Даже когда я уйду

Два

Ты в отчаянии, знаю, но прикосновение его этого не исправит.

Ты пуста, знаю, но он не может заполнить твою пустоту так, как я.

Я предупреждал тебя, любовь моя, но ты слишком упряма и совсем меня не слушаешь.

– Должна признаться, Мия, я восхищена твоим прогрессом за это лето, – похвалила меня доктор Конуэй, когда мы устроились в ее кабинете. – Особенно по сравнению с прошлым семестром. Какие планы на этот год?

С начала учебного года прошла уже неделя, но между группой поддержки, которую я посещала раз в неделю, и кошмарами у меня все еще оставалось полно времени на то, чтобы предаваться воспоминаниям об Олли. Я так старалась заполнить все свое время до отказа, но он… он был повсюду.

– Планы… – Я устроилась на кожаном диване и легонько рассмеялась. – Не думала, что это слово вообще можно поставить со мной в одно предложение.

Скрытое челкой лицо доктора Конуэй потемнело.

– Давай-ка не будем себя принижать… – пробормотала она, а потом повернулась на стуле и поднялась.

Она подошла к маленькому столу на другом конце комнаты и выдвинула ящичек. Я следила за ней, не отрываясь.

– Ага! – Она победно помахала в воздухе зеленой бархатной записной книжкой так, словно в бинго выиграла.

– Что это?

– Это, дорогая моя, твое первое задание в новом учебном году. – Она протянула книжку мне. – Я хочу, чтобы ты вела дневник. Это помогает.

Я застонала, откинувшись на диванные подушки.

– Почему все ваши задания включают в себя чтение или письмо?

– Потому что мозгу это полезно.

– Полезной стимуляции у меня требует вовсе не мозг…

Доктор Конуэй прикрыла ладонями уши.

– Нет-нет, ты этого не говорила. А я этого не услышала.

Я рассмеялась, а Конуэй вернулась на место, приходя в себя от моего замечания.

– Ты не думала о том, чем займешься после «Долора»? Собираешься куда-то поступать?

– Вообще не думала.

Мы с Олли строили планы. Он мечтал писать и издавать стихи, путешествовать по миру и помогать нуждающимся. Я мечтала увидеть, как он всего этого добьется – потому что, сказать по правде, сам Олли и был моей мечтой. По крайней мере, до тех пор, пока он меня не покинул. Пока не забрал с собой и мечты тоже. Пусть его больше не было рядом, но я все еще хотела сбежать в будущее вместе с ним. В Долоре мне осталось отучиться всего год, а потом я разыщу его и напомню онас.

– Так начни. У тебя впереди вся жизнь, Мия. Во втором семестре я смогу помочь тебе подать заявления на поступление в американские колледжи.

– Спасибо, – я провела рукой по мохнатой записной книжке.

Когда пальцы мои проводили вниз, оттенок зеленого темнел. Вверх – снова становился светлее. Я была благодарна доктору Конуэй за предложение, но возвращаться в Пенсильванию не хотела. Там меня никто не ждал.

Британия стала моим домом. Моим домом стал Олли.

По пути в свою комнату я услышала позади шаги. Стоило мне остановиться и обернуться, как шум исчезал. Спустя какое-то время я продолжила путь. Шаги снова зазвучали – все громче и все ближе. Я прибавила шаг и обернулась, заворачивая за угол… и тут же врезалась во что-то, по ощущениям напоминающее кирпичную стену.

Записная книжка упала на пол. Меня удержали чьи-то сильные руки.

– Аккуратней, милая, – произнес чей-то низкий голос.

Я подняла взгляд – Джуд смотрел на меня своими бледно-голубыми глазами. Его пальцы вцепились мне в локти. Я напряглась.

– Прости, мне показалось, что… – Я обернулась, но в коридоре никого не было, и я покачала головой. – Не знаю. Показалось, что кто-то за мной следит.

Джуд разжал пальцы и сделал шаг назад.

– Что ты вообще делаешь в этой части здания? – спросила я, нагнувшись за книжкой. – Твоя комната во втором крыле.

Джуд точным движением головы убрал с лица темные пряди и пожал одним плечом.

– Заблудился.

Между нами повисла неловкая тишина. Взгляд Джуда прожигал во мне дыру.

– Тут все в порядке? – За спиной раздался спокойный голос Итана, и его рука легла мне на плечо. – Джетт? Он к тебе пристает?

Я сглотнула.

– Нет, я…

– Просто ищу, где здесь туалет, приятель, – вмешался Джуд.

Итан убрал руку и указал куда-то назад.

– Туалет в той стороне. В другом крыле. И я тебе не приятель.

Джуд опустил голову и быстро исчез за углом.

Я повернулась к Итану.

– Не нужно было так грубо с ним обходиться, знаешь ли. Это я в него врезалась, а не наоборот.

Итан продолжал следить за Джудом.

– Что он тут вообще забыл?

– Он просто потерялся, Итан.

Итан перевел взгляд с удаляющейся спины Джуда на меня.

– Не называй меня так.

– Хорошо,офицерСкотт, – выдохнула я. – Мне все больше кажется, что тебе здесь не работать надо, а подлечиться.

Итан нахмурился, глаза его забегали. Я не дала ему шанса хоть как-то ответить, а просто развернулась и ушла прочь.

Летом мы с Итаном немало ночей провели вместе, разговаривая до восхода солнца. Чаще всего мы обсуждали разницу между штатами и королевством, ТВ-шоу и музыку. Так я и узнала, что Итан всего на пару лет старше меня… но это и все. О себе он почти ничего не говорил: упомянул только, что ему нужно год отработать, чтобы продвинуться по службе. И он выбрал для этой цели Долор.

Он четко дал мне понять, что ему это не особо нравится.

Но Итан заинтересовался мной, потому что я напоминала ему о сестре. Мы встретились в прошлом году, когда на меня напал Оскар. Тогда я узнала, что сестру Итана тоже изнасиловали, и она умерла. Итан не особо распространялся и о ней тоже, но обо мне хотел знать все – каждую деталь моего травматического прошлого. И не то чтобы я сильно возражала. Если это поможет ему понять лучше свою сестру, я только рада помочь.

Я зашла в свою комнату, и в ноздри мне тут же ударил стойкий запах смерти. Я прикрыла лицо ладонью и закрыла дверь. Закинула записную книжку на стол, а потом принялась искать неполадку в рутине.

Невыносимый запах притупил все остальные чувства. К горлу подкатывала тошнота. Я опустилась на корточки и выдвинула из-под кровати тележку на колесиках. Тут же попятилась назад, пока не уперлась спиной в стену. Из горла вырвался крик, глаза вылезли из орбит.

На тележке лежал изуродованный труп животного. Красный цвет и мех смешались с моей одеждой.

Я подползла к мусорному ведру, перегнулась через край и исторгла туда содержимое желудка.

– Мия? Во имя всего святого, что… – Услышала я, а потом кто-то схватил меня за плечи.

Я начала вырываться и прижалась поближе к стене. Когда я осознала, что это Итан пытается меня успокоить, то тут же обхватила его за шею и зарыдала, прижавшись лицом к форменной рубашке. Итан на секунду замер, а потом расслабился и притянул меня поближе. Пальцы его зарылись мне в волосы.

– Кто мог такое сотворить? – кричала я.

Пальцы Итана еще крепче сжали мою талию, а второй рукой он все еще придерживал меня за затылок.

– Какой-то больной на голову ублюдок, – пробормотал он на выдохе. – Давай-ка уйдем отсюда и обо всем расскажем, кому надо.

Итан прикрыл мне глаза, чтобы я больше не смотрела на тот ужас под кроватью, и вывел в коридор. Он подтащил меня к стене – я всю дорогу пыталась выбросить из головы увиденное. Взгляд голубых глаз парня не покидал меня, даже когда он достал из-за пояса рацию и начал говорить.

– Да, крыло четыре… – повторил он, а потом вернул рацию на место и навис надо мной, держа за плечи обеими руками.

– Такое прежде случалось?

Я покачала головой, стараясь унять трясущиеся руки.

– Кто-то тебе угрожал?

Я снова затрясла головой, выдавив:

– Никто. Летом все было тихо.

По щеке скользнул слезинка, и Итан потянулся было, чтобы убрать ее, но остановился, так и не дотронувшись до моей кожи.

Он вздохнул и опустил руку, а потом и голову.

– Итан… – Голос мой дрожал, и имя его повисло в воздухе, словно мольба и вопрос одновременно.

Я хотела попросить его о том, чтобы все пропало, чтобы он нашел вдруг способ стереть последние десять минут. Но голос меня предал. Я закусила внутреннюю часть щеки.

– Я сильная! – бросила я, борясь со слезами.

Итан поднял голову и все-таки приложил руку к моему лицу.

– Останься здесь. А я осмотрюсь, идет?

Я кивнула, и Итан исчез.

Приложившись спиной к стене, я сползла по ней вниз.

– Так где ты теперь будешь спать? – спросил Джейк, стараясь перекричать шум душа.

Я стояла под льющейся водой уже долго, но она не помогла мне избавиться от зависшего перед глазами образа мертвой кошки. Я терла кожу до тех пор, пока та не стала розовой, и вспоминала все, что случилось со мной за прошедшие две недели, снова и снова, в попытке отыскать хоть какую-то подсказку… кто мог сотворить такое? Зачем? Но я так ничего и не вспомнила.

– Догадайся-ка, – выдохнула я.

– Прошу, не говори, что тебя переселяют в другое крыло.

– Нет, офицер Скотт не позволит, – я понизила голос, чтобы Джейк не вставил какой-нибудь неуместный комментарий.

Никто не знал о том, что мы с Итаном дружили. Даже Брия. Дружба наша скрывалась под покровом ночи, подальше ото всех. Она принадлежала только мне одной, и я дорожила ей. Пока Итан не нашел в моей комнате мертвое животное, у него получалось разделять работу и отношения. Однажды два эти мира просто обязаны были соприкоснуться. Интересно, как это повлияет на нас?

– Так где же?

Я встала под душ и запрокинула голову, массируя пальцами скальп.

– В старой комнате Олли.

В той самой, где мы впервые поцеловались. Там, где я начала влюбляться в него – о, так медленно и так прекрасно. В комнате, где мы так часто занимались любовью.

– Вот это да! – рассмеялся Джейк где-то за разделявшей нас стенкой. – Бедняжка… Настоящая пытка.

– И не говори!

– Подозреваемые уже есть?

– Нет, но они уже начали их искать.

Я выключила воду и расправила волосы.

– Черт, полотенце забыла! Не подашь?

– Щас, секундочку! – произнес Джейк.

Холод медленно проникал в мое голое тело, вызывая дрожь. Спустя мгновение Джейк сунул полотенце в щель между занавесок.

– Спасибо! – я завернулась в полотенце и распахнула шторку.

Джейк уже успел напялить трусы и стоял перед зеркалом, выдавливая зубную пасту на щетку.

Я слегка повернулась в сторону входа и заметила, что стену в коридоре подпирает Итан. Наши глаза встретились, он тут же отвернулся и слегка выпрямился.

По сравнению с прошлым годом в кампусе прибавилось охраны. В каждом крыле теперь стояло по охраннику, и к нашему приставили Итана. В столовой и общей ванной охранники работали посменно. Я закрепила полотенце и схватилась за собственную зубную щетку.

– И мне придется носить одежду из Полоумного приемника, пока мне не привезут новую, – добавила я, кинув взгляд на безвкусный комок одежды в углу.

Старую, включая футболку «МИЛАЯ ПСИХОПАТКА», теперь можно было только выбросить.

Джейк сплюнул зубную пасту в раковину.

– О, все лучше и лучше.

– Да, видел бы ты белье, которое мне выдали.

Он сполоснул щетку, а потом постучал ей по краю раковины.

– Тебе разве не все равно? Не то чтобы тебе есть перед кем красоваться в кружевных трусах.

Я почувствовала на себе взгляд Итана. Повернулась и посмотрела прямо в его пронзительно-голубые сощуренные глаза. Меня раздражало, что он обращается со мной как с ребенком, но стоило ему посмотреть на меня вот так… думаю, стоит с ним немного поиграть. После такого ужасного дня это пойдет мне на пользу. В душевой почти не осталось людей, и, как следствие, пара тоже. Летом в Долоре оставалось вдвое меньше студентов, но скоро в ванной будет не протолкнуться – придется снова принимать душ по утрам.

– Ладно, увидимся утречком! – Джейк взмахнул своими светлыми волосами и вышел прочь, пока я чистила зубы.

Мы с Итаном остались наедине. Я вновь посмотрела на него, и он замер, но глаз не отвел и сжал руки на поясе. Ему хотелось отвернуться, все в нем об этом кричало, но что-то еще, что-то более могущественное, заставляло его смотреть.

Я отпустила края полотенца, и оно упало на пол.

Итан сжал зубы, челюсть с легкой рыжей щетиной подалась вперед. Взгляд его блуждал по моему телу, сверху вниз. Но он не пошевелился – стоял у стены, словно приклеенный. Воздух между нами сгустился, мы глубоко дышали, не сводя друг с друга глаз, и легкие наши синхронизировались.

Наконец я увидела в его взгляде то, чего так ждала – восхищение.

– Одевайся уже, Джетт, – выдавил Итан, а потом прокашлялся. – Пожалуйста.

– Я так тебя и не поблагодарила, – я подняла полотенце с пола и начала вытирать им волосы. – И я устала от того, что ты обращаешься со мной как с ребенком.

Он отвернулся.

– Тогда прекрати себя так вести.

– Неужели я похожа на ребенка?

– Хватит, – предупредил он.

– Нет уж, посмотри на меня. – Я указала пальцем себе на грудь.

Итан тут же опустил голову. Я ждала, и сердце мое яростно билось… ну же, подними взгляд! Мне так хотелось, чтобы мной восхищались. Как Олли когда-то.

– Неужели я в самом деле похожа на ребенка?

Итан поднял голову, и взгляд его впился в меня, но лицо осунулось.

– Нет, Мия, ты совсем не похожа на ребенка.

Он ударил по стене, а потом ушел.

Комната Олли больше ничем не отличалась от всех остальных комнат в Долоре. Ничего в ней больше не напоминало о нем: теперь тут стояли и стол, и тележка в ожидании нового заключенного. В данном случае – меня. На стол отправилась моя записная книжка: я присела на стул и открыла ее. Столько пустых страниц, которые ждали, что их заполнят. Чернила украсили первую, а затем и вторую… Прошедший день вдохновил меня, и я написала обо всем: об ужасном сюрпризе, ожидающем меня в комнате, и о взгляде Итана в душевой. И об Олли.

Мыслями я всегда возвращалась к нему.

Той ночью я проснулась от собственных криков. Итан так и не пришел. Я отпихнула ногами одеяло и практически содрала с себя прилипший из-за пота свитер из Полоумного приемника. Попыталась выровнять дыхание.

Последующие дни ничем не отличались от предыдущих: днем Итан избегал меня, а ночью я не могла уснуть, потому что боялась кошмаров. Иногда я умудрялась заснуть, рыдая, иногда не спала до самого утра.

– Тебе все еще снятся кошмары? – спросила меня Брия на собрании ЖПСН – группы «Женщины против сексуального насилия».

Мы собирались в комнате для групповой терапии по четвергам перед ужином. Летом к нам присоединялась только одна девушка, но через неделю начнется новый семестр, и я уверена, что придут и другие.

– К сожалению, – вздохнула я, скрестив ноги.

Мы никогда не сидели на стульях, всегда на полу. Так все выглядело куда менее официально.

– Я снова пячусь назад, потому что я даже не знаю, о чем они, эти кошмары. Стоит мне проснуться, я обо всем забываю.

– Может, у тебя расстройство сна. Типа сонной задержки дыхания – так и забываешь, – предположила Тайлер.

Тайлер приехала в Долор летом. Мы с Брией сдружились с ней на этих встречах. Там и узнали, что Тайлер такая же всезнайка, как и я. Да и истории наши были похожи: год назад Тайлер изнасиловали, и она не смогла справиться с накрывшей ее тревожностью. Она причиняла себе физический вред. Дважды за месяц попадала из-за этого в психушку, так и оказалась в конце концов в Долоре. Ее, как и нас, изгнали из общества. У Тайлер были длинные светлые волосы, но глаза карие – как у меня. Я была выше, но всего на дюйм. Фигура – полнее, но пройдет пара месяцев, как веса в ней убавится. Это неизбежно, и Тайлер не могла этого дождаться.

– Когда они начались? – спросила она.

– С детства, после того самого случая. Но кошмары давно мне не снились… пока Олли не уехал.

С каждым днем я скучала по нему все сильнее и сильнее. Перед другими я старалась держаться – сложная задачка на каждый день. Меня разрывало между двумя мирами – жизнью с Олли и жизнью после него. Вот только я не ожидала, да и не хотела жизни после него. И тело, и сердце отрицали ее, заставляли не спать ночами, насылая на меня кошмары. Олли поселился в моей голове, его слова преследовали меня, его голос напоминал о том, что у нас было. Он оставил внутри меня эту прекрасную травму, и пламя нашей любви все еще горело.

Но сейчас я хотела, чтобы оно погасло.

Жар этот был слишком силен, огонь сжигал меня дотла каждую ночь, а потом я просыпалась лишь для того, что прожить еще один день без Олли.

– Ах, да… Олли, – почти пропела Тайлер. – Какая жалость, что мне не удалось встретиться с этим Олли, о котором я так много слышала.

– Может, его отсутствие – твой триггер, – вклинилась Брия. – Не думала об этом?

– Он в самом деле помог мне выбраться из ужаса, в котором я засела надолго. Может, я слишком сильно на него полагалась… Не знаю… в общем, давайте лучше поговорим про тебя. – Я указала на Тайлер. – Ты все еще пьешь прописанные психиатром таблетки?

– Ага, доктор Бутала – святой, а таблетки эти – святой Грааль. Вообще никакой тревожности. Никакой депрессии. Никогда не чувствовала себя счастливее.

Брия закатила глаза.

– Интересно, когда уже тебя отпустит? На каком-то этапе ведь слишком сильно к ним привыкаешь, так? Иммунитет появляется?

– Вот вам и позитивное мышление, – пробормотала я.

– Я просто стараюсь смотреть на все реалистично. Таблетки – не ответ на все вопросы, и в конце концов эффект от них сойдет на нет. И придется либо пересаживаться на другие, либо искать корень своих проблем, – возразила Брия.

В ее словах был смысл, но я не хотела портить настрой Тайлер. Маленькие шажки. Для всех нас.

– Не знаю, но мои таблетки будто бы усилили мое либидо… Я вообще не думала про секс с того случая, а теперь не могу спокойно посмотреть ни на одного парня, – призналась Тайлер. – Даже на Джейка.

Мы тут же захихикали.

– Так это ведь хорошо! – смеялась я, пытаясь отдышаться. – Посмотрите на нас, прямо кучка похотливых подростков!

Тайлер подняла руку.

– Технически, я в самом деле все еще подросток.

И она была права. Тайлер девятнадцать. Мне совсем недавно исполнилось двадцать, а Брие – летом.

– Кстати, новенький выглядит так, словно ему не помешает немного повеселиться, – улыбнулась Брия.

– У меня от Джуда мурашки по телу, и не в хорошем смысле, – призналась я.

Я врезалась в него в коридоре сразу перед тем, как нашла в комнате кошку. И никак не могла забыть его хватку. И его взгляд.

– У тебя ото всех такие мурашки, – выдохнула Брия.

И тоже не ошиблась.

Я уснула в слезах и проснулась в темноте, от того, что ко лбу приложили холодное полотенце.

– Олли? – я моргнула и открыла глаза.

– Нет, Джетт. Это Итан, – ответил Итан, склонившийся надо мной в явном волнении. – Всегда Итан.

Я, не думая, обняла его за шею и притянула ближе – мне хотелось почувствовать себя в безопасности. Я пыталась выровнять дыхание, когда Итан внезапно поступился принципами и лег рядом со мной, притянув меня к груди. Сильные руки прижали меня к горячему телу. Пальцы убрали волосы с лица.

– Я так на тебя злюсь, – прошептала я.

Итан вздохнул.

– Я тоже на тебя злюсь.

Я подняла голову с его груди и вгляделась в его лицо.

– И что я тебе такого сделала?

– Ты меня постоянно отвлекаешь, – пояснил он. – А теперь перевернись давай, Джетт.

Я послушалась: перевернулась на другой бок, подальше от него, и закрыла глаза. Глаза жгло от слез – слез по Олли. Как по расписанию. Итан собрал мои волосы и убрал с шеи, а потом прижал к коже полотенце, как делал каждую ночь.

Но сегодняшняя ночь была особенной.

Сегодня он впервые лег рядом со мной. Мне хотелось, чтобы на кровати со мной был Олли, но присутствие Итана тоже помогало…немного. Воспоминания накинулись на меня, словно хищники, ослабили, заставили плакать. Я зажмурилась, представляя прошлое. Темнота разносила мои всхлипы.

Любовь Олли заключила меня в клетку. Наше общее будущее давило на меня. Он расписал его для нас обоих, а потом исчез… и я разбилась. Не выдержала. Семь месяцев я пыталась собрать себя по осколкам.

И Итан опустился рядом со мной на колени и помогал.

Я не просила его об этом, но вот он, держит меня в объятьях, пока от меня откалываются все те куски, что он собрал раньше.

Итан мало знал об Олли: лишь то, что это его старшего брата арестовали за отравление меня и Брии. Это он нас чуть не изнасиловал. В первую ночь после ухода Олли я звала его во сне, и Итан спросил, почему так. Он не понимал. Он никогда этого не поймет.

Говорить об Олли было больно, и я старалась этого избегать. Пальцы Итана провели по моим рукам, и тело приняло это за команду – легкие снова заработали.

– Он исчез, Мия, – уверенно прошептал он мне в волосы, и его рука подлезла под мою, перекинулась через грудь, прижала меня к нему – я не могла бы стать к нему еще ближе. – А я останусь… пока ты не заснешь.

День сменился ночью, и скрывать это стало невозможно. Олли мне больше не поможет, и я так на него злилась! Олли научил меня, как себя спасти, но на этот раз я тонула, и у меня не осталось сил бороться с течением.

Но Итан удерживал мою голову над водой.

Закрыв глаза, я могла представить на его месте Олли. Я была в отчаянии.

Три