный мною мир и то, что я с ним сотворила.

Отец,

Если бы ты все еще был с нами, то сказал бы, что мне пора научиться отпускать. Но нам обоим прекрасно известно: я унаследовала от матери неукротимый дух и честное сердце. Я – настоящая темная лошадка. Поэтому не сдалась и, кажется, наконец нашла способ отплатить тебе хоть крупицей справедливости – пусть не так, как ты того ожидаешь, и не столько, сколького заслуживаешь. Мне бы очень хотелось сделать куда больше. И прости, что не сделала этого раньше.

Все это для тебя, папа.

Эта история – твоя справедливость…

…и моя месть.

С любовью,

Пролог

Не уверен, что пугает меня больше: жестокая буря в моей голове или все же тишина.

Поступил я откровенно дерьмово. И прекрасно это понимаю. Можно подумать, понимание облегчило упавшую на мои плечи ношу.

Но нет.

От того, что я оставил ее, мне стало только хуже.

– Олли вернулся! – раздался знакомый голос.

Я повернулся и увидел их – Джейка и Мию. Поймал ее взгляд, но не был к этому готов, ведь все то, чего я так боялся, стало вдруг правдой. Когда-то я любил ее, совсем недавно она была для меня всем. Я прекрасно помнил, какой пожар разжигала она в моей душе, но теперь на месте этих чувств жило что-то другое…

Предательство? Нет. Гнев? Кое-что похуже.

Ничего.

Она посмотрела на меня – моя маленькая воплощенная надежда. В глазах ее горела такая же.

Но во мне надежды не осталось. И потому я развернулся и ушел.

Так будет проще, Мия.

Я добрался до своей комнаты – эхо ее шагов неотступно следовало за мной по коридору. Стоило догадаться, что она так просто все не оставит. Не сможет сдаться. Но я не был готов встретиться с ней лицом к лицу. Пока еще нет. Ведь я не мог дать ей ответов, которые она хотела бы услышать.

Я предупреждал ее о том, что так все и будет. И так все и случилось – мысли мои очистились. Как я мог полюбить девушку, которую развратил мой собственный брат?

Она схватила меня за руку, заставила резко развернуться. Я понял, что это Мия, еще до того, как посмотрел на нее. Я никогда не забуду ее прикосновений: каждый дюйм ее тела оставил в моей душе след. Будто вечную татуировку. Когда-то мы принадлежали друг другу. Пускай я исчез, но таблетки никогда не смогут стереть следы ее рук с моей кожи, с тех мест, до которых она дотрагивалась.

Я надеялся, что почувствую нашу связь, как тогда, в самый первый день в столовой, – но не почувствовал ничего. Я растянул губы в улыбке. Это было, пожалуй, худшим из моих решений, но, опять же, что еще я мог сделать? Ничего.

Черт подери, Мия.

– Я не знаю, что сказать, – выпалил наконец я, отказываясь смотреть ей в глаза.

Мне было страшно. Черт, мне было так страшно.Я не хотел ничего чувствовать. Потому что вдруг… вдруг чувства захлестнут меня снова? Они все только усложняли. Лучше уж ни о чем не заботиться – тело жаждало именно этого. И я смотрел сквозь Мию, так, словно на месте ее висела лишь ускользающая тень моего прошлого.

– Скажи хоть что-нибудь, – взмолилась она, взяв меня за руку.

Прежде я только этого и жаждал – ее прикосновений. Сейчас же мне хотелось лишь тишины.

Я разжал руку и заглянул в ее золотисто-карие глаза. Прежде, заходя в комнату, я только его и искал – ее взгляда. Просыпался каждое утро и жаждал увидеть ее глаза. Надеялся на то, что именно сегодня в темноте ее глаз засияет золото.

Мне придется оттолкнуть ее, потому что сейчас я могу лишь разочаровывать. Так будет лучше.

– Ты переспала с моим братом. Мне вообще не стоилоэтоподдерживать, да еще и так долго, – напомнил я ей.

И это ведь правда. Она трахнула моего брата. Прежде нашу любовь ничто не могло омрачить, но теперь… теперь мои когда-то неприкосновенные сердце и душа жили в непроницаемом пузыре. В отдельном мире.

– Поддерживать что? – спросила Мия.

Подбородок она приподняла, будто бы бросая мне вызов, но в уголках ее глаз сияли слезы, а очаровательные губы трепетали.

Я вдохнул. Выдохнул.

– Нас с тобой.

Я посмотрел куда-то ей за плечо. Дыхание Мии сбилось, совсем как тогда, когда я укладывал ее на свой матрас и ублажал теми же губами и языком, которые произнесли только что эти три простых слова.

Она неплохо держалась. Она ведь была очень сильной – я сам ее этому научил.

Но я же мог лишить ее этой силы по щелчку пальца.

– Олли, это все таблетки. Ты ведь так на самом деле не думаешь, правда? Ты обещал! – Она показала мне кольцо на безымянном пальце. – Ты, черт побери, обещал, забыл, что ли?

Она потрясла рукой.

– Не надо ругаться, дорогая. Это тебя не красит. – Я сделал шаг, но и она тоже, так, что встала прямо у меня на пути.

– Подскажи, что мне сделать, Олли. Как напомнить тебе? – В тоне Мии сквозило отчаяние.

В глазах ее угасала надежда.

Но она не могла мне ни о чем напомнить. Я и так все прекрасно помнил.

– Никак. Все кончено. Отпусти меня, – с силой отчеканил я.

Мия коснулась моего лица, и я замер. Всем телом. Даже сердце мое остановилось, подчиняясь ей, словно последний дурак. Ожидая ее приказов.

– Прошу, посмотри на меня, – прошептала она.

Для этого мне нужно было повернуться всего лишь на долю сантиметра. Но даже это движение выпило бы из меня все соки, которых почти не осталось.

И я все равно почувствовал себя еще более опустошенным, когда глаза наши встретились. Мне было плевать абсолютно на все, но я тем не менее приложил свою руку к ее. Я хотел убрать ее пальцы с лица, но что-то внутри меня оборвалось.

Я не мог пошевелиться.

Мия подошла чуть ближе, приподнялась на носочках, и глаза мои закрылись сами собой, когда губы ее едва коснулись моих. Она чуть отодвинулась, и я снова посмотрел на нее.

По ее переносице и щекам разбежалось двенадцать веснушек. В золотисто-карих глазах сиял огонь ее души. Этот сладкий вкус и божественный аромат…

– Мия…

Настоящая поэзия.

Внутри меня развернулась битва.

Злодей против героя. Ангел против демона. Небеса против ада.

Сквозь меня пронеслась волна эмоций, и я позволил себе окунуться в нее. Просто ничего не смог поделать. Вся вина лежала на Мие, только на ней. У нее были в руках все ключи. От всех дверей.

Мои губы отчаянно впились в ее – я держался за Мию, как утопающий за соломинку. Но даже этот якорь не мог победить парализующие волны.

Потому что все вдруг закончилось. И я отпрянул от нее.

– Какой же я идиот, – прошептал я, и темнота внутри меня рассмеялась так, словно в этом не было ничего страшного.

Я окинул Мию взглядом, представляя на ней руки брата. Представляя, как он прикасался к ней. Как она была его прежде, чем стать моей.

– Держись от меня подальше, Мия.

Пять чертовых слов.

Они оставили во мне ужасную черную дыру, но я все равно развернулся и ушел.

И Мия плакала по мне на том самом месте, где я ее оставил. Я передвигал ноги одну за другой, но какая-то крошечная часть моего сердца, до которой не добрались таблетки, кричала вместе с ней, пытаясь выбраться наружу.

Я сунул руки в карманы и сжал кулаки. А потом закрыл глаза.

Один

Две самые медленные смерти – отсутствие и время.

Спустя семь месяцев

Он смотрел на меня не мигая, без улыбки. Кто-то другой подумал бы, что ему просто скучно. Но я знала Зика уже почти год: так он выражал удовольствие.

По выходным в комнате для групповой терапии никто не бывал, и поначалу я приходила сюда, чтобы унять мысли об Олли и занять чесавшиеся руки. Но теперь я играла на пианино каждую субботу для того, чтобы успокоить и разум Зика тоже.

Доктор Конуэй говорила, что состояние Зика начало улучшаться после того, как я стала играть для него. И я этому ужасно радовалась. Хоть раз мне удалось сделать чью-то жизнь лучше, а не наоборот. Неплохое такое чувство.

Олли исчез, но время, проведенное с ним, изменило меня. Олли изменил меня.

– Так, Зик, наш час закончился, – я положила ладони на колени.

Зик как обычно промолчал, изобразив «спасибо» руками. Что тоже стало для меня обыденностью.

Некоторые жесты я выучила с его помощью, но большинство нашла в библиотечной книжке. Язык жестов давался мне нелегко, но Зик относился ко мне с терпением.

Я поднялась. Руки Зика изобразили «О», и я сразу поняла, что последует за этой буквой. Зик придерживался рутины: каждую субботу после игры на пианино он упоминал Олли.

Я не видела его с тех пор, как он исчез. Никто не открыл мне тайну того, почему вдруг директор Линч решил вывести его из программы, но слухи здесь, в Долоре, распространялись с той же скоростью, с которой Мэдди раздвигала ноги. Кое-кто винил в этом беспечность Линча и фаворитизм – словно они знали то, чего не знали все остальные. Говорили, что директор решил выпустить Олли за то, что тот был образцовым воплощением всех ценностей Долора. Другие думали, что его временно отстранили, пока не закончится связанное с его братом расследование. Все эти слухи звучали довольно правдоподобно, и Линч их не опровергал.

Но вот что не поддавалось сомнению: я по нему скучала.

Первые три месяца без него я еле пережила. За другие три… я попросту онемела. Все во мне онемело. Неизвестность делала еще хуже: я не знала, увижу ли его еще хоть раз. Не знала, в порядке ли он. Не знала, стало ли ему лучше.

–Держись от меня подальше, Мия, – вот какими были его последние слова.

Но я не собиралась его слушаться. Он был не в своем уме, об этом и предупреждал. И неважно, где он, здесь или снаружи, я всегда останусь рядом с ним.

Потому я запомнила не эти его последние слова, а другие – те, что Оливер произнес в ночь, когда признался мне в любви прямо в Полоумном приемнике.

– Оставайся со мной, даже если меня не будет рядом.

И теперь его в самом делене было рядом.

Прошло семь месяцев, и егоне было рядом. Но я все равно мысленно оставалась с ним.

Каждую субботу я отвечала Зику одно и то же.

– Закрой глаза. – Я выдавила из себя нечто, похожее на улыбку.

В голове вдруг раздался ровный, призрачный голос Олли.

«Если трудно будет выносить реальность, просто закрой глаза. Не зря ведь нас наделили воображением».

Я зажмурилась, борясь с подступающими слезами.

Только не на глазах у Зика.

– А ну стой! – приказала я, закрыв за собой дверь в комнату и выглянув в коридор. Блондинистый парень тут же замер на месте, и я прищурилась.

– Джейк? Это ты?

Джейк медленно обернулся: он с такой силой растянул тонкие губы в улыбке, что они грозили совсем упорхнуть с его лица.

– Дрянь!

В следующее мгновение Джейк заключил меня в объятия, такие крепкие, что пол мгновенно ушел из-под ног.

После окончания учебного города отец Джейка отправил его на миссию от их церкви. Джейк и Олли уехали, и потому мы чуть больше сдружились с Брией.

– Я и не думала, что снова тебя увижу! – призналась я, оказавшись на твердой земле.

Синие глаза Джейка сияли.

– Ну что ж, папа думает, что я иду на поправку, но вообще-то ничего не изменилось, – хихикнул он.

Не думала, что буду скучать по этому его смеху.

– И слава богу, – улыбнулась я. – Ты на ужин идешь?

Джейк кивнул, и мы отправились вперед по коридору вдвоем.

– Делись сплетнями! Что тут за два месяца случилось?

– Олли все еще не вернулся. Алисии больше нет.

– Что? Быть не может!

– Да, прошлый год был для нее последним. Я думала, ты знал, – я чуть склонила голову, посмотрев на Джейка.

Он смотрел только вперед.

– Я знал, но надеялся увидеться с ней в последний раз. – Он стукнул ладонью по лбу. – Черт, я ведь даже фамилии ее не знаю!

– Но Брия все еще здесь, – быстро добавила я, надеясь хоть чуть-чуть развеселить Джейка, и легонько пихнула его локтем. – И Лиам тоже, и еще один очень симпатичный новенький.

Брови Джейка взлетели вверх.

– Новенький для тебя или для меня?

– Ха! Во всех смыслах новенький! И он ни для кого, – я покачала головой. – Смотреть на него приятно. Развлечешься.

– А зовут его как?

Я взяла в руки поднос и встала в очередь.

– Слушай, а я и не знаю. Он тихоня, особо ни с кем не разговаривает.

Голубые глаза Джейка окинули столовую – у него словно появилась настоящая миссия.

– Он сейчас здесь?

Я бросила взгляд через плечо.

– Нет.

– Надо сходить к нему в гости, представиться, пригласить на одну из наших «жалких вечеринок», – произнес Джейк чуть насмешливо, и я вспомнила, как они с Алисией когда-то так же заявились и ко мне.

Я улыбнулась. Казалось, что я прибыла сюда целую вечность назад, но прошел всего год.

– Ты безжалостен!

– Милая, ты и понятия не имеешь, насколько! – Джейк поднял свой поднос и проследовал за мной к нашему месту.

Мы поздоровались с Зиком, и Джейк опустился на место в самом конце стола.

– А что слышно об Айзеке? Или Оскаре?

Стоило кому-то упомянуть их имена, и у меня по коже тут же разбегались мурашки. Я вспоминала темные глаза Оскара, грубые руки на своем теле и этот его ядовитый тон… как же от этого избавиться? Та ночь перед Новым Годом все еще не давала мне покоя. И именно Оскар виноват в том, что Олли в Долоре больше нет.

– Линч сказал, что Оскара посадили за решетку. – Я чуть откинулась назад. – Дали тридцатку за всякого рода сексуальные преступления.

– А Айзек? – спросил Джейк, не переставая жевать.

– Пять. Для него это первый привод. Айзек ведь и сюда попал только из-за наркотической зависимости. Линч не особо много чего рассказал.

Джейк кивнул.

– Брия держится?

– Еще бы. Кстати, она должна скоро подойти. – Я глянула на вход в столовую. – Мы сдружились. Доктор Конуэй и Линч разрешили нам организовать группу поддержки для жертв сексуального насилия – собираемся раз в неделю.

В глазах Джейка засияли искорки – совсем как у гордого брата.

– Только посмотри на себя!

– Да, это моя идея, я затащила с собой и Брию тоже. Пусть наш опыт послужит чему-то хорошему. К тому же мне ведь надо было хоть начто-тоотвлечься… – Я замолкла, снова вспомнив об Олли.

Джейк положил на стол вилку, вытер уголки рта салфеткой, а потом скомкал ее в кулаке. Я чувствовала, что именно вот-вот было готово сорваться с его языка, но он посмотрел на меня повнимательнее и наконец произнес:

– Ты по нему скучаешь.

Я вздохнула.

– Не представляешь, насколько.

Тишина сдавила мне горло, словно удавка. Неужели так все и будет до конца моей жизни? Неужели я буду задыхаться, едва вспомнив об Олли? Я понимала, что никогда и ни с кем у меня больше такой связи не будет.

«Радуйся каждому мгновению, Мия. Каждому – и неважно, сколько оно продлится. Оно того стоит, не так ли?» – однажды сказал мне Олли.

Да, Олли. Оно того стоило.

– Иисус, Мария и Иосиф, – прошептал Джейк, возвращая меня в реальность. – Я и забыл, что нас посетило Его Сиятельство Принц Гарри. – Джейк чуть подался вперед. – Как уж его там зовут?

Я покачала головой и отложила вилку.

– Итан Скотт.

– Точно… – Джейк взялся за вилку, не отводя взгляда от охранника.

Еще чуть-чуть и по подбородку его потечет слюна. Я рассмеялась. По-настоящему.

Господи, как же я скучала по Джейку.

– Удачи тебе с этим.

– Ой, да брось! Ты ведь не станешь отрицать – парень нереально сложен! – Джейк придвинулся еще ближе.

Я оторвала взгляд от еды и переключила внимание на ярко-голубые глаза Итана. Он поймал мой взгляд, подмигнул и слегка кивнул.

– Откуда ты вообще его знаешь? – спросил он, не отрывая глаз от Итана.

– Мы друзья, – как бы между прочим заметила я.

Я так четко помнила тот день. Мы с Итаном встретились во время допроса, в медпункте, после нападения Оскара. Итан был полицейским. А теперь стал охранником в Долоре: в тот день, когда Олли исчез, Итан взял меня в охапку прямо в коридоре, вынес наружу и держал до тех пор, пока я не вышла из ступора. Он объяснил, что просто не хотел, чтобы меня видели в таком состоянии, не хотел, чтобы меня отправили обратно в психиатрическое крыло. Итан остался рядом со мной до самого вечера. Подождал, пока во мне больше не останется слез.

– Друзья?

– Да, друзья. Он меня и убедил, что нужно создать группу поддержки. – Я перевела взгляд с Итана на Джейка, и, судя по улыбке последнего, он мне не верил.

Я указала вилкой на его поднос.

– Ешь лучше свой ужин.

– Я бы предпочел съесть кое-что другое…

– О, неужели это Джейк-синие-яйца? – проворковала Брия, опускаясь рядом со мной.

– Предпочитаю, чтобы меня называли Джейком-быком, – Джейк усмехнулся. – Джейком-яростным-быком.

– Разве что в твоих мечтах! – рассмеялась я.

Мы доедали ужин под разговор Брии и Джейка о летних приключениях. Брия не могла перестать болтать о нашей группе, и это меня особенно радовало. Глаза ее сияли с новой силой всякий раз, как она упоминала очередную идею на этот год. Олли бы эти изменения в Брии понравились. Конечно, за них стоило похвалить и меня тоже.

– Так, мы решили заскочить к новенькому, проверить, что и как, – заявил Джейк, поднимая поднос. – Брия, ты с нами?

Брия кивнула, допив сок и выбросив упаковку в ближайшую мусорку.

Мы вышли из столовой, и Итан подозвал меня легким кивком.

– Я сейчас! – сообщила я друзьям.

– Это ведь Джейк Томпсон? С прошлого года? – спросил Итан, не снимая пальцев с пояса и не опуская на меня взгляд.

Я знала его уже семь месяцев. Летом мы начали общаться без официоза, но об этом лучше никому не знать. Он чересчур меня опекает – иногда мне даже кажется, что для Итана я стала своеобразной заменой его отношений с умершей сестрой. В другие моменты я уже не так была в этом уверена. Итана бросало туда-сюда: то он обращался со мной как с ребенком, то буквально пронзал своими невозможными голубыми глазами. Прочесть его нелегко, но человеком он был интересным. Все в нем меня интересовало.

Итан был вызовом. Крепким орешком. Но я готова была узнать, что скрывается в его сердцевине.

– Джейк Томпсон безобиден, Итан.

Итан чуть опустил подбородок, и на какое-то мгновение его пронзительный взгляд встретился с моим, а потом он снова посмотрел вперед.

– Никто не безобиден, Джетт. – Он глубоко вздохнул и расправил плечи. – Не глупи. В этой школе полно подозрительных парней. Я не смогу постоянно за тобой присматривать.

– Я тебя об этом и не прошу.

– Ладно. Сегодня ты в свободном полете. – Он скрестил руки на груди.

Внутри меня все сжалось.

– Ну и ладно.

– Ладно.

Я закатила глаза и отошла от Итана, а потом прибавила шаг, чтобы догнать Джейка и Брию.

– По коридорам не бегать! – саркастично закричал мне вслед Итан.

Я улыбнулась: Итан все равно проследил за мной. Я не стала сбавлять темп, потому что в этих стенах все еще оставалась крутой бунтаркой.

Такие вот у нас отношения: Итан закидывает меня подобными комментариями, но глаза его… глаза его говорят о другом. Сам Итан никогда не улыбается, но именно он помог моей улыбке вернуться после того, как уехал Олли. Остаток прошлого семестра я провела словно в тумане, но Итан вытащил меня и оттуда. Если бы я никогда не встретила Олли, я бы с легкостью влюбилась в Итана, даже несмотря на то, что он обращается со мной как с младшей сестрой. Но Олли я уже встретила. И больше для меня никого не существовало.

– Так, это та самая дверь? – спросил Джейк, когда я поймала их в конце второго крыла.

– Да… это… она… – Я опустила руки на колени в попытке отдышаться.

Джейк окинул меня удивленным взглядом.

– Черт, милая. Тебе бы стоило почаще спортом заниматься. Когда Олли был здесь, дыхалка у тебя получше работала.

Брия рассмеялась. Я – нет.

Джейк опустил руку мне на плечо.

– Давай же, улыбнись хоть немного.

Дверь вдруг распахнулась, и все мы инстинктивно выпрямились. Над нами возвышался парень под шесть футов ростом. Темные волосы его ниспадали чуть ниже плеч, в ушах зияли дыры от тех больших… как уж их там называли? Колец? Одет он был в черное, что контрастировало с его бледной кожей. И что за губы! Идеал! Взгляд ледяных голубых глаз сквозь длинные черные ресницы пронзил всех нас.

– Чем могу помочь?

– Я… эм… э… – Джейк толкнул мня в плечо, прося о помощи. Похоже, его буквально загипнотизировало.

– Меня зовут Мия! Это Джейк и Брия. Просто хотели поприветствовать тебя в Долоре! – Я ни разу еще не участвовала в подобном мероприятии и в отчаянии пыталась вспомнить, что там говорили Алисия и Джейк, когда пришли поприветствовать меня. – Не хочешь принять участие в нашей жалкой вечеринке?

Темноволосый парень приподнял бровь:

– Жалкой вечеринке?

– Ну, она не совсем жалкая. Это типа шутка. Видишь ли, когда я сюда приехала…

Брия наступила мне на ногу, чтобы я поскорее замолчала.

– Она пытается сказать, что если тебе захочется развеяться, дай нам знать.

– Эм, развеяться? А с чего вы решили, что мне это нужно?

Брия перекатилась с пятки на носок и провела пальцем по губе. Уж это-то у нее хорошо получалось.

– Ну, выяснить наверняка это можно лишь одним способом. Пятница. Лови нас после завтрака.

Он чуть наклонился вперед, уперевшись ладонью на дверной косяк.

– Утром?

– Мероприятие занимает весь день, – выпалила Брия.

Ну, отлично, теперь и Брия сломалась. Справа от меня Джейк чуть ли не слюну пускал, а теперь и Брия позабыла, как вообще слова произносить.

– Как тебя зовут? – спросила я.

Бледные глаза темноволосого парня отыскали мои.

– Джуд.

– Увидимся в пятницу, Джуд. – Я подхватила под руки своих бесполезных друзей и потянула их прочь от двери.

– А ну придите в себя, оба! – зашипела я, когда мы отошли на достаточное расстояние.

Я повернулась и заметила, что Джуд все еще следит за нами. И уголок его рта приподнят.

– Тебе легко говорить, ты-то думаешь только об одном парне, которого здесь нет! – Брия наконец выпала из вызванной Джудом комы. – Олли не вернется, Мия. Прошло семь месяцев. Не пора ли повеселиться?

– Ты хочешь сказать, что Мия не… целых семь месяцев? – шокированно протянул Джейк.

– И Брия тоже, – атаковала я, прищурившись.

– И у меня есть на то причина. Я все еще пытаюсь… свыкнуться со всем произошедшим, – отозвалась Брия.

И меня затопило виной. Брия никак не могла прийти в себя после событий новогодней ночи, и я так гордилась ее медленным, но верным прогрессом.

– Хотя, думаю, Джуд сможет наконец исцелить меня.

Я поворачиваю за угол и утыкаюсь в очередную стену из книг, поднимающуюся до самого потолка. Цвета корешков сливаются в один, и я кружусь, пытаясь отыскать выход. Но выхода нет. Я бегу по лабиринту, сердце бьется где-то в ушах, дышать больно. Но если я перестану двигаться, то сдамся. Я прекрасно это понимаю, и потому продолжаю бежать.