Бушующий Раскол

ПРОЛОГ

Бушующий раскол

— Мама, смотри! Какое огромное озеро! — восторженно крикнул мальчик, звонкий голос которого тут же растворился в шелесте прибрежных камышей.

Ему было около двенадцати — тот самый возраст, когда мир вокруг кажется бесконечной территорией для исследований, а любые выходные за городом воспринимаются как приключение. Он шёл чуть впереди, наивно озираясь по сторонам, пока его мать аккуратно ступала по влажной после недавнего дождя тропинке.

— Да, сынок... Мы обязательно приедем сюда попозже, а пока мы здесь только для того, чтобы всё хорошенько осмотреть и выбрать место, — мягко ответила женщина, поправляя на плече лямку сумки. — Тем более, скоро подтянутся наши родственники. Соберёмся все вместе, отметим начало летних каникул и твоё успешное окончание учебного года.

Мальчик на мгновение замер, засмотревшись на водную гладь, в которой свинцовыми бликами отражалось хмурое предгрозовое небо. Его карие глаза жадно впитывали пейзаж: бескрайнюю синеву, заросшие раскидистыми ивами берега и густой, темнеющий вдалеке лесной массив.

Отец, шедший чуть позади с тяжёлым походным рюкзаком за плечами, тяжело вздохнул, окинул взглядом открывшийся вид и довольно хмыкнул:

— Впрочем... Озеро и правда неплохое. Просторы какие! Смотри, какое оно огромное. Тут ведь развернуться можно по полной: взять напрокат лодку, выплыть на середину... А потом разжечь мангал и замутить классный шашлык! Аромат на весь берег стоять будет.

— Ну, Влад, началось! — тут же скептически поморщилась жена, скрестив руки на груди. — Какой ещё мангал, какой костёр? Ты посмотри вокруг: тут лес сухой кругом, вон какой густой! Спалим еще всё к чёртовой бабушке, не дай бог искра полетит — потом никаких денег за штрафы не хватит, да и лесничие тут как тут появятся, начнут права качать.

— Да ладно тебе паниковать раньше времени... Мы же взрослые люди, будем аккуратно, под контролем, — отмахнулся Влад, переминаясь с ноги на ногу и подходя к могучему раскидистому дубу, росшему у кромки воды.

Он с интересом пихнул ногой кучу опавших сучьев у отгибающегося ствола:

— Глянь, сколько здесь сухих веток валяется! Даже в лесополосу углубляться не надо — вот тебе и готовые дрова, чтобы костёр для угля развести. А палатки поставим прямо здесь, на этой лужайке, — вдохновенно расписывал он планы, обводя рукой пространство.

— Да! Папа прав, я хочу с ночёвкой! — радостно подпрыгнул ребёнок, с энтузиазмом подбегая к отцу.

— Ну вот видишь, народ требует зрелищ и отдыха! — победно улыбнулся мужчина. — Покупаемся, накатаемся на лодках, наедимся мяса, а потом заночуем под звёздами. Палатки-то всё равно в багажнике пылятся, чего им зря место занимать? Мы ведь их специально для таких выездов брали. Поинтересуемся у остальных, им точно понравится.

Женщина тяжело вздохнула, чувствуя, как нарастает привычное раздражение:— Ну... я бы не хотела вот так с бухты-барахты ночевать в лесу. Во-первых, тут наверняка тучи комаров, сожрут живьём, а нам ещё на всякие защитные спреи тратиться. Во-вторых, народу собирается немало — представь эту толпу, попробуй всех разместить, организовать... Хлопот не оберешься.

— Ай, да брось ты ворчать по пустякам, всё уладим! — примирительно махнул рукой Влад, обнимая жену за плечи и мягко подталкивая её вперёд по тропе. — Пошлите ближе к машине, надо закругляться. Как всё подготовим и согласуем с нашими — сразу вернёмся сюда со всеми вещами. Тем более смотри, какое удобное место: тут и озеро рядом, и парк неплохой для прогулок оборудован.

Семья медленно двинулась обратно к дороге, не подозревая, что совсем недалеко от них, скрытые густой пеленой папоротников и высокими кронами вековых сосен, за их тихими человеческими планами из темноты лесных зарослей уже наблюдали чьи-то внимательные, холодные и абсолютно дикие глаза.

ГЛАВА 1

Ярко-рыжий полосатый котёнок весело носился по сочной траве. Трава и опавшие листочки мягко и приятно шуршали под лапами.

— Не догонишь! — задорно крикнул ярко-рыжий Полосатый котенок.

— Стой! Хуже будет! — отчаянно выкрикнула белая кошечка с большим рыжим пятном на боку и рыжим ушком, бросившись прямо за ним.

В этот самый момент третий светло-рыжий котёнок, неожиданно выскочил из кустика сбоку и ловко подбил Полосатика лапой. Оба тут же покатились по траве.

— Попался! — тут же подбежала к ним Пятнышко.

Полосатик попытался подняться, сердито отряхиваясь:

— Это не честно! Меня Бархатчик сбил! А ты, Пятнышко, постоянно подговариваешь его, лишь бы меня уронить!

— Ты, Полосатик, всегда хвастаешься, что тебя никому не догнать, — парировала Пятнышко. — Но Бархатчик-то тебя догнал!

— Вот именно, — добавил Бархатчик, ухмыляясь. — А теперь что? Снова говоришь, что нечестно?

— Два против одного — это нечестно! — обиженно буркнул Полосатик.

Он попытался встать, но Бархатчик шутливо укусил его за ухо. Котята снова сцепились, завалились в траву и вихрем покатались по поляне, задорно покусывая друг друга.

— А ну прекратите друг друга теребить! Вам давно было сказано, чтобы вы шли к Детской! — раздался строгий, но усталый голос.

Из тени папоротников вышла белая кошка с мягким оранжевым отливом на шерстке и пронзительными светло-зелёными глазами. Её шерсть была слегка взъерошена от дневных забот, а хвост нервно подёргивался.

— Ну, мама! Скажи ему, чтобы он отстал и перестал дразниться! — тут же надулся Бархатчик, отряхиваясь и переводя дыхание.

— Это я-то? Я никого не дразнил! — возмущённо фыркнул Полосатик, выгибая спину и задирая хвост.

Следом за Пшеничкой из кустов неторопливо вышел крупный белый кот с густым мехом и шрамом на плече. Он тепло посмотрел на возню котят и мягко улыбнулся в усы:

— Да ладно тебе, Пшеничка. Пусть играют. Они же под нашим присмотром, никуда не денутся.

Пшеничка тяжело вздохнула, прижав уши, и покачала головой:

— Понимаешь, Песчаник... Сейчас они будут беситься, а потом станут путаться под лапами у патрульных, когда все вернутся с охоты. От них покоя не дождёшься.

— Мы не будем мешать! Честно-честно! — затараторила Пятнышко, подбегая к матери и пытаясь заглянуть ей в глаза.

Тем временем Полосатик с Бархатчиком уже отсоединились от своего шутливого клубка и тяжело, с высунутыми языками, плюхнулись прямо на прохладную траву, всё ещё продолжая исподтишка пинать друг друга задними лапами.

Песчаник ласково потёрся щекой о плечо Пшенички и примирительно произнёс:

— Ну... Пшеничка. Они же всё-таки дети ещё, дай им побегать пока есть время.

— Да... Но им ведь не две луны! Им уже целых пять лун исполнилось... — возразила кошечка, хотя строгость в её взгляде начала постепенно сменяться материнской нежностью.

Услышав это, Полосатик встрепенулся, его зелёные глаза загорелись любопытством, и он с надеждой посмотрел на отца:

— А это значит, что мы уже через луну станем оруженосцами? Настоящими учениками?

Песчаник неспешно подошёл к сыну, возвышаясь над ним своей крепкой фигурой, и ласково уткнулся носом в макушку Полосатика, пахнущую лесным ветром и сосновой хвоей:

— Именно так, сынок. Ещё немного — и лес откроет вам свои тайны по-настоящему.

Бархатчик победно задрал хвост и подтолкнул брата в бок:

— Ну вот! Папа правду говорит, мы уже совсем взрослые!

Полосатик стремительно пружинисто оттолкнулся задними лапами от земли и прыгнул прямо на Сестру. Кошечка Совершенно ничего не подозревала, однако в последнюю секунду траектория прыжка немного сместилась, и котенок неуклюже врезался боком в стоящего рядом Песчаника, после чего с победным писком всё же рухнул на замершую от неожиданности сестру.

— Оу.. Поаккуратнее, сорванцы, а то ведь и снести меня можете, — добродушно усмехнулся Песчаник, качнувшись от неожиданного толчка и ласково задев хвостом обоих малышей.

— Ой! — испуганно и звонко ёкнула Пятнышко, но уже через мгновение опомнилась. В следующее же мгновение оба котенка превратились в пушистый, катающийся по траве клубок оранжевой и белой шерсти, шутливо царапая друг друга и пытаясь вырваться из импровизированной борьбы.

В этот момент в проходе лагеря появился крупный тёмно-коричневый воин. Тяжело ступая по земле и заметно пыхтя после долгого перехода по лесу, он уверенно направлялся к центру стоянки. В его мощных челюстях была зажата крупная, упитанная крольчатина, шкура которой слегка волочилась по пыльной тропинке.

Следом за ним из зарослей показались еще двое охотников. Один из них — ладный песочно-коричневый кот с пронзительными желто-зелеными глазами — настороженно и оценивающе осматривал лагерь, следя за порядком. В зубах он аккуратно держал свежую полевку, пойманную на открытой луговой поляне.

Второй кот, темно-серый, с глубокими, горящими медными глазами, ступал бесшумно, словно тень, и нес в пасти крупного дрозда с красивым рябым оперением. Замыкала эту небольшую возвратившуюся группу молодая воительница элегантного серого окраса.

Она гордо несла добытую в густых зарослях лесную мышь, стараясь не отставать от старших товарищей.

— Отличная работа, патруль! Наша кучка с дичью сегодня знатно пополнится, голодными точно не останемся, — раздался довольный, звучный голос ярко-рыжего, почти золотистого воина с яркими янтарными глазами, который вышел навстречу вернувшимся из патруля.

Двое воинов и молодая воительница кивнули в знак приветствия и поспешили почти в самый центр лагеря. Около небольшого, покрытого густым мхом бугорка располагалась специально отведенная для добычи куча, куда охотники аккуратно складывали всё пойманное за день пропитание.

Однако тёмно-коричневый воин, тащивший кролика, на мгновение задержался у края поляны. Его тяжелый, мрачный взгляд зацепился за Пшеничку и Песчаника, которые возились с котятами неподалеку от зарослей. На секунду в его глазах промелькнула острая, колючая тень тяжелых воспоминаний.

Радуются.. Счастливые, беззаботные. Ну и плевать на вас, пусть тешатся своими глупыми играми, — зло и горько подумал про себя воин, тряхнув головой, и поспешил дальше, чтобы успеть скинуть тяжелую ношу в общую кучу дичи, пока остальные соплеменники не начали разбирать добычу.

Как только тёмно-коричневый воин аккуратно положил свою добычу в общую кучку, к нему бесшумно подлетела серая кошечка. Её лапы ступали легко, а на мордочке читалась привычная сосредоточенность.

— Скриполап! А ты уже подумал насчёт вечерних патрулей? — отрывисто и деловито бросила она, не сводя с него внимательных янтарных глаз.

— Нет. Возможно... попозже, Пыльная Буря, — устало буркнул Скриполап, даже не поворачивая головы, чувствуя, как ноющие суставы задних лап отзываются тупой болью после целого дня хождений по мокрой траве.

— Поняла, — коротко бросила она.Её хвост мелькнул в воздухе, и она ловко, по-кошачьи юркнула в ближайшую невысокую палатку целительницы, где пахло горькими травами и землей. Зачем ей понадобилось туда — Скриполап сам толком не знал, да и сил гадать не было.

Он проводил её тусклым взглядом и тяжело вздохнул. Пыльная Буря... когда-то она была совсем сопливой, испуганной оруженосцем, бегающей за ним хвостом и носившей имя Пыльница. Каким же непостижимым образом время так пролетело, превратив её в самостоятельную воительницу, которая теперь сама задает вопросы и требует отчетов? Этот бесконечный бег сезонов казался Скриполапу жестокой шуткой Звездного Клана.

Желая скрыться от назойливых глаз и немного перевести дух, Скриполап с недовольным ворчанием напружинив лапы — так, что сухая земля полетела из-под когтей — тяжело забрался на верхушку высокого гладкого камня, возвышавшегося над поляной. Предводитель племени куда-то исчез, растворившись в лесных зарослях, поэтому искать его придется вручную, тратя последние крохи драгоценной энергии.

Скриполап прищурился, окинув взглядом лагерь с высоты птичьего полета.

Лагерь располагался в довольно просторной, укрытой от ветров ложбине. По периметру темнели небольшие уютные пещерки и выдолбленные в корнях старых деревьев укрытия, где сейчас беззаботно отдыхала пара уставших воинов, свернувшись плотными клубками в тени папоротников. Жизнь здесь казалась тихой и размеренной, но под этой тонкой коркой мнимого спокойствия уже зрела трещина.

А вот и Предводитель.

Золотистый кот, чья молодость осталась где-то далеко позади, в туманных воспоминаниях о великих битвах прошлых зим, стоял у большой раскидистой ивы. У него осталось всего две жизни... Несчастные, проклятые чертовы жизни, висящие на волоске. Свои предыдущие драгоценные воплощения он потерял в страшной стычке с озверевшими барсуками, когда почти целая свирепая стая внезапно напала на их охотничий патруль в глухой чаще леса, разорвав тишину ночи криками ужаса. Скриполап отчетливо помнил тот кошмар, каждый шрам на его собственном теле отзывался эхом на те воспоминания.

— Скриполап! Чего там высматривал, задрав хвост? — раздался сзади насмешливый, слегка хрипловатый голос, заставивший уши кота непроизвольно прижаться к макушке.

Скриполап с раздражением повернулся.

Это был песочно-коричневый воин — тот самый задиристый соплеменник, с которым он только что ходил в утренний патруль и таскал добычу. Его желто-зеленые глаза блестели с нескрываемым любопытством.

— Яркозвёзда высматривал. А тебе, Ящеролов, следовало бы поменьше совать свой нос туда, куда тебя никто не просит, — холодно и отрезающе ответил Скриполап, брезгливо дернув ухом.

— Чего так грубо-то сразу? Я, может, из лучших побуждений, интересуюсь твоей тяжелой жизнью, — ухмыльнулся Ящеролов, переминаясь с лапы на лапу.

— Не следует, — коротко бросил Скриполап.

Не дожидаясь ответа, он резко спрыгнул со скалы, мягко приземлившись на четыре лапы в пыль у подножия, и решительным шагом направился прямо к Яркозвёзду, оставляя назойливого соплеменника позади.

Предводитель в этот момент о чем-то напряженно общался с одной из опытных воительниц, чей мех был покрыт шрамиками от старых когтей. — Значит... зачистим пару территорий там, у оврага, — долетели до Скриполапа обрывки глухих слов Яркозвёзда.

— Лисы совсем потеряли страх, лезут к самым границам. А у нас в лагере котята, сам знаешь, сколько малышей бегает... Нам бы сейчас вдвойне настороже побыть, а не распылять силы, — взволнованно ответила воительница, прижимая лапы к земле.

Яркозвёзд, заметив приближающуюся тёмно-коричневую фигуру Скриполапа, на мгновение прервал разговор и повернулся к нему всем корпусом.

— Ох, Скриполап! Я как раз хотел обсудить с тобой кое-какое срочное дело. Знаешь ли... Пепельнолапа, патрулируя восточную границу вместе с Камнегрызом, наткнулась на целое семейство лис, облюбовавших небольшие норы у каменной гряды. Их срочно нужно прогнать, пока они не решили занять наши земли окончательно, — начал Яркозвёзд, тяжело вздохнув.

В этот самый момент из невысокой пещерки, зевнув во всю пасть и с хрустом выпрямляя затекшие лапы, вылез серый массивный воин Камнегрыз. Шерсть на его боках была взъерошена после сна.

— Да... надо бы... Ну вот только давайте всё это попозже, а? У меня спина трещит по швам, а голова идет кругом от этих бесконечных переходов и проверок границ, — проворчал Камнегрыз, лениво потягиваясь и выгибая спину дугой.

— Ну это же жизненно необходимо! Если мы сейчас упустим время, лисы выжгут всю дичь на милю вокруг! — горячно возразила Пепельнолапа, подбегая ближе и с укором глядя на крупного серого кота.

— А чего к Искре-то не сходил, раз разваливаешься? Она бы дала тебе целебных трав, глядишь, и полегчало бы до вечера, — бросил Яркозвёзд, недовольно прищурившись.

— Прямо сейчас идти лазать по норам? Но я вообще-то хотел спросить насчёт вечерних патрулей... — Скриполап шагнул вперед, не выдержав, и его голос зазвучал с металлической настойчивостью. — Знаешь ли, у нас сейчас страшный дефицит сил. Почему мы вынуждены тащиться на обход снова и снова, если буквально пару часов назад уже проверяли каждый куст? Разве лагерь не должен отдыхать?

— Я не думаю... Так будет безопаснее для всех нас, — сухо парировал Яркозвёзд, отводя взгляд в сторону леса.

— Но мы же не железные! Мы не можем жить на одних лапах и сухом мохе, у каждого предел есть! — сорвался на повышенный тон Скриполап, чувствуя, как внутри закипает глухое, липкое раздражение от этого показного равнодушия.

— Разговорчики! — рявкнул Яркозвёзд так громко и властно, что птицы испуганно взметнулись с ветвей старого дуба. — Отдохнете потом, когда в Звездный Клан отправитесь, а сейчас — марш к целительнице за мазями, и чтобы без возражений!

Скриполап от неожиданности аж немного вздрогнул, почувствовав, как по спине пробежал неприятный холодок, а шерсть на загривке встала дыбом. За всю свою жизнь он никогда, ни разу не видел и не слышал, чтобы Яркозвёзд позволял себе так грубо обрывать воинов и настолько демонстративно пренебрегать их физическим состоянием, словно они были не живыми существами, а бессловесными камнями на дороге.

— Пошли, Камнегрыз, чего уж тут спорить, — глухо бросил Скриполап, разворачиваясь на месте.

Оба воина неторопливо двинулись к невысокой пещерке целительницы, которая находилась почти рядом с палаткой предводителя, укрытая от посторонних глаз густыми ветвями папоротника.

Как только Скриполап вошёл в прохладный полумрак пещеры, в нос сразу ударил плотный, терпкий запах целебных трав. В сыроватом воздухе можно было отчётливо учуять резкий можжевельник, пряный лунный шалфей, горьковатые запахи различных корок и прохладную сырость камня.

— Ой! — неожиданно вздрогнула светло-серая целительница, испуганно отшатнувшись вглубь полки. В зубах она аккуратно держала длинную полоску ивовой коры. — Чего вам?

— Привет, Искра. Мы тут... Ну, точнее, у меня голова раскалывается и лапы гудят от усталости. Не поможешь? — устало вздохнув, ответил Камнегрыз.

— Это ладно... Эту боль я сниму, помогу, — кивнула целительница, а затем перевела взгляд на второго гостя. — А ты чего стоишь, Скриполап? У тебя самого вид такой, будто ты с барсуком подрался.

— Мне с Камнегрызом надо идти лис прогонять на границе. Без него меня даже из лагеря теперь не выпустит Яркозвёзд, — мрачно ответил Скриполап, прижимая уши.

— А... поняла, — сочувственно вздохнула Искра, опуская кору на чистый плоский камень. — Ну, у меня от головной боли и от ломоты в теле есть лунный шалфей и кора ивы. Съешь сначала лунный шалфей, Камнегрыз, а потом... придётся немного пожевать кору ивы, только она жесткая.

Скриполап недоверчиво покосился на кусок дерева:

— Я думал, коты вообще не едят дерево…Искра тихонько усмехнулась, прикрыв глаза:

— Вообще-то её и нельзя глотать. Её просто надо пожевать и выплюнуть волокна! Но так как кора ивы содержит полезные целебные свойства, которые вместе со слюной впитываются в организм, их нужно проглотить. Саму древесину я бы не советовала есть... да и кому вообще в голову взбредёт глотать палки?

С этими словами она пододвинула поближе к Камнегрызу пахучие листочки лунного шалфея и кусочки коры. Листочки были крупные, широкие, с красивыми резными и зубчатыми краями.Камнегрыз, не раздумывая и не дожидаясь лишних слов, с жадностью проглотил два листочка и тут же принялся с хрустом разжёвывать горькую кору.

— А что там вообще лисы забыли на нашей территории? Я после той давней стычки с барсуками до сих пор нормально спать не могу, всё отхожу, — проговорила Искра, прижимая лапы к груди.

— Вот у меня точно такой же вопрос... Мы даже толком не отдыхали после утреннего патруля, а нас снова гонят работать, — зло бросил Скриполап, ударяя хвостом о землю.

— Понимаю... — тихо ответила Искра, тяжело вздыхая и укладываясь в дальнем углу на свою мягкую, пахнущую сухой мятой подстилку.

После тщательного жевания Камнегрыз сморщил морду от едкого, вяжущего вкуса во рту, с трудом отплюнул влажную, волокнистую корку на край плоского камня и тяжело выдохнул, чувствуя, как по нёбу разливается горьковатое тепло.

— Ну вот. Осталось подождать немного, пока целебный сок полностью подействует. Сядь, посиди спокойно, дай телу расслабиться, — произнесла Искра, лениво прикрывая глаза лапой. — А ты, Скриполап, иди сходи куда-нибудь. Какой тебе смысл просто так тут сидеть и стены подпирать? Без дела сидишь.Скриполап почувствовал, как внутри него вскипает глухое, колючее раздражение. Он резко дернул ухом, отводя взгляд в сторону темного угла пещеры.

А с чего ты вдруг стала такой злая по отношению ко мне? — пронеслось в его голове с горькой обидой. — Будто я лично разрушил всю её жизнь каким-то неосторожным словом или поступком. Все вокруг только и делают, что чего-то требуют, упрекают и смотрят волком.

Камнегрыз, уже чувствуя, как спазм в затылке начинает понемногу отпускать, неуклюже привалился боком к прохладной земляной стене пещеры, прикрыл глаза и бросил на застывшего в растерянности товарища тяжелый взгляд:

— Ну и а чем ты сейчас займешься? Куда пойдешь-то? Не будешь же ты здесь стоять столбом, пока кора эта до конца во рту горчит, — проговорил Камнегрыз, лениво перебирая лапами по подстилке из сухих листьев.

Скриполап отвернулся к выходу из палатки, где сквозь листву пробивались блеклые лучи клонящегося к закату солнца, и глухо бросил, чувствуя нарастающую пустоту внутри:— Не знаю…

— Действительно, иди сходи прогуляйся, Скриполап, — донесся ему вслед ещё один колкий голос Искры, прежде чем он окончательно скрылся в тени выхода.

— Ага-ага... Ещё чего не хватало, указатели мне нашлись, — злобно фыркнул Скриполап, резким движением вырвавшись наружу из полумрака палатки целителя и зажмурившись от яркого дневного света.

Он тяжело ступил на раскаленную солнцем землю лагеря, чувствуя, как внутри него все закипает от глухого, сжигающего изнутри бессилия.

— "Без дела сижу", ага, конечно! А сама Искра целыми днями сидит в своей палатке, фиг пойми чем занимается, травы перебирает, да еще и имеет наглость командовать другими. Где это вообще видано было, чтобы простому глашатаю указывала какая-то целительница? Совсем страх потеряли…— Скриполап! — неожиданно разорвал его внутренний монолог чей-то звонкий и настойчивый голос сзади.

— ДА ХВАТИТ УЖЕ! НИКУДА Я НЕ ПОЙДУ! — сорвался на крик Скриполап, резко разворачиваясь на месте и выгибая спину, готовый броситься на любого, кто посмеет высказать ему очередную претензию.

— Чего ты орёшь на весь лагерь, как раненый барсук? Я вообще-то просто сказать хотела, тебя Яркозвёзд звал, — удивленно моргнув, ответил знакомый женский голос.

Скриполап резко перевел дыхание и помотал головой, сбрасывая пелену гнева с глаз. Перед ним, слегка наклонив голову вбок, стояла Пыльная Буря. Её чистые голубые глаза, в которых смешивались легкое детское любопытство и искреннее недоумение, на мгновение заставили его смягчить ощетинившийся загривок.

— Прости... Просто все вокруг только и делают, что постоянно командуют, указывают, что делать. Я нормально не отдыхал уже будто несколько лун, лапы просто отваливаются, — устало выдохнул Скриполап, опуская голову и прижимая уши к макушке.Пыльная Буря мягко ступила вперед, её шерсть грациозно качнулась в лучах заходящего солнца, а на мордочке промелькнула редкая для нее теплая улыбка:

— Ой-ой... Бедняжка. Тебе действительно нужно было отдохнуть. Хочешь, я побуду с тобой, пока ты немного переведешь дух?

— Наверное... — Скриполап без сил опустился на сухую землю, поджимая под себя лапы. — Я ведь на лапах еще со вчерашнего рассвета, без единой передышки. Но... для чего именно меня снова искал Яркозвёзд? Что ему от меня понадобилось на этот раз?

Пыльная Буря присела рядом, аккуратно обвив лапы хвостом, и задумчиво посмотрела в сторону палатки предводителя:

— А... Ну, Яркозвёзд хотел, чтобы вы с Камнегрызом прямо сейчас выдвинулись к тем проклятым лисьим норам и выгнали их оттуда. А я... я вообще-то тоже хотела пойти с вами, помочь в патруле.