Гидрон. Перерождение

Пролог

– Ублюдок… – прорычала я сквозь зубы, судорожно сжимая кровоточащую рану на животе. Золотистая кровь, словно расплавленное солнце, медленно сочилась сквозь пальцы. – Чего тебе не хватало, мразь? Власти? Силы? Неужели этого было недостаточно? Зачем ты уничтожил всех наших?Пролог

В ответ лишь раскатистый, издевательский смех. Он перебросил свой меч, отполированный до зеркального блеска, из одной руки в другую. Я знала: пока я не умру, эта тварь не остановится. Бежать. Нужно бежать.

– Куда же ты, моя дорогая? Неужели наивно полагаешь, что сможешь сбежать от меня? Забыла, что мы связаны кровью и смертью? – Его мерзкий смех, хриплый и булькающий, напоминал кваканье старой жабы. До скрежета зубов захотелось вырвать этот гнусный язык и засунуть его глубоко в вонючую глотку. Но не сейчас. Сейчас я слишком слаба.

Один портал, второй, третий… Он выслеживал меня везде. Словно натасканный пес, он преследовал свою израненную добычу, неумолимо загоняя в угол. Силы таяли с каждой секундой, и если я сейчас что-нибудь не придумаю, это будет мой конец.

Прижавшись спиной к холодной, исщербленной временем колонне, я отчаянно пыталась остановить кровь. Черт… Бесполезно. Что за проклятый меч он использовал? Сукин сын…

– Я чувствую тебя, моя маленькая птичка, – прозвучал его приторно-сладкий голос где-то слева. Твою мать! Что же делать?… Стоп… Я знаю.

Собрав в кулак последние крохи ускользающей энергии, я нырнула в саму материю вселенной, в зыбкий хаос мироздания. Только перерождение даст мне шанс выжить, шанс отомстить за все, что он отнял.

Глава 1: Этюды равнодушия

Я стояла перед массивными дверьми института, машинально покручивая телефон в ладони. Волнение? Нет. Страх? Тоже нет. Ну, впрочем, сильные эмоции – редкие гости в моей жизни. Мама, бывало, называла меня бесчувственным сухарем. А я? Какой смысл в истериках из-за новомодной куклы или слезах над дешевой мелодрамой? Друзей тоже никогда не водилось. Не умею я плести кружева отношений. Людям постоянно кажется, что мне наплевать… В сущности, так оно и было. Даже к родителям не испытывала особой привязанности, какой-то щемящей теплоты.

Ладно, меньше слов – больше дела. Пора.

Внутри института я, не мешкая, направилась к расписанию. День открытых дверей отпечатался в памяти, и расположение ключевых точек не представляло загадки.

Так… Кафедра ботаники, биолого-химический факультет, первый курс, группа 1б… Ага, вот она. Первая пара на втором этаже.

Обогнув щебечущую стайку приторно-сладких девиц, я двинулась вперед. Возле кабинета уже маячили студенты. Мой взгляд зацепился за парня. Не за внешность – нет, что-то другое, неуловимое, ускользающее от понимания. Впрочем, не стоит зацикливаться.

Вскоре появился профессор. Подтянутый, уверенный в себе мужчина лет сорока.

Я погрузилась в конспект, абстрагируясь от всего вокруг.

Четыре пары протекли безмятежно. Никто не лез в душу, не пытался навязать общение – и слава богу.

– Эй, малышка, – услышала я над ухом. Наглец схватил меня за запястье, притянул к себе и склонился вплотную к лицу. – Не хочешь отметить первый день взрослой жизни в приятной компании? Ммм… Наверное, он думает, что так выглядит неотразимо и сексуально.

– Может, сразу к тебе? Или ко мне? – ровным тоном отозвалась я, не отводя взгляда.

Он растерялся. Почти мило. Хотел смутить? Не на ту напал. Воспользовавшись его замешательством, я выскользнула из хватки и спокойно направилась к выходу.

Дома меня тут же атаковал восьмикилограммовый угольный кабачок по имени Юпитер. Кот истошно мяукал, обвиваясь вокруг моих ног и оставляя россыпь черной шерсти на бежевых брюках.

– Ну конечно, ты проголодался, – я слегка улыбнулась и пошла на кухню. Кстати, мне тоже не мешало бы перекусить. Наскоро накормив оголодавшего за ,о боже, 5 часов зверя, я и сама перехватила что-то на бегу и углубилась в дебри ботаники и растениеводства.

Когда за окном вечерело, позвонила мама

– Девочка моя, ну что же ты не звонишь? Мы с отцом уже места себе не находим, волнуемся, как ты там одна, моя крошечка, – голос мамы дрожал в телефонной трубке. Суперэмоциональная, она могла расплакаться из-за пустяка, и это в свои-то сорок пять.

– Мам, все хорошо, правда. Не переживайте. Мы с Юпитером готовимся к завтрашним парам, – ответила я, погладив кота. Он, развалившись на столе, лениво гонял лапой колпачок от маркера.

– Дочка, а холодильник как? Нормально работает? Не течет? – вклинился в разговор отец, сменив тон на деловой.

– Нет, пап, спасибо, все в порядке. – уверила я отца.

Кое-как отбившись от расспросов, я наконец завершила вызов и вздохнула с облегчением.

Откинувшись на спинку стула, я посмотрела на фотографии нашей семьи, висевшие на стене. Это единственное, что я не захотела менять в квартире после смерти бабушки по папиной линии.

Но прежде, чем вдохнуть воздух свободы студенческой жизни, я прошла сквозь девять кругов родительского ада. Мама заламывала руки, представляя мою жизнь в одиночестве, отец же готовился к косметическому побоищу в бабушкиной квартире, которое ему предстояло выдержать, взвалив его на свои плечи, словно непосильную ношу.Проводив ее в последний путь, я переехала из родительского дома в эту небольшую по квадратуре, но уютную двухкомнатную квартиру. К тому же, она гораздо ближе к институту.

– Милая, не забывай хорошо кушать! И постарайся завести друзей, – причитала мама, когда все вещи были собраны и я стояла на пороге новой жизни.

–Дочка, обязательно закрывай дверь! И… я положил тебе перцовый баллончик и электрошокер… ну, на всякий случай, – прозвучал голос отца.

– О, спасибо, пап, это именно то, о чем я мечтала – перец и ток, – съязвила я с натянутой улыбкой. – Мне не восемь, а восемнадцать, – сказала я, стараясь успокоить их тревогу.

– Да, но для нас ты всегда останешься нашей маленькой девочкой, – отец обнял меня крепко.

– И мы тебя оооочень любим! – разрыдалась мать, кидаясь в объятия, чтобы разделить этот трогательный момент.

– Да, я знаю… я тоже вас люблю…

Люблю… я соврала. Любви во мне не было и в помине. За свои восемнадцать лет я так и не познала этого чувства. Не вздыхала по музыкантам и актерам, как другие девчонки. И не вешалась на шею парням. Черт знает, что со мной не так, но меня это вполне устраивало.

Наконец, после изматывающего дня в новом амплуа – студентки, я рухнула в кровать. Юпитер тут же запрыгнул ко мне и развалился на ногах. Ну вот, теперь я точно не смогу пошевелиться во сне. Может, стоило оставить его у родителей?..

Во сне меня затянуло в пучину кошмара. Я тонула, проваливалась в бездну, задыхаясь от ужаса. Обрывки фраз, мелькающие лица… То ледяной холод, то обжигающий жар. И я никак не могла выбраться из этого кошмара, но вместе с тем испытывала странное, мучительное чувство дежавю. Не знаю, как объяснить, но казалось, что этот кошмар – что-то знакомое, что-то значимое, похороненное в глубине моей памяти. Наконец, распахнув глаза, я поняла причину удушья. Этот наглый, пушистый паразит залез мне на грудь во сне и едва не придушил.

– Юпитер, ты меня убить хочешь? – проворчала я, стаскивая с себя кота. Тот даже ухом не повел, лишь лениво приоткрыл один глаз. Теперь понятно, почему я задыхалась во сне. Обычный кошмар, не более, – решила я, отмахиваясь от дурных предчувствий, и снова погрузилась в объятия сна.

Глава 2: Между свиданием и экзорцизмом

Проснувшись раньше будильника, я еще какое-то время лениво нежилась в кровати, собирая волю в кулак перед неизбежным погружением в людской муравейник. Не то чтобы я испытывала к ним неприязнь, просто в одиночестве мне дышалось легче.

Совершив утренние процедуры и наполнив миску Юпитера хрустящим кормом, я оделась и вышла на улицу. Заглянув в любимое кафе, я взбодрилась обжигающим кофе и направилась в университет.

Пришла раньше, чем планировала, и тут же об этом пожалела. А вот и он – а-ля ловелас, собственной персоной. Оттолкнувшись спиной от стены, он самодовольно двинулся в мою сторону. Слишком самоуверенный тип. Пфф.

– Доброе утро, несравненная. Вчера мы явно начали не с той ноты, – промурлыкал он, наклоняясь ко мне и одаривая, как он, вероятно, считал, неотразимой улыбкой. – Позволь представиться, я Арон. Осмелюсь узнать имя моей прекрасной орхидеи?

Он взял мою руку и прикоснулся губами к тыльной стороне ладони. О, мальчик, решил сменить тактику? Похвально, но неэффективно.

– Мое имя тебе ни к чему, все равно узнаешь в процессе обучения, – равнодушно ответила я.

– Нет, ты не орхидея, – задумчиво произнес он, вглядываясь в мое лицо. – Ты роза, такая же прекрасная и… колючая.

Я закатила глаза. До чего же прилипчивый этот Арон, словно банный лист.

– Чего ты хочешь? – не выдержала я, чувствуя, как раздражение начинает закипать.

– Всего лишь имя, моя маленькая розочка, – проворковал парень, словно голубь, ухаживающий за голубкой. Не отлипнет ведь…

– Алиссия. Теперь доволен?

– Более чем, – его губы расплылись в широкой улыбке. – И еще один вопрос…

Я так и знала…

– Ты пойдешь со мной на свидание сегодня вечером? – он принялся невесомо целовать мои пальцы. Серьезно? Он рассчитывает, что я растаю от этого? Да он просто мечтает затащить меня в постель. Что ж, ладно. Вырвав листок из тетради, я быстро набросала свой адрес и протянула ему:

– Жду тебя в восемь.

Его лицо вытянулось от неожиданности, но листок он взял, причем молча. Ну конечно, я так и знала. Сегодня было всего три пары, так что я благополучно отучившись, вернулась домой.

Юпитер, мой вечно голодный чёрный омут, уже заждался ужина. Поглощенная своими мыслями и совершенно забывшая о назначенном "свидании", я не сразу разобрала стук в дверь. Взглянув на часы, я вспомнила, усмехнулась и пошла открывать.

Арон стоял на пороге с вином и букетом алых роз. Клише, достойное дешевого романа.

– А вот и я, моя прекрасная розочка, – промурлыкал он, – можно войти?

– В меня или в квартиру? – отозвалась я, вздернув бровь.

Признаюсь, было забавно наблюдать, как по его лицу промелькнула целая палитра эмоций. Неприятно оказаться в роли пойманной бабочки, ох, как жаль… (нет). Он откашлялся, щеки слегка порозовели, а глаза пшеничного цвета потемнели.

– Хотелось бы и туда, и туда, но пока – в квартиру, – прохрипел он наконец.

– Прошу, – с хищной ухмылкой я посторонилась, пропуская его в коридор.

Юпитер, словно тень, выскользнул из-за угла, оценивая незваного гостя на своей территории.

– Ой, какой котик! – воскликнул парень, хватаясь за эту тему, как утопающий за соломинку, и радостно поскакал за котом. Юпитер, ошарашенный такой наглостью, даже не успел увернуться, как был подхвачен на руки. Картина маслом: обалдевший Юпитер, смущенный Арон и я, с лукавой улыбкой, наблюдающая за этим фарсом.

Арон, быстро разувшись и не выпуская кота из объятий, словно тот был оберегом от моей хищной сущности, юркнул в первую попавшуюся дверь. И этот герой еще строил из себя мачо!

Едва сдерживая смех, я последовала за ними.

– У тебя уютно, – пробормотал он, уставившись на люстру, словно на шедевр эпохи Возрождения, и тщательно избегая моего взгляда.

– Отпусти кота, – улыбаясь, я подошла и забрала Юпитера, который, не понимая, что вообще происходит и кто куда, тут же нырнул под диван.

– Слушай, я… – начал было Арон, но я его перебила.

– Давай без прелюдий, ты хочешь просто затащить меня в постель? – Я подошла вплотную.

– Нет… То есть да… Ты неправильно поняла, Лис, я… О боже, – он задохнулся, когда моя рука нагло скользнула по его паху. А чего тянуть кота за хвост? Переспим и разбежимся. Тем более, я не ханжа. В девятом классе я потеряла невинность с таким же зеленым одноклассником. Было пресно. Вторым стал сосед по лестничной клетке. Наши двери были напротив. Мы постоянно сталкивались в лифте по утрам. Не знаю, как так вышло, но это было лучше, хотя все еще не шедевр. Но вернемся к нашим баранам, ой простите, к Арону.

– Лис, пожалуйста, – проскулил он, отводя мою руку от своего чувствительного места.

– Что не так? – Я посмотрела ему в глаза.

– Я не… Господи, ты очень странная девушка, ты знаешь об этом? – Он тяжело вздохнул и опустился на кровать, переводя дух. – Я хочу тебя, но… не сегодня. То есть, сегодня я тоже хочу тебя, только не так быстро, понимаешь? – пробормотал он, запинаясь. О господи, он ведет себя как девственник на выпускном! Что за мужчины пошли, ей богу.

– То есть ты думал, что я пригласила тебя, чтобы что? Поболтать или поиграть в города? – Я скрестила руки на груди и сверлила его взглядом.

– Ну… нет, но я просто хотел узнать тебя получше, ты мне понравилась, по-настоящему, – наконец парень взял себя в руки и, встав с дивана, приблизился ко мне.

– А вот этого не надо, – я отрицательно покачала головой.

– Почему? Я тебе не нравлюсь? Тогда зачем ты меня пригласила? – недоуменно спросил Арон.

– Потому что я… – но договорить мне не дали. Снова стук в дверь. Больше я никого не жду. Может, родители решили устроить сюрприз? Хотя уже поздно, и у них есть ключи. Я нахмурилась и пошла к двери. Заглянув в глазок, я не увидела ни души. Что за чертовщина?

– Кто там? – Арон вышел за мной и облокотился на косяк.

– Никого, – я пожала плечами. – Странно, я никого не жду.

– Может, дети балуются?

– Ну, может, – я кивнула. Это логично. Не буду зацикливаться.

– Итак, на чем мы остановились? – промурлыкала я, приближаясь к нему, словно пантера к застывшей от страха лани.

Арон отшатнулся, пока его спина не коснулась холодной стены.

– Эм, розочка, полегче… Что с тобой?

В его глазах мелькнул испуг – мимолетный, но вполне ощутимый. Забавляет. Я сделала шаг назад, тронув губы легкой, хищной улыбкой.

– Не дрейфь. А насчет твоего вопроса… Не то чтобы ты меня сильно зацепил. Меня вообще мало кто цепляет. Но почему бы и нет? Если честно, я думала, ты отвалишь после секса, – безразлично пожала я плечами.

– Да, не самые приятные слова, – с грустью отозвался он. – Но, знаешь, все меняется. Кто знает, может, ты еще влюбишься в меня по уши?

Любовь? Оставьте меня в покое с этой навязчивой идеей. Решив сменить пластинку, я направилась на кухню за вином.

– Раз уж принёс, давай выпьем, – предложила я, потянувшись к бутылке. Арон галантно перехватил её, ловко освобождая пробку. "Мужчина," – мимолетно подумала я и внутренне закатила глаза до мозга. Достав два бокала, начала разливать вино, но тут тихий треск прорезал тишину, и багряная жидкость потекла по изящному хрусталю, заливая стол и пол. Бокал просто лопнул. С поразительным для него и обыденным для меня спокойствием, я наблюдала за этим винным потопом. Не катастрофа, подумала я, немного же, да и пятна вывести не проблема. Но вот что заставило мои брови взлететь вверх, так это внезапное появление Юпитера. Кот, до этого мирно прячущийся под диваном, пулей вылетел на кухню и принялся жадно лакать вино с пола. Пауза… Арон подхватил кота на руки:

– Ах ты, маленький хулиган! Нельзя котикам алкоголь! Ты что, спаиваешь своего кота? – укоризненно посмотрел он на меня.

– Я? Да я и подумать не могла, что Юпитер – тайный алкоголик, – с вызовом вскинула я бровь.

– Так тебя зовут Юпитер? Какое красивое имя! – казалось, парень совершенно забыл обо мне, увлеченно поглаживая захмелевшего и довольного кота.

Заперев пушистого дебошира в комнате, мы принялись устранять последствия нашего неудачного (для нас, но не для Юпитера) винного вечера. Арон сосредоточенно молчал, вытирая стол. Но когда с полки, словно подтолкнутый невидимой рукой, рухнул контейнер со специями, и разноцветные песчинки приправ укрыли пол кухни, парень бросил тряпку и воскликнул:

– Нет, ты видишь? Ты понимаешь?

– Прости, а что я должна увидеть и понять? – отозвалась я, приступая к сбору рассыпанных специй.

– У тебя дома живёт домовой… и он недоволен, – произнес он с самым серьезным видом, словно речь шла о какой-то научной теории.

– Прости… что? – Я уставилась на него, как на экспонат кунсткамеры. – Домовой? То есть, этот накачанный девятнадцатилетний современный, и даже симпатичный, парень из серьезного института сейчас всерьез говорит мне о домовом? – Я не верила своим ушам.

Но Арон не отступал. – Один раз – случайность, два – совпадение, а три – уже закономерность! И все в один вечер! У тебя так было? Или, может, это я ему не нравлюсь? У тебя есть молоко? Или ему лучше вина налить? – Он засыпал меня вопросами, словно из рога изобилия.

– Стоп, стоп, стоп, – я усадила его на стул, – никаких домовых не существует, ты в курсе?

– Да? Ну, хорошо, – он загнул палец. – Первый: стук в дверь.

– Ты сам сказал, это дети могли баловаться, – перебила я.

– Допустим, а бокал с вином? Почему он треснул? – не унимался Арон.

– Господи, да может, там уже трещина была, микроскол какой-нибудь! – Я закатила глаза. – Это же элементарно!

– Ладно, а приправы? Как ты это объяснишь? – Он прищурился, словно ждал моей ошибки, чтобы триумфально воскликнуть: «А я говорил!»

– Может, полка накренилась, ящичек и съехал, – пожала я плечами.

Казалось, он даже расстроился. Но, воспрянув духом, решительно встал. – Нет, говори что хочешь, но у тебя живёт домовой! И его надо задобрить!

– Знаешь, давай я как-нибудь сама, ладно? Тебе пора, – я попыталась тактично выпроводить этого любителя мистики.

– Нет уж, раз у тебя тут такая чертовщина происходит, я не могу оставить тебя одну! – Он взял меня за руки и заглянул в глаза.

Клянусь, на секунду мне померещились на нём латы, сияющие в лунном свете. Недоделанный рыцарь, ей-богу.

– Не стоит, я справлюсь. Уже поздно, иди, завтра встретимся в институте, – медленно, но верно я выталкивала его к двери.

– Хорошо, розочка, я уйду, но с одним условием, – он достал свой телефон и многозначительно посмотрел на меня. О, мама мия, он хочет мой номер…

Продиктовав ему номер и, наконец, выпроводив Арона, я облегченно вздохнула. Удивительно, как раскрываются люди в нестандартных ситуациях. В институте – мачо, а тут – бегает от секса и всерьез предлагает напоить домового вином. Цирк уехал, а клоуны остались.

Проверив Юпитера и убедившись, что кот не отравился алкоголем, я принялась за уборку. Цветы – в вазу, вино – в холодильник. Не так, конечно, я планировала провести вечер, но да ладно. Едва моя голова коснулась подушки, я провалилась в сон.

– Гира… Гира… – кто-то отчаянно звал во сне какую-то девушку. Слабый мужской голос, почти шепчущий. И мне казалось, что зовут меня. Хотя я понятия не имею, кто такая Гира и почему её зовут. А голос все звал и звал. Становился сильнее, выше, пока в моих ушах не зазвенел дикий звон, и я проснулась. Утро. Кот мирно спал рядом со мной, а в окно светили первые лучи солнца. Это просто сон… Просто кошмар.

Глава 3: Когда реальность рушится

Приблизившись к институту, я сразу заметила Арона. Он застыл, устремив взгляд куда-то вдаль, словно кого-то ждал. Захотелось карасиком прыгнуть в ближайшие кусты или слиться со стволом дерева, но отступать было некуда. Пришлось идти навстречу. Едва он меня заметил, его лицо озарила такая лучезарная улыбка, что мне стало не по себе. – Доброе утро, моя птичка! Как ты? Как прошла ночь? Домовой не беспокоил?

Серьёзно? Он это всерьёз? – Доброе, всё нормально, – сухо ответила я, мечтая поскорее завершить этот разговор. Он перехватил мою руку и, словно истинный джентльмен, галантно предложил согнутый локоть, поведя меня к институту. Мы что, направляемся на королевский бал? Сомнительно, но окей. По пути он что-то увлечённо рассказывал, по его мнению, наверняка, безумно интересное, но я пропускала его слова мимо ушей. Впереди маячили целых пять пар, и нужно было сосредоточиться на учёбе. Арон уселся рядом со мной. Боже, он теперь вообще от меня не отстанет? Пары тянулись одна за другой, монотонно и размеренно. Я даже успела отличиться, дав верный ответ на каверзный вопрос. Ну конечно, я же пришла учиться, а не строить отношения. Это институт, а не реалити-шоу про любовь. В перерывах мой незваный сосед беспрестанно спрашивал, всё ли со мной в порядке, подкармливал меня и, казалось, вот-вот начнёт носить на руках. Я была тронута (нет). – Давай прогуляемся? Погода шепчет, – лукаво предложил Арон, не выпуская мою руку из своей ладони. – Может, ты просто проводишь меня до дома, и этого будет достаточно? – предложила я. Ну не хочу я гулять! А захочу – пойду одна. В чём проблема-то? Видимо, уловив моё настроение и, слава богу, не решившись настаивать, он лишь крепче сжал мою руку, и мы направились в сторону моего дома. – Я хочу узнать о тебе побольше, моя розочка, – нежно промурлыкал он. Господи, меня сейчас вывернет наизнанку. – Зачем? Разве ты вчера не понял, что я не душа компании? – Понял. Но не сдаюсь. Да брось, можно же хотя бы просто начать с дружбы, – он улыбался, излучая уверенность, которой вчера и в помине не было. Интересно, что повлияло на его настрой? – У меня никогда не было друзей, и я не собираюсь ими обзаводиться, – равнодушно пожала я плечами. Он сдержал рвущийся наружу порыв удивления и быстро сменил тему: – Смотри, какое уютное кафе! Хочешь зайти? Ну поесть я всегда "за". Тем более на халяву и хлорка – творог, так что я кивнула, и он потащил меня в кафе. Там действительно было уютно, тихо и, слава богу, немноголюдно. Заказав по карамельному капучино и паре пирожных, мы уселись за столик. Я молча поглощала вкусняшки, в то время как Арон прожигал меня взглядом. Не выдержав, я отложила вилку и подняла на него глаза: – Ну что ты так смотришь на меня? – Я всё пытаюсь понять тебя. Знаешь, ты вроде бы и говоришь то, что думаешь, но при этом мне кажется, что в тебе какая-то загадка, – серьёзно ответил он. Загадка? Во мне? Он начитался любовных романов или пересмотрел современные сериалы про любовь? – Нет во мне никакой загадки. Это ты придумал себе и веришь в это, как в домового, – ровным тоном ответила я. Арон аж задохнулся от возмущения. – Между прочим, не я один так считаю! Это же не я придумал, а наши предки! Значит, всё-таки что-то было! – Ладно, ладно, давай не будем об этом. Просто давай поедим. Поесть мне никто не дал, по крайней мере, спокойно. Парень решил рассказать о себе. – Знаешь, моя розочка, ты мне пока не открываешься, но я с удовольствием откроюсь тебе, – он улыбнулся и набрал в лёгкие воздух. – Итак. Я Арон Волкер. У меня большая семья, но они живут в другом городе. Здесь я один, снимаю квартиру с другом. С детства любил природу, поэтому поступил на ботаника. А ещё увлекаюсь музыкой, творчеством, верю в домовых и судьбу, иначе как объяснить, что я переехал именно в этот город, поступил именно в этот институт и встретил тебя, моя прекрасная загадка? – он взял меня за руку, закончив свою тираду. Да что ты сегодня такой самоуверенный?! Хряпнул что ли для храбрости?

Гира… Что? Я встрепенулась и посмотрела по сторонам. За соседними столиками никого не было. Арон молчал, обеспокоенно глядя на меня. Этот шёпот… из моего сна. Да нет, это просто шутки воображения или подсознания. – Лис, все в порядке? – он сжал мою ладонь, ища в глазах ответ.– Эмм, здорово, – натягивая улыбку, кивнула я и снова принялась за еду.

– А? Да, врод…

Фразу оборвал предательский звук – со звоном рухнула солонка, стоявшая на столике, и облако соли рассыпалось по столешнице. Мы переглянулись, будто сговорившись, и опустили взгляды. В рассыпанной соли, словно невидимый художник водил пальцем, начали проступать линии. Сначала хаотичные, они постепенно складывались в букву…

Г…

И…

Р…

На этом все замерло. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов. Даже я была ошеломлена этим необъяснимым знамением. Гира… – мысленно закончила я слово, начертанное солью. Абсурд. Логика капитулировала, а разум отказывался искать объяснения.

Арон первым вырвался из оцепенения. Схватив телефон, он сделал несколько быстрых снимков, а затем, словно преступник, заметающий следы, одним движением руки стер буквы с поверхности стола. Торжествующий взгляд обжег меня:

– Ну и как ты это объяснишь? Ветер надул? Магнитные бури?

Прищурившись, он ждал моей реакции. Ни тени испуга, лишь азарт и неподдельный интерес светились в его глазах.

– Да это не домовой. Это что-то круче. Может, полтергейст или ангел-хранитель пытается что-то сказать, – деловито рассуждал он уже на улице, когда мы вышли из кафе.

Я молчала. В голове роились мысли, словно потревоженный улей. Слишком много совпадений, которые даже я уже не могла отрицать, но принять и осмыслить это отказывался мой упрямый мозг. Особенно сны… Они стали посещать меня вскоре после восемнадцатилетия, но я упорно гнала их прочь, не желая заострять внимание. Если об этом узнает Арон, мне конец. Под его непрекращающуюся болтовню мы дошли до моего дома. Я достала ключи, но заметила, что Арон замер в ожидании. – Ты… что-то хочешь сказать? – Нет, просто жду, когда ты откроешь дверь, – ответил он так буднично, будто мы прожили вместе целую вечность. – Зачем? – я недоуменно посмотрела на него. – Ну, в смысле… Я с тобой. Вокруг тебя такая мистика творится, и ты думаешь, я оставлю тебя одну? Твою мать… – Арон, давай без геройства, ладно? Я гостей не жду, и со мной все в порядке, – как можно спокойнее ответила я и, не дожидаясь его возражений, юркнула в подъезд. Уже в квартире, когда я поднялась на свой этаж и открыла дверь, телефон пиликнул, оповещая о новом сообщении: "Будь осторожна, моя птичка. Если что, звони сразу, в любое время дня и ночи. Сладких снов. Твой А". Твой А? Стильно, модно, молодежно… Юпитер, домашние дела, учеба. Никаких полтергейстов и прочих странных явлений за оставшийся вечер. Я сохранила доклад на флешку, убедилась, что все задания на завтра выполнены, чмокнула кота в макушку и пошла в душ. В ванной быстро стало жарко и влажно. Про таких, как я, говорят: в кипятке моются или в котле в аду будет джакузи. Закончив водные процедуры и вытираясь полотенцем, я повернулась к зеркалу. На запотевшей поверхности красовалась надпись: "Гира всп". Честно говоря, я не то чтобы удивилась или испугалась, скорее почувствовала раздражение. Неужели нельзя сразу написать всю фразу и дело с концом? Откуда мне знать, что такое "всп" и кто такая Гира? Решительно стерев непонятную мазню и переодевшись, я наконец-то легла в кровать. Так, по порядку: сны, голос и явления, выходящие за рамки моего понимания. Я уставилась в потолок. И что все это значит? Если отбросить логику и здравый смысл, то кто-то явно пытается связаться со мной. Может, этот кто-то хочет, чтобы я связалась с Гирой? Что это за имя вообще? Никогда о таком не слышала. А может, это и не имя вовсе? Хотя больше похоже на имя… Черт, ну и что к чему? Гира… Я резко села на кровати. Снова этот голос. Но вокруг никого. Тишина. Вдруг Юпитер, до этого мирно посапывавший рядом, вскочил. Выгнул спину дугой, шерсть встала дыбом, и он злобно зарычал и зашипел.