- -
- 100%
- +
Глава первая
Мое проклятье. День пятый.
Времени все меньше, загадок все больше!
Но хотя бы часть отгадок вполне может предоставить мне тетушка! Именно к ней я и поспешила с утра пораньше. Как говорится, подальше от обитателей родного дома и поближе к спасению от проклятья.
Не знаю, чему бы больше тетя Ламона обрадовалась. Самому моему появлению или корзинке с кремовыми пирожными, которые я припасла еще со вчерашнего нашего заседания в той милой кондитерской.
Но что-то радоваться она не спешила…
– Я же понимаю, что ты пришла не просто так, – констатировала она, все же отставив корзинку справа от себя на скамью и теперь пытливо на меня смотря. Право слово, будто я ее подкупить хотела этими пирожными.
– Простите, но что-то не так? – я мигом уловила хмурые нотки в ее голосе. По лицу-то трудно судить, скрытому непрозрачной вуалью. Но сегодня и вправду тетушка мрачнее, чем обычно.
– Да нет, не в тебе дело, – она отвела глаза. – Просто сегодня не самый лучший день. Считай, годовщина моей несостоявшейся когда-то свадьбы… Но не будем об этом. Так что же? Есть новости?
Я выложила ей все, как на духу. И про метаморфозы с зеркалом, и про всплески магии, и про то видение с разрушенным замком и портретом.
Тетушка слушала внимательно, не перебивала. И лишь когда я закончила, вместо так ожидаемых мною объяснений, выдала совершенно искреннее:
– А тебе все это не приснилось?.. Нет, ты не подумай, Сильвира, не то, чтобы я сомневаюсь в твоей правдивости. Но у меня ничего подобного не было! Зеркало вообще себя никак не проявляло. И уж тем более какие-либо проблески магии я и в глаза не видела.
– А Шарлотта Харвуд? – я ухватилась за последнюю соломинку. – Про нее вы слышали?
Но она покачала головой.
– Даже если такая и была среди наших предков, то памяти о ней не осталось. И что же, говоришь, она очень на тебя прежнюю похожа?
– Полагаю, как и на вас. Скорее всего, она и была первой проклятой. Но вот Гесвальд утверждает, что проклясть весь род мог лишь тот, кто сам был из этого рода. Выходит, эта Шарлота увела жениха у кого-то из родных? У сестры, к примеру? Вдруг именно потому в роду всегда рождается две девочки? Одна проклятая, а вторая обычная? И вдруг секрет снятия проклятья не в обретении любви нами, а как раз таки речь о несчастных сестрах?
– Твоя сестра так похожа на несчастную? – скептически смотрела на меня тетя.
– Ну нет… На злобную вот очень даже. Я бы даже сказала на очень злобную. Но, поверьте, будь у нее такая возможность, Ристелла бы меня награждала проклятиями вроде этого по десять раз на дню.
– Хах, моя собственная сестрица была ничем не лучше! Но у нас хотя бы было из-за кого конфликтовать. А Ристелла, что же, бесится из-за твоего фиктивного жениха? Неужто так хорош?
Мое искреннее «Очень!» я вовремя сменила на:
– Да, Дилан вполне неплох. И внешне, и по статусу. Но все же дело не в нем. Ристелла и раньше меня ненавидела. Так, быть может, это тоже врожденное из-за проклятья? Вечный конфликт родных сестер? Вот как бы узнать наверняка…
– Быть может, ты права и разгадка как раз в том злосчастном зеркале… – тетя Ламона на миг задумчиво замолчала, но тут же спросила: – А тот мужчина…Вернер, правильно? На нем ты зеркало пока не проверяла?
Я замялась.
– Понимаете, это к Дилану я могу примчаться среди ночи и влезть в окно, окрыленная безумной идеей или…просто безумием. А вот с Вернером так не получится. Но пока я условилась с магом, что покажу зеркало ему. Он точно лучше всех нас вместе взятых в артефактах понимает. Но если он захочет встретиться с вами, что мне сказать?
– Со мной?.. – у нее аж голос враз осип. – Зачем?
– Вы же тоже до сих пор прокляты. То есть мы обе носительницы этой магии, если я правильно поняла. У вас же проклятье не пропало в тот момент, как проявилось у меня. Так что оно не переходящее. Честно говоря, у меня голова кипит от всего этого!
– Я все же предпочла бы ни с кем посторонним не встречаться, – пробормотала тетя сбивчиво, опустив голову и будто бы неосознанно проверяя, хорошо ли закреплена вуаль. – Так что лучше обойдемся без этого. Но ты все же держи меня в курсе, хорошо?
– А ведь как иначе, – я улыбнулась и едва сдержалась от порыва просто ее обнять. Мало ли, как тетя Ламона отреагирует… – А зеркало Гесвальду я как раз сегодня и понесу втихаря. Так что, быть может, сегодня загадку злосчастного семейного артефакта и разгадаем!
Она сначала ничего не ответила. Смотрела на меня молча. И вдруг выдала совершенно неожиданное:
– Нельзя тебе в монастырь.
– Почему? – я даже оторопела. – Нет, не то, чтобы я сюда рвусь, но…
– Потому что ты слишком светлая для этого места, Силь. И если в жизни все же есть хотя бы чуточку справедливости, именно ты, как никто другой в нашем роду, достойна лучшей жизни… А теперь уходи! – мигом повысила голос, словно враз стало стыдно, что расчувствовалась. – Устала я от тебя.
Я тут же встала со скамьи.
– Я непременно приду к вам снова. Даже если не будет новостей.
– Я знаю, – и пусть я не видела ее лица, но почему-то казалось, что она все же улыбается.
И уже от одного это стало так тепло на душе… Впервые за всю жизнь среди моих родственников у меня есть тот, кого и вправду хочется считать своей семьей…
Как бы странно это ни звучало, но среди всего того нового, что проклятье привнесло в мою жизнь, хорошего все же больше.
По крайней мере, пока…
Дилан
Спасибо Роланду, тот успел подсуетиться, и приглашение на званный ужин получило не все семейство, а только один Дилан.
– Я, конечно, понимаю, ты бы тоже предпочел не идти, но пусть хотя бы так, – оправдывался принц. – Я постарался, чтобы никто из твоих не узнал, иначе бы точно в разговоре что-то сказали о твоей помолвке с Силь. А ты же сам не хотел, чтобы эта новость вышла за пределы твоего семейства.
Дело было уже вечером в тот злополучный день скачек. И хотя Дилану и вправду совершенно не улыбалось тратить время на заранее бессмысленное светское мероприятие. Но с другой стороны, это шанс получше присмотреть к подозрительному Кайросу.
Родители Роланда устраивали этот ужин в узком кругу. То есть помимо их семейства, присутствовали только Кайрос и Дария. И Дилан, конечно же.
Роланд встречал друга заранее, еще в холле дворца. Только начал не с приветствия. И не потому, что и так совсем недавно сегодня виделись.
– Дилан, ты должен как-то меня спасти! – панически зашептал принц, косясь на молчаливых стражников, хотя те все равно бы не стали их подслушивать.
– Тебя прямо сейчас тащат под венец и ты просишь утащить тебя в другую сторону? – усмехнулся Дилан.
– Не совсем, но почти так! Матушка еще больше сошла с ума и уже придумывает имена внукам!
– Так сведи ее с ума окончательно и скажи, что внуки у нее уже есть.
У Роланда аж глаза округлились. Пролепетал:
– Так вроде же нету…
– Ну это ты знаешь, что нету. А она не знает.
– Ай, Дилан, я же серьезно! Ладно, идем, а то мне еще выскажут за опоздание. Право слово, я себя в собственном дворце не хозяином чувствую, а каким-то вечно провинившимся бродяжкой!
– Ты бы для начала выяснил, почему твои родители так лебезят перед ними, – Дилан нахмурился. – Явно же на то должна быть веская причина.
– Я пытался, – Роланд развел руками, – без толку. Мол, не моего ума государственное дело. Может, у тебя получится? Тебя-то точно воспринимают куда серьезнее, чем меня. Вот честно, мне иногда кажется, что мои собственные родители предпочли бы посадить на престол именно тебя!
– Ты же знаешь, что мне это совсем не нужно.
– Знаю, – Роланд шумно вздохнул. – Но от этого мне не легче, поверь. Ну что, идем. Представлю тебя принцессе. Брата-то ее ты уже видел перед скачками.
– Кстати о скачках, – Дилан придержал принца за рукав камзола. – Надеюсь, насчет следующего испытания ты все же сам все предусмотрел?
– Еще бы! – просиял Роланд. – Послезавтра будут соревнования по музицированию!
– Оригинально.
– Да ладно тебе иронизировать! – принц отмахнулся. – Тут не в оригинальности ведь дело, а в том, что Аля в этом непревзойденная!
– На самом деле? Или потому что ты к ней предвзято относишься? – осторожно уточнил Дилан. Но Роланд уже не слушал, первым рванул вверх по широкой лестнице.
Ужин устраивали не в обеденном зале дворца, а в небольшой гостиной. Это для королевских масштабов – небольшой. Но так-то тут вполне можно было хоть танцы устраивать.
Кайрос стоял у окна. Попивал вино и о чем-то с важным видом беседовал с королем Арвандом. А тот в свою очередь так пытался напустить на себя куда более важный вид, что только что щеки не раздувал.
Королева Ярина сидела на диванчике рядом с принцессой. Сама Дария оказалась настоящей красавицей. С правильными чертами лица, такими, что любой художник называл бы ее воплощением идеальной внешности. Сходство с братом почти не угадывалось, если только светлые волосы не считать.
При появлении Дилана королева тут же подскочила с дивана.
– Дилан! Наконец-то! Только тебя и ждем!
Так и слышалось, как Роланд позади пробурчал шепотом:
– Ну да, ну да, а я кому тут нужен…
– Доброго вечера, – Дилан кивнул с учтивой улыбкой. – И прошу извинения за отсутствие других приглашенных, у всех нашлись свои веские причины, – не придумывать же для каждого родственника серьезный повод не явиться.
– Понимаю, понимаю, – но она и не стала допытываться. – О, позволь представить тебе нашу дорогую гостью! Принцесса Дария, это герцог Вестерский!
Дария тоже встала с дивана, приветственно кивнула. Вот только глаза взволнованно заблестели, и на щеках сам собой вспыхнул весьма характерный для восторженных девушек румянец.
– Я тоже… Мне очень приятно… – сбивчиво произнесла она и тут же покраснела еще больше.
Стоящий рядом Роланд тихонько ткнул Дилана локтем в бок. То ли от радости, что принцесса так отреагировала, то ли с укором, мол, чего ты ее очаровываешь, что ли.
Вот только в ответ жестами никак не объяснишь, что и мысли не было никого очаровывать. Тем более принцессу. Вообще взглянул на нее лишь мельком как дань учтивости. Нет, привык, конечно, что девушки частенько могли на него так реагировать. Но сейчас это совсем ни к чему.
Вот почему Силь не такая впечатлительная?.. И как она там сейчас?.. Сидит в своей комнате и с улыбкой мечтает о Вернере? Строит грандиозные замыслы по снятию проклятья? А ведь мог бы быть рядом с ней… Вытащить тайком на прогулку к морю, к примеру… Но нет, вынужден тратить время своей жизни на светский ужин.
Впрочем, зато можно доходчиво объяснить Кайросу, чтобы не лез куда не надо. И пока сделать это максимально вежливо и учтиво… По крайней мере, для начала.
Хотя не факт, что его учтивости надолго хватит.
– Кстати, Дилан, ты уже слышал, что придумал твой кузен? – королева бросила безмерно осуждающий взгляд на сына. – Ничего умнее игры на музыкальных инструментах ему и в голову не пришло! Вот спрашивается, для чего вообще нужно было устраивать все эти испытания, подавать как увлекательное необычное развлечение, и при этом быть таким банальным?
– Быть может, музицирование и не так зрелищно, зато куда более эстетично и приятно, чем эти ваши скачки, – хмуро возразил Роланд.
– А вы, герцог, – Дария смотрела на Дилана во все глаза. Похоже, справилась с наплывом чувств, и только все тот же блеск в глазах выдавал, как она впечатлилась еще с самого первого взгляда, – вы любите музыку?
– Нет, – Дилан краем глаза заметил, как внимательно Кайрос за ними наблюдает… Наверняка этот тип засек тогда магию у Силь!
– Нет? – изумленно ахнула принцесса. – Как же так? Быть может, вам просто пока не попадались достойные исполнители? – окончательно осмелев, она даже кокетливо улыбнулась.
– Боюсь, я в любом случае слишком далек от прекрасного, – Дилан сдержанно улыбнулся в ответ.
– Да, Дилан у нас исключительно деловой человек! – королева явно уловила тревожные звоночки интереса принцессы не к тому, к кому надо. – Зато Роланд обожает искусство во всех его проявлениях! Правда, Роланд? Расскажи принцессе о нашей личной коллекции живописи. О, а еще лучше, быть может, вам прогуляться в нашу картинную галерею?
В глазах Роланда мелькнула смесь обреченности и паники. Если он и хотел куда прогуляться, то только куда подальше и от матери, и от принцессы, и от всех картинных галерей вместе взятых.
Но тут спасла именно Дария, выпалила торопливо:
– Ну что вы, не стоит беспокойства. Быть может, в другой раз, тем более, вы говорили, ужин вот-вот подадут. Наверняка все уже очень голодны.
Дилану так и хотелось ответить, что лично он уже сыт по горло. Все эти светские мероприятия всегда его раздражали. Лицемерные улыбки, вежливые разговоры ни о чем, всевозможные условия… Но сейчас это отторгало больше всего. И не потому, что бесил самим фактом своего существования и намерением лезть не в свое дело Кайрос. А потому, что именно с появлением Силь в его жизни, Дилан как никогда прежде стал ценить открытость и искренность… А раньше даже не подозревал, как ему подобного не хватало…
Погрузившись в свои мысли, прослушал, под каким именно предлогом королева Ярина таки отвела несчастного Роланда и явно не совсем довольную таким раскладом Дарию в сторону. Зато учтиво подошедший лакей предложил бокал вина. Хотелось в ответ попросить целую бутылку. А лучше две. Одну разбить о голову Кайроса. А содержимым второй отпраздновать сие событие.
Но пришлось ограничиться одним бокалом. Успел сделать лишь глоток, как явно не подозревающий о всех кровожадных порывах в свой адрес Кайрос сам подошел.
– Забавно, герцог, что мы с вами встречаемся третий раз за день, но каждый раз в совершенно разных обстоятельствах, – вежливо улыбался. Но судя по крайне настороженному взгляду, принцу хватало ума и жизненного опыта понимать, с кем именно он имеет дело. – Надеюсь, я зря опасаюсь, что слишком вам сегодня помешал?
– Ну почему же? Вовсе не зря. И я бы предпочел в дальнейшем обойтись без подобных внезапных встреч, – Дилан мысленно уже вовсю себе перечислял все веские поводы, почему надо оставаться максимально учтивым и вежливым. Пока насчитал лишь с десяток. Их же вроде изначально больше было?..
– Да-да, конечно, я все понимаю… Но все же простите мне мою любопытство, но ваша…так сказать…спутница…кто она? – казалось, вежливая улыбка приклеилась к лицу Кайроса намертво. Может, всех принцев так учат? Роланд, вон, тоже умеет улыбаться без остановки. Правда, после он обычно жалуется, что лицо болит. Кайрос вот тоже сейчас явно напрашивается на то, чтобы в итоге этого разговора у него заболело лицо. И нет, не из-за улыбки. Что-то чем дальше, тем больше сомнения, что подобного человека можно убедить исключительно словесно.
– Отчего же такое любопытство в ее адрес? – мысленные причины быть вежливым стремительно сократились всего до пяти.
– Не буду скрывать, девушка очень примечательная. У нас, знаете ли, рыжеволосых в королевстве почти нет. Может, из-за климата, даже не знаю… Потому я всегда невольно примечаю столь ярких людей.
Вот так, значит… Кайрос в тот момент тоже видел истинный облик Силь… Но тут только одно объяснение. Этот интриган явно имеет при себе некий задействующий магию артефакт. Потому и те искры проявились, и внешность резко сменилась.
Но с другой стороны, это же и преимущество! Увидев Силь в прежнем обличии, Кайрос ни за что не узнает ее в ином.
Вот только причины общаться с ним вежливо еще стремительнее сократились до всего двух…
– Что ж, тогда вам очень повезло, – внешне Дилан все же сохранял тотальную невозмутимость, – в Кэнфилде довольно много, как вы выразились, ярких людей.
– Боюсь, при этом не каждый человек может похвастаться своею уникальностью, – Кайрос пока тоже держал лицо. – Некоторые все же неповторимы.
Сомнений нет. Он точно определил магию именно у Сильвиры! Да только ничего он не получит. Ни магию. Ни, уж тем более, Силь.
Только принц и не ждал ответа, тут же добавил чуть тише, хотя остальные присутствующие в комнате все равно были заняты разговорами друг с другом:
– Я уже прекрасно знаю, что вы за человек, герцог, и, признаться, мне вовсе не хочется заполучить подобного вам в недруги. И уж тем более я сразу понял, что в этом деле у вас, скажем так, свой интерес. Но вы этот «свой интерес» можете удовлетворить с любой девушкой, а мне нужна вполне определенная. Так, быть может, просто договоримся? Тем более мне есть что вам предложить взамен. Не просто равнозначное, а, смею уверять, даже превосходящее.
Он хоть и бросил при этом взгляд на свою сестру всего лишь мельком, но Дилан успел заметить.
Мило. Это подобие брата и, соответственно, подобие мужчины (подобие уже хотя бы потому, что ни один достойный мужчина и брат не станет торговать собственной сестрой) явно готов на что угодно, чтобы Силь заполучить. Для каких конкретно целей? Ставить эксперименты? Самому жениться на одаренной девушке с расчетом на не менее одаренное потомство?
Только объяснять свои мотивы открыто Кайрос точно не станет. Хотя любой из этих мотивов уже заранее неприемлем!
Дилан никогда не верил в существование у себя совести. Но сейчас, похоже, именно совесть кольнула. Мол, наверняка Силь и сама была бы очень рада выйти замуж за принца. Она же наивно верит в большую и светлую любовь, а Кайрос точно из тех, кто мастерски наплетет любые романтические бредни.
И если по-хорошему, по правильному и честному, нужно обязательно рассказать Сильвире о возможных планах принца. А самому при этом смиренно остаться в стороне, готовясь принять любое ее решение…
Ага. Конечно. Так он и поступит, ну-ну. Аж самому смешно стало.
– Вы говорите настолько иносказательно, что я совершенно не понимаю, о чем речь, – Дилан хоть и вежливо улыбнулся в ответ, но имевший несчастье отпить вина в этот момент Кайрос, аж подавился под его взглядом.
– Мне все же кажется, что вы прекрасно понимаете, о чем я, – выдавил принц в ответ со все той же приклеенной улыбкой. – И я все же настоятельно рекомендую вам хорошенько подумать над моим предложением. Пока я от всей души желаю обойтись миром, ведь лишние конфликты не нужны ни вам, ни мне. И если вы примете мое предложение, отступитесь и не станетесь мешать, то не только ничего не теряете, но и останетесь в несравнимом выигрыше.
Интересно, а если бы его сестра не проявила столь красноречиво свой вспыхнувший любовный интерес, Кайрос все равно бы точно так же ее предложил?
– Полностью с вами согласен, – причины быть вежливым как-то незаметно кончились. Сейчас бы и не вспомнил, какими именно они были, – никому из нас не нужны лишние конфликты. Потому считаю своим долгом вас заранее предупредить. Вы тут утверждаете, будто бы поняли, какой я человек. Но одну свою особенность я все же уточню, – чуть понизил голос, сами собой просквозили стальные нотки: – Я своего не отдаю. Ни при каких обстоятельствах.
Наконец-то с лица Кайроса сползла эта дежурная улыбка.
– Я все же надеюсь, вы окажетесь мудрее, герцог. Слухи о вас твердят, что до сих пор вы не знали поражений, но…жизнь порой непредсказуема. Я пока оставлю в силе свое предложение, так что все же подумайте, – учтиво кивнув, тут же отошел в сторону и прямиком к королю, словно опасался, что Дилан обязательно продолжит неприятный разговор.
– Что вообще происходит? – тихо спросил тут же подошедший Роланд. – Я наблюдал за вами со стороны, и, честно, такое впечатление, что готовы были прямо тут сцепиться ни на жизнь, а на смерть. По крайней мере ты. Меня-то не обмануть твоей невозмутимостью.
Дилан ответил не сразу. Осушил свой бокал до дна.
– Ничего не случилось, Роланд. Пока не случилось. Но очень даже может случиться.
Тот явно мигом понял, что тут не место для пояснений. Кивнул. Но все же на всякий случай добавил шепотом:
– Если что, в бега отправимся вместе.
На непонимающий взгляд Дилана, так же тихо пояснил:
– Ну как же, вздумай ты прибивать Кайроса, то я однозначно приму твою сторону. А это такой скандал разразится, что нам нельзя будет оставаться в Кэнфилде. Прихватим Алю и Силь, и отплывем куда подальше на одном из твоих кораблей. Хм… А мне все больше и больше нравится эта идея!
Но домечтать Роланду не дали. Слуги подали ужин.
Сильвира
В пансионате у нас был очень строгий график, ложиться спать воспитанницы должны были каждый день вовремя и, главное, рано. Конечно, в реальности мы это редко соблюдали с Алей. А сейчас и вовсе все эти правила, которые теоретически давно бы стали привычками, вылетели из головы.
Так что я прямо в ночной сорочке и при свете единственного подсвечника воровала отведенное для сна время на крайне безотлагательное занятие. В конце концов, выспаться я могу и позже. К примеру, всю оставшуюся жизнь в монастыре, если прохлопаю ушами свое проклятье. А вот тот замок из видения я запросто могу до утра забыть. А то что-то его образ и так уже стал смазываться в памяти. Видимо, ведьма считала, что мне необязательно то место запоминать.
Рисовала я простым угольком, но очень старательно. Выходило, как на мой взгляд, довольно неплохо и, главное, очень похоже. С Шарлоттой у меня хотя бы ее имя имелось, а с замком этим вообще ничего, кроме самого его расположения.
Покажу рисунок завтра тете, вдруг она что знает. Или Гесвальду, все равно же с магом встретимся, чтобы обсудить зеркало.
Вот только думалось мне вовсе не о замке и проклятье… Думалось о сегодняшнем дне. И не о скачках, когда я фактически подвела все ожидания друзей, пусть мне никто из них ни слова в укор не высказал. И даже не о разговоре с магом и выясненных новых подробностях.
Нет. Я думала о Дилане.
О его поцелуе, о сказанных после жестоких словах… Все это крутилось в мыслях снова и снова. И я никак не могла понять, как сама ко всему случившемуся отношусь! Желание треснуть герцога чем потяжелее сменялось куда более теплыми чувствами. Дилан как-то необъяснимо умудрялся то нравится аж до задержки дыхания, то бесить неимоверно!..
Замок рисовался, мысли крутились… И потому шорох я услышала только тогда, когда в распахнутом в жаркую летнюю ночь окне возникла темная фигура.
Я даже приглядеться толком не успела, а вот испугаться – очень даже! И схватив тот самый подсвечник, подлетела к неизвестному с решительным намерением огреть как следует!
Неизвестный успел перехватить мою руку до того, как подсвечник бы встретился с его затылком.
– Нет, Силь, нам покалеченного тобою наследного принца и так уже вполне достаточно, давай со мной все же как-нибудь словесно, без рукоприкладства.
– Дилан?! – ахнула я и тут же сама себе ладошкой рот прикрыла. Мало ли, вдруг мой возглас мог кто услышать из семейства.
Тут же в сердцах треснула Дилана по плечу. Не подсвечником, правда, а уже рукой.
– Какого демона ты так пугаешь?! – возмутилась, но уже шепотом. – да у меня чуть сердце не остановилось!
– Для остановки сердца ты что-то слишком бодро рванула меня убивать, – усмехнулся Дилан, окончательно перебравшись через подоконник и спрыгнув на пол.
– Ты что вообще тут делаешь? – я нервно закусила губу, только сейчас вспомнив, что щеголяю в одной ночной сорочке. Нет, понятно, теперь я такая неприглядная, что никто бы не польстился, но все равно же неприлично. – Ты же должен быть на званном ужине в королевском дворце.
– Я там было. Ровно столько, чтобы соблюсти приличия и при этом никого не убить, – Дилан с любопытством осмотрел мою спальню. Насколько это позволял слабый свет чудом не потухшего подсвечника. – И вообще не понимаю твоего возмущения. Разве для тебя не норма ночью через окно устраивать внезапные визиты?
– Это другое, – насупившись, буркнула я. Вот только никак не могла понять, чего больше: радует меня появление Дилана или все же напрягает. – Так зачем ты пришел так поздно? Что-то случилось?
– Мы забыли обсудить кое-что крайне важное насчет завтра. Так что пришлось и мне прибегнуть к твоим методам, – развел руками с таким невинным видом, мол, он не виноват, это я его плохому научила.
Вот когда он так обаятельно улыбается, на него даже сердиться сложно!
Но я очень старалась сохранять суровый вид. Все-таки такие ночные визиты – это за гранью приличий. Это себя я могу оправдать тем, что был веский повод… Хотя нет, признаю. Повод все-таки был так себе…
– Что такого важного мы забыли обсудить? – хмуро смотрела на Дилана я.
Лично мне ничего такого не шло в голову. Тем более сколько времени мы накануне провели вместе, уж точно при желании могли обговорить что угодно. Но не заявился бы Дилан в такой поздний час исключительно просто так?