- -
- 100%
- +
Глава 1
– Игорь, познакомься это Марина, моя подруга, – искренне улыбаясь, я представила Малиновскую своему мужу, от избытка эмоций сжимая его ладонь. С Маринкой мы не виделись почти три года. Обретя счастье с мужчиной из Чехии, она улетела из страны строить свое женское счастье. И все это время мы поддерживали связь только через социальные сети, и увидеть ее тут на открытии галереи, куда пригласили нас с Игорем его партнеры по бизнесу, было очень неожиданно. Мой муж был профессионалом в своем деле, его часто приглашали на различные мероприятия, надеясь в его лице обрести инвестора или партнера для своих проектов. И мне порой приходилось его сопровождать. Но увидеть в числе гостей Малиновскую я никак не ожидала, это был сюрприз от вселенной.
– Приятно познакомиться, Марина. Я о вас наслышан, – ответил Игорь сдержанно, кивнув.
– Надеюсь, только хорошее, – кокетливо рассмеялась Малиновская. Стрельнув глазками в мою сторону, одним этим намекая и спрашивая, не выболтала ли я чего лишнего про ее персону. На что я смешливо закатила глаза. Маринка, как была кокеткой, так ей и осталась. Время ничуть ее не изменило. Она всегда хотела нравиться всем без исключения.
– Рыб, я отойду, мне с Андреем Михайловичем переговорить надо, – произнес муж.
– Конечно, милый, – Игорь коротко поцеловал меня в щеку и покинул нашу компанию.
– Анька, а ты где такого красавчика отхватила? Поделись координатами, – рассмеялась Маринка, провожая оценивающим взглядом моего мужа.
– Там таких уже нет. Я последнего забрала, – улыбнулась, сделав глоток из своего бокала. – Ты лучше расскажи, как сама? Как твой чех?
– Ой, Ань, Роберт оказался козлом, причем жадным еще и склонным полюбливать свою секретаршу на рабочем столе. А его драгоценная матушка вынесла мне весь мозг, каждый день приходила проверять как ее сынок, не сгубила ли я его, не ушел ли он голодным на работу. Там чуть ли не инструкция на ста листах мне выдавалась, как с ее сыночком обращаться. В общем, долго я в этом сумасшедшем доме не продержалась.
– А сейчас чем занимаешься? Где живешь?
– Когда вернулась на Родину, сняла квартиру в ЖК «Паруса», помнишь, я все мечтала там пожить, с видом на набережную, вот воплотила свою мечту, – улыбнулась Маринка. – Сейчас в поисках новой работы.
– Ой, хочешь, я Игоря попрошу, он устроит тебя к кому-нибудь из своих знакомых?
– А знаешь, это неплохая идея, – Малиновская заинтересованно сверкнула глазами.
– Тогда приходи к нам в субботу, я приготовлю ужин, посидим, пообщаемся. Может, и у Игоря, что найдется для тебя, – мне очень хотелось помочь Маринке, ведь именно она вытаскивала меня из всех передряг и безденежья, когда я из маленького поселка приехали в большой город. Я глупая, наивная, очарованная большим городом, студентка первого курса, была слишком доверчивой и часто попадала в ситуации, где меня просто использовали. Маринка почти всегда приходила на помощь, сколько раз она возвращала мне деньги, которые я по доброте душевной занимала людям, а те и не думали мне их возвращать, кормя обещаниями, а то и вовсе отмахиваясь, как от назойливой мухи, считая, что колхозная дурочка им ничего за это не сделает. Но приходила Маринка и устраивала такой разнос, что деньги тут же находились. И подобных ситуаций было море, так что Малиновской я явно задолжала.
– Договорились, моя дорогая. Ты мне сообщением сбрось адрес и как до вас добраться.
– Конечно. Я так по тебе соскучилась, Марин.
– Взаимно. Ань. Ты не обидишься, если я отойду поздороваться со знакомым?
– Конечно, иди, – улыбнулась, и Малиновская, приобняв меня и, чмокнув в щеку, отошла, направляясь к компании солидных мужчин.
Но мое одиночество не продлилось долго. Вернулся Игорь.
– Поехали домой, пока опять кто-нибудь не прицепился с разговорами.
– Устал?
– Конечно, я устал, Ань, что за глупые вопросы, – Игорь вспыхнул раздражением, и я молчаливо взяла его под руку.
В машине такси по пути домой муж был мрачным и отстраненным, спустя три года брака я так и не привыкла к его перепадам настроения, но поняла, что в такие моменты, как сейчас, лучше молчать, и максимально стараясь его не трогать. Я любила Игоря, поэтому старалась принимать его любым, в любом расположении духа. Это было нелегко. Чувствуя себя ненужной, брошенной и одинокой, отвернулась к окну, наблюдая, как за окном мелькают ночные огни города, а холодный ветер порывами поднимает опавшую листву.
– Зай, что-то случилось? – спросила шепотом, осторожно прижимаясь к плечу мужа, словно выпрашивая ласку.
– Сколько раз я просил меня не называть так, особенно когда мы не одни. У тебя с памятью проблемы? Если так-то сходи к врачу, – раздражение в его тоне ударило по мне раскаленным кнутом. Снова отстранилась, из глаз едва не брызнули слезы от обиды. Я ведь просто хотела помочь, успокоить, поддержать.
– Извини, – пробормотала, сглатывая подступивший к горлу ком.
В квартиру поднялись в молчании. Тишина била по нервам, хотелось спрятаться в ванной и смыть с себя весь этот день. Телефон Игоря разразился трелью входящего звонка, и муж, взяв трубку, ушел в комнату, оставляя меня одну. Снова.
Я уже стирала макияж, сидя перед зеркалом в нашей спальне, когда Игорь прошел в комнату.
– Мама завтра придет на ужин, приготовь, что-нибудь вкусное. Реально вкусное Ань, а не как обычно, – Игорь был очень придирчив к еде, у него очень тонкий вкус, доставку и ресторанную еду он не любил, просто не мог есть, поэтому мне приходилось по несколько часов пропадать на кухне. Несмотря на то, что по первому образованию я была поваром, угодить ему и его маме у меня получалось не всегда.
– Хорошо, – покорно кивнула. Маргарита Степановна была придирчивой свекровью, я ей не нравилась, она считала меня приживалкой, дешевой девкой, недостойной ее сына. Классическая свекровь. Я столько наслушалась от подруг о матерях их мужей, что меня подобное отношение даже не удивило. Ведь у всех так, права?
Игорь, сбросил с себя одежду и забрался под одеяло, практически сразу уснул. Закончив смывать макияж косметическим молочком, я направилась в душ. Проходя по широким коридорам нашей квартиры, повторяла себе, что «я счастлива». Разве это было не так? У меня успешный, умный, красивый муж. Мы живем в огромной, шикарной квартире, о которой многим даже не мечталось, помимо этого, у нас есть загородный дом, такой красивый, как показывают в фильмах. Муж обо мне заботится, запретил мне работать, чтоб я могла полностью посвятить себя нашей семье. «Мне нужна веселая, спокойная жена, а не ломовая уставшая лошадь, задерганная начальством». Я была с ним полностью согласна. Мне нравилось, что я могу кормить мужа своей едой, а не полуфабрикатами, мне нравилось гладить его рубашки, зная, что именно в них он пойдет на работу и будет весь день чувствовать мое тепло и заботу. Я наслаждалась всем этим. Конечно, иногда мое счастье омрачалось как сегодня, характер у Игоря был тяжелый, но я училась с этим примиряться. Ведь семья – это не только объятья и признания в любви, это еще и компромисс, и способность подстраиваться друг под друга и принимать недостатки. Я любила мужа, муж любил меня, мы счастливы и ни в чем не нуждаемся, поэтому я искренне считала, что мне есть, за что благодарить небеса, а со всем остальным мы справимся. Обязательно справимся.
Практически весь день с раннего утра я потратила на готовку и уборку, хотя после прихода нашей домработницы, которая убирала у нас три раза в неделю, было чисто. Но свекровь неизменно находила к чему придраться. Пока подходило тесто на пирог, я вооружившись дезинфицирующим средством, отправилась протирать плинтуса и дверные ручки.
В шесть часов я услышала звук открывающейся двери, и с волнением, отложив фартук, отправилась встречать мужа и Маргариту Степановну.
– Боже мой, когда у тебя будет порядок в доме, – первое, что я услышала, стоило свекрови переступить порог нашей квартиры, как обычно, у порога грязь и мусор, – я удивленно распахнула глаза, ни на коврике у двери, ни в коридоре не было ни соринки. – Ты же из деревни вроде, хозяйственная должна быть, где Игорь тебя такую нашел, – причитала Маргарита Степановна, пока Игорь помогал ей снять верхнюю одежду. При любой нашей встрече она всеми способами пыталась найти во мне недостатки и не забывала упомянуть, что я из деревни, хотя это было не так. Поселок городского типа, в котором я родилась и выросла, находился рядом с городом, от деревни в классическом представлении он отличался как ромашка от хризантемы. Там было практически все то же самое, что и в городе, пусть и не в таком разнообразии. Но свекрови это объяснить было невозможно, поэтому я давно решила не вступать с ней в полемику, просто кивать и соглашаться было более безопасно и для моих нервов, и для сохранения спокойствия в семье.
Игорь молча, поцеловал меня в щеку и пошел на кухню.
– Проходите, Маргарита Степановна, рада вас видеть, – свекровь одарила меня таким взглядом, что впору было провалиться сквозь землю.
– Без тебя не разберусь, когда и куда мне проходить. Тем более в квартире собственного сына, – и она демонстративно прошла мимо меня.
– Причесалась бы хоть, выглядишь как пугало огородное. Хотя это твой ежедневный стиль, – бросила, не оборачиваясь, и я на автомате провела рукой по волосам и повернулась к зеркалу. Идеальный пучок, ни волосинки не выбилось. Тяжело вздохнула. Неужели она никогда не смирится с выбором своего сына?
Ужин проходил в том же режиме, свекровь активно ко всему придиралась, стол сервирован не так, пирог сухой, в салате много соуса, овощи порезаны толстыми кусками, зелень горчит, скатерть не того цвета. Список моих ошибок рос с каждой минутой. Я молча кивала, Игорь не вмешивался, иногда задавал отстраненные вопросы, спрашивая мать об общих знакомых и здоровье. Маргарита Степановна в эти моменты переключалась, и я выдыхала, но ненадолго. Но даже за эти маленькие передышки я была благодарна мужу. Когда ужин подошел к концу и свекровь засобиралась домой, я готова была танцевать от радости. Выслушав еще один монолог на тему: «какая ужасная жена осталась ее сыну» я наконец-то закрыла за ней дверь. Игорь пошел провожать маму к подъехавшему такси, а я поспешила на кухню, чтобы убрать со стола и перемыть посуду с мыслью, что еще неделю можно жить, спокойно, не наблюдая свекровь на горизонте.
Я уже заканчивала с посудой, когда мой телефон выдал звук входящего, на экране высветился номер Маринки. Вытерев руки о полотенце, приняла вызов.
– Привет семейным! – радостно прозвучало в трубке.
– Привет, Марин!
– Какие планы на вечер?
– Ну… – я немного замялась, так как планов у меня особо не было, все всегда зависело от Игоря, – пока не знаю, я только свекровь проводила, убираюсь на кухне.
– Я думала, у вас домработница этим занимается, а не ты батрачишь.
– Игорь, не любит еду, приготовленную чужими руками, а мне в радость для него готовить.
– Ясно, понятно. Если я сейчас заеду на огонек, нормально будет? Не помешаю вашей идиллии?
– Не помешаешь. Я спрошу у Игоря, какие у него планы, если что, то я тебе напишу. А так приезжай, конечно, сварю твой любимый кофе с ванилью и пенкой.
– А ты умеешь уговаривать. Все, вызываю такси. Жди, – и Малиновская сбросила вызов.
– Кто звонил? – произнес муж, проходя на кухню.
– Марина. Она заедет к нам на кофе. Можно?
– У нас кофейня тут, что ли. Почему нельзя встретиться где-то в городе?
– Она ненадолго, – я смутилась под мрачным взглядом мужа, после визита своей мамы его настроение оставляло желать лучшего, не знаю, что она ему сказала, но после того как он ее проводил до такси, вернулся он недовольным. – Мы тихо посидим, тебе мешать не будем. Марина работу ищет, переживает, я хочу ее поддержать.
– Чтоб работу найти, надо не по подружкам бегать, а по собеседованиям.
– Игорь, Марина в отчаянье, мне очень хочется ей помочь, может у тебя есть вакансия для нее или у кого-то из знакомых?
– Я еще всяких непонятных девиц с неизвестным образованием не устраивал на работу. У меня непроходной двор и не продуктовый у дома.
– У нее хорошее образование, мы с ней один ВУЗ оканчивали факультеты только разные.
– Какой ВУЗ Ань, ты повар, ПТУ максимум.
– Экономический Игорь, ПТУ я закончила сразу после школы, а потом поступила в университет.
– А Маринка твоя, значит, с тобой училась или так, проплатила, а сама по койкам прыгала? – в голосе мужа слышалось сомнение и недоверие.
– Нормально она училась. И даже работала какое-то время по профессии.
– Пообщаться надо. Пока ничего тебе обещать не могу.
– Так можно, чтобы она пришла?
– Можно.
– Спасибо, милый, – и я, не удержавшись, подошла к нему и обняв, поцеловала в щеку.
Глава 2
Спустя полчаса Маринка уже сидела в нашей гостиной, пила свой любимый кофе и вовсю птичкой щебетала с Игорем, будто они давно и близко знакомы. Муж сменил гнев на милость и постепенно оттаяв, пошел на контакт. А я, забравшись с ногами в кресло, обхватив ладонями свою чашку с чаем, наслаждалась спокойствием и радовалась, что Марина и Игорь нашли общий язык и мне не надо будет разрываться между ними, и сглаживать углы.
– У меня, между прочим, образование искусствоведа, не основное, курсы. Но я работала полгода в галерее Галицина. Я могла бы помочь тебе, если, конечно, есть необходимость, – произнесла Малиновская, сделав глоток своего кофе, в ответ на рассказ Игоря про новый проект, связанный с галерей.
– А знаешь, подъезжай завтра к трем часам ко мне на работу, – неожиданно произнес муж, вызывая у меня внутренний восторг и радость за подругу.
– Хорошо.
– Давай, я твой номер телефона запишу и скину адрес, если вдруг потеряешься в наших офисных джунглях, у тебя будет спасительный звонок другу, – Малиновская рассмеялась и протянула ему свой телефон.
В целом окончание вечера прошло просто замечательно, в веселой дружеской атмосфере. Когда Игорю надоело нас развлекать, он ушел в свой кабинет, и нам представилась возможность немного посплетничать о нашем женском.
– Марин, а как ты сняла ту квартиру мечты, если без работы уже несколько месяцев?
– Авдеева, ты как была святая наивность так ею и осталась, – рассмеялась Малиновская, – работы может и не быть, но обеспеченный мужик в жизни любой женщины быть обязан. Еще когда в Чехии была, переписывалась с одним, вот у нас и закрутилось, когда я приехала.
– Или ты закрутила? – не скрывая улыбки, произнесла, восхищаясь подругой.
– Все так. Только он сейчас сливаться начал, мол с семьей переезжает заграницу, денежек нет, в общем мне нужна работа.
– Или новый мужик.
– Разумеется, – Малиновская рассмеялась.
Что мне всегда в ней нравилось это то, что она всегда была пробивная. Всегда могла с легкостью найти выход из любой ситуации. Иногда мне казалось, что она могла шагать по головам, несмотря ни на что. Эта черта ее характера меня всегда восхищала. В отличие от нее я в сложных ситуациях терялась, впадала в апатию или панику, не зная даже с чего начать решать возникшую проблему. Маринка же быстро находила нужных людей, заводила нужные знакомства и нужных полезных любовников. Я же даже соврать во благо не могла, сразу краснела как помидор и тушевалась.
– Встретимся на недели, пообедаем где-нибудь? Как на это смотришь? – спросила Маринка, когда уже обувалась перед уходом. Мне было очень приятно ее предложение, и что она ценит нашу дружбу, как и я.
– Да, конечно.
После ухода Марины. Я закончила все домашние дела, привела кухню в порядок и отправилась в душ. Хотелось уже смыть с себя этот суетливый день и забраться, наконец, в постель.
– Мне иногда тоже хочется выйти на работу, хотя бы для того, чтобы выгуливать платья и общаться с людьми, – произнесла тихо, сидя перед дамским столиком в нашей с Игорем спальне и нанося крем на лицо. Муж лежал на кровати, что-то листая в своем телефоне.
– Мы с тобой тысячу раз об этом говорили. Женщина работает тогда, когда мужик не может обеспечить семью. Я, по-твоему, не справляюсь? Ты в чем-то нуждаешься?
– Конечно, справляешься. Я же не об этом.
– Ты меня унижаешь такими разговорами. Ты это понимаешь? – зло процедил Игорь, и я внутренне сжалась, чувствуя себя словно нашкодивший котенок, осознавая, что снова заступила за черту.
– Прости, пожалуйста.
– Закрыли эту тему раз и навсегда. Не хочу больше ничего слышать об этом.
– Хорошо. Прости. Я сказала и не подумала.
– Это твоя главная проблема твой рот работает быстрей мозга. Его бы скорость, да в постели, – еще один болезненный укол и я молча отвернулась к зеркалу, убирая все крема в ящик и сбросив халат, мышкой юркнула под одеяло, стараясь ничем не помешать мужу.
В целом наша жизнь была спокойной и счастливой, я сглаживала острые углы, сводя конфликты на ноль. Игорь тоже уйдя с головой в новый проект, стал спокойней. Малиновская вышла на работу в галерею, и теперь я была в курсе всего, что происходило на работе у мужа, вплоть до того, кто во что одевался. Маринка порой превращалась в жуткую сплетницу, вызывая у меня этим лишь смех и умиление неужели реально многих женщин, интересуют такие вещи, как, кто во что одет. Какого цвета сегодня помада у Аллочки из соседнего отдела или новый костюм коллеги. Для меня это были абсолютно незначительные события, но Маринка рассказывала обо всем с такой эмоциональностью, что я невольно начинала улыбаться.
– Сегодня звонила тетя Валя, звала в гости в выходные. Съездим? – произнесла за ужином, смотря, как тут же нахмурилось лицо мужа. Тётя Валя была сестрой моего отца и после смерти мамы и папы полностью взяла на себя обязанности родителей, вырастив и воспитав меня как родную.
– Хочешь, езжай. Я не собираюсь тратить четыре часа на дорогу до твоего Мухосранска, чтоб пообщаться с твоей теткой.
– Я всегда к ней езжу одна.
– Ты чего от меня хочешь сейчас? – взвился Игорь, отбросив свой телефон, в котором он до этого с кем-то общался, на стол. – Я тебе ясно сказал, что я никуда не поеду, у меня работы выше крыши, мне в туалет сходить некогда. Я тебя, что ограничиваю в передвижениях? Нет! Скучно? Так развлекайся, Ань, карта с безлимитом у тебя. Кафе, рестораны, подружки, спортзалы, кино, поездки, путевки к морю, что твоей душе угодно, только меня не трогай и не пытайся вовлечь в свой досуг.
– Я поняла. Извини, пожалуйста.
– Спасибо за вкусный и спокойный ужин, дорогая, – процедил сквозь зубы Игорь, и, поднявшись со своего места, вышел из комнаты, оставив меня одну, вариться в чувстве вины. Снова.
Ужинать расхотелось. Убрав все со стола, вымыла посуду и, наполнив чашку ароматным чаем, замерла у окна, всматриваясь в линию горизонта, на душе было муторно. Почему я всегда для всех не такая, почему всегда ощущаю себя лишней, неудобной, неуместной? Как бы я ни старалась угодить, всегда находится то, во что меня можно ткнуть носом, как нагадившего котенка. Отхлебнула чай и вытерла скатившуюся по щеке слезу. Хотелось хоть толику понимания и человеческого тепла, чтобы просто прижаться к крепкому плечу и почувствовать себя в полной безоговорочной безопасности, хоть единожды почувствовать, что тебя принимают такой, какая ты есть, не пытаясь исправить, подточить, подстроить. Наверное, я желаю слишком многого.
Утром, накормив Игоря завтраком и проводив на работу, снова осталась в одиночестве, позвонила тете Вале, сообщила, что мы не сможем приехать, потому что у Игоря много работы. Она, конечно, расстроилась, но снова ехать одной мне не хотелось, снова начнутся неприятные расспросы, почему я без мужа. Едва я отложила в сторону телефон, чтобы наполнить чашку кофе, как на экране высветился номер Светки Якушевой, Светка была единственная из однокурсников, с кем я до сих пор близко общалась. Виделись мы нечасто, но пару раз в месяц встречались в кафе, поболтать.
– Привет домоседам! Как насчет того, чтобы встретиться? А то я, кажется, соскучилась, – произнесла Света в трубку, заливисто рассмеявшись.
– Привет! Я не против. Во сколько и где?
– А давай через час в нашем любимом кафе.
– Договорились.
Может, Игорь прав, мне надо как-то самой планировать свой досуг, без его участия? Что ж, сегодня неплохой день, чтобы начать это делать и стать чуточку самостоятельней.
Глава 3
Сборы заняли у меня немного времени. Простое трикотажное черное платье, полусапожки, бежевое пальто и сумка, пара капель духов на запястья, провести еще раз расческой по идеально собранным в пучок волосам, вот я и готова. Игорь не любил, когда на мне много косметики, поэтому я ей почти не пользовалась, изредка позволяла себе нанести на ресницы тушь или наложить тон на кожу. Помады и вовсе в моем арсенале не было, кроме гигиенической. Поэтому сборы куда-либо не занимали у меня много времени.
В кафе я ехала в приподнятом настроении. Погода была отличная, светило солнце и уже чувствовалось приближение теплых дней. Скоро высохнут последние лужи от талого снега и набухнут почки на деревьях, зазеленеет трава, душа радовалась от этих мыслей и предвкушения летнего тепла.
Когда я вошла в кафе, Светка уже ждала меня за столиком.
– Привет, дорогая! Ты отлично выглядишь, – она улыбнулась и, приподнявшись со своего места, невесомо прижалась губами к моей щеке.
– Полностью и безоговорочно взаимно, – улыбнувшись, произнесла я, опускаясь на стул.
Мы разговаривали обо всем подряд, с Якушевой так было всегда, мы могли часами трещать как две сороки, обсуждая все – от всемирных новостей до цен на продукты. Книги, концерты, сплетни, анекдоты – все шло в ход. Но в этот раз я отчего-то ощущала между нами какое-то непривычное напряжение, оно будто витало в воздухе, висело тяжелой гирей, давило.
– Свет, я, может, ошибаюсь, но и не спросить не могу. У меня такое чувство, что тебя что-то тяготит. Что случилось?
Якушева, сделав глоток кофе из своей чашки, отвела взгляд к окну, а потом перевела его на меня, тяжело вздохнув.
– Я честно не хотела говорить, Ань, не хочу быть гонцом с плохими вестями. И вообще, это не мое дело. Но и не сказать не могу. Вот, – и Светка. Протянула мне свой телефон, на экране, которого было фото. Фото Игоря и Маринки, на котором они целовались и это был далеко не дружеский поцелуй, случайно запечатленный и выглядевший двусмысленно. Вот совсем не он.
И мир дрогнул. Первые камни моих воздушных замков полетели вниз, безжалостно и необратимо. Ударяя по мне, не щадя и не жалея. Что чувствует человек, которого заживо бросают в помещение, где минус триста градусов Цельсия, сейчас я чувствовала примерно тоже. Пальцы, державшие телефон Светы, задрожали, и я положила его на стол, боясь уронить и одновременно ощущая, будто исходящую от него опасность. Опасность для моего счастья, для моего брака. Мозг отказывался верить, но взгляд впивался в изображение, и, казалось, выжигали его в моем сознании.
– Я во вторник обедала в кафе со Степановой и увидела. Мы в углу сидели, неприметно. Сфотографировала так, чтобы они не заметили. Знала, что ты добрая душа, просто словам не поверишь, – будто испытывая чувство вины, тихо произнесла Якушева. Но ее вины тут не было.
Внутренности стянуло, до боли, в груди жгло от желания взвыть, а горло перехватил спазм.
– Ань, – позвала Якушева, и я, наконец, оторвав взгляд от телефона, обратила на нее внимание. Прочистив горло
– Нормально все, Свет. Спасибо, что сказала.
– Ты же знаешь, что если тебе какая помощь нужна будет, то ты можешь всегда ко мне обратиться. Я помогу, чем смогу.
– Конечно. Свет, у меня что-то голова разболелась, я, наверное, домой поеду, – это звучало откровенной нелепостью, но сейчас мне было все равно. Хотелось остаться в одиночестве. Подальше от людей, и от этого кафе, которое, наверное, теперь будет всегда ассоциироваться у меня с плохими вестями.
– Может, тебе лучше такси вызвать? Давай, я вызову машину. Не садись в таком состоянии за руль. Ты бледная вся, руки дрожат.
– Все хорошо, Свет, – талдычила я как заведенная. – Все хорошо. Я поеду, – сжав похолодевшими руками ремешок сумки и прихватив пальто, я вышла из-за стола и направилась на выход. Не замечая ни людей вокруг, ни предметов. Я была будто оглушенная, ничего не видела и не слышала, выезжая с парковки, лишь в последний момент заметила машину, которая двигалась по полосе и под громкий сигнал разозленного водителя, остановилась, пропуская его. Шумно выдохнула, пытаясь взять себя в руки, и еще сильней сжала пальцами руль.
Не помню, как доехала домой, не помню, как поднималась в квартиру. Просто в какой-то момент я обнаружила себя в коридоре сидящей на пуфе, все так же сжимая ремешок сумочки, пальто не на мне не было, оно, видимо, и вовсе было оставлено в машине. Сознание все еще не могло смириться с реальностью, не могло до конца поверить, оно билось будто в припадке, сжигая нейронные связи, калеча разум. Это все какой-то обман. Этого не могло произойти со мной. Я всегда все делала правильно, я делала все, чтобы быть хорошей женой. Это какой-то розыгрыш. Мне надо срочно поговорить с Игорем. Я уверена, что он просто рассмеется и скажет, что все это чья-то нелепая шутка, жалкая и завистливая. Что это фотошоп или нейросеть, что это все неправда. Маринка – моя подруга, она не могла так поступить, я знаю ее столько лет, она бы не посмела, даже если бы мой муж сам ей предложил.